Глава 2. Василий

Переводчик: Ryjik144

Редакторы: Pozitivnoesolnce

Утро после того, как Ривер сбежал от меня, я проснулся весь в поту. Все мое тело горело. Мои духовная и физическая составляющие были в согласии. Нам нужно было... мне нужно было... бля. Мне нужно было единственное, чего я не мог иметь прямо сейчас: моя пара. Мне потребовались все силы, чтобы не побежать за ним прошлой ночью и не затащить его обратно в дом. Но Джоуи был прав.

Мой сын должен был быть на первом месте. Его безопасность была превыше всего. Теперь, когда его истинное происхождение стало известно, это был лишь вопрос времени, когда Станиславы постучатся в мою дверь.

Я не знал о существовании Пити до недавнего времени, пока его отец - Энджел Станислав, своенравный сын мафиозной семьи - не умер, оставив Пити на попечение брата Энджела, Деметрия. Я подозревал, что Пити мой, когда Энджел забеременел, но Энджел отрицал это и прекратил со мной общение. И когда я услышал из сплетен, что ребенок был волком, как Энджел, у меня не осталось четкого пути, чтобы оспорить ложь Энджела. Пока мальчик не пропал. И Alphabits, и Ривер - работая с его сумасшедшей группой STAHP - были вовлечены в спасение Пити.

Объявив Пити своим и не вернув его Станиславам, я не только признался в своих запретных отношениях с Энджелом, но и поставил под сомнение способность его семьи защитить своих.

Я закрыл глаза и провел рукой по лицу. Сейчас мне было не до того, чтобы думать об этом.

Не с таким твердым членом, которым я мог бы забивать гвозди.

Быстрый взгляд на часы показал мне, что уже почти 8:30. Да, пора вставать. Было совершено невероятное усилие, чтобы выбраться из кровати, когда все, что я хотел сделать, это перевернуться и тереться о матрас. Но даже несмотря на гон - необузданную потребность, которая поглощала меня - я осознавал, что мой маленький сын спит в соседней комнате.

Пити мог проснуться в любой момент. Последнее, чего я хотел, это оставить шрам у мальчика на всю жизнь. Нет, я бы подрочил в душе, как любой другой отец-одиночка в мире.

Отец-одиночка. Черт. И разве это не было шоком? Но в то же время не настолько. Часть меня, всегда знала, что Энджел солгал о родстве мальчика, но я не хотел давить. А потом... ну... а потом было слишком поздно.

Я старался не зацикливаться на смерти Энджела. Мы не были парой или даже любовниками, если говорить о самом простом, физическом смысле, но мы были друзьями. Мне нужно было узнать, что с ним случилось, но сначала я сосредоточусь на том, чтобы дать нашему сыну безопасность, в которой он нуждался и стабильность, которую он заслуживал. Прежде чем пойти в душ, я пошел проверить своего пятилетнего ребенка.

Раннее утреннее солнце, пробивающееся сквозь открытые шторы, подчеркивало его мягкие светлые волосы, создавая эффект нимба, который в сочетании с пухлыми румяными щеками создавал идеальный образ невинности.

Мой душ ждал ровно столько, сколько нужно, чтобы схватить телефон и сделать снимок, чтобы запечатлеть этот момент. Время было драгоценно, и я потерял слишком много его с сыном. Улыбаясь, я наклонился, чтобы поцеловать его в щеку, прежде чем выскользнуть из комнаты и тихо закрыть за собой дверь.

Как только я оказался надежно запертым в ванной с работающим на полную мощность душем, я отдался потребности, проходящей через мое тело. Прислонившись к плитке, я откинул голову назад и закрыл глаза, сжимая в кулаке свой намыленный член и отпуская его. Я никогда не был так возбужден в своей жизни. Этот гон не был похож ни на что, что я когда-либо испытывал.

