АРКА Призрачный Муж главы 45 - 89

Глава 45 Призрачный Муж

Когда он проснулся, то, возможно, снова заплакал во сне и выплеснул все свои плохие эмоции. телу Тан Нина было уже не так неудобно, как вчера.

В последующее время Тан Нин полностью погрузился в работу команды и использовал актерскую игру, чтобы избавиться от слишком многих негативных эмоций в своем сердце. Поскольку у него было так много важных дел, Тан Нин был так занят, что временно забыл о своих проблемах. .

Время от времени в свободное время он размещал на форуме пост с заголовком #Я не должна быть той, кто влюбляется в двух мужчин одновременно в игре (последний может и не быть человеком).#

【Арендодатель】

Мне нравятся боссы в двух экземплярах. После того, как мне понравился второй босс, я чувствую, что предал первого. Друзья мои, как следует разрешить эту ситуацию?

【1-й этаж】

Этот еще более тяжелый

【2-й этаж】

По правде говоря, когда я смотрел «Судный день» раньше, меня тоже тронул красивый зомби, но........Друзья!Изо рта зомби действительно воняет!

【3-й этаж】

Это нормально. Некоторые боссы действительно чрезмерно хороши собой. Я знаю, что один большой босс нарисовал Додзин с такими боссами, как Мо Юнчу. Если вам это нравится, вы можете купить это частным образом и взять домой, чтобы полизать.

......

Хотя я знаю, что пользователи сети не могут придумать никаких решений, прочитав ответы всех, Тан Нин немедленно разместил заказ на фигурку Додзина Мо Юнчу и потратил 500 очков выживания, чтобы купить карту исцеления уровня D, главным образом потому, что карту принцессы на горошине слишком легко повредить, маленькая боль была похожа на бесчисленных муравьев, ползающих по нему в копии, что еще больше расстраивало его из-за того, что он был не в очень хорошем настроении.

На этот раз, когда у него были деньги, Тан Нин подумывал о покупке карты исцеления. Теперь у него есть 570 очков выживания, что, кажется, много, но после покупки карты уровня D у него осталось только 70 очков.

[Поздравляем с победой в номинации «Музыкальный бренд всасывания"]

[Настройка музыкальной карты всасывания 1: Сосание пальцев может восстановить кровь]

【Настройка музыкальной карты всасывания 2: Вас можно сосать один раз в день】

Самым большим преимуществом этой музыкальной карты для отсасывания является то, что вам нужно всего лишь пососать пальцы, чтобы выполнить простое лечение своего тела. Это не только эффективно для вас самих, но и помогает другим. За исключением того, что метод лечения выглядит немного умственно отсталым, недостатков в нем в принципе нет.

Готовый сделать все, что в его силах, Тан Нин услышал знакомый игровой звук, звучащий в его голове: «Динь - обратный отсчет копий готов".

Тан Нин, который составлял грим съемочной группы, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он достал свой мобильный телефон и нажал на карточку розыгрыша.

В центре экрана появилась обратная сторона чисто черной карты. Тан Нин нажал, чтобы вытащить карту, и карта медленно перевернулась.

С темно-золотой каймой принцесса с длинными, похожими на водопад волосами сидела на маленьком чердаке. Из ее волос торчала пара ужасно уродливых рук. Кожа на этой руке была грубой, ногти длинными, и она держала расческу, которая была очень маленькой по сравнению с ее рукой. Это было красиво.Принцесса расчесывала свои длинные волосы.

[Поздравляем с победой в номинации «Бренд Рапунцель»]

[Настройка карты Рапунцель 1: Тесный контакт с вами может принести пользу определенным существам]

[Расклад карты Рапунцель 2: Принц и ведьма оба хотят Тебя]

......Это снова S-карта?！

«Карта была разыграна, и копия загружается......"По мере того, как в моем сознании звучал системный сигнал, все, что касалось команды передо мной, постепенно охватывалось новой сценой. Это старый дом с выбоинами на земле, декадентское и холодное дыхание на моем лице, и пара распухших и синих ног, покачивающихся перед Тан Нином. Шаткий.

Тан Нин широко открыл глаза и внезапно поднял голову. У противника была пара ужасающих рук с жесткими пальцами по обе стороны тела, темно-желтыми и тонкими, как когти зверя, с фиолетовыми и голубыми пятнами, появляющимися на них. Тан Нин сначала не отреагировал на то, что это было, и у него было сердце. Подсознательно голос сказал: «Это пятно от трупа».

Не смотри это больше!

Не смотри это больше!

Тан Нину отчаянно захотелось опустить голову, но было слишком поздно.

Немного темно-красного цвета попало ему в глаза, а рот человека, висевшего на балке, был широко открыт, его длинный язык свисал с нижней челюсти, а глаза, которые почти вылезли из орбит, были налиты кровью.

Это пожилой человек лет семидесяти-восьмидесяти.

Он был худым, со свежими трупными пятнами на дряблой коже, на его теле был надет большой красный саван, а труп висел на балке комнаты и слегка покачивался, как красный фонарь.

Кожа головы Тан Нина онемела, и он был близок к тому, чтобы быть настолько раздраженным этой ужасающей сценой, что не мог дышать. Холодный механический звук системы прозвучал в его голове.：

【Динь - копия загружена】

[На праздник Цинмин все вернулись в деревню, чтобы отдать дань уважения своим предкам. Кто ожидал, что старик по имени Тан Сяньхэн в деревне умер? Перед смертью он сказал своим детям и внукам, что его нужно похоронить до истечения первых семи дней его жизни, иначе в деревне произойдут плохие вещи.】

[Ты его старший внук. Он любил тебя больше всего при жизни и женился ради тебя. Другого мужчину зовут Цзи Ляньюнь, слово из восьми символов «Благородный Куйган». Вы и Цзи Ляньюнь никогда не знали друг друга, но, чтобы исполнить последнее желание твоего дедушки, ты решил жениться на Цзи Ляньюне.】

【Мультиплеер: Похороны】

[Количество игроков: 6]

[Сложность: Уровень B]

[Главная задача: Похоронить Тан Сяньхэна в течение семи дней!Успешное захоронение рассматривается как игра по расчистке территории!】

После того, как Тан Нин услышал, что сложность задания была уровня B, он подумал, что, возможно, знает, почему на этот раз он снова вытащил карту S. Когда новичок вступает в карточную игру высокой сложности, шансы выиграть карту высокого уровня значительно возрастают.

Третья копия имеет уровень сложности B, и Тан Нин просто не знает, как оценить свою удачу.

Позади него послышался звук вдоха, и Тан Нин повернул голову и молча наблюдал за окружавшими его людьми. Всего было семеро мужчин. Самому старшему из этих людей было не больше сорока, а самому молодому - за двадцать. Все выглядели потрясенными, как будто не могли поверить в уход человека, стоявшего перед ними. Я не могу в это поверить.

Во всяком случае, эти шесть человек должны быть всеми игроками в этой копии.

......Нет, к тому же у него в общей сложности семь человек.

Система говорит, что в игре всего шесть игроков.

Здесь есть еще один человек.

Есть ли дополнительный NPC, который мог бы сообщить им более подробную информацию?

[Итак, игра начинается]

« Старик Тан!»Мужчина средних лет подбежал с выражением недоверия на лице. Он дотронулся до табурета рядом с телом и встал на табурет, пытаясь снять тело, но ему было трудно полностью снять тело, застрявшее шеей на веревке. Он посмотрел на людей внизу и с тревогой сказал: «Ребята, что эти люди делают в оцепенении?Поторопитесь и уберите старика вниз!！！"

Все, кто был внизу, отреагировали мгновенно, осознав, кто они, из-за страха, и начали действовать, услышав эти слова. Несколько человек сняли с себя одежду и надели ее на свои тела, шагнули вперед, обняли ноги старика и осторожно сняли его с отвратительной веревки. .

Очень тяжелый.

Тяжелый совсем не похож на худого старика, а на кусок железа или что-то равное по весу.Они очень хорошо знали, что это признак того, что человек мертв, и было слово, которое прекрасно описывало это: безжизненный.

Тело старика упало вперед в тот момент, когда его убрали, и даже несколько игроков, имевших его, не смогли это контролировать. Это лицо было просто нацелено на Тан Нина, как свирепый призрак, который хотел затащить Тан Нина на смерть. Холод распространился от спины Тан Нина до макушки, и Тан Нин на мгновение был почти не в состоянии контролировать это.Двигайся.

В это время сильный игрок быстро поймал тело старика руками и глазами и медленно опустил тело на землю, спокойно и умело.

« Старик Тан, почему бы тебе не подумать об этом как следует!Мужчина средних лет протяжно вздохнул и протянул руку, чтобы закрыть широко открытые глаза старика.

Однако каждый раз, когда он закрывал глаза старика, в следующую секунду эти глаза открывались сами по себе, широко открытые, как будто они были мертвы.

Более того, подбородок старика открылся, как вывихнутый, а его длинный язык вывалился из уголка рта. Каждый раз, когда он искусственно закрывал рот старика, через некоторое время рот медленно открывался сам по себе.

Честно говоря, Тан Нин был весь покрыт волосами от такой сцены, даже если бы он просто посмотрел на нее, он не смог бы этого вынести.

Мужчина средних лет печально сказал: «Старик!Что с тобой такое?！Почему ты так расстроен?！"

В комнате было много движения, и другие люди входили один за другим. Там были мужчины и женщины, старые и молодые, все разговаривали. Некоторые люди предложили осмотреть комнату в поисках предсмертных записок, оставленных стариком. Некоторые люди говорили, что Тан Сяньхэн всю свою жизнь прожил слишком тяжело, будучи средних лет.Ночью я потерял жену и сына. Я наконец вырастил своего внука и устроил свадьбу. Только тогда я умер......

Все они говорили о том, какой несчастной была жизнь старика при его жизни, но они никогда не упоминали, что старик, очевидно, дожил до того момента, когда его внук собирался жениться, так почему же он покончил с собой до женитьбы своего внука, как будто для старика было очень логично покончить с собой после всего этого.

Маленькую комнату снова обыскали, но предсмертной записки обнаружено не было.

Гардероб забит праздничными шляпами, праздничной обувью, праздничными носками, праздничными подушками и праздничным одеялом, и даже золото во рту во время похорон полностью готово.

В маленьком доме по соседству стоит сосновый гроб, приготовленный стариком давным-давно. Неудивительно, что некоторые старики в сельской местности готовят гроб для себя, но редко бывает, чтобы Тан Сяньхэн был так хорошо подготовлен. .

Взгляды многих людей упали на Тан Нина. Некоторые люди скандировали «Пожалейте". Во всей комнате царил беспорядок, а у Тан Нина, который гудел, болела голова.

В этой суматохе игрок подошел к кому-то, чтобы поговорить, быстро подтвердил личности нескольких других игроков, а затем создал групповой чат, чтобы привлечь всех в группу.

Хань Минъю: «Я дальний родственник покойного. Я пришел принести в жертву своих предков во время фестиваля Цинмин."

Линь Гуйцзин: «Я тоже дальний родственник покойного."

Линь Юнь: «Дальние родственники, приносите в жертву предков."

Хан Анкан: «1."

Цзи Кэ: «У меня есть слабый и болезненный двоюродный брат. Он собирается жениться на внуке покойного. Я здесь, чтобы помочь моему двоюродному брату подобрать этого человека."

Тан Нин: «Я внук покойного. Последнее желание покойного - чтобы я женился на Цзи Ляньюнь. Этот человек должен быть двоюродным братом Цзи Кэ."

Кратко сообщив друг другу свои идентификационные данные, все игроки посмотрели на Тан Нина. Из всех людей только Тан Нин был ближайшим членом семьи погибшего, и у него был брачный контракт с NPC в копии, которая показывает, что Тан Нин, по крайней мере, взял очень важное удостоверение личности.

Хан Минъю: «Новичок?@唐宁"

Тан Нин: «Да, это мой третий экземпляр."

В пределах трех копий все они новички, не говоря уже о том, что третья копия имеет уровень сложности B.

Тот факт, что новички забрали важные удостоверения личности, огорчит некоторых игроков, потому что многие замечательные вещи исходят от новичков, а у старых игроков не так много замечательных вещей, а замечательные вещи не выдерживают многих раундов карточных игр - но это невозможно, в играх с собаками есть такой механизм защиты.

Несколько человек чутко осознали, что этот новичок, возможно, вытянул карту выше уровня, возможно, это была ключевая карта противодействия этой копии, и они должны были защитить его.

Хан Минъю отправил сообщение: «Не действуйте без разбора, сообщайте обо всем в группе. если вам нужно выйти, постарайтесь действовать вместе со всеми @Tangning"

Тан Нин: «Хорошо."

Люди в деревне полны энтузиазма. Среди них мужчина средних лет, который внес наибольший вклад, - это мужчина средних лет. Поскольку именно во времена династии Цин многие вещи легко покупаются. Все помогали строить духовный зал. Вскоре в маленький домик был возложен белый венок и повешен черный с надписью «Дянь».Был установлен занавес, гроб из сосны и кипариса с телом.

Тан Нин был одет в белый костюм сыновней набожности с белым поясом сыновней набожности на лбу. Как единственный ближайший член семьи в комнате, он опустился на колени ближе всех к гробу.

Остальные четверо игроков, одетые в одежды сыновнего благочестия и с черными марлевыми повязками на головах, по очереди опустились на колени рядом с гробом.

Есть также игрок, который не связан с нами, поэтому он просто стоял в стороне и наблюдал.

Люди и вещи почти готовы, и единственная проблема сейчас - это появление старика.

Повешенным запрещено закрывать глаза и рты на трупе. Кто-то позвал Тан Нина, чтобы попробовать это. Он сказал: «Нин Вази, твой дедушка любил тебя больше всего при жизни. Поторопись и скажи своему дедушке что-нибудь приятное, и пусть он закроет глаза!»"

Тан Нина подтолкнули к гробу. Он посмотрел на отвратительного старика с бледным лицом, стоявшего перед ним. Он не знал, что собирается делать, но все уговаривали его. Тан Нин задрожал и протянул руку. Мало-помалу он приблизился к глазам старика.

«дедушка......Тан Нин положил ладонь на круглые глаза старика, стараясь сохранить спокойствие в своем голосе: «Поторопись и покойся с миром»."

Он осторожно опустил руку вниз, его ресницы прилипли к ладони, и когда ладонь его руки переместилась ко рту и носу старика, искусственно закрытые глаза внезапно открылись, и налитые кровью глаза с расширенными зрачками были готовы выскочить из орбит, как мраморные шарики.

Ощущение дрожи от страха распространилось от груди к шее. Горло Тан Нина сжалось, и он почти закричал. Он хотел убрать руку, но люди вокруг него твердо смотрели на него.

Тан Нин изо всех сил старался не бояться. Он снова закрыл глаза старика руками. Его глаза были закрыты, но длинный язык, вывалившийся из нижней половины его лица, заставил кожу головы Тан Нина онеметь. «Дедушка, если у тебя есть какие-то незаконченные желания, я помогу тебе их исполнить......"

Дрожащая рука медленно опустилась вниз, и на этот раз глаза старика чудесным образом закрылись.

Тан Нин подождал три секунды, и после того, как он не увидел, что эти глаза снова открылись, его ноги стали такими мягкими, что он почти опустился на колени.

При сильной поддержке он засунул язык старика обратно в рот, и, согласно предыдущей операции, Тан Нин повторил это снова, на этот раз старик тоже закрыл рот.

Все закрыли лицо старика слоем белой ткани, и гроб не был запечатан до смерти. Это было потому, что перед похоронами молодые поколения могли снова увидеть лицо старика.

После того, как все это было сделано, жители деревни в основном разошлись по домам, и в зале духов осталось шесть игроков, а также мужчина средних лет, который был занят с самого начала.

Личность Цзи Кэ не была родственницей покойного. Он стоял рядом с мужчиной средних лет. Мужчина средних лет взглянул на Цзи Кэ и убедил его: «Вы семья Цзи Кэ. Теперь, когда кости старика Тана не остыли, вы должны забрать Нин Вази через некоторое время, иначе никто вам их не отдаст. Старик просыпается."

Цзи Кэ спокойно сказал: «Видя, что вы так долго были заняты, я до сих пор не знаю, кто вы. Кто вы такой?"

«Я сосед старика Тана. Вы можете называть меня просто дядя Ван. Как говорится, дальние родственники лучше близких соседей. Вы все маленькие куколки. Если бы я не помог, вы бы уже давно спешили.Дядя Ван покачал головой и тихо вздохнул: «Почему такой хороший человек уходит, не подумав об этом ..."

После того, как дядя Ван закончил говорить, он взял Цзи Кэ и собрался уходить: «Пойдем, посидим в моем доме. Мы с тобой оба чужаки, так что оставаться здесь больше неприлично»."

На мобильном телефоне раздался звуковой сигнал сообщения. Тан Нин включил мобильный телефон и увидел новое сообщение от Линь Юнь в групповом чате: «Не позволяй этому дяде Вану забрать Цзи Кэ».Хотя он и раньше просил нас сделать правильный процесс, он также был очень опытен. Он казался человеком, у которого был опыт проведения похорон, но он упустил один. Он не привязал пеньковую веревку к ногам покойного."

Хань Миньи: «Обычаи погребения в каждом месте разные. Возможно, в этой деревне просто нет такого обычая."

Линь Юнь: «Но к его ногам привязана пеньковая веревка."

Когда это предложение прозвучало в группе, все игроки посмотрели на мужчину средних лет, стоявшего в дверях.

Правое веко Тан Нина дрогнуло, и он смутно увидел порванную пеньковую веревку в брюках противника. Пеньковая веревка была красновато-коричневой, как будто ее чем-то покрасили в красный цвет.

« Нин Вази, на что ты смотришь?- Ласково спросил дядя Ван у Тан Нина.

Тан Нин быстро отвел взгляд: «Ничего особенного."

У двери встал игрок. Он взял Цзи Кэ за руку и сказал дяде Вану: «Дядя Ван, на самом деле, Цзи Кэ уйдет позже. У меня нет времени сидеть у тебя дома."

« Тогда я отошлю его прочь.- С энтузиазмом сказал дядя Ван.

Если бы Джи Кэ не заметил что-то неладное в это время, его бы не считали старым игроком. Он отказался: «В этом нет необходимости."

Хотя дядя Ван получил отказ, он не стал настаивать. Он попрощался со всеми в зале духов и шаг за шагом удалился вдаль.

Все посмотрели на этого старика, который утверждал, что является соседом Тан Сяньхэна, и не заходил ни в один дом рядом с домом Тан Сяньхэна.

Когда фигура дяди Вана полностью исчезла из поля зрения, все медленно отвели глаза, и у всех было такое же торжественное выражение на лицах.

Лингтан не подходит для общения «от уха до уха», поэтому все молчаливо достали свои мобильные телефоны для общения.

Хань Минъю: «Вы хотите привязать пеньковую веревку к ноге покойного?»"

Линь Гуйцзин: «Сначала ты должен найти пеньковую веревку."

Линь Юнь: «Сейчас приоритетом является не пеньковая веревка, а то, хочет ли Тан Нин продолжить поминки или выйти замуж за этого NPC по имени Цзи Ляньюнь.У кого-нибудь из вас есть еще новости о Цзи Ляньюне и этом браке?"

Цзи Кэ: «Информация, которую я знаю, заключается в том, что мой двоюродный брат - больной человек и не может позволить себе быть прикованным к постели круглый год. Гадалка сказал, что только когда они с Тан Нином поженятся, он постепенно сможет ходить как нормальный человек.Поскольку он сейчас слишком слаб, Тан Нин может пойти только к нему. Он не может прийти сам. У меня есть систематизированная карта маршрута к дому Цзи. Поскольку система предоставила карту, это означает, что это место должно быть посещено."

Тан Нин: «Я знаю, что он из благородной семьи Куйган с восемью персонажами. Система сказал, что выйти за него замуж было последним желанием моего дедушки."

Линь Юнь: «Люди с восемью персонажами и дворяне Куйгана не боятся призраков. Женись. Этот брак должен быть заключен как можно раньше!Если у этого Цзи Ляньюня действительно слабое здоровье, никто не может сказать, когда он умрет от болезни. Наши солдаты делятся на две части: три человека будут охранять зал духов, а два человека будут защищать Тан Нин и отправятся в дом Цзи, чтобы пожениться."

Линь Юнь: «Цзи Кэ, Цзи Кэ и Тан Нин пойдут в дом Цзи вместе."

Хан Минъю: «Ну, сейчас уже поздно, так что ты уходишь пораньше и рано возвращаешься."

Старые игроки, которые могли играть в игру уровня B. Приняв решение, Линь Юнь немедленно отправился в путь с Тан Нином и Цзи Кэ.

Чжи Кэ приехал на электрическом трехколесном велосипеде. Оба Тан Нин и Линь Юнь сидели в кузове машины. Дорога в деревне была изрыта выбоинами. Когда электрический трехколесный велосипед тронулся с места, у Тан Нина заболела задница, и пыль на обочине взлетела в воздух. Какое-то время Тан Нин сожалел, что не захватил из дома подушку или что-нибудь в этом роде.Подушка, но машины почти выехали из деревни, и Тан Нин был смущен, позволив Чжи Кэ снова повернуть назад.

Трехколесный велосипед перевернулся, и зрение Тан Нина тоже перевернулось. Он увидел невдалеке спину дяди Вана. Дядя Ван шел один по пустынной деревенской дороге, к его лодыжке была привязана пеньковая веревка.

Цзи Кэ и Линь Юнь также видели спины друг друга. Само собой разумеется, что скорость трехколесного велосипеда выше, чем у идущего пешком человека, но самое странное, что после того, как они проехали больше минуты, они все еще могут видеть только спину дяди Вана, и даже расстояние между ними такое же, как и раньше. То же самое.

Тело противника было слегка шатким, и он шел шаг за шагом по неровной грунтовой дороге рядом с пышным саранчовым деревом.

Цзи Кэ стиснул зубы и увеличил скорость трехколесного велосипеда до максимальной. Шины издавали ухабистый звук на грунтовой дороге. Спины их с дядей Ваном подошли немного ближе, и они могли отчетливее видеть затылки друг друга.

Но этим все и ограничивается.

Расстояние между ними сокращается с огромным трудом. Очевидно, что один идет пешком, а другой ведет машину, но это дает людям равное соревнование.

Линь Юнь внезапно сказал: «Позволь мне вместо тебя сесть за руль, Цзи Кэ, скажи мне, как ехать дальше."

Цзи Кэ остановился и поменялся местами с Линь Юнем. Он не знал, на что способен Линь Юн. Когда он сел за руль трехколесного велосипеда, его и без того высокая скорость снова увеличилась, и он понемногу вел трехколесный велосипед, приближаясь к дяде Вану.

Рахитичная фигура дяди Вана все еще шла по обочине дороги, как и раньше, и он, казалось, не замечал движения позади себя.

Тан Нин знал, что он мало чем может помочь. Он тихо сидел в кузове трехколесного велосипеда, уставившись на затылок дяди Вана. Когда трехколесный велосипед наконец поехал по той же горизонтальной линии, что и дядя Ван, Тан Нин вздохнул с облегчением, а затем внезапно был ошеломлен.

Потому что в тот момент, когда трехколесный велосипед обогнал дядю Вана, все, что он увидел, - это затылок дяди Вана!

У парня, идущего по дороге, нет лица!！！

Тан Нин на мгновение опешил и в ужасе посмотрел на Цзи Кэ сбоку. Цзи Кэ тоже обнаружил это, и выражение его спокойного лица стало очень уродливым.

Электрический трехколесный велосипед с большим шумом ехал по неровной горной дороге, и спереди послышался голос Линь Юнь: «Вы заметили что-нибудь не так?»"

Тан Нин сказал напряженным голосом: «У дяди Вана, которого я только что видел на дороге, непроницаемое лицо."

Линь Юнь спокойно сказал: «Я говорю не об этом."

«Разве ты не заметил, что пейзаж того места, мимо которого мы сейчас проезжаем, точно такой же, как и раньше?"

Тан Нин только что смотрел в спину дяди Вана, не обращая внимания на окружающий пейзаж. Когда Линь Юнь упомянул об этом, Тан Нин ошеломленно огляделся вокруг и обнаружил, что окружающие саранчовые деревья действительно были немного знакомы.

Тем более что на дороге неподалеку снова появилась знакомая спина.

Дядя Ван, к лодыжкам которого была привязана половина пеньковой веревки, снова шел перед ними.

Глава 46 Призрачный Муж

Все уставились на слегка покосившуюся спину дяди Вана и его черный затылок.

Перед вами ничего не изменилось.

За исключением того, что небо начинает темнеть.

Линь Юнь остановил машину и достал свой мобильный телефон. Он обнаружил, что на мобильном телефоне нет сигнала. Тан Нин и другие тоже достали свои мобильные телефоны, но сигнала тоже не было.

Одно дело иметь слабый сигнал в горах, но совсем другое - столкнуться с подобными вещами без сигнала.

«Если я не ошибаюсь в данной ситуации, это призрак, бьющийся о стену.Линь Юнь глубоко вздохнул: «Есть только два конца, в которых призраки попадают в стену. Первый - это то, что мы прерываем игру и выходим, а другой - то, что мы умираем от истощения»."

Тан Нин нервно посмотрел на Линь Юнь: «Как мне прервать игру?»"

«Пеньковая веревка привязана к ногам мертвых, чтобы они не могли разгуливать со своими трупами.Если мы сможем снова привязать пеньковую веревку к его ногам, возможно, он больше не будет ходить.- Торжественно сказал Линь Юнь.

«Но это тяжело.Цзи Кэ посмотрел на спину дяди Вана: «Может быть, в тот момент, когда мы коснулись пеньковой веревки, были связаны не его ноги, а наши шеи»."

Линь Юнь не отрицал этого. Он прошептал: «Есть другой способ. Я слышал, люди говорят, что на призрака, бьющегося о стену, влияет зрение. Иногда вы можете выйти на улицу с закрытыми глазами, но закрытие глаз означает, что нам нужно бросить машину «."

Чжи Кэ нахмурился: «Без электрического трехколесного велосипеда вы не сможете добраться до деревни Джиджиа за час. Это может занять два или три часа ходьбы, и в это время будет совершенно темно»."

Темнота копии означает, что опасность возрастает вдвое.

« Но если мы не бросим машину, то, возможно, никогда не сможем выбраться.»Линь Юнь сказал эту жестокую вещь.

Бросив машину и пойдя пешком, возможно, есть шанс покинуть призрачную стену, но это всего лишь шанс уйти, не совсем.

В тишине раздался шорох шагов, и Тан Нин внезапно поднял голову и обнаружил, что дядя Ван, который шел вперед, на самом деле начал пятиться!

Он по-прежнему смотрел на них затылком и тыльной стороной пятки, но его глаза были обращены назад, он игнорировал неровную почву и быстро приближался к ним!

« Посмотри на это!Голос Тан Нина был готов закричать. На тусклой горной дороге он увидел человека, идущего вверх ногами и передвигающегося как муха. Даже если другой человек - нормальный человек, это заставит людей чувствовать себя странно! "

Линь Юнь и Цзи Кэ одновременно подняли головы, уставившись на странную фигуру дяди Вана, и по их спинам пробежал жуткий холодок.

« Ладно, оставь машину.- Холодно сказал Джи Кэ.

Они вдвоем приняли решение и немедленно вышли из машины. У Тан Нина не было выбора. Он тоже вышел из машины. Только днем, в первый день поступления в копию, Тан Нин отчаянно ощутил кошмарную сложность копии уровня B.

Система Цзи Кэ предоставляет карту, поэтому Цзи Кэ стоит впереди, Тан Нин стоит посередине, это самая безопасная позиция, а Линь Юнь стоит в конце.

Дядя Ван пятится все быстрее и быстрее, и расстояние между ними стремительно сокращается со скоростью, видимой невооруженным глазом!

«Что бы ни случилось дальше, ты не можешь открыть глаза, не оглядывайся назад, и лучше всего не разговаривать!"

Линь Юнь положил руку на плечо Тан Нина, а Тан Нин быстро положил руку на плечо Цзи Кэ. Он закрыл глаза, никто не произнес ни слова, и вокруг были слышны только шуршащие шаги.

Призрак, вот мы и пришли.

Холодный ветер подул в сторону Тан Нина, и Тан Нин, который уже обильно вспотел, почувствовал, что оказался в ловушке в ледяной пещере. Он крепко схватил Цзи Кэ за плечо. Цзи Кэ сделал шаг, и Тан Нин последовал за ним. Один шаг, Линь Юнь за ним тоже последовал. Один шаг.

Затем Тан Нин услышал шаги четвертого человека.

Эта штука преследует их!！！

Сцена в этот момент невольно напоминает Тан Нину о его опыте, когда «система" обманом заставила его прыгать по лестнице в первом экземпляре. В то время «система" спросил его, знает ли он, как управлять трупом. Тан Нин подумал, что сейчас он не управляет трупом, а его уводит труп.

У него даже не было достаточной самостоятельности, чтобы самостоятельно выбирать направление движения, поэтому он мог возлагать все свои надежды только на Цзи Кэ.

шаг。

Два шага.

Вы когда-нибудь пробовали гулять по совершенно незнакомому месту с закрытыми глазами?Даже если вы положите руку на плечо другого человека, вы все равно не сможете найти направление.

Выбоины на земле иногда отступают, образуя небольшую ямку, и когда вы ступаете в нее, у вас даже возникает иллюзия, что ваша лодыжка за что-то зацепилась. Иногда выпуклость преграждает вам путь вперед, как будто у ваших ног навален череп. .

если...Что, если Джи Кэ не знал, когда он стал призраком, что ему делать?

Поскольку он стоял позади Цзи Кэ с закрытыми глазами, он, естественно, не мог видеть его, и у Цзи Кэ тоже не было лица!Только в затылок!

Мысли Укуна вырвались из головы Тан Нина, и бесконечная паника распространилась повсюду в темноте. Ничего не подозревающий Тан Нин внезапно споткнулся о выпуклость на земле. Застигнутый врасплох, Тан Нин упал, и его рука соскользнула с плеча Цзи Кэ. Он упал слишком сильно.Рука Линь Юнь быстро тоже покинула его плечо.

В тот момент, когда он упал на землю, одинокий и беспомощный, в голове у Тан Нина зашумело, и с языка сорвалось только одно слово.——

плохой。

Его не волновало, что его колени и руки могут кровоточить, поэтому он быстро протянул руку и пошарил по земле. Земля была полна грубого песка и гравия, и внезапно он порезал кончики пальцев Тан Нина.

Тан Нин отчаянно искал руками Цзи Кэ перед собой. К счастью, Цзи Кэ был недалеко от него. В следующую секунду Тан Нин коснулся ног Цзи Кэ!

Тан Нин был очень взволнован!

Настолько, что он никак не отреагировал, прикосновение к его ладони было немного странным.

Грубый, тонкий, стройный и длинный.

Рука Тан Нина задрожала, он знал, что это было, это была пеньковая веревка, привязанная к ногам дяди Вана!

В этот момент Тан Нин был так напуган, что открыл глаза. Он увидел, как перед ним появилась пара ног, связанных пеньковой веревкой, пальцы ног обращены к нему. Он медленно поднял голову и увидел черную голову, свисающую с его затылка. «Посмотри" на него.

[Набор карт Дровосека 1: у вас есть один шанс сразиться с золотым топором, серебряным топором и железным топором]

Может быть, на мгновение он испугался, или, может быть, карта дровосека сыграла свою роль, но то, что сказал Линь Юнь, ясно всплыло в голове Тан Нина.——

«Пеньковая веревка привязана к ногам мертвых, чтобы они не могли разгуливать со своими трупами."

Его пальцы сжимали окровавленную пеньковую веревку.

« Если мы сможем снова привязать пеньковую веревку к его ногам."

Тан Нин задрожал и быстро обмотал пеньковую веревку вокруг другой пустой лодыжки. Это существо, казалось, осознало, что вот-вот произойдет, и его шея повернулась на сто восемьдесят градусов!На его шее появилось бело-голубое отвратительное личико!

Рот на этой гримасе стал чрезвычайно большим, уголки губ оскалились до ушей, а острые зубы были похожи на два ряда острых зазубрин. С порывом пахнущего рыбой ветра оно открыло пасть и устремилось к голове Тан Нина.——

«Возможно, он больше не будет разгуливать."

Узел был завязан в тот момент, когда гримаса перекосила кончик его носа, Цзи Кэ пнул голову призрака, находившегося совсем рядом, и дядя Ван, которому снова связали ноги пеньковой веревкой, в одно мгновение рухнул на землю, и его окоченевшее тело подняло облако пыли.

«Ты новичок...» Цзи Кэ показал Тан Нину поднятый большой палец: «Да!"

Сначала он подумал, что это глупая красавица, которой посчастливилось получить важное удостоверение личности, но он не ожидал, что другая сторона сможет так правильно и быстро отреагировать в такой ужасной ситуации.

У некоторых пожилых людей даже нет такой скорости рук.

Цзи Кэ редко хвалил людей, но, увидев, что новичок тупо сидит на земле, внезапно заплакал, слезы, похожие на осколки нефритовых бусин, остались на его ресницах и скатились с бледной челюсти. Собеседник поднял лицо, как будто смотрел на него, но он мог рассмотреть поближе. Смотрите, этот влажный взгляд на самом деле упал на его большой палец.

Затем Цзи Кэ увидел, как новичок протянул свои покрытые шрамами руки. Эти руки действительно можно описать так, как будто он резал луковые корешки. Небольшое трение песка и гравия оставит на них следы. Серая пыль и красные капельки крови вызывают у людей желание взять кусок самой мягкой ткани в мире. Будьте осторожны. Протрите ее еще раз.

Собеседник прикрыл рот такой рукой, изобразив несколько глуповатую улыбку, в уголках его глаз блеснули кристально чистые слезы, и, казалось, в этих глазах были звездочки, когда он смеялся.

«Поехали!»Линь Юнь поднял Тан Нина, который все еще был глупым, тело Тан Нина было очень легким, и он внезапно оторвался от земли. Линь Юнь побежал быстро. Тан Нин подсознательно оглянулся и обнаружил, что дядя Ван, чьи ноги были связаны, действительно встал. Это было прямо, как у зомби.Он прыгнул к ним и погнался за ними!

Душа Тан Нина была готова вылететь наружу от испуга!

Если бы Линь Юнь не потянул его прямо сейчас, эта штука могла бы настигнуть его прямо сейчас!

«Джи Кэ!Ты показываешь дорогу!Теперь призрачная стена разрушена!- Крикнул Линь Юнь Цзи Кэ.

Они не знали, как долго пробыли вокруг призрачной стены. В тот момент, когда они прервали игру, было совершенно темно. Джи Ке бежал быстро, как в спринте на 100 метров. Скорость Линь Юня была не медленнее, чем у Джи Ке. Тан Нин был глупым. Он вообще не мог угнаться за Линем.Скорость Юна была такой, что он даже не мог пососать пальцы, чтобы активировать музыкальную карту всасывания во время бега, потому что Линь Юн бежал так быстро, что Тан Нин даже не знал, куда деть руку.

Его грудь вздымалась, как сломанные кузнечные мехи, и каждый раз, когда он бежал, его грудь болела так, словно от этого разрывалось сердце.

Вокруг был высокий лес, и Линь Юнь включил режим фонарика на своем мобильном телефоне, чтобы продолжать светить, иначе они могли легко упасть, потому что не могли четко видеть дорогу, когда быстро бежали.

Тан Нин так устал, что у него почернело в глазах, а дрожащие бело-голубые лучи света падали на извилистую тропинку, окруженную мертвыми деревьями странной формы. На первый взгляд казалось, что на деревьях растут странные сухие ветви.

Погоня по горячим следам за ним замедлилась, Линь Юнь замедлился и повернул голову назад, Тан Нин тоже повернул голову, в которой вот-вот должен был закончиться кислород, и увидел, как голова дяди Вана высоко подпрыгнула над раскинутыми ветвями, как будто плод дерева приносил плоды.

Тан Нин был ошеломлен этой странной картиной, и его сердце выпрыгнуло из горла и из глаз!

Деревья в этом лесу слишком густые, а ветви расположены в шахматном порядке, что, кажется, образует сеть. Способ, которым дядя Ван может передвигаться только на челноке, здесь не подходит, и его скорость постепенно замедляется.，

В конце концов дядя Ван полностью остановился. Он стоял в высоком и разреженном лесу, и его прямая фигура, казалось, превратилась в одинокое дерево в этом странном лесу.

Ты в порядке?

Тан Нин стоял, тупо дыша, задыхаясь так сильно, что ему хотелось присесть на корточки и отрыгнуть, но его опыт сдачи экзаменов подсказывал ему, что он не должен садиться после напряженных упражнений, иначе он никогда не встанет за короткое время. Вставай.

Мягкая рука с трудом поднеслась ко рту, и Тан Нин потратил почти всю свою силу, чтобы пососать пальцы.

Слабый теплый ток распространился по телу, как будто в сухую губку плеснули немного воды, сильное чувство головокружения и рвоты Тан Нина немного уменьшилось, и он повернул голову, чтобы спросить Линь Юня, что теперь делать.

Но Линь Юнь внезапно выключил режим фонарика своего мобильного телефона и крепко зажал рот и нос Тан Нин.

Лес снова погрузился во тьму, где они не могли видеть своих пальцев, но когда Тан Нин посмотрел вдаль, они снова были в темноте......

Я увидел слабый красный свет.

Вдалеке покачивался красный огонек, похожий на пару странных алых глаз, озирающихся по сторонам, и слабый и невнятный голос доносился с перерывами, словно отвечая какому-то странному ритму.

После того, как они приблизились на равное расстояние, глаза Тан Нина расширились от недоверия.

Он увидел красный паланкин с двумя красными фонарями, испускающими слабый свет, висящими перед ним.

Странный голубой туман наполнил воздух, и Тан Нин увидел, как люди в паланкинах высоко подпрыгивают в тумане, точно так же, как прыгал дядя Ван, великолепный красный паланкин тоже парил легко, как ничто, и в мгновение ока паланкин был stable.It она поплыла в сторону Тан Нина, и вместе с неземной и странной песней последовала за ним, и резкая и тонкая песня запела:：

«Невеста~ Замужество в дверях ~ Знакомство с Фу Лу Сукидо~"

Холодный ветер дул по мертвому лесу, ветви слегка дрожали, похожий на дымку голубой дым рассеялся, и со всех сторон доносились завывания ветра, как будто в лесу пряталось бесчисленное множество людей, которые печально плакали.

Слабый свет красного фонаря освещает лица председателей седанов. Их лица очень плоские, с бело-голубой кожей, двумя красными пятнами на щеках и натянутой улыбкой на лицах.——

Разве это не газетчик?！

Бумажный человечек, движущийся бумажный человечек, настоящий бумажный человечек!

Тан Нин боялся всего, что находилось перед ним. Он слышал, что бумажный человечек не может нарисовать свои глаза. Если бумажный человечек зажечь его глазами, бумажный человечек будет наделен аурой, которая может легко привести к появлению призраков!

И у всех бумажных человечков перед ними были нарисованы глаза!

Ветер мягко раздул занавеску на носилках, и Тан Нин увидел невесту в красном хиджабе, сидящую в носилках. Кожа невесты была белоснежной, как лист бумаги. Казалось, что-то сидело рядом с ней, сжимая невесту так сильно, что она могла только держаться за носилки.

«Невеста~ выходи замуж в зал ~ зал полон золотых и серебряных сокровищ..."

Председатели газетчиков достали из своих оттопыренных карманов пачку бумажных денег, и бумажные деньги, разлетевшиеся по всему небу, были разбросаны по лесу, как опавшие листья.

Бумажная купюра, подхваченная ветром, полетела прямо в лицо Тан Нину, хрустнув.

Мягкий мужской голос исходил от человека в паланкине: «Остановись."

Тан Нин оставался неподвижным, напряженно стоя на месте, его охватило неописуемое чувство кризиса.

Я увидел бледную руку, медленно приподнимающую занавеску, и эта хорошо скрюченная рука излучала мерцающий свет, но ногти были темными, как чернила.

Смутно можно разглядеть дрожащие двенадцать корон в окне паланкина и красивые очертания задней части плачущих корон. Приподнятые губы выплевывают протяжные слова: «С моим супругом Тяньчэном, мужчиной ста лет..."

Тонкая и сильная рука внезапно схватила тонкую руку невесты, только для того, чтобы услышать щелчок, белоснежная рука переломилась надвое, обнажив бамбуковые полоски внутри!

Это бумажная невеста!

«Как это можешь быть ты?"

Плачущую бумажную невесту грубо вышвырнули из носилок, и человек в носилках мягко сказал: «Найди его для меня»."

Услышав это, газетчики дружно открыли свои круглые глаза и огляделись вокруг, словно отчаянно что-то искали.

Глава 47: Призрачный Муж

Вы когда-нибудь видели газетчика, который кого-то ищет?

Они стояли во весь рост, их ноги из папье-маше стояли на ветках, а из карманов у них высыпались пригоршни бумажных денег, и эти бумажки были похожи на пару заплаканных глаз!

В слабом красном свете Тан Нин увидел, как что-то падает на шаг впереди бумажных денег.——

Холодный ветер проникал сквозь перфорированное тело из папье-маше, обнажая отчетливые бамбуковые полоски внутри. Красный хиджаб мягко раздувался ветром, открывая бледное лицо невесты и румянец. Ее брови были очень темными, черными, как чернила, а глаза не были белыми, как будто в них было слишком много many.Mo потерял сознание и открыл глаза.

Странные глаза смотрели прямо в глаза Тан Нина.

Две дорожки черных слез рассекли румяна, и бумажная невеста набросилась на Тан Нина, как падающий воздушный змей!

Эта скорость была слишком высокой, Линь Юнь оттолкнул Тан Нина на шаг назад, и подошвы его ног по земле из опавших листьев издали отчетливый звук, так что все бумажные деньги в небе устремились к этому месту, как будто они услышали движение!

Кажется, что так много бумажных денег сыплется вниз проливным дождем, и люди под проливным дождем вообще не могут увернуться от них!

Тан Нин почувствовал, как рука, закрывающая его рот, убралась, Линь Юнь решительно решил сбежать, Тан Нин тоже хотел убежать, но было слишком поздно, лицо, принадлежащее невесте бумажного человека, быстро увеличилось перед глазами Тан Нина, появились две черные отметины, похожие на слезы, но уголки рта всегда сохраняли лицо бумажного человека.Дуга улыбки.

От бумажной невесты оторвался кусочек белоснежной бумаги и с треском приклеился к лицу Тан Нин!

Бумага была подобна живой силе. Когда она коснулась лица Тан Нина, она окутала каждый дюйм кожи Тан Нина, а также нос и губы Тан Нина. Тан Нин протянул руку, чтобы снять бумагу со своего лица, но произошло нечто странное. Этот лист бумаги, казалось, прирос к его лицу, растворился в его костях и крови и превратился в его плоть и кровь.

Когда он попытался сорвать бумагу, сильная боль была не меньшей, чем если бы он заживо сдирал плоть со своего лица.

Тан Нин закрыл лицо руками от боли. Его зрение было закрыто бумагой, и он ничего не мог видеть. От недостатка кислорода у него потемнело в глазах, легкие болели на грани взрыва, его тело медленно опускалось на землю, его восприятие внешнего мира стало размытым, и холодный пот выступил на белоснежной задней части шеи, обнажая его. Кожа источает текстуру ланолинового белого нефрита.

Жужжащий звук тиннитуса зазвучал в его сознании, как будто в уши хлынул поток звука, и, как будто вода хлынула в уши, Тан Нин потерял острое восприятие движений внешнего мира, и ему показалось, что он погружается в море.

Боль в груди превратилась в жгуты зуда, и внезапно перед черными глазами появился белый свет, который представлял собой постепенно собирающиеся белые точки.

То, что упало на землю, было молодым человеком с отсутствующими чертами лица. Его лицо было закрыто слоем белоснежной бумаги. Привлекательности лица было меньше, и больше внимания уделялось этому телу, тщательно изготовленному создателем. На теле.

Стройные ножки без разбора крутили педали, тонкая талия дрожала, и каждый пальчик энергично раскрывался, хлопая крыльями, как бабочка, попавшая в паутину......

В следующее мгновение бледная рука внезапно ущипнула молодого человека за челюсть, заставив противника поднять голову, только чтобы увидеть, что лицо было плотно прижато бумагой, а бумага идеально обрисовывала контуры его лица, как удивительно красочная картина, которую можно увидеть до того, как ее нанесут чернилами.

Тонкий палец крепко надавил на положение губного лоскута и медленно проткнул тонкую бумагу, прикрывающую губу. Кислород хлынул в его рот, и молодой человек с завязанными глазами издал слабый стон, не заботясь о пальце, зажатом в его губах, жадно вдыхая свежий воздух.

Маленький блестящий огонек от воды мерцал на зубах, и губы и зубы не нужно было разжимать пальцами, поэтому они сами проявили инициативу и открыли их.

Тан Нин сделал глубокий вдох и быстро, в какой-то момент бесконтрольно задыхаясь, как котенок, он все еще ничего не видел, его тело было окутано оцепенением, и большая область оцепенения почти утопила его.

Слезы потекли из единственной дырки в разорванной бумаге, и вместе со слюной в уголках его губ он намочил пальцы мужчины.

Мужчина наклонился, нефритовая нить с двенадцатью коронами слегка покачнулась, коснувшись переносицы его высокого носа и бледных тонких губ, другая тонкая рука высунулась из широкого рукава мантии, в его ладони из воздуха появилась судейская ручка.

Тонкие губы слегка приоткрылись, он прикусил зубами кончик языка, и оттуда потекла капля крови. Кончика ручки у него во рту не было, и он был полон крови.

Красивый мужчина опустил глаза, его глазницы были глубокими, и алые зрачки были единственным ярким цветом на его бледном и подавленном лице.

Он спокойно осмотрел Тан Нина, который все еще пребывал в хаотичном состоянии ума, а затем, держа судейскую ручку в своей тонкой и сильной руке, написал что-то на потной белоснежной шее, и красное кончик ручки царапнул нежную кожу, как сыр, а засохшее пятно крови было похоже на живое существо, источающее ослепительный красный свет.

Каждый раз, когда он делал росчерк, тело под ним дрожало, и вся радость и боль смешивались на кончике пера, и он писал одной рукой.

В течение десяти вдохов он написал брачное письмо Тан Нину. Каждое слово было подобно неизвестному кровавому цветку. Кровавое слово не проникало в тело Тан Нина понемногу, а быстро исчезало начисто.

В темноте никто не мог разглядеть эту гротескную, но очаровательную сцену.

......

Линь Юнь и Цзи Кэ спрятались в углу. Один из них приложил талисман ко лбу, а другого посыпали грязновато-белым порошком. Оба они неподвижно стояли в темноте.

На небольшом расстоянии от них шел бумажный человечек с красным фонарем. Когда он проходил рядом с Линь Юнем, он внезапно остановился и держал фонарь посередине между собой и Линь Юном, его черные глаза смотрели прямо на Линь Юна.

Капля холодного пота упала со лба Линь Юня. В красном свете странное лицо бумажного человечка было очень близко. Оно смотрело на Линь Юня, как маленький ребенок на насекомое.

Некоторым детям всегда нравится отрывать конечности насекомых, будь то крылья или конечности.

Бумажный человечек протянул руку, и перевязанная бумагой ладонь мало-помалу приблизилась к амулету на лбу Линь Юнь. Глаза Линь Юнь расширились от ужаса. Когда бумажный человечек собирался снять амулет, издалека снова донеслась неземная песня.——

«Невеста~ Замужество в дверях ~ Знакомство с Фу Лу Сукидо~"

Бумажные люди развернулись с фонарем, легко запрыгнули на ветки и поплыли к тому месту, где стоял носилок. Один за другим бумажные люди собрались рядом с носилком и, сияя, подняли носилки.

Линь Юнь стоял неподвижно, холодный пот лихорадочно стекал с его лица, Линь Юнь, который был погружен в остальную часть своей жизни, не замечал этого.——

Ветер раздул занавеску паланкина, и внутри никого не было.

«Невеста~ выходи замуж в зал ~ зал полон золотых и серебряных сокровищ ~"

Волны бумажных денег подбрасывались высоко в небо, а затем падали на землю.

Что касается брака времен династии Мин, Линь Юнь вспоминает, что существует легенда о том, что люди, которые хотят пожениться, кладут свои деньги на землю. Если кто-то прикоснется к этим деньгам, они должны жениться на них.

Он вообще не осмеливался соприкасаться с бумажными деньгами в воздухе. Сделав все возможное, чтобы избежать этой волны бумажных денег, Линь Юнь все еще стоял тихо и не смел издать ни звука, даже не осмеливаясь включить режим фонарика своего мобильного телефона.

Я не знаю, сколько времени это заняло, пока туманное пение полностью не исчезло, Линь Юнь медленно пошевелился.

Цзи Кэ в этот момент тоже покрылся холодным потом. Он осторожно подошел к Линь Юну и тихо спросил: «Где Тан Нин?»"

Линь Юнь прошептала: «Может быть, оно исчезло."

Целью их выхода на этот раз было отправить Тан Нин замуж за npc, но в тот момент, когда опасность действительно приблизилась, Линь Юнь все равно поставил бы свою собственную безопасность превыше всего. В то время, в той ситуации, один человек должен был остаться, чтобы удержать бумажную невесту, и сила Линь Юня могла защитить только его. Он сам не может удержать еще одного новичка.

Лицо Джи Кэ немного помрачнело, когда он услышал эти слова. Он достал свой мобильный телефон, выключил режим фонарика и неохотно огляделся. Холодный луч света остановился на сонном лице молодого человека.

Сломанный листок бумаги упал ему на лицо. В этой дикой местности он был подобен редкой жемчужине, сияющей вокруг него, и это было похоже на странного призрака, порожденного лесом, который вовлек людей в странный водоворот кошмаров.

Даже после того, как Цзи Кэ несколько раз взглянул на это лицо, на этот раз подсознательно затаил дыхание. Он и Линь Юнь переглянулись и медленно подошли к лежащему без сознания Тан Нину.

Цзи Кэ смело поднес пальцы к носу Тан Нина, и теплое дыхание его носа мягко выплюнулось на кончики пальцев. Цзи Кэ осторожно прижал пальцы к шее Тан Нина сбоку, чувствуя биение сонной артерии.

« Все еще жив.Джи Кэ мягко спросил: «Ты хочешь продолжить путь к дому Джи?»"

Линь Юнь некоторое время молчал и кивнул.

В течение этого периода времени, если они вернутся тем же путем, они столкнутся с различными кризисами.

Цзи Кэ также согласился с точкой зрения Линь Юня. Он глубоко вздохнул и горизонтально обнял Тан Нина. Тан Нин оказался намного легче, чем он думал......Кроме того, он намного мягче.

Мягкое и слабое тело упало в его объятия, и слово «слабое и бескостное" не могло не всплыть в сознании людей.

«Двигайтесь быстрее. Мы должны покинуть это место как можно скорее. Уже девять часов. Правила игры гласят, что сегодня фестиваль Цинмин. Если мы не найдем жилье в ноль, то, скорее всего, попадем в призрачные ворота фестиваля Цинмин. Откройте настежь.Лицо Линь Юня было очень серьезным.

