Глава 79 и 80

В 8 вечера официальная версия песни "Вырезание из бумаги" была одновременно выпущена на всех платформах. В то же время версия песни "Перерождение", исполненная Цзе Яном на новогоднем концерте в городе B, была отдельно смонтирована маркетинговыми аккаунтами и незаметно поднялась в конец списка популярных видео.

В Weibo основное внимание все еще было приковано к перепискам, опубликованным Хэ Жуминем. Когда песни только вышли, они не привлекли большого внимания, их обсуждали в основном фанаты. Но через два часа количество прослушиваний "Вырезания из бумаги" начало стремительно расти, а версия "Перерождения" Цзе Яна неожиданно поднялась на верхние позиции популярных видео, оказавшись прямо под видео выступления Му Чжоуи с песней "Тоска по родине".

Имя Цзе Яна пробилось сквозь всеобщую атмосферу скандала, привлекая внимание многих случайных пользователей.

Вскоре хэштег #ОтНовойПесниЦзеЯнаКлонитВСон# неожиданно попал в тренды, и обсуждения продолжали расти.

К тому времени, как Цзе Ян выключил телефон и собрался спать, "Вырезание из бумаги" уже поднялось на верхние строчки чартов новых песен на всех крупных музыкальных платформах.

Дверь открылась, и Чоу Син, только что ходивший отвечать на звонок, вернулся с телефоном в руке.

Цзе Ян положил выключенный телефон на прикроватную тумбочку и лег, глядя на Чоу Сина.

Чоу Син едва заметно замедлил шаг, затем подошел к кровати, выключил свет и лег под одеяло.

Цзе Ян повернулся лицом к Чоу Сину. Через несколько секунд Чоу Син тоже повернулся, и они оказались лицом к лицу. Под одеялом Чоу Син протянул руку и взял ладонь Цзе Яна.

Цзе Ян закрыл глаза, готовясь заснуть.

— Только что звонил Цинлинь. Он сказал, что хочет прийти завтра поздравить с Новым годом. Я согласился. Мама, конечно, будет очень рада.

Цзе Ян открыл глаза, пытаясь разглядеть выражение лица Чоу Сина в темноте:
— Нужно заранее приготовить для Фэн Цинлиня красный конверт?

— ... — Чоу Син слегка сжал руку Цзе Яна. В его голосе исчезли нотки сложных эмоций, он тихо произнес с улыбкой: — Ты только об этом думаешь?

— Не только. Я еще подумал, что Фэн Цинлинь, наверное, не привык к здешней еде. В прошлый раз, когда он здесь ел, было видно, что ему не очень понравилось.

Голос Чоу Сина внезапно стал строгим:
— Даже если не привык, все равно будет есть. Когда-то ты тоже... — Он резко замолчал.

В комнате воцарилась тишина.

Через какое-то время Чоу Син снова заговорил:
— Цзе Ян, если я скажу подождать еще немного...

Цзе Ян снова открыл глаза, но ничего не сказал. Через несколько секунд он снова закрыл их.

...

На следующий день в доме с самого утра царила странная напряженная атмосфера. Каждый раз, когда у кого-то звонил телефон, все вместе смотрели в его сторону.

В таком странном настроении они дотянули до девяти часов, когда снова зазвонил телефон Чоу Сина — Фэн Цинлинь наконец приехал. На этот раз Чоу Син не отправил Цзе Яна встречать гостя, а послал одного Чжоу Мяо.

Через десять минут Фэн Цинлиня с подарками проводили в дом. Он вошел в гостиную, поставил подарки и сначала обратился к матери Чоу:
— Бабушка.

Мать Чоу кивнула и предложила ему сесть.

Фэн Цинлинь сел, затем посмотрел на Чоу Сина, чье лицо не выражало никаких эмоций:
— Дядя, с Новым годом.

Чоу Син сдержанно кивнул.

Наконец, взгляд Фэн Цинлиня переместился на Цзе Яна.

Цзе Ян приподнял бровь, ожидая, как Фэн Цинлинь его назовет.

Лицо Фэн Цинлиня стало неловким и напряженным. После долгой паузы он с трудом выдавил:
— Дя...

Чоу Син незаметно выпрямил спину и придвинулся ближе к Цзе Яну.

