V. Жан д'Арк

Жан проснулся на мятой кровати. Комната была похожей на ту, которую он получил у Воронов. Только вместо чёрно-красной цветовой гаммы была рыжая с белым. Две кровати, два стола, шкаф и тумбочка. Белые стены давили на мозг, в глазах Жана начинало мельтешить, руки двоились. В ушах стоял звон.

Его разбудила сирена. Над дверью висело электронное табло с горящей красной надписью "Побег". Неожиданно в комнату вбежала девушка в форме. Она, переводя дыхание, шокированно смотрела на Жана, который потерянно осматривал её. В чёрных глазах было то самое чувство — беспомощность. Он находится не пойми где,скорее всего у врагов, один, его руки и ноги ослаблены, а разум в помутнении из-за вколотого вещества. Чувствовалась лёгкость в спине.

— Пойдём, Жан. Мы тебе не навредим, конечно, если будешь умнее.

Ему ничего не осталось, кроме как обессилено упасть на женское плечо. «Кошмаr. Это позоr»,— подумал Моро, закрывая глаза.

Коридор. Он больше не был залит красным цветом из-за поднятой тревоги. Спокойный, серый с белыми дверьми. Темнокожая девушка напевала себе под нос тихую мелодию, крепко обхватив парня с чёрными кудрями, частично мокрыми то ли от слёз, то ли от пота. Слёзы. Его похищение расценивается воронами как предательство и побег. Он рыдал во сне, потому что знал, что делают с псами, которые перестали быть покорными. Он сам делал это с ними. Он сам был когда-то на этом позорном одре, в самом начале своей "карьерной" лестницы. И худшее, что могло произойти — оказаться на месте неверного, будучи кем-то важным. Например, Ладьёй.

Номер три, Ладья — Жан Моро. Он выбыл из партии, когда его подобрали добродушные Лисы. В побочной семье есть своя шахматная иерархия. И всё началось с одной фразы:

Как он может что-то значить, если даже не умеет играть в шахматы?

Началась глобальная перестройка. Есть четыре главных касты — Король, Королева(она же Ферзь), Ладья и Конь. Под ними ходят приспешники, именуемые пешками. Тогда и встал вопрос: кто будет руководить четырьмя кастами, в которых Король имел в своих рядах лучших солдат, а Конь — больных и немощных? Вопрос долго не стоял открытым. И только роль Коня была пустой. До поры, до времени.

Пока в это дело не вмешались из основной семьи. Неожиданно, но на место Коня был назначен подранный и крашеный парень, работающий в казино, которое находилось под крылом Ичиро. Натаниэль появился внезапно. Из ниоткуда. Его возненавидели. Оказывается, достаточно просто лечь под кого-то важного, чтобы тебе целовали стопы и омывали целёхонькое лицо в слюнях и любви. Главное — верности. За Веснински не было никого, кто мог защитить.За ним вставали в очередь ради того, чтобы оплевать спину. Любому это рано или поздно надоело бы. Ичиро поставил его на влиятельное место, смотря, что он будет делать дальше. А Нил сбежал. Но от клана Морияма так просто не сбежать.

Как, например, сделал это Жан.

— Мисс Добсон, прошу,— тело Жана аккуратно посадили в кресло.

— Благодарю. Осталось только подождать, когда он придёт в себя.

Женщина поправила очки на переносице и стала застёгивать пуговицы на манжетах горчичной блузки. Бетси Добсон — правая рука Лисов, психолог и руководящая за обеспечение образования в стенах данного "пансионата". Она не выглядела грозно, как её босс. Но один взгляд на неё давал понять — ты от неё не убежишь. Как паучиха заволакивала в свой кокон- доверие, а затем съедала.И сегодня её жертва — Жан Моро.

Второй на очереди был сам Кевин Дэй. Спортсмен, модель, секс-символ. Таким он был в обычной жизни до эпидемии. Каждый день ему пачками приходили подарки и цветы под дверь, он переезжал четыре раза в год с квартиры на квартиру, куча денег, внимания, любви. Но никто не знал, как именно он достиг этого. Продал душу воронам, будучи родственником Королю. Так появился номер два, Ферзь — Кевин Дэй. Он же Визирь, он же Королева.Так агрессивно пытающийся сбежать — безнадёжно обмяк от выстрела в плечо от солдат.

Они попали в капкан обеими ногами.

***

Нил почувствовал как его волочат по полу. В нос ударил запах мертвечины. Не зомби-мутант. Человек. Джостен подскочил, ударяя кого-то ногой, отчего испугался снова. Широкие голубые глаза уставились прямо на блондина. Эндрю непонимающе смотрел в ответ.