На фестивале Цинмин открываются призрачные врата, и сотни призраков разгуливают по ночам.

Если вы столкнетесь с такой ситуацией в копии, возможно, было бы приятнее совершить прямое самоубийство.

Цзи Кэ услышал напоминание Линь Юня, и небольшое отвлечение, которое возникло, немедленно исчезло. Он обнял Тан Нина и быстро зашагал через лес, но независимо от того, как быстро он шел, казалось, было странное ощущение, что кто-то крадется за ним, как тень. Следовать.

Глава 48: Призрачный Муж

Лил проливной дождь, густой и холодный, отчего люди пробирали до костей.

Красные зонтики заполнили аллеи, только чтобы услышать крики вне себя от радости суоны, девушка в красном свадебном платье, казалось, что-то услышала и закричала, чтобы выпрыгнуть из паланкина счастья, но сильный мужчина силой преградил ей путь.

«не！Не забирайте у меня дочь!»Под проливным дождем женщина крикнула хриплым голосом: «Отпустите меня за ней!"Отпусти меня!"

«ты？Какой смысл тебе идти?！"

« Третья тетя!Ты знаешь правила, не нарушай их!"

« Остановите ее!"

В команде, отправившей родственников, возник краткий хаос. Под темными облаками глубокое море протяженностью в тысячи миль наконец обрело дно, и сердца нельзя было коснуться и на пять дюймов. Женщина была прижата к земле и не могла пошевелиться. Она подняла голову из грязи. Позади нее, казалось, было море крови и слез.

Команда, отправляющая родственников, снова двинулась вперед, и скорбный крик и суона прозвучали одновременно, с великой радостью и печалью.

Тан Нин безучастно стоял в бригаде доставки, рядом с плачущей женщиной, и странная идея без всякой причины зародилась в его сердце.——

Невестой должна быть я.

Осознав это, Тан Нин внезапно появилась на месте невесты, красный паланкин все качался и качался, а красный хиджаб на ее голове все качался и качался. Тан Нин в растерянности приподняла хиджаб одной рукой, а занавеску паланкина другой. Когда она снова выглянула наружу, команда доставки на самом деле все бумажные люди!

Один за другим бумажные люди просияли, достали из карманов пригоршню бумажных денег и подбросили их высоко в небо. Сильный дождь превратился в бумажные деньги в небе.

Откуда-то издалека донесся низкий и трогательный голос, и этот голос сказал: «Невеста, спускайся, свяжи себя со мной узами брака и отправляйся со мной в Хуанцюань»."

......

Тан Нин внезапно открыл глаза, холодный пот стекал с его лица, он продолжал задыхаться, не в силах оторвать полных ужаса глаз от серого лица.

Это лицо тоже смотрит на него.

Цзи Кэ, которому свет Линь Юня попал в лицо, прошептал: «Ты проснулся."

Тан Нин почти не дышал.

Он просто думал, что мертв, но ему повезло пережить нападение бумажной невесты.

«Кто спас меня?- Тихо спросил Тан Нин. Он смутно помнил, что кто-то, казалось, помог ему в конце концов снять слой бумаги с лица. Радость от вдоха свежего воздуха заставила Тан Нина упасть в обморок и некоторое время плакать, а затем он полностью потерял сознание. .

«Когда мы нашли вас, вы были без сознания на земле, а рядом с вами лежал разорванный листок бумаги.Джи Кэ сказал: «Кстати, уже десять часов вечера, и мы почти в деревне Джиджиа. Ты можешь дойти сам?»"

Только тогда Тан Нин поняла, что теперь ее держит Цзи Кэ. Неудивительно, что во сне она чувствовала себя неровной, как паланкин.

«Я могу это сделать.Тан Нин поспешно попытался спуститься.

Цзи Кэ немного устал после того, как так долго держал Тан Нина в объятиях, но когда Тан Нин высвободился из его объятий, появилось неописуемое нежелание.

Тан Нин не заметил мыслей Цзи Кэ. Он пошевелил конечностями и встал посреди Цзи Кэ и Линь Юнь.，

Пройдя несколько минут, вдалеке показалась деревня, освещенная красным светом.

Как только сердце Тан Нина упомянуло об этом, он приблизился, но обнаружил, что красный свет горит потому, что вся деревня была ярко освещена красными фонарями, а некоторые люди написали слово «счастливый" на окнах и дверях.

Это самая обычная деревня, чем-то похожая на деревню, где первоначально располагался Тан Нин. Здесь есть полуразрушенные старые дома, деревянные домишки, земляные домики, а некоторые дома даже рухнули. Сохранилась только половина стен.

Разница в том, что в этой деревне все еще есть несколько небольших вилл, которые кажутся недавно построенными. Внешний вид не отличается изысканностью, но с этими новыми домами внешний вид деревни Цзицзя выглядит намного богаче, чем деревни, где расположен Тан Нин.

Рядом с домом находится сельскохозяйственная земля. В густой ночи на полях трудолюбивые сельские жители орудуют мотыгами, но урожай этого года выглядит не очень хорошо. Хотя Тан Нин не может ясно видеть, он чувствует, что на полях не так много урожая.

Его взгляд переместился с поля обратно на вход в деревню, и за саранчовым деревом с красным фонарем Тан Нин смутно различил неясную фигуру.

По мере того как Тан Нин приближался шаг за шагом, фигура тоже понемногу появлялась, с хрупким телом, красным лицом и глазами, отражающими красные точки, смотрящими прямо на Тан Нина и его группу.

Он встал рядом с деревом, и вся его фигура превратилась в неподвижное дерево.

Тан Нин не мог не остановиться. Цзи Кэ повернул голову и посмотрел на Тан Нина в некотором замешательстве. В этот момент старик внезапно выбежал.——

Настолько свирепый, что набросился на Цзи Кэ!

Старик крепко обнял Цзи Кэ, половина его лица была погружена в свет красного фонаря, и на его обвисшей коже были отчетливо видны пигментные пятна.

«Эргузи, почему ты вернулся?"

Этот шокирующий хриплый крик привлек всеобщее внимание, и жители деревни один за другим прекратили свою работу и повернули головы, чтобы посмотреть на вход в деревню.

Джи Кэ весь напрягся и хотел оттолкнуть старика, но старик вцепился в его одежду как сумасшедший.

« Уже поздно!Худая рука старика сжала руку Джи Кэ, как плоскогубцы. - Слишком поздно!！！"

Тан Нин увидел, как люди на поле отложили инструменты, которые держали в руках, и один за другим вышли из густой ночи. Все они были худыми и крепкими мужчинами, одетыми в грубую льняную одежду. Ведущий подошел к Цзи Кэ и старику, оттащил сумасшедшего старика в сторону и тихо прошептал.: «Эрго, после того, как твой дедушка вчера упал, его разум был не очень ясным."

Старик, которого разорвали на части, отошел в сторону, и он больше не говорил безумств, а тихо стоял под саранчовым деревом в одиночестве.

Джи Кэ со скоростью света на другой стороне сменил свою личность: «Как это могло случиться?»Как мог хороший человек так упасть после такого падения?！"

Мужчина похлопал Цзи Кэ по плечу: «О, люди стары, и они не могут не спотыкаться. Просто хорошенько позаботься о своем дедушке, когда вернешься»."

Мужчина снова утешил Цзи Кэ и посмотрел на Тан Нина за спиной Цзи Кэ: «Ты ведь Тан Нин, верно? Почему ты пришел так поздно, и теперь уже темно, когда ты пришел сюда?»"

« Трехколесный велосипед сломался, мы проделали весь этот путь пешком.- Линь Юнь объяснил.

«Сейчас действительно неподходящее время для поломки этой машины. почему бы тебе не позвонить по телефону, я могу заехать за тобой.Мужчина спросил: «Кстати, а вы?""

« Я дальний родственник Тан Нина.Линь Юнь объяснил, он достал свой мобильный телефон и взглянул на него: «Раньше на мобильном телефоне не было сигнала, нет сигнала и сейчас»."

Это нормально, что сигнал в горах плохой. Мужчина посмотрел на Линь Юнь и Тан Нин, которые были с пустыми руками, и пробормотал: «Почему вы не захватили свое приданое?»....."

Тан Нин: «......"

Ни у кого из присутствующих игроков не было никакого опыта в женитьбе, и они приехали в спешке. Теперь все трое поняли, что что-то не так, и атмосфера на некоторое время стала немного неловкой.

Взгляд мужчины упал на лицо Тан Нина: «Ты выглядишь таким красивым, что Лиан Юнь, должно быть, это очень нравится."

Когда он упомянул Цзи Ляньюня, мужчина, казалось, о чем-то вспомнил и крикнул Цзи Кэ: «Эрго, иди навести своего двоюродного брата. Он не знает, что случилось. Ему было скучно в доме день и ночь, и он отказывается открывать дверь, как бы он ни кричал!"

Кузен Цзи Ляньюнь был в центре их миссии. Они потратили много времени, рискуя своими жизнями, чтобы встретиться с этим NPC. Услышав, что состояние противника было неправильным, сердца трех присутствующих игроков упали.

Мужчина привел Тан Нина и их троих в полуразрушенный старый дом. Крашеная дверь старого дома была обклеена китайскими иероглифами. Окна не было. Единственным местом, откуда происходящее в доме можно было увидеть снаружи, было маленькое отверстие в двери. Отверстие.

Мужчина дважды постучал в деревянную дверь: «Лиан Юнь, тебе нужна жена или нет?»"

Когда он постучал в дверь, пыль с деревянной двери осыпалась, и Тан Нин почувствовал холодное и сырое дыхание, которое было декадентским запахом старого дома.

Мужчина долго стучал в дверь, но в комнате не было никакого движения. Он беспомощно посмотрел на Цзи Кэ: «Иди и позови своего двоюродного брата»."

Цзи Кэ подошел к двери и постучал в нее по-мужски. Он постучал несколько раз: «Кузина, я привел свою невестку»."

Как только голос стих, в тишине комнаты раздалось легкое покашливание.

Молодой мужской голос, звучавший как смертельно больной, тихо прошептал: «Позволь ему...подходить......"

Это «он", очевидно, относится к Тан Нину.

Тан Нин, которого звали по имени, стиснул зубы и подошел к двери. Он не знал, что сказать, поэтому прошептал: «Я здесь»."

Долгое время в комнате не было никакого другого движения.

« Ты ведь не уснешь снова, правда?Мужчина указал на маленькое отверстие в двери. - Пойди и посмотри."

Лежание на двери и наблюдение за происходящим наложили сильную психологическую тень на Тан Нина. Тан Нин на самом деле не хотел этого видеть, но сейчас не время бояться. Он глубоко вздохнул и осторожно приблизился к маленькому отверстию в двери. Сбоку.

Через это маленькое отверстие Тан Нин впервые увидел горящую свечу из белого воска. Комната была очень старой. Возможно, провода не были подсоединены. Ее можно было освещать только свечами. Слабый свет свечей отбрасывал колышущуюся тень на некрашеную земляную стену. Тень.

В маленькой комнате не было мебели. Тан Нин увидел очень старую и узкую деревянную кровать. Из-за слишком слабого освещения Тан Нин не мог разглядеть, лежал ли кто-нибудь на кровати. Казалось, что там было только одно одеяло?

Чтобы ясно разглядеть, что было на кровати, Тан Нин не смог удержаться и подошел ближе, так близко, что ему захотелось полностью приникнуть правым глазом к дыре.

Однако, когда он приблизился, то, что он увидел перед собой, внезапно стало черным как смоль, как будто его что-то загораживало.

Обычные люди не могли видеть, что внезапно произошла странная сцена. Пара бледных рук тихо выросла из двери. Тонкие руки прижались к затылку Тан Нина, и его темные, как чернила, ногти блеснули. .

Тан Нин на мгновение опешил, и прежде чем он успел отреагировать на случившееся, что-то мокрое и мягкое лизнуло его в глаза.

Глазное яблоко очень хрупкое, но на такой хрупкий орган приходится 70% восприятия человеком внешнего мира.

В голове у Тан Нина было пусто, и он хотел закричать, но огромный страх и возбуждение сдавили ему горло, и он смог издать только слабое «ууу" уголком губ.

Тонкая шея попыталась откинуться назад, но невидимая рука ущипнула его сзади за шею, как непослушную кошку.

Лопатки дрожали вместе со слабыми ногами, и странный румянец разлился от уголков его глаз, поднимаясь по щекам, мочкам ушей, шее и даже кончикам пальцев. Всю его трепещущую душу, казалось, лизала жадность, переворачивая ее снова и снова, от начала до конца, страх, который рос в его сердце, стал пищей для взращивания греха.

Нет, не надо......

Алый кончик языка скользнул от хрупкого нижнего века к ясным глазам, а затем слегка прошелся по загнутым ресницам.——

Слезы потекли из ее прекрасных глаз.

Он снова медленно облизал кончик языка.

Глава 49: Призрачный Муж

Цзи Кэ заметил ненормальное поведение Тан Нин, особенно мочки ушей были такими красными, что с них почти капала кровь, а в ее заплаканных глазах, казалось, была издевка.

«В чем дело?"

Как раз в тот момент, когда Цзи Кэ хотел сделать шаг вперед, закрытая дверь внезапно открылась.

Перед аудиторией стоял молодой человек с болезненным лицом. Он был красив. Даже иссиня-черные круги под глазами и посиневшие губы не могли испортить его внешность. Напротив, это придавало ему грустный темперамент.

Прижав кулак к губам, незнакомый молодой человек закашлялся. Когда он закашлялся, его глаза продолжали смотреть на Тан Нина с беспокойством. Голос молодого человека был немного хриплым. Он спросил: «Ты в порядке?»"

Тан Нин в панике дотронулся рукой до своего правого глаза, и ощущение, что его лизнули, осталось на его глазу, но человек перед ним казался нежным и враждебным, не похожим на того, кто мог так поступить с ним. .

это...В этой комнате есть привидение?

«Я в порядке.Тан Нин потер глаза рукой, и его влажный взгляд встретился с глазами Цзи Ляньюня. В глазах противника появилось отражение маленького красного фонаря, которое без всякой причины выглядело странно.

«Лиан Юнь, не просто заботься о других, не имеет значения, здоров ли ты, верно?»Я не видел, чтобы ты выходил сегодня весь день." Обеспокоенно сказал мужчина сбоку.

«У меня нет большой проблемы, я просто хочу больше спать, когда устану сегодня. спасибо тебе, дядя Джи, за твою заботу.Цзи Ляньюнь слабо улыбнулся. Закончив говорить, он посмотрел на Цзи Кэ и тихо и вежливо сказал: «Пожалуйста, на этот раз помоги мне забрать этого человека»."

Пока Цзи Кэ наблюдал за Цзи Ляньюнем, его братья и сестры почтительно говорили: «Это не доставляет хлопот."

Глаза Цзи Ляньюнь слегка опустились, и ее слегка усталый взгляд упал на Линь Юнь: «Простите, кто вы?»"

« Меня зовут Линь Юнь, и я дальний родственник Тан Нина.- Ответил Линь Юнь.

«Привет, кузен.Цзи Ляньюнь слегка кивнул Линь Юну: «Уже поздно, кузен, давай останемся здесь на ночь»."

Линь Юнь огляделся, затем опустил взгляд на мобильный телефон, на котором по-прежнему не было сигнала. Первоначально он планировал отвезти Цзи Ляньюня обратно в Танцзяцунь до наступления темноты, но из-за того, что по дороге ему встретились различные призраки, он прибыл в деревню Джицзя только поздно ночью. Деревня.

Со стороны Лингтана было всего три игрока, и в первый день поминок я не знал, смогут ли эти три игрока продержаться.

Если ты останешься здесь на ночь, то вернешься утром, как только наступит завтрашний день. одной ночи и одного утра будет достаточно, чтобы убить двух человек.

Ощущение срочности времени окутало Линь Юня невидимым давлением. Он немного подумал и сказал: «Вот и все. дядя скончался сегодня. Тан Нин нужно побыстрее вернуться на поминки. Можем ли мы упростить все, что касается свадьбы? После того, как свадьба состоится пораньше, мы вернемся пораньше, чтобы оплакать дядю."

«О, почему старик Тан ушел?Дядя Цзи сначала удивился, а затем поспешно остановился: «Тогда Тан предпочел бы не жениться на Лянь Юнь!»Если вы выйдете замуж менее чем через три года после периода сыновнего благочестия, вас постигнет возмездие!"

Это было последнее желание Тан Сяньхэна - позволить Тан Нину и Цзи Ляньюнь пожениться. Линь Юнь вспомнил, что вначале Тан Сяньхэн не мог закрыть глаза. Только когда Тан Нин сказал, что поможет тебе исполнить твое незаконченное желание, умирающий Тан Сяньхэн закрыл глаза.

Кроме того, система предоставила Цзи Кэ карту деревни Джицзя, а также сообщила игроку гороскоп Цзи Ляньюня с дворянами Куйгана, указав, что этот брак должен быть заключен в любом случае, даже если вы поженитесь менее чем через три года после периода сыновней почтительности в этом мире, вас постигнет возмездие, и вы должны жениться.

Линь Юнь сказал спокойно и решительно: «Это все феодальные суеверия. Мы должны верить в науку."

Дядя Джи печально сказал: «Не верьте этому, молодежь, если вы не будете слушать стариков, вы будете страдать!"

Слабый кашель прервал спор между Линь Юнем и дядей Цзи. Цзи Ляньюнь прикрыл рот и снова тихо закашлялся. Он нахмурился и выглядел очень болезненным. Через некоторое время длинные ресницы приподнялись, и его глаза посмотрели на Тан Нина спокойно и нежно. Он тихо сказал: «Ты хочешь выйти за меня замуж прямо сейчас?"

Он передал принятие решения в руки Тан Нина.

Тан Нин непонимающе посмотрел на Линь Юня и Цзи Кэ, и оба игрока слегка кивнули ему, поэтому Тан Нин снова поймал сосредоточенный взгляд Цзи Ляньюня и прошептал: «Я думаю."

Глядя на него нежными глазами, Цзи Ляньюнь изогнула брови: «Тогда мы поженимся сегодня вечером, хорошо?»"

Тан Нин снова тайно отправился на встречу с Линь Юном и Цзи Кэ. Получив их разрешение, Тан Нин послушно кивнул.

« Лиан Юнь, как ты можешь валять дурака?Твое тело даже не знает, выдержит ли оно это", - с тревогой сказал дядя Цзи Цзи Ляньюню. Болезненный молодой человек поднял глаза. Когда его глаза, которые всегда были слегка прикрыты, действительно открылись, там были яркие глаза, которые нельзя было игнорировать. «Помоги мне подготовиться к свадьбе прямо сейчас»."

Эта негромкая фраза успокоила дядю Джи.

- О, я не могу тебя убедить.Дядя Цзи подозвал Цзи Кэ: «Эргоузи, иди со своим дядей, помоги брату подготовиться. Этот двоюродный брат Тан Нин все еще здесь?»Сегодня вечером я покажу тебе, где ты живешь."

Оба игрока покинули команду Тан Нина, оставив только Тан Нина и Цзи Ляньюня стоять вместе.

« Не хочешь зайти и присесть?- Цзи Ляньюнь пригласил Тан Нина.

Дверь была широко открыта, и была отчетливо видна обстановка в комнате: деревянная кровать, деревянный стол, платяной шкаф и наполовину зажженная свеча.

Когда Тан Нин увидел эту комнату, он вспомнил ужасное воспоминание о том, как его только что лизнуло неизвестное существо, но гороскопы Цзи Ляньюня не боялись призраков. У него не должно было возникнуть никаких проблем с пребыванием рядом с Цзи Ляньюнем......ладно？

Колебания и борьба Тан Нина были написаны на его лице, и Цзи Ляньюнь извиняющимся тоном сказал: «Я резок. Это место не подходит для гостеприимства."

«Нет, нет, нет.Тан Нин посмотрел на свою копию амулета, опасаясь, что собеседник подумает, что ему отвратительны здешние плохие условия: «Я просто думаю о том, где я могу присесть»."

Цзи Ляньюнь вошел в дом, открыл шкаф и достал новую одежду. Он разложил ее на кровати: «Сначала ты сядешь здесь, а я приготовлю тебе кастрюлю горячей воды, чтобы ты замочил ноги»."

Замочил ноги?

Тан Нин, который оглядывался по сторонам, необъяснимо моргнул.

« Глядя на твое положение стоя, я думаю, ты, должно быть, устал.Цзи Ляньюнь тепло сказал: «У меня здесь есть кое-какие растительные снадобья, которые будут гораздо более приятными после замачивания»."

Тан Нин поспешно сказал: «Нет, нет, я в порядке."

Цзи Ляньюнь, казалось, был в худшем состоянии здоровья, чем он, и Тан Нин не хотел, чтобы собеседник устал после того, как был занят.

« Ты посиди здесь немного, а я схожу за водой.»Голос Цзи Ляньюня нежен, но его отношение невозможно опровергнуть.

Как мог Тан Нин осмелиться остаться один в копии уровня В, он быстро последовал за Цзи Ляньюнем: «Я с тобой»."

« Этого достаточно, чтобы набрать воды в одиночку.- Тихо сказал Цзи Ляньюнь.

Увидев, что Цзи Ляньюнь развернулся и уходит, Тан Нин поспешно сказал: «Но я хочу последовать за тобой."

Цзи Ляньюнь оглянулся на свою молодую жену, которая еще не двинулась за ним. Ее красивое лицо было полно страха остаться позади. Цзи Ляньюнь опустила глаза и снова посмотрела на руку Тан Нина. Тонкие белые пальцы, казалось, хотели ухватиться за уголки его одежды под его пристальным взглядом. Он робко убрал руку, и голос в его ухе тоже был робким: ««.....Все в порядке?"

Цзи Ляньюнь не смог удержаться от улыбки в его глазах: «Конечно, все в порядке."

Маленькая жена, которая получила его разрешение, немедленно встала рядом с ним, не смея подходить к нему слишком близко и не желая отходить от него слишком далеко. Ясные глаза неловко измеряли расстояние между ними, тщательно приспосабливаясь сами по себе.

На другой стороне - совершенно особый аромат для тела с небольшой сладостью, который рассеивает декадентскую ауру, которую невозможно растопить в этой комнате.

Вкусно пахнет.

«Где мы собираемся взять воды?Тан Нин поднял голову и наткнулся на глаза Цзи Ляньюня. Глазницы Цзи Ляньюня были глубокими, и у него было ощущение истории.

« В деревне есть колодец.»Цзи Ляньюнь вышел из старого дома и направился к следующему крытому соломой коттеджу, который был полон мусора. Он достал из него шест для переноски воды и умело взвалил его на плечи.

Два ведра мерцали на шесте, Цзи Ляньюнь шел впереди, и Тан Нин включил фонарик, чтобы помочь Цзи Ляньюню осветить помещение.

Колодец находился очень близко к полю в деревне. В тот момент, когда луч мобильного телефона осветил поле, Тан Нин увидел сельскохозяйственные инструменты, оставленные на поле. Это была подковообразная лопата с грязью на ней. Я не знаю, слишком ли много красных фонарей висит в деревне. Тан Нин увидел сельскохозяйственные инструменты, оставленные на поле. Это была подковообразная лопата с грязью на ней. Нин всегда чувствовал, что почва была немного красной.

« Колодец находится прямо перед нами.»Голос Цзи Ляньюня отличается от голоса других людей в деревне, и он очень нежный. «Нам неудобно черпать здесь воду. я причинил тебе зло»."

Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня. На самом деле, он не совсем понимал этого. Судя по его происхождению в этой деревне, он должен был вырасти в этой деревне.

[Вы студент колледжа, вы учились за пределами школы с начальной школы, и вы только недавно вернулись.】

Система объяснила сомнения в сердце Тан Нина.

[А как насчет Цзи Ляньюня?А еще он похож на студента.】

[Он не пошел учиться по физическим причинам.】

Пока Тан Нин разговаривал с системой, Цзи Ляньюнь уже подошел к краю колодца, чтобы набрать воды. Тан Нин поспешно наклонился к устью колодца, чтобы взять фонарик и осветить его. Колодец был очень глубоким и черным. Даже если там был свет, там все еще было очень темно. Все еще было очень темно. Тан Нин посмотрел на него и внезапно почувствовал себя немного странно в своем сердце. Странное ощущение чего-то неправильного поселилось в его сердце, и он потряс телефоном, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь темную воду колодца.

Внезапно Тан Нин понял, почему он чувствовал, что что-то не так.

Он увидел длинные черные волосы, обернутые вокруг ведра.

Единственный, кого не видно насквозь, - это черные волосы.

« На что ты смотришь?Послышался нежный голос Цзи Ляньюня: «Ты почти закапываешь половину своего тела в колодец»."

« Половина его тела была похоронена в колодце."

« Похоронен в колодце."

В колодце зазвучало эхо, и у Тан Нина слегка закружилась голова, когда он ударился об него. Он увидел черные волосы в колодезной воде, перевернутые вверх дном ведром, открывающим бледное лицо.——

Это было его собственное потрясающее лицо!

«да！Глаза Тан Нина расширились, и его дрожащая рука почти не сжимала телефон крепко. Теплая рука обхватила его за талию и помогла выбраться из половины тела, которую вот-вот должны были похоронить в колодце.

Тан Нин, которая была напугана и вся обмякла, упала в объятия Цзи Ляньюня. Хотя Цзи Ляньюнь была слаба, она была очень высокой и могла полностью обнять Тан Нина. Тан Нин подняла голову и встретилась с обеспокоенным взглядом Цзи Ляньюня: «Что с тобой?»"

«волосы！Тан Нин широко открыл рот, трясущимися губами и сказал в панике: «Ну, я видел волосы в колодце!»"

Услышав эти слова, Цзи Ляньюнь лег у колодца и наклонился, чтобы посмотреть на колодезную воду.

« Там ничего нет.Цзи Ляньюнь некоторое время смотрел на это, потом встал и сказал: «Ты неправильно прочитал?»Слабые люди внезапно так сильно наклоняются, что у них легко может закружиться голова, вы должны быть слишком уставшими и у вас могут возникнуть галлюцинации."

Тан Нин отчаянно замотал головой: «Нет, я действительно это видел!»" Не только волосы!А его лицо!

Тан Нин набрался смелости снова взять свой мобильный телефон, чтобы сфотографировать колодезную воду, но на этот раз он ничего не увидел.

Глава 50 Призрачный Муж

«Ты должен был неправильно это прочитать.- Тихо сказал Цзи Ляньюнь.

Действительно ли это его иллюзия?

Или дело в том, что гороскопы Цзи Ляньюня не боятся призраков, поэтому призраки не осмеливаются появляться перед Цзи Ляньюнем?

Тан Нин посмотрел на глубокое устье колодца. В это время Цзи Ляньюнь вешал ведро на шест. Он больше не смотрел вместе с ним. Тан Нин уставился на бесконечную водную гладь Гужинга, и его собственное лицо, пропитанное колодезной водой, снова возникло в его сознании. Лицо.

Он смутно видел свое отражение в воде.

Черный устьевой колодец похож на чудовище с открытой окровавленной пастью, пытающееся в любой момент проглотить поясную кость себе в живот.

Страх захлестнул его подобно приливу, и на какое-то время Тан Нин сильно запаниковал. Он продолжал глубоко дышать, чтобы успокоиться, и сделал большой глоток воздуха, но депрессия в его груди росла, давя на него, как большой камень.

«Почему ты все еще смотришь на этот колодец?Цзи Ляньюнь уже поднял шест, и ведра, наполненные водой, слегка покачивались одно за другим. Тан Нин повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Ляньюня. На деревьях вокруг него висели красные фонари, и свет падал на воду. На первый взгляд, это выглядело так, как будто кровь капала в воду, и это было похоже на кровь, капающую в water.It это были два человека с поднятыми в воздух головами, которые раскачивались.

Лицо на голове этого человека внезапно превратилось в плачущую Тан Нин, а затем в улыбающуюся Цзи Ляньюнь.

Тан Нин не удержался и сделал шаг назад, свисающая голова снова превратилась в заурядное ведро, и слабый свет красного фонаря осветил живописное лицо Цзи Ляньюня. Цзи Ляньюнь посмотрел на Тан Нина с некоторым беспокойством: «Ты в порядке?»"

Тан Нин сильно заморгал. Цзи Ляньюнь все еще был красивым Цзи Ляньюнем, а ведро все еще было обычным ведром. Возможно, он слишком нервничал и у него были галлюцинации.

Тан Нин вспомнил, что он видел на форуме, что некоторые игроки с очень небольшим мужеством испытали одну или две копии и были напуганы, что значение san сойдет с ума. Видя некоторые повседневные вещи, он мог думать о различных ужасающих аспектах.

Главная причина в том, что красный свет вокруг действительно ничего не стоит, особенно бумажные люди с паланкинами, с которыми Тан Нин сталкивался раньше, они также несут красные фонари......

и многое другое.

Тан Нин огляделся и одну за другой посмотрел на красные точки в темноте. Когда он впервые вошел в деревню, он увидел красные фонарики, висящие в каждом доме. Сначала Тан Нин подумал, что это потому, что он собирается жениться на Цзи Ляньюнь. Люди в деревне повесили красные фонарики для атмосферы.

Но теперь, когда я думаю об этом, я не думаю, что это правильно.

Какая может быть причина, по которой семья женится и вся деревня увешивается красными фонариками?

Их вешают не только на дом, но и на деревья. темной ночью эти фонари излучают странный красный свет.

- Цзи Ляньюнь.Тан Нинчао тихо спросил: «Почему в вашей деревне полно красных фонарей?»"

«Поскольку некоторое время назад в нашей деревне проходила храмовая ярмарка, каждая семья должна была повесить красные фонарики. Фонарики были развешаны, чтобы получить благословение призраков и богов.- Цзи Ляньюнь объяснил это Тан Нину.

« Храмовая ярмарка?»Тан Нин очень плохо знаком с этой концепцией.

«Ну, храмовая ярмарка очень оживленная. В ней должна участвовать вся деревня. Каждая семья должна платить дань. Жертвоприношения совершаются в течение дня. Ночью мы развесим фонарики и прогуляемся по деревне."

Тело Цзи Ляньюня было очень слабым, и он сделал шаг, опираясь на шест, и остановился передохнуть.

« Значит, вы тоже ходили по деревне с фонарем?»Тан Нин очень подозревает, что Цзи Ляньюнь не сможет угнаться за ритмом большой армии.

«Я отдыхал дома и не участвовал в этих мероприятиях.Цзи Ляньюнь постоял на месте и сделал перерыв, чтобы продолжить носить воду. Увидев это, Тан Нин поспешно сказал: «Я помогу тебе собрать ее»."

Это его амулет на следующие семь дней. Он должен произвести хорошее впечатление, не говоря уже о том, чтобы утомить противника.

« Возможно, ты не сможешь этого сделать.- Цзи Ляньюнь отказался.

«Я долго наблюдал, как ты собирала его рядом со мной, так что я просто положил его сюда, верно?Тан Нин похлопал себя по плечу. Он осторожно поднял шест. Как только шест был положен ему на плечо, почувствовалось покалывание. Тан Нин стиснул зубы и встал, игнорируя боль. Ведро тряслось и совершенно не поддавалось контролю. Направление, это совсем не выглядело так, как будто оно было на плече Цзи Ляньюня"Будь таким послушным.

Капли воды выплескивались из бочки, и Тан Нин изо всех сил старался укротить поляка.

«Почему бы тебе не сделать это?Цзи Ляньюнь обсудил это с Тан Нином, который был непреклонен к сопротивлению: «Как насчет того, чтобы мы сами понесли ведро?»"

Тан Нин также боялся, что случайно прольет воду, поэтому поколебался и кивнул в знак согласия.

Цзи Ляньюнь перелил воду из одного ведра в другое, и оно было почти полным, прежде чем он передал более легкое ведро Тан Нину.

Когда они шли вместе дальше, Цзи Ляньюнь осторожно напомнил Тан Нину, чтобы тот был осторожен под ногами. Он защищал Тан Нина всю обратную дорогу до места, где кипела вода, и поставил два ведра воды кипятиться.

Тан Нин никогда не думал, что пользоваться горячей водой будет так хлопотно. Он и Цзи Ляньюнь вместе охраняли горячую воду. Поскольку в деревне не было сигнала, Тан Нин некоторое время не мог спросить других игроков, как у них дела.......

На самом деле, Тан Нин не испытывает никаких чувств к этим игрокам.

Он знал, что когда он окажется в реальной опасности, его определенно бросят. Винить было нечего. Выживание было инстинктом каждого.

Он просто не хочет видеть, как другие погибают в результате несчастного случая, и он не хочет быть один в этом мире.

Он просто слишком одинок.

Тан Нин прикрыл грудь руками и продолжал глубоко дышать. Только сделав глубокий вдох, он смог почувствовать себя немного легче.

«Вы чувствуете, что у вас очень заложило грудь и вы не можете дышать?»Внезапно из уха Цзи Ляньюня донесся вопрос Цзи Ляньюня.

Тан Нин на мгновение опешил и беспомощно кивнул. С момента вступления в игру он всегда чувствовал, что в его груди скапливаются какие-то эмоции, из-за которых ему трудно дышать.

Цзи Ляньюнь согнул пальцы и постучал костяшками пальцев по центру груди Тан Нина. Всего одним нажатием Тан Нину стало так больно, что он не мог дышать: «Это больно."

Он смотрел на Цзи Ляньюня безучастно и обиженно, его глаза, казалось, спрашивали Цзи Ляньюня, почему он причиняет ему боль.

«Это акупунктурная точка Танчжун, где собирается Цзун Ци. Постукивание по ней может вылечить боль в груди и учащенное сердцебиение......Цзи Ляньюнь несколько раз ударил точно, пока говорил. Тан Нин хотел отпрянуть от боли, но Цзи Ляньюнь обнял его за талию и прошептал: «Не двигайся»."

«Это больно, это действительно больно.»Слезы Тан Нина были готовы вот-вот пролиться, и его нижняя губа тоже была прикушена им до белизны.

«Вообще говоря, это не больно, просто потерпи еще немного.»Голос Цзи Ляньюня очень нежный, и его движения на самом деле не тяжелые, но даже если он сдерживает свою силу, его чрезмерно брезгливое тело все равно будет неудержимо дрожать при каждом ударе. .

Но, несмотря на то, что это было так больно, Тан Нин все еще держался очень послушно, и даже котенок, который хныкал, был прикушен его зубами и проглочен в горло, что было так приятно, что люди чувствовали себя мягче.

Цзи Ляньюнь ударил его дюжину раз, и он тихо спросил: «У тебя все еще заложено в груди?»"

Тан Нин слишком долго испытывал боль, и он немного не сразу воспринял боль в груди. В прошлом он всегда чувствовал, что не может дышать. Когда он был подавлен до крайности, вся его грудь отдавалась тупой болью. Теперь самое болезненное - это боль на коже.

Его пальцы нерешительно коснулись груди, и произошло нечто волшебное. Тан Нин действительно почувствовал, что подавлявшая его депрессия в груди исчезла.

В глазах Тан Нина все еще стояли немного натянутых слез. Он поднял глаза, чтобы посмотреть на Цзи Ляньюня, и прошептал тихим плачущим голосом: «Это больше не скучно."

Просто немного больно.

Однако, хотя такого рода травмы плоти доставляют дискомфорт, это намного лучше, чем подавленная боль в теле.

«Когда в будущем я почувствую себя некомфортно, я сам обойду это место.Цзи Ляньюнь тепло сказал: «Не слишком волнуйся, такие люди долго этого не выдержат»."

Цзи Ляньюнь в этот момент очень нежен.

Настолько нежный, что Тан Нин не мог не захотеть сблизиться, он никогда не смог бы отказать нежному человеку.

Ворчун, ворчун.

Вода закипела.

Цзи Ляньюнь налил кипяток в деревянную бочку и положил немного трав. Он перенес ведро, полное горячей воды, в старый дом. После всего этого Цзи Ляньюнь снова не смог удержаться от кашля. Туманный жар исходил из деревянной бочки, и аромат трав наполнил смоллхаус.

« Подойди и сядь.Цзи Ляньюнь разложила новую одежду, которая использовалась в качестве подушек для Тан Нин, и Тан Нин прошептала: «Я просто посижу на кровати»."

После того, как Цзи Ляньюнь разобрался с подушкой, он вдруг очень легко сказал: «В будущем я обязательно подарю тебе подушку получше»."

Тан Нин не очень ясно расслышал его. Он необъяснимо посмотрел на Цзи Ляньюня, и Цзи Ляньюнь указал пальцами на подушку. По настоянию собеседника, Тан Нин сел на чистую рубашку.

Тан Нин хотел снять обувь сам, но Цзи Ляньюнь, который наполовину опустился на колени, встал на землю очень естественно.

Сначала он закатал брюки Тан Нина и показал кусочек белоснежных икр. Ноги держали лишь слегка, и он подсознательно хотел втянуть их, как будто не мог этого вынести.

« Позволь мне помочь тебе нажать на акупунктурные точки у тебя на ногах.»Цзи Ляньюнь снял обувь и носки Тан Нина и схватил его за подошвы ног. Ноги некоторых людей очень чувствительны, но они настолько чувствительны, что если к ним просто немного прикоснуться, как к Тан Нину, они будут осторожно дрожать. Это редкость.

« Нет, в этом нет необходимости.Поспешно сказал Тан Нин, его голос дрожал, но особого устрашения не было, наоборот, у людей все больше и больше зудело, когда они это слышали.

« Вы всегда плохо спите в это время?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Уголки глаз Тан Нина уже были светло-розовыми, как будто на них нанесли румяна, он слегка кивнул Цзи Ляньюню.

« Я закончу его за тебя отжимать, и ты сможешь хорошенько выспаться ночью.- Тихо сказал Цзи Ляньюнь.

«......неужели?»Если Тан Нин хотел отказаться, он проглотил это до самого рта.

« Правда, сейчас я поглажу тебе ступни, а когда ты ляжешь спать, я буду размазывать это по всему твоему телу.Цзи Ляньюнь пообещал: «Ты обязательно сможешь хорошо выспаться ночью»."

Тан Нин не мог слышать, о чем говорил Цзи Ляньюнь в это время. Его лоб был покрыт капельками пота, а глаза были похожи на лужицу воды с клубами дыма. Каждый раз, когда Цзи Ляньюнь щипал его за ноги, вода в его глазах рябила, и жар был плотным в этом маленьком пространстве. Затем при свете свечей на стене проецировались две протяжные и накладывающиеся друг на друга тени——

глухой звук。

Незакрытая дверь внезапно распахнулась, и Цзи Кэ, держа в руках комплект красных свадебных платьев, встал на пороге, недоверчиво глядя на открывшуюся перед ним сцену.

Нежное лицо Тан Нин слегка покраснело, все ее тело мягко опустилось на кровать, тонкие руки упали на край кровати, кончики пальцев покрылись легкой пудрой, как бутон росы на ветке.

Но еще больше бросались в глаза босые ступни, упавшие на стройные руки, от пальцев ног до лодыжек испачканные красными пятнами, кристально чистые капельки воды разбрызгивались по воде, вызывая круги ряби.

Словно почувствовав это движение, Тан Нин, который находился в полудреме-полусне, поднял глаза и посмотрел на него затуманенными и ошеломленными глазами с выражением бессознательности.

« Все почти готово, и ты можешь выходить замуж.- Сказал Джи Кэ сухим голосом.

Глава 51 Призрачный Муж

жениться？

Да, в это время я собираюсь выйти замуж.

Тан Нин, у которого так кружилась голова, что на него давили, изо всех сил пытался встать с кровати. Он держался за лодыжку одной рукой и обернул ноги чистым полотенцем. Слегка грубое полотенце терлось о подошвы его ног, заставляя Тан Нина коротко всхлипнуть.

Ладонь его руки достигла колен Тан Нина и наклонилась, и промокшие и слабые ноги Тан Нина были положены на кровать. Слабые ноги были покрыты бледно-красными отпечатками пальцев, похожими на красивые рыбьи хвосты, из-за чего люди совершенно не могли двигать глазами.

« Кузен, позволь мне отвести Тан Нина переодеться.- Внезапно сказал Джи Кэ.

Он не знал, почему прервал ее.

Я всегда чувствовал, что если я не остановлю это, этот npc не поможет, а будет целовать пальцы ног Тан Нина.

До этого Чжи Кэ не мог понять, почему некоторые люди управляют ногами, но теперь он внезапно понял.

Лапки новичка нежны, как тофу, и, подобно кошачьему хвосту, людям действительно хочется подержать их.

Цзи Ляньюнь медленно поднял голову и посмотрел на Цзи Кэ. Его изможденный вид, возможно, был вызван жаром, что на самом деле дало Цзи Кэ ощущение, что собеседник выглядит намного лучше.

С другой стороны, это был Тан Нин. Хотя все его тело также было окутано тонким туманом, оно было таким же мягким, как поток воды, как будто вся его энергия была высосана.

« Ладно, отведи его на подготовку.- Спокойно сказал Цзи Ляньюнь.

Цзи Кэ шагнул вперед, чтобы помочь Тан Нину. На этот раз Тан Нин действительно опирался на него, как безмозглый, и даже не мог ходить. Цзи Кэ хотел поднять Тан Нина, но под пристальным взглядом Цзи Ляньюня Цзи Кэ на мгновение заколебался, инстинктивное сознание старого игрока заставило его держаться по-джентльменски, даже рука, поддерживающая его талию, была сжата в кулак.

Тан Нин вышел из старого дома в оцепенении, и ночью подул вечерний ветерок, и Тан Нин на мгновение съежился.

Цзи Кэ отвел Тан Нина к месту, где невеста переодевалась. Когда он был уверен, что лучше держаться подальше от дома Цзи Ляньюня, он не смог удержаться и спросил: «Как ты позволяешь Цзи Ляньюню щипать тебя за ноги?»"

Джи Кэ пережил так много копий, и он никогда не видел игрока, который позволил бы NPC с характером Голдфингера бить себя по ногам и щипать за плечи. всем не терпится обнять бедра такого npc и назвать его папой.

«да？Смущенный голос, который был таким мягким, что казался сладким и сальным, вырвался из его горла. Тан Нин так устал, что мог только положить голову на плечо Цзи Кэ. Ему потребовалось три секунды, чтобы понять, что имел в виду Цзи Кэ, и, отреагировав, он обиженно сказал: «Я отказался"......."

«Сначала он пошевелил рукой и сказал, что может спокойно спать, надавив на ногу......Тан Нин объяснил наполовину и почувствовал, что у него нет твердой воли. Даже если другая сторона не была NPC «золотой палец», у жениха, который только что встретился, не было причин мыть ему ноги. «Я был неправ, прости»."

Он мягко извинился.

Адамово яблоко Джи Кэ дернулось: «Ты уже устал?»"

Тан Нин не просто чувствовал усталость и сонливость. У него совсем не было сил. Если бы не поддержка Цзи Кэ, он мог бы просто упасть на землю.

Цзи Кэ заметил, что что-то не так, и тихо спросил: «Что с тобой сделал Цзи Ляньюнь?»Или вы столкнулись там с чем-то странным?"

Тан Нин рассказал Цзи Кэ о ряде вещей, с которыми он столкнулся в оцепенении.

«Ты сказал, что призрак лизнул твои глаза?Джи Кэ нахмурился.

Он никогда не слышал ни о каком призраке в копии эпохи Б., который был бы таким нежным. В этом случае, не было бы разумнее съесть его глаза или даже голову на одном дыхании?

Что касается волос Цзиншуй, Цзи Кэ подумал, что это не должно быть иллюзией Тан Нина. Он также заметил странности деревни Джицзя. В этой деревне повсюду странности. Когда он только что гулял с дядей Цзи, он не видел никакого домашнего скота, ни коров, ни свиней, ни кур, ни уток, ни собак, даже диких кошек никогда раньше не видел.

В деревне нет ни одного живого животного.

Он огляделся по сторонам, и дядя Джи объяснил, что некоторое время назад в деревне проходила храмовая ярмарка, и весь этот скот был принесен в жертву призракам и богам.

Чжи Кэ нахмурился. Он знал, что деревня была странной, но ему не хотелось исследовать ее подробно.

Их задачей на этот раз было похоронить Тан Сяньхэна. Если бы их похоронили раньше, они смогли бы выполнить задание и оставить копию раньше. Причина, по которой они пришли в деревню Джицзя, заключалась только в том, чтобы забрать NPC «Золотой палец».

Поспешное расследование может увеличить сложность этой задачи, но пока оно может пережить сегодняшнюю свадьбу, будет неплохо отвезти Цзи Ляньюня завтра в Танцзяцунь.

Хотя он так думал, по какой-то причине на сердце у Цзи Кэ было затаенное беспокойство. Он повернул голову, и ощущение, что за ним наблюдают другие, сохранялось долгое время.

«Что с тобой такое?Тан Нин потер виски, к нему едва восстановились силы.

« Ничего страшного, иди переоденься, Линь Юнь тоже там.Цзи Кэ указал на комнату перед собой. Нынешняя личность Линь Юнь считается девичьей семьей Тан Нин, вероятно, подружкой невесты Тан Нин, а Цзи Кэ позже будет шафером Цзи Ляньюня.

Тан Нин вошла в маленький дом, держа в руках свое свадебное платье, и увидела Линь Юнь, сидящую на стуле со старой деревянной шкатулкой в руке, выражение ее лица было очень серьезным.

Услышав, как Тан Нин входит в дверь, Линь Юнь подняла голову и потерла пальцами деревянную шкатулку: «Человек со стороны Цзи Ляньюня только что прислал мне эту вещь, сказав, что это твое приданое»."

приданое?

Тан Нин с любопытством спросил: «Что внутри?"

Линь Юнь открыл шкатулку, и перед Тан Нином предстали золотые браслеты, жемчужные ожерелья, нефритовые подвески, рубины золотистого цвета, которые все еще казались ослепительными в тусклом свете......Это оказалась шкатулка с золотыми и серебряными сокровищами!

Появление такого количества драгоценных предметов в любом месте может привлечь внимание, а появление в тусклой горной деревушке еще более ослепительно и странно.

Как может бедная деревня обладать таким удивительным богатством?Или это сделал Цзи Ляньюнь, который выглядел обездоленным, достал его?

«Вы сказали мне, что Цзи Ляньюнь - благородный человек с Куйганом в восьми персонажах. Вероятно, есть две экстремальные ситуации такого рода с восемью персонажами. Один чрезвычайно силен и невыразимо дорог, а другой чрезвычайно дешев и совершенно беден.Линь Юнь уставился на коробку в своей руке. «Цзи Ляньюнь хрупкий и болезненный. Само собой разумеется, что он должен быть бедным. Откуда у него вдруг появились деньги?»"

Тан Нин ничего не понимал, он тупо уставился на шкатулку с приданым, которая была такой ослепительной и богатой, что вот-вот должна была переполниться.

Это так прекрасно.

Золотые, красные и зеленые - такие насыщенные краски появляются в этой пустынной горной деревушке, как будто горы, реки и озера здесь высушили зелень и сконденсировали каплю сердечной крови.

«Вы вступили в контакт с Цзи Ляньюнем, что вы думаете о его характере?- Спросил Линь Юнь.

Только тогда Тан Нин оправился от кучи великолепных драгоценностей: «У него очень хороший характер, очень нежный, он очень хорошо заботится о людях и говорит очень мягко......"

На середине разговора Тан Нин увидел, что выражение лица Линь Юня становится все мрачнее и мрачнее. Он остановился и робко спросил: «В чем дело?»"

Линь Юнь медленно произнес: «Большинство личностей такого типа умны и решительны, так как же они могут быть такими нежными и внимательными, как ты говоришь?"

Но Цзи Ляньюнь действительно нежный человек......

Тан Нин чувствовал, что было бы слишком поспешно судить о характере человека, основываясь только на восьми персонажах. Он осторожно сказал: «Возможно, Цзи Ляньюнь - один из немногих людей с хорошим характером, дело не в том, что такого не существует."

«Я также встречал раньше npc с восемью персонажами, подобными этому. Сначала я тоже подумал, что у него очень хороший персонаж. Возможно, вы слышали имя этого npc......"

Линь Юнь, казалось, вспомнил что-то ужасающее, и он задрожал: «Его зовут Мо Юнчу."

Тан Нин застыл на месте.

Он думал, что сможет спокойно встретить все, связанное с Мо Юнчу, но когда он снова услышал это имя, подавленные эмоции в его груди были настолько сильными, что он не мог дышать. Ему пришлось сильно постучать себя по груди, чтобы не потерять самообладание на месте.

« Уже одиннадцать часов вечера.Линь Юнь прошептал: «Ноль - это время, когда врата призраков широко открыты. Ты должен знать о многих табу в Цинмин. Не устанавливай табу. Если столкнешься с нечистыми вещами, крепко держи Цзи Ляньюня за бедра»."

Тан Нин быстро кивнул.

« Покажи мне свое свадебное платье.»Линь Юнь взяла у Тан Нин свадебное платье, расшитое золотыми перьями. Оно также было чрезвычайно роскошным. Использовались золотые шелковые и серебряные нити. Вышивка была превосходной. Оно отличалось от многих свадебных платьев в китайском стиле, которые можно увидеть в наше время. Покрой и фасон этого костюма похожи на настоящую одежду "Свадебное платье древних.

Но если это настоящее старинное свадебное платье, то сохранить его так хорошо невозможно.

Возможно ли это?.....Это что, сверхъестественный реквизит?

В карточной игре много сверхъестественного реквизита. Метод определения того, является ли это сверхъестественным реквизитом, очень прост. Возможность перенести это в реальный мир означает, что это сверхъестественный реквизит.

« С этим платьем что-нибудь не так?- Нервно сказал Тан Нин.

«Это ничего не значит, ты можешь это изменить.Линь Юнь вернула свадебное платье Тан Нин. Тан Нин на мгновение заколебалась и прошептала: «Ты можешь повернуться спиной?»"

«Многие сцены ужасов в фильмах ужасов происходят, когда определенный персонаж остается незамеченным.- Спокойно сказал Линь Юнь.

Тан Нин был убежден в этом в одно мгновение.

Но он все еще был немного смущен, поэтому повернулся и снял одежду, стоя спиной к Линь Юну, обнажив свою ослепительно белую спину.

Холодный взгляд Линь Юня остановился на кусочке голубого отпечатка ладони на задней части его шеи. Отпечаток ладони остался нетронутым на коже, которая должна была быть безупречной, настолько ослепительной, что казалось, кто-то намеренно оставил знак присяги суверенитету.

В тишине комнаты раздавалось шуршание одежды, брюки были свалены в кучу у ног, и от лодыжек до подошв ног виднелись сплошные красные отпечатки, как будто кто-то испачкал пальцы красным пигментом и выдавил цветки красных слив на белую рисовую бумагу.

Это сентиментальное тело понемногу надевало на тело красное свадебное платье, пламя свечей колебалось, а платье с красными рукавами было похоже на красное облако, когда мыли пол, демонстрируя необъяснимый и завораживающий цвет.

Взгляд Линь Юна остановился, и он внезапно понял, что этот человек хорошо смотрится в красном.

Она была красной, как родинка из киновари, необоснованно отпечатавшаяся на кончике сердца зрителя.

