Глава 104
По дороге в школу Цзе Ян то и дело поглядывал на волосы Чоу Сина, с трудом сдерживая желание протянуть руку и проверить, не выпадут ли они от легкого прикосновения.
Чоу Син заметил эти "тайные" взгляды Цзе Яна с самого начала и незаметно несколько раз менял позу, пока не выбрал, как ему казалось, самую привлекательную. Одной рукой он держал телефон, просматривая рабочую почту, а другой взял руку Цзе Яна и, не поднимая головы, спросил:
— Нервничаешь?
Нервничает?
Цзе Ян очнулся от своих мыслей и не сразу понял, о чем спрашивает Чоу Син. Видя, что тот явно не замечает выпадения волос, Цзе Ян на секунду задумался и ответил:
— Немного.
Он решил проявить доброту и напомнить Чоу Сину о жестокой реальности выпадения волос уже после выпускной церемонии.
Услышав это, Чоу Син сжал руку Цзе Яна и успокаивающе сказал, как настоящий родитель:
— Не волнуйся, это всего лишь выпускная церемония, нечего так переживать.
Цзе Ян посмотрел на руку Чоу Сина, держащую его ладонь, притворившись, что не заметил ни выступившего на ней пота, ни того, что Чоу Син уже давно не перелистнул ни одной страницы в телефоне. Он кивнул и спросил:
— А ты нервничаешь?
Чоу Син усмехнулся с пренебрежением:
— Только дети могут нервничать из-за такого незначительного мероприятия.
Хорошо, Чоу-ребенок.
Когда до университета C оставалось всего десять минут езды, Чоу Син наконец отложил телефон. Он, как ему казалось, незаметно посмотрел на свое отражение в окне машины, затем сменил позу и сказал:
— Это же просто небольшая выпускная церемония, наверное, не стоит одеваться слишком официально.
Цзе Ян повернулся к Чоу Сину и подыграл ему:
— Не стоит?
Чоу Син, сохраняя спокойное и властное выражение лица, ответил:
— Не стоит, все-таки это относительно простое мероприятие в кампусе. Достаточно одеться просто и со вкусом. Так что, посмотри на эту булавку для галстука...
Цзе Ян не выдержал и провел рукой по волосам Чоу Сина.
Чоу Син тут же замолчал, выпрямил спину и, нахмурившись, повернулся к Цзе Яну:
— Что ты делаешь?
— У тебя прядь волос торчала, — соврал Цзе Ян, незаметно стряхивая выпавшие волосы в щель сиденья. Он сменил тему: — Я думаю, ты сегодня выглядишь очень красиво. Не слишком официально, но и не легкомысленно, как раз подходяще.
Внимание Чоу Сина переключилось, уголки его губ приподнялись, но он тут же подавил улыбку. Он повертел часы на запястье и спросил:
— Правда?
Цзе Ян уверенно ответил:
— Да.
Чоу Син усмехнулся, откинулся на спинку сиденья и больше не критиковал свой наряд, снова взявшись за телефон.
Когда до университета C оставалось пять минут езды, Чоу Син снова заговорил:
— На выпускной церемонии в университете C будет много журналистов?
Цзе Ян ответил:
— На самом деле, не очень. Университет разрешает войти только нескольким приглашенным официальным СМИ. Желтая пресса и папарацци не смогут попасть внутрь.
Чоу Син замолчал.
Через две минуты на горизонте показались очертания университета C. Чоу Син незаметно выпрямился и поправил пиджак.
Через минуту показались ворота университета. У входа собралось множество машин и людей, было много журналистов с камерами, а также фанаты с поздравительными плакатами и подарками, осторожно выглядывающие из укромных уголков.
Среди фанатов Цзе Ян заметил Крабовых фанатов с маленькими флажками с иероглифом "Ян". Он посмотрел на Чоу Сина рядом с собой. Чоу Син, очевидно, тоже заметил присутствие фанатов, его лицо немного напряглось, и он снова поправил пиджак. Цзе Ян с улыбкой взял Чоу Сина за руку. Чоу Син взглянул на Цзе Яна и ответил на пожатие.
Посторонним машинам не разрешалось въезжать на территорию университета, поэтому Чжоу Мяо медленно остановил машину на свободном месте у ворот. У Шуй первым вышел из машины и открыл дверь для Цзе Яна. Цзе Ян поблагодарил У Шуя, вышел и встал у машины, ожидая Чоу Сина.
Журналисты и фанаты заметили прибытие Цзе Яна. Журналисты начали устанавливать камеры и приближаться, снимая, а фанаты заволновались, толкая друг друга и не решаясь подойти.
Увидев это, У Шуй встал перед Цзе Яном, принимая защитную позу.
Наконец вышел Чоу Син. Его лицо было напряженным, брови слегка нахмурены. Серебристо-серый костюм с белой рубашкой смягчал его обычную властную ауру, делая его холодным и элегантным.