— ...господин Цзе, с Новым годом. — В итоге Фэн Цинлинь так и не смог выдавить из себя слово "дядюшка". Причина была проста: лицо Цзе Яна выглядело слишком молодо и совершенно не соответствовало статусу "дядюшки".

Чоу Син замер, уголки его рта опустились, и он нахмурился, глядя на Фэн Цинлиня.

Фэн Цинлинь тут же отвел взгляд к матери Чоу и неуклюже начал интересоваться ее здоровьем, притворяясь, что не замечает взгляда Чоу Сина.

Взгляд Чоу Сина, направленный на Фэн Цинлиня, становился все более мрачным.

Цзе Ян положил руку на ногу Чоу Сина и тихо спросил:
— Злишься? Думаешь, он неправильно обратился?

Чоу Син отвел взгляд и крепко сжал руку Цзе Яна.

— А мне кажется, он обратился правильно, — сказал Цзе Ян, высвободив свою руку и легко похлопав Чоу Сина по тыльной стороне ладони. — В конце концов, у нас с тобой пока все еще неопределенные деловые отношения.

— ...

Чоу Син опустил голову, глядя на Цзе Яна.

Цзе Ян тоже посмотрел на Чоу Сина и улыбнулся:
— Чоу Син, я жду.

Чоу Син замер, затем замолчал и опустил глаза, избегая взгляда Цзе Яна.

...

В этот раз Фэн Цинлинь пробыл в доме весь день и собрался уходить только вечером, когда мать Чоу легла спать. Чоу Син предложил ему остаться на ночь, но Фэн Цинлинь, взглянув на комнату матери Чоу, покачал головой:
— Нет, у меня есть работа.

Чоу Син по привычке отчитал его:
— Какая работа в праздники? — Осознав резкость тона, он добавил: — Когда нужно отдыхать, нужно хорошо отдыхать.

Фэн Цинлинь, учась понимать заботу за холодными словами Чоу Сина, обдумал сказанное и улыбнулся:
— Я понимаю, но пока не получу контроль над семьей Фэн, не смогу спокойно отдыхать.

Брови Чоу Сина дрогнули:
— Семья Фэн?

— Да, семья Фэн, — серьезно ответил Фэн Цинлинь, глядя на Чоу Сина. В его глазах, похожих на глаза дяди, мелькнули темные эмоции. — Дядя, то, что я хочу, я добьюсь сам. То, что не понимаю, тоже буду разбираться сам. Тебе не нужно мне помогать.

...

Когда Фэн Цинлинь уходил, Чоу Син не пошел его провожать. Цзе Ян сам вызвался проводить гостя.

Перед парковкой Фэн Цинлинь внезапно остановился:
— Будь осторожен с Хун Чжицзе. В этот раз Му Чжоуи планировала после разборки с отцом и сыном Хэ перейти в Kaxu. У нее была какая-то сделка с Хун Чжицзе, но я не знаю подробностей.

Цзе Ян тоже остановился:
— Я понял, спасибо.

— И еще о семье Фэн... Они постоянно следят за дядей, его здоровье... — неуверенно продолжил Фэн Цинлинь.

— Улучшается, — перебил Цзе Ян, положив руку на плечо Фэн Цинлиня и подталкивая его к машине. — Твой дядя поправится, не беспокойся. И еще, больше не общайся с Му Чжоуи, ты не сможешь ее переиграть.

Фэн Цинлинь сделал шаг вперед, оглянулся на Цзе Яна, но ничего не сказал и уехал.

Вернувшись в дом, Цзе Ян заметил, что челка Чоу Сина влажная — явно умывался. Он хотел пошутить, не плакал ли Чоу Син от радости из-за того, что Фэн Цинлинь повзрослел, но вспомнив вчерашнее "подожди", промолчал и просто поздоровался, поднявшись наверх.

Чоу Син, только настроившийся поговорить с Цзе Яном, остался в недоумении.

Цзе Ян принял душ и, выйдя из ванной, увидел Чоу Сина на диване. Он сказал:
— Я закончил, можешь идти мыться, — и сел за стол у окна, открыв ноутбук, чтобы поработать над фортепианной пьесой для персонажа Су Цзинмо.

Через несколько секунд Чоу Син подошел и спросил:
— Работаешь?

— Да, нужно написать несколько фортепианных пьес для одного персонажа, — ответил Цзе Ян, не отрываясь от экрана.

Чоу Син постоял немного и ушел.