От безымянной жары Линь Юну немного захотелось пить. Он опустил глаза и попытался подумать о чем-нибудь другом, чтобы отвлечь свое внимание. Например, в этой деревне была еще одна женщина. Он давно не видел женщин......

«Линь Юнь.Тан Нин растерянно спросил: «Как ты завязываешь этот пояс?""

Тан Нин мог завязать бант, но ему показалось, что бант не подходит к свадебному платью. Некоторое время он боролся и решил попросить Линь Юнь о помощи.

В глазах Тан Нина Линь Юнь - человек, владеющий множеством странных знаний.

И действительно, вскоре после того, как он заговорил, кто-то подошел к нему сзади, протянул руку и взял красный пояс.

Затем руки сильно затянули ремни, прежде чем Тан Нин был готов, и тонкая талия Инъин была так туго затянута ремнем, что, казалось, он порвется, как только его сложат, и Тан Нин нахмурился и вскрикнул от горя.

Но силы Линь Юня совсем не сходились.

Красный пояс, казалось, вот-вот разорвет одежду и вонзится в жирную плоть.

« Оно слишком тесное.»Тан Нин немного поплакал.

«готово。Линь Юнь застегнул ремень. « Нет времени медлить, обувь здесь, ты можешь переобуться."

Тан Нин все еще хотел поправить ремень, но внезапно раздался быстрый стук в дверь за дверью, похлопывание, похлопывание, сопровождаемое детским смехом, дети за дверью ухмылялись и пели: «Ступая по коридору, ух, привет!"

Нежные подошвы ее ног вздрогнули от внезапного пения, и она в панике соскользнула со своих свадебных туфель на землю.

В этой комнате есть окно. Тан Нин увидел пять или шесть маленьких бело-голубых ручек. Ты тянушься ко мне, чтобы я подержал красную вещицу. Это слово «счастье», написанное красным, которое такое же красное, как кровь. Прилипло к ладони ребенка.

Маленькие ручки захлопали по стеклу, и пары черных глаз заглянули прямо в дом сквозь красные буквы счастья.，

Тан Нин в панике отступил на шаг, а дети, лежавшие на окне, вскочили один за другим, стуча в окно: бах, бах, бах!

Почему вдруг пришло так много детей?

Почему он раньше не видел этих детей в деревне?

Тан Нин в панике повернул голову и посмотрел на Линь Юнь. Линь Юнь, казалось, что-то осознал и внезапно широко раскрыл глаза: «Дядя Цзи сказал, что тебя постигнет возмездие, когда ты выйдешь замуж во время траура!»Возможно, это то, что он сказал!"

Глава 52 Призрачный Муж

После слов Линь Юня, дети-призраки, лежащие на окне, начали испытывать недовольство от простого хлопанья по окну своими маленькими ручками, и они яростно ударились головами о стекло!

«Кача!"

Похожая на паутину трещина появилась на стекле со словом «счастье», и кровь потекла из лба мальчика-призрака и растеклась по линиям трещин, но мальчики-призраки, которые бились о стекло головами, смеялись и цвели. Они били отчаянно, как будто не чувствовали боли, и их глаза смотрели прямо на Тан Нина, его невинные и жестокие глаза, казалось, не хотели прощать ребенка, который жаждал конфет.

«Что мне теперь делать?！»Кожа головы Тан Нина онемела. Он видел, как стекло быстро поднимается по трещинам со скоростью, видимой невооруженным глазом. Казалось, что всего через три или четыре секунды стекло полностью разобьется!"Эти твари тоже быстро заползут внутрь!！！

Линь Юнь уставилась в окно, и появилось еще больше детских лиц, некоторые размером с ладонь, похожие на абортированные эмбрионы, даже не открывая глаз, они все еще использовали свою хрупкую кожу, чтобы постукивать по уязвимому стеклу.

Неописуемое чувство подавленности исходило от этой кучи мертвых тел. Линь Юнь внезапно присел на корточки. В тот момент, когда он присел на корточки, старое стекло, наконец, издало треск, и кучка детей-призраков с улыбками ворвалась в дом. Сцена была похожа на то, как машина для захвата кукол внезапно разбилась вдребезги, и все куклы оказались лицом друг к другу. Вы бросились к нему——

На этот раз куклу ловишь не ты.

Но они хотят поймать тебя!

Тан Нин хотел отступить, но Линь Юнь крепко схватил его за ноги!

Сила Линь Юнь была так велика, что Тан Нин вообще не мог вырваться!

Мгновение пустоты и беспомощности охватило его, он не понимал, почему Линь Юнь это сделала!

Дети-призраки, чьи лица были залиты кровью и даже их головы были снесены, быстро поползли к Тан Нину, который не мог пошевелиться. Звонкий смех эхом разнесся по комнате. Этот жуткий смех смягчил Тан Нина. Он увидел мальчика-призрака, которому было почти два года. С сине-белым лицом он бросился к нему с широко открытым ртом.——

Линь Юнь надела на ноги неиспользованные свадебные туфли Тан Нин.

Ползущие мальчики-призраки внезапно остановились, за исключением летающего мальчика-призрака, который по инерции упал на Тан Нина.

В последнюю секунду маленькая ручка все еще крепко сжимала красное свадебное платье Тан Нина, но в следующую секунду ему показалось, что он коснулся какого-то пламени, и он с плачем отпустил свою руку.

«действительно！Я правильно угадал!Линь Юнь быстро сказал: «Песни, которые они поют, - это ключ ко всему!"То, что они только что спели, состояло в том, чтобы ступить на площадку зала, и вы можете исполнить это, надев свои свадебные туфли. Далее, вы должны обратить внимание на то, что они поют, а затем исполнить это сами!"

Прежде чем Тан Нин успел восхититься мастерством игры Линь Юня, он увидел, как Линь Юн достает из кармана талисман: «Твое свадебное платье - очень мощная опора, ты можешь временно противостоять волне атак мальчика-призрака, следующий путь зависит от тебя!Попомните мои слова!Обратите внимание на текст песни!Обязательно женись на Цзи Ляньюнь!"

Быстро сказав это, Линь Юнь приложил талисман ко лбу и застыл неподвижно, как запечатанный зомби.

Тан Нин: «?"

Тан Нин увидел, что мальчики-призраки, которые изначально хотели напасть на Линь Юнь, все перестали двигаться, как будто Линь Юнь сразу потерял к ним всякое влечение, и взгляды всех мальчиков-призраков снова упали на Тан Нина. .

......Разве это не так?

Линь Юнь, человек-собака, на самом деле бросил его и снова убежал!！！

Сердце Тан Нина было готово разорваться. В такой опасной и стрессовой ситуации все его мысли в этот момент были сосредоточены на одном предложении.——

Линь Юнь может на это рассчитывать, и свинья пойдет на дерево.

Дети-призраки ползали по всем углам комнаты, а некоторые даже забрались на голову Линь Юнь и уставились прямо на Тан Нина. В их жадных и свирепых глазах, казалось, были зубы, и им не терпелось оторвать кусок мяса от лица Тан Нина. Они открыли свои черные рты и резким и тонким детским голоском пропели: «Дверь паланкина открывает две двери, привет!"

Невдалеке в поле зрения Тан Нина, пошатываясь, появился изысканный паланкин. На спинке паланкина висели два красных фонаря, и четыре сияющих паланкина направились к Тан Нину.

Обратите внимание на текст песни.

Паланкин, который должен вот-вот сесть в паланкин!

Тан Нин приподнял юбку и собрался уходить. В тот момент, когда он действительно выходил за дверь, он оглянулся.

Его взгляд оторвался от Линь Юнь, которая неподвижно стояла на месте, и остановился на полуоткрытой шкатулке с приданым на стуле. Из старой деревянной шкатулки высыпалась половина жемчужных цепочек, и каждая круглая жемчужина излучала сияющее мерцание. , украшенные изысканными узорами золотые браслеты сверкали......

Когда Линь Юнь получил эту коробку, полную подарков в качестве приданого, он сказал, что эта вещь была странной, потому что Цзи Ляньюнь не должен быть таким богатым. Действительно, у этой вещи сильное ощущение нарушения, когда она находится в этой комнате.

Но и свадебное платье, и приданое были подарены Цзи Ляньюнем. Поскольку свадебное платье полезно, невозможно, чтобы приданое просто хорошо выглядело.

Тан Нин стиснул зубы, посмотрел на детей-призраков по всей земле, которые загораживали ему дорогу, приподнял юбки и отступил назад. Дети-призраки возбужденно засмеялись, протянули свои маленькие холодные ручки и схватили Тан Нина, который был пойман сам.

В тот момент, когда маленькая ручка коснулась свадебного платья, ухмыляющиеся лица внезапно изменили свои выражения, показав отвратительный плачущий вид, кровь и слезы потекли из черных глаз, и кровь запачкала безупречное свадебное платье, покрыв его небольшим количеством грязи.

Когда дети-призраки снова отправлялись ловить Тан Нин, они все равно плакали и отпускали ее, когда ловили чистое место свадебного платья, но если они ловили испачканную юбку, дети-призраки радостно улыбались и не боялись протянуть руку и схватить Тан Нин за кожу через ткань. Кожа.

Сильная боль распространилась по ноге, как будто бесчисленные муравьи вгрызались в плоть и кровь Тан Нина. Нет, эти призраки страшнее муравьев!

Мальчик-призрак крепко держал левую ногу Тан Нина. Пока призрак кусал его за ногу, его черные глаза все еще смотрели на его горло, как будто именно туда он стремился.

Тан Нин не осмеливался взглянуть в эти холодные глаза, он сопротивлялся сильной боли, подошел к креслу, протянул руку и взял маленькую коробочку с приданым.

Другой мальчик-призрак набросился на Тан Нина, и новый мальчик-призрак забрался Тан Нину на талию!

Уже слишком поздно!

Тан Нин обнял коробку и в отчаянии выбежал на улицу. Земля была полна плотно сбитых детей-призраков. Тан Нин волновался, что наступит на юбку и упадет. В результате он не наступил на юбку, но случайно наступил на окровавленную маленькую ручку мальчика-призрака. Улыбающийся мальчик-призрак мгновенно заплакал, кровь и слезы запачкали дюйм ткани свадебного платья.

Тан Нин почувствовал рыбный запах изо рта. Тан Нин изо всех сил старался не опускать голову, отчаянно утешая себя тем, что земля полна арбузов. Он взял коробку и открыл дверь. Холодный ветер дул ему в лицо. Ночью, когда горели большие красные фонари, Тан Нин увидел два красных паланкина.

Тот же красный паланкин, тот же красный фонарь, те же носильщики паланкина в красных одеждах, даже улыбки на их лицах похожи.

Сияющий и приподнятый.

Тан Нин тоже хотел быть счастливым в этот знаменательный день, но он совсем не мог смеяться.

Если вы сядете не в тот паланкин, обязательно произойдут плохие вещи.

Его спина опустилась, сопровождаемая смехом, третий мальчик-призрак забрался на тело Тан Нина, холодное дыхание овеяло спину Тан Нина, такое холодное, что у Тан Нина покрылась гусиная кожа, он чувствовал, как эта штука мягко обдувает его затылок, как у голодного человека. Когда сломленный ребенок собирается съесть горячую пищу, он сдувает тепло.

Выбор вот-вот будет сделан!

В противном случае, местом, куда дополз четвертый мальчик-призрак, была его шея, которая вообще не была прикрыта свадебным платьем!

Тан Нин посмотрел на паланкин слева, который был чрезвычайно изысканным.И человек в носилках показался ему необъяснимо знакомым. Когда он пригляделся повнимательнее, красное лицо человека в носилках оказалось очень похожим на бумажного человека в носилках, которого он встречал раньше в лесу!

Дрожь, вызванная ужасом, пробежала от позвоночника к коже головы, Тан Нин в панике отвел взгляд, посмотрел на паланкин справа и обнаружил, что человек, несущий паланкин справа, тоже был немного знаком.

В этот момент Тан Нин не мог не возненавидеть свою память. Почему он не мог вспомнить конкретного человека в своем сознании, поэтому мог лишь смутно судить, выглядит ли он знакомым?！

Если подумать об этом!Если подумать об этом!

Тан Нин сильно сжал кулаки и постучал себя по голове. Боль стимулировала быстрые движения его вялого мозга. Тан Нин посмотрел на улыбающиеся лица, и внезапно вспышка вдохновения озарила его разум.——

Это жители деревни на въезде в деревню!！！

Он вспомнил!Когда в тот день дедушка Цзи Кэ внезапно закричал, группа крестьян, обрабатывавших землю в поле, отложила мотыги и направилась к ним!

В тот момент, когда он понял это, Тан Нин чуть не заплакал от радости. Он приподнял юбку и зашагал к паланкину справа. Жители деревни, несущие паланкин, смотрели на него с улыбкой, как будто празднуя, что он сделал правильный выбор. Красный фонарь на крышке паланкина покачивался, вызывая у Тан Нина легкое головокружение.

Один шаг, два шага - и он направился к красному ореолу.

Раз или два мальчик-призрак у него на спине возбужденно дул, как будто над чем-то хихикал.

......и многое другое.

Тан Нин остановился и поднял голову, чтобы посмотреть на фонарь, висевший на носилках. Это был простой красный фонарь без наклейки, такой же, как фонари, которые можно увидеть повсюду в этой деревне.

Когда он впервые вошел сюда, он подумал, что такие красные фонарики предназначены для свадьбы, но Цзи Ляньюнь сказал ему, что эти фонарики были повешены из-за храмовой ярмарки.

Тан Нин посмотрел на паланкин слева, на котором висел красный фонарь с праздничными приветствиями.

Мурашки покрыли его спину. В этот момент Тан Нина, казалось, обдуло каким-то прохладным ветерком. Он не мог дождаться, когда свернется калачиком в углу и протянет руку, чтобы обнять свою дрожащую спину.

Что происходит, когда вы садитесь не в тот паланкин?

Холодные маленькие ручки одна за другой поднимались по спине Тан Нина вдоль позвоночника, а звонкий смех становился все громче и громче, и зубы Тан Нина дрожали даже в верхнем и нижнем рядах.

——»Фонари вешают, чтобы получить благословение призраков и богов."

—— «Каждая семья должна платить дань уважения."

—— «Не забирайте у меня дочь!Позволь мне пойти за ней!Отпусти меня!"

Тан Нин внезапно подумал о том, почему ему показались знакомыми эти жители деревни с паланкинами, потому что он видел этих людей задолго до того, как вошел в деревню.

В том сне.

В том сне на красном фонаре паланкина не было слова «счастье».

Когда он только что увидел мальчика-призрака, он обнаружил, что никогда не видел ребенка в этой деревне. на самом деле, есть класс людей, которых он никогда не видел в этой деревне.——

Здесь нет женщин.

Даже ни одного.

Внезапно появился ужасный ответ. Тан Нин широко раскрытыми глазами уставился на стоявших рядом жителей деревни. Внезапно он поднял свою красную одежду, похожую на облако, и в отчаянии бросился к паланкину слева!

Он бежал так быстро, что его свадебное платье развевалось на ветру, и золотые перья на подоле излучали чарующий блеск, как у молодого феникса, машущего крыльями, чтобы взлететь. В тот момент, когда он безудержно бежал, поднятое свадебное платье было подобно огню, заставляя все вокруг сиять. Потерял цвет——

Тан Нин поднял занавеску и сел в паланкин, который нес разносчик газет.

Глава 53 Призрачный Муж

В тот момент, когда он сидел в паланкине, мальчики-призраки, которые крепко держали Тан Нина, с криком отпустили его, как будто они чего-то испугались, и им оставалось только неохотно выбежать.

Что-то, что пугает детей-призраков......

Что это?

Существо, которое он увидел в лесу, всплыло в его сознании. От начала до конца он видел только того человека, который показывал руку, и очертания, вырисовывающиеся за его умирающим телом, но он подсознательно чувствовал, что это было необычное существование. .

Это все равно что пойти в храм, чтобы поклониться, когда я был ребенком, и увидеть великолепные глиняные статуи в клубящемся дыму, даже если я ничего не понимаю, я все равно могу в оцепенении ощутить величие всего тела.

——»С моим супругом Тяньчэном, мужчиной ста лет, как это можешь быть ты?"

—— «Найди его для меня."

Он вспомнил, что рука безжалостно сломал руку бумажной невесты, а затем грубо выбросил собеседницу из паланкина.

Просто потому, что это существо чувствовало, что бумажная невеста - не та, кого он искал.

И теперь, насколько его ситуация похожа на ситуацию с бумажной невестой, Тан Нин внезапно немного засомневался, не пытается ли он избежать видимой опасности, а вместо этого попадает в еще более серьезный кризис.

Не говоря уже ни о чем другом, это должен быть ужасный паланкин. Может ли он все еще жениться на Цзи Ляньюнь после того, как сел в этот паланкин?

Подумав об этом, Тан Нин с беспокойством поднял глаза. Внутренность паланкина была кроваво-красной, черной с красным, и холодное дыхание наполняло паланкин, как залитый кровью ледяной погреб.

Было действительно холодно, как будто какое-то невидимое холодное существо обняло его. Тан Нин почувствовал дыхание льда и снега. Казалось, он был укутан слоями снежинок. Холод заставил его свернуться калачиком и захотеть спрятаться, но обнаружил, что на этом маленьком пространстве спрятаться негде.

Тан Нин пожал плечами и осторожно обхватил себя руками. Красное свадебное платье гармонировало со снегом на его коже, а его глаза были затуманены страхом. Он оглядывался по сторонам.

Каким-то образом Тан Нин почувствовал, что что-то, казалось, прикасается к нему на красной подушке, и это все еще было в том невыразимом месте.

Тан Нин неловко нахмурился, с его дрожащих ресниц свисали слезы. Он набрался смелости протянуть руку и пошарить по мягкой подушке. Прежде чем он смог дотронуться до нее, весь паланкин внезапно приподнялся и откинулся назад. Тан Нин тоже упал на мягкую подушку.На коврике, из-за такого угла, все тело Тан Нина дрожало.

Занавеску паланкина приподнял порыв холодного ветра, и в слабом красном свете медленно поднялась голова мальчика-призрака. Оказалось, что это был трепещущий мальчик-призрак, который вскочил, догоняя паланкин и глядя прямо на Тан Нина сквозь занавеску.

Обида, жестокость, жадность.

Столкнувшись с этой бело-голубой гримасой, все тело Тан Нина обмякло, и у него даже не было сил сопротивляться, поэтому он рухнул на подушку. И без того глубокое чувство еще больше усилилось, заставив Тан Нина почувствовать, каково это - падать в пропасть, ощущение невесомости, страха и даже приближения пронзило его..

Один за другим дети-призраки вскакивали в ночи, ухмылялись и пели в унисон: «Я здесь, чтобы разбить палатку, привет!У Фу Лу сегодня день рождения, привет!"

Тан Нин был близок к тому, чтобы не дышать, когда увидел эту навязчивую сцену. Нет, он действительно не мог дышать. ремень Линь Юня был слишком туго затянут, как будто невидимая рука схватила его за талию.

Нет, этого не может быть......

Не держись за меня больше......

Тан Нин дотронулся до своего пояса, дрожа и пытаясь развязать его, красный свет пробивался из-за занавески, которую постоянно трепал мрачный ветер, и падал на ясное лицо Тан Нина, напоминая маленького ребенка, который не знал мира, но попал в странный водоворот из-за преднамеренного искушения ghosts.in .

Занавеска с другой стороны была раздвинута маленькими бело-голубыми ручками, и мальчик-призрак, висящий вниз головой на носилках, уставился прямо на Тан Нина, открыл свой кроваво-красный рот и пропел: «Посыпь дверь горстью жемчуга, привет!"

Пальцы, запутавшиеся в красном поясе, были прямо напуганы тем, что кончики пальцев дрожали, а Тан Нин изобразил хрупкость, которая вот-вот должна была заплакать, и в ужасе посмотрел на призрачных детей слева и справа.

Тексты песен, перлы, врата.

Мозг стремится извлечь ключевые слова.

да！перл！

Тан Нин поспешно открыл шкатулку с приданым, которую носил с собой, и достал из нее нитку жемчужных ожерелий.

Должен ли текст песни означать «бросить жемчужное ожерелье у ворот»?

Мальчик-призрак, висевший вниз головой на носилках с левой стороны, следовал за раскачиванием носилок. Половина его тела иногда находилась снаружи носилок, а иногда покачивалась внутри носилок. Внезапно вся его голова покачивалась перед Тан Нином, и кончик его носа касался кончика его носа, но одна голова была выпрямлена, а другая перевернута. Поэтому глаза Тан Нина были обращены к широкому кроваво-красному рту.

В этот момент в голове Тан Нина было пусто. В критический момент, когда его большой рот был готов откусить ему глаза, Тан Нин ударил мальчика-призрака жемчужным ожерельем, которое держал в руке!

Мальчик-призрак перекусил нитку жемчужного ожерелья и быстро ушел, как голодный пес, у которого в руках мясо и кости.

Тан Нин сильно вспотел, и на кончике его носа выступили капельки пота. Прежде чем он успел вздохнуть с облегчением, еще больше детей-призраков выбежали из маленьких окон с обеих сторон. Они широко открыли глаза и рты, протянули окровавленные руки и схватили Тан Нина!

Детей-призраков так много, что их просто не перечесть, но в коробке осталось всего три нитки жемчужных ожерелий, и самое большее, еще троих детей-призраков можно отослать!

Что мне делать, что мне делать?！

Тан Нин был так встревожен, что чуть не заплакал, и слезы застилали ему зрение. Жемчужины перед Тан Нином побелели, превратившись в чистый кусочек. Внезапно Тан Нин, казалось, о чем-то подумал. Он взял связку розовых жемчужин, откусил зубами шелковую нить, на которую были нанизаны жемчужины, а затем схватил ее. Выбросил горсть жемчужин в окно——

Множество детей-призраков проследили за траекторией полета жемчужин, развернулись и прогнали их!

Видя, что этот метод полезен, Тан Нин быстро достал еще одну нитку жемчуга и проделал это снова в соответствии с предыдущим процессом. На этот раз мальчики-призраки с другой стороны тоже разошлись.

Плотно упакованные головы исчезли. В результате Тан Нин был так счастлив, что чуть не заплакал. В руках он держал коробку с ювелирными изделиями ambilight, но никакое количество великолепных украшений не могло сравниться со слезящимися глазами в этот момент, хрупкими и сильными, излучающими смертельную привлекательность.

Все его тело обмякло от облегчения. С этим расслаблением появились вещи, которые были проигнорированы в предыдущем состоянии напряжения, и внезапное пребывание на подушке становилось все более и более очевидным.

Тан Нин попытался изменить свое положение, но его тело онемело и ослабло, в сочетании с сильными толчками в паланкине, каждый толчок заставлял мягкое тело Тан Нина падать назад.

Серия атак мальчика-призрака только что довела волю Тан Нина до критической точки. В этот момент, от легкого прикосновения, его слезы потекли, как жемчужины с оборванной нити.

Так много слез, словно ласковый весенний дождь, сиял красный свет снаружи, окутывая рыдающую Тан Нин, как мечта персикового цвета.

Что, черт возьми, это такое, что, черт возьми, это такое?

Это наказание за то, что он вломился в паланкин?

«Два бога вывешены на двери, привет!Снаружи носилок слабо доносилось пение детских голосов. Тан Нин поднял глаза от взлетов и падений носилок и выглянул наружу. Он увидел несколько трупов, свисающих с недавно построенной виллы в этой деревне, свисающих с балкона до ворот, как сушащееся белье, но их было еще несколько. Знакомое лицо Чжан Таннин.

Это лица тех жителей деревни, которые несут паланкины!

Все их смерти были странными и трагичными, но, увидев их на расстоянии, Тан Нин испугался.

«Золотой петух слева называется «привет, привет!»."

Трупы кур и уток, которые сгнили и воняли, свалены в кучу на поле слева.

«Феникс справа от Саада радостно закричал!"

Справа на поле свалены в кучу трупы пашущего крупного рогатого скота и свиней.

Странные детские голоса становились все более и более отдаленными, и паланкин перевернулся вверх дном. Тан Нин задрожал и хотел развязать свой пояс, но он ничего не мог сделать. Окружающий холод почти проник в его внутренние органы, а пояс был настолько тугим, что походил на железное клеймо, плотно обернутое вокруг талии Тан Нина.

Тан Нин чувствовал себя так неловко, что готов был заплакать, и его заплаканное лицо покрылось румянцем. Как раз в тот момент, когда он заподозрил, что вот-вот упадет в обморок, носилки внезапно приземлились, и из-за занавески донесся голос Цзи Кэ: «Невеста, пожалуйста, слезь с носилок»."

наконец...Это наконец-то здесь?

И это все еще голос Джи Кэ, тогда, похоже, он выбрал правильный!

Авантюра только что, наконец, увенчалась успехом. Хотя у Тан Нина не было никаких сил, он все еще пытался встать и одной рукой раздвинул занавеску, показав свое заплаканное лицо.

Прежде чем он смог ясно разглядеть, что находится снаружи, Цзи Кэ молниеносно накинул на него красный хиджаб, а затем помог Тан Нину нести одежду, расшитую золотыми перьями, помогая этому мягкому и слабому телу выбраться из паланкина.

Я ничего не вижу. Мои ноги такие мягкие, а в носу все еще кисло, и мне хочется продолжать плакать. Тан Нин шел обиженный. Когда он переступил порог, Цзи Кэ прошептал ему, что сейчас он переступит через прошлое.

С нынешней точки зрения Тан Нина, он может видеть только некоторые ситуации на земле. Он боится, что упадет, поэтому пытается осмотреться и посмотреть на это. Внезапно он обнаруживает, что все люди поблизости стоят на цыпочках.

Кто может встать на цыпочки?！

Прохлада Укуна на мгновение заставила Тан Нина очнуться. Он в ужасе посмотрел в сторону Цзи Кэ. Убедившись, что ноги противника ходят нормально, сердце, которое чуть не выпрыгивало из горла, и глаза неохотно отпустили его.

Если вы правильно догадались, это должна быть ситуация, вызванная открытием призрачных врат фестиваля Цинмин, о чем Линь Юнь напомнил ему ранее, и куча призраков выбежала и бродила вокруг.

Линь Юнь сказал, что ему нужно только жениться на Цзи Ляньюнь и крепко держать Цзи Ляньюнь за бедро.

Все в порядке, успокойся, успокойся, Цзи Ляньюнь скоро будет здесь!

Гороскопы Цзи Ляньюня очень сильны, и он совсем не боится призраков. если Цзи Ляньюнь будет рядом, с ним все будет в порядке!

«Затем вам нужно пересечь угольный бассейн.- Мягко напомнил Джи Кэ.

Такой таз с углями поперек означал неудачу. Тан Нин приподнял одежду и уселся верхом. От горячей жаровни у Тан Нина закружилась голова. На самом деле, больше всего сейчас Тан Нин хотел развязать свой пояс. Он действительно был близок к тому, чтобы потерять дыхание.

Почему Цзи Ляньюнь до сих пор не может приехать?

Слабо и обиженно подумал Тан Нин.

В этот момент до Тан Нина донесся тихий и мощный звук шагов. Тан Нин был одет в красный хиджаб и мог видеть только землю. Он увидел пару ног в свадебных туфлях, идущих перед ним. .

Кажется, это и есть Цзи Ляньюнь!

Тан Нин на мгновение почувствовал себя в безопасности, и ему не терпелось протянуть руку Цзи Ляньюню, и широкая ладонь собеседника обхватила его.

Дорога впереди все еще неизвестна, и его талия все еще так напряжена, но в тот момент, когда этот человек крепко держит его за руку, Тан Нин чувствует, что все в порядке.

Такая теплая рука вызывала у него желание просто продолжать держать ее и идти дальше.

Тан Нин, погруженный в радость, не заметил, что, когда его ввели в дом, все красные фонари, висевшие снаружи, в одно мгновение стали белыми.

Это был белый фонарь, который вешали только во время похорон.

Глава 54: Призрачный Муж

Это был первый раз, когда Тан Нин проводил церемонию бракосочетания. Он чувствовал, что Цзи Ляньюнь привел его в какое-то место. В этой комнате было большое пространство красного цвета, с красными коврами, красными столами и красными туфлями......Бесконечный поток красного застилал взгляд Тан Нина, и Тан Нин был немного взволнован без всякой причины.

Особенно когда Цзи Ляньюнь отпустил его руку, Тан Нин так занервничал, что крепко сжал свое свадебное платье. Он всегда чувствовал холод за спиной, как будто на него нацелилось что-то холодное.

Ритмичные голоса, как у мужчины и женщины, декламируют и поют: «Единое поклонение небу и земле..."

Послесвечение Тан Нина уловило, как Цзи Ляньюнь склонился рядом с ним, и он быстро последовал за ним. Он не знал, наклонялся ли он слишком быстро, или дул ветер, но уголок хиджаба Тан Нина мягко приподнялся, как будто кто-то дул на его хиджаб.

Тан Нин в панике протянул руку и сдернул с себя хиджаб. Он только что встал и стоял неподвижно, как услышал, как голос снова объявил:：

«Эрбай~Гаотанг..."

Гаотан ссылается на своих родителей. Оба родителя его тела умерли. Это должны были быть родители Цзи Ляньюня, которые поклонялись ему. Говоря об этом, Тан Нин внезапно обнаружил, что он никогда не видел родителей Цзи Ляньюня, когда приехал в эту деревню. Единственным человеком на другой стороне, который, казалось, был старшим по званию, был дядя Цзи..

Подумав о чем-то грязном, Тан Нин некоторое время не наклонялся сразу. Ощущение того, что он лежит на спине, становилось все сильнее и сильнее. Как только его кожа головы напряглась, он немедленно обхватил себя за талию и наклонился.

Эти люди сидят перед родителями Цзи Ляньюня?

Но с этой точки зрения есть только ножки стула, а не человеческие ступни.

- Муж и жена... поклоняются... - Голос поднялся высоко, как качели, достигающие высшей точки.

Тан Нин обернулся и встал лицом к лицу с владелицей красных свадебных туфель. Хотя он знал, что брак в этой копии не был настоящим, Тан Нин необъяснимым образом ощутил чувство церемонии. Он увидел эти красивые руки, сложенные в поклоне, и Тан Нин поспешно усвоил жест противника, склонившегося вместе с человеком перед ним.

Он уже слышал поговорку, гласившую, что тот, кто низко склоняется, когда пара совершает богослужение, в будущем позаботится о деньгах.

Человек, стоявший перед ним, очень низко наклонился в пояснице, настолько низко, что Тан Нин мог видеть затылок противника.

Тан Нин без всякой причины почувствовал, что такая низкая поза была определенно не ради того, кто отвечал за деньги в будущем, а из-за того, что другая сторона не хотела, чтобы он опускал голову.

Цзи Ляньюнь действительно очень мягкий человек.

«Ли Ченг ~ Отправь его в пещеру!"Счастливо произнес голос, за которым последовал взрыв лучезарного смеха, эхом отдававшийся слева, справа, спереди, сзади, сверху и даже снизу круг за кругом, от этого смеха у Тан Нина еще больше закружилась голова.

Тонкая рука держала Тан Нина, и Тан Нин безучастно пожал эту руку.

Он увидел пару ступающих перед ним на цыпочках ног и спросил сегодняшнего представителя жениха: «Это входит в пещерную комнату?»Тогда мы собираемся проделать дыру!"

«Да, я еще не видел, как выглядит невеста!»"

« Твое лицо белое, как снег, а губы красные, как кровь?"

«Это так вкусно пахнет, невеста так вкусно пахнет......"

Эти голоса были почти готовы прозвучать, когда они разговаривали, как будто они хотели подойти поближе и понюхать это.

Тан Нин крепко сжал руку Цзи Ляньюня и, глядя на приближающиеся пальцы ног, в страхе прижался к Цзи Ляньюню.

Цзи Ляньюнь обхватил его за талию, и его голос был очень холоден: «Что за неприятности в пещерной комнате?»"

«Естественно, это поможет вам нажить много неприятностей в ближайшие дни!Не говоря уже ни о чем другом, я могу приготовить для вас яблоко!"Я готов выпить бокал вина!»"«......"

Эти голоса улыбнулись и сказали, что, похоже, отношения с Цзи Ляньюнем очень хорошие, поэтому Цзи Ляньюнь не отказал этим людям в просьбах, но спокойно сказал: «Он не любит знакомиться с незнакомцами, не подходите слишком близко»."

«Это защищено!"На самом деле это недостаточно интересно.»Тс-с-с-с, если у тебя красивая жена, ты забываешь о своих друзьях»."

Эти голоса говорили об этом, но на самом деле они больше не собирались вместе.

Тан Нин был так напуган, что всю дорогу следовал за Цзи Ляньюнем. Цзи Ляньюнь замедлил шаг, чтобы позаботиться о нем. Вокруг раздались звуки уговоров, и вино выплеснулось из бокала на красный ковер, став кроваво-красным.

Смутно Тан Нину показалось, что он почувствовал запах крови, но этот запах был заглушен сильным запахом вина, что заставило Тан Нина заподозрить, что это была его иллюзия.

Жених рядом с ним пил. Сколько рук ни протягивало бокалы с вином, Тан Нин увидел, как Цзи Ляньюнь протянул руку и без колебаний поднял их. После того, как другая сторона закончила пить, вокруг раздались одобрительные возгласы, и некоторые люди улыбнулись и спросили: «Жених сегодня так счастлив?»"

Тан Нин услышал, как его новобрачный муж ответил слабым «хм".

Тан Нин действительно хотел напомнить собеседнику, чтобы он не пил, только кости Цзи Ляньюня. Если он был наполовину пьян, что ему делать, когда он столкнется с этими призраками в одиночку?

Думая об этом, Тан Нин набрался смелости, потянул Цзи Ляньюня за рукав и прошептал: «Пей меньше......"

Окружающие голоса внезапно стали возбужденными: «Эй, твоя маленькая жена жалеет тебя!»"Нет, нет, у него красивая жена, которая чувствует себя подавленной, и он снова должен быть наказан!»"Пришло время наказать!»"

Эти существа внезапно назвали Тан Нина по имени, и ему захотелось превратиться в сморщенную черепаху. Он придвинулся ближе к мужу. Жених рядом с ним сдержанно улыбнулся, и его холодный голос прозвучал в ушах Тан Нина, подобно падающим листьям, сбивающим цветы, и текущей воде: «Пьян во вселенной».Он большой, и горшок рассчитан на месяц."

Опорожненный бокал был снова наполнен, и жених взял бокал и выпил его. Слегка пьяным голосом он тихо сказал Тан Нину: «Сто лет пьянства выпито, 36 000 игр."

«так！Выпейте как следует!"

Человек рядом с ним, казалось, был действительно пьян. Он ходил волнами и имел романтическую позу. Тан Нин нервно пытался поддержать собеседника. Неожиданно человек был невежлив с ним, и внезапно он прижался всем телом к его плечу, и его тонкие губы коснулись красного хиджаба. Лицо Тан Нина сбоку: «Леди."

Тан Нин запаниковал и не оглянулся, горячие губы прошлись от его лица сбоку к основаниям ушей, и низкий и слегка пьяный голос, коснувшись его ушей, позвал: «Леди»."

Голос жениха был действительно приятным. Когда он услышал, что половина тела Тан Нина вот-вот размякнет, люди вокруг него, которые ходили на цыпочках, снова начали смеяться. Тан Нин был одновременно напуган и обижен, и его дрожащий голос жаловался, что он вообще этого не осознавал: «Ты, ты пьян»."

Запах вина донесся до его ушей, как ветер, а затем, как ветер: «Увидев леди, я, естественно, пьян."

Почему Цзи Ляньюнь, такой человек, как Цзи Ляньюнь, вдруг заговорил подобным образом?

Говорят, что употребление алкоголя обнажает природу человека. Цзи Ляньюнь обычно выглядит Сиси Вэньвэнь, только когда он пьян......

Тан Нин прикусила нижнюю губу и внезапно не знала, что сказать. Она могла только попытаться обнять Цзи Ляньюня. Собеседник обнял его за талию. Талия Тан Нина уже болела от ремня. Теперь Цзи Ляньюнь просто слегка коснулся ее, и талии Тан Нина стало так больно, что она задрожала.

« Будьте осторожны, мадам, мы вот-вот переступим порог.»Тан Нин увидел, что ноги людей вокруг него слегка подпрыгивают, он запаниковал еще больше и, дрожа в юбке, переступил порог и вошел в свадебную комнату.

Свадебная комната все еще выглядит как в старом доме, но украшения, кажется, были переставлены. Красный ковер прикрывает выбоины, маленькая и узкая кровать застелена малиновым постельным бельем, и даже белые свечи превратились в ярко-красные.

Тан Нин осторожно присел на край кровати. Он увидел, что его новобрачный муж стоит перед ним, держа нефритовую Жуйи в своей красивой руке. Хотя Тан Нин не мог видеть, что было вырезано на нефритовой Жуйи, он также мог почувствовать ценность этой вещи. Она очень ценная.

Точно так же, как приданое, данное ему другой стороной.

Как могла у Цзи Ляньюня оказаться такая ценная вещь?

Тупо размышляя, Тан Нин увидел, что Юй Жуйи медленно расстегивает красный хиджаб. На самом деле, Тан Нин не хотел, чтобы хиджаб открывался так быстро, потому что он не хотел видеть тех, кто стоит на цыпочках. Людей, стоящих на цыпочках.

Но он ничего не мог с собой поделать. Красный, похожий на облако, хиджаб был аккуратно приподнят, открывая лицо, которое переливалось всеми яркими красками. Тан Нин робко поднял глаза и первым увидел лицо Цзи Ляньюня.

Цзи Ляньюнь в этот момент совсем другой.

Весь человек изнутри излучает неописуемое благородство, не как бедный деревенский житель, а как дворянин, выросший с золотой ложкой.

Эта пара глаз, которые, казалось, скрывали Сюэшань Цзинху, пристально смотрела на Тан Нин, красные свечи качались, свадебные платья развевались, и вся мягкая красная пыль была в этих глазах.

Цзи Ляньюнь приподняла уголки губ и слегка улыбнулась: «Мадам."

Кончик сердца Тан Нина тоже затрепетал от крика этой дамы. Он избегал сосредоточенного взгляда Цзи Ляньюня и повернулся, чтобы посмотреть на других людей вокруг него. Маленькая свадебная комната была полна людей в яме, но у этих людей не было шокирующего вида синих клыков, который представлял себе Тан Нин. Напротив, каждый из этих людей необычен по поведению, и они не похожи на персонажей, которые могут появиться в этой отдаленной горной деревне.

«Невеста такая красивая."Я тебе завидую."Нет, нет, я хочу налить тебе еще выпить сейчас!»"Эх, не наливай ему одному, как думаешь, не хочешь ли ты сейчас выпить бокал вина?»"

Эти люди рассмеялись и достали два изысканных бокала для вина: «Да, выпейте бокал вина!»"

Кубок, полный вина, был вручен Тан Нину. Тан Нин держал кубок и заставил Цзи Ляньюня позировать для бокала вина среди насмешек этих людей.

«почти！Сделай глоток!"Я выпил бокал вина, и в этой жизни у меня будет седая голова!»"

Бокал с вином прижался к губам Тан Нина, и глаза, мерцающие в красном свете свечей, с нежностью уставились на Тан Нина. Край бокала разжал сомкнутые зубы и проник в теплый рот.——

Жидкость, наполненная ароматом ветра, снега и вина, влилась ему в горло.

Аромат вина - это затяжная струйка, смешанная со льдом и снегом. Достаточно всего одной струйки, чтобы опьянить. В этот момент день и ночь меняются местами, вселенная меняется на противоположную, жара и холод чередуются, солнце восходит, а луна постоянна. Кажется, что кто-то наполнит небо звездами и яркой луной. В чашу света.

Тан Нин неловко закашлялся, и кристально чистое вино проскользнуло по его шее на красное свадебное платье.

Свирепый и публичный человек держал в руке яблоко, перевязанное ниткой, и сказал Тан Нину и Цзи Ляньюню: «После того, как выпили по бокалу вина, не пора ли съесть яблоко?»"

С этими словами он положил ярко-красное яблоко между Тан Нином и Цзи Ляньюнем. Тан Нин уже начал терять сознание, и в его глазах был водяной пар. Он заметил, что что-то не так. Все, что он испытывал сейчас, было невыразимо странным, но, но......

Такого рода странности выглядели спокойно и красиво. Яблоко не превратилось внезапно в череп, покрытый муравьями, и из него не полилась кровь. Все перед ним было покрыто зеркальным фантомом.

Он слегка наклонился и открыл рот, чтобы откусить яблоко вместе с Цзи Ляньюнем.

Внезапно яблоко было поднято, и губы Тан Нин и Цзи Ляньюня соприкоснулись.

Глава 55: Призрачный Муж

Глаза Тан Нина слегка расширились, и в его ясных глазах, казалось, сгустился туман, который в любой момент мог превратиться в водяной пар и с шелестом стекать вниз. Он хотел избежать случайного поцелуя, но мужчина в веселой одежде протянул руку и коснулся его затылка.

Холодный аромат вина ударил в лицо Тан Нину, и Тан Нин увидел, как собеседник протянул другую руку и опустил красную занавеску на кровати, чтобы отгородить любопытные глаза от внешнего мира.

Легкая вуаль опустилась подобно красному облаку, и фигура позади с нетерпением ждала этого.

«Мгновение Чуньсяо стоит дочери ~» «Мы не будем утруждать себя.Эти голоса стихли вместе с улыбкой, и во всем свадебном зале внезапно воцарилась необычайная тишина, настолько тихая, что было слышно только дыхание Тан Нина и людей перед ним.

Тан Нин плотно сжала губы и нервно посмотрела на Цзи Ляньюня.

Хотя он с самого начала знал, что собирается жениться на Цзи Ляньюне, он никогда не думал о том факте, что у него будут муж и жена с другой стороной. Все новости, которые он слышал об этом человеке раньше, заключались в том, что у другой стороны было слабое здоровье, он был больным человеком, и ему даже было трудно ходить.

Когда я впервые встретился с другой стороной, этот человек действительно был таким же болезненным, как и слухи, и он также очень уважал Тан Нина. В то время Тан Нин чувствовал, что если что-то действительно произойдет в первую брачную ночь, то до тех пор, пока он отказывается, другая сторона не будет принуждать его.

Но сейчас......

Красный свет отражался в этих глубоких глазах, как капля горячей сердечной крови, и в них бурлил неописуемый темный прилив.

Кончик теплого языка лизнул сомкнутые губы Тан Нина, и интенсивность облизывания придала Тан Нину неописуемую фамильярность, как будто, как будто......

Это было так, как если бы он почувствовал, как его глаза лизнули, когда он впервые тайком посмотрел на Цзи Ляньюня из дыры.

Как только эта идея пришла в голову, Тан Нин был так напуган, что обмяк на кровати. Он был мягким, как лужица воды, его глаза были водянистыми, пот на кончике носа был водянистым, а дыхание, которое он выдыхал, было наполнено влагой, похожей на туман.

«Леди действительно пьяна.Глаза Цзи Ляньюня потемнели, и эта рука коснулась пояса Тан Нин. Чрезвычайно тугой пояс подчеркивал красоту этого тела, переплетенную со слабостью и обаянием, что вызывало у людей зуд.

Тан Нин не хотел, чтобы Цзи Ляньюнь прикасался к нему, но он действительно хотел развязать пояс. Некоторое время он даже не знал, хочет ли он отказаться или позволить Цзи Ляньюню действовать. Вся его внутренняя борьба была написана на его лице, и его глаза горели, как будто он собирался отказаться. С возвращением.

« Ты, ты......Прежде чем Тан Нин успел подумать, что сказать, его пальцы сжались на внутренней стороне ремня и впились в плоть, как змея. Ремень, который и без того был туго завязан, в этот момент стал еще туже. Тан Нин поморщился от боли и сказал дрожащим голосом: «Ты быстро развязываешь его»......"

Цзи Ляньюнь улыбнулся: «Да, сэр."

Он сцепил пальцы и нашел положение узла. Это мертвый узел. Требуется некоторое усилие, чтобы развязать его. Цзи Ляньюнь действовал не торопясь. Он медленно разобрался с поясом, как будто открыл изящную подарочную упаковку. Сила на кончиках его пальцев передавалась Тан Нину через этот красный пояс. На талии.

Талия, которая была привязана до сих пор, настолько хрупка, что не выдерживает ни капли силы, не говоря уже о силе Цзи Ляньюня, подобной измельчению тофу.

Ресницы Тан Нина дважды дрогнули, и он обессиленно рухнул на кровать, кончики его пальцев неудержимо дрожали, как бутон, который слегка покачивается, когда ветви покрываются росой: «Цзи, Цзи Ляньюнь......"

Голос мужчины был низким: «Меня зовут муж."

Как этот человек говорит многословно?Какого мужа, какую женщину, какие стихи вы произносили раньше?.....Манера говорить такая же, как и его поведение, бездельничать действительно раздражает!

Тан Нин воскликнула со слезами на глазах: «Муж, ты, поторопись."

Цзи Ляньюнь снисходительно посмотрел на него: «Поторопись, что?"

Тан Нин чуть не плакал от осознанного вопроса этого человека. Если бы не его слабость после того, как он выпил тот бокал вина, если бы Линь Юнь не завязал свой пояс слишком туго, он смог бы развязать его сам.

Жаль, что «если» не так много, Тан Нин может только приказать дрожащим голосом: «Развяжи это быстро."

Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Почему леди так нетерпелива?"

Он сказал, что Тан Нин был нетерпелив, но его глубокие черные глаза смотрели прямо на красавицу на кровати, с черными волосами и красной, как снег, кожей, и яркими красками, которые проникали прямо в сердце. Это лицо болезненно нахмурилось, а глаза были полны водяного пара. Казалось, что если бы было немного хуже, собеседник не удержался бы от слез..

Он снова подцепил ремень кончиками пальцев, и, конечно же, Тан Нин заскулил, как котенок.

Любовь и жар в сердце Цзи Ляньюня распространились вместе, и его кадык слегка дернулся: «Почему леди так туго связана?»"

Эта фраза, казалось, обвиняла Тан Нина в том, что он заключил себя в кокон.

Тан Нин действительно испытывал ужасную боль, и его поясница слегка двигалась в направлении пальцев. Он просто надеялся, что так ему будет немного комфортнее. Когда он напился, Тан Нин всхлипнул и сказал: «Ты и Линь Юнь, вы двое, такие раздражающие."

Движения Цзи Ляньюня приостановились.

Улыбка на его лице тоже мало-помалу рассеялась.

«Что случилось с Линь Юном?"Его голос по-прежнему такой нежный, даже более нежный, чем раньше, достаточно нежный, чтобы заставить людей потерять бдительность.

«Это его пояс......Тан Нин обиженно сказал: «Он завязывает это слишком туго»."

Цзи Ляньюнь что-то тихо промычал.

Зрение Тан Нина было затуманено слезами, и он не мог ясно видеть выражение лица Цзи Ляньюня, но ему стало необъяснимо холодно.

«Тогда почему я это ненавижу?Голос по-прежнему был мягким, и из-за этого было невозможно сказать что-либо осуждающее.

Тан Нин внезапно почувствовал, что поступает неразумно. В конце концов, этот пояс действительно трудно развязать. Он просто долго развязывал его. Теперь Цзи Ляньюнь только что развязал его на некоторое время. Как он мог подозревать, что другая сторона намеренно отказалась развязать пояс?

Цзи Ляньюнь - его следующий амулет. Он не может подшутить над Цзи Ляньюнем, но этот пояс действительно лишит его рассудка......

Что мне следует делать в этом случае?

Возможно, это действительно было из-за опьянения, и фигуры Мо Юньчу и Ци Юнь необъяснимым образом возникли в сознании Тан Нина.

Это действительно странно. В это время он вдруг почувствовал, что Цзи Ляньюнь и другие, казалось, были такими же людьми, и эти люди были мягкими, но не жесткими.

«Муж, этот ремень причиняет мне такую боль.Тан Нин тихо сказал: «Ты причинил мне боль, ты оставишь это в покое?""

Рука, зацепившаяся за пояс, дернулась, как от удара электрическим током, когда он услышал эти слова, а затем послушно развязала мертвый узел, красный пояс внезапно упал на кровать, и тонкая талия Инъин, которую было недостаточно держать, тоже упала. .

Пояс был завязан слишком долго, и в тот момент, когда он покинул плоть и кровь, его тело, казалось, неохотно удерживало его, и огненное покалывание превратилось в невидимую веревку, которая связывала Тан Нина.

Тан Нин рухнул на кровать, его дрожащие лопатки напоминали крылья бабочки, и из них потекли слезы.

«Это действительно так больно?После вопроса Цзи Ляньюня его рука также легла на талию Тан Нин через свадебное платье. Тан Нин вообще не мог выносить горячую ладонь, крича: «Не прикасайся к ней!»"

« Дай-ка мне взглянуть на рану у тебя на талии.- С беспокойством сказал Цзи Ляньюнь.

Тан Нин продолжал качать головой, но Цзи Ляньюнь, который был добродушен, на этот раз не прислушался к словам Тан Нина и силой снял свое красное свадебное платье.

Одежда соскользнула вниз, и на тонкой талии появился круг из красно-зеленых следов удушения, красота которого вызывала у людей желание ущипнуть себя за красные следы.

Хотя Тан Нин не видел, как выглядел след, он заметил опасную ауру в глазах Цзи Ляньюня. Он испугался и сказал: «Мне так больно, ты, не прикасайся ко мне»."

«Я не прикоснусь к тебе......Цзи Ляньюнь тихо прошептал: «Как я могу помочь тебе с лекарствами?»"

Тан Нин поспешно сказал: «Мне не нужно принимать лекарства."

У него есть фирменное средство для отсасывания, которое можно использовать для лечения шрамов, посасывая пальцы. Хотя его можно использовать только один раз в день, это должно произойти на следующий день через несколько минут.

« Тебе не очень больно?Цзи Ляньюнь нахмурилась, ее взгляд был таким, словно она обвиняла плохого мальчика, который был болен, но отказался принимать лекарство.

Тан Нин сказал со слезами на глазах: «Это больше не больно."

Тонкая ладонь ущипнула Тан Нин за талию, Цзи Ляньюнь ощупал шрамы на нежной коже: «Тогда тебе больно или нет?»"

Тан Нин впал в оцепенение и внезапно обнаружил, что независимо от того, как он ответил, у собеседника была причина прикоснуться к нему. рука на его талии была слишком грубой, даже если он ничего не делал, это заставляло Тан Нина чувствовать сильное покалывание.

«муж。Тан Нин прошептал: «Если ты сделаешь вдох, мне не будет больно»."

Затем Тан Нин добавил: «Я могу дышать только на одном дыхании. если я прикоснусь к нему снова, мне снова будет больно."

Произнеся этот ответ, Тан Нин впервые почувствовал, что он такой остроумный.

От его уха донеслась тихая мужская улыбка.

Официальный представитель жениха в свадебном платье наклонился и мягко подышал на талию Тан Нин. Он посмотрел на дрожащую талию, его красивое лицо казалось зачарованным, и он не смог удержаться, чтобы не лизнуть красные следы.

Дрожь пробежала по всему телу Тан Нина. Тан Нин почувствовал беспрецедентный кризис. Он запаниковал и хотел сжаться, но Цзи Ляньюнь схватил его за лодыжку.