Он закрыл дверь машины, окинул взглядом приближающихся журналистов, сжал пальцы и протянул руку Цзе Яну.
— Янъян!
Громкий возглас резко нарушил пока еще относительно спокойную атмосферу у ворот университета C. Не успел Цзе Ян отреагировать, как полноватая фигура с букетом цветов протиснулась сквозь журналистов и оказалась перед ним и Чоу Сином.
Цзе Сю с широкой улыбкой сунул цветы в руки Цзе Яна и радостно сказал:
— Поздравляю с выпуском, поздравляю с выпуском! Папа специально отложил работу, чтобы приехать поздравить тебя. Я так торопился, еле успел, посмотри, весь вспотел.
Этот громкий возглас привлек внимание всех журналистов, и их камеры тут же переключились на Цзе Сю.
Цзе Ян: ...
Чоу Син: ...
Цзе Сю закончил кричать и только тогда заметил Чоу Сина, который только что вышел из машины рядом с Цзе Яном. Он на секунду застыл, затем, видимо что-то придумав, резко изменил выражение лица и вдруг схватил руку Чоу Сина, воскликнув еще громче:
— Ой, спасибо господину Чоу за то, что привезли Янъяна в школу! Извините за беспокойство, это я виноват, не заметил, что машина Янъяна сломалась, и зря вас побеспокоил.
Чоу Син посмотрел на Цзе Сю убийственным взглядом, с силой вырвал руку и сказал:
— Вы так вовремя появились.
Цзе Сю вздрогнул всем своим полным телом под взглядом Чоу Сина, но продолжал улыбаться, безудержно приписывая себе заслуги:
— Конечно, я должен был прийти! У Янъяна в жизни только одна выпускная церемония, как я, его отец, мог не прийти? — Он специально понизил голос. — Сейчас СМИ такие плохие, если бы я не пришел, кто знает, что бы они написали о нас с сыном. Господин Чоу, не стесняйтесь, это все моя обязанность. Спасибо за ваши дополнительные инвестиции в прошлый раз, спасибо, спасибо.
Чоу Син: ...
Журналисты уже приблизились, но У Шуй преградил им путь.
Цзе Ян одной рукой держал цветы от Цзе Сю, а другой взял Чоу Сина за руку и сказал Цзе Сю:
— Не загораживайте вход, давайте зайдем, церемония скоро начнется.
Цзе Сю с ужасом посмотрел на руку Цзе Яна, вдруг быстро шагнул вперед и оттащил руку Цзе Яна, схватив ее сам. Он извиняюще улыбнулся Чоу Сину, затем, полутолкая-полутаща Цзе Яна к воротам школы, тихо сказал:
— Как ты можешь быть таким невоспитанным! Мы на улице, следи за своим поведением. Как бы господин Чоу тебя ни баловал, ты не можешь быть таким распущенным. Ты забыл правила, которые мы установили в начале? На публике ты не должен использовать имя господина Чоу или семьи Чоу! И не должен вести себя с ним фамильярно!
Закончив говорить, он снова улыбнулся и обратился к журналистам:
— Сегодня выпускной Янъяна, сделайте его красивым на фотографиях.
Журналисты никогда не видели такого сговорчивого и активного родителя знаменитости и ответили еще более частыми щелчками затворов.
Цзе Ян: ...
Он оглянулся на Чоу Сина, приподняв бровь.
Неужели раньше у него с Чоу Сином действительно были такие правила?
Чоу Син был близко и тоже слышал слова Цзе Сю. Его лицо напряглось, он быстро подошел к другой стороне Цзе Яна, защищая его от журналистов, и сказал:
— Это было раньше, теперь не нужно.
Он посмотрел на руку Цзе Яна с цветами, и его лицо напряглось еще больше.
Раньше Чоу Син вел себя сдержанно и редко появлялся на публике, так что мало кто знал, как он выглядит. Эти журналисты, снимающие новости шоу-бизнеса, совершенно его не узнали и, сделав несколько снимков Цзе Яна, оставили их в покое.
Но как только журналисты ушли, толпа фанатов окружила их. Охранники у ворот, услышав шум, подошли и стали торопить Цзе Яна войти в школу, чтобы не создавать затор.
У Цзе Яна больше не было возможности поговорить с Чоу Сином. Он успел только коротко ответить фанатам, прежде чем с помощью охранников и У Шуя быстро провел Цзе Сю и Чоу Сина в кампус.
Первая возможность публично объявить об их отношениях была упущена из-за Цзе Сю, и лицо Чоу Сина стало ужасающе мрачным.
Цзе Сю, видя это, испуганно пообещал:
— Господин Чоу, я обязательно хорошенько воспитаю Янъяна, ни за что не позволю ему портить ваш имидж на публике! Распускать руки!