Цзе Ян на мгновение остановился, затем продолжил работу.

Увлекшись, он не заметил, как прошло время. Когда он закончил, Чоу Син уже помылся и работал с планшетом на диване.

Цзе Ян посмотрел на время, выключил компьютер и пошел вымыть руки. Когда он вышел, Чоу Син отложил планшет и сказал:
— Цзе Ян, после праздников я пойду на обследование в больницу. Ты пойдешь со мной.

Это прозвучало как приказ, которого Цзе Ян давно не слышал.

Он посмотрел на Чоу Сина, но тот уже снова склонился над планшетом.

Цзе Ян лег на кровать, задумчиво глядя на профиль Чоу Сина.

После посещения могилы Чоу Син, казалось, снова закрылся. А теперь еще это требование пойти на обследование... Может, на него повлияли слова Чоу Цзинбана и атмосфера кладбища?

Двухдневная мечта рассеялась от легкого прикосновения реальности.

Цзе Ян долго смотрел на Чоу Сина, затем лег на бок и закрыл глаза.

Этой ночью Чоу Син лег поздно и долго не решался взять Цзе Яна за руку. Когда он наконец это сделал, то долго гладил его руку.

Цзе Ян не спал, ожидая, пока Чоу Син заснет. Затем он открыл глаза, посмотрел на него и осторожно сжал его руку в ответ.

...

Одно из самых неприятных событий в праздники — это вынужденный прием нежеланных родственников.

На третий день Нового года семья Лю неожиданно нагрянула в гости. Более десяти человек заполнили небольшой дом до отказа.

Глава 80

Старший дядя Чоу Сина, Лю Цзян, занял место рядом с матерью Чоу и начал расспрашивать ее о здоровье. Младший дядя, Лю Чжу, тихо сидел в стороне, изредка вставляя слово, когда его упоминали.

Их дети и внуки разбрелись вокруг. Взрослые разговаривали, дети смеялись и бегали. На первый взгляд, это выглядело как теплая семейная встреча на Новый год.

Мать Чоу давно не видела родственников и была явно рада встрече с братьями и их семьями, говоря больше обычного.

Когда Цзе Ян и Чоу Син вошли с чаем, Лю Цзян как раз жаловался:
— Сейчас трудно вести бизнес. На самом деле, дома... Эх, ладно, зачем тебя расстраивать. Ты отдыхай и поправляйся. Я еще надеюсь пригласить тебя на свадьбу Шисюаня.

Мать Чоу удивилась и, взглянув на Лю Шисюаня, игравшего в телефон, спросила:
— Шисюань женится? На ком?

Лю Цзян попытался вернуться к теме:
— Ни на ком, я просто к слову пришлось. Ему пора бы уже. Но он сам виноват — столько лет пытается начать бизнес, а толку нет. Сватали ему нескольких, но все отказывались из-за его карьеры. А мы сейчас и помочь ничем не можем, эх.

Мать Чоу утешила его:
— Брат, у детей своя судьба. Мы уже старые, лучше не мешать им и не создавать проблем — это лучшая помощь. Не волнуйся, Шисюань красивый парень, у него все наладится и с карьерой, и с женитьбой.

Лю Чжу кивнул:
— Сестра права. Брат, ты слишком переживаешь. По-моему, последние годы у нас все неплохо.

Цзе Ян, ставивший чай на столик, едва сдержал смех.

Эти трое были очень интересны. Старший брат Лю Цзян — жадный и самоуверенный, вторая сестра Лю Цзин (мать Чоу) — умная и жесткая, младший брат Лю Чжу — простодушный и честный. Даже простой разговор между ними превращался в представление.

Вдруг чья-то рука протянулась и перехватила чашку, которую ставил Цзе Ян. То ли случайно, то ли намеренно, рука взяла чашку слишком близко, обхватив пальцы Цзе Яна и слегка погладив их.

Цзе Ян замер и посмотрел на владельца руки.

Лю Шисюань улыбнулся Цзе Яну и взял чашку за дно, словно прикосновение было случайным:
— Спасибо за чай.

Цзе Ян медленно выпрямился.

Он чуть не забыл, что в оригинальном сюжете у главного героя было несколько неудачных романов, и Лю Шисюань был одним из них. В книге Лю Шисюань, увидев главного героя в доме Чоу, начал строить планы, пытаясь соблазнить его угрозами и лестью.