Моя эрекция не ослабла после того, как я кончил в первый раз. Вместо этого я обнаружил, что выстреливаю порцию за порцией. Я кончал, а затем чувствовал, как следующий оргазм уже нарастает. И все же облегчения не было. Это было больше похоже на то, как если бы я выпускал пар, чтобы не сгореть без моего свирепого и сексуального партнера, который мог бы мне помочь.

Время потеряло смысл, а реальность превратилась в размытое пятно, пока мой кулак механически скользил по члену, в то время как мой разум вызывал в памяти Ривера с каждым движением. Его темные волосы. Его сверкающие глаза. Его упругие мышцы. Я запечатлел этот образ в своем сознании всего за несколько секунд, и я никогда не забуду, как он выглядел в тот момент, когда я уловил слабый намек на его запах и понял, что он мой.

К тому времени, как я частично насытился, вода уже остыла, а мой член был красным и воспаленным. Я хрустнул шеей, перекатывая голову из стороны в сторону, когда вышел из душа и схватил полотенце. Обернув его вокруг бедер, я открыл дверь и прислушался к признакам жизни.

Когда я ничего не услышал, это озадачило меня. С первого дня, как он переехал в мою квартиру, Пити вставал с восходом солнца. Я нахмурился, натягивая свой повседневный воскресный наряд из выстиранных и накрахмаленных черных джинсов с красивой четкой складкой, заглаженной спереди. Я дополнил его облегающей черной футболкой и своей стандартной золотой цепочкой с крестиком. Затем на место пришла моя коллекция колец, украсившая обе руки и дающая людям понять, что я человек со средствами.

Черные ботинки shitkicker и пояс с шипами завершали образ. Когда я выходил из квартиры, я дополнял весь образ кожаной курткой длиной до бедер, тоже черной. Помимо нескольких белых маек и пары синих джинсов, большую часть моего гардероба составляли разные оттенки черного. Лучшей частью этого было то, что не нужно было беспокоиться о цветах.

Особенно когда я не мог различить оттенки красного, зеленого и синего. Не то чтобы я признался в этом хоть кому-то. Слабость никогда не была чем-то хорошим.

Кроме того, черный цвет делал мою задницу узкой и скрывал все, чем я мог бы забрызгаться... особенно красную кровь, которая в любом случае казалась мне просто еще одним оттенком коричневого. Я дважды проверил себя в зеркале, провел рукой по своим коротко подстриженным волосам и признал, что выгляжу отлично. Да, я был тем красавцем.

Жаль, что мой истинный, похоже, так не считал.

Блядь. Зачем мне нужно было идти и думать о Ривере? Теперь мои и без того облегающие джинсы были неприятно тесны в промежности. Я сглотнул и набрал полную грудь воздуха, чтобы успокоиться. Держи себя в руках, Василий. Подумай о мальчике.

Кстати о Пити...

Возможно, он переутомился после вчерашней вечеринки, но я уже начал беспокоиться. Мое сердце дрогнуло, когда я посмотрел на часы и увидел, что уже больше десяти. Как я мог потерять полтора часа? Черт. Неудивительно, что мой член казался натертым.

Тряхнув головой, я отодвинул свою похотливую потребность в сторону и пошел будить сына. Его дверь была широко открыта - первый признак того, что что-то не так, когда в остальной части квартиры было так тихо, - но это было не самое тревожное, что я увидел. Его окно было поднято, шторы развевались над пожарной лестницей и потрепанный кролик, которого он таскал повсюду за собой, лежал на подоконнике.

Дрожь страха пробежала по моему телу, когда я промчался через комнату и высунулся в окно. Я учуял запах волка. Свежий. Сильный. Альфа. И след Пити, который подсказал мне, что тот, кто его похитил, был кровным родственником.