На этой ноге все еще красные свадебные туфли. Туфли прекрасно сшиты, а кончик туфли украшен круглой жемчужиной. Такая форма обуви выглядит очень изящно. Даже если ступни Тан Нин размером с мальчишеские, они более изысканные. Люди хотят подержать их на ладони и поиграть с ними.

«Ты должен снять обувь, чтобы лечь спать.»Цзи Ляньюнь заслужил это.

Он легко снял обувь и носки, но его рука все еще крепко сжимала ноги Тан Нина.

Огромное ощущение кризиса заставило Тан Нина захотеть кричать, он чувствовал себя так же, как сейчас...Это как бедняк, о котором позаботится ученик.

Но самое абсурдное заключается в том, что мужчина, стоящий перед ним, - это муж, который только что вместе с ним поклонялся небу и земле.

Тан Нин в панике надел на него свое свадебное платье, пытаясь заслониться от взгляда Цзи Ляньюня, который упал на него, глубокого, горячего, похожего на язык взгляда, который хотел яростно лизнуть его.

« Цзи Ляньюнь!"Он не осмеливался позвать своего мужа, он боялся, что это имя сделает другую сторону более праведной: «Цзи Ляньюнь!»не......"

Имя Цзи Ляньюня, очевидно, немного рассердило собеседника. Его новобрачный муж все еще хватал его за лодыжку, не только для того, чтобы схватить эту ногу, но и для того, чтобы схватить другую ногу.

«Как ты меня только что назвал?- Тихо спросил Цзи Ляньюнь.

Тан Нин беспомощно покачал головой, его голос постоянно дрожал, но он не знал, что такой дрожащий голос действует на нервы человеку напротив: «Не прикасайся ко мне."

Его глубокие глаза смотрели прямо на него, в них был спрятан маленький красный огонек. Когда на лице Цзи Ляньюня не было никакого выражения, чрезвычайно сильное чувство подавленности распространялось бессовестно. Трудно представить, что человек будет испытывать такое сильное принуждение, точно так же, как огонек маленькой свечи отбрасывает большую площадь. тень.

«почему？- Беспечно спросил Цзи Ляньюнь.

«......Я боюсь боли.»Импульс Тан Нина был полностью подавлен. Он боялся боли, и еще больше в этот момент боялся Цзи Ляньюня.

Встретившись глазами друг с другом, невыразительный Цзи Ляньюнь внезапно рассмеялся и тихо сказал: «Тогда мне будет легче."

Глава 56 Призрачный Муж

Это не тот ответ, который хотел бы услышать Тан Нин, но у Цзи Ляньюня нет проблем с таким ответом.

В голове у него был ужасный беспорядок, и прежде чем он успел придумать контрмеру, Цзи Ляньюнь поймал его за другую ногу.

Горячая ладонь обхватила подошвы его ног, словно желая оставить на них отметину.

Тан Нин был так напуган, что отчаянно вжался в кровать, но сила Цзи Ляньюня была больше его, поэтому он попытался сделать шаг назад, и Цзи Ляньюнь без особых усилий отдернул сопротивляющуюся ногу назад.

«Не надо, не надо......»Тан Нин в спешке не знал, что сказать. Когда он назовет имя Цзи Ляньюня, другая сторона, очевидно, будет недовольна. Обращение к ее мужу, казалось, подогрело гнев другой стороны.

Его лодыжки были слишком тонкими, а руки Цзи Ляньюня были такими тонкими, что он мог обхватить обе свои ноги одной рукой. Заплаканные глаза Тан Нина были немного сбиты с толку. Он не понимал, почему Цзи Ляньюнь внезапно отпустил его руку. Для чего.

Затем он увидел, что Цзи Ляньюнь поднял пустой рукой красный пояс, лежавший на кровати.

Этот тонкий ремень душил Тан Нина слишком долго, и боль, оставшаяся на коже, была настолько сильной, что когда Тан Нин увидел падающий ремень в ладони Цзи Ляньюня, его тело инстинктивно начало дрожать, и вся его талия потеряла силу, этот красный круг. Отметины болезненные и зудящие.

Под торопливым взглядом Тан Нина Цзи Ляньюнь с неописуемым очарованием аккуратно обернул пояс вокруг ног Тан Нин, покрасневших до лодыжек.

«не！хватит！»Тан Нин в страхе отдернул ноги, но разница в силе между ним и Цзи Ляньюнем была настолько велика, что он не понимал, почему у Цзи Ляньюня, который раньше все еще был больным человеком, было так много силы!"

Во время борьбы подошвы его ног коснулись одежды Цзи Ляньюня, и его слабые ноги внезапно снова задрожали, и он не выдержал грубой стимуляции.

Если вы возьмете перо и легонько проведете им по его ноге, это займет всего один или два щелчка, этот человек должен рухнуть до такой степени, что не сможет говорить, верно?

Нет, тебе не следует использовать Лингью.

Тонкий средний палец был таким мягким, что, казалось, он натирается о дорогу, по которой он никогда не ходил, до подошв его ног и медленно скользит от подошв к пальцам ног.

Изначально слабые ноги яростно бились в его руках, корни ног дрожали, и Тан Нин, зарывшийся в красное одеяло, издал предсмертный вопль.

« Это называется пещера Инбай.Потирая пальцами корни пальцев ног Тан Нина, Цзи Ляньюнь торжественно сказал: «Надавливание здесь полезно для твоего тела, но ты слишком усердствуешь. Это нехорошо..."

С этими словами он завязал красную ленту узлом вокруг лодыжек Тан Нина. Связанные ноги продолжали сопротивляться, а белоснежная кожа из-за красной ленты стала светло-красной.

« Мадам, вам подходит красный цвет.В тоне Цзи Ляньюня сквозила нескрываемая одержимость.

Тан Нин изо всех сил согнул ноги, и большая часть его свадебного наряда оказалась развязанной. Из-за сгибания ног свадебное платье, которое изначально было свободным и накинуто на его тело, соскользнуло, обнажив его округлые плечи.

Цзи Ляньюнь пристально посмотрела на него.

Как будто очень агрессивный взгляд, по сути, упал на его плечо, Тан Нин сжал плечи и в панике потянулся, чтобы поднять одежду. Другая рука дрожала, чтобы развязать узел на ногах, но у него не было никаких сил после выпитого бокала вина. Какое-то время у него не было никаких сил. Я не могу решить это.

Тан Нин хотел заплакать в спешке, и кончики его пальцев покраснели от ремешка. Когда Тан Нин попытался развязать ремешок обеими руками, он увидел новый красный ремень.——

Он был извлечен из счастливой одежды Цзи Ляньюня.

Пояс шириной в три пальца был зажат в руке Цзи Ляньюня. Его голос был теплым и притягательным, и он казался очень разговорчивым: «Мадам, как вы думаете, на какую часть вашего тела подходит этот пояс для завязывания?»"

Тан Нин был ошеломлен.

Его ошеломленные глаза, казалось, недоумевали, почему кто-то может быть таким плохим.

«Это что, рука?"Красная лента была наложена на руку Тан Нина, и прежде чем она была прикреплена к тыльной стороне его ладони, красивая рука в панике была спрятана за спину.

« Это из-за талии?Ремешок упал на его тонкую талию, и Тан Нин отчаянно замотал головой, боясь, что вот-вот расплачется.

« Это из-за глаз?"Красная повязка закрывала глаза Тан Нина, а высокая переносица подпирала повязку красивой дугой. Без привлекательных глаз линия обзора могла легко упасть на нежную форму губ Тан Нина. В центре губы было немного светлых румян, окрашенных росой, которые не были сильными. Розовый цвет, на который так приятно смотреть, вызывает у людей желание поцеловаться——

« Все еще болтаешь?"

Цзи Ляньюнь наклонился к уху Тан Нин и тихо прошептал в мочки маленьких ушей: «Мадам, подойдите и помогите мне выбрать»."

Хороший или плохой.

Почему на свете есть такой плохой человек?

Тан Нин действительно хотел укусить этого плохого парня, но он не осмеливался по-настоящему отругать его, поэтому мог только задержать дыхание и тихо воскликнуть: «Почему?...Обязательно выбери что-нибудь одно, я смогу...Разве ты ничего не хочешь?"

Опасаясь вето Цзи Ляньюня, Тан Нин мягко осудила его и сказал: «Муж, я этого не хочу. Не связывай меня, ладно?»"

Голос его мужа был мягким и сладким, он был действительно нежен, как вода, и он был чрезвычайно послушен, совсем не так неохотно, как в предыдущие несколько раз.

Цзи Ляньюнь больше не размахивал красной лентой. Он посмотрел вниз на Тан Нин: «Но если вы не свяжете леди, я боюсь, что леди убежит»."

Тан Нин обнаружил, что Цзи Ляньюнь, похоже, действительно съел этот набор. Он смело обвил руками шею Цзи Ляньюня. В этих руках не было силы из-за страха, но они выглядели кокетливой силой.

«Как я мог убежать?" Я выбежал на улицу и столкнулся с призраком.——

Если призраков нет, он должен бежать первым.

Тан Нин уютно устроилась в объятиях Цзи Ляньюня, как прилипчивый котенок, робко глядя в невыразительные лица друг друга: «Муж, послушай, мы только что познакомились, верно?»"

Цзи Ляньюнь смотрел на Тан Нина спокойно, даже с удовольствием.

Тан Нин был очень воодушевлен этим выражением его глаз. Он тщательно обдумал слова и сказал: «Я даже не знаю тебя. Разве не было бы счастливее сделать что-то подобное после того, как мы были вместе долгое время?»"

Колеблющийся свет свечей отражался в ярких глазах Тан Нина, и он с надеждой посмотрел на Цзи Ляньюня: «Ты согласен или нет?"

На этом прекрасном личике все еще видны следы слез, а ясные глаза не могут скрыть никаких секретов. Эта маленькая интрига отчетливо видна.

Цзи Ляньюнь спокойно посмотрел на Тан Нина.

Он протянул руку и с любовью погладил Тан Нина по заплаканной щеке.

«плохой。" Даже испорченный тон.

Прежде чем Тан Нин в растерянности попятился, Цзи Ляньюнь сначала схватил Тан Нина за запястья, поднял руки Тан Нина над головой, а затем легко связал их красными ремешками. В процессе Цзи Ляньюнь даже с легкостью отвесил красивый поклон. Поклон.

Рука, торчащая из-под красных широких рукавов, когда-то превращала его руки в облака, а ладони - в дождь, играя с силой и беря на себя ответственность за жизнь и смерть, но теперь он слоняется между кроватями, желая отвести кого-нибудь к Ушан Юнью.

Цзи Ляньюнь наклонился, красная точка в центре зрачков его глаза становилась все более и более странной, и он сказал соблазнительным тоном: «Мадам, то, что я хочу сделать с вами сейчас ..."

«Это уже земное блаженство."

......

Джи Кэ с тревогой набрал номер по телефону. Этот старый дом - его нынешний дом. Кроме него, в доме сидит сумасшедший дедушка Джи.

Мобильными телефонами в деревне нельзя пользоваться без сигнала. Одним из способов установления контакта, который они с Линь Юном установили ранее, было общение по стационарным телефонам.

Почему ты до сих пор не отвечаешь на телефонные звонки?！

Ему пришлось почти в спешке обходить все вокруг.

« Уже поздно, уже поздно......Дедушка Джи, дрожа, сел на стул и сказал себе:

Цзи Ляньюнь взглянул на старика. Он уже пытался поговорить со стариком раньше, но тот не сказал ничего, кроме «Уже поздно".

«алло？Из микрофона донесся голос Линь Юнь.

Цзи Кэ поспешно спросил: «Что с тобой случилось?Почему ты подошел к телефону?"

«Я столкнулся с небольшой неприятностью, в чем дело?"

Цзи Кэ оглянулся на глупого старика. Он прикрыл рот рукой и понизил голос: «Я присутствовал на свадьбе Тан Нин и Цзи Ляньюнь и обнаружил, что гости приходят и уходят......Никто из них не человек!"

«Но Цзи Ляньюнь прекрасно провел время, беседуя с этими неизвестными существами, и каждое слово и каждое действие немного отличались от того Цзи Ляньюня, которого я видел вначале."

«Трудно описать разницу. Это похоже на сильный контраст между одним в небе и другим на земле.Цзи Кэ с тревогой сказал: «Я сейчас очень беспокоюсь о Тан Нине, не случилось ли с ним чего-нибудь плохого?»"

« Ты можешь сначала встретиться со мной.Линь Юнь спокойно сказал: «Прямо у колодца на въезде в деревню я тоже должен тебе кое-что сказать»."

«так。Чжи Кэ быстро повесил трубку и собрался уходить. в тот момент, когда он уже собирался выйти из комнаты, старик, который разговаривал сам с собой, внезапно сказал: «Эргузи»......"

Эргузи - это прозвище Джи Кэ в этой деревне.

Джи Кэ окликнули необъяснимо, он повернул голову, старик опустил голову и снова начал разговаривать сам с собой, его прежний голос продолжал повторять: «Уже поздно".

Цзи Кэ хотел уйти, несмотря ни на что, но после того, как его только что прервали, когда он выходил, он внезапно потерял всякую мысль о том, что хочет уйти так срочно, и смутное беспокойство в его сердце заставило его вспомнить, не пропустил ли он чего-нибудь. .

Что это?

Взгляд Цзи Кэ снова просканировал полуразрушенный дом и, наконец, остановился на старом стационарном телефоне. Он никогда не пользовался таким старым предметом. Использование подобных вещей было видно в старых телесериалах. Когда я только что попытался набрать номер, я не услышал никаких кнопок. Звук, Он не слышал никаких звуковых сигналов, пока ждал, когда Линь Юнь ответит на звонок......

Просто у Джи Кэ нет опыта в использовании подобных вещей, поэтому он просто упрямо вставил микрофон в ухо.

Он медленно подошел к городскому телефону, достал свой мобильный телефон и включил режим фонарика. При свете он увидел, что городской телефон был окрашен в серый цвет, и казалось, что им давно не пользовались.

Дело не в этом.

Дело в том, что телефонная линия этого стационарного телефона оборвана.

Бип, бип, бип, телефон быстро зазвонил.

Цзи Кэ медленно взял микрофон, послушал «Линь Юнь» внутри и спросил: «Почему ты еще не выходишь?»Я жду тебя у колодца...

На этот раз Джи Кэ повесил трубку еще до того, как все было закончено.

Но глубокий холод все еще пробежал по всему его телу, потому что он осознал очень серьезную проблему, и он ничего не сказал. Как другая сторона могла знать, что он еще не вышел?

если только не......

Джи Кэ внезапно посмотрел на окно. Под ореолом красного фонаря, казалось, что-то пряталось в темноте.

Сейчас он равен нулю.

Фестиваль Цинмин, когда Врата Призраков широко открыты.

Линь Юнь был убит. Он должен подтвердить сохранность Тан Нина. Удостоверение личности Тан Нина очень важно в этой копии. Если Тан Нин тоже будет сложен здесь сегодня вечером, сложность задания определенно возрастет!

И даже если он спрячется здесь, возможно, ему не удастся избежать сегодняшнего кризиса. Лучше выйти и выяснить.

Приняв решение, Цзи Кэ прошептал слова благодарности глупо выглядящему старику, когда тот уходил, а затем Цзи Кэ посыпал его тело грязно-белым порошком и вышел за дверь.

Цзи Кэ шел очень быстро.

Полагаясь на маршрут, сохранившийся в его памяти, он легко добрался до старого дома Цзи Ляньюня. В этом доме нет окон. Если он хочет заглянуть в тайны изнутри снаружи, он может пройти только через небольшое отверстие в двери.

Тан Нин однажды сказал, что за этой дверью, возможно, чудовище вылизывает ему глаза.

Было бы здорово, если бы цена посторонних глаз заключалась в том, чтобы быть облизанным всего один раз.

Сердце Цзи Кэ билось как барабан. Он просто стоял перед дверью, холодный пот капал у него со лба и стекал по грязно-белому порошку. Цзи Ке стиснул зубы, чтобы преодолеть свой внутренний страх, и с трудом приблизился к двери.

Он услышал слабый звук плача, голос плакал с перерывами, и каждая пауза невольно заставляла умы людей казаться шелковисто-сладкими и жирными.

«Нет, не надо......Пожалуйста!"

«Не снимай его......"

......что случилось?

Цзи Кэ на мгновение опешила и указала левым глазом на дыру. В маленькой комнате горела красная свеча. Кроме того, во всей маленькой комнате был только выкрашенный в красный цвет гроб.

Из гроба высунулась красивая рука, а белоснежное запястье было покрыто слоями красных отметин, которые, казалось, остались после того, как зацепились за какой-то предмет.

Джи Кэ был ошеломлен.

Он подсознательно затаил дыхание и увидел, что прекрасная рука внезапно ухватилась за край гроба, костяшки его пальцев побелели от слишком большой силы.

Затем высокая фигура внезапно поднялась прямо из гроба. На нем было свадебное платье, которое еще не полностью выцвело. В красном свете свечей на его бледном и подавленном лице был демонический холод, который пронзал до самого сердца, и струйка крови медленно вытекала из уголков его синих губ.

Самое странное, что в гробу сидит только один человек, но тени, отражающиеся на стене, - это две покачивающиеся фигуры!

В следующую секунду «Цзи Ляньюнь» внезапно повернул голову, его алые глаза уставились прямо на человека, любопытствовавшего перед ним.

Глава 57: Призрачный Муж

«Ах, ах, ах...!！！Из-за двери донесся строгий крик.

Тан Нин смутно почувствовал, что голос показался ему немного знакомым, но у него не было сил думать о том, кто этот человек сейчас. Все его внимание было приковано к Цзи Ляньюню, который внезапно сел.

В тусклом свете он сначала никак не отреагировал на то, что слетело с уголков губ Цзи Ляньюня.

Только этот человек в его мыслях только что, только сейчас, уткнулся в него всем своим лицом......

Тан Нину показалось, что весь человек снова дрожит. В таком хрупком месте, даже если движения человека были чрезвычайно мягкими, ощущение глотания бесконечно усиливалось чрезвычайной мягкостью.

Он отчаянно боролся, но его сопротивление было минимальным для этого человека, даже если его нога уже ударила Цзи Ляньюня в сердце, противник все еще продолжал беззаботно сопротивляться.

Тик.

Кровь капала на тело Тан Нина, и сильный запах крови наполнил его, и Тан Нин, который все еще был погружен в послевкусие страха, недоверчиво протянул руку и коснулся липкого алого пятна.

......что случилось?

Глаза Тан Нина внезапно расширились, и в неверном свете свечи он увидел алую кровь, стекающую из уголков губ Цзи Ляньюня, который внезапно повернул голову, чтобы выглянуть за дверь.

Возможно, это была его иллюзия, он даже увидел насыщенный красный цвет в глазах Цзи Ляньюня!

Как облако красной пыли, бескрайнее море страданий и чудовищной несправедливости.

Пока Тан Нин все еще смотрела снова, Цзи Ляньюнь внезапно закрыла глаза и побледнела, как будто ее жизнь была не так уж далека.

Тан Нин действительно сейчас заплачет.

В тот момент, когда Цзи Ляньюнь упал на него в обморок, он почувствовал, что рухнуло небо.

Несмотря на свой страх перед Цзи Ляньюнем, Тан Нин изо всех сил пытался встать. Сейчас в его теле действительно не было никаких сил, как будто у него была серьезная болезнь, так что от простого движения встать у Тан Нина потемнело в глазах.

Тан Нин осторожно коснулся пальцами носа Цзи Ляньюня, и, почувствовав слабое дыхание, с трудом успокоился.

Он огляделся с Цзи Ляньюнем на руках и вдруг заметил, что что-то не так, и тогда Тан Нин внезапно понял, что это было очевидно раньше!Комната, которая была оборудована как свадебный зал, внезапно опустела

Красный ковер, красное постельное белье, красные занавески, красные свечи......Все эти вещи исчезли, и что делает тело Тан Нин холодным, так это то, что——

Место, где он сейчас лежит, - это не брачное ложе, а красный гроб!

Тан Нин был так напуган, что крепко обнял Цзи Ляньюня.

Он предпочел бы встретиться лицом к лицу с Цзи Ляньюнем, который всегда тащит его в постель, чем видеть такую странную сцену.

Что происходит?！

Почему Цзи Ляньюня внезапно вырвало кровью, и он впал в кому?Это потому, что он только что ударил Цзи Ляньюня?

Тан Нин в панике держал лицо Цзи Ляньюнь, и его окровавленные пальцы оставили на лице неизвестную цепочку красных отметин. Губы Цзи Ляньюнь посинели, а на лице не было крови. Состояние было в несколько раз хуже, чем то, что Тан Нин увидел впервые. Сравнение двух машин под ним, Цзи Ляньюнь только что вернулась к свету.

что делать？что делать！

Тан Нин был сильно взволнован.

Кстати, у него тоже есть музыкальная открытка для отсоса!

Первоначально Тан Нин планировал оставить возможность проходить лечение раз в день самому себе, но теперь Цзи Ляньюнь, очевидно, нуждается в лечении больше. Тан Нин быстро засунул свои пальцы в рот Цзи Ляньюня. Когда музыкальная карточка для отсасывания подействовала, Тан Нин почувствовал, что у него осталось всего несколько strength.It все исчезло, как зыбучий песок между пальцами, и температура тела, казалось, мало-помалу снижалась, такая холодная, что пальцы Тан Нина начали дрожать.

Здесь так холодно.

Он обнял Цзи Ляньюня и попытался немного согреться, но тело Цзи Ляньюня было холоднее его, настолько холодным, что походило на кусок льда. Тан Нин вздрогнул и обнял Цзи Ляньюня, используя единственную оставшуюся температуру тела, чтобы попытаться согреть друг друга.

Белая свеча освещала лицо Цзи Ляньюнь, бледное лицо Цзи Ляньюнь было безжизненным, а ее губы были цвета пепла.，

За дверью послышалось странное движение, как будто что-то ползло.

Тан Нин поднял голову и увидел прядь черного вещества, торчащую из отверстия в деревянной двери, совсем, совсем как черные волосы!

Черные волосы, которые он видел в колодезной воде, всплыли в его сознании. Тан Нин крепко обнял неподвижного Цзи Ляньюня, бережно уложил Цзи Ляньюня в холодный гроб и уткнулся своим холодным лицом в его теплую шею.

Просыпайся скорее.

Шелестящий звук особенно очевиден в тихой ночи. Все тело Тан Нина тихо дрожит. Цзи Ляньюнь, который находится в коме, кажется, потерял способность сдерживать призраков. Его тело такое холодное, как у настоящего трупа, Тан Нин такой холодный, что его тело одеревенело и парализовано.Забрался на замерзшую кожу.

Его кожа такая брезгливая, что чуть холоднее, и на ней останутся красные следы.

Но он все равно крепко обнял Цзи Ляньюня.

Он даже развязал свой свадебный наряд, снял последний слой прикрывающей тело одежды и прижал ледяное тело Цзи Ляньюня к своей слегка вздымающейся груди.

Просыпайся скорее.

Я так напугана.

Слеза бесшумно скатилась из уголка его глаза и упала на длинные ресницы Цзи Ляньюня. губы Тан Нина неудержимо дрожали от страха. Он слышал, как волосы трутся о землю, становясь все ближе и ближе, как будто по земле каталась черноволосая голова.

Мягкие губы Тан Нина достигли ушей Цзи Ляньюня, и он слабо прокричал на одном дыхании: «Цзи Ляньюнь......"

Звук костей становился все ближе и ближе, и слезы Тан Нин хлынули потоком, как дождь, в уши Цзи Ляньюня.

« Цзи Ляньюнь......"

Прядь черных волос бесшумно упала с края гроба, и сладкое и жирное дрожащее дыхание Тан Нин донеслось до ушей Цзи Ляньюня. Он плакал и кричал: «Муж..."

Длинные ресницы внезапно задрожали.

Бесконечно вытянутые черные волосы застыли в воздухе.

Тан Нин с удивлением и ужасом обнял Цзи Ляньюня. Он боялся, что это слабое движение было всего лишь его иллюзией, а его сила была такой легкой, что казалось, он держит хрупкую мечту.

Мягкие губы были очень близко, и каждое слово, которое Тан Нин говорил Цзи Ляньюню, казалось, было достаточно близко, чтобы проникнуть через слуховой проход в его сердце. Он дрожал слово за словом: «Муж, пока ты можешь просыпаться......"

Длинные ресницы снова дрогнули.

« Для меня......Ты можешь делать все, что угодно."

Цзи Ляньюнь медленно открыл глаза, его провалившиеся веки, казалось, только что очнулись ото сна, и его черные глаза, которые еще не были ясными, смотрели на заплаканную красавицу в его объятиях. Цзи Ляньюнь был все еще достаточно слаб, чтобы в любой момент сбиться с дыхания, но в тот момент, когда он с трудом открыл глаза, пряди черных волос на гробу разлетелись.

После того, как Тан Нин увидел, что кризис миновал, его сильно поддерживаемое тело внезапно рухнуло в гробу, и его светлая кожа была особенно очаровательна на фоне большой красной области, похожей на кусочек ланолиновой мази, с которой играли для увлажнения. Нефрит.

С его существованием даже этот неизвестный гроб, казалось, превратился в желанный сундук с сокровищами.

Цзи Ляньюнь на мгновение потеряла рассудок, затаив дыхание и глядя на яркий цвет под собой.

Начиная с застарелых красных отметин на шее и заканчивая ярко-красным свадебным платьем, которое большую часть времени расправлено, талию также обвивает красный пояс.

Как будто он увидел это впервые, его зрачки дрожали от шока.

Похоже, что ни один из этих следов не был оставлен им самим.

Колеблющийся огонек свечи прыгал сбоку, и тусклый и неизвестный свет и тень отбрасывались на бледное лицо Цзи Ляньюня. Половина его лица попала в ореол света, а половина погрузилась во тьму.

Красивое и бледное лицо появилось в похожем на сон трансе. Окровавленные кончики пальцев нежно коснулись следов слез на лице Тан Нина, и хрустальные слезы упали на его пальцы. Цзи Ляньюнь выглядел как смертный, столкнувшийся с монстрами в горах и полях. Он в панике отдернул руку и перестал смотреть слишком пристально. Он даже не осмеливался взглянуть на Тан Нина.

У Тан Нина не было сил сердиться на лицемерие такого праведника, как Цзи Ляньюнь. Он обессиленно лежал в гробу, такой усталый, что у него и в мыслях не было сопротивляться, и он смирился с судьбой.

Просто на этот раз Цзи Ляньюнь совсем другой.

Цзи Ляньюнь не прикоснулся к Тан Нину, вместо этого он протянул руку и прижался к его виску. Спустя долгое время он пробормотал себе под нос: «Почему я здесь?»"

Тан Нин: «?"

«......Как ты стал таким?Он нахмурился.

Тан Нин: «?？？"

Тан Нин был так потрясен, что, казалось, наблюдал за подонком, который ел всухомятку и не узнал аккаунт.

Цзи Ляньюнь и Тан Нин мгновение смотрели друг на друга, затем внезапно от боли сжали его голову, не зная, что он думает, он снова начал сильно кашлять, и уголки его рта наполнились кровью.

[Система, это следствие амнезии?】

- Потрясенно воскликнул Тан Нин.

[Может быть, это NTR.】

- Спокойно сказал система.

【Что такое NTR?] Тан Нин, которая нечасто пользуется Интернетом, чувствовала себя растерянной.

Система не собиралась ничего объяснять, Тан Нин мог только продолжать наблюдать, как Цзи Ляньюнь испуганно кашляет, он действительно боялся, что Цзи Ляньюнь снова упадет в обморок.

К счастью, Цзи Ляньюнь наконец остановился. Он уставился на кровь на своей ладони и ярко-красную свадебную одежду на своем теле. После долгого молчания он прошептал Тан Нину: «Извини, меня, должно быть, снова стошнит."

«Я часто теряю сознание без причины и не помню, что я делал до того, как проснулся."

Цзи Ляньюнь виновато посмотрел на Тан Нина и тихо прошептал: «Я...Я сделал тебе что-нибудь слишком плохое?"

Необъяснимым образом Тан Нин почувствовал, что Цзи Ляньюнь, которая извинилась перед ним в его присутствии, была первой Цзи Ляньюнь, которую он увидел.

Извинения другой стороны были абсолютно ложными. Выражение самообвинения содержало сильную боль и вину. Истинное чувство даже заставило Тан Нина забеспокоиться, что другая сторона не сможет снова упасть в обморок.

« На самом деле, ничего особенного.Тан Нин снова облизал губы и проглотил эту фразу. Как несчастный человек, которого избили, он теперь должен быть сильным, чтобы утешить Цзи Ляньюня, который выглядит более хрупким.

Цзи Ляньюнь не знал, успокоил ли его Тан Нин. Он все еще держался за лоб руками и болезненно хмурил брови.

[Система, я нашел ее.] Торжественно произнес Тан Нин.

【Что вы нашли?】

[Брачный экзамен действительно необходим. Если у испытуемого будет обнаружено наличие психических заболеваний в анамнезе после вступления в брак, это будет мой конец.】

【......】

«Как ваше здоровье?Имеет ли это значение?- С беспокойством спросил Тан Нин.

Цзи Ляньюнь посмотрел на Тан Нин, затем покраснел и протянул руку, чтобы одеть грязное свадебное платье Тан Нин обратно на свое тело.

« Э-э, подожди.Тан Нин прошептал: «Сначала ты поможешь мне развязать этот пояс»."

Да, этот пояс был заново привязан к талии Тан Нин «Цзи Ляньюнем" раньше, потому что тот парень сказал, что леди подходит к красному цвету, и этому парню нравилось дергать за пояс в дурном вкусе, чтобы увидеть, как Тан Нин плачет, задыхаясь. Смотрите.

Это действительно мудак.

После того, как Цзи Ляньюнь услышал просьбу Тан Нина, он немедленно пошел развязать свой пояс. у него не было много сил, и он не развязывал его после долгого прикосновения к нему.

Нос Тан Нина вспотел от боли, и он даже заподозрил, что тот, кто был с ним раньше, был плохим парнем.

Красный пояс соскользнул с толстой кожи.

Взгляд Цзи Ляньюня, казалось, обжег его.

Глава 58: Призрачный Муж

Тан Нин без разбора разложил свою одежду и сказал Цзи Ляньюню, который по какой-то причине сильно вспотел: «Я только что слышал, как кто-то кричал снаружи......"

«Кажется, это Джи Ке.- Неуверенно произнес Тан Нин.

Когда Цзи Ляньюнь услышал, что сказал Тан Нин, он с трудом встал из гроба, все его тело рушилось, Тан Нин быстро захотел помочь Цзи Ляньюню, но у него не было много сил, вместо этого он затащил Цзи Ляньюня, который, наконец, замер, обратно в гроб.

Хотя Цзи Ляньюнь была хрупкой, она была высокой. Тан Нин не смогла оттолкнуть ее, когда она прижалась к Тан Нин. Тонкие окровавленные губы коснулись мочек ушей Тан Нин. Тан Нин захныкала и свернулась в гробу клубочком.

Выражение лица Цзи Ляньюня снова стало испуганным, и фраза «Вэньсян Нуаньюй обняла меня" появилась без всякой причины.

Как это могло быть......Такой мягкий?

Теплое дыхание из носа коснулось ушной раковины Тан Нина, Тан Нин слегка задрожал, пытаясь оттолкнуть Цзи Ляньюня своими мягкими руками: «Ты, вставай быстро."

Тан Нин почувствовал, что здоровье Цзи Ляньюня, похоже, стало хуже. Раньше другая сторона все еще могла поднимать воду, не говоря уже о том, чтобы поднять воду сейчас, как могло быть трудно оторваться от него?

Все кончено. Судя по степени ухудшения состояния тела Цзи Ляньюня, ему не придется терять своего мужа, верно?

Тан Нин обеспокоенно посмотрел на Цзи Ляньюня и увидел, что голова Цзи Ляньюня покрылась капельками пота. Вместо того, чтобы смотреть на него, Цзи Ляньюнь протянул руку, чтобы поддержать мягкую Тан Нин.

Хотя Цзи Ляньюнь выглядел смертельно больным, нельзя отрицать, что рядом с Цзи Ляньюнем Тан Нин испытывал редкое чувство безопасности, особенно когда он оставался рядом с Цзи Ляньюнем, когда тот не был болен, за исключением страха, что другая сторона упадет в обморок, больше ни о чем не беспокойтесь.

Тан Нин очень неохотно обнял Цзи Ляньюня за руку. После того, как он прошел через ряд вещей на брачной кровати раньше, теперь он очень уверен в таком простом физическом контакте, но тело Цзи Ляньюня в одно мгновение немного одеревенело.

Тан Нин не заметил ненормальности Цзи Ляньюня. Он обращал внимание на свое окружение, опасаясь, что внезапно выскочат какие-нибудь призраки, и, наконец, Тан Нин нервно уставился на дверь.

Когда Цзи Ляньюнь протянул руку, чтобы открыть дверь, Тан Нин спрятался за Цзи Ляньюнем, осмелившись высунуть только половину лица.

В комнату ворвался холодный ветер.

Тан Нин почувствовал запах крови.

Он опустил голову и увидел Цзи Кэ, лежащего в луже крови, кровь непрерывно текла из его левого глаза, как будто в его орбите распустился красный цветок.

В этот момент лицо Тан Нина побледнело, и, нежно накрыв лицо Тан Нина рукой, Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Не смотри."

Дрожащее перышко ресницы скользнуло по ладони Цзи Ляньюня, как бабочка.

Цзи Ляньюнь присел на корточки, чтобы проверить состояние Цзи Кэ. Лицо и тело Цзи Кэ были посыпаны слоем беловатого порошка. Цзи Ляньюнь протянул руку и зачерпнул немного порошка, сначала поднес его к носу и понюхал, затем высунул кончик языка и лизнул его.

«Это пепел.- Тихо сказал Цзи Ляньюнь.

Тан Нин не осмеливался взглянуть на Цзи Кэ. Он догадался, что пепел был реквизитом для миссии Цзи Кэ, точно так же, как Линь Юнь использовал бы талисман.

«Он не мертв.Цзи Ляньюнь с трудом поволок Цзи Кэ по земле, « Но при такой скорости кровопотери это недалеко от смерти.»"

Тан Нин немедленно шагнул вперед, чтобы помочь Цзи Ляньюню оттащить Цзи Кэ. Он не осмеливался взглянуть в лицо Цзи Кэ, только уставился на тело противника.

Тан Нин и Цзи Ляньюнь приложили немало усилий, чтобы вместе втащить Цзи Кэ в дом, а затем последовали за Цзи Ляньюнем в подсобное помещение по соседству. Вернувшись с какими-то растительными лекарствами, Цзи Ляньюнь приложил лекарство к левому глазу Цзи Кэ и просто перевязал Цзи Кэ. .

После всего этого Цзи Ляньюнь снова слабо кашлянул.

«С ним все будет в порядке?- Нервно сказал Тан Нин.

Цзи Ляньюнь выглядела очень усталой, закрыла глаза и тихо прошептала: «Это зависит от небес."

«Ты хочешь спать?»Тан Нин очень боялся, что Цзи Ляньюнь заснет. Была все еще поздняя ночь. Он боялся, что Цзи Ляньюнь, который спал, не сможет противостоять призракам.

Словно почувствовав беспокойство Тан Нин, Цзи Ляньюнь медленно открыла глаза и тихо прошептала: «Если ты сейчас не хочешь спать, я могу продолжить сопровождать тебя."

Тан Нин на самом деле очень устал, но он попытался открыть глаза и прошептал Цзи Ляньюню: «Я беспокоюсь о Линь Юнь...Мой двоюродный брат не привык спать и хочет его видеть."

Черные волосы в колодце закончились, и Цзи Кэ снова чуть не умер перед своей дверью. В деревне, казалось, царил беспорядок, и Тан Нин беспокоился, что с Линь Юнем может произойти несчастный случай.

В дополнение к неспособности разделить трудности, Линь Юнь на самом деле очень сильный товарищ по команде. Он обнаружил пеньковую веревку на ноге дяди Вана. Он предложил способ взломать призрачную стену. Обратите внимание на текст песни the ghost boy. Линь Юнь также рассказал ему.

«так。Цзи Ляньюнь кивнул в знак согласия.

Тан Нин посмотрел на Цзи Кэ, который был без сознания в комнате, и они перенесли Цзи Кэ в гроб. Он не знал, был бы Цзи Кэ шокирован, если бы внезапно открыл глаза и увидел себя лежащим в гробу.

« Кстати, почему в твоей комнате стоит этот гроб?- Необъяснимо спросил Тан Нин.

«Мое здоровье всегда было плохим, поэтому я заранее приготовил для себя гроб.Цзи Ляньюнь открыл шкаф, взял обычную одежду и приготовился сменить счастливую одежду на своем теле. Тан Нин знал, что нехорошо пялиться на других, чтобы переодеться, но он был взволнован, когда не смог увидеть Цзи Ляньюня.

Чтобы смягчить это смущение, Тан Нин продолжал спрашивать: «Почему приданое, которое ты дал мне, такое ценное?"

« приданое?Цзи Ляньюнь повернул голову и нахмурился, глядя на Тан Нина.

Тан Нин на мгновение опешил и обнаружил деревянную шкатулку в углу комнаты. Хотя он выбросил все жемчужные ожерелья, внутри были золотые браслеты, золотые бусы, драгоценные камни из агата и так далее.

«Это оно.- Он показал это Цзи Ляньюню.

Выражение лица Цзи Ляньюня внезапно омрачилось: «Кто тебе это дал?»"

Сердце Тан Нин сжалось: «Линь Юнь сказал, что это было подарено мне кем-то с вашей стороны."

« Ты когда-нибудь пользовалась этим приданым?- Торжественно спросил Цзи Ляньюнь.

«быть。»Тан Нин уже понял, что что-то не так:»Я выбросила несколько жемчужных ожерелий»."

«Куда ты его бросил?"

« Я не могу вспомнить, я бросил его в паланкин.Я сделал что-то не так?"

Цзи Ляньюнь спокойно сказал: «Все в порядке, мы просто должны забрать это и отправить обратно."

«Да, да......Тан Нин задрожал: «В тот момент я порвал нитку, и все жемчужины одна за другой высыпались»......"

Цзи Ляньюнь долго молчал, когда услышал слова: «Тогда поднимай это по одному»."

Тан Нин в панике наблюдал, как Цзи Ляньюнь переодевается. На Цзи Ляньюне было много одежды, и он, казалось, сильно дрожал. После того, как он переоделся, он также взял комплект для Тан Нин: «Сначала надень мой, он может быть немного великоват»."

Это свадебное платье - очень полезный реквизит. Тан Нин не хотел его снимать, но когда он услышал следующие слова Цзи Ляньюня, Тан Нин немедленно снял его сам.

Потому что Цзи Ляньюнь тихо прошептала: «Это платье тоже нужно вернуть."

Одежда Цзи Ляньюня была немного великовата для Тан Нин, а рукава и подолы приходилось закатывать в несколько слоев, особенно на талии, где было много места.

- Подними свою руку.Цзи Ляньюнь достал пояс и использовал его, чтобы обернуть вокруг талии Тан Нина. Хотя он был пристегнут к самому внутреннему отверстию, он все еще был свободен для талии Тан Нина.

« Почему ты такой худой?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Конечно, это ради того, чтобы быть фотогеничной и привлекательной.

Но этот ответ, очевидно, нельзя сказать Цзи Ляньюню.

« Здесь совсем нет мяса... " его взгляд упал на изгиб талии. « Ешь больше."

Тан Нин прикусил нижнюю губу, и «Цзи Ляньюнь", казалось, прозвучало в его ушах. Слегка глуховатым голосом он произнес похвалу, которая была настолько взволнованной, что даже слова были размыты: «У леди такая тонкая талия»."

Тот же голос и то же лицо, но два очень разных лица.

«Кому будут возвращены эти вещи?»Тан Нин избавился от этих беспорядочных мыслей и обратился к тому, что сейчас волнует его больше всего".

« Мертвый человек."

Дыхание Тан Нина замерло. Хотя он смутно ожидал этого, услышав этот ответ, он все еще был в плохом настроении. Это он......Получила приданое умершего, надела свадебное платье умершего или даже сидела в паланкине умершего?

Цзи Ляньюнь вывел Тан Нина за дверь. Он поднял красный фонарь, висевший у двери, и тихо прошептал Тан Нину: «Может быть, вы слышали, как кто-то упоминал, что наша деревня охраняет гробницы. Говорят, что все наши предки были охранниками гробниц."

Тан Нин ничего не знал. Он безучастно слушал, как Цзи Ляньюнь рассказывает секреты деревни: «Просто прошло слишком много времени. Почти никто не знает, что мы охраняем гробницу, и даже люди в деревне не знают об этом. ."

« До тех пор, пока некоторое время назад кто-то не обнаружил мавзолей."

Цзи Ляньюнь понизил голос: «Гробница полна золота, серебра и драгоценностей. Люди в деревне никогда не видели столько богатства. Они взяли из этой гробницы много вещей, которые не должны были брать»."

«Сначала все были очень счастливы."

«Пока люди не начали умирать один за другим, тот, кто принял больше всего, умирал быстрее всех."

От слов Цзи Ляньюня по спине Тан Нина пробежал холодок. Тан Нин посмотрел на шкатулку с приданым в своей руке, и сверкающие украшения излучали неведомое сияние.

«......А потом?Тан Нин, казалось, держал в руках горячую картофелину, его голос слегка дрожал.

«Тогда дедушка Цзи Кэ придумал способ, сказав, что он проведет храмовую ярмарку, но не для того, чтобы принести жертву призракам и богам, а человеку в гробнице."

Неудивительно, что каждый дом в этой деревне увешан красными фонариками: «Полезно ли это?»"

Цзи Ляньюнь кивнул: «Поначалу это было полезно."

«сначала？Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня, Цзи Ляньюнь держал красный фонарь, и в его бровях был тонкий слой печали. Его голос был очень легким, настолько легким, что Тан Нин не мог расслышать его отчетливо: «Когда эти люди крадут его во второй раз, это бесполезно»."

второй раз？！

Тан Нин не мог поверить в то, что услышал.

«Всегда есть люди, которые полны похоти и думают, что после того, как они достанут из гробницы богатство, которое нельзя растратить за всю жизнь, им нужно только провести ярмарку в храме, чтобы получить представление об этом существовании."

Холодный вечерний ветерок пронесся по мертвой деревне и издал стонущий звук.

Тан Нин сказал напряженным голосом: «Тогда что?"

«Затем они отправились к дедушке Цзи Кэ, чтобы найти способ.Голос Цзи Ляньюня был спокоен, как у стороннего наблюдателя, и, казалось, между строк не чувствовалось напряжения.»Дедушке Цзи Кэ пришла в голову другая идея: пусть каждый убьет всех животных в семье, окропит кровью всю деревню, пусть существование думает, что кто-то в деревне уже заплатил за это."

Когда об этом методе услышали, он вызвал неописуемую враждебность. Тан Нин тихо спросил: «Это полезно?»"

«да。Цзи Ляньюнь тихо прошептал: «Поначалу это было полезно»."

Это снова было полезно в самом начале.

« Кто-нибудь украл его в третий раз?"

Цзи Ляньюнь покачала головой: «Нет."

«Просто все внезапно обнаружили, что как только этот метод запущен, его больше нельзя останавливать."

Он посмотрел на Тан Нина и тихо прошептал: «Ты говоришь, чья кровь нужна, чтобы напоить деревню сегодня вечером?»"

Глава 59: Призрачный Муж

Лицо Цзи Ляньюня внезапно повернулось, и он наклонился очень близко, чтобы произнести эти слова. Дрожащий красный фонарь отбрасывал красный свет на челюсть Цзи Ляньюня. Холодный ветер дул в спину Тан Нина, и ресницы Тан Нина задрожали: «Нет, это не кровь домашнего скота». Не так ли?"

«Конечно, нет.Цзи Ляньюнь пристально посмотрел сверху вниз на Тан Нина: «Аппетит будет утоляться понемногу»."

«Вначале можно покормить кур и уток, затем свиней и собак, а затем крупный рогатый скот и овец."

«В конце концов, это может быть заполнено только человеческой жизнью."

Цзи Ляньюнь держал Тан Нина за руку, и его голос был таким нежным, что казалось, он говорит что-то ласковое: «Трудно быть полным похоти, но это лучше, чем это."

Кончики пальцев Тан Нина невольно задрожали, и он почувствовал, как по всему телу пробежала прохлада. Если бы это было так, разве то, о чем он догадывался раньше, не было бы правдой?

Дань уважения - это женщины и дети в деревне.

Что должно быть дальше?

старик？

Подумайте об этом хорошенько, ведь, кроме сумасшедшего дедушки Джи, в деревне, кажется, нет ни одного старика.

Нет, нет, если аппетит призраков становится все больше и больше, то следующей мишенью должны стать молодые люди.

Выжившие жители всей деревни должны знать этот закон, но игрок не знает, что личность Тан Нин - жена Цзи Ляньюня, и его можно считать половиной деревни, когда он становится родственником, и Цзи Ляньюнь защищает его, а личность Цзи Кэ непосредственно из деревни Джицзя, поэтому кто-нибудь также должен упомянуть об этом. Укажите на него.

Тогда как весь остальной Линь Юнь, он одновременно и молодой человек, и посторонний, который ничего не знает, и он даже прикоснулся к шкатулке с приданым!

......

Линь Юнь неподвижно стоял в комнате, с длинным талисманом на голове. Это спасительная опора, которую он приобрел в определенном месте. Когда будешь в опасности, просто приложи талисман ко лбу и притворись мертвецом. , Чтобы призраки потеряли к тебе интерес.

Однако у этого реквизита есть некоторые недостатки. Один из них заключается в том, что он не может двигаться при использовании реквизита. В конце концов, мертвые не будут двигаться. Как только вы воспользуетесь этим реквизитом, даже если вы не сможете не моргать, реквизит выйдет из строя.

Именно благодаря этому реквизиту Линь Юнь смог сохранить так много копий.

Он очень осторожный человек, настолько осторожный, что даже если все дети-призраки покинули комнату, он все равно стоит неподвижно.

И тут он увидел——

За стеклянным окном, которое было разбито мальчиком-призраком, виднелось странное лицо. Его лицо было плоским, глаза и брови были чисто черными, как чернила, щеки были раскрашены двумя группами красных румян, а губы были нежными и кроваво-красными. Красный.

Жаль, что два серо-черных следа от слез на его лице испортили изысканный макияж.

Из глаз бумажной невесты потекли слезы, она обернулась и окинула взглядом всю беспорядочную комнату.

Линь Юнь открыл глаза, и из-за неспособности долгое время моргать его взгляд стал особенно кислым.

Я не знаю, сколько времени это заняло, бумажная невеста, которая ничего не нашла, откинула голову назад и легко ушла.

Линь Юнь все еще сохранял первоначальное состояние, хотя его глаза уже начали высыхать.

«Бум-бум-бум.Внезапно раздался стук в дверь: «Откройте дверь, это я»."

Это голос Джи Кэ.

Линь Юнь не издал ни звука.

Он уже обсуждал несколько способов контакта с Цзи Кэ. Если он подойдет к двери, ему нужно будет сначала проверить код.

« Поторопись и открой дверь!Стук в дверь стал более интенсивным, заставив деревянную дверь покачнуться: «Я знаю, что ты внутри!""

Линь Юнь затаила дыхание.

Боясь, что призраки подействуют на него и он заговорит в ответ, он прижал язык к верхней челюсти.

Этот метод - хороший способ подавить крик, который вот-вот вырвется наружу.

Потому что он увидел тонкий листок бумаги, выплывающий из-под двери.

Эта штука полностью превратила себя в тонкий лист бумаги!

«Не имеет значения, если ты не откроешь дверь, я здесь, чтобы найти тебя." Тихо произнес голос.

Бумажная невеста поплыла по комнате, сначала она подплыла к изножью кровати, согнувшись в согнутой позе, которую люди не могли бы сделать: «Ты под кроватью?»"

Линь Юнь, стоявший в центре комнаты, весь напрягся.

Бумажная невеста подплыла к передней части шкафа и вошла прямо в щель в шкафу. Из шкафа донесся слегка унылый голос: «В шкафу ее тоже нет."

В единственном месте в комнате, подходящем для тибетцев, никого не было. Бумажная невеста, которая снова выплыла, казалось, на этот раз действительно была готова сдаться.

Он бесшумно подплыл к двери.

Трепещущее тело из папье-маше ударилось о Линь Юнь, стоявшую в центре комнаты.

Раздался резкий щелчок.

Мозг Линь Юня был пуст. Он и невеста бумажного человека были крепко связаны друг с другом. У бумажного человека было только одно выражение, и это было нарисованное выражение, но в этот момент он, казалось, увидел тень сомнения на лице противника. Сомнение.

Капля холодного пота скатилась у него по лбу.

По случайному совпадению, она попала на лицо бумажной невесты.

Используя этот реквизит, вы не только не сможете двигаться, но и вспотеете, не говоря уже о том, что пот будет капать прямо на монстра.

«Хе-хе, я нашел тебя.- Сказал бумажная невеста с улыбкой.

бегать！！！

Волосы Линь Юня начали появляться по всему телу, он сорвал талисман и убежал!

Позади него было холодно, и что-то, казалось, гналось за ним. Линь Юнь бросился к двери и в отчаянии обнаружил, что потребуется время, чтобы открыть дверь. Хотя прошла всего одна секунда, это был промежуток между жизнью и смертью!

Смех бумажного человечка и холодная бумага накрыли Линь Юня вместе. Его глаза, рот и нос были закрыты герметичными предметами. Линь Юнь тщетно протянул руку и попытался снять бумагу со своего лица. Он рвал ее очень сильно, хотя боль была не меньшей, чем сдирание кожи с лица.

Между его пальцами потекла кровь.

К ране была прикреплена новая бумага.

Окровавленная рука постепенно теряла свою силу, и сильное чувство удушья заставило Линь Юнь медленно упасть на землю. Говорят, что когда люди умирают, воспоминания о прошлом появляются подобно фонарям, и эти ужасающие призраки вспыхивают в сознании Линь Юнь, воскресая из мертвых снова и снова, чтобы выжить, он может отказаться от всего., Будь то предмет или человек.

Один за другим покинутые им товарищи по команде проклинали его самыми злобными словами.

Но когда появилось лицо, принадлежащее Тан Нину, шатер, который первоначально был черно-белым, внезапно превратился в малиновый цвет, потому что внешность этого человека действительно была яркого цвета, который было трудно проследить в черно-белом цвете.

« Линь Юнь... " он услышал, как новоприбывший в панике зовет его.

Почему в шатре раздается какой-то звук?

«Линь Юнь!Я не знаю, как порвать эту бумагу!"Голос был готов заплакать в спешке, его подняли с твердой земли и он упал в очень мягкое тело.

Он видел, как Джи Кэ держал новоприбывшего.

Он выглядит очень мягким.

Первоначально было решено, что они вдвоем будут по очереди обнимать новичка, чтобы сэкономить энергию, но Цзи Кэ не расслабился после того, как обнял его. Цзи Кэ взял инициативу на себя, чтобы взять на себя эту дополнительную задачу. Естественно, он не хотел тратить свои силы, поэтому холодно наблюдал, как Цзи Кэ обнимался всю дорогу.