Если бы семья Лю случайно не разорилась из-за действий главного героя, возможно, этому мусору удалось бы добиться своего.

Цзе Ян тоже улыбнулся, поставил чашку на столик, затем вытащил салфетку и тщательно вытер пальцы. Он сказал Лю Шисюаню:
— Не стоит благодарности, этот чай вообще-то не для тебя, — и выбросил салфетку вместе с чашкой в мусорное ведро.

Выражение лица Лю Шисюаня изменилось. Молодые члены семьи Лю, тайком разглядывавшие Цзе Яна, были шокированы.

Он выбросил чашку?

Шумная гостиная внезапно затихла.

Чоу Син, стоявший спиной к Цзе Яну и подававший чай Лю Чжу, обернулся, посмотрел на Цзе Яна, затем на молодых членов семьи Лю с разными выражениями лиц и спросил:
— Что случилось?

— Кто-то пришел с Новым годом поздравить, используя грязные методы флирта, — сказал Цзе Ян, вытирая пальцы новой салфеткой. Затем он повернулся к матери Чоу: — Тетушка, я не буду мешать вам общаться с семьей. Не хочу портить атмосферу, прошу прощения.

— Какое прощение, — сказала мать Чоу, уже поняв, что произошло. Она взглянула на Лю Шисюаня, ее взгляд стал холодным. — Ты здесь хозяин, а они гости. Иди сядь со мной. А-Син, выведи их отсюда, что за шум они устроили!

Лю Цзян еще не понял, что случилось, но видел, что мать Чоу хочет выгнать молодежь семьи Лю из-за какого-то чужака. Чувствуя неловкость, он сказал:
— Сестра, в Новый год...

Мать Чоу перебила его:
— Брат, мы редко видимся. Разве ты не хочешь спокойно поговорить со мной?

Лю Цзян пришел с определенной целью и не хотел расстраивать сестру. Он замолчал, бросил гневный взгляд на Лю Шисюаня, затем посмотрел на Цзе Яна и сказал:
— Шихуэй, отведи брата, жену и детей посидеть снаружи.

Но Чоу Син остановил собравшегося уходить Лю Шихуэя, подошел к Цзе Яну, взял его за руку и внимательно осмотрел:
— Что он тебе сделал?

— Погладил, когда брал чашку.

Лицо Чоу Сина стало страшным. Он крепко сжал руку Цзе Яна и спросил Лю Шисюаня:
— Ты трогал его?

Лю Шисюань понял, что дело плохо, и попытался объясниться:
— Брат, это недоразумение. Я случайно коснулся, когда брал чашку.

Цзе Ян приподнял бровь:
— То есть ты хочешь сказать, что я лгу?

Видя, что атмосфера накаляется, Лю Цзян снова вмешался:
— Шисюань, хватит! Иди с Шихуэем и остальными! А-Син, поговорим об этом потом. Сейчас Новый год, мы с твоей мамой редко видимся.

Он подал знак Лю Шихуэю. Тот, поняв намек, быстро обошел Чоу Сина, схватил Лю Шисюаня и вытолкал его. Остальные молодые члены семьи Лю, напуганные аурой и выражением лица Чоу Сина, поспешили уйти, забрав детей.

Гостиная быстро опустела.

Чоу Син проводил Лю Шисюаня мрачным, пугающим взглядом.

Мать Чоу сказала:
— А-Син, иди позаботься о Шихуэе и остальных. Ян Ян, иди сюда, посиди с нами, стариками, немного.

Чоу Син не двигался.

Цзе Ян высвободил руку и похлопал Чоу Сина по тыльной стороне ладони:
— Иди.

Чоу Син с трудом сдержал гнев:
— Я скоро вернусь, — сказал он, бросив холодный взгляд на Лю Цзяна, и вышел.

Лицо Лю Цзяна потемнело от взгляда Чоу Сина. Он еще больше разозлился на Цзе Яна:
— Посмотрите, что творится в Новый год. Совсем не понимает приличий.

Цзе Ян сел с другой стороны от матери Чоу:
— Действительно, не понимает. Таких людей, которые приходят в гости и ведут себя неприлично, нужно запирать дома и не выпускать.

Лицо Лю Цзяна дернулось.