Пожарная лестница была пуста. Если посмотреть вниз, то каждый уровень ниже нашей квартиры на пятом этаже, также был пуст. Не было никаких признаков жизни, кроме лестницы в самом низу, которая скрипела, слегка покачиваясь на ветру. Волосы лезли из моих костяшек пальцев, когда я колотил ими по подоконнику и ревел. Мой медведь и я были в полном согласии. Тот, кто забрал нашего щенка, умрет. Какофония голосов до меня в ответ из квартир, которые выходили окнами на переулок, все они приказывали мне заткнуться.

К черту их и всех остальных, кто встанет между мной и моим сыном. Я сгреб кролика в одну руку и закрыл окно другой, зажав под ним шторы. Я на долю секунды замер, размышляя, стоит ли мне затащить ткань внутрь, но решила, что мне все равно. Какого черта стоило беспокоиться о шторах, когда моего сына не было?

Я протопал по своей квартире, распахивая двери и проверяя каждый шкаф и тумбу на тот случай, если он прячется от меня. Но я-то знал, не так ли?

Я был оборотнем-медведем с превосходным обонянием и слухом, которые сказали мне, что я один в этом месте. Запах Станиславов не проник дальше в квартиру. Они взломали его окно, украли моего мальчика и смылись из города.

Схватив телефон и ключи, я вышел из двери, хлопнув ею за собой. Я позвонил отцу, сбежав по лестнице, а, не дожидаясь лифта, и слушая гудки на другом конце провода.

-Василий. Говори быстрее. Я сейчас занят,- лаконичное приветствие отца было не тем, что мне сейчас было нужно.

Мой голос превратился в рычание.

-Кого-то нужно убить. Они ворвались в мой дом, пока я был в душе, и вытащили Петра из постели. Я направляюсь к вам. Мне нужны люди и достаточно огневой мощи, чтобы разнести половину города на части.

-Что? - прогремел мой отец мне в ухо. - Что это, ты говоришь? Кто посмел войти в дом моего сына и забрать моего внука? Приходи на территорию. Мы будем готовы, когда ты приедешь.

Я оставил свой Dodge Ram припаркованным, а вместо этого запрыгнул на свой Crotch Rocket, засунув кролика под куртку, надел шлем на голову. Мотоцикл уже был готов к движению, прежде чем я успел застегнуть шлем. Я с ревом выехал с парковки, не обращая внимания на то, как я влился в поток машин и начал объезжать машины. К черту всех, кто сегодня попытается встать у меня на пути.

Поскольку по пути к семейному поселку я проезжал мимо пары домов Станиславов, я останавливался у каждого и стучал в двери. В первом никого не было дома. Глубокий вдох подтвердил, что место пусто. Во втором я нашел старого врага.

Бойко Станислав открыл дверь с ухмылкой из-под тяжелых век. Но, с другой стороны, именно так всегда выглядело его лицо.

-Василий Новак. Как ты посмел появиться в моем доме? Здесь могли быть моя жена и дети.

Мои ноздри раздулись, когда я почуял в воздухе след Пити.

-Какое значение имеет, дома ли твоя семья? Я пришел не для того, чтобы принести кровопролитие к твоей двери, если только не узнаю, что ты тот, у кого мой сын.

Бойко вышел наружу, плотно закрыв за собой дверь и вставая у меня перед носом.

-Твой сын? Давай поговорим о нем. С того места, где я сижу, тебе нужно надрать задницу, сопляк. Ходят слухи, что ты обрюхатил моего брата Энджела. А теперь ты ходишь по городу, выставляя напоказ его ублюдочного щенка, хвастаясь перед всеми, кто готов тебя слушать, что ты его отец. Мне следует ударить тебя в глотку, а затем отрезать тебе яйца за то, что ты прикоснулся к Энджелу,- пока он говорил, мне в лицо брызнула слюна.

Рычание было его единственным предупреждением, прежде чем мой кулак врезался в нос, который уже был сломан столько раз, что и не сосчитать.

-Никто не называет моего сына ублюдком. Скажи мне, где он, пока тебе не отрезали яйца. У меня есть ржавый карманный нож, который отлично справится с этой задачей.