теперь......

Казалось, он немного понял мысли Джи Кэ.

Это действительно удобно, здесь нет краев и углов, мягко, как поток воды, окутывающий душу, изрешеченную дырами.

В последний момент потери сознания слой бумаги, закрывавший его лицо, внезапно был сорван. Он увидел, что новоприбывший плачет навзрыд. Новоприбывший обнял его, но не посмотрел на него. Вместо этого он поднял голову и посмотрел в другую сторону, плача и крича: «Цзи Ляньюнь!！！"

Линь Юнь закрыла глаза и упала в объятия Тан Нина.

« Цзи Ляньюнь!»Тан Нин был близок к тому, чтобы сойти с ума, и его голос дрогнул настолько, что изменился тон.

Было уже поздно, когда они с Цзи Ляньюнем прибыли. Бумажная невеста уже напала на Линь Юнь. Цзи Ляньюнь сказал, что каждую ночь должен умирать один человек. Только окрасив землю деревни кровью, можно было временно утихомирить недовольство призрака.

Он с тревогой и страхом прикоснулся к бумаге на лице Линь Юня и спросил Цзи Ляньюня, что делать.

Цзи Ляньюнь спросил: «Ты действительно хочешь спасти этого человека?»

Он быстро кивнул.

Затем он увидел, как Цзи Ляньюнь протянул руку и безучастно порезал себе запястье.

Хлынул непрерывный поток крови, и когда кровь коснулась бумажной невесты, бумажная невеста отчаянно увернулась, как будто ее обожгло каким-то огнем, настолько испуганная, что даже не осмелилась дольше оставаться в этой комнате.

Бумага, которую он оставил на теле Линь Юня, также потеряла свою прочность и могла быть легко оторвана.

Поначалу это было радостно, но Цзи Ляньюнь опустилась на колени, ее губы посерели, а длинные ресницы опустились, словно готовые сомкнуться в любой момент.

Тан Нин сразу же отшвырнул Линь Юня от себя и быстро подбежал к Цзи Ляньюню, чтобы обнять слабого молодого человека. Температура тела была уже не такой, как раньше. Тан Нин в отчаянии оторвал от своей одежды лоскуток ткани и обернул им рану Цзи Ляньюня, кровь прилила к ней, окрашивая ее в красный цвет.ткань.

В окровавленной комнате лицо Цзи Ляньюня было бледнее, чем у бумажной невесты. Он с трудом открыл рот, и его слабый голос, казалось, растворился в воздухе: «Не плачь, я в порядке......"

Рука Тан Нина, державшая Цзи Ляньюня, дрожала.

Как это может быть нормально?

Если ты знаешь, что цена спасения Линь Юня - причинить боль Цзи Ляньюню......

« Возьми меня...Войди в гроб...» Произнеся эти слова, Цзи Ляньюнь потерял последние остатки сил и тихо закрыл глаза, как труп.

Тан Нин поспешно подошел, чтобы проверить дыхание Цзи Ляньюня, и, обнаружив, что собеседник все еще слабо дышит, с трудом успокоился.

Гроб, это тот самый гроб, что стоит в комнате Цзи Ляньюня?

Тан Нин изо всех сил старался нести Цзи Ляньюня на спине. Цзи Ляньюнь был немного выше его, он вытирал пальцы ног о землю, и вес его тела давил на Тан Нина, и Тан Нин почти опустился на колени.

Что делало Тан Нин еще более болезненным, так это то, что в комнате все еще лежал человек.

Если бы он оставил Линь Юнь без сознания и позволил другой стороне встретиться с бумажной невестой, которая была сложена обратно, тогда его поездка не была бы напрасной, и травма Цзи Ляньюня не была бы напрасной?

Но если он хочет увезти Линь Юнь........

Просто такой кусок мусора, как он, с двумя за раз, я боюсь, что человек, который лежит на теле наполовину, превратится в троих!

Тан Нин никак не ожидал, что среди этих четырех человек он оказался единственным, способным двигаться.

Эту ситуацию может разрешить любой из трех человек - Цзи Ляньюнь, Линь Юнь и Цзи Кэ, но Тан Нин не может этого сделать.

У него уже была тонкая и хрупкая карта, и его энергия, казалось, иссякла после контакта с Цзи Ляньюнем. Он также использовал музыкальную карту всасывания на Цзи Ляньюне. После серии операций у Тан Нина возникли проблемы с ускорением ходьбы.

что делать？что делать？！

Тан Нин взвалил Цзи Ляньюня на спину, с трудом наклонился, взял Линь Юня за руку и попытался оттащить его.

После долгой паузы Линь Юнь остался неподвижен.

Тан Нин захотелось заплакать в спешке, и в этот момент спонтанно возникло сильное ощущение, что за ней наблюдают.

Тан Нин с трудом поднял голову и увидел сине-белое лицо, дряблую кожу, покрытую пятнами, и мутные глаза, появившиеся за стеклянным окном, разбитым мальчиком-призраком.

Сумасшедший дедушка Цзи стоял за окном, глядя прямо на Тан Нина, и повторял слово за словом: «Выброси его."

Глава 60 Призрачный Муж

Тан Нин был ошеломлен внезапным появлением этого лица. Если бы не реакция на то, что этот человек был дедушкой Цзи Кэ, душа Тан Нина вылетела бы наружу.

Выбросить его?

Что это означает?

Тан Нин схватил Линь Юня за руку и понес Цзи Ляньюня на спине, что было равносильно тому, чтобы нести двух человек, но дедушка Цзи только сказал «Выброси его" вместо «выброси их".

Глаза Тан Нина слегка расширились, и он нервно посмотрел на дедушку Цзи. Старик, который был сумасшедшим, в этот момент говорил и думал совершенно нормально, и он резко отругал Тан Нина: «Чего ты все еще колеблешься?»Избавься от него!"

«Дедушка Джи, если ты сможешь мне помочь, мы сможем забрать одного человека в одиночку, и нам не нужно никого бросать.Голос Тан Нина стал жестче.

Лицо старика было мрачным, а его мутные глаза смотрели за спину Тан Нина. Казалось, он увидел что-то чрезвычайно страшное, настолько, что долго молчал, прежде чем смог произнести дрожащим голосом: «Он злой, это единственный шанс избавиться от него!»"

У Тан Нина похолодела спина.

Какое зло?

То, что он нес, очевидно, было Цзи Ляньюнем, это был его амулет в этой копии.——

и многое другое.

Система, похоже, не сказал, что Цзи Ляньюнь был npc, который специально защищал его, но что его дед устроил для него брак, и он решил жениться, чтобы исполнить последнее желание своего деда.

« Почему бы тебе не избавиться от него?в противном случае！Мы все должны умереть!Дедушка Джи повысил тон, его глаза расширились.

Тан Нин был так напуган появлением дедушки Цзи, что отпустил руку, державшую Линь Юнь, и обеими руками коснулся Цзи Ляньюня на своем теле, опасаясь, что тот свалится с его дрожащей спины.

Он не знал, было ли правдой то, что сказал дедушка Цзи, или нет, но одно он знал точно: гороскопы Цзи Ляньюня с дворянами Куйгана были сертифицированы системой. Система может скрывать информацию, но она никогда не скажет ложную информацию, чтобы ввести игроков в заблуждение. Ложная информация.

И восьмизначный дворянин с Куйганом не боится призраков. Черноволосый призрак убежал, когда Цзи Ляньюнь открыл глаза. Бумажная невеста, которая выглядела такой могущественной, испугалась убежать, когда прикоснулась к крови Цзи Ляньюня. Предположительно, дядя Ван и другие призраки тоже боятся Цзи Ляньюня.

Дедушка Цзи сказал, что если они не выбросят Цзи Ляньюня, они все умрут, но главное было выбросить Цзи Ляньюня, и Тан Нин чувствовал, что он тоже умрет.

Он не может потерять Цзи Ляньюня!

Дедушка Цзи пришел в ярость, когда увидел жест Тан Нина, поэтому он перестал стоять у окна, дрожа, подошел к двери, толкнул ее и вошел.

У Тан Нина не было сил пошевелиться, когда Цзи Ляньюнь стоял у него за спиной. Он мягко разубедил дедушку Цзи: «Ты сказал, что он был злым. У тебя есть какие-нибудь доказательства?»Теперь он мой муж, как я могу оставить его здесь?"

« Распознать в призраке мужа?Великая ревизия скольжения по миру!Дедушка Джи был так зол, что его борода затряслась: «Что за экстази-суп он тебе налил?»Он стал причиной всех бедствий во всей деревне!Он знал, что все так и будет!Все пошли за сокровищем, он к нему не притронулся!Все участвовали в храмовой ярмарке, а он намеренно отказался!Чего он хочет, так это чтобы вся деревня похоронила его!И ты тоже!Ты тоже должен умереть вместе с ним!"

Появился голос, который я слышал во сне.

Это был трогательный мужской голос: «Невеста, спускайся, свяжи себя со мной узами брака и поезжай со мной в Хуанцюань»."

Тан Нин немного помолчал: «Нет, у него слабое здоровье, и у него нет сил посещать храмовую ярмарку»."

Дедушка Джи усмехнулся: «Ты тоже веришь в его бредни."

Старая и худая рука со свистом протянулась к Тан Нину, яростно толкая его: «Избавься от него!»"

Тан Нина толкнули так, что он чуть не упал вместе с Цзи Ляньюнем. Он пошатнулся, чтобы избежать встречи с дедушкой Цзи, и с тревогой сказал: «Он спас Цзи Кэ и Линь Юнь. Цзи Кэ - твой внук!"

Когда дело дошло до Цзи Кэ, движения дедушки Цзи приостановились.

Воспользовавшись этой возможностью, Тан Нин использовал всю свою силу, чтобы пнуть лежащего на земле Линь Юня. Его нога мягко наступила на лицо Линь Юня, снова и снова, пытаясь разбудить Линь Юня.

На лице Линь Юня было еще несколько следов. Казалось, он спал точно так же, как Тан Нин раньше. Казалось, что он все еще спал. После того, как Тан Нин наступил на него несколько раз, уголки его губ даже слегка приподнялись.

После того, как Тан Нин увидела это, Линь Юньци чуть не заплакал, когда увидела это!

Почему он забыл об этом?!

Линь Юнь может на это рассчитывать, свинья пойдет на дерево!

« Все кончено, все кончено.Дедушка Джи задрожал: «Он чрезвычайно лицемерен и самый лживый. Он спас вторую собаку и в будущем будет просить только большего»......"

Говоря об этом, дедушка Джи в оцепенении опустил голову, всему его телу, казалось, было больше десяти лет, и он долго молчал, прежде чем спросить: «Где Эргузи?»"

Тан Нин осторожно взглянул на дедушку Цзи и осторожно сказал: «Он здесь......Комната Цзи Ляньюня."

« Отведи меня туда.Дедушка Джи вздохнул, как будто был не в силах смириться со своей судьбой.

Что случилось?Почему дедушка Цзи вдруг не сказал ему, чтобы он оставил Цзи Ляньюня здесь?

Сомнения Тан Нина были написаны в его глазах, и дедушка Цзи поднял голову и холодно сказал: «Жизнь моего внука в его руках, как я смею отнимать у него жизнь?"

Хотя он не знал, что имел в виду дедушка Цзи, дедушка Цзи, похоже, больше не собирался призывать его покинуть Цзи Ляньюнь. Какое-то время Тан Нин не знал, правильно он это делает или неправильно.

« Тогда не могли бы вы помочь мне привести его?Тан Нин пнул Линь Юня носком ботинка в лицо.

Дедушка Джи холодно фыркнул: «Подожди."

Сказав это, старик задрожал и вышел.

Глядя на спину дедушки Цзи, Тан Нин с грустью обнаружил, что противник, казалось, был в болезненном состоянии. В конце концов, это он был тем, кто падал на землю половиной своего тела. Даже если дедушка Цзи был готов помочь, могли ли они вдвоем действительно оттащить этих двух мертвых парней?

Как раз в тот момент, когда Тан Нин почувствовал, что будущее безнадежно, раздался голос «кость в кость».

Дедушка Цзи толкал маленькую коляску и с мрачным лицом нес Линь Юнь в коляске.

Увидев это, Тан Нин поспешно положил Цзи Ляньюня на спину. С Линь Юнем в качестве подушки Цзи Ляньюню должно быть удобнее лечь.

Дедушка Цзи был явно недоволен Цзи Ляньюнем и холодно фыркнул, когда Тан Нин приставил к нему Цзи Ляньюня.

Тан Нин притворился, что ничего не слышал, и пошел в повозке с дедушкой Цзи. Темной ночью Тан Нин шел в страхе, и выражение лица дедушки Цзи тоже было очень серьезным. Он всегда поворачивал голову и оглядывался по сторонам, как будто чего-то опасался в темноте.

В темноте что-то на земле излучает темный свет.

Тан Нин остановился и удивленно сказал: «Это Перл!"

Это были жемчужины, которые он рассыпал!

Тан Нин поставил тележку и собирался подняться, чтобы забрать эти жемчужины. Он успел сделать всего несколько шагов, когда дедушка Цзи закричал у него за спиной: «Ты не можешь поднять это!»"

Тан Нин объяснил: «Я рассыпал эти жемчужины раньше. Сейчас я не жаден до денег. я хочу вернуть эти жемчужины".

Выражение лица дедушки Джи стало более серьезным: «Я не могу вернуть долг!»"

Тан Нин безучастно сказал: «Это приданое, данное мне призраком, почему я не могу вернуть его?»"

« Ты выбросила приданое, чтобы показать, что не согласна с этим браком, и, взяв его в руки, показала, что ты не теряешь самообладания и не соглашаешься выйти за него замуж.- Торжественно сказал дедушка Джи.

Услышав замечания дедушки Цзи, Тан Нин почувствовал еще большее головокружение: «Но Цзи Ляньюнь сказал, что любой, кто возьмет сокровище, умрет»."

«Этой мелочи недостаточно, чтобы купить твою жизнь."

Дедушка Цзи посмотрел на Тан Нина, его мутные глаза в этот момент были очень ясными, как будто он увидел сверкающие драгоценности, он тихо прошептал: «Твоя жизнь невыразимо дорога."

«Моя жизнь?Тан Нин с любопытством спросил: «Какова моя судьба?""

Дедушка Джи покачал головой и сказал низким голосом: «Я не могу этого сказать."

Тан Нин не знал, что сказать на растерянный взгляд дедушки Цзи. В конце концов, он не стал подбирать жемчужины. В конце концов, в то время было выброшено слишком много жемчужин, и он какое-то время не мог закончить собирать их. Бумажная невеста не знала, когда она наверстает упущенное. Лучше подождать Линь Юнь и Цзи Кэ.Когда я проснулся, все вместе обсуждали, что делать.

Тан Нин и дедушка Цзи снова толкнули тележку и пошли пешком по пустой деревне. Во всей деревне дрожали только красные фонари, висевшие у дверей и на деревьях, словно кровавый свет окутывал деревню, и длинные тени падали на пустынную землю. Тан Нин шел по бесплодным полям и видел тех, кто был с ним. him.In в кантри-сериале я видел несколько разных лопат, воткнутых в почву.

Он уже видел такую лопату раньше, но тогда не спрашивал. Теперь Тан Нин небрежно спросил дедушку Цзи: «Что это за лопата?»"

« Лоянская Лопата."

Когда он впервые вошел в деревню, он увидел, что жители деревни используют такие лопаты для работы в полях по ночам......

Завывающий ветер пронесся по выбоинам на земле и подул за спину Тан Нина. Тан Нин немедленно отвел взгляд, посмотрел на свой нос и сердце и перестал оглядываться по сторонам.

Ни один из них не мог уйти, и им потребовалось больше десяти минут, чтобы преодолеть короткое расстояние. Когда они подошли к дому Цзи Ляньюня, Тан Нин был почти измучен и парализован.

Он открыл дверь, а в комнате все еще стоял выкрашенный в красный цвет гроб, и Цзи Кэ лежал в гробу без крови.

Дедушка Цзи быстро вошел в дом и нервно посмотрел на рану Цзи Кэ. После долгого разглядывания он прошептал: «Это предупреждение ему, не смотри на то, на что тебе не следует смотреть»."

Тан Нин с трудом внес двух человек в коляске в дом: «Вы поможете мне вытащить Цзи Кэ из гроба, я хочу положить в него Цзи Ляньюня»."

Дедушка Джи торжественно сказал: «Я могу тебе помочь, но ты также должен оказать мне услугу."

Тан Нин: «?"

Разве это не небольшое усилие?

Дедушка Цзи встал перед гробом: «Если ты мне не поможешь, я не позволю тебе положить Цзи Ляньюня»."

Тан Нин был шокирован разгульным поведением дедушки Цзи «......Что ты хочешь, чтобы я сделал?"

Дедушка Джи сказал слово за словом: «Помоги мне призвать душу."

Называемая душой?

Тан Нин слышал об этой штуке. Кажется, что когда ребенок напуган, спит, ест и паникует, родители просят каких-то людей призвать душу ребенка обратно. Этот метод также подходит для взрослых со странным поведением. В разных местах есть разные методы вызова душ. Кто-то позволит родителям позвать, а кто-то найдет их.Имя культиватора такое.

По сравнению с ним, человеком, который ничего не понимает, дедушка Джи выглядит просто потрясающе. Не правильнее ли было бы называть его дедушкой Джи?

«Почему ты хочешь, чтобы я призвал душу?- Прошептал Тан Нин.

« Потому что только ты можешь заставить его двигаться.Дедушка Джи выглядел серьезным: «Другие люди, он на это не купится»......"

« Ты его дедушка, неужели он тоже на это не купился?Тан Нин был озадачен.

«То, что я сказал, таково...Души двух собак были забраны......Он。Дедушка Цзи пристально посмотрел на Тан Нина, в его мутных глазах читалась мольба: «Если ты не вернешь свою душу, будет слишком поздно»."

У Тан Нина не было дна в сердце: «Но, но я никогда не делал ничего подобного......"Он даже не знал, о чем говорил дедушка Джи.

« Ты ему очень нравишься."

«Если бы это был ты, он бы определенно согласился."

Глава 61 Призрачный Муж

Тан Нин и дедушка Цзи долго смотрели друг на друга, и Тан Нин тихо спросил: «Могу я отказаться?»"

Он очень устал. Не только физически, но и все, кто мог на него положиться, были в коме. У Тан Нина не было ни малейшего чувства безопасности. Теперь он просто хотел положить Цзи Ляньюня в гроб, а потом лежал сам, обнимая Цзи Ляньюня, чтобы пережить ночь.

Гроб ужасен.

Но спать одному в постели для Тан Нина страшнее, чем спать в гробу.

важнее всего......Призыв души звучит устрашающе.

Дедушка Цзи молча смотрел на Тан Нина, его старое лицо в тусклом свете казалось мрачным, а мутные глаза смотрели прямо на Тан Нина с дрожащей настойчивостью.

Тан Нин сделал небольшой шаг назад, боясь, что дедушка Цзи, которого отвергли, предпримет какие-нибудь безумные шаги.

Под тревожным взглядом Тан Нина дедушка Цзи повел себя так, что превзошел ожидания Тан Нина.——

Он опустился на колени.

« Ты, что ты делаешь!Тан Нин был ошеломлен. Он думал, что дедушка Цзи отругает его, побьет и бросится на гроб, чтобы помешать ему впустить Цзи Ляньюня, но он не ожидал, что такой старик с грохотом опустится на колени. .

« Тан Нин, Цзи Кэ и другие...На самом деле нет времени.Две струйки мутных слез потекли по лицу дедушки Джи. - Я умоляю тебя, спаси его! - крикнул он."

Тан Нин хотел помочь дедушке Цзи подняться, но у него совсем не было сил, и он почти упал на колени.

Стоя лицом к лицу с призраками, Тан Нин, который тоже изо всех сил старался не плакать, в этот момент покраснел, и колеблющийся свет свечей упал на его лицо. Он беспорядочно вытирал слезы тыльной стороной ладони, как ребенок, над которым издевались и которому некуда сказать, он заплакал и сказал: «Но кто спасет?»Спаси меня?"

Слезы потекли по его лицу, попали в выбоину на земле и он на некоторое время потерял сознание.

Он также хотел быть очень сильным, очень храбрым, ничего не бояться и способным найти выход из любых трудностей, но он даже не мог сказать, были ли слова Цзи Ляньюня правильными или слова старика, стоявшего перед ним, были правдой.

Дедушка Джи, казалось, был напуган своим обморочным состоянием в этот момент, и умоляющие слова надолго застряли у него во рту, так и не будучи произнесенными.

Поэтому Тан Нин почувствовала, что ей действительно неловко снова вот так плакать.

Он вытер слезы со своего лица и пообещал плачущим голосом: «Ну, не плачь, я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть его»."

После того, как Джи Кэ всю дорогу обнимал его, он должен пойти и забрать Джи Кэ обратно.

Дедушка Цзи непонимающе уставился на Тан Нина.

« Помоги мне вместе уложить Цзи Ляньюня в гроб.Тан Нин увидел, что дедушка Цзи не ответил, и серьезно сказал: «Не волнуйся, я не пожалею об этом»."

Дедушка Цзи ничего не сказал, он медленно встал, вместе с Тан Нином вытащил Цзи Кэ, а затем вместе впустил Цзи Ляньюня.

Тан Нин встал перед гробом и посмотрел на умирающего Цзи Ляньюня. Он взял руку противника. Точно так же, как он должен был держаться за Сюэшэнь на экзамене и тереться о Сюэшэнь на экзамене, Тан Нин положил свое лицо на ладонь Цзи Ляньюня.

Руки Цзи Ляньюня были такими широкими, что в них можно было спрятать половину лица Тан Нина.

Было холодно.

Тан Нин потер ладонь Цзи Ляньюня своей щекой, затем облегченно вздохнул, коснувшись ладони Цзи Ляньюня, и серьезно сказал: «Ты должен благословить меня..."

« В конце концов, согласно нашим нынешним отношениям, если я умру, у тебя не будет жены."

Называть себя женой казалось немного странным. Тан Нин нахмурился и изменил свои слова: «Ты станешь вдовцом."

Цзи Ляньюнь неподвижно лежал в гробу, с чуть заметными подъемами и опусканиями в груди.

увы。

Вы сказали, что Цзи Ляньюнь, человек, который прикладывает десятую часть сил к кровати, чтобы встать с нее, может значительно углубить их отношения!

Тан Нин опустил глаза и вернул руку Цзи Ляньюня на место. Он глубоко вздохнул и посмотрел на дедушку Цзи: «Что я должен назвать душой?»"

......

Дедушка Джи объяснил, что душа называется душой, и ему нужно подготовить красную линию, платье, которое носит пожиратель душ, и зеркало.

Красная линия была привязана к кончикам пальцев Тан Нина. Тан Нину нужно было надеть одежду Цзи Кэ и держать зеркало в руке. Он прошел от входа в деревню до конца деревни и обошел каждый уголок деревни. , Один шаг, вы должны произнести имя Цзи Кэ один раз.

Зеркало покажет душу, оставшуюся в деревне. Если Тан Нин увидит душу Цзи Кэ, он обернет другой конец красной линии вокруг тела Цзи Кэ. Благодаря натяжению красной линии душа Цзи Кэ будет втянута обратно в тело Цзи Кэ.

В этот момент Тан Нин стоял у входа в деревню, одетый в старое платье Цзи Кэ, держа в руке зеркало, а вокруг указательного пальца его правой руки была обмотана кроваво-красная полоса.

Дедушка Джи стоял в метре позади него и слегка кивнул ему.

«Испуганная душа Джи Кэ вернулась?»Осмелевший голос Тан Нина прозвучал особенно отчетливо в тихой деревне, как будто в спокойную воду бросили маленький камешек, и по кажущейся мирной деревне внезапно пошла рябь.

В зеркале отражается фигура висящего призрака на саранчовом дереве у входа в деревню!

Это была женщина в красном свадебном платье.

Ее кожа была бледной, шея висела на ветке, а ноги в свадебных туфлях слегка подрагивали под юбкой.

В тот момент, когда Тан Нин закричала, закрытые глаза женщины внезапно открылись, ее налитые кровью глаза уставились прямо на Тан Нина, и из ее рта вырвался звук «хо-хо».

Волосы Тан Нина встали дыбом, по телу пробежала дрожь, похожая на электрический разряд, а руки были такими пустыми, что он едва мог держать зеркало.

«Испуганная душа Джи Кэ вернулась!Старческий голос дедушки Джи эхом отозвался за спиной Тан Нин, и взгляд женщины-призрака переместился на спину Тан Нин.

Дрожащее тело, висящее на ветке, было еще более мощным, и ветка, казалось, не могла выдержать его веса и могла развалиться на части в любой момент.

Сердце Тан Нина бешено колотилось, он пошел вперед, держа зеркало, и крикнул дрожащим голосом на ходу: «Испуганная душа Цзи Кэ вернулась?»"

Люди, которые постоянно копали лопатами на полях с обеих сторон, дружно подняли головы. В ямах, которые они вырыли, были не посевы, а сверкающие драгоценности!

Мертвые повторят поведение мертвых. Вся эта группа людей - жители деревни, трагически погибшие при первоначальных ограблениях гробниц!

Пара темных и безбожных глаз посмотрела на Тан Нина, и онемевшие глаза внезапно загорелись. Казалось, что обездоленные нищие увидели рог изобилия, падающий с неба, и это было похоже на то, как волки, которые были голодны три дня и три ночи, увидели плоть и кости. Если есть существенное желание, нищие увидели рог изобилия, падающий с неба. sky.It упал на Тан Нина.

«Испуганная душа Джи Кэ вернулась!Крик дедушки Цзи привлек внимание этих людей, и бело-голубые лица повернулись в совершенно одинаковом направлении, перепрыгивая через Тан Нина и глядя на дедушку Цзи позади него.

Холодный пот покрыл лоб Тан Нина. Тан Нин никогда не видел столько призраков. Просто увидев их в зеркале, сердце Тан Нина чуть не разорвалось от страха.

Он с трудом сделал шаг вперед. «Неужели испуганная душа Джи Кэ вернулась?»"

Из земли показались бледные руки, в каждой из которых было по острому мясницкому ножу, и они, не колеблясь, двинулись к Тан Нину.——

Кровь хлещет из земли, покачиваясь, как музыкальный фонтан, и по деревне разносятся крики домашнего скота.

Воющий ветер обдувал вспотевшую шею Тан Нина сзади. Тан Нин был опустошен от сердца до горла, и частота учащенного сердцебиения ощущалась в левой части груди.

Упавший на него мясницкий нож был снова поднят, на этот раз в направлении падающей ноги Тан Нина!

«Джи Кэ...Испуганная душа вернулась...» Голос дедушки Джи поначалу не был таким энергичным, но становился все слабее и слабее.

Клинок одновременно повернулся к дедушке Цзи за спиной Тан Нина, и в свете красного фонаря отразился ослепительный кровавый свет.

Тан Нину больше не хотелось кричать. Он почувствовал нарастающий запах крови. Он не знал, исходил ли он от земли или от старика позади него.

На этот раз по зову души не только Тан Нин переоделся, но и дедушка Цзи переоделся в новый большой красный наряд, ярко-красную одежду и ярко-красные туфли.

Когда некоторые старики в деревне ожидали собственной смерти, они переодевались в заранее приготовленную одежду.

Они не хотят беспокоить своих детей.

Его дрожащие ноги проваливались в выбоины, Тан Нин крепко обнял зеркало и произнес слово в слово: «Испуганная душа Цзи Кэ вернулась?»"

На дороге, которой не было видно конца, появился шаткий красный паланкин. Очередь была очень длинной. Все несли в руках красный фонарь, а из паланкина доносился детский плач.

«Вау, вау, вау ~!！！"

Маленькие бело-голубые ручки раздвинули занавеску паланкина, и появилась голова мальчика-призрака. Плача, он повернул голову, из его глаз текли кровь и слезы. В тот момент, когда он увидел Тан Нина, его плачущее выражение лица внезапно на мгновение прекратилось, а в следующие секунды оно оскалилось, демонстрируя мрачную улыбку.

Компактное тело выползло из паланкина, используя обе руки и ноги, и с поразительной скоростью поползло к Тан Нину.

И на этот раз Тан Нин была одета не в красное свадебное платье!

«Испуганная душа Цзи Кэ вернулась ...» - медленно донеслись хриплые крики из-за спины Тан Нина.

Мальчик-призрак, который собирался вскарабкаться на ноги Тан Нина, некоторое время смотрел на Тан Нина, затем неохотно изменил курс и набросился на человека, стоявшего позади Тан Нина.

Тан Нин услышал звук шагов позади себя и явно замедлил шаг, и каждый шаг старика был чрезвычайно медленным.

Он действительно хотел оглянуться на старика, но прежде чем позвать душу, старик предупредил его, чтобы он не оглядывался назад, что бы ни случилось.

В течение того времени, когда он общался с карточными играми, Тан Нин продолжал говорить себе относиться к этим людям в игровом мире как к простым NPC, а не как к реальным людям, но в этот момент ему было трудно относиться к старику позади него, который бросил все, чтобы спасти Цзи Кэ, как к program.An настроен npc.

—— «Призывающие души столкнутся со многими опасностями, но не волнуйся, эти твари ненавидят меня больше, чем тебя. Вначале мне пришла в голову идея выпить яд, чтобы утолить жажду. Деревня попала в нынешнюю ситуацию. я все равно не могу от этого избавиться."

—— «Если на этот раз я умру в своей душе, не говори Эргузи, не говори, что я умер, чтобы заставить умереть его душу."

—— «Ты скажи ему, чтобы не будил меня, уезжай из этой деревни и никогда не возвращайся."

——»Пусть он живет хорошо."

- Испуганная душа Джи Кэ......Ты уже вернулся?- Сказал Тан Нин дрожащим голосом, на поверхность повеяло холодом, красная линия, обернутая вокруг кончиков пальцев Тан Нина, сильно задрожала, и тонкая, стройная и длинная красная линия улетела вдаль.

Один за другим загорались красные фонари, и в красном ореоле вдалеке появлялись похожие на ожившие трупы фигуры из плоти. Под подозрительным взглядом Тан Нина толпа медленно подплывала и приближалась. Первое, что бросилось ему в глаза, было выражение негодования..

Молодые и старые, мужчины и женщины, мужчины и женщины, их тела опухли и покрыты трупными пятнами, их фиолетовые губы приоткрыты, и бесчисленное множество людей выплевывают одни и те же слова изо рта: "Заплати мне обратно ~»

«Верни мне деньги ~"

«Верни мне деньги ~"

В стремительно растущих доносах туман постепенно рассеивался, открывая торжественный и мрачный зал. На дворце Золотого Дракона Панчжу есть двустишие из железной ручки и серебряного крючка. Верхняя ссылка гласит: «Янцзянь III, от тебя зависит причинить вред миру», а нижняя ссылка гласит: «Преисподняя, кто позволил ей пройти сквозь века?»«, Хэнбан "Ты здесь»!

Я слышал только сотрясающий небо звук ярко-красных и кроваво-красных барабанов несправедливости и генералов государственной службы, курсирующих день и ночь, черно-белое непостоянство......Тени разных генералов плотно набиты в зале.

Во дворце, перед столом для публичных слушаний, высоко восседал величественный император. На голове у него были двенадцать корон, и он был одет в черно-золотую мантию из бисера коулунской оперы. Его красивое лицо смутно проступало за бисером и нефритом. Его алые глаза были полны печали и радости. Цзинтанму поднял руку, держащую силу жизни и смерти, и похлопал ею по столу.——

«Кто бы ни приближался, назовите свое имя."

Глава 62 Призрачный Муж

Тан Нин был ошеломлен, когда увидел развернувшуюся перед ним сцену.

Это и есть это......Янь Ло?！

Потрясение, которое было сильнее, чем при виде призрака, опустошило мозг Тан Нина. Это было похоже на то, как если бы глиняная статуя, окуриваемая благовониями в храме, внезапно спустилась по святилищу и подошла к тебе, чтобы поговорить с тобой. .

Нет, это не похоже на правду, это факт.

Призрачно красивый император сидел на крыше высокого зала, и сильное принуждение заставляло душу Тан Нина трепетать, и он не мог вымолвить ни слова.

Красная линия, обернутая вокруг кончиков пальцев Тан Нина, прошла сквозь клубящийся дым. По какой-то причине она появилась на кончиках пальцев императора. Бледная и тонкая ладонь небрежно подняла ее и мягко потянула красную линию вперед.——

Тан Нин, которого вела красная линия, на мгновение пошатнулся, и его испуганное тело, прихрамывая, рухнуло прямо на землю, не говоря уже о том, чтобы ответить на вопрос императора, мозг Тан Нина в данный момент был пуст.

Император обхватил одной рукой красную линию, и с другой стороны из воздуха появилась тяжелая книга. Страницы книги были безветренными и автоматическими, и страницы переворачивались так быстро, что образовывали остаточное изображение. Наконец, он остановился на одной странице и увидел плотный мелкий шрифт на бумаге. «Там это название излучает слабый свет».：

Тан Нин.

Темные ресницы опустились, не в силах скрыть насыщенный алый оттенок глубоких глаз, а тонкие красные губы улыбнулись.

Я не знаю, когда вокруг голубого тумана появилось мертвое дерево странной человеческой формы, и на дереве появились два бумажных призрака. Они смотрели прямо на Тан Нина. В пустом сознании Тан Нина он вспомнил легенду о богах и чудовищах, которых он видел, когда был ребенком. Говорят, что в подземном мире грабят женщин и вешают их. Два призрака Ивэна, они сняли одежду с умершего и развесили ее на ветвях. Степень, до которой опустились ветви, представляла тяжесть вины умершего.

Как раз в тот момент, когда Тан Нин размышлял таким образом, бумажный человечек с двумя косами, старческим лицом и двумя румянами, нарисованными на нем, слетел с дерева и бросился прямо на Тан Нина!

Чувство подавленности при встрече с невестой бумажного человека захлестнуло Тан Нина, и у него даже не было времени среагировать, чтобы убежать, настолько он был ошеломлен бумажным человеком!

Пожилая фрейлина сняла пальто Цзи Кэ, которое носил Тан Нин, и тогда это не остановилось, а оторвало подкладку, которую носил Тан Нин, подобно тому, как насильно сдирают распускающийся цветок, обнажая нежные тычинки внутри.

У Тан Нина не было никакой одежды, чтобы прикрыть свое тело, поэтому он мог только обхватить себя руками в шоке и страхе. Его красивое лицо было бескровным, но суставы всех частей его тела светились от густой и мелкой пудры, и длинная красная линия, казалось, вплеталась в желанную при его движениях.Инбай продолжила.

Человек, развешивающий одежду, развесил одежду на ветках, но одежда, которая казалась легкой и развевающейся, была тяжелой, как золото дочери, и ветки были готовы сломаться.

«О, как у хорошего человека может быть такая тяжелая преступная карма?»«Голос женщины в белом был странным, резким и тонким.

Тан Нин был ошеломлен.

Хотя он не творит добра и не накапливает добродетель, он никогда не совершал зла. Как он может в конечном итоге полностью оценить зло?

Человек, развешивающий одежду, стоявший на дереве, присмотрелся повнимательнее, но он был так напуган, что чуть не свалился с дерева.——

Одежда, свисавшая с ветвей, была загрязнена дыханием императора, которое, казалось, предвещало красную пыль и бескрайнее море страданий, заманивших императора в ловушку, который должен был быть отрезан от любви. Это его греховная карма.

« Тан Нин, вам известно о преступлении?" Холодно сказал император над высоким залом.

Голос был низким и красивым, что делало Тан Нина неописуемо знакомым, как будто он где-то его слышал.

Прежде чем Тан Нин смог придумать ответ, невидимое принуждение распространилось, как будто мрачный ветер коснулся его кожи, заставив Тан Нина слегка вздрогнуть. Его глаза были ошеломлены, губы слегка приоткрыты, и он подсознательно пробормотал: «Я, что я сделал?»грех?"

«Если у вас есть муж, вы более замужем, и вы пугливы.Тонкая рука взяла длинный ордер и швырнула его в сторону Тан Нина. Ордер пролетел перед Тан Нином, как призрак, и почти угодил в середину бровей Тан Нина.

Сильный кризис заставил белоснежные плечи сильно задрожать, красивое и невинное лицо уже было покрыто нездоровым румянцем от страха, а мягкие губы открылись, пытаясь защититься, но в момент открытия их ртов темный и холодный Знак Лин внезапно изменил свое направление и без колебаний прикусил кончик языка, закрыв рот Тан Нин.

«Я хочу наказать тебя." Холодно произнес голос.

наказание？

Черные глаза были покрыты слоем тумана, и дрожащий взгляд Тан Нина встретился с этими алыми глазами. В этих глазах он увидел небывалую картину ужаса!

В аду с ножевой пилой на восемнадцатом этаже злой дух был привязан к четырем пням в форме «большого" дерева, а невидимая пила пришлась по промежности.——

В аду каменной мельницы на семнадцатом этаже злой дух в ужасе посмотрел на графита, который собирался убежать.——

В вулканическом аду на шестнадцатом этаже злой дух взывал держаться подальше от вулкана, который вот-вот должен был извергнуться.——

......

В Аду на железном Дереве на третьем этаже злой дух подвешен к железному дереву, покрытому острыми лезвиями.——

В аду ножниц на втором этаже десять пальцев злого призрака были вложены в разрез ножниц.——

В аду для вытягивания языков на первом этаже язык злого духа зажимается железными плоскогубцами.——

Тан Нин широко открыл глаза, и кончик его языка почувствовал боль. Туман, собравшийся в его глазах, превратился в слезы и потек вниз. Он был напуган жестоким наказанием за эту сцену и молча дрожал, его губы и зубы продолжали двигаться, пытаясь объяснить, но его язык был крепко прижат знаком Лин, И он мало-помалу проникал все глубже, от корня языка почти до горла, так что Тан Нин не мог вымолвить ни слова, он мог только невнятно хныкать.

Нет, не наказывай меня!

Он отчаянно замотал головой, и с его мокрых ресниц скатилась слеза.

Появление страдающих слов действительно жалко и мило.

«произносить？Вы отказываетесь быть наказанным?Красная линия, обернутая вокруг тела Тан Нина, медленно уменьшалась, от пальцев до талии, голос императора был не таким холодным, как вначале, но вместо этого проявил немного сострадания: «Да, твоя плоть и кровь действительно брезгливы, с тебя снимут даже самое легкое наказание». кожа."

« Но пока вы невиновны."

Тан Нин внезапно загорелась надеждой, ее заплаканные глаза сияли и смотрели на людей в тумане.

«Почему бы тебе не сделать этого, я накажу тебя улыбкой." Этот голос сказал с интересом.

Наказание со смехом?

Прежде чем Тан Нин успел среагировать на то, что это было, красная нить обвилась вокруг его лодыжки, и невидимое присутствие сняло с него ботинки, обнажив белоснежные подошвы его ног.

Золотое перо появилось из ниоткуда, и кончик пера опустился на сердце ступни Тан Нина. Простым взмахом пера Тан Нин задрожал и широко открыл глаза, а затем перо внезапно быстро потерлось друг о друга, и похожая на электрический разряд дрожь пронеслась от подошвы ступни ко всему телу, нежной ступне - сердце, казалось, было потерто этим трепещущим пером.

Тан Нин нахмурился, на его лице переплелись радость и боль. Сначала у него все еще были силы бороться и плакать, но после слез он потерял силы. Как котенок, он только молча дрожал, его рот, сжатый темным указом, не мог быть закрыт, и слюна капала из уголков его губ., падая вдоль тонкой шеи в шейную ямку.

Когда из него извлекли ордер, Тан Нин издал почти тающий всхлип.

Мокрый ордер был возвращен в руку императора. Император слегка кивнул и сказал праведными словами: «Ниан, ты преступница в первый раз. На этот раз тебе будет назначено лишь небольшое наказание. В будущем ты должна быть верна своему мужу и никогда не рожать два сердца."

Холодный и туманный мужской голос отдался эхом в ночи, и все перед ним исчезло. Не было никаких следов ни императора, ни призрака, ни дворца. Казалось, что все, что он только что видел и слышал, было иллюзией Тан Нина.

Если бы не онемение подошв ног,......

Холодный ветер подул на Тан Нина, Тан Нин задрожал и мягкими руками и ногами подобрал одежду и обувь с земли. Поскольку к нему слишком долго прикасались, он непроизвольно свернулся калачиком, когда его ноги коснулись обуви. .

Что это такое и как это называется?！

Тан Нин вздрогнул и поднял зеркало с земли, и обнаружил, что фигура Цзи Кэ действительно появилась на зеркале!

отлично！Нашел это!

Тан Нин взволнованно хотел поделиться новостью с дедушкой Цзи. В это время он внезапно обнаружил, что вокруг стало слишком тихо.

Тан Нин на мгновение опешил и обошел вокруг, держа зеркало, но не услышал медленных шагов позади себя. Он шаг за шагом приближался к душе Цзи Кэ, и позади него не было слышно ни звука.

Тан Нин крепко прижался к зеркалу.

Душа, принадлежащая Цзи Кэ, ведет себя иначе, чем другие обиженные души в этой деревне.

«Джи Кэ» прокрался за дерево, как будто подглядывал за чем-то сквозь ветви.

Дедушка Цзи объяснил, что ты не должен пугать душу. Если ты напугаешь противника так сильно, что душа улетит, то душу никогда не удастся призвать обратно.

Итак, Тан Нин подошел, слегка придерживая зеркало руками и ногами. Он тщательно отрегулировал угол наклона зеркала и, наконец, увидел изображение "Цзи Кэ», выглядывающего в перспективе.——

Это была сверкающая река. Казалось, кто-то принимал ванну в реке. Купание этого человека было очень похоже на купание красавицы из телесериала. Например, сидя на берегу, сначала поиграйте в воде своими красивыми ногами. Порезвитесь.

Тан Нин необъяснимо наблюдал. Не то чтобы он не понимал, почему кто-то должен плескаться в ванне ногами, но он не понимал, почему душа Цзи Кэ была одержима подобными вещами.

Затем человек снимал одежду, зачерпывал воду руками, а затем выливал воду на свое тело.

Шея души Джи Кэ вытянулась еще больше, вероятно, до размеров призрачного зонда.

Волны внезапно вздымались под водой, и мужчина шептал одну за другой. Вся картина, очевидно, ничего не показывала, но она была наполнена неописуемой аурой.

Выражение лица Тан Нина постепенно стало смущенным.

Затем он увидел, что мужчина, который купался спиной к нему, повернулся и показал раскрасневшееся лицо.

Это было лицо Тан Нина.

Тан Нин: «......"

Что это за опыт - обнаружить, что твой товарищ по команде составил свою собственную схему весеннего дворца, когда умирал?

Благодаря за приглашение, он стал кровожадным.

Тан Нин спокойно обвел красную линию вокруг души Цзи Кэ, утаскивая душу Цзи Кэ, которая все еще хотела продолжать подглядывать, как собака, которая не хотела идти домой после того, как выпустила дверь погулять.

Душа Цзи Кэ повернулась, чтобы посмотреть на Тан Нина. Встретившись с лицом Тан Нина, он внезапно потерял силы бороться и послушно последовал за Тан Нином.

Тан Нин вообще не мог быть счастливее.

Человек, который должен был быть самым счастливым, ушел.

Тан Нин перенес душу Цзи Кэ в комнату Цзи Ляньюня через красную линию, и его глаза обнаружили тело Цзи Кэ, лежащее в углу. Тан Нин снял красную линию, обернутую вокруг кончиков пальцев, и привязал ее к телу Цзи Кэ, так что один конец красной линии был соединен с Цзи Кэ. Тело Цзи Кэ было соединено с одним концом.

Под пристальным взглядом Тан Нина красная линия продолжала дрожать. я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем красная линия упала на Цзи Ке. Цзи Ке, который долгое время был в коме, медленно открыл свой неповрежденный правый глаз. После того, как он увидел Тан Нина, первое предложение, которое он произнес, было：

« Будь осторожен, Цзи Ляньюнь!"

Глава 63 Призрачный Муж

Тан Нин не ожидал, что Цзи Кэ скажет, когда проснется, вот что. Он подсознательно посмотрел на Цзи Ляньюня в гробу. Убедившись, что собеседник все еще спит, Тан Нин повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Кэ.

Цзи Кэ также осознавал, в какой обстановке он находился в это время. Он натянуто взглянул на Цзи Ляньюня. Выражение его лица не было таким, будто его поймали на том, что он говорил плохие вещи о людях, но мышонок повернул голову и встретился взглядом с котом.

Цзи Кэ повернул голову с землистым выражением лица и увидел Линь Юня, который снова лежал на земле без сознания. У Линь Юня на лице было несколько отпечатков грязных ботинок, и он не знал, кто на них наступил.

Цзи Кэ ничего не ответил. Он достал из кармана свой мобильный телефон, набрал строчку на табличке удобства, а затем перевел ее Тан Нину.：

«Я видел Цзи Ляньюня с двумя тенями!"

Правое веко Тан Нина дернулось, и после последней копии у него возникло неописуемое ощущение от теней.

Хотя сверхъестественный тип этой копии отличается от предыдущей, для человека очень странно иметь две тени при любых обстоятельствах.

Цзи Ляньюнь сказал, что она часто теряет сознание и не знает, что с ней происходило, когда она бодрствовала. Тан Нин смогла утешить себя тем, что это могло быть психическим заболеванием, но она вспомнила то, которое только что пережила......

Пальцы ног на некоторое время подогнулись, а корни ног все еще были мягкими.

——»Тан Нин, вам известно о преступлении?"

——»Если у вас есть муж, вы более замужем, и вы пугливы."

Слова, произнесенные холодным мужским голосом, эхом отозвались в его голове, и глаза Тан Нина расширились.

Может быть, он не просто женился на Цзи Ляньюнь, а женился на двух людях сразу?

Два Цзи Ляньюня на первый взгляд выглядят очень похожими, но есть очень отчетливые различия в тоне и индивидуальности. Один говорит многословно, а другой не сильно отличается от того, как говорят современные люди. Один выглядит мягким, но на самом деле сильный, а другой......Кажется ли это действительно нежным?

Тан Нин не был уверен в своих суждениях, в конце концов, он никогда не был прав, глядя на людей.

Итак, кто же из них настоящий Цзи Ляньюнь?

никакой......

Некоторое время мозг Тан Нина гудел, и внезапно он понял, в чем настоящий ключ.——

Что ему нужно, так это отличить, кто из них настоящий Цзи Ляньюнь, который пугает призраков!

Единственная цель его брака - найти амулет. Было бы лучше, если бы два Цзи Ляньюня могли заставить призраков бояться, но на тот случай, если один не сможет......

Тан Нин протянул руку и прикрыл лоб, пытаясь напомнить себе о том, что произошло, когда он ввел копию.

Система только сказал, что восьмизначный пояс Цзи Ляньюня был «благородным Куйганом". От начала и до конца система никогда не говорила, что восьмизначный пояс Цзи Ляньюня заставил его не бояться призраков. Это утверждение было добавлено Линь Юном.

Черт возьми, Тан Нин нахмурился. Он беспокоился, что на этот раз система снова будет такой, как раньше, вроде бы указывая путь, но на самом деле загоняя его в переулок, совсем как в первом экземпляре. В то время он очень доверял системе и спросил систему, что делать дальше. Система сказал, что для того, чтобы запечатать призрачного ребенка, нужно найти кого-то действительно способного к самосовершенствованию.

Именно это предложение сделало доверие Тан Нина к боссу Хао и хранителю гробницы очень высоким.

Однако это действительно так, Мо Юнчу действительно мастер самосовершенствования.

Во второй копии система сказал, что не может смотреть прямо на монстра, и Тан Нин так и не понял, что монстр был его тенью.

Накопилось две копии, и третья копия, Тан Нин, не хотела общаться с системой, если только его дух не был слишком напряжен, и система не высмеивала его, чтобы разрядить его настроение.

Оставив в стороне мысленный анализ системы, Тан Нин напряг мозги и начал вспоминать. Он вспомнил, что встретил в лесу бумажного человечка, несущего носилки, и в носилках было ужасное существо, которое кого-то искало.

Затем он вошел в деревню Цзицзя и встретил Цзи Ляньюня, который был неизлечимо болен. В то время Цзи Ляньюнь был очень мягким и непохожим на древних. Он знал акупунктурные точки и растительные лекарства. Он был очень добр к нему и помогал ему разминать стопы.

Затем пришел Цзи Кэ, чтобы отдать свадебное платье. Это свадебное платье принадлежало человеку в гробнице, и Линь Юнь также отдал приданое. Приданое принадлежало человеку в гробнице. Он надел свадебное платье, взял приданое и пошел к носилкам, которые он видел в лесу.

Когда они венчались в молитвенном зале, гости, которые приходили и уходили, ходили на цыпочках, в отличие от живых людей. У гостей, которые были в пещере, было необычное поведение, и они совсем не были похожи на жителей этой деревни.

В то время «Цзи Ляньюнь» был в хорошем настроении, разговаривал как древний человек и прикасался к своим рукам и ногам. Хотя все они прижимали ноги, один действительно массировал, а другой делал это...То же, что и веселье.

Эрген забрался в красный туман, и Тан Нин с трудом мог вспомнить это. Что я должен сказать?От стойкого запаха прозрачного вина капли пота скатывались с бледной груди, а высокая переносица навязчиво прижималась к нему. Он пнул мужчину, и его тонкие руки крепко обхватили лодыжки. Мужчина тихо засмеялся и что-то сказал......

——»Это так ароматно, что я готов умереть ради этой леди."

Тан Нин действительно больше не может этого помнить. Парень, который был настолько плох до крайности, был просто одет в мягкую куртку, которая казалась привлекательной. Если бы этого парня внезапно не вырвало кровью в тот момент, Тан Нин не мог представить, что случилось бы с ним дальше. .

«Что с тобой такое?- Обеспокоенно сказал Джи Кэ.

Человек, стоявший перед ним, протянул руку, чтобы прикрыть лоб, как будто человек с лихорадкой проверял температуру своего тела. Румянец выступил на белоснежной коже, а кончики ушей покраснели до крови. Услышав его вопрос, человек, стоявший перед ним, в панике опустил руку, его черно-белые глаза смотрели на него, как у ребенка, ресницы дрожали.Позади дрожали вода и свет.

С такими глазами Чжи Кэ необъяснимым образом вспомнил сцену, когда на него налетел знакомый, когда он впервые мастурбировал.

Но в то время он определенно не был похож на Тан Нина......

И Си Ни в этих глазах почти хотел затащить прохожих в странный водоворот. Во рту у Цзи Кэ пересохло, а телу стало жарко, но Тан Нин перед ним разобрался в своих эмоциях и спокойно встал перед ним, держа в руках листок бумаги. Соблазнительное лицо, которое ничего не знало, осторожно приблизилось к его уху и тихо прошептало: «Я понимаю."

знаешь что——

Сердце Цзи Кэ бешено колотилось. Может быть, дело было в том, что Тан Нин только что сильно вспотел. Когда жара была невыносимой, он почувствовал очень тонкий слой аромата на теле Тан Нина. Он не мог описать, что это было. Пахнет лучше, чем любые духи, но слишком легкий.