— Ян Ян прав, — сказала мать Чоу, не дав Лю Цзяну возразить. Затем она повернулась к Лю Чжу: — Младший брат, это Цзе Ян, пара, которую я выбрала для А-Сина. Когда они с А-Сином будут праздновать свадьбу, ты обязательно должен прийти.

Лю Чжу кивнул:
— Я обязательно приду.

Лю Цзян, чувствуя себя проигнорированным, стал говорить еще более недовольным тоном:
— Сестра, ты совсем с ума сошла! Какая еще пара? У А-Сина только один наследник, а ты нашла ему мужчину. Ты не боишься, что род Чоу прервется?

Радость от встречи с родственниками исчезла с лица матери Чоу. Она спокойно ответила:
— Брат, почему тебя, человека из семьи Лю, так волнует, прервется ли род Чоу? К тому же, у Чоу есть еще несколько десятков родственников по боковой линии, род не прервется.

Лю Цзян запнулся:
— Я просто беспокоюсь об А-Сине! Посмотри, какой милый второй ребенок родился у Шихуэя в прошлом году. Если А-Син захочет детей...

— Тогда пусть Ян Ян воспользуется суррогатным материнством. А-Син нездоров, скорее всего, он уйдет раньше Ян Яна. Если у Ян Яна будет ребенок, ему не придется быть одиноким. К тому же, Ян Ян хороший человек, он воспитает прекрасного ребенка. Я буду спокойна, если Жундин перейдет к нему и его ребенку, — мать Чоу улыбнулась Лю Цзяну. — Спасибо тебе, брат, за заботу. Ты так много думаешь о нашей семье, очень внимательно с твоей стороны.

Это было почти прямое предупреждение Лю Цзяну.

Лицо Лю Цзяна покраснело и побледнело:
— Ты действительно потеряла рассудок! Позволить Цзе Яну использовать суррогатное материнство и отдать ему Жундин? Он чужой человек, как ты можешь быть такой недальновидной!

— Ян Ян зарегистрирован в семье Чоу, как он может быть чужим? — лицо матери Чоу полностью похолодело. — Брат, мне кажется, это ты потерял рассудок. Если говорить о родстве, мы с тобой уже несколько десятилетий живем отдельными семьями. Я могу сказать, что ничего не должна семье Лю. Нынешнее положение семьи Лю во многом обязано моей поддержке. Сейчас мы с А-Сином одни, я не прошу тебя о заботе, но надеюсь, что ты не будешь делать глупостей в том возрасте, когда нужно наслаждаться жизнью, и не испортишь будущее молодому поколению семьи Лю.

После этих слов стало ясно, что мать Чоу раскрыла все планы Лю Цзяна и даже предупредила его. Он гневно встал, пробормотав что-то о неблагодарности, и быстро вышел из гостиной.

Лю Чжу погладил мать Чоу по спине:
— Сестра, гнев вредит здоровью.

Холодность во взгляде матери Чоу немного смягчилась. Она посмотрела на Лю Чжу:
— Младший брат, ты ни в коем случае не должен быть похожим на своего старшего брата.

Лю Чжу покачал головой:
— Я понимаю, что нельзя занимать положение, которого не заслуживаешь. У детей и внуков своя судьба.

Семья Лю уехала, даже не пообедав. Мать Чоу, расстроенная поведением старшего брата, попросила сиделку отвезти ее в комнату и не позволила Чоу Сину и Цзе Яну беспокоить ее. Даже обед она ела в своей комнате.

Чоу Син тоже был в плохом настроении. После обеда он ушел в кабинет на втором этаже с телефоном, видимо, связаться с Хэ Цзюнем.

Никто не беспокоил Цзе Яна, и он вернулся в комнату, чтобы продолжить работу над фортепианной пьесой.

Около четырех часов дня Цзе Ян столкнулся с трудностями. Чтобы почувствовать музыку, нужно было сыграть ее вживую. Он выключил компьютер и спустился вниз.

Из гостиной доносился голос матери Чоу:
— Лю Шисюань и твой дядя осмелились так себя вести, потому что думают, что Ян Ян для тебя ничего не значит, просто игрушка, которую можно обижать. Какой смысл злиться на Лю Шисюаня? Если ты не будешь крепко держать человека, в будущем многие будут пытаться вмешаться в твои дела.

Цзе Ян остановился, не входя.