Солнце слепило. Обжигающая погода напоминала пекло. Нил почувствовал какая у него мокрая от холодного пота спина. Мерзкое чувство грязи не давало покоя. Оно становилось только хуже.

— Поблагодари, что хоть вытянул оттуда,— Миньярд посмотрел за спину Нила, подразумевая склад, где они были в заложниках,— А то было бы два трупа.

— Два? Откуда второй? Нет, откуда первый?— не соображал Нил, вставая с земли. В колене что-то хрустнуло и Джостен стал ковылять.

— Видимо, тот мужик в маске застрелился, чтобы больше не слушать твоё наглое вранье. Любой бы на его месте так и сделал.

В голосе Эндрю чувствовалась неприязнь. Он встал, сложив руки на груди. На лице было всё то же равнодушие, только сейчас оно было с душащей подоплёкой. От одной только атмосферы было понятно — он узнал что-то, что Нил так долго прятал. Этого было навалом.

— Я соврал во благо. У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда, просто нам он часто не нравится. Ты ведь подумал сначала что мы — полные    идиоты без затылка, раз подобрали такого оборванца как ты, да?

— Я подумал, что вы те, кому нельзя доверять, но можно попробовать. Непредсказуемые.

— Нам нельзя доверять. Мы же — монстры. Бездушные и холодные. Как ты там сказал — "непредсказуемые"? Наркоши обычные. Если брать Кевина — нарциссы. Зато — честнее некуда.

— Хотел бы, чтобы я рассказал правду? Так дай ей цену,— Нил становился язвительным, подходя ближе и ближе,— Предложи мне такую сделку, чтобы я согласился тебе доверить себя, всего и без остатка.

— Подумаю над твоим предложением, когда мне будет не всё равно на "Нила Джостена". Злит, что такое как ты — единственное, что сейчас рядом со мной.

Он оглянулся. Около здания стоял байк с белой наклейкой изображения лисы. Миньярд сразу быстрым шагом пошёл до него, оставляя за собой Нила. Он был темнее тучи. Чувствовать себя обруганным — неприятно. Остаться наедине с ним — вдвойне.

Джостен молча пошёл вслед. Они не знали, что теперь на них стояли трекеры в виде лисьей морды.

***

На байке Нилу было запрещено как-либо прикасаться к Эндрю, поэтому поездка была не особо комфортной. Джостен держался на мотоцикле при помощи рук, вцепившихся в сидушку. Зато он мог видеть блондинистый затылок, владелец которого молча и агрессивно вёл куда-то вдаль. В багажнике под сидением была вода и сухпаёк, но топлива не хватило бы доехать до центра, поэтому они ехали в городишко.

Пустошь миновала, открылся вид на жёлтые поля и прохладу. Тут-то уже шли городишка из-за обилия фермеров и рынков. На полях паслись коровы, кони беззаботно резвились, под деревом спал пастух.

— Вирус, кажется, не добрался до них.

— Ты приглядись.

Нил послушался. Он внимательно посмотрел на лошадь, находящуюся к ним достаточно близко и ужаснулся. Изуродованное животное осознанно смотрело на него, из лошадиной пасти торчали совсем не лошадиные острые зубы и кровавые пузыристые слюни. Оно дышало в унисон вместе с Нилом. У лошади были вывернуты задние копыта, честно, это было бы даже незаметно, если бы не частичное гниение переднего. Подковы у неё явно несчастливые.

— Съел бы мясо такой лошади? Так что не бери ничего из еды, понял?

— Езжай быстрее.

Они подъехали к какому-то дому с голубой черепицей. На окраине, они только вдвоём. Где-то блеяли овцы.

— Стучать?— спросил Нил, на что Эндрю сразу начал тарабанить по двери.

И она открылась.

— Гилберта здесь нет, уходите,— раздалось тихим и хриплым голосом. Женщина направила на них отвёртку, закрыв собой пару любопытных глаз детишек. Она выглядела потрёпанно и помято: спутанные русые волосы, блёклая сине-зелёная кожа с вздутыми венами на руках, впалые уставшие глаза, грязная одежда в складках, коричневые подушки пальцев от сигарет, жёлтые зубы.

— Разрешите переночевать одну ночь у вас. Мы не причиним вам вреда и неудобств,— дружелюбно начал Нил, натягивая на лицо дружелюбную улыбку. Смекнув что к чему, Эндрю спрятал за спину обломок железной палки, найденной у руин какого-то амбара. Женщина растаяла. Бледные щёки немного порозовели.