С этим кусочком белоснежной кожи, болтающимся перед ней, Цзи Кэ захотелось встать, уткнуться лицом в тело Тан Нин и хорошенько понюхать, чем оно так пахнет.

« Просто сейчас я слишком устала.Легкий и мягкий голос Тан Нина продолжал звучать в его ушах.

Цзи Кэ почти не смогла удержаться, чтобы не протянуть руку и не обнять Тан Нин за талию.

Тан Нин, который был рядом с ним, на мгновение растерялся и, открыв глаза, непонимающе посмотрел на него.

Цзи Кэ не знал, что он сейчас делает, но он не мог позволить себе отпустить его: «Ты слишком устала, я обниму тебя»."

Тан Нин оттолкнул руки Цзи Кэ и растерянно сказал: «Я имею в виду, я сейчас слишком устал. Сначала я сделаю перерыв. Когда Линь Юнь проснется завтра, мы обсудим это вместе."

Цзи Кэ тоже пришел в себя и быстро отпустил его руку.

«ты...Вы помните то бдение.- Прошептал Тан Нин, и Цзи Кэ быстро кивнул.

Тан Нин коснулся своего носа и смущенно обернулся. На самом деле, его не очень заботили такого рода объятия, пока он не увидел, о чем думал Цзи Кэ в своей душе.

Просто глядя на эту фотографию, я действительно чувствую себя странно.

Тан Нин немного неловко повернул голову и снова наткнулся на ошеломленный взгляд Цзи Кэ. Тан Нин был так смущен, что не знал, что делать, поэтому с невозмутимым видом открыл шкаф. Достав постельное белье, он положил одеяло в гроб, а затем забрался внутрь сам..

«Кто ты такой?Озадаченный вопрос Цзи Кэ донесся из-за его спины.

Тан Нин накрыл одеялом половину тела Цзи Ляньюня. Гроб был так переполнен, что он мог спать только боком, и половину его тела приходилось прижимать к Цзи Ляньюню.

Спать в таком состоянии определенно неудобно, но Тан Нин все равно упрямо втиснулся в гроб и уверенно ответил Цзи Кэ, который подошел поинтересоваться: «Спи."

Сказав это, независимо от реакции Цзи Кэ, Тан Нин сама закрыла глаза, крепко обхватила руки Цзи Ляньюня обеими руками и прижалась ногами к ногам Цзи Ляньюня.

Цзи Ляньюнь был холоден и неподвижен.

Держать его на самом деле совсем не неудобно.

Но Тан Нин все равно крепко обнял этого человека.

Просыпайся быстро, независимо от того, какой это Цзи Ляньюнь, просыпайся быстро.

Он молился так в своем сердце.

Всегда напряженные нервы медленно расслабились рядом с Цзи Ляньюнем, и долго подавляемая сонливость и изнеможение охватили Тан Нина, и он заснул.

Ему приснился сон.

В его сне Цзи Ляньюнь и он были гармоничной парой. Они были послушны и внимательны к нему, так что ему не нужно было выходить на работу или заниматься домашним хозяйством. Каждый день, как только он открывал глаза в постели, Цзи Ляньюнь приносил к кровати таз для умывания и зубную щетку и тщательно вытирал его тело., Затем кормил его едой, ждал, пока он насытится и напьется, затем массировал его тело и воспитывал в нем брезгливость.

Это так вкусно. Тан Нин в своем сне очень наслаждается этим. Он также подумывал о том, чтобы встать с постели, но Цзи Ляньюнь не позволил ему, сказав, что ноги Тан Нина были такими нежными, что ходить было бы больно.

Цзи Ляньюнь обслуживал его весь день, а когда наступила ночь, Тан Нин уютно устроился в объятиях Цзи Ляньюня и не смог удержаться, чтобы не спросить: «Ты так добр ко мне, чем я могу тебе отплатить?»"

Цзи Ляньюнь ласково сказал: «Госпожа может покормить меня ночью."

Как только голос стих, из-за спины Цзи Ляньюня появился второй Цзи Ляньюнь. Он улыбнулся и сказал: «Один рот сверху и один рот снизу в самый раз."

......

Тан Нин внезапно открыл глаза и чуть не закричал, когда проснулся!

Поскольку Джи Кэ стояла перед гробом, глядя прямо на него, ее глаза были неописуемо странными.

Тан Нин в страхе накрылась одеялом, обнажив только половину лица, и всем телом прижалась к телу Цзи Ляньюня.

«Ты проснулся.- Странно сказал Джи Кэ.

Эти глаза все еще смотрели на Тан Нина с паническим выражением. Пока Тан Нин думал о том, что Цзи Кэ становится все более и более извращенным, Цзи Ке внезапно протянул Тан Нину свой мобильный телефон.

Тан Нин на мгновение заколебался, нервно протянул руку и взял телефон.

На мобильном телефоне есть видео. Человек на видео сидит прямо в гробу с закрытыми глазами, а Джи Кэ не отвечает ни на какие звонки.

Затем мужчина с трудом вылез из гроба, закрыл глаза и нашел в углу комнаты маленькую деревянную шкатулку, в которой лежало приданое.

Голова Тан Нина онемела, когда он увидел это, потому что человеком на видео был он сам.

И он был уверен, что у него нет проблемы лунатизма.

То, что он сделал в следующем видео, заставило волосы Тан Нина встать дыбом еще больше.——

Он увидел себя выходящим из дома с деревянной шкатулкой в руках, удаляющимся шаг за шагом вдаль и остановившимся только тогда, когда дошел до колодца в деревне.

Он открыл деревянную шкатулку и высыпал все золотые и серебряные сокровища, находившиеся в шкатулке, в колодец.

Глава 64: Призрачный Муж

Тан Нин был совершенно ошеломлен, когда увидел это, как будто на него зимой плеснули кастрюлей ледяной воды!

Цзи Ляньюнь, организатор церемонии придания, сказал, что оно не может быть использовано!Это будет возвращено!А теперь он на видео действительно высыпал все подарки из приданого в колодец!

Неважно, упадет ли она где-нибудь в другом месте, но в этом колодце есть черноволосый призрак!

Тан Нин тупо наблюдал, как он напряженно поворачивается на видео, все еще с закрытыми глазами, держа в руке пустую деревянную коробку, отбрасывает ее в сторону по своему желанию, а затем шаг за шагом возвращается назад.

Цзи Кэ, который снимал видео, казалось, некоторое время колебался, но в конце концов протянул руку и поднял деревянную коробку, чтобы не отставать от Тан Нина.

На видео Тан Нин медленно возвращается в комнату, лежа в гробу, как зомби, в сопровождении Цзи Ляньюня, который тоже был похож на мертвое тело, вся картина была на редкость преступной.

Теперь Тан Нин понял, почему Цзи Кэ посмотрел на него таким странным взглядом, как только открыл глаза.

«У вас сложилось впечатление об этих вещах, которые вы сделали?- Спросил Джи Кэ.

Тан Нин покачал головой. Если бы Цзи Кэ не снял видео, он бы даже подумал, что кто-то украл эти вещи, когда он проснулся.

«У тебя проблемы с лунатизмом?Джи Кэ продолжал спрашивать.

Тан Нин продолжал качать головой. Все это время он находился под сильным психологическим давлением, но перед входом в игру он мог подтвердить, что не будет ходить во сне, потому что после того, как у него появилась кошка, он установил наблюдение за домом, и именно его кошка каждую ночь разгуливала по дому. Кошки.

Джи Кэ замолчал.

Слабый утренний свет проникал сквозь дыру в двери. Было шесть часов утра. Наступил рассвет. В деревне все еще было тихо. Не было ни кур, ни человеческих голосов. Цзи Ляньюнь и Линь Юнь оба были без сознания в доме.

Хотя произошла серия странных вещей, они пережили эту ночь.

Цзи Кэ поднял Линь Юня и продолжал трясти. После долгой тряски Линь Юн наконец открыл глаза. Он прислонился к стене и посмотрел мимо Цзи Кэ на Тан Нина.

Одетая в свободную и плохо сидящую одежду, Тан Нин сидела на гробу в оцепенении, завернутая в большое красное одеяло, ее белоснежное лицо было лишено всякого кровяного оттенка, при взгляде на него людям хотелось обнять ее и бережно утешить.

«В чем дело?- Голос Линь Юнь был слегка туповатым.

Тан Нин поднял глаза, одеяло соскользнуло с его плеч, а вырез стал немного шире, но владельца одежды эти детали не волновали: «Многое произошло, когда ты был в коме»."

Линь Юнь посмотрела на Цзи Кэ, ее глаза, казалось, спрашивали: «Младший брат, что с тобой?»

Цзи Кэ снова посмотрел на Линь Юня тем же взглядом.

Тан Нин не заметил, что они встретились взглядами. Он встал из гроба и вышел из комнаты вместе с Линь Юньцзи Ке. Они втроем стояли в ярко освещенной деревне и тихо разговаривали.

Все рассказали им обо всем, с чем они столкнулись прошлой ночью. Изначально Тан Нин хотел кратко упомянуть о своей пещерной комнате, но он не ожидал, что тот будет расплывчатым, Линь Юнь внезапно торжественно сказал: «Если быть точным, то каждая информация сейчас очень важна для нас - Цзи Ляньюнь был в пещерной комнате. Что я тебе сделал?"

Тан Нин покраснел: «Нет необходимости упоминать об этом, не так ли?»"

Цзи Кэ серьезно сказал: «Я думаю, это очень необходимо. Возможно, это как-то связано с твоим ненормальным поведением - потерей своего приданого поздно ночью."

Два острых взгляда одновременно упали на Тан Нина. Тан Нин был похож на птенца, которого выбили из скорлупы, мокрого и скользкого, растерянно смотрящего на незнакомый мир.

Длинные ресницы были неестественно опущены, Тан Нин опустил голову и прошептал: «Мы неосторожны......Поцеловались вместе."

«поцеловать？Как правильно целоваться?Ты только прикоснулся к своим губам или засунул внутрь язык?Голос Линь Юнь был очень холоден.

Мягкие губы сомкнулись один за другим, и были произнесены слова, которые стыдно было произносить: «......Только коснулась его губ."

Цзи Кэ спросил сбоку: «Почему ты прикоснулся только к своим губам?»Ты это скрываешь?"

Тан Нин быстро покачал головой: «Я действительно только прикоснулся к своим губам, а потом он просто...»....."

Цзи Кэ и Линь Юнь оба твердо смотрели на него.

Тан Нин снова опустил голову, посмотрел на свои пальцы ног и с трудом произнес: «Затем он начал развязывать мой ремень."

Когда дело дошло до этого дела, Тан Нин очень легкомысленно пожаловался Линь Юню: «Пояс, которым ты меня привязал, был слишком туго, и ему потребовалось много времени, чтобы развязать его."

Цзи Кэ непонимающе посмотрел на Линь Юнь.

Линь Юнь проигнорировал Цзи Кэ, он продолжал спрашивать: «Тогда что?"

Тан Нин закрыл глаза и яростно сказал себе: «Он...Я снял обувь и связал себе руки и ноги ремнем."

Сказав это, пальцы Тан Нина скрючились, и на его запястьях все еще виднелись красные следы, похожие на следы, оставленные нежными лепестками после того, как их вытащили из воды его ногтями.

Звук дыхания в воздухе стал немного тяжелее.

«Что произошло дальше?- На этот раз спросил Джи Кэ.

Тан Нину было так стыдно, что он чуть не заплакал, он действительно не хотел продолжать: «Он позвонил моей госпоже, попросил меня называть его мужем и...»....."

Влага потекла из уголков его красных глаз, и Тан Нин почти опустил голову на грудь, его тонкие белоснежные пальцы были переплетены вместе, а в напряженном голосе слышались нотки плача.

«готово。Я понял это.Линь Юнь прервал заявление Тан Нина: «Давайте поговорим о том, что произошло после того, как Цзи Кэ вышел из комы»."

Тан Нин с облегчением поднял голову, в этих ясных глазах вспыхнул трепет, благодарный взгляд упал на лицо Линь Юня, совершенно забыв о том, кто заставил его произносить эти постыдные вещи слово в слово в первую очередь.

Цзи Кэ холодно посмотрел на Линь Юнь.

В это время Тан Нин начал пытаться естественно рассказывать о других вещах. Когда он упомянул, что отправился на зов души и встретил Янь Ло, Линь Юнь сказал вслух: «Невозможно."

Тан Нин озадаченно посмотрел на Линь Юнь.

«Для тебя невозможно увидеть Янь Ло.Линь Юнь категорично заявил: «Только копии уровня сложности S будут иметь «бога», а копии уровня B ни в коем случае не могут иметь такого существования»."

«Есть только одна возможность: вы столкнулись с призраком, обманывающим людей."

Тан Нин на мгновение опешил, вспомнив, что прошлая ночь была действительно странной. Как мог Янь Ло сказать о таком преступлении и назначить такое наказание?Оказалось, что это был вовсе не серьезный Янь Ло.

«С какой целью призрак это делает?- Спросил Джи Кэ.

«Перед уходом призрак сказал: 'В будущем ты должна быть верна своему мужу, и у тебя не должно быть двух сердец'.Линь Юнь предположил: «Возможно, в этом и заключается его цель»."

«Он хочет, чтобы вы выбрали одно из двух. Конечно, это должно быть именно ваше имя. Ваш муж - это ваше эксклюзивное имя для него. Это уже ясно.»По какой-то причине, когда речь заходила о второй половине предложения, тон Линь Юнь звучал немного странно.

Чжи Кэ нахмурился и сказал: «Потребовалось так много усилий, чтобы создать такую фантазию, просто чтобы сказать это?"

«Может быть, он пошел на все, чтобы специально поцарапать ноги Тан Нина?»"

Цзи Кэ тоже был убежден, как только прозвучало это заявление.

Линь Юнь уставился на Цзи Кэ: «Ты сказал, что видел две тени на теле Цзи Ляньюня. Ты уверен, что правильно прочитал?»"

Цзи Кэ твердо сказал: «Я ясно видел две тени, отраженные на стене."

Линь Юнь закрыл глаза, некоторое время молчал, затем открыл глаза и сказал: «Я думаю, что призрак на Цзи Ляньюне, скорее всего, тот самый жених-призрак, которого мы встретили в лесу. И он, и Цзи Ляньюнь хотят жениться на Тан Нин»."

И Тан Нин, и Цзи Кэ согласились с этой точкой зрения.

«Теперь у меня есть три предположения, одно из которых - восьмизначный призрак Цзи Ляньюня, так что призрачный жених может появляться на нем только время от времени. Если это так, нам нужно помочь Цзи Ляньюню ослабить силу призрачного жениха."

«Второе предположение заключается в том, что гороскопы Цзи Ляньюня на самом деле не работают. Что действительно пугает призраков, так это свирепые призраки, населяющие его."

« А как насчет третьего?- Тихо спросил Тан Нин.

- И Цзи Ляньюнь, и призрачный жених оказывают на призрака сдерживающее действие.- Холодно сказал Линь Юнь.

Тан Нин искренне надеялся, что это была третья догадка, так что независимо от того, в каком состоянии находился Цзи Ляньюнь, он мог отпугивать призраков.

«Тан Нин, ты раньше говорил, что, когда Цзи Ляньюнь был в коме, темноволосый призрак этого не боялся.Выражение лица Линь Юна было чрезвычайно серьезным, когда он сказал это.

Тан Нин кивнул.

«Я предполагаю, что когда они будут бороться за контроль над своими телами, они потеряют способность сдерживать призраков. Обычные призраки могут воспользоваться пустотой и войти. В данном случае......Линь Юнь торжественно сказал: «Даже если они не борются за физический суверенитет, мы должны помочь одному из них бороться за это»."

«Если они будут равны, Цзи Ляньюнь надолго впадет в кому.В чем разница между этим браком и тем, чтобы не выходить замуж?"

Тан Нин быстро кивнул: «Тогда кому из них мы должны помочь?»Что мне следует делать?"

Линь Юнь тихо спросил: «Ты можешь сказать мне, какая карта тебе досталась в этой игре?»"

Тан Нин на мгновение заколебался, стиснул зубы, наклонился к уху Линь Юня и прошептал настройки карты.

[Настройка карты Рапунцель 1: Тесный контакт с вами может принести пользу определенным существам]

[Расклад карты Рапунцель 2: Принц и ведьма оба хотят Тебя]

Выслушав это, Линь Юнь пристально посмотрел на Тан Нина и без колебаний сказал: «Ключ у тебя!"

«Ты взяла приданое призрачного жениха, надела свадебное платье, подаренное призрачным женихом, и села в паланкин призрачного жениха. Человек, который появился перед тобой и женился на тебе, был призрачным женихом."

«Если ты не забрал эти вещи в то время, то это должен был быть Цзи Ляньюнь, который женился на тебе."

« Приданое.Линь Юнь пробормотала: «Цзи Ляньюнь попросила тебя вернуть приданое, указав, что возвращение его призрачному жениху нанесет ущерб»."

«Затем ты идешь к устью колодца посреди ночи, чтобы выбросить приданое. Призрачный жених должен был это сделать. Он не хочет, чтобы ты возвращал приданое."

Тан Нин проследил за мыслями Линь Юня и почувствовал, что в этом есть смысл, но он вспомнил слова дедушки Цзи и не смог удержаться, чтобы не сказать: «Но дедушка Цзи сказал, что он не хотел выходить замуж за призрачного жениха, отказываясь от приданого."

«Я не знаю, почему у тебя сложилось хорошее впечатление об этом npc из твоих слов, но ты должен помнить.Выражение лица Линь Юна было безразличным: «В копии игры не верьте никому из этих NPC»."

«Они могут слушать половину того, что они говорят, но они не должны верить всему.Вы сказали, что метод кровавого жертвоприношения был предложен дедушкой Джи. Это ни в коем случае не добродетельный человек, который может предложить этот метод. Я даже подозреваю, что все жители деревни пошли к могиле человека в гробнице, чтобы преклонить колени и извиниться. Эффект был лучше, чем от кровавого жертвоприношения."

«В конце концов, согласно словам Цзи Ляньюня, их деревня - это деревня, охраняющая могилы, и их предки были людьми, охраняющими могилы. После того, как жители деревни украли сокровище, они устроили ярмарку в храме, чтобы утихомирить гнев этого существа."

«Как ты думаешь, ключевой момент заключается в проведении храмовой ярмарки?Линь Юнь спокойно сказал: «Главное в том, что они потомки первоначальных хранителей гробниц»."

«Я думаю, даже если вы не устраиваете ярмарку в храме, не преклоняете колени перед могилой и горько плачете, эти люди могут добиться понимания."

Выслушав анализ Линь Юня, Тан Нин внезапно понял, что слова Линь Юня были несравненно разумными. Он поспешно спросил: «Дедушка Цзи лжет мне?»"

Линь Юнь, который красноречиво говорил, купался в восхищенном взгляде Тан Нина, и его глаза остановились: «Если проанализировать это с точки зрения зла, то дедушка Цзи, возможно, заключил какую-то сделку с призрачным женихом. Во имя призвания души он посвятил тебя в качестве дани призрачному жениху. Затем Цзи Кэ был найден."

Глаза Тан Нина расширились. Действительно, Цзи Кэ, которого раньше нигде не было видно, появился в зеркале в тот момент, когда он очнулся от своей иллюзии.

«Так что очень вероятно, что дедушка Джи придумал ложь, чтобы ты не осмелилась забрать приданое.Линь Юнь некоторое время молчал. «Конечно, это не исключает, что мои предположения неверны. В конце концов, предположения - это всего лишь предположения. я могу провести анализ только на основе имеющейся информации..."

«Возможно, кто-то дал нам неверную информацию."

Тан Нин был совершенно ошеломлен и безучастно спросил: «Что нам теперь делать?»"

«Самый безопасный способ - выбросить половину и оставить половину себе.Линь Юнь посмотрел на Тан Нина, который все еще был в замешательстве, и тот перевел: «С точки зрения непрофессионала, есть две лодки на одной ноге. Если ситуация изменится, одна из них будет спущена на воду вовремя»."

Теперь Тан Нин понял.

Он сразу раскололся.

Глава 65: Призрачный Муж

Есть две лодки, одна из которых все еще является призраком. Как только лодка перевернется, я боюсь, что ее проглотят так, что не останется костей. Тан Нин сглотнул слюну и тихо спросил: «Что именно я собираюсь делать?»"

« Вы когда-нибудь разводили рыбу?- Спросил Линь Юнь.

«Я поднял этот вопрос.Тан Нин был немного ошеломлен, не понимая, почему Линь Юнь вдруг задал этот вопрос, но все же ответил серьезно: «Это маленькая золотая рыбка. Позже, когда я вырастил кошку, рыбку отдали»."

Линь Юнь и Тан Нин смотрели друг на друга несколько секунд, только чтобы увидеть его собственное лицо в этих ясных глазах, настолько чистых, что он услышал свой вопрос: «Вы когда-нибудь были влюблены?»"

Тан Нин на мгновение растерялся и немного смущенно кивнул: «Я говорил об этом."

«несколько？- Спросил Линь Юнь.

Тан Нин некоторое время молчал и необъяснимым образом почувствовал душевное состояние двух лодок: «......два。"

« Ты не принесешь воды?Сделайте одно и то же дважды, не будьте слишком пристрастны к одной стороне.Линь Юнь, казалось, спокойно сказал: «Я не уверен, как повлияет на тебя твой близкий контакт с ними, поэтому я предлагаю, чтобы, если ты поцелуешь одного из них, не оставлял другого без внимания»."

Глаза Тан Нина расширились, он не мог поверить в то, что услышал.

Линь Юнь четко сказал: «Призрачный жених поцеловал тебя вчера. Для равновесия, когда появится Цзи Ляньюнь, тебе лучше поцеловать его в ответ."

После паузы Линь Юнь снова сказал: «То же самое верно и для дальнейших действий."

Тан Нин был совершенно ошеломлен.

«В чем дело?»На самом деле, Линь Юнь с первого взгляда понял, что прогресс Тан Нина и призрачного жениха еще не дошел до конца. Дело было не в том, насколько он привлекателен, а просто в телосложении Тан Нина".——

Голос не нем, дорога все еще может идти сама по себе, а талия может стоять прямо, прекрасная, как маленький лебедь, очевидно, нет.

Тан Нин быстро покачал головой.

Он закусил губу, но в конце концов не сделал того, что сделал этот человек......Говори правду.

« То, что находится в колодце, не так-то просто взять.Линь Юнь предложил: «Давай сейчас подберем жемчужину»."

Ранним утром, еще до того, как выглянуло солнце, окрестности затянуло туманом, окна и двери окружающих домов были закрыты, а красные фонари, свисающие с мертвых деревьев, внезапно стали красными в мрачной деревне.

Когда Тан Нин проходил мимо каждого дома, по его спине пробегал легкий холодок. Он видел эту сцену в зеркале. Там был сине-белый труп, свисающий с окна и карниза. Смерть была жалкой и обиженной. Разум подсказывал Тан Нину не смотреть, не смотреть, но когда мышцы его спины задрожали до предела, Тан Нин не смог удержаться и оглянулся.

Там ничего нет.

Пустой дом обдувался утренним ветерком и издавал слабый стон.

Тан Нин ошеломленно повернул голову, и в какой-то момент все его тело начало напрягаться.

Только когда он шел между Цзи Кэ и Линь Юнем, он чувствовал себя немного в безопасности. Есть нечто, называемое «популярностью", которое относится к дыханию живых. Это дыхание, точно так же, как солнце, может рассеять некоторую холодность.

На самом деле, если возможно, Тан Нин действительно хотел бы прогуляться рука об руку с Цзи Кэ или Линь Юном. Он действительно не может ходить по этой деревне в нормальном состоянии духа после того, как увидел такую ужасающую картину прошлой ночью. .

Просто Цзи Кэ и Линь Юну приходится присесть на корточки, чтобы подобрать жемчужины, и у них нет времени ухаживать за ним. Рассыпанные жемчужины разбросаны по всем углам, на заброшенных сельскохозяйственных угодьях, на брошенных шлифовальных дисках и перед ступеньками, заваленными опавшими листьями......

Времени очень мало, и они должны вернуться в Танцзякунь пораньше. Тан Нин не хочет тащить всех вниз из-за страха.

Сжав кулаки, пытаясь подавить слабую дрожь, охватившую все его тело, Тан Нин с трудом присел на корточки, протянул руку и коснулся жемчужины.

В тот момент, когда кончики его пальцев коснулись жемчужины, внезапно появилась фигура мальчика-призрака, лежащего на земле и играющего с жемчугом. Он протянул руку и вытащил свои глазные яблоки, вставил жемчужины в глаза, а затем ухмыльнулся и протянул глазные яблоки Тан Нину. .

Как только ноги Тан Нина расслабились, он, прихрамывая, опустился на землю с корточек.

«В чем дело?»Цзи Кэ обратил внимание на Тан Нина. Он сунул горсть жемчуга в карман и спросил Тан Нина.

Тан Нин с трудом поднял голову и увидел незабываемую сцену из своей жизни——

Позади Цзи Ке выстроились бело-голубые дети-призраки. Они словно играли с орлами, чтобы поймать птенцов. Маленькие ручки позади них были положены на тело перед ними, одна рука за другой, пока не упали на колени Цзи Ке. Далее.

«Ваша нога немного затекла после долгого сидения на корточках?»С этими словами Джи Кэ ударил себя по ноге, и мальчики-призраки позади него повернули головы и странно улыбнулись Тан Нину.

Тан Нин не мог произнести ни слова, застрявшего у него в горле.

«Что с тобой такое?Линь Юнь, который наклонился, чтобы поднять жемчужины, тоже поднял голову и спросил.

Мальчик-призрак, сидевший на плечах Линь Юня, покачал ногами, ухмыляясь и протягивая руку, чтобы дотянуться до жемчужины в руке Линь Юня. Когда жемчужину положили в карман Линь Юня, мальчик-призрак, который секунду назад улыбался, уже в следующую секунду побагровел, уставившись в никуда обиженными глазами.Линь Юн из инспекции.

Тан Нин, казалось, не мог дышать, его ладони упирались в землю, голос неудержимо дрожал: «Не поднимайте это......"

Все дети-призраки одновременно повернули головы, уставившись на Тан Нина.

Только тогда Тан Нин понял, насколько наивным был метод Линь Юня раньше.

Борьба между Цзи Ляньюнем и призрачным женихом была не тем, во что они могли вмешаться от начала до конца.

«даже...бросать......Тан Нин изо всех сил старался не менять тона своего голоса.

После того, как он сказал это, у всех призрачных детей появились обиженные глаза, как будто Тан Нин был виновником, который отнял у них игрушки.

Жемчужины разлетелись повсюду, поняв, что происходит, Цзи Кэ и Линь Юнь молча подняли Тан Нина, который безвольно лежал на земле, и пошли обратно, держа Тан Нина с одной стороны и одного с другой.

Ноги Тан Нина были мягкими, как лапша, а из уголков его глаз потекли слезы страха. Он не хотел оглядываться назад, но теперь казалось, что он был единственным, кто мог это видеть.

Тан Нин медленно, с дрожью повернул голову. Он увидел, что длинная тропинка была полна маленьких бело-голубых тел. Они были покрыты, казалось, бесконечным туманом, но его холодный и обиженный взгляд прошел сквозь утренний туман и был твердо прикован.К Тан Нину!

Душа Тан Нина кричала, он задрожал и повернул голову назад, лицом к мрачному лицу мальчика-призрака, стоявшего перед ним.

Обратный путь тоже перекрыт!

никакой！Не ходи туда!

Мягкое тело внезапно обрело силу, и Тан Нин схватил Цзи Кэ и Линь Юнь, которые все еще хотели двигаться дальше. Его руки нужно было вытянуть очень низко, чтобы коснуться рук этих двух людей.——

Тан Нин на мгновение опешил и увидел, что держит две маленькие голубые ручки.

Мальчики-призраки слева и справа подняли головы и ухмыльнулись ему.

закончить。

Холод пробежал по телу Тан Нина.

« Гм, гм.Послышался слабый кашель, и голос был немного хриплым: «Почему ты вышла на улицу одна?»"

С появлением этого голоса все фигуры мальчика-призрака тоже исчезли. Тан Нин непонимающе поднял голову и увидел Цзи Ляньюня с болезненным лицом. Он сжал руку в кулак, прижал ее к губам и слабо кашлянул.

Цзи Ляньюнь, которого, казалось, сбил с ног порыв утреннего ветерка, медленно подошел к Тан Нину, снял свое пальто и аккуратно набросил его на плечи Тан Нина: «У него такое уродливое лицо, оно замерзло?»"

Тан Нин дрожащей рукой схватила Цзи Ляньюня за руку.

Рука теплая и прохладная, и она не слишком горячая, чтобы круглый год лежать на больничной койке. Когда вы крепко держите ее, вы можете почувствовать тепло, которое почти прохладное и тонкое.

«У меня такие холодные руки.Цзи Ляньюнь взял Тан Нина за руку и тихо выдохнул. Он тихо сказал: «Что ты делаешь на улице одна?»"

«......Подберите жемчуг.- Сердито сказал Тан Нин.

« Ты выглядишь усталой.Цзи Ляньюнь протянула руки и обняла Тан Нин: «Ты не хочешь сначала вернуться в дом и сделать перерыв?»"

Тан Нин опирался на плечо Цзи Ляньюня, как на кость, все его тело было прикреплено к Цзи Ляньюню, и он даже не хотел думать, выдержит ли слабое тело противника его вес.

«никакой......Его голос все еще был мягким и дрожащим, но в нем сквозило неописуемое упрямство. Между его ресницами просачивалось немного воды и света. Тан Нин вытер эту влагу об одежду Цзи Ляньюня: «Я хочу быть с тобой»."

Цзи Ляньюнь некоторое время смотрел на Тан Нина, затем слегка кашлянул: «Хорошо."

Они отошли на некоторое расстояние, и Тан Нин увидел Линь Юня с талисманом на лбу и Цзи Кэ, тело которого было посыпано грязновато-белым порошком.

Увидев появление Цзи Ляньюня, все вздохнули с облегчением. Линь Юнь и Цзи Кэ сняли подпорки со своих тел, и все молча подобрали жемчужины с земли. Рассыпанные жемчужины были положены в карманы одежды Цзи Ляньюня.

«Кхм.Цзи Ляньюнь продолжал кашлять, Тан Нин нервно подошел к Цзи Ляньюню и получил успокаивающий взгляд от собеседника: «Ты голоден?»- Тихо спросил Цзи Ляньюнь.

За исключением этого бокала вина, Тан Нин ничего не ел весь день, и его желудок онемел от голода. Только когда Цзи Ляньюнь сказал это, он отреагировал и быстро кивнул.

« Я приготовлю тебе кашу позже и съем что-нибудь горячее, чтобы согреть твой желудок.- Осторожно произнес Цзи Ляньюнь.

Тан Нин энергично кивнул, и линия психологической защиты, которая вот-вот должна была рухнуть, была восстановлена обеспокоенными словами Цзи Ляньюня, и на его бледном лице появилось немного крови. Он прошептал: «Другое приданое в колодце»."

Цзи Ляньюнь слегка кивнул, услышав эти слова. Он не спросил, почему тот оказался в колодце, но спокойно сказал: «Хорошо, я понимаю."

Он достал из кармана кусочек шоколада, разорвал упаковку и поднес ее ко рту Тан Нина: «Сначала съешь немного, чтобы смягчить желудок»."

Тан Нин открыл рот и откусил кусочек, и сладкий и жирный запах распространился от его губ и зубов, придав его мягкому телу немного силы.

« Ты все еще можешь пойти одна?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Тан Нин быстро кивнул.

Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Прости, если бы у меня было получше со здоровьем, я смог бы нести тебя на спине."

—— «Нет, ты уже очень здоров!"

Тан Нин не говорил с шоколадом во рту, но его глаза ясно передали это значение Цзи Ляньюню.

Цзи Ляньюнь слегка улыбнулся. Он взял Тан Нина за руку и пошел с Тан Нином по тихой деревне. На этот раз Тан Нин не испытывал чувства, что его заметили, которое заставляло его дрожать.

Это все еще пустой дом или красный фонарь, который продолжает дрожать, но все это стало обычным и незамысловатым.

Через некоторое время они подошли к колодцу.

Цзи Ляньюнь встал у колодца и посмотрел, его глаза были пустыми, как вода, затем он бросил ведро в воду, и ему не потребовалось много времени, чтобы собрать груду мокрых украшений.

Украшения были все мокрые. Цзи Ляньюнь опустил глаза и осмотрел их. Сам он к ним не прикасался. Вместо этого он позволил Цзи Кэ и Линь Юню поработать кули, а сам держал Тан Нина за руку, как будто держал здесь самое драгоценное сокровище. Сокровище.

Эти глаза пристально посмотрели на Тан Нина, и он тихо спросил: «Ты хочешь съесть сладкую кашу или соленую?»"

Глава 66 Призрачный Муж

Начиная с того, что он был напуган и не в своем уме, заканчивая тем, что пил горячую кашу с миской в руке, он все еще беспокоился о том, соответствует ли он своему аппетиту, но между Цзи Ляньюнем была дополнительная разница.

Тан Нин зачерпнул кашу из белых грибов и семян лотоса, приготовленную Цзи Ляньюнем, от кончика языка до желудка, он был полон удовлетворения. Он не ожидал, что каша Цзи Ляньюня окажется такой вкусной. Если бы не Цзи Ляньюнь, который приготовил только маленькую миску, Тан Нин захотел бы выпить еще две большие миски!

Цзи Кэ и Линь Юнь вокруг них держали сухой корм, который дала Цзи Ляньюнь, и грызли, потому что Цзи Ляньюнь сказал, что дома недостаточно еды, а приготовленной каши хватило только на то, чтобы Тан Нин поел один.

«Ешьте медленно, слишком быстрое поедание вредно для вашего желудка.Цзи Ляньюнь посмотрела на аппетитный вид Тан Нин, которая собиралась уткнуться лицом в миску, выражение ее лица стало более мягким: «Когда я приеду к тебе домой, я буду готовить для тебя каждый день»."

Тан Нин взволнованно кивнул, и на середине фразы, глядя на изможденное лицо Цзи Ляньюня, Тан Нин поспешно сказал: «Ты больше отдыхай, я...Я приготовлю для тебя!"

Хотя он сам готовил только лапшу быстрого приготовления и яичницу-глазунью, он также видел, как готовит Мо Юнчу, так что у него не должно быть ничего плохого......ладно？

«так。»Цзи Ляньюнь посмотрел на Тан Нина с легкой улыбкой в глазах. У него была пара нежных и холодных глаз. Когда он смотрел на Тан Нина, его взгляд всегда был нежным и сосредоточенным, а прохладное и слабое послесвечение использовалось, чтобы мельком увидеть постороннего, сидящего в углу.

Однако такого рода предпочтения воспринимались им как нечто само собой разумеющееся, вежливому и представительному трудно заставить людей почувствовать, что ими пренебрегли.

После того, как Тан Нин поел, все его тело почувствовало себя лучше: «Как мне вернуть приданое?»"

« Я верну тебе деньги, не волнуйся.Цзи Ляньюнь вытер уголки губ Тан Нина чистым носовым платком.

После того, как Тан Нин услышал обещание Цзи Ляньюня, он сразу почувствовал облегчение. Хотя Цзи Ляньюнь выглядел болезненно, это заставило Тан Нина чувствовать себя гораздо более защищенным, чем двух товарищей по команде рядом с ним.

Тан Нин чувствовал, что его старая проблема снова разрешилась, зная, что противник был NPC, он все еще хотел подобраться поближе.

Ему нравится тщательная забота Цзи Ляньюня, всегда мягкий тон Цзи Ляньюня, когда он говорит с ним, и нежное выражение лица Цзи Ляньюня.

Он больше склонен к Цзи Ляньюню, чем к призраку жениха, который пугает его каждый раз, когда появляется.

Как кто-то может одинаково относиться к двум людям с чашей воды?

Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня, который собирал посуду и палочки для еды. Цзи Ляньюнь собирал вещи и готовился вернуться с ним в Танцзякунь. Он привез несколько комплектов чистой одежды, травы, свечи и другие предметы первой необходимости, как будто он только что женился. Новобрачный муж, который возвращается в дом своей матери со своей женой.

Этот тяжелый багаж нес Цзи Кэ. Линь Юнь нашел в деревне ветхий четырехколесный велосипед под командованием Цзи Ляньюня. У него был открытый верх, и большая часть краски отвалилась. Цзи Ляньюнь постелил на него пять или шесть слоев постельного белья, и почти все одеяла в доме были накрыты. После того, как он надел его, две подушки превратились в простые валики, что, казалось, было очень хлопотно.

Линь Юнь и Цзи Кэ, которым не терпелось вернуться в деревню Танцзя, не могли этого вынести. В конце концов, они не знали, был ли украден их родной город. Хотя Цзи Ляньюня, казалось, рвало кровью и он терял сознание в любой момент, он даже не смог бы сесть в машину. Цзи Кэ не смог удержаться и сказал: «Кузен, если у тебя есть машина, поезжай в течение часа. Этого достаточно."

Цзи Ляньюнь кивнул, посмотрел на Тан Нина и тихо сказал: «Ты можешь сесть и попробовать."

Все были застигнуты врасплох.

Тан Нин тоже на мгновение растерялся. Он встал на маленькую скамейку, которую Цзи Ляньюнь отодвинул в сторону, Цзи Ляньюнь помог ему забраться в машину, и сел на мягкое одеяло и подушку, нисколько не испытывая дискомфорта.

Увидев, что Тан Нин сидит поудобнее, Цзи Ляньюнь улыбнулся. Он достал из своих рук маленькую бутылочку, вытер невидимые травы из бутылочки кончиками пальцев, а затем осторожно приложил ее к вискам Тан Нина. «Так будет удобнее при езде в машине."

Тан Нин не знал, что сказать, и прошептал: «Спасибо."

Тонкая, натренированная лекарствами рука взяла его за руку: «Что ты можешь сказать мне, спасибо?»Я твой муж."

Машина тронулась, Линь Юнь был за рулем, Цзи Кэ охранял багаж от падения, а Цзи Ляньюнцзе опустил голову и помассировал руку Тан Нина.

Такой деликатный физический контакт всегда утешит не только уставшее тело, но и теплые эмоции, которые лелеют другие, распространятся на блуждающие души вместе. Хотя руки Тан Нина не болят, он некоторое время ничего не мог сказать. Слова отказа.

Он тайком поднял глаза, чтобы посмотреть на Цзи Ляньюня. Золотистый утренний свет пробился сквозь серые облака и упал на ресницы Цзи Ляньюня, превратив его черные глаза в янтарные, которые стали более нежными.

Почему Цзи Ляньюнь так хорошо относился к нему?

Это только потому, что они женаты?

Карта Рапунцель говорит, что определенные существа могут извлечь выгоду из тесного контакта с ним. Имеет ли в виду Цзи Ляньюнь определенные существа на карте?Если да, то кто на карточке - Цзи Ляньюнь - принц или ведьма?

Смятение одно за другим затопляло его сердце, Тан Нин хотел придумать ответ, но его веки постепенно тяжелели, голова немного кружилась, и, наконец, он погрузился в затяжные объятия лекарственного аромата.

Цзи Ляньюнь обнял Тан Нина, который заснул в оцепенении, как самый заботливый муж.

Цзи Кэ увидел, как Цзи Ляньюнь осторожно подняла пальто, лежавшее рядом с ним, и аккуратно накинула его на Тан Нина. Пальто было таким большим, что закрывало большую часть тела Тан Нина. Цзи Ляньюнь также запустила руку в пальто, как будто ее бил озноб. .

Цзи Кэ хотела посмотреть еще раз, но Цзи Ляньюнь, которая пристально смотрела на Тан Нина, внезапно подняла голову и решительно посмотрела на него.

Мягкий и отчужденный, с предупреждением, которое до сих пор звучало недвусмысленно, как если бы хозяин снисходительно смотрел через окно на посторонних, бродящих перед домом.

Возможно, из-за ветра поврежденный левый глаз Цзи Кэ необъяснимо покалывало, настолько болезненно, что даже из его неповрежденного правого глаза текли физиологические слезы. Он прикрыл правый глаз и больше не смотрел в противоположную сторону. Существование.

Конечно, даже если бы он все еще смотрел вверх и наблюдал, прикрытый пальто, он не смог бы разглядеть, что делает эта тонкая рука.

Это пара очень красивых рук, у каждого пальца плавные линии, и даже мышцы на тыльной стороне кисти похожи на тщательно раскрашенные украшения.

Это та рука, которая тихонько достала жемчужину из его кармана, это приданое, которое он должен был вернуть.

Жемчужина, излучающая флуоресцентное белое мерцание, была зажата им кончиками пальцев, и его красивые пальцы медленно извлекли жемчужину из нижнего белья с помощью этой жемчужины, его ладони продолжали тянуться вниз, а кончики пальцев не попадали в свободный пояс брюк......

Четырехколесный автомобиль, ехавший по горам, все время подбрасывало, Джи Кэ прикрыл глаза, кровь в его левом глазу вытекла из марли, а затем потекла из пальцев, слезы в его правом глазу закапали от смущения.

Линь Юнь, управлявший четырехколесным транспортным средством, был поглощен наблюдением за дорожными условиями, остерегаясь потенциальных опасностей, с которыми он мог столкнуться.

Во сне Тан Нин слегка нахмурился. Казалось, ему снилось что-то плохое, и уголки его губ бессознательно издали тихий стон.

Муж, который обнимал его, выглядел очень жалко. Рука, которая, казалось, искала тепла, была вытянута из его пальто. Жемчужина исчезла. Слегка влажные кончики пальцев коснулись середины нахмуренных бровей Тан Нина, чрезвычайно нежно.

Он действительно кажется внимательным и хорошим мужем.

Он думал так удовлетворительно.

Если отличать человека только по запаху, дыханию и по тому, кашляет ли он, разве не легко притвориться другим человеком?

Улыбка в уголках его губ становилась все шире и шире. "Цзи Ляньюнь» опустил голову, и его бледные губы достигли ушей Тан Нина. Звук, который был таким легким, что вот-вот должен был рассеяться на ветру, интересно, достиг ли он ушей человека из его снов: «Вернуться?»"

«да？"

Маленький странный красный огонек вспыхнул в его глазах.

Никто не заметил этой сцены.

......

Тан Нину приснился сказочный сон.

В незнакомой стране жил принц, который искал нежную и хрупкую принцессу. Принц приготовил узкую кровать и постелил на нее много слоев постельного белья. Тан Нин забрался в кровать. Он был слишком сонным и хотел спать после того, как промокнул подушку.

Но мерзкий принц положил горошину под одеяло.

Тан Нин, который был настолько ошеломлен, что не мог уснуть, обиженно подумал: «да, там была маленькая горошинка».Он видел сюжет этой сказки и собирался узнать, какой горох нарушил его сон.

Но, как ни странно, Тан Нин перерыл каждый слой подстилки, но так и не нашел обидную горошину.

Тан Нину было так неловко, что ему захотелось заплакать.

Я не знаю, сколько времени это заняло, появился принц, принц забрал горошину и сказал с улыбкой: «Видишь, эта горошина уже расцвела, и мокрый цветок гороха расцвел прямо на глазах у Тан Нина. Тан Нин был очень удивлен.——

Он удивленно открыл глаза и встретился взглядом с озабоченным лицом Цзи Ляньюня.

« Похоже, ты плохо спал.- Расстроенно сказал Цзи Ляньюнь.

Тан Нин ошеломленно моргнул, влажный туман сгустился в его глазах, и по какой-то причине уголки его глаз покраснели, и его телу стало немного не по себе. Тан Нин подумал, что он действительно плохо отдохнул. После хорошего ночного сна он устал еще больше. Он так устал, что не мог пошевелить пальцем. Похоже, машина действительно не подходит для сна.

Думая о том, как Цзи Ляньюнь всю дорогу обнимал его, Тан Нин еще больше беспокоился о том, были ли руки противника кислыми или нет: «Ты в порядке?»"

Цзи Ляньюнь протянул руку, посмотрел на тонкие пальцы, уголки его губ слегка приподнялись: «Я в порядке."

Как может быть хорошо быть подушкой для человеческой плоти?

Тан Нин с трудом сел, держась за узловатую руку Цзи Ляньюня, и сказал в ответ: «Я пожму ее и для тебя."

Цзи Ляньюнь не стал отказываться.

Тан Нин вспомнила предыдущие техники массажа Цзи Ляньюня и нежно потерла руки Цзи Ляньюня, как маленькая молочная кошечка, пытающаяся покормить грудью свою хозяйку. Это может быть неудобно, но это просто заставляет людей смотреть на это, и их сердца вот-вот растают.

«Вот оно.»Линь Юнь въехал в деревню Танцзя и подъехал к главному входу в духовный зал. Белый венок был прикреплен к двери комнаты, а черный матерчатый пояс слегка трепетал в воздухе. Они не могли ясно видеть сцену внутри дома снаружи, и они могли лишь смутно различать черный и белый цвета. .

Тан Нин выбрался из машины с помощью Цзи Ляньюня. Его ноги были такими мягкими, что в теле не было никакой силы. Первоначально Тан Нин хотел, чтобы его поддерживали Цзи Кэ или Линь Юнь, которые выглядели сильнее. В конце концов, Цзи Ляньюнь тоже больной человек.

Но Цзи Кэ и Линь Юнь, казалось, следили друг за другом. Они вдвоем вышли из машины и направились прямо к Лингтану. Тан Нин мог идти только медленно вместе с Цзи Ляньюнем.

Двое людей, стоявших перед ними, сначала шли быстро, но когда они переступили порог, то внезапно остановились.

Тан Нин был немного озадачен.

Он медленно вошел в зал духов и встал между Цзи Кэ и Линь Юном, лицом к паре ног, которые шатались в воздухе.

Тан Нин с трудом поднял голову и увидел свое тело в белых траурных одеждах, трясущееся в воздухе, как белый фонарь, а свисающий длинный язык был следом крови на фонаре.

«О боже мой!Что с тобой такое?！Почему ты так расстроен?！Сзади раздался печальный голос, и Тан Нин непонимающе повернул голову и увидел вбегающего дядю Вана с пеньковой веревкой, привязанной к его ногам.

Глава 67: Призрачный Муж

«О боже мой!Дядя Ван бросился к висящему трупу. Он забрался на табурет под трупом и протянул руку, чтобы опустить труп, но веревка была привязана так туго, что застряла в плоти и крови. Дядя Ван долгое время был один и не мог снять ее. Он держался за посиневшее до смерти лицо. Отвратительный Хань Минъю крикнул игрокам внизу: «Ребята, что вы делаете в оцепенении?»Давайте вместе спустим его вниз!！！"

Голос, которым он произнес это, был слишком взволнован, отчего труп, который он держал в руках, слегка затрясся от дрожи тона.

Шея Хань Юнью была полностью сломана. Казалось, что кости внутри были сломаны. Только внешний слой кожи все еще соединял голову с телом.

Когда труп дрожал, голова слегка подрагивала, а налитые кровью глаза, казалось, пронизывали каждого молчаливого игрока последним страхом в его жизни.

Все игроки молча стояли в зале духов, спокойно наблюдая за этой сценой дежавю, почти таким же разговором, за исключением того, что имя погибшего игрока стало среди них.

Цзи Кэ, Линь Юнь и Тан Нин, три игрока, которые видели другую сторону дяди Вана, чувствовали себя еще более странно и испуганно.

Тан Нин уставился на пеньковую веревку на лодыжке дяди Вана. Очевидно, он завязал эту пеньковую веревку в самом начале. Было ли это потому, что он завязал ее слишком свободно, так что веревка ослабла?

«Да что с вами такое, ребята?- В любом случае, это и твой брат тоже!Вы, ребята, просто наблюдаете за происходящим, вы все еще люди?！Дядя Ван с тревогой и грустью произнес: «Такой молодой человек, почему он не может думать об этом так же много, как старик Тан, и просто ушел в плохом настроении?»"

Под его крики одна за другой прибежала группа жителей деревни. Они были похожи на самых обычных людей в сельской местности, которые любили наблюдать за всеобщим весельем. Они прокомментировали смерть Хань Юя. Некоторые люди сказали: «Жаль быть таким молодым». Некоторые люди сказали: "Я не знаю, есть у меня жена или нет. Ты отдал это им?»После того, как остался дома"......В зале духов жужжали всевозможные дискуссии, как будто мухи продолжали кружить вокруг падали.

У Тан Нина немного закружилась голова, когда он услышал это, он в панике сделал небольшой шаг назад и врезался в чьи-то объятия.

«Кхм.За спиной Тан Нина послышался кашель смертельно больного.

В этот момент все перешептывания внезапно исчезли, потому что наступила тишина слишком быстро, как будто невидимый стеклянный покров внезапно накрыл жужжащих мух.

Цзи Ляньюнь вышел из-за спины Тан Нина и встал рядом с ним. Он медленно поднял голову и посмотрел на повешенного Хань Минъюя. На его изможденном лице появилось выражение печали. Он тихо вздохнул: «Слишком поздно умирать такому молодому человеку». Жаль."

Говорил с сочувствием, тон по-прежнему был легким, а на лице, которое не выражало слишком много эмоций, оно без всякой причины выглядело холодным и худым.

Дядя Ван, который кричал от горя, тоже успокоился и стоял на стуле, спокойно глядя на Цзи Ляньюня.

« Разве ты не собираешься помочь?Цзи Ляньюнь посмотрел на других игроков.

Линь Юнь и Цзи Кэ, на которых он взглянул, были потрясены, и они вдвоем немедленно шагнули вперед, чтобы помочь дяде Вану убрать тело Хань Юни.

Цзи Ляньюнь слабо стоял рядом с Тан Нином, наблюдая, как они расправляются с останками, как посторонний. Под его пристальным взглядом дядя Ван был очень спокоен от начала до конца.

На этот раз добросердечные жители деревни почти ничего не говорили. Все молча и деловито положили тело Хань Юэю на деревянную кровать. В конце концов, Хань Юэю не готовил гроб для себя. Теперь он может только положить его на деревянную кровать и накрыть белой тканью.

Я увидел еще одну кровать из деревянных досок рядом с потемневшим гробом, и белая ткань очерчивала окоченевшую человеческую фигуру. За короткое время два человека умерли одним и тем же способом и лежали в одном и том же месте. Такая странная и абсурдная сцена, что ни один житель деревни не почувствовал страха или странности, как будто это было само собой разумеющимся..

Кажется, что все следуют установленной процедуре, естественно и умело.

Очевидно, причиной всей этой трансформации был болезненный молодой человек.

Он спокойно стоял рядом с Тан Нином, обняв его за талию, и его поза была чрезвычайно интимной. Когда он посмотрел на двух игроков, Линь Гуйцзина и Хань Анкана, Цзи Ляньюнь кивнул и жестом показал: «Здравствуйте, я муж Тан Нин. Меня зовут Цзи Ляньюнь."

Как только голос стих, раздался внезапный щелчок по столу в зале духов. Я увидел, как статуэтка, завернутая в черную ткань, свалилась со стола и сбила длинную лампу перед гробом. Свеча опрокинулась и упала. Белоснежная свеча откололась от ржавого подсвечника и дважды покатилась по земле. погасла.

Вечная лампа ставится у подножия или у гроба после смерти человека и не может быть погашена до погружения в землю. Это означает, что вечная лампа находится там в надежде, что мертвые воскреснут.