Через некоторое время снова раздался голос матери Чоу:
— Это моя вина. Я не смогла дать тебе здоровое тело. Думала, что нашла тебе пару, а поставила тебя в трудное положение. Почему ты унаследовал мягкость характера от отца?

Наступила долгая тишина.

Цзе Ян постоял несколько секунд, затем вернулся наверх. Войдя в комнату, он заметил пальто Чоу Сина на вешалке и не удержался, слегка ударив по нему.

Он сел на диван и достал телефон, чтобы отвлечься, просматривая Weibo.

Ситуация в Weibo была странной.

За одну ночь все новости о Му Чжоуи исчезли из трендов и популярных тем. О скандале с домогательствами остались только официальное заявление Huangtian и видео с пресс-конференции, где Хэ Жуминь извинялся. Все переписки, опубликованные с личного аккаунта Хэ Жуминя, были удалены, и он даже написал пост, утверждая, что эти записи были поддельными.

Еще удивительнее было то, что молодая звезда, которая первой рассказала о домогательствах, извинилась, заявив, что ее обвинения были ложными, и что у нее были нормальные отношения с Хэ Жуминем.

Как бы неправдоподобно это ни звучало, но на поверхности Huangtian мог сохранить лицо.

Это указывало на несколько вещей: Huangtian занимался связями с общественностью, Хэ Жуминь пошел на компромисс, и кто-то защищал Му Чжоуи.

Без защиты Му Чжоуи могла бы полностью потерять популярность или быть запрещенной, но если кто-то ее защищал, у нее еще был шанс.

Цзе Ян вдруг вспомнил слова Фэн Цинлиня и написал Цинь Чэну:
— Помоги мне проверить Хун Чжицзе и продолжай следить за Му Чжоуи.

Цинь Чэн не ответил, возможно, все еще спал. Цзе Ян снова открыл Weibo и увидел, что боты уже пытались направить обсуждение в сторону того, что кто-то намеренно пытался навредить Huangtian, стараясь отвлечь внимание от Му Чжоуи.

Развитие событий было действительно странным.

Цзе Ян отправил сообщение Цзи Цзэхуэю, попросив его следить за ситуацией в Huangtian.

В следующие несколько дней ситуация в Weibo становилась все более странной.

На четвертый день Нового года внезапно появилась новость о том, что в известной своей любовью паре национальных кумиров муж изменил жене с ассистенткой, которая уже тайно родила ребенка. Внимание публики сразу переключилось на это.

На пятый день Нового года известный кинематографист в интервью случайно проговорился, сказав, что некая "маленькая звезда" по фамилии Му недавно пострадала, так как была слишком прямолинейной и обидела кого-то. Это вызвало горячее обсуждение среди интернет-пользователей.

На шестой день Нового года откуда-то просочилась переписка, в которой Хэ Жуминь угрожал Му Чжоуи.

На седьмой день закончились официальные праздничные выходные, открылся фондовый рынок, и акции Huangtian сразу начали падать...

...

После обеда Цзе Ян и Чоу Син попрощались с матерью Чоу и сели в машину, чтобы вернуться в Цветочный сад Цзинхэ. В машине Цзе Ян получил звонок от Цзи Цзэхуэя.

Цзи Цзэхуэй поделился своими наблюдениями о странном поведении руководства Huangtian, которое, несмотря на падение акций и внутренние проблемы компании, не предпринимало никаких мер.

Цзе Ян посоветовал Цзи Цзэхуэю воспользоваться ситуацией и расторгнуть контракт с Huangtian, предположив, что компания скоро предпримет какие-то крупные шаги.

После разговора Чоу Син, до этого молчавший, спросил о планах расширения компании. Цзе Ян ответил, что в целом все идет хорошо.

Цзе Ян размышлял о том, как Чоу Син снова отдалился после визита семьи Лю. Он понимал причины этого, но эмоционально считал Чоу Сина избалованным и нерешительным.

Цзе Ян сообщил Чоу Сину, что из-за работы над новым альбомом и предстоящих съемок в фильме он будет отсутствовать дома до августа.

Чоу Син был шокирован этой новостью. Когда машина остановилась, Цзе Ян попрощался и собрался уходить. Чоу Син попытался его остановить, но Цзе Ян неожиданно вернулся, обнял Чоу Сина и передал ему накопленную энергию своей способности.

— Чоу Син, увидимся на обследовании, — сказал Цзе Ян, быстро отстранившись и сев в другую машину.