Он привалился к двери, сверля меня взглядом поверх руки, которую он зажал у себя на носу. Кровь сочилась между его пальцами, полностью разрушая его попытку выглядеть крутым парнем.

-Блядь. Убирайся с моей территории. Я не видел этого ублюдка с тех пор, как он был с Энджелом.

Я сузил глаза, наклонился и поднял колено. Сначала я ударил его по яйцам кулаком, затем коленом. Один раз за то, что он назвал Пити ублюдком - я же его предупреждал, - а второй раз, потому что так было правильно.

-Тебе стоит проверить нос, придурок. Я не понимаю и половины той чуши, что ты сейчас несешь. Если я узнаю, что ты как-то причастен к исчезновению Петра, я вернусь.

Его приглушенный стон был единственным ответом, который я получил.

Я снова сел на свой байк и помчался к своей семье, оставив Бойко валяться на крыльце. Ублюдок. Ему повезло, что я торопился, иначе я бы потратил несколько минут, чтобы испачкать свой нож. Мой отец и братья ждали, когда я въехал в массивные железные ворота у входа в комплекс.

Ноздри моего отца раздулись, когда он учуял на мне кровь Бойко. Он лишь приподнял бровь и дернул подбородком в сторону Town Car, рядом с которым стоял.

- Садись, обсудим это в дороге. Ты хоть какую-то полезную информацию получил? - Не дожидаясь моего ответа, он повернулся к Джоуи. - Принеси брату платок, чтобы он мог вытереть окровавленные костяшки пальцев. Остальные идите в машину - нам нужно найти моего внука, пока его след не остыл.

Да, я бы не сел в эту машину. Но платок у Джоуи я все-таки взял. Нет смысла ходить с кровью Бойко, пачкающей мои кольца, загрязняющей воздух и отвлекающей мой нос. Я заставил себя уважительно поговорить с отцом, хотя мне хотелось разозлиться.

-Куда вы идете, сэр? Я поеду за вами на байке, но мне нужна свобода, чтобы провести собственный поиск.

Мой отец был уже на полпути к машине. Он выпрямился во весь рост и прошел через подъездную дорожку, пронзив меня ледяным взглядом голубых глаз, когда он указал на свою машину.

-Нет, Василий. Ты не будешь бегать один, создавая проблемы вокруг себя, которые мне потом придется решать. Мы будем держаться вместе как клан и дадим этим Станиславским сукиным детям знать, что происходит, когда они осмеливаются связываться с Новаками.

Он понюхал воздух, наклонившись ближе, и его глаза наполнились пониманием, но только на секунду, в следующую секунду он уже был в ярости от моей глупости.

-Ты не только бегаешь вокруг наполовину заведенный, но еще и в гоне? Ты что, сошел с ума? Садись в машину. Не заставляй меня повторяться. Пока мы едем к Станиславам, может, ты расскажешь мне об этом истинном, которого, как я слышал, ты встретил вчера вечером.

Я покачал головой.

-Ты с ним встречался. Оказывается, шурин Сайруса - моя пара. Один из силовиков STAHP. Но о Ривере я побеспокоюсь позже. Что касается моего гона, я могу его контролировать. Мне жаль, отец. Но я не могу повиноваться тебе в этот момент. У меня будет свобода найти своего сына.

Я перекинул ногу через свой мотоцикл и снова застегнул шлем, одновременно пиная мотоцикл, чтобы завести его.

Мой отец выглядел слегка раздраженным, но просто щелкнул пальцами.

-Борис! Бери свой мотоцикл и езжай с братом. Его нельзя оставлять одного. И, ради Бога, убедись, что он никого не убьет. По крайней мере, никого, кто имеет значение.

Борис послушно приступил к выполнению приказа. Я нетерпеливо завел мотор. Не стоило ссориться с отцом. Не тогда, когда было так много дверей Станислава - и голов - ожидающих, чтобы их выбили.