И в этот момент длинный свет погас, что, очевидно, не является хорошим знаком.

«О, откуда взялся этот демонический ветер?»Житель деревни пробормотал тихим голосом. Он говорил очень тихо, как будто боялся, что его услышат другие, но когда он говорил в такой тихой обстановке, он явно боялся, что другие его не услышат.»Это действительно плохая примета!"

Цзи Ляньюнь не ответил и тихо стоял в зале духов, так что тихие голоса постепенно стихли, и кто-то крикнул: «Идите и зажгите свет!»"

«Что ты делаешь в оцепенении, поторопись, и с тобой все будет в порядке!"

Линь Гуйцзин, который был ближе всех, был набит спичками добросердечными жителями деревни. Линь Гуйцзин огляделся вокруг, особенно большое солнце за пределами дома. Все его товарищи по команде были там, и приглашенный npc иностранной помощи тоже был там.......

Подумав об этом, Линь Гуйцзин не смог удержаться и снова посмотрел на своих товарищей по команде. Увидев, что они слегка кивают, он почувствовал себя немного осмелевшим. Он глубоко вздохнул и поправил упавшие фотографии и вечную лампу. Затем он взял спичку и снова поднес ее, гася слабое пламя.

Он задержал дыхание и, прежде чем пламя на горящем дереве погасло, быстро поднес фитиль вечной лампы к спичке. На этот раз вечная лампа была успешно зажжена, и Линь Гуйцзин вздохнул с облегчением.

Выдыхаемый мутный воздух попал на фитиль, и пламя, которое только что на некоторое время разгорелось, внезапно снова погасло.

«О, этот младший действительно невежествен, как он может вздыхать в такой ситуации?»"

« Не повезло, это действительно не повезло!"

«Почему это не невезение?Еще один младший умер в своем собственном доме, и его все равно повесили!Расскажи мне об этом, именно это создает проблемы!"

«Тс-с-с-с, дай мне подумать, очевидно, это старик Тан злится. Какой смысл тебе говорить, что ты так сильно любишь своего внука?В первый день, когда он умер, его внук не проснулся и побежал во внешнюю деревню, чтобы жениться на ком-нибудь. Если бы я был стариком Таном, я был бы мертв и выполз бы из гроба в гневе!"

«... который сказал «нет»!»Я повешусь, если изменю внешний вид такого товара на своем прилавке!"

Вокруг снова зазвучал шепот, указывающий на Тан Нина, даже если Цзи Ляньюнь поднимал глаза на людей, жители деревни все еще болтали и обвиняли.

Говорили, что Тан Нин был очень взволнован. Он посмотрел на черно-белую фотографию старика на фотографии реликвии. Запавшие глаза Тан Сяньхэна были слегка мрачными, как раз в соответствии с Тан Нином, который стоял в центре Линтана.

Не знаю, слышал ли я слишком много разговоров жителей деревни, но Тан Нин, казалось, действительно видел недовольство в этих глазах.

Линь Гуйцзин подошел к Тан Нину с ящиком для дров и прошептал: «Пойдем."

До этого Тан Нин разобрался с лицом Тан Сяньхэна, который отказался закрывать глаза и рот. На этот раз, я боюсь, что никто больше не подходит для разжигания дров, чем он.

Тан Нин взял спичечный коробок и шаг за шагом направился к вечному фонарю. Глаза Тан Сяньхэна на фотографии реликвии были широко открыты, как будто он «смотрел" на Тан Нина через стекло.

Тан Нин слегка опустил глаза в панике, пытаясь не обращать внимания на фотографии на спиртовом столике. В первый раз, когда он вытер спичку, он вытер ее не очень хорошо, и искры не было. Во второй раз Тан Нин быстро вытер ее наискось: «Вау ~ "

Вспыхнул слабый оранжево-красный огонь, и когда Тан Нин поспешно поднес спичку к свече, он не знал, не слишком ли быстро двигался, и пламя внезапно погасло.

Тан Нин взял третью спичку. На этот раз он усвоил свой урок и поднес фитиль вечной лампы к спичке, но прежде чем они соприкоснулись, слабое пламя внезапно снова погасло.

В комнате нет ветра.

Может быть, все дело в плохом качестве матчей.

Когда Тан Нин взял четвертую спичку и собирался продолжить зажигание, он внезапно почувствовал небольшой холод за спиной. У Тан Нина мурашки поползли вверх по затылку. Он ошеломленно поднял голову и увидел, что люди вокруг него смотрят на него с ужасом. , точнее, смотрят ему за спину.

Тан Нин, стоявший лицом к гробу Тан Сяньхэна, задержался на некоторое время. Он вспомнил, что позади него ничего не было, нет......

Просто добавил кое-что новое.

Рука, державшая дрова, слегка дрожала.Тан Нин оцепенело обернулся и увидел, что с деревянной кровати позади него упала белая ткань, закрывавшая лицо Хань Минъю, неизвестно когда.

Возможно, это была потеря фиксации костей шеи. Первоначально вертикальная голова на некоторое время мягко повернулась к Хань Анькану вбок. Его рот был так же широко открыт, как раньше у Тан Сяньхэна. Если там действительно есть ветер, его можно только выплюнуть изо рта.

Спичка чуть не выпала из руки Тан Нина, и Тан Нин в шоке отступил на шаг, его сердце, казалось, выпрыгивало из горла.

«О, кто же закроет ему рот?»"Вас всех зовут Хан, так что у вас с ним более близкие отношения, верно?»«Житель деревни прочитал Хань Анкану: «Иди и поговори со своим братом и скажи ему, чтобы держал рот на замке»."

В этот момент Хань Анкан столкнулся с той же ситуацией, что и Тан Нин раньше, и никто не мог заменить его. Хотя его лицо было уродливым, он не отказался. Под пристальными взглядами всех он подошел к телу Хань Нина и протянул руку, чтобы помочь товарищу по команде организовать его внешний вид.

Поскольку Хан Аньканг встал между Тан Нином и Хан Мингю, Тан Нин почувствовал себя немного лучше из-за онемения в спине. Он снова взял спичку, чтобы зажечь свет, но на этот раз спичка не смогла дотянуться до огня.

Если бы подобное произошло на самом деле, Тан Нин только подумал бы, что купил коробку некачественных спичек, но главное заключалось в том, что сейчас он находился в сверхъестественном состоянии.

Четырнадцатидюймовый черно-белый портрет стоял рядом с ним, мрачного вида старик смотрел прямо на него, а вокруг него шел оживленный обмен мнениями о том, что такое «недостойный отпрыск" и на ком "не следует жениться»......

Тан Нин крепко сжал дрова в камине, и мышцы на его шее сбоку непроизвольно напряглись. Когда он попытался достать новую спичку и уже собирался снова вытереть огонь, тонкая рука забрала у Тан Нина спичечный коробок и спички.

Цзи Ляньюнь встал перед Тан Нином, опустил глаза и слегка вытер спичку, и пламя вспыхнуло со свистом.

Он поднес спичку к фитилю лампы, и пламя в одно мгновение резко взметнулось, язычок пламени закружился в воздухе, коснулся черной ткани на фотографии реликвии и сжег весь стол для подношений!

Все, кто выскочил из пламени, были в оцепенении, и никто не воскликнул, пока не увидел фотографию!

«Что это значит?！"

« Беззаконие!"

Глава 68: Призрачный Муж

Бушующий огонь перекинулся с черно-белых фотографий на черную занавеску с написанным на ней словом «Диан». Волны огня обнажили зубы и когти, чтобы поглотить все, что было на спиртовом столе. Дым заволокло в одно мгновение. Некоторые люди кричали «Потушите огонь", а некоторые снимали одежду и сбивали пламя......Весь Лингтан погрузился в хаос.

Цзи Ляньюнь поперхнулся густым дымом и закашлялся. Он обнял Тан Нина за плечи и вышел вместе с Тан Нином.

Тан Нин был так потрясен этой неожиданной переменой, что не знал, что делать. Он подсознательно оглянулся на то место, где бушевал огонь. Холодные фотографии были поглощены пламенем. Фотографии на портретах сгорели в углу. Мрачные глаза старика все еще смотрели на Тан Нина.

Я не знаю, было ли это иллюзией Тан Нина. Сквозь колеблющийся свет костра фотографии, которые он видел, также слегка изменились из-за искажения света костра. Мрачная линия обзора изменилась с обращенной к Тан Нину на слегка наклоненную и упала на тело Цзи Ляньюня.

Белые венки с обеих сторон упали на землю, а чистые белые лепестки были разбросаны повсюду, растоптанные бесчисленным количеством людей.

Тан Нин однажды слышал, как люди говорили, что пожар в Лингтане означал, что старик был обижен. Этот пожар - совпадение или что-то в этом роде?

Приступ кашля вернул мысли Тан Нина к людям рядом с ним. Цзи Ляньюнь, казалось, сильно задохнулся от густого дыма и слабо закашлялся. Тан Нин беспокоился, что Цзи Ляньюнь не сможет отдышаться. Он быстро протянул руку и хлопнул Цзи Ляньюня по спине. Цзи Ляньюнь прикрыл это одной рукой. Прижав рот и нос к груди одной рукой, он долго кашлял, и его талия согнулась, прежде чем он прекратил угрожающий кашель.

«Мне очень жаль.Голос Цзи Ляньюня был хриплым, и он виновато посмотрел на Тан Нина: «Я испортил дедушкин духовный зал»."

Одна из голов Тан Нина была больше другой, но, стоя вот так перед Цзи Ляньюнем, он мог только сказать: «Это был несчастный случай, и ты тоже этого не хотел»."

В то время было действительно необъяснимо, что огонь вспыхнул, и злая секта была жестокой.

Выражение лица Цзи Ляньюня стало еще более укоризненным, когда он услышал слова Тан Нина. Он прикрыл грудь, и костяшки его пальцев с силой побледнели, как будто его сердце терзала сильная эмоция самобичевания.

Тан Нин изначально хотел пойти в Лингтан, чтобы посмотреть на пожар, но появление Цзи Ляньюня сделало его равнодушным к ситуации в Лингтане: «Что с тобой?»Есть ли что-нибудь неудобное?"

Цзи Ляньюнь побледнел и, покачав головой, прерывисто произнес: «Я...Все в порядке, иди потуши огонь......Я могу сделать это один."

Каждое слово, казалось, заглушало сильную боль, и брови были нахмурены, как будто все было совсем не в порядке.

Сердце Тан Нин тоже дрогнуло: «Я помогу тебе дойти до дома и сделать перерыв!»"

Цзи Ляньюнь отошел и тихо прошептал: «Я могу сделать это сам.Как он и сказал, он пошатнулся. Если бы не глаза и руки Тан Нина, Цзи Ляньюнь упал бы.

Тан Нин обнял Цзи Ляньюня за шею, протянул руку, чтобы обнять Цзи Ляньюня за талию, и с трудом повел Цзи Ляньюня в соседнюю комнату.

Шаги Цзи Ляньюня были плывущими, и у него не было много сил. Ему пришлось тихо кашлять, когда он делал шаг. Тан Нин помог Цзи Ляньюню более осторожно. Сделав несколько шагов, он не мог не оглянуться на Лингтан. Из него выплывали струйки черного дыма, и люди приходили и уходили. Проходя через дверь, сердце Тан Нина было необъяснимо подавлено. Казалось, он стал свидетелем начала катастрофы, но он мог только наблюдать, как огонь усиливается, и он ничего не мог с этим поделать. прекрати это.

Почему он не может продолжать зажигать вечный фонарь?

Смутная мысль пришла ему в голову. Тан Нин вспомнил, что глаза и рот старика не могли закрыться в первый день. После того, как он сказал, что исполнит последнее желание старика, собеседник чудесным образом закрыл ему глаза. .

Когда в начале игры была представлена предыстория, также было сказано, что это было желание Тан Сяньхэна позволить своему внуку и Цзи Ляньюню пожениться. Само собой разумеется, что сейчас он женат на Цзи Ляньюне, и негодование Тан Сяньхэна должно исчезнуть. Верно?.....

Тан Нин посмотрел на бледное лицо Цзи Ляньюня сбоку, тот выглядел дрожащим и слабым.

——Разве он не должен жениться на Цзи Ляньюнь, а выйти замуж за призрачного жениха?

После тщательного обдумывания получается, что, когда Цзи Ляньюнь представил его как своего мужа, фотография упала и перевернула фонарь Чанмин.

Тан Нин снова посмотрела на Цзи Ляньюнь. Цзи Ляньюнь обессиленно лежала на кровати, неловко закрыв глаза. У Тан Нина был такой опыт. Он не хотел ничего говорить, когда ему было очень плохо. Он не хотел тратить энергию на разговоры с людьми. Предположительно, Цзи Ляньюнь испытывал примерно то же самое.чувство.

Тан Нин тихо присел на край кровати. Он достал свой мобильный телефон. На этот раз на мобильном телефоне был сигнал, но батарея уже была очень разряжена.

Игроки обмениваются информацией в группах.

Линь Юнь: «Что случилось?Почему Хань Минъю умер через повешение?Когда этот дядя Ван появился в Лингтане?"

Хан Анкан: «Прошлой ночью мы втроем устроили поминки в Лингтане. Никто не отдыхал всю ночь. Утром все устали. Хан Мингю сказал, что сначала разбудит духа и позволит нам вернуться в дом отдохнуть. Когда мы отдохнем, мы пойдем и поговорим с ним. Неожиданно я заснул и вернулся в Лингтан.Увидев, как он повесился, дядя Ван тоже появился позже."

Лин Анкан: «Почему ты не возвращался до сегодняшнего дня?НПС, который принес это, на самом деле сжег Лингтан факелом!"

Лин Анкан: «Хотя пожар был вовремя потушен, многое в зале духов сгорело, и осталась только половина фотографий. Вечная лампа была разбита пополам, и там были другие беспорядочные вещи. Я сейчас очень расстроен. Повлияет ли уничтожение этих вещей на наши сегодняшние поминки?"

Чжи Кэ: «Какова ситуация с Чжи Ляньюнем сейчас @Tangning"

Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня, тот все еще хмурился и время от времени тихонько покашливал.

Тан Нин: «Сейчас он не в очень хорошем состоянии, я боюсь, что он упадет в обморок."

Линь Юнь: «Вы пробовали упомянутый ранее план доставки воды?"

Тан Нин: «Пока нет."

Линь Юнь: «Ты можешь попробовать это сейчас, чтобы посмотреть, улучшит ли это его состояние. Сейчас он не может потерять сознание. Призраки будут убивать людей в течение дня. Такого рода изменения снова произошли в зале духов. Мертвый Хань Минъю не знает, станет ли он призраком......"

Немного крепче сжав пальцами телефонную трубку, Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня. Он посмотрел на бледное лицо собеседника. Это был цвет лица заключенного в доме, который долгое время не видел солнца, а его глаза и губы слегка посинели. Он знал, что здоровье Цзи Ляньюня было плохим, но даже сейчас это было так. Тан Нин все еще испытывал неописуемое чувство душевного покоя, сидя рядом с Цзи Ляньюнем.

На самом деле, он не пошел в Линтан тушить пожар, потому что Цзи Ляньюнь был слишком слаб, чтобы нуждаться в его заботе......

Вместо этого ему нужен Цзи Ляньюнь.

Ему нужна Цзи Ляньюнь.

Даже если бы он услышал кашель этого человека, он бы почувствовал себя не в своей тарелке.

В замкнутом помещении было немного пыли, Тан Нин осторожно опустил голову, прошел сквозь пыль и влажный воздух и наклонился к лицу Цзи Ляньюня.

Ресницы Цзи Ляньюнь похожи на маленький веер, переносица у нее очень высокая, а губы очень красивые. Даже если в них немного голубого цвета, это не вызовет у людей отвращения.

Смелости Тан Нина очень мало. Он настолько отважен, что осмеливается прикасаться только к людям, которые кажутся очень нежными. Цзи Ляньюнь нежен. Такого рода мягкость проявляется не только в словах и поступках, но и проистекает из его немощи. У слабого Цзи Ляньюня, который постоянно кашляет, кажется, нет краев и углов, как будто forever.It не причинит вреда Цзи Ляньюню, который не причинит вреда ему.

Слабый аромат лекарств исходил от тела Цзи Ляньюня, долго-долго.

Тан Нин закрыл глаза и поцеловал Цзи Ляньюнь.

Это похоже на то, как смертельно больной человек пробует свое единственное лекарство.

Пара тонких рук обвилась вокруг талии Тан Нина, который хотел отступить, Тан Нин открыл глаза и встретился взглядом с темными глазами Цзи Ляньюня. В этих глазах не было боли, и они были ясными.

Сердце Тан Нина затрепетало, как будто поймали ребенка, совершившего что-то плохое.

Тускло накрашенные тонкие губы склонились друг к другу, и Цзи Ляньюнь углубил поцелуй.

Он совсем не был похож на болезненного человека. Его теплые и прохладные руки преграждали Тан Нину путь к отступлению. Его слабое тело, казалось, внезапно обрело силу, и он повернулся, чтобы опустить пошатывающегося Тан Нина на одеяло.

Тан Нин хотел сбежать, но он вспомнил принцип Дуаньшуй Линь Юня. Призрачный жених поцеловал его той ночью, и они не должны отдавать предпочтение друг другу.

Просто поцелуй......

Думая об этом, Тан Нин закрыл глаза и позволил Цзи Ляньюню поцеловать себя. Тело Цзи Ляньюня полностью окутало его, и легкий аромат лекарства окутал его, заставив Тан Нина подумать о влажном травяном аромате в горах и лесах после дождя.

Ощущение онемения распространилось по его рту подобно электрическому току, плечи Тан Нина не могли унять дрожь, и его ноги, безвольно лежавшие на кровати, тоже подогнулись. Ему казалось, что он плачет, не грустно, не радостно, и он не знал, почему он плачет.

Эти руки активно обхватили шею Цзи Ляньюня, держась за плавник, как утопающий.

Поцелуй меня.

Будь хозяином моей души.

Доминируй надо мной, защищай меня, не оставляй меня позади.

Слезы продолжали течь из уголков его глаз, и сердце Тан Нина наполнилось непрерывной болью. Было так тупо и душно, что он не мог дышать. Он крепко обнял Цзи Ляньюня, как будто какая-то сила быстро покидала его тело. Мир погрузился в хаотический водоворот, и его слегка шершавая ладонь была прижата к его шее, с частью его желания, которое было трудно скрыть, были обнажены только уголки его головы, чтобы не слишком пугать Тан Нина.

Его тонкие пальцы оставили след на широкой спине, и Тан Нин вся задрожала от слез. Цзи Ляньюнь прекратила поцелуй и наклонилась, чтобы посмотреть на плачущую Тан Нин. Когда Тан Нин заплакал, она закрыла глаза и нахмурилась. Кончик ее носа до подбородка покраснел, и она выглядела несчастной. И милой.

Он протянул руку, чтобы вытереть слезы из глаз Тан Нина к своему рту, его тонкие губы сжали кончики пальцев, темные глаза стали кроваво-красными, а выражение его лица было неописуемо злым.

Но в тот момент, когда Тан Нин открыл глаза, "Цзи Ляньюнь» снова стал Цзи Ляньюнем и сказал так мягко, невинно и вежливо: «Прости, я только что не сдержался»."

Тан Нин изо всех сил старался остановить слезы и хотел встать с кровати. Все его тело потеряло силу после этого поцелуя, его руки были мягкими, а ноги - податливыми, и Цзи Ляньюнь прижался к нему. Тан Нин только попытался немного приподняться и снова упал на кровать. Он посмотрел на Цзи Ляньюня, полный вины, и не смог удержаться, чтобы не сказать: «Это я - я взял инициативу на себя, чтобы поцеловать тебя."

Цзи Ляньюнь опустил голову и прижался кончиком своего носа к кончику носа Тан Нина. Он тихо спросил: «Почему ты крадешься, чтобы поцеловать меня?»"

Голос был мягким, глаза - нежными, и с силой демагогии Тан Нин упал в обморок и сказал: «Я......"

Цзи Ляньюнь терпеливо ждал ответа. Увидев, что Тан Нин ничего не может сказать, он поддался искушению и спросил: «Я тебе нравлюсь?»"

Тан Нин не стал этого отрицать.

У него действительно сложилось хорошее впечатление о Цзи Ляньюне.

Цзи Ляньюнь поднял лицо Тан Нина и нежно коснулся пальцами его скул. Он продолжал тихо говорить: «Значит, я нравлюсь тебе, когда ты бодрствуешь ..."

«Это все еще я, когда я был болен?"

Глава 69: Призрачный Муж

Тан Нин слегка расширил глаза, глядя на необычно изможденное и бледное, но нежное лицо перед собой. Даже если собеседник задал такой вопрос, у него не было особого вкуса задавать его, и он, казалось, был способен принять любой ответ. .

«я......Теперь ты мне нравишься.»Тан Нин вообще не мог отвести взгляда от Цзи Ляньюня. Эти глаза были действительно глубокими, как будто они могли вытащить все секреты, которые он прятал во внутреннем уголке».

« Значит, я тебе нравлюсь, когда ты болеешь?Цзи Ляньюнь наклонилась ближе, ее черные глаза были подобны таинственной ночи, растворяя мысли и защиту Тан Нин.

«Мне это не нравится.»Тан Нин был ошеломлен его честностью. На самом деле он не хотел говорить плохие вещи об этом человеке Цзи Ляньюню. Всегда плохо говорить плохие вещи о другом человеке за его спиной «.

Но Цзи Ляньюнь все еще смотрел на него так нежно и ободряюще, потирая пальцами его щеки: «Почему тебе это не нравится?»"

Под таким терпеливым взглядом Тан Нин не смог удержаться и продолжил: «Он очень плохой, очень лицемерный, очень страшный, не такой нежный, как ты..."

«Цзи Ляньюнь» уставился на Тан Нина необычайно нежными глазами. - Что достаточно нежно, чтобы капать из воды, и какой нежный нож самый смертоносный......Наверное, это из-за выражения его глаз.

Но Тан Нин не знал почему, и внезапно он не смог ничего сказать. Дрожь пробежала по его душе, как будто он чего-то боялся.

В безмолвной комнате никто не издал ни звука.

«Цзи Ляньюнь» жалобно погладила глаза Тан Нин своими пальцами. Она коснулась длинных нижних перьев ресниц кончиками пальцев, как будто хотела коснуться их немного выше. Когда она коснулась ясных и хрупких глаз, Тан Нин не смогла удержаться от моргания, затаив дыхание.

Он наблюдал, как молодой человек перед ним приподнимает уголки губ, слово за словом, и тихо и спокойный сказал: «Почему ты не продолжаешь говорить?»"

Тайные эмоции, которые грациозно витали в воздухе, были подобны армии, которая хорошо двигалась. Каждый использовал сапоги с острыми лезвиями, чтобы войти в дверь сердца Тан Нина, аккуратно и опрятно, только его сердце было подобно барабану, неспособному сформировать армию.——

Я слышал, что когда сердце бьется, оно бьется очень быстро.

Тан Нин сглотнул набежавшую слюну, прокашлялся и тихо спросил: «Ты...Ты голоден?Потом я дам тебе что-нибудь поесть."

Эти расширяющиеся черные глаза становились все глубже и глубже, как высокое ночное небо, алый кончик языка облизал бледные губы, «Цзи Ляньюнь» не знал, что он подумал, опустил глаза: «Хорошо»."

Затвердевший воздух вокруг него, казалось, тек вместе с ним, и как только кризис миновал, у Тан Нина возникло ощущение, что он сбегает с небес. Тан Нин тяжело вздохнул, и свежий воздух хлынул ему в нос.

Неудивительно, что он только что чувствовал себя таким подавленным. Оказалось, что он покровительствовал Цзи Ляньюню и совершенно забыл дышать.

Тан Нин мягко оттолкнул Цзи Ляньюня руками и ногами. Под выжидающим взглядом Цзи Ляньюня Тан Нин смущенно сказал: «Я не готовил лапшу, но я видел лапшу быстрого приготовления в доме..."

Долгое время Цзи Ляньюнь смотрел ему прямо в глаза.

«Не волнуйся, я уже проверял, как вкусно приготовить лапшу быстрого приготовления!»«Тан Нин уверенно сказал, что он действительно проверил это.

«Сейчас тебе лучше?»«Тан Нин не осмелился пойти на кухню один, он прошептал: «Давай приготовим вместе»."

Цзи Ляньюнь пристально посмотрел на него, а затем медленно встал, но от простого движения, которым он встал, он выглядел очень тяжелым.

Тан Нин поспешно помог Цзи Ляньюню и пообещал: «Не волнуйся, я сделаю весь процесс сам, тебе просто нужно посмотреть на меня»."

Цзи Ляньюнь вздохнул.

Простое «хм", похоже, очень утомляет.

Тан Нин также знал, что первое блюдо, которое он приготовил для своего новобрачного мужа, состояло в том, что лапша быстрого приготовления была не очень вкусной, но он беспокоился, что если он действительно перевернется, то она может оказаться не такой вкусной, как лапша быстрого приготовления. Думая об этом, Тан Нин осторожно улыбнулся Цзи Ляньюню, чтобы доставить ему удовольствие. Он наклонился к уху Цзи Ляньюня и пообещал: «Я сделаю это в следующий раз., Я постараюсь сделать все возможное, чтобы приготовить тебе вкусную еду."

«......да。"

Получив ответ Цзи Ляньюня, Тан Нин сразу почувствовал облегчение, и он не чувствовал себя таким уж виноватым. Он с радостью отвел Цзи Ляньюня на кухню.

В течение этого периода, из-за того, что я не мог набрать воды, я не мог пользоваться плитой и не мог развести огонь......

Он стоял в стороне и наблюдал за работой Цзи Ляньюня.

Наконец, он разорвал упаковочный пакет, бросил туда тесто и пакет с приправами и на этот раз приготовил лапшу быстрого приготовления.

Распространился аромат лапши быстрого приготовления, и Тан Нин пошевелил указательным пальцем, почувствовав аромат. Он быстро сделал три больших глотка. Ощущение счастья привело его в хорошее настроение, но когда он был не так голоден, он почувствовал легкую тошноту еще после двух глотков.

Главным образом, желудок этого организма тоже брезглив, особенно после утренней каши Цзи Ляньюня, между ними возникает разрыв.

Глядя на Цзи Ляньюня, который медленно ел лапшу быстрого приготовления, Тан Нин с некоторым огорчением опустил взгляд на лапшу быстрого приготовления в своей миске.

« Позволь мне готовить по ночам.- Внезапно сказал Цзи Ляньюнь.

Тан Нин смущенно поднял голову и радостно сказал Цзи Ляньюню, который выглядел как добродетельный муж: «Хорошо!"

После еды и питья Тан Нин и Цзи Ляньюнь отправились в Лингтан, который снова был прибран, но следы пожара не удалось полностью убрать. В этот момент Хань Анькан нахмурился и огляделся.

Все три игрока были на поминках в Зале духов прошлой ночью. Хотя прошлой ночью они не сталкивались с нападением призраков в зале духов, все тогда нервничали, потому что чувствовали, как что-то плавает за пределами зала духов, иногда издавая едва уловимые звуки, скрытые в ночи, очень слабые, но, казалось, от этого у людей немела кожа. Что-то замышляет что-то плохое.

Это также причина, по которой они не смогли отдохнуть утром. Психическое истощение прошлой ночью было слишком серьезным. Никто не осмеливался ослабить бдительность. Они планировали сделать перерыв только днем, и это произошло.

Хан Анкан взглянул на Хан Чжэ Ена, который лежал на деревянной кровати, покрытый белой тканью, с затаенными страхами. Телосложение Хан Чжэ Ена было лучшим среди них троих. Утром, когда ни он, ни Линь Гуйцзин не смогли собраться с силами, чтобы вернуться в дом отдохнуть, Хан Чжэ Ен все еще был в хорошем настроении.

Но когда я снова увидел этого товарища по команде, это было тело повесившегося соперника. В его глазах все еще застыло изумление и страх. Казалось, он увидел что-то чрезвычайно ужасающее. При виде этого средь бела дня людей бросало в холодный пот.

На этот раз это Хань Миньи, так кто же следующий, кто столкнется с этой штукой?

Сердце Хань Анкана не могло успокоиться. Прошлой ночью им нечего было делать в Лингтанге. Было две возможности. Одна заключалась в том, что призраки наблюдали, а другая заключалась в том, что в Лингтанге было что-то такое, что заставляло призраков бояться.

Если это последнее, то вещь в Лингтанге - один из ключей к их выживанию в этой копии, но в Лингтанге слишком много вещей, трудно различить, что это за ключ. Лучший способ - оставить это нетронутым, и сегодня вечером я также перезапишу сцену первой ночи.

Но сейчас......

Хан Анкан посмотрел на наполовину сгоревший портрет на спиртовом столе. Изначально он хотел изменить его, но не хотел, чтобы у него была только эта фотография.

Это не только фотография реликвии, но и две палочки благовоний на духовом столе в этот момент. На нем должны были быть вставлены три палочки. Символическое значение поминок заключается в уважении к небу, земле и людям.

Курильница для благовоний горела всю прошлую ночь и сожгла не слишком много благовоний. Однако на этот раз в Лингтане был пожар, и одно благовоние полностью сгорело.

Хан Анкан хотел найти благовония, чтобы снова включить их, но в деревне не было других благовоний, которые можно было бы использовать, точно так же, как на фотографии реликвии, был только один экземпляр.

Это заставило его почувствовать себя очень неловко.

В этот момент снаружи послышались шаги, и Хань Анкан повернул голову и увидел Тан Нина, одетого с сыновним почтением, а Цзи Ляньюнь был одет так же, как и его муж.

НПС, который случайно поджег Линтан, выглядел крайне больным и слабым. Тан Нин должен был помогать ему, когда он шел. После того, как он был одет во все белое, его слабый и элегантный темперамент становился все более и более заметным, заставляя Хань Анкана подсознательно думать о знаменитых солдатах династий Вэй и Цзинь.

Он подсознательно посмотрел на вечную лампу рядом с гробом. Свет свечи на вечной лампе был неуверенным, как будто постоянно дул какой-то ветерок. Под нервным взглядом Хань Анькана свет свечи все-таки стабилизировался.

В зале духов было несколько футонов для преклонения колен и сидения. Тан Нин сначала нашел футон и опустился на колени. Цзи Ляньюнь посмотрел на Тан Нина, который охранял духа, и спокойно опустился на колени перед гробом вместе с Тан Нином.

Кажется, все спокойно.

Хань Аньканг неохотно опустил свое поднятое сердце. Он также опустился на колени в зале духов, глядя на наполовину сгоревшую реликвию, бледный дым был наполнен дымом, и реликвия, принадлежащая Тан Сяньхэну, была набросана. Неопределенность реальности.

Сильный аромат достиг кончика носа Хань Аньканга, и аромат достиг его носа. Хань Аньканг на мгновение опешил, и его взгляд переместился со статуи на курильницу сбоку, а затем он пришел в ужас, узнав об этом.——

Две ароматические палочки, вставленные в курильницу, внезапно загорелись с невероятной скоростью, вверх поднялся туманный дымок, и половина корпуса благовония в одно мгновение превратилась в обожженный черный порошок!

«плохой！"

С тревогой спросил Хан Анкан!

Все обернулись в замешательстве, Хань Анькан в ужасе посмотрел на Цзи Ляньюня, неописуемая интуиция подсказал ему, что скорость горения этого благовония связана с этим npc, он поспешно сказал: «Цзи Ляньюнь!Ты быстро вставай!"

Цзи Ляньюнь спокойно опустился на колени на футоне, явно стоя на коленях, но бледное лицо, окруженное струйками дыма, напоминало об этом......Боги, которые курят благовония и которым поклоняются в храмах.

Его глаза были очень бледными, как будто они закрылись слегка устало, с некоторым пренебрежением, которого ничто в мире не могло увидеть в его глазах, даже глядя на испуганного Хань Аньканга, у него все еще был тот же тусклый взгляд, и он даже не хотел двигать веками, не говоря уже о том, чтобы встать после того, как выслушал слова Хань Аньканга.

Благовония все еще горели с невероятной скоростью, и казалось, что скоро они догорят до дна. Хань Анкан обливался потом и крикнул ошеломленному Тан Нину: «Ты позволила своему мужу встать!»！！"

Хотя Тан Нин не знал, что произошло, он мог видеть появление Хань Анкана. Он быстро протянул руку и подтолкнул Цзи Ляньюня: «Вставай скорее»."

Услышав эти слова, Цзи Ляньюнь послушно встал. В тот момент, когда он встал, быстро горящий ладан прекратился, и от двух ароматических палочек осталась лишь жалкая малая часть.

Хань Анкан расширил глаза и посмотрел на Сяна, затем повернулся, чтобы посмотреть на Цзи Ляньюня.

Он вспомнил историю, которую видел без всякой причины. Говорят, что бог перевоплотился, но не знал своей истинной личности. Он побежал в Храм земли, чтобы благоухать, как все остальные. В результате земля, казалось, провалилась прямо вниз, и он вообще не мог вынести палочку благовоний другой стороны.

Необъяснимая интуиция в его сердце подсказал ему, что эти благовония были ключом к защите их в духовном зале. Прошлой ночью все трое были целы и невредимы, и не хватало только половины благовоний. Сегодня Цзи Ляньюнь дважды входил в духовный зал и чуть не сжег две ароматические палочки. Это было лучше, чем прятаться в темноте прошлой ночью. Призраки еще страшнее!

При мысли об этом крупные капли пота на лбу Хань Анькана, наконец, выступили.——

Цзи Ляньюню нельзя позволять входить в духовный зал!！！

Глава 70 Призрачный Муж

Хань Анкан знал, что его слова не произведут никакого эффекта на этого npc. Он сказал Тан Нину: «Ваш муж выглядит очень бедно и не подходит для поминок. Пусть он вернется в дом отдохнуть»."

Тан Нин не понимал, каковы были намерения Хань Анкана. Цзи Ляньюнь был амулетом, который он наконец нашел. Разве Цзи Ляньюню не обязательно быть рядом с ним для такой опасной вещи, как поминки?

Глядя на Хань Анкана, который обливался потом, и на ужас, который противник не мог скрыть в его глазах, казалось, что за зверь стоит рядом с ним, Тан Нин на мгновение заколебался и сказал Цзи Ляньюню сбоку: «Почему бы тебе не вернуться в свою комнату и сначала не сделать перерыв. ."

Не говоря уже ни о чем другом, тело Цзи Ляньюня действительно очень плохое, и поминкам приходится все время стоять на коленях. Тан Нин беспокоится, что у Цзи Ляньюня не хватит сил простоять на коленях еще одну ночь после того, как он простоял на коленях некоторое время.

Например, теперь, средь бела дня, Тан Нин чувствовал, что Цзи Ляньюнь больше нужен ночью.

Цзи Ляньюнь взял Тан Нина за руку, пристально глядя на него своими глубокими глазами, и прошептал: «Но я хочу быть с тобой."

Голос был приглушенным, очень низким и полным магнетизма. У Тан Нина некоторое время звенело в ушах. Он растерянно посмотрел на других игроков. Хань Анкан отчаянно подмигнул ему. Линь Юнь также заметил ненормальность Сяна. Он встал позади Хань Анкана и кивнул ему. Выражения лиц у всех были очень неправильными и dull.Ru Тан Нин тоже кое-что понял.

Поэтому Тан Нин повернул голову и посмотрел на Цзи Ляньюня, попытался взвесить слова и тихо сказал: «У тебя плохое здоровье. я очень беспокоюсь о тебе. Если ты останешься со мной, я буду расстроен еще больше»."

Говоря о том, чтобы убедить Цзи Ляньюня уйти, Цзи Ляньюнь не смог удержаться и крепко сжал Цзи Ляньюня.

«Я хочу быть с тобой.Цзи Ляньюнь прижался лбом ко лбу Тан Нина, его глубокие глаза становились все ближе и ближе, и только Тан Нин мог притворяться одиноким в его глазах. Высокая переносица потерлась о кончик носа Тан Нина, и он тихо сказал: «Позволь мне остаться с тобой, хорошо?»"

Тан Нину почти захотелось сказать «да».

Как, как Цзи Ляньюнь все еще может быть таким мягким человеком?

Кажется, что котенок, которого он растит, будет скользким и кокетничать с ним. Нет, где же такой большой котенок?——

Это была просто большая белоснежная кошка, убравшая лапы и нежно поглаживавшая его, но желавшая погладить только его одного.

Тан Нин поначалу чувствовал себя немного неловко, избегая близости Цзи Ляньюня. В конце концов, это духовный зал, и товарищи по команде вокруг него наблюдают. Он увидел, что глаза игроков вокруг него начинают выглядеть неправильно, особенно Хань Анкана, который смотрел на него с очень странным выражением благоговения, как будто он делал это. Произошло что-то экстраординарное.

Лица Тан Нина избегали, и Цзи Ляньюнь все еще держал его за руку. Тан Нин опустил голову и не смотрел в глаза Цзи Ляньюню. Он смотрел только на пальцы друг друга. Каждый выглядел хорошо. «У нас будет много времени в будущем»."

Он прошептал неправду: «Какое-то время это неплохо."

На самом деле, он знал, что если ему удастся успешно стереть копию, то следующие шесть дней станут его последним свиданием с Цзи Ляньюнем.

Думая об этом, Тан Нин не мог удержаться, чтобы не взять Цзи Ляньюня за руку.

«Это верно.Мягкий голос Цзи Ляньюня раздался над его головой: «Мы всегда будем вместе в будущем»."

Слово «навсегда» было для него немного болезненным.

Таким образом, слову, кажется, придали тяжелый вес, как двум бледным надгробиям, жизнь и смерть - одно и то же, во веки веков.

Ветерок трепал черную ткань с написанным на ней словом «Диан», и покрытая ею белая марля мягко колыхалась. На наполовину сгоревшем портрете старик с мрачным выражением лица смотрел на влюбленную пару, стоявшую перед ним.

Тан Нин был немного взволнован без всякой причины. Он убрал руку, поднял глаза и встретился с нежным и умиротворяющим взглядом Цзи Ляньюня. Годы были тихими и ласковыми, но это было все.

Цзи Ляньюнь, наконец, неохотно ушел под уговорами Тан Нина. Когда он поднял ногу и вышел из зала духов, он оглянулся на Хань Анкана.

Нежный, вежливый и даже с легкой улыбкой.

Хань Анькану, за которым наблюдали, было все равно, что провалиться в ледяную пещеру. Только когда Цзи Ляньюнь скрылся из виду, Хань Аньканг вышел из своего вялого состояния и протянул руку, чтобы вытереть лоб, ладони которого были полны пота.

«Почему ты позволил мне позвать Цзи Ляньюня уйти именно сейчас?»Тан Нин увидел, как сильно вспотел Хан Аньканг, и он любезно достал пачку бумажных полотенец и протянул ее Хан Анькангу.

Хан Анкан не взял газету.

Он даже сделал шаг назад, не осмеливаясь приблизиться к Тан Нину.

Прожив столько лет, Хань Анкан полагался на свой инстинкт, чтобы искать выгоду и избегать вреда. Он мог видеть, что npc очень заботился о Тан Нине, а не об обычной заботе. Интуиция подсказывала ему не подходить слишком близко к Тан Нину, чтобы не вызвать катастрофу. Катастрофа.

Иногда чрезмерная красота является здесь альтернативной опасностью.

Тан Нин немного растерянно убрал салфетку, и другие игроки окружили его. После того, как Хан Анкан понизил голос и быстро рассказал о своем открытии, все единодушно посмотрели на две ароматические палочки в курильнице.

Остался только последний кусочек этого благовония, и его хватит самое большее на еще одну ночь.

« Сначала потуши благовония.Линь Юнь спокойно сказал: «Если благовония - ключевой реквизит, мы должны сохранить их на самую опасную ночь»."

Ни у кого не было возражений, и, временно задув благовония, они обсудили Цзи Ляньюня.

«Цзи Ляньюнь действительно оказывает отпугивающее действие на призраков. Я могу засвидетельствовать это. Он отпугнул многих призраков в деревне Джиджиа.Линь Юнь продолжил: «Но я также рассказал вам о его проблемах. в него часто вселяются призраки, и когда он борется с призраками за контроль над своим телом, он позволяет другим призракам воспользоваться пустотой «."

« Я вижу это. монстр по имени дядя Ван, очевидно, боится его.Хан Анкан нахмурился и сказал: «Я просто хочу знать, человек ли он или в него вселился призрак?»"

«В настоящее время только Тан Нин может лучше всего различать свои два состояния.- Сказал Линь Юнь.

Все посмотрели на Тан Нина, и давление Тан Нина внезапно резко возросло. Он нервно сказал: «Когда он призрак, ему нравится называть меня мадам..."

«Оральную зависимость можно изменить."

Хань Анкан посмотрел в глаза Тан Нина и сказал что-то, от чего у Тан Нина онемела голова: «Когда он был одержим Цзи Ляньюнем и женился на тебе, он так и не раскрыл тебе свою истинную личность. Линь Юнь рассказал мне подробности вашей брачной ночи в то время, вы называли его Цзи Ляньюнем., Он попросил тебя называть его мужем, что на самом деле показывает, что ему не нравится, когда ты считаешь его Цзи Ляньюнем."

«Но даже при том, что ему это не понравилось, он не назвал вам своего настоящего имени, а это значит, что он сначала не хотел, чтобы вы узнали, что он не настоящий Цзи Ляньюнь."

«Ты сказал, что он может даже сделать такие вещи, как выдать тебя замуж в неразберихе, так почему же он обнаруживает такой большой недостаток?»Будет ли трудно сменить ваше имя на титул?"

Глаза Тан Нина расширились.

«Есть ли что-нибудь еще, кроме названия?Хан Анкан напряженно нахмурился.

«Когда он был человеком, он был более джентльменским и нежным. У него было слабое здоровье, и его стряпня была восхитительной......»Тан Нин ломал голову, пытаясь вспомнить разницу между Цзи Ляньюнем и призрачным женихом, но после того, как он многое рассказал, Хан Анкан, казалось, был не очень доволен.

«Как ты думаешь, он сейчас настоящий Цзи Ляньюнь или Цзи Ляньюнь, в которого вселились призраки?»- Сказал Хан Анканг с торжественным выражением лица.

Тан Нин просто хотел сказать, что это был настоящий Цзи Ляньюнь, но в глазах Хань Анкана он снова почувствовал неуверенность. В конце концов, он знал, что ему никогда не разрешали видеться с людьми.

Он может быть в состоянии отличить своих друзей, которые были вместе много лет, но он не может узнать Цзи Ляньюня, который просто знает его долгое время.

«......Я не знаю, извини.- Разочарованно сказал Тан Нин.

«Теперь не позволяй Цзи Ляньюню приближаться к залу духов. Я хочу сегодня вечером проверить, является ли это благовоние средством для изгнания призраков. Если призраки приходят, а благовония быстро сгорают, то девять из десяти Цзи Ляньюнь, с которыми ты сейчас сталкиваешься, - призрачный жених.- Торжественно произнес Хан Анканг.

«Если это так......Лицо Линь Юнь было очень плохим: «Нет никакого способа выровнять воду»."

Лица у всех были не очень хорошие, и Тан Нин подумал о вопросе, который только что задал ему Цзи Ляньюнь. Если бы Цзи Ляньюнь сейчас был призрачным женихом, разве он не сказал бы что-нибудь плохое о другой стороне в присутствии других?

У всех были разные мысли, и, наконец, они преклонили колени в зале духов, чтобы разбудить духа. Игроки обсудили вопрос о поминках. Обычай в этой деревне - будить духа как минимум три дня. Если вы даже не приедете в течение трех дней, вы отправитесь прямо на похороны. Это нефилимское поведение в деревне. Если вы делаете что-то нефилимское в реальности, все тычут вас в спину самыми важными вещами, но в этой копии могут быть настоящие призраки, которые выходят, чтобы учить недостойных детей и внуков, как себя вести.——

Например, когда Тан Нин женился на Цзи Ляньюнь в период сыновнего благочестия, он непосредственно столкнулся с кучей детей-призраков, напавших на него.

Поэтому после обсуждения игроки планировали будить духа в течение трех дней, прежде чем рассматривать вопрос о похоронах. Хан Аньканг также сказал, что если три ароматические палочки будут проверены сегодня вечером в качестве ключевого реквизита, это будет соответствовать правилу трехдневных поминок.

Если благовония не уничтожены, а сгорели обычным образом, даже если они не хотят устраивать похороны на четвертый день, призраки ворвутся в зал духов, чтобы подать им сигнал о проведении похорон.

Тан Нин вспомнил процесс общения и анализа каждого участника, точно так же, как Сюэба видел, как Сюэба проводил мозговой штурм вместе, чтобы решить проблему, он также внес свой вклад, но его разум просто не отставал от мыслей оппонента в предыдущую секунду, в следующую секунду все повернули за угол, и он снова был в замешательстве.

Каждый игрок, который может играть на уровне B, очень умен......

Тан Нин опустился на колени перед гробом, не в силах сказать, что он чувствовал в глубине души.

На самом деле, он давным-давно смирился с тем фактом, что он не был умным. Когда он учился в начальной школе, он усердно учился и мог получить более 90 баллов на экзамене, как и другие дети.

В старших классах он все еще мог набрать более 90 баллов на экзамене, в работе с полным результатом 150......

Придя в индустрию развлечений, Тан Нин обнаружил, что его культурные достижения были довольно хорошими среди других, но вскоре он обнаружил, что эмоциональный интеллект других людей был намного выше, чем у него. Сестра Лян пригласила его на ужин. То, что все говорили, было очень мило. Один взгляд, казалось, имел бесчисленное количество значений, и он мог только сидеть.Я безучастно наблюдал за всеми, разговаривающими и смеющимися, со стороны, пытаясь слиться с толпой, но я не мог ответить на слова.

Нет, следует сказать, что на самом деле он не хочет сливаться с толпой.

Он просто хочет остаться в маленьком мире себя и кошки. Он умнее кошки, но кошка счастливее его с каждым днем.

В первый раз, когда он решил завести кошку, он был разочарован своими плохими актерскими способностями, поэтому бесцельно бродил по улице в одиночестве. Он обошел дом, зашел в зоомагазин и увидел за стеклом беззаботного котенка. Котенок.

Он присел на корточки, посмотрел на счастливого котенка и тихо спросил: «Котенок, почему ты такой счастливый?»"

Котенок наклонил голову и мяукнул ему в ответ.

Итак, ухмыляющееся лицо Тан Нина появилось на стеклянном окне, и он сказал котенку в своем сердце——

Просто назови это счастьем.

Ты должен заменить меня и быть счастливым каждый день.

Тан Нин опустил голову и тихо опустился на колени в унылом и холодном духовном зале, как котенок, жаждущий, чтобы его взяли на руки.

«Сяо Нин.Сзади раздался нежный голос, Тан Нин на мгновение растерялся, обернулся, увидел Цзи Ляньюня, стоящего у входа в Линтан, улыбнулся и сказал: «Я приготовил ужин»."

Глава 71 Призрачный Муж

Во всем зале духов все игроки, кроме Тан Нина, были обращены лицом к врагу, но Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня, который мягко улыбался невдалеке, и появился.

Сяо Нин.

Когда он произнес это имя таким нежным тоном, это заставило его на мгновение задуматься о нем......Мо Юнчу.

Цзи Ляньюнь с улыбкой пошел вперед. Когда его ноги были уже готовы переступить порог, все игроки повернули головы и посмотрели на Тан Нина, жестом приказав Тан Нину остановить Цзи Ляньюня своими глазами.

Осталась лишь небольшая часть благовоний, и ее нужно сохранить, чтобы противостоять призракам, а Цзи Ляньюнь не выдержит еще одного путешествия Цзи Ляньюня.

Тан Нин быстро встал. Он слишком долго стоял на коленях. Когда он внезапно встал, его глаза почернели, а верхняя часть тела опустела. После двух шагов на ощупь черные пятна перед ним медленно рассеялись. Цзи Ляньюнь протянул руку, чтобы поддержать его, и все игроки были там. Нервно наблюдая, не ускорил ли Сян свое горение, только Цзи Ляньюнь обеспокоенно наблюдал за его состоянием.

« Это головокружение?Цзи Ляньюнь расстроенно сказал: «У тебя плохое здоровье, и ты так долго стоял на коленях, что не можешь встать слишком быстро сразу»."

Благовония не ускоряли горение.

Но это не значит, что Цзи Ляньюнь - настоящий Цзи Ляньюнь.

Потому что до того, как Цзи Ляньюнь зажег лампу и опустился на колени, благовония горели нормально.

«Я в порядке."

Тан Нин не мог сказать, кто такой Цзи Ляньюнь перед ним. Он мог видеть только колеблющийся свет свечей, отражающийся в его глубоких глазах, добавляя теплую ауру фейерверка: «Я просто поджарил для тебя несколько блюд. В деревне есть дикорастущий овощ, который очень вкусный. я не знаю, есть ли он у тебя. Попробовал."

Сказал Цзи Ляньюнь и посмотрел на игроков вокруг себя. Он мягко и с энтузиазмом пригласил: «Не хотите прийти и поужинать вместе?»"

Игроки один за другим покачали головами.

Цзи Ляньюнь больше не был вежлив. Он взял Тан Нина за руку и тихо сказал: «Давай сейчас пойдем домой и поедим, пока горячо»."

Тан Нин посмотрел на товарищей по команде вокруг себя и обнаружил, что никто не собирался блокировать его, поэтому он и Цзи Ляньюнь вместе покинули тесный и подавленный Линтан.

Воздух снаружи был свежим, но холодным. Тан Нин шел вплотную к Цзи Ляньюню. Цзи Ляньюнь спросил его, не больно ли стоять на коленях. Он спросил, не будет ли ему неудобно от аромата в Лингтане. Он спросил, нужно ли ему надевать одежду на ночь, и спросил, как долго ему придется оставаться в Лингтане, прежде чем он сможет вернуться в дом, чтобы отдохнуть.......

С таким количеством вопросов, похоже, что Цзи Ляньюнь составил список белья для стирки, когда был один, а затем достал их один за другим, чтобы показать ему, когда увидит его.

Тан Нин хотел сказать, что это нормально - быть одному в зале духов, но тон Цзи Ляньюня был таким нежным, что Тан Нин не смог скрыть своей обиды. Он сжал руку Цзи Ляньюня, и его тон был мягким и восковым, что он даже не осознал: «У меня болит нога, но я становлюсь на колени. Я сам отрегулирую свою позу, когда онемею."

Услышав это, Цзи Ляньюнь остановился. Он наполовину опустился на колени, осторожно закатал брюки Тан Нина под ошеломленным взглядом Тан Нина и некоторое время серьезно смотрел на него: «Они все красные»."

На самом деле, Тан Нин уже привык к боли, причиняемой этим телом, и самая сильная боль при стоянии на коленях в зале духов в течение нескольких часов не была такой детальной.

Но почему у Цзи Ляньюня вдруг скривился нос после того, как он это сказал?

« Возвращайся и приложи к себе какое-нибудь лекарство, и ты будешь в порядке после хорошего ночного сна.Цзи Ляньюнь встал, его лица не было видно в темноте, и его голос донесся до ушей Тан Нина вместе с ветерком: «Люди не могут воскреснуть из мертвых, не предавайся слишком много печали»."