— Только если одну.— она отошла от входа, пропуская гостей,— Вы точно не ищите Гилберта?

— Точно.

Войдя в ветхий дом, пахло сыростью и чем-то кислым.Ацетон.От одного только запаха и лица Эндрю Нил понял — тот самый Гилберт был наркодилером. Стены дома были изрисованы детскими красками и мелками. Через подошву обуви чувствовалась грязь пола. Казалось, что вдыхая, пыль оставалась налётом на зубах.

Они услышали детский голос. Две головы рефлекторно обернулись на звук, мать не отрывала глаз от лица Нила. В какой-то момент она случайно положила руку на его поясницу и подтолкнула в столовую. Эндрю шёл за ней с недоволен выражением лица.

— У вас есть дети?— спросил Нил, усаживаясь за барный стул.

— Сколько их,— скорее был не вопрос, а приказ от Эндрю. Это была своеобразная викторина. Ответишь неправильно — железка окажется воткнутой в спину.

— Трое. Две девочки и мальчик,— ответила женщина, оперевшись спиной к стене. На ней висел растянутый зелёный кардиган и юбка в пол, закрывающая голые стопы,— Меня зовут Оливия, буду рада знакомству.

— Я,— Нил не успел продолжить, как его перебил Эндрю.

— Томас.— он жестом показал на себя, а затем перевёл рукой на Джостена:— Норманн.

— Какое красивое имя.— она зарделась,— Имена, они самые.

Нил вопросительно посмотрел на Эндрю. Тот ответил взглядом:«Скоро поймёшь». Женщина не переставая рассказывала о своей жизни, парни пытались понять, в какой момент можно начать грабить. Сзади что-то разбилось. Обернувшись, стояло детей пять. Разных возрастов, внешностей, в основном девочки.

— Вы привели друзей?— напыщенно беззаботно удивилась женщина.— Идите поиграйте во дворик, давайте.

Они напуганно побежали на задний двор. Все, как под копирку полуголые, в грязной штопаной одежде, стриженые под ноль. Эндрю заметно напрягся.

— Дайте помогу убрать осколки.

— Стоять,— скомандовал Миньярд, отчего Нил обернулся,— Знаете, Оливия, у меня к вам деловое предложение. Вы даёте нам пожитки, а мы...

— Не убиваем вас,— Джостен направил на неё нож, спрятанный заранее в обуви.

Она подняла руки. На её лице был неописуемый коктейль из страха, злобы и огорчения. При поднятых руках было отчётливо видно, что она наркоманка — свежие следы чётко виднелись на предплечьях. Оливия обозлилась. Она швырнула в Эндрю стаканом, но промахнулась. Осколки разлетелись с громким звоном. Миньярд подошел к ней и замахнулся железкой. Из-за угла выглянул некто маленький: худой и светлый мальчик с грязными красными коленями. Он безразлично наблюдал за картиной, а увидев, что его мать сейчас двинет кони — стал лихорадочно и мокро кашлять, свалившись на пол.

— Нор, запри его в комнате. С ней я расправлюсь сам.

Нил не понял, что это было адресовано ему. А затем, он подхватил мальчика на руки и унёс в комнату около входной двери. За спиной раздавался хрип и лязг железа, вместе с угрозами голосом Эндрю. Грубый и холодный. Сталь.

***

— Я был воrоном, им и умrу. Не знаю, чего вы от меня хотите,— не сдавался Жан, отвечая на любые вопросы этой заготовленной фразой. Снотворное перестало действовать, он чувствовал себя как обычно. В соседней комнате вёлся допрос Кевина, чтобы не тратить зря время — он шёл на компромисс, рассказывая про воронов столько, сколько мог позволить говорить без страха и покалывания в руке. Король сломал ему рабочую руку, чтобы подобрать под своё командование ещё и людей Дэя. Это воспоминание возникало перед глазами каждый раз, когда Кевин говорил много и долго. Намёк на то, чтобы закрыть рот. Но не сейчас. Он подробно описывал, сдерживая страх и панику. Это восхищало, если знать, через что он проходит. Через старого Кевина Дэя.

Но если возвращаться к Жану, тут было пусто и голо. Наотрез отказывался говорить что-то про воронов, пряча глаза в стол или связанные руки. Бетси устало потёрла переносицу и вновь подняла глаза на мученика. Он сидел хмурый и всем видом показывал, что если подойти ближе, то он процарапает или покусает. Похож на испуганного кота, не хватало только распушенного чёрного хвоста и шерсти дыбом.