Лицо Чоу Сина стало еще чернее, но он не мог сказать, что ему нравится, когда Цзе Ян распускает руки. Он только мрачно посмотрел на Цзе Сю и переспросил:
— Портить?
Цзе Сю в страхе:
— Да-да-да, не портить, а пятнать.
Чоу Син: ...
Цзе Ян, прежде чем Чоу Син разозлился еще больше, взял его за руку и сказал:
— Не злись.
Выражение лица Чоу Сина немного смягчилось, он сжал руку Цзе Яна в ответ, затем, вспомнив что-то, вдруг снова нахмурился и забрал цветы из рук Цзе Яна:
— Это нельзя брать на церемонию, пусть У Шуй подержит.
Цзе Сю поспешно объяснил:
— Можно, можно, я спрашивал...
Цзе Ян обернулся к Цзе Сю и сказал:
— Нельзя.
— ... Я спрашивал, эти цветы действительно нельзя брать! — Цзе Сю тут же изменил свои слова, наконец осознав что-то. Его взгляд метался между Цзе Яном и Чоу Сином, он хотел что-то сказать, но колебался, осторожно пробуя: — Янъян, ты... ты и господин Чоу, вы...
Цзе Ян улыбнулся и сказал:
— Меньше говори, просто будь хорошим фоном. Если будешь вести себя хорошо, я попрошу артистов компании бесплатно прорекламировать твой курорт.
Это было молчаливое подтверждение.
Цзе Сю не мог поверить, снова посмотрел на Чоу Сина, его выражение лица менялось, но он действительно замолчал.
Выпускная церемония проходила в большом зале, и группа пошла туда пешком, привлекая взгляды многих студентов по пути. Цзе Ян заметил, что многие тайком фотографировали их на телефоны, но притворился, что не видит, и продолжал нормально разговаривать с Чоу Сином.
Чоу Син тоже постепенно расслабился, перестал намеренно демонстрировать близость с Цзе Яном и тихо отвечал ему.
Когда они дошли до большого зала, Цзе Ян расстался с Чоу Сином и Цзе Сю. Цзе Ян пошел в указанную зону, чтобы найти куратора, получить выпускную мантию и встать в очередь за другими вещами, а Чоу Син и Цзе Сю последовали за студентами-волонтерами в зал, чтобы занять места в зоне для семей.
Сам Цзе Ян никогда не учился в университете C, и в его памяти не осталось воспоминаний оригинального Цзе Яна, поэтому он не был знаком с университетом. Добравшись до указанной зоны, он некоторое время искал место своего класса, прежде чем направиться туда.
Вокруг было много выпускников, занятых подготовкой, было шумно, и Цзе Ян, не желая привлекать внимание, специально шел по краю толпы к зоне своего класса.
— А тот Цзе Ян придет?
Услышав свое имя, Цзе Ян остановился и посмотрел в сторону, откуда доносился голос.
В зоне класса оригинального Цзе Яна, чуть впереди и сбоку, два парня в выпускных мантиях стояли в углу и болтали. Оба стояли спиной к Цзе Яну, так что их лиц не было видно.
Разговор продолжался.
— Наверное, придет. Разве его съемочная группа не сообщила, что он вчера вечером вернулся в город B? Посмотри, сколько журналистов ждет снаружи, наверняка все пришли снимать его.
— С чего ты взял, что они пришли снимать его? На этой выпускной церемонии будет и старший Тао Ян. У старшего Тао хорошая внешность, хорошая актерская игра, высокая популярность, отличное семейное положение, он даже создал свой собственный бренд одежды и получил известность на международном уровне. Он настоящая гордость университета C, чем он хуже Цзе Яна? Я думаю, все эти журналисты пришли снимать старшего Тао.
Тао Ян?
Цзе Ян отвел взгляд.
Еще одно имя, которое появлялось в оригинальном романе. Тао Ян, племянник Тао И, мачехи Фэн Цинлиня, выпускник факультета режиссуры университета C, на три курса старше оригинального Цзе Яна. После выпуска он не пошел в индустрию развлечений, а уехал за границу изучать дизайн одежды. Во время учебы за границей его заметил известный международный режиссер и дал ему роль третьего плана в отмеченном наградами фильме. Западные СМИ назвали его "восточным эльфом", и он мгновенно стал знаменитым.
В оригинальном сюжете Тао Ян по просьбе Тао И пытался помешать Му Чжоуи, которая к тому времени уже была замужем за Фэн Цинлинем, когда он вернулся в Китай для развития карьеры. Конечно, эта попытка в итоге не удалась. После общения с Му Чжоуи Тао Ян был тронут ее "истинной добротой и красотой", стал ее другом и даже вернулся, чтобы убедить Тао И не создавать проблем. Это разозлило Тао И, которая стала еще больше недолюбливать Му Чжоуи и совершила еще больше злых поступков, типичных для отрицательного персонажа, что, в свою очередь, помогло Му Чжоуи укрепить свои позиции в кругах высшего общества.