— Жан, я думаю ты физически не мог слышать последние новости, но я знаю, что тебе нужно это услышать.— в ответ ей было лишь молчание,— Рико Морияма — мёртв. Сейчас у воронов переполох, ведь место Короля обезглавлено.

— Мёrтв?— не веря своим ушам, повторил Моро,— Пrям насовсем? Есть подлинные доказательства?

Бетси предоставила ему фотографии изуродованного трупа Рико. Голый, с порванным ртом от уха до уха, весь в крови, закатанные в предсмертных конвульсиях глаза.Внутри Жана всё бурлило. В деле написано, что у него случился лекарственный передоз, а потом над ним издевались те же, кто издевался с ним. «На вашей коронации будет аплодировать та же толпа, что будет позже радоваться вашей казни»,— помнил Жан. На его сухих бледных губах появилась скрываемая улыбка. Затем раздался смех — хриплый, с кашлем, но искристый. Искренний.

Бетси наконец-то выдохнула. Удалось развеселить угрюмого — заставить дрожать сильного. Кевину тоже сообщили об этой новости. Он побледнел, задерживая дыхание, будто это помогло бы. Дэй не просил доказательств — знал, что рано или поздно так и случится. Страшно было осознавать зачем они тут: чтобы вороны не искали кого-то на свободный престол. Но есть загвоздка — Натаниэль. Всё время его не особо жаловали, а тут сразу все карты на руку.

— Жан, мы знаем, что они сделали с тобой. Ты сам знаешь, что они бы с тобой сделали, вернись к ним сейчас. Поэтому предлагаю сделку,— парень напрягся, но внимательно слушал, подняв глаза на Добсон,— Ты выступаешь в ряды армии Лисов и участвуешь в операции«Уэйт»,мы тебе обеспечиваем полную безопасность и развязываем руки. Во всех смыслах.

— Что за опеrация?

— Месть воронам за то, что они сделали с одним важным человеком.

— Если я отказываюсь, то?

— Эвтаназия,— совершенно спокойно сказала Бетси.

— Дайте мне вrемя подумать.

— Мы даём вам три дня. По их истечению должен быть готовый ответ. До встречи, на сегодня всё.

Она встаёт и уходит, оставляя Жана и девушку-солдата вдвоём. Парень мнётся, сжимая руки за спиной. Верёвка ослабла и спала на пол. Вспоминая ту фотографию, Жана вновь пробирает на продолжительный смех. Он закрывает голову руками, делая его более приглушенным, но тише на становилось. И не стало бы.

***

Вечерело. Нил и Эндрю сидели в полумраке из-за отсутствия целых лампочек в доме. Они закрыли детей и Оливию по разным комнатам, без еды и воды. В этом был план. Они пойдут на переговоры, предлагая воду,хлеб и мясо, которое не смогут сами съесть. Женщина громко и протяжно выла, колотя руками дверь. Она умоляла о дозе. Но Эндрю сидел абсолютно спокойно, невозмутимо. Нил рядом перебинтовывал колени постиранными повязками. Несмотря на их внешнее состояние, они не болели. Из рук в очередной раз вылетел кусок бинта. Джостен нагнулся за ним, но его опередил Эндрю:

— Калека, помочь тебе?

— Нет, спасибо. Я и сам до этого справлялся неплохо.

— Как хочешь,— Эндрю кинул ему повязку, но Нил не успел словить и она закатилась под диван.

Вдруг вой прекратился. Они молча смотрели друг на друга. Малиновый закат на стенах добавлял интимности в этот момент. Нил прислушался. Тяжёлое дыхание и еле-еле слышный шорох. В дверном проёме показался тот светлый мальчишка. Он лениво зевнул и потопал к холодильнику, подтягивая находу спадающие шорты отца. Ему на вид было лет десять, но вёл себя гораздо старше. Осознаннее, даже чем его мать.

— Как тебя звать?— спросил Нил, обернувшись на мальчика.

— Гаррет. Можете просто Гарри, если не расколите мне череп.

— А с чего мы должны так сделать?

— Вы же злые.И я буду таким.— он выдержал паузу,—Хочется, чтобы наконец-то эта больная перестала орать. Но её вы точно не кокните, пока она не скажет где бензин.

— А ты, видимо, тоже знаешь где он. Расскажешь?

— Если возьмёте с собой.

Эндрю тоже обернулся и серьёзно посмотрел на Гарри. Это было не в шутку. Миньярд понял, кого ему это всё напоминает. И Гарри, и Оливия, и разруха. Его самого. Детство.