«Я видел предложение, когда читал книгу раньше. Тебе не нужно беспокоиться о настоящем или слишком сильно беспокоиться о будущем. в жизни не бывает бесполезных переживаний ..."

Голос Цзи Ляньюня нежен, как ночь: «Пока мы продолжаем двигаться вперед, небо всегда будет светлым»."

Тан Нин крепко сжал руку Цзи Ляньюня.

Внезапно ему стало очень тепло, даже если перед ним была ночь, которую нельзя было включить......

и многое другое.

Тан Нин внезапно осознал проблему. Поскольку было так темно, и он не мог видеть своих пальцев, как мог Цзи Ляньюнь сказать, что у него покраснели колени?

После того, как холодный ветер обдул его шею, долгий озноб окутал его, как густой туман после сильного ливня. Это был туман, который мог видеть только он. Он был серым и холодным. Он держал «Цзи Ляньюня" за руку и не мог вымолвить ни слова. .

Это призрак.

Свирепый призрак, который разговаривал с ним.

«Цзи Ляньюнь" все еще такой нежный, и внешне он ничем не отличается от настоящего Цзи Ляньюня. Даже сделав несколько шагов, он внезапно закашлялся низким голосом. Кашель перешел от низкого к высокому, и кашель становился все сильнее и сильнее, и в конце кашель был душераздирающим. Легкие.

Тан Нин был совершенно ошеломлен, он мог видеть только смутные очертания, дрожащие в темноте.

Обычно в это время ему следовало подняться, чтобы поприветствовать холод и задать вопросы, но он заметил, что это был не настоящий Цзи Ляньюнь. Все тело Тан Нина, казалось, было пригвождено к месту страхом. Он очень боялся призраков, по-настоящему боялся, он боялся бледной руки, протянутой из носилок, боялся лизнуть его глазные яблоки. Язык «Цзи Ляньюня", который был одержим желанием проглотить его, боялся, что он проглотит его.——

Что именно хочет сделать этот "Цзи Ляньюнь»?

Тан Нин увидел, как дрожащее тело упало в темноте, и «Цзи Ляньюнь» упал на землю, по-видимому, без сознания.

Тан Нин запаниковал, он включил фонарик, чтобы сфотографировать «Цзи Ляньюня", и увидел красную кровь, стекающую из уголка его губ на одежду, а его бледные руки были покрыты вязкой кровью!

« Цзи Ляньюнь!Цзи Ляньюнь!Тан Нин поспешно помог подняться человеку, который рухнул на землю, и попытался разбудить его, но Цзи Ляньюнь крепко зажмурился и не ответил. Тан Нин пошел проверить дыхание Цзи Ляньюня и заметил слабое дыхание. Он быстро набрал номер своей окровавленной рукой, но на полпути разговора Тан Нин внезапно обнаружил, что на телефоне снова нет сигнала. В мире карт на телефоне нет сигнала, что обычно означает......

Призрак приближается!

Тан Нин в ужасе обнял тело Цзи Ляньюня. Цзи Ляньюнь был очень тяжелым. Тан Нин мог нести Цзи Ляньюня обратно только с большим трудом. Цзи Ляньюнь был таким тяжелым, его тело было холодным, а сзади доносился запах крови. Тан Нин так боялся, что Цзи Ляньюнь внезапно превратится в призрака. Я был так напуган, что, когда я оглянулся, я увидел бело-голубую гримасу, висящую у него на плече.

Шелестящий голос раздался из-за спины Тан Нина.

Это был звук шагов!

Страх, который вспыхнул в одно мгновение, хлынул наружу, бесконечно обтекая Тан Нина, каждый фактор страха был тяжелым, как гора, давил на него, его ноги, руки, горло, его воля и его душа были уничтожены. Подавлены.

Тан Нин задрожал и пошел вперед с Цзи Ляньюнем на спине, а шаги неотступно следовали за ним.

Шелести, шелести, не туго и не медленно, призрак никогда не исчезнет.

Его ноги дрожали, впереди была кромешная тьма, и он ничего не мог разглядеть. Холодный ветер дул в лицо Тан Нину. Если Тан Нин шел быстрее, эта тварь следовала за ним быстрее. Если Тан Нин шел медленнее, эта тварь следовала за ним медленнее, как будто наступала Тан Нину на пятки.

Тан Нин не знал, как долго его не было. Само собой разумеется, что он должен быть в состоянии вернуться в зал духов пешком, но сейчас он все еще в пути......

Тан Нин включил свой мобильный телефон, чтобы сфотографировать окружающий пейзаж. Ледяной луч света пронзил темноту и продолжал тянуться вперед, но остановился на окоченевшем теле.

Рука, державшая телефон, дрожала, и луч света качался, освещая окровавленную пеньковую веревку, привязанную к его лодыжке.

В следующее мгновение вокруг воцарилась кромешная тьма, и Тан Нин испугался до остановки сердца. Он обнаружил, что телефон разрядился и автоматически выключился.

Последний луч света полностью терялся в темноте.

Это призрак, бьющийся о стену!

Осознав этот отчаянный факт, Тан Нин даже хотел сдаться.

Он хотел бросить все, столько борьбы, столько стиснутых зубов, он хотел отказаться от всего этого, на самом деле, это всегда была смерть, это нормально, когда это дерьмо набрасывается на него, боль недолговечна, пусть этот момент боли полностью захлестнет его, он думал так героически и бесстрашно, Но слабый голос в его сердце говорил ему——

Нет, мне так страшно, я боюсь столкнуться с настоящей бездной.

Тан Нин прикусил нижнюю губу, прикусил так сильно, что даже почувствовал привкус крови.

Его глаза на мгновение расширились, и он вдруг кое-что понял: кровь!Кровь Цзи Ляньюня, кажется, пугает призраков!

Неудивительно, что после столь долгого пути этот призрак все еще оставался рядом с ним и так и не осмелился двинуться вперед.

Тан Нин поспешно прикоснулся к оставшейся крови на руках Цзи Ляньюня. Он вытер всю кровь со своего тела. После нанесения этого средства Тан Нин почувствовал себя немного в безопасности, но теперь у него не было сил.

После того, как он так долго шел с Цзи Ляньюнем на спине, казалось, что все остатки силы во всем его теле и даже в промежутке между костным мозгом были опустошены, и боль от истощения ползла по нему, как невидимый странный червь, засевший в его сердце.

Тан Нин взвалил тяжелое тело Цзи Ляньюня на спину и продолжал идти вперед, потому что он ничего не мог видеть, фактически, это ничем не отличалось от ходьбы с закрытыми глазами.

Так устал.

Он хотел быть все сильнее и сильнее, но нынешняя ситуация казалась ему экстремальной.

Чем больше он узнавал себя, тем больнее ему становилось. Он всегда хотел усердно работать, но как бы сильно он ни старался, он казался непреодолимой преградой для по-настоящему хорошего человека.

Нет ни крепкого телосложения, ни умного мозга, ни сильной воли, ни бесстрашного мужества......

——»В жизни не бывает бесполезного опыта. Пока мы продолжаем двигаться вперед, небо всегда будет светлым."

Нежный голос Цзи Ляньюня, казалось, звучал в ее ушах, и Тан Нин почувствовала, что ей следует снова заплакать, как будто у нее оставались только силы плакать, позволяя слезам смыть боль и страх.

Это не имеет значения.Все в порядке.

Тан Нин, не сдавайся, ладно?Сейчас тебе намного лучше, чем было, когда ты впервые вошел в эту игру. Ты не просто свернулся калачиком в углу и не плакал, как страус, как в самом начале. Ты будешь поправляться мало-помалу, и так будет до настоящего рассвета.

Так что, пожалуйста, продолжайте.

Продолжайте идти вперед, даже если вам не на кого положиться.

Измученное тело Тан Нина, казалось, снова обрело немного сил. Он пошел вперед с Цзи Ляньюнем на спине, и пока он шел, вдалеке действительно появился маленький огонек!

Это свет из духовного зала!

Тан Нин взволнованно нес Цзи Ляньюня на спине к светлому месту. Он шел все быстрее и быстрее, точно в спринте на последней дистанции экзамена по бегу, все силы его тела были выжаты. Он тяжело дышал и подошел к передней части Лингтана и увидел игроков, стоявших на коленях в Лингтане один за другим. Фигура, и пара ног дрожала перед ним.

Тан Нин остановился, уже собираясь переступить порог.

Очень странное чувство пронизало мое сердце. Это чувство отличалось от того повешенного, которого я видел дважды до этого. Тан Нин медленно поднял голову, его взгляд скользнул от стройной лодыжки к тонкой талии и к тонкой шее, которая была сломана.——

Когда Тан Нин поднял голову и посмотрел вверх, оказалось, что лицо висящего призрака смотрит на него точно так же.

Было использовано лицо Тан Нина.

Тан Нин увидел себя повешенным на балке, ведущей в комнату!

Глава 72 Призрачный Муж

Все тело Тан Нина кружилось, и головокружение в затылке, казалось, было душой, охваченной страхом, стремящейся покинуть тело, опухшее покалывание в висках внезапно усилилось, Тан Нин хотел отступить, но он нес Цзи Ляньюня на спине.

Это была всего лишь минутная задержка.

Пеньковая веревка, соединяющая балку помещения с горловиной, автоматически станет длиннее!Подвешенный призрак, висящий на веревке, устремился прямо к Тан Нинфэй!

Лицо, обращенное к Тан Нину, приобрело ужасающий вид, его глаза были потрескавшимися и жуткими. У Тан Нина было ужасное предчувствие, что он вот-вот станет таким!Это его следующая смерть!！！

Холодная рука ущипнула Тан Нина за шею, глаза Тан Нина расширились, и он отчаянно протянул руку, пытаясь оторвать похожую на железные плоскогубцы призрачную руку, но у него не было никакой силы.

Веревка медленно натянулась, и ноги Тан Нина мало-помалу оторвались от земли, сначала пятки, затем пальцы ног. Ноги, оторвавшиеся от земли, продолжали сопротивляться, лицо Тан Нина покраснело, и он не мог вымолвить ни слова.——

спасите！

Кто спасет меня!

Его мозг гудел, уши были полны смеха, а перед глазами Тан Нина мелькали гримасы, похожие на постоянно сияющую вспышку света. Когда-то Тан Нин надеялся, что будет стоять в сияющем месте и будет окружен светом, который вспыхивал так ярко, что он не мог открыть глаза. Все болели за него и подбадривали.поздравляю......

Когда режиссер Чанг выбрал его, он никому не рассказал о воображении, спрятанном в его сердце. Он снимал так усердно, что, казалось, был действительно близок к этой сцене.——

Это великая смерть, которая принадлежит ему.

Смех, вспышки, жужжание, боль.

Его мозг лихорадило, а тело, казалось, было подавлено похожей на туман и гору болью. Он чувствовал себя Королем обезьян, прижатым к Учжишану в ожидании прихода этого мастера.

Но, подумав об этом, он должен быть танским монахом, у которого текли слюнки от монстров, смертным телом, запертым под непоколебимой Горой Пяти Пальцев, и именно Великий Мудрец Ци Тянь спас его.——

Однако история сама по себе жестока.

Он всего лишь смертный, как он может не есть и не пить, как он может переносить ветер и солнце, как он может выносить долгое одиночество и отчаяние?

В это время, пока существует существо, которое появляется, всего за несколько добрых слов, даже демоны и призраки будут рассматриваться им как бог, который спасает все.

так что。

Помоги мне.

Будь то бог или демон, человек или призрак, мне больше все равно.

« Сяо Нин... " Неземной зов донесся до его ушей, немного расплывчатый, как будто он был влит через воду, и нежность окутала его тело, как вода.

Веревка была отсоединена от его шеи, и самая смертельная боль исчезла в одно мгновение, как будто невидимая гора отодвинулась от него, и Тан Нин упал в окровавленные объятия. Вся его личность, казалось, раскололась на две части. Один человек беспомощно упал в его объятия, Очень сильно, если вы боитесь, вы будете только плакать. Другой до крайности боится рычать с оскаленными зубами и когтями, и ему не терпится выместить послевкусие этого страха и боли на других.

Он моргнул, пытаясь прояснить затуманенное слезами зрение, а затем посмотрел на Цзи Ляньюня, который с трудом смотрел на него.

Это был Цзи Ляньюнь с открытыми глазами, Цзи Ляньюнь, который был слаб, Цзи Ляньюнь, который был нежен, и Цзи Ляньюнь, который, казалось, был способен терпеть весь свой плохой характер и боль.

«ты......почему...Да...»Человек, который пытался разжать зубы и когти, мог контролировать результат только дрожащим голосом, который не мог управлять эмоциями всего тела, как если бы муравей тащил гору.

Цзи Ляньюнь поспешно приблизилась, приложив уши к краю дрожащих губ Тан Нин, пытаясь расслышать, что говорит Тан Нин.

Тан Нину так много нужно было сказать. Он хотел спросить, почему этот человек только что упал в обморок, и спросил, был ли другой человек сейчас человеком или призраком. Он хотел спросить так много, но он так устал, что даже не хотел ничего говорить. Он открыл рот и прикусил мочку уха этого человека.минутку.

Поскольку у него было не так уж много сил, Тан Нин оставил лишь небольшой след от зубов на бледной ушной раковине, не укусил и не кровоточил, но казался небольшим бессовестным искушением.

Все с изумлением наблюдали за этой сценой.

Увидев, что Тан Нин изо всех сил пытается поднять шею, теплые слезы потекли из уголков его красных глаз, а нос жалко покраснел. Он оскалил зубы на Цзи Ляньюня, как молочный кот, и попытался напасть на монстра, который был в бесчисленное количество раз больше и страшнее его самого.——

да。

Это чудовище.

Только что, когда Тан Нин, пошатываясь, вошел в зал духов, неся на спине потерявшего сознание Цзи Ляньюня, все игроки встали и захотели посмотреть, что происходит с Цзи Ляньюнем. Неожиданно Тан Нин внезапно нашел веревку и повесился. Самоубийство.

Тан Нин, который в будние дни выглядел слабым, взорвался с бесконечной силой, настолько, что игроки не смогли его остановить, и фигура дяди Вана появилась за пределами Лингтана. Он стоял в дверях и наблюдал за хаотичной сценой со странной улыбкой на лице. Улыбнись.

Только последний маленький кусочек благовония неистово горел, превращаясь в порошок под всеобщими отчаянными взглядами. Дядя Ван взволнованно занес ногу, чтобы переступить порог, то есть, когда все уже готово было рухнуть, Цзи Ляньюнь, который лежал на земле, вдруг услышал тихий шепот.

Слабый, как шелест догорающей свечи на ветру.

Если вы не будете слушать внимательно, то вообще ничего не услышите.

Однако дяде Вану, который собирался войти в зал духов, казалось, что он услышал самый ужасающий голос в мире и остался неподвижен на месте.

У Цзи Ляньюня, который лежал на земле, был очень явный спазм в теле, суставы на его конечностях дрожали, и вся его личность предательски выпрямилась. В то время он все еще был закрыт, его тело было покрыто кровью, а лицо Тан Нина сияло белизной, в то время как лицо Цзи Ляньюня было ближе.Бледность Ю Чжирэня.

Кровь, хлынувшая из его собственного рта, потекла от уголков губ к шее, как будто разбитый фарфор снова насильно соединили вместе, а затем он внезапно открыл глаза.

Ветер в Лингтанге, казалось, стих.

В тот момент, когда Цзи Ляньюнь открыл глаза, дядя Ван без колебаний выбежал наружу и внезапно прыгнул в темноту, как будто столкнулся с кошкой и мышью.

Ни один игрок не осмеливался заговорить, и неописуемое чувство подавленности и смущения заполнило весь духовный зал. Все они стояли молча, наблюдая, как Цзи Ляньюнь медленно и шатко встает, словно в состоянии полусна.

Но никто из тех, кто только что проснулся, не будет ходить на цыпочках.

Кровь капала с тела Цзи Ляньюня, его слегка прикрытые глаза не смотрели ни на что другое, и даже оставшийся свет был таким скупым, что он не хотел передавать его другим. Он посмотрел на умирающего Тан Нина.

Даже все были благодарны за то, что он посмотрел на Тан Нина.

Под пристальными взглядами всех Цзи Ляньюнь медленно подошел к месту, где повесился Тан Нин, встал на цыпочки и ступил на скамейку запасных, его тонкая рука нежно обняла сопротивляющегося Тан Нина, и в этот момент веревка, удерживающая Тан Нина, разорвалась пополам, и все игроки напряглись до предела. Нервы, казалось, в этот момент разорвались пополам.——

Что это за чудовище такое?！

Они смотрели на Тан Нина в ужасе, опасаясь, что оскорбительное поведение Тан Нина оскорбит этого странного npc.

Тан Нин уютно устроился в объятиях Цзи Ляньюня, ничего не понимая. Выражение его лица выглядело немного подавленным. Он действительно был подавлен, потому что хотел укусить Цзи Ляньюня за мочку уха.

Он знал, что его идея не очень хороша, поэтому не стал пробовать ее во второй раз.

Цзи Ляньюнь ошеломленно уставилась на Тан Нин, мочки ее ушей слегка покраснели, и на ней все еще были красивые следы зубов.

Тан Нин поднял лицо и обиженно посмотрел на Цзи Ляньюня, как будто это его укусили: «Почему ты падаешь в обморок?»"Голос все еще хриплый, а речь мягкая и слабая.

Цзи Ляньюнь немедленно извинился: «Извините, я не знал, что буду так долго находиться в коме после того, как перерезал запястье."

Порезал себе запястье?

Тан Нин не ожидал, что это будет ответом.

Разве они с Цзи Ляньюнем только что не шли по тропинке обратно, и Цзи Ляньюня внезапно вырвало кровью, и он впал в кому?

Могло ли быть так, что настоящий Антропоцен Ляньюнь спал с тех пор, как он бескровно спас Линь Юнь, и по-настоящему не просыпался до сих пор?

Тан Нин тупо и смущенно посмотрел на Цзи Ляньюня. Он так смотрел на Цзи Ляньюня, и выражение его лица постепенно стало болезненным. Он надавил на лоб, и синие вены на его лице показались маленьким питоном, готовым вырваться из тела «......Я снова что-то сделал, когда потерял сознание?"

- С горечью спросил Цзи Ляньюнь.

Он выглядел действительно болезненным.

Похоже, это и есть настоящий антропоценовый Ляньюнь.

Это был не этот Цзи Ляньюнь, который только что внезапно покинул его, а тот ненавистный призрачный жених. Он не должен был злить невинного Цзи Ляньюня.......

К Тан Нину теперь немного вернулись силы. Он мягко протянул руку и потер виски Цзи Ляньюня своими мягкими пальцами. Очевидно, сам Тан Нин только что оправился от боли, но теперь он изо всех сил старается разделить боль друг друга.

В тот момент, когда была нанесена мягкая и нежная кожа, Цзи Ляньюнь, казалось, был завернут в зефир, трепещущий, как сон. Он не ожидал, что Тан Нин помассирует ему виски. Эти глубокие глаза смотрели на Тан Нина в оцепенении, и голубые вены, которые лопнули на его лице, постепенно исчезли.

Тан Нин видел, что болезненные эмоции Цзи Ляньюня в данный момент не были очевидны.

Может быть, это эффект от его массажа для Цзи Ляньюня?

«ты...Есть ли какая-то польза от тесного контакта со мной?- Тихо спросил Тан Нин.

Нынешнее тело Цзи Ляньюня действительно слишком плохо. Его лицо ничем не отличается от лица мертвеца. Его тело холодное, а из уголков губ все еще течет кровь. Он действительно беспокоится, что Цзи Ляньюнь может упасть в любой момент.

По сравнению с призрачным женихом, Тан Нин больше желал, чтобы его защищал настоящий Цзи Ляньюнь.

На карточке говорилось, что определенные существа могут получить пользу от контакта с ним. Если его поцелуи, объятия, поглаживания и т.д. Могут восстановить здоровье Цзи Ляньюня, Тан Нин с радостью это сделает.

Услышав вопрос Тан Нина, Цзи Ляньюнь не знал, о чем тот думает. Он некоторое время молчал, прежде чем сказать: «Я женился на тебе. Это действительно было предложение гадалки в самом начале. Он сказал, что я могу умереть от болезни, только если буду с тобой. ."

« Но на самом деле, сначала я не думал о том, чтобы жениться на тебе."

Цзи Ляньюнь посмотрел на Тан Нин, каждое слово было очень легким, и в этом сочетании была неописуемая грусть: «Я знаю свое тело, у меня не так много времени, и я снова болен. У меня пока мало денег. Таким людям, как я, не следовало ни на ком жениться."

« Но твой дедушка тоже приходил ко мне. Он сказал, что хочет доверить тебя мне, и я сначала отказалась."

Сказав это, Цзи Ляньюнь сделал паузу, и его печальный тон также был окрашен нежностью. Он тихо прошептал: «Твой дедушка принес твою фотографию."

« Кстати говоря, ты можешь мне не поверить, может быть, это покажется легкомысленным, но я влюбился в тебя с первого взгляда."

Глава 73 Призрачный Муж

Тан Нин был ошеломлен.

Это совсем не то, что он хотел услышать.

Что имеет в виду Цзи Ляньюнь?Разве не у всех них есть браки по договоренности, в которых они нуждаются?Почему вдруг?.......Вдруг влюбились с первого взгляда?

И разве такие вещи, в которые влюбляешься с первого взгляда, прямо скажем, не радуют глаз?

Глядя в ласковые глаза Цзи Ляньюня, Тан Нин чувствовал себя не в своей тарелке.

На самом деле, он встречал многих людей, которые влюблялись в него с первого взгляда. У этих людей, кажется, очень прекрасное представление о нем и они всегда смотрят на него очень хорошо, как будто они думают, что он может блистать, как и его внешность, в других областях.

Но Тан Нин знал, что он действительно бесполезен, если не считать этого лица.

Те, кто приближался к нему, были слишком экстремальными, либо настолько хорошими, что Тан Нину было стыдно за себя, либо настолько извращенными, что Тан Нин не мог избежать этого.

Тан Нин робко посмотрел на Цзи Ляньюня. Он знал, что тот был очень странным человеком, настолько странным, что не подходил для установления интимных отношений с другими.

Что я должен сказать?Кажется, он больше всего подходит для того, чтобы молча любить кого-то. Такого рода симпатия скрыта в его сердце, точно так же, как вначале у него сложилось хорошее впечатление о нежном Цзи Ляньюне, хотя он и не знал, нравится ли ему это или он наложил фильтр на Цзи Ляньюня в мире опасного копирования.

Но он подумал, что, по крайней мере, в этой копии ему действительно нравится Цзи Ляньюнь.

Он также мог понять, что Цзи Ляньюню, похоже, он тоже понравился, и он был готов сохранить их отношения туманными, как слегка выпитое вино. После пробуждения это будет совершенно новый день.

Такого рода симпатию действительно нельзя нарушать.

Все еще используй такие ласковые глаза и такой ласковый тон.

Слишком большая и слишком сильная любовь внезапно обретает грани, и острые углы обнажаются, заставляя Тан Нина инстинктивно захотеть отступить. Если это происходит в реальном мире, он должен умело говорить в это время.——

Большое вам спасибо за ваш лайк, но у меня нет планов влюбляться сейчас. я хочу поставить свою карьеру на первое место. Компания не допускает подпольных романов. Мне действительно жаль.

Однако Цзи Ляньюнь является его амулетом в этой копии игры.

«......Все оказалось вот так.Тан Нин ответил тихим голосом.

Цзи Ляньюнь мягко улыбнулся, как будто он исполнил свое желание после того, как только что произнес признание. Он с огорчением коснулся раны на шее Тан Нина, и на белоснежной шее появился круг ужасающих красных отметин, как будто белоснежный и нежный котенок надел красный ошейник.

Тан Нин нахмурился. Рана сильно болела от одного прикосновения, из-за чего в его глазах внезапно появился туман.

Сначала Цзи Ляньюнь хотел немедленно убрать руку, но каким-то образом его ладонь оказалась сбоку на лице Тан Нина, поймав сконденсировавшуюся из тумана слезинку.

Кристально чистые слезы превратились во все более мелкие капельки воды и разбрызгались, а сердце Цзи Ляньюня, казалось, отозвалось звонким звуком «Динь-Цзиндан».

Это очень красиво.

Снова появился Цзи Ляньюнь.

Человек в его объятиях всегда вызывал у него непредсказуемые ощущения, даже если он уже был в его объятиях, даже если он превращался в поцелуй, он был таким хрупким, что казалось, он ускользнет от него в следующую секунду.

Только когда этот человек нахмурился, предпочтительно расплакался, и теплые слезы попали на его ладонь, реагируя на их физический контакт, Цзи Ляньюнь почувствовал, что они действительно затронули чувства друг друга.

Покалывание от укуса Тан Нина осталось на мочках ушей.

Чего Цзи Ляньюнь только что не раскрыл, так это того, что когда его укусил Тан Нин, неописуемое чувство нахлынуло на его сердце. Казалось, что все было ужасно. Он мог видеть много сильных эмоций в этих ясных черных глазах. Он даже......Я хочу подойти и облизать такие красивые глаза.

Цзи Ляньюнь убрал руку и попытался сдержать эти плохие мысли. Он глубоко вздохнул и задал вопрос, который волновал его больше всего: «Почему ты только что пошел вешаться? Ты столкнулся с чем-то, чего не хотел делать?»"

повеситься？

Тан Нин посмотрел на игроков вокруг себя. Он хотел знать, что только что произошло, но все игроки, которые смотрели ему в глаза, избегали их взгляда.

Тан Нин немного растерянно повернул голову, но обнаружил, что когда он смотрел на кого-то, Цзи Ляньюнь тоже следовал за ним, чтобы увидеть этого человека.

«Я не хотел вешаться, я увидел привидение.У Тан Нина все еще были затаенные страхи, когда он произносил это слово, как будто он был окутан паутиной страха, подобной паутине паука. Только опираясь на Цзи Ляньюня, он мог обрести чувство безопасности: «Призрак собирается заставить меня повеситься»."

Как сказал Тан Нин, он снова посмотрел на игроков вокруг себя, и кто-то из этих игроков наконец заговорил: «Мы не видели призраков, мы только видели, как ты повесился. Ты не можешь остановить это»."

Услышав эти слова, Тан Нин сразу все понял. Он должен был столкнуться с иллюзией призрака, точно так же, как призрак врезается в стену. Если бы Цзи Ляньюнь не спас его, он оказался бы в той же ситуации, что и Хань Миньи.

Значит, дедушка этого тела, Тан Сяньхэн, тоже столкнулся с иллюзией повешения призрака после своей смерти?

Если так, то почему Тан Сяньхэн заранее надел саван, устроил для него свадьбу, как для умирающего сироты, и специально сказал младшим похоронить его тело в течение семи дней, иначе случится что-то плохое?

После стольких приготовлений казалось, что он давным-давно ожидал собственной смерти.

Тан Нин некоторое время напряженно думал, но так ни до чего и не додумался. Он слишком устал. Он закрыл глаза и прислонился к груди Цзи Ляньюня. Цзи Ляньюнь обнял его и тихо прошептал: «Не волнуйся, я останусь с тобой»."

Получив обещание Цзи Ляньюня, Тан Нин действительно почувствовал большое облегчение. Затем Цзи Ляньюнь расстроенно сказал: «Ты должен вернуться в дом и отдохнуть вот так. Не просыпайся сегодня ночью."

В это время благовония в Лингтане уже догорели, и единственным, кто проявлял наибольшую сдержанность по отношению к призракам, был Цзи Ляньюнь, который не знал, был ли это человек или призрак, но когда Цзи Ляньюнь сказал это, ни один игрок не осмелился остановить его.

Тан Нин встал с помощью Цзи Ляньюня. И он, и Цзи Ляньюнь были в слабом состоянии. Тан Нин беспокоился, что они вдвоем столкнутся с какими-нибудь призраками, бьющимися о стену, когда будут возвращаться. Если Цзи Ляньюнь снова впадет в кому, у него определенно не хватит сил сбежать.

[Система, который сейчас час?】

Тан Нин хотел посмотреть телефон сам, но его телефон разрядился и выключился.

【нуль。】

Призраку действительно потребовалось много времени, чтобы врезаться в стену.

Тан Нин поднес свой палец ко рту Цзи Ляньюня и прошептал: «Ты облизываешь его..."

Прежде чем он успел объяснить цель своего странного поведения, бледные тонкие губы приоткрылись и обхватили кончики его пальцев.

Скорость настолько высока, что вы можете наслаждаться этим.

Тан Нин почувствовал, что Цзи Ляньюнь высосал из него те немногие силы. Мало того, что собеседник держал его за костяшки пальцев, горячий кончик его языка также коснулся кончиков его пальцев.

«Хм......»Кожа Тан Нина была патологически красной. Он дрожащим движением отдернул руку, и все его тело обмякло в объятиях Цзи Ляньюня. По сравнению с плохим состоянием Тан Нина, лицо Цзи Ляньюня было гораздо более окровавленным.

Он обнял мягкую Пушинку.

Его новобрачная жена уверенно уютно устроилась в его объятиях, и дыхание, которое она выдыхала, было сладким и жирным, как медовые пряди, отчего Цзи Ляньюню действительно захотелось попробовать одну или две.

Просто кончики пальцев такие сладкие.

А как насчет других мест?

«почти...Отнеси меня в постель......Тан Нин нахмурился. Сейчас он совершенно неподвижен, устал, хочет спать и проголодался. Значит, согласованный ужин должен был остыть. «Я так голоден»."

Адамово яблоко Цзи Ляньюня перекатилось, и он тоже был голоден.

Цзи Ляньюнь помог Тан Нину дойти до комнаты, где он отдыхал. На самом деле его комната находилась недалеко от зала духов. Если бы не призрак, врезавшийся в стену, он бы уже давно добрался сюда.

Цзи Ляньюнь включил свет. Лампочка в комнате была очень старой. Яркость света ничем не отличалась от яркости свечей. Лампочка мерцала, и это было даже не так стабильно, как зажигать свечу.

В полутемной комнате уже стояли холодные блюда. Когда Цзи Ляньюнь увидел это, он сказал, что хочет разогреть. У Тан Нина больше не было сил, но он боялся, что столкнется с призраками, когда уйдет от Цзи Ляньюня. Он снова прислонился к Цзи Ляньюню, сонно глядя на Цзи Ляньюня.»Горячие блюда.

«Кто приготовил это блюдо?- Тан Нин услышал, как спросил Цзи Ляньюнь.

«ты......Ты сделал это для того, кто был болен.- Тихо ответил Тан Нин.

« Я хочу сделать тебе еще одну копию, можно?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Тан Нин слабо покачал головой. Он действительно не мог ждать. Он устал. Сейчас ему просто хотелось съесть кусочек горячего блюда и поскорее лечь спать.

Увидев появление Тан Нина, Цзи Ляньюнь некоторое время молчал, а затем достал дымящееся блюдо. Тан Нин так устал, что не мог открыть глаза, поэтому он отправлял блюда в рот Тан Нина одно за другим.

Каждый кусочек еды пережевывался очень медленно. Иногда Тан Нину казалось, что он вот-вот заснет. Его маленькая головка кивала, затем внезапно просыпалась на мгновение и медленно начинала жевать.

Еда, приготовленная призрачным женихом, действительно вкусная. даже если она холодная или горячая, она в несколько раз лучше, чем некоторые тщательно приготовленные блюда.

Тан Нин лежал на плече Цзи Ляньюня и ел с закрытыми глазами, поэтому, естественно, он не мог видеть устремленного на него одержимого взгляда Цзи Ляньюня.

Цзи Ляньюнь, который всегда вел себя как джентльмен, уставился на свои губы, зубы и кончик языка......

«вода。- Прошептал Тан Нин, все еще с закрытыми глазами.

Цзи Ляньюнь зачерпнул ложкой суп и заботливо поднес его к губам Тан Нин.

Поднеся ложечку к своим мягким губам, он зачерпывает немного утоляющей жажду воды, как котенок.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Кончиком языка облизнув губы, Тан Нин поднял веки и взглянул на Цзи Ляньюня, который был послушен и изумлен: «Тоже...хотеть......"

Сердце Цзи Ляньюня тоже растаяло.

Он сделал еще глоток и поднес его к губам Тан Нина. Тан Нин, который зависел от него даже в том, чтобы пить воду, медленно и нежно держал стакан, как и раньше, понемногу слизывая его, и на маленьком личике появился легкий румянец.

После этого глотка его желудок наполнился на семь пунктов, и он может продолжать есть, но сейчас ему больше хочется спать, чем есть, поэтому он снова прошептал: «Хочу спать...понимать。"

Цзи Ляньюнь немедленно поставил тарелки и палочки для еды и помог Тан Нину лечь на кровать. Он снял с Тан Нина обувь и носки и вытер тело Тан Нина полотенцем нужной температуры. Когда он закатал брюки и увидел красные следы на коленях, Цзи Ляньюнь почувствовал себя настолько расстроенным, что не смог этого вынести.

Он изо всех сил старался замедлить свои движения, чтобы не потревожить Тан Нина на кровати, и использовал самую мягкую силу, чтобы вколоть лекарства в различные части тела Тан Нина. Тан Нин нахмурился во сне и издал слабый стон.

Цзи Ляньюнь сел у кровати и посмотрел на спящего Тан Нина. Он не мог насмотреться. Как может существовать такой человек, который подходит его сердцу?Есть старая поговорка, что, держа его в руке, боишься сломать, а держа во рту, боишься растаять. Вероятно, это его чувства к Тан Нин.

Он долго молча смотрел на Тан Нина.

Наконец, Цзи Ляньюнь не удержалась и опустила голову и поцеловала Тан Нин во сне.

Поцелуй в эти мягкие губы.

Глава 74: Призрачный Муж

Тан Нин хорошо выспался ночью.

Когда он проснулся на следующий день, Цзи Ляньюнь принес завтрак ему в постель. Пока Тан Нин все еще был без сознания, он вытер ему лицо, прополоскал рот и, наконец, поел естественным путем.

Этот процесс был знаком Цзи Ляньюню, и он наслаждался им. Тан Нин, который спал в оцепенении, сначала подумал, что ему снится сон, потому что ему уже снился подобный сон раньше. Ему снилось, что Цзи Ляньюнь заботился о нем весь день, и, наконец, вызвал в воображении двух Цзи Ляньюней.——

Что сказать двумя ртами вверх и вниз, в самый раз.

Думая об этом, Тан Нин внезапно проснулся.

Ложка коснулась уголка его губ, голос Цзи Ляньюня был низким и нежным, и он соблазнительно сказал: «Давай, открой рот."

Тан Нин хотел сказать «нет», но как только он открыл рот, ложка была отправлена в него, и теплая жидкость наполнила его рот. Это была сладкая и мягкая горячая каша, которая была восхитительной.

« Сегодня ты будешь работать усерднее.Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Третий день - день траура, и многие гости нуждаются в том, чтобы ты их принял»."

Соболезнования?

В реальности кто-то скончался, и родственники и друзья приходят оплакать покойного, но это копия игры, и они приходят оплакивать......Будет ли это смешано с мертвыми людьми?

«Бум!Бум!Глухой звук барабанов донесся откуда-то неподалеку, нарушив спокойствие раннего утра. Ресницы Тан Нина дважды дрогнули от звука барабанов, и его ошеломленный взгляд упал на лицо Цзи Ляньюня из окна, где небо еще не было полностью освещено. На лице.

Не говоря ни слова, Цзи Ляньюнь понял его замешательство.

«Это траурный барабан. Люди, которые скорбят, должны дважды постучать, прежде чем войти в духовный зал.Цзи Ляньюнь сделал еще один глоток: «Ты должен побыстрее доесть кашу. Сегодня придет много людей. Как старший внук, ты не можешь отсутствовать»."

Тан Нин поспешно взял полностью заряженный мобильный телефон во время еды. Групповой чат был полон записей разговоров игроков. Прошлой ночью жертв не было. Хан Анкан связался с Тан Нином и спросил Тан Нина, является ли Цзи Ляньюнь теперь призраком или человеком.

Тан Нин поспешно ответил: «Я думаю, что он человек."

Хан Анкан ответил почти мгновенно: «Ты уверен?"

Тан Нин внезапно снова почувствовал неуверенность.

Особенно когда он увидел Хань Анкана в следующий раз, он сказал: «Когда Цзи Ляньюнь спас тебя прошлой ночью, он ходил на цыпочках."

В этот момент у Тан Нина затекла голова, и он в панике поднял глаза, чтобы посмотреть на Цзи Ляньюня, забыв проглотить кашу, которая была у него во рту.

«В чем дело?- Тихо спросил Цзи Ляньюнь.

Какое-то время Тан Нин действительно не мог сказать, был ли это Цзи Ляньюнь или призрачный жених. Призрачный жених мог притворяться Цзи Ляньюнем, но Цзи Ляньюнь не должен был притворяться призрачным женихом.

Если нынешний Цзи Ляньюнь - настоящий Цзи Ляньюнь, то то, что он сказал, тоже должно быть правдой. Цзи Ляньюнь вышла за него замуж. Во-первых, гадалка сказал, что он не умрет от болезней в будущем, а во-вторых, Цзи Ляньюнь влюбилась в него с первого взгляда.

Вот почему Цзи Ляньюнь хочет заполучить его.

А как насчет призрачного жениха?

Зачем он нужен призрачному жениху?

В это время он часто казался слабым, особенно после того, как он вступил в контакт с Цзи Ляньюнем, он был настолько слаб, что это было похоже на то, как будто его засасывали духи, немного похоже на то, как его засасывали призраки в фольклоре.

Хочет ли призрачный жених заполучить его для своей Ян Ци?

Однако, когда в первый день Цзи Ляньюнь помог ему встать на ноги, он тоже казался очень слабым.

Является ли этот вид слабости сонливой слабостью, вызванной промоканием ног, или слабостью от того, что тебя засасывают призраки?Если это последнее, то разве Цзи Ляньюнь тоже не человек?

«О чем ты только думаешь?Цзи Ляньюнь протянула руку и коснулась центра изогнутых бровей Тан Нин: «Ты можешь сказать мне, если у тебя есть какие-то опасения, может быть, я смогу помочь тебе поделиться своими тревогами»."

Он настолько внимателен и нежен, что люди не могут не быть рядом с ним. Это напоминает Тан Нину Мо Юнчу в прошлом. Поведение Мо Юнчу также обнаруживает так много странностей, о которых Тан Нин не может догадаться.

Тан Нин серьезно посмотрел на Цзи Ляньюня: «Ты......Ты будешь лгать мне?"

« Как я мог солгать тебе?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Казалось, он говорил правду.

Но то, что он сказал, было ложью, и Тан Нин тоже не мог этого слышать.

Тан Нин взял руку Цзи Ляньюня и положил ее себе на левую сторону груди. Он робко посмотрел на Цзи Ляньюня, который был слегка смущен: «Если ты солжешь мне, моему сердцу будет очень больно»."

Кончики пальцев, лежавшие на его груди, дрожали.

Цзи Ляньюнь не мог видеть никаких изменений в его глазах. Может быть, они и были, но Тан Нин не мог этого видеть. Тан Нин больше не хотел гадать. Он умоляюще спросил: «Цзи Ляньюнь, почему ты ходила на цыпочках прошлой ночью?»"

глухой звук。глухой звук。глухой звук。

От стука маленького сердечка кончики пальцев Цзи Ляньюня задрожали по плоти и крови, и Цзи Ляньюнь посмотрел вниз на Тан Нина: «......Я тоже не знаю."

«Когда я открыл глаза, я увидел только тебя. Я хотел взглянуть на тебя поближе. Хотя я был в сознании, я был в то время...» Цзи Ляньюнь сделал паузу и подробно объяснил: «Это похоже на «я» во сне, когда человек видит сон. То, что он делает, будет немного отличаться от реальности». Долгое время я был в таком состоянии в то время."

«Только в тот момент, когда я спас тебя, я проснулся, как от большого сна."

Это так?

Тан Нин и Цзи Ляньюнь посмотрели друг на друга, снова зазвучали барабаны, и новые люди пришли скорбеть.

Тан Нин отпустил руку Цзи Ляньюня и допил оставшуюся половину миски каши. Когда Цзи Ляньюнь присел на корточки, чтобы помочь ему обуться, Тан Нин взял свой мобильный телефон и опубликовал то, что сказал ему Цзи Ляньюнь, в группе.

Хань Анкан: «Если то, что сказал Цзи Ляньюнь, правда, то очень вероятно, что именно призрачный жених спас тебя в то время."

Линь Юнь: «Нам нужно как можно скорее выяснить, кто больше отпугивает призраков, потому что завтра мы постараемся устроить похороны, а похороны - это самый большой кризис в этом мире."

Тан Нин положил свой мобильный телефон и вышел из дома вместе с Цзи Ляньюнем. Он увидел много людей, прогуливающихся у дверей Лингтана. Некоторые NPC показались Тан Нину знакомыми. Некоторые были жителями деревни, которые помогали Тан Хэнсяню и Хань Миньи устанавливать Лингтан, когда их повесили, и было еще несколько человек......

А?Разве это не житель деревни Джиджиа?

Я видел, как они регулярно били в траурный барабан. Они ничем не отличались от других скорбящих, и они были даже более вежливы, держа в руках свиные головы и гусей в качестве жертвоприношения.

Когда Тан Нин увидел это, он почувствовал себя немного странно.

Потому что давным-давно в деревне Джиджиа не было живого скота.

Это похоже на свиные головы и гусей, которых только что зарезали. Они купили их в своей деревне?

Тан Нин наблюдал, как эти люди вошли в зал духов. Как только они вошли, они встали перед гробом, как и другие гости, глядя в лицо дедушке Тану, как будто они действительно были здесь только для того, чтобы скорбеть.

В зале духов раздался печальный плач. Таков обычай деревни. Каждый должен скорбеть за день до похорон. Поплакав, они больше не могут плакать в день похорон.

Во всем духовном зале плакали скорбящие гости, и игроки тоже плакали. Среди них больше всех должен был плакать Тан Нин.

Он единственный внук Тан Сяньхэна, и он не может отсутствовать при таких обстоятельствах.

Тан Нин вошел в Лингтан под настойчивыми взглядами других игроков. Самый центральный футон в Лингтане был пуст для него. Тан Нин подошел к футону и опустился на колени.

Цзи Ляньюнь тоже был в Линтане, но он не преклонил колени рядом с Тан Нином. Об этом попросил Тан Нин, потому что благовония сгорели очень быстро после того, как он преклонил колени вчера, а сегодня благовоний нет, а это значит, что если коленопреклонение Цзи Ляньюня имеет какие-либо плохие последствия, это может быть вызвано только игроком. Потерпи.

Поэтому на всякий случай Цзи Ляньюнь встал позади Тан Нина, как и другие скорбящие гости.

Жалобные крики раздавались один за другим во всем духовном зале. Там были мужчины и женщины, старые и молодые. Тан Нин обычно тот, кто может плакать больше всех, но его плач обычно тихий, и он редко плачет громко. Он не может плакать, не сломавшись эмоционально. Если бы у него была эта способность, его актерское мастерство не подвергалось бы такой критике.

Было сильное ощущение, что за ним наблюдают сзади, как будто эти стоящие гости смотрели на него, как будто удивляясь, почему он до сих пор не плачет.

Тан Нин посмотрел на портрет старика на столе духов. Он прикусил язык и внезапно разрыдался. Слабый крик растворился в общем крике, как капля воды, сливающаяся в море.

Но, возможно, это Тан Нин плакал слишком тихо, и ощущение того, что он лежит у него на спине, все еще отказывалось уходить.

Тан Нин изо всех сил старался повысить свой плачущий голос. Он изо всех сил старался думать о грустных вещах, но обнаружил, что ему вообще не нужно об этом думать. Повсюду были вещи, которые заставляли его грустить. Было легко погрязнуть в печали. Чем громче он плакал, тем больше сыновних чувств проявляли его отпрыски. Тем громче, Тан Нинхэ плакал очень сильно, и я не знаю, сколько времени это заняло. Когда его слезы, казалось, высохли, а голос стал глухим, в комнате все еще раздавались крики других гостей.

Тан Нин остановился, не только потому, что устал плакать, но и потому, что внезапно осознал——

Людям всегда есть чем дышать, независимо от того, насколько велик объем их легких, они не смогут перестать плакать без вентиляции навсегда.

Но в этот момент позади него действительно были гости, которые плакали без умолку, громко и скорбно, как будто там было бесконечное горе. Хотя Тан Нин стоял на коленях спиной к толпе, его уши могли определить, с какой стороны, вероятно, донесся крик.——

Это должны быть люди из деревни Джиджиа, которые громко плачут.

Есть ли у них глубокие отношения с Тан Сяньхэном?Итак, насколько душераздирающе плакать?Все еще говорю......

Необъяснимый холод, казалось, пробежал по спине Тан Нина вместе с нескончаемым криком. Тан Нин нервно стоял на коленях на футоне, крик в его ушах был таким громким, таким печальным и таким странным.

Тан Нин осторожно наклонил голову. Его движение не было очевидным. Амплитуда поворота его головы была невелика. Просто его глаза отчаянно смотрели назад. Было очень трудно видеть людей таким образом. Его глаза должны были быть обращены до крайности, чтобы едва видеть лица людей позади него.

Видя, что его смущают слезы, Тан Нин изо всех сил старался ясно разглядеть лицо противника. Это был житель деревни Джиджиа. Он смотрел прямо на портрет на столе духов. Выражение его лица было немного грустным. Его рот был закрыт, и он не плакал.

Дело не в том, что этот человек плачет.

Напряженное тело Тан Нина немного расслабилось. В любом случае, нет ничего плохого в людях, стоящих за ним, которые очень близки ему. Это заставит Тан Нина чувствовать себя немного в безопасности.

Итак, плачет ли человек, стоящий за этим человеком?

Тан Нин снова немного повернул голову, пытаясь разглядеть, как выглядит группа людей, стоящих позади Джиджиакуна, но он знал, что не должен этого видеть. В конце концов, он стоял на коленях. Эти люди стояли во весь рост и прятались за гостями впереди.

Как раз в тот момент, когда Тан Нин так подумал, перед ним предстала плачущая голова.

Голова этого человека находится на том же уровне, что и у того, кто стоит на коленях.

Это не потому, что собеседник стоит на коленях на футоне, как Тан Нин.

Это потому, что он держит в руке эту плачущую голову!

Глаза Тан Нина внезапно расширились, и человеческая голова внезапно перестала плакать под его пристальным взглядом, и вместо этого на его лице появилась странная улыбка. Она спросил Тан Нина: «Почему ты больше не плачешь?»"

Глава 75: Призрачный Муж

Что это, что это такое?！

Лицо говорящей человеческой головы было бледным, глаза мутными, губы синими, а рот полон запаха разлагающихся трупов.

Кожа на голове Тан Нина мгновенно взорвалась, а сердце сжалось от эмоций, вызванных появлением прыща, и последовал еще один вопрос: «Почему ты больше не плачешь?»"

На этот раз холодный голос исходил от его макушки, и каждое слово вызывало дрожь на голове Тан Нина. Он слегка дрожал всем телом и не осмеливался поднять глаза из страха, что увидит пустую шею без головы. Он не осмеливался поднять глаза, в его яростно вращающихся глазах был страх.Я увидел голову на одном уровне с ним.

«Почему ты больше не плачешь?"

Тан Нин увидел пару ног, идущих к нему, и жители деревни Джиджиа шагнули вперед, задавая вопросы. Слои вопросов звучали как вздымающиеся волны сверху и снизу, как будто головы свисали со всего пространства. Вверх и вниз.

Тан Нин обмяк на футоне, и в голове у него была только одна мысль.——

Где Цзи Ляньюнь?Где Цзи Ляньюнь?

Тан Нин в панике повернул голову и повернулся в ту сторону, где был Цзи Ляньюнь. Мягкая рука обняла бедро Цзи Ляньюня позади него. Только прижавшись к боку Цзи Ляньюня, он мог рухнуть.

«Почему ты больше не плачешь?"

Чрезвычайно близкий вопрошающий голос прозвучал совсем близко от его ушей. Голос был настолько знакомым, что Тан Нин на мгновение растерялся и не сразу уловил его запах.

Он увидел, что тот держит в руке голову, принадлежащую Цзи Ляньюню.

Бледная голова, разорванная плоть и пристально смотрящие на него глаза имели странный цвет.

«......Ах,ах, ах, ах, ах!！！"

Звук скорбных криков проник во весь духовный зал, и в этот момент все плачи и расспросы прекратились. Черно-белый духовный зал был объединен в венок со словом «Диан», а лицо было залито слезами......

Все как-то странно посмотрели на Тан Нина.

То, что люди в деревне Цзицзя держали в руках, было не человеческой головой, а мертвым гусем. Головы мертвых стали жертвоприношением. Голову Цзи Ляньюня он не держал в руке. К счастью, она бесконечно росла у него на шее, и его бледное лицо было открыто. С обеспокоенными глазами он разомкнул свои бледные губы и выплюнул слова, которые были нежными для бледности: «Сяо Нин, что с тобой?»"

Тан Нин яростно оттолкнул руку Цзи Ляньюня, и тот рухнул на футон в одиночестве, продолжая задыхаться. В этом трансе все странно смотрели на него. Все было совершенно нормально. Напротив, он выглядел самым странным в данный момент. .

«Почему ты не плачешь?"

Люди в деревне Джиджиа снова спросили эту фразу. Он подошел к Тан Нину с жертвоприношением. Тан Нин отчаянно покачал головой. Он хотел отступить, но позади него был гроб!

Прислонившись спиной к жесткому гробу, Тан Нин, у которого не было пути назад, увидел странную улыбку на лице жителя деревни Джиджиа. Улыбка была коварной и гордой, словно насмехаясь над Тан Нином. Даже если ты знаешь все, ты ничего не можешь с этим поделать.

Фигура сделала шаг вперед и преградила путь Тан Нину и крестьянину. Другая сторона больше не могла приблизиться. Цзи Ляньюнь и крестьянин посмотрели друг на друга. Крестьянин, который постоянно приближался к Тан Нину, остановился, но голос все еще был слышен беспрепятственно. , Тан Нин услышал слова мужчины.Одно предложение гласило: «Если Линтан не заплачет, его постигнет возмездие."

Этот слабый голос, казалось, был знаком, и у всех игроков сжалось сердце.

Обсуждение жителей деревни Таньцзя с праведным негодованием звучало в тихом духовном зале.——

« Нефилим!Его дедушка относился к нему так хорошо, что он все еще кричал в зале духов!"

«Как только люди уходят на передних ногах, они женятся на людях из внешней деревни, стоящих на задних ногах. Просто оставайся во внешней деревне и забудь об этом. Как получилось, что у них все еще хватает мужества вернуться?»！"

«только！Посмотрите на этих людей......"

«Бум!Бум!Звук траурных барабанов за дверью прервал шепот.

Мужчина средних лет вошел, как и другие скорбящие гости, которые приходили и уходили, но те игроки, которые видели мужчину средних лет, расширили глаза, как будто увидели что-то невероятное. Они в ужасе посмотрели на ноги, связанные пеньковой веревкой, переступили порог и ступили на землю Лингтанга.

Дядя Ван!Дядя Ван тоже пришел оплакивать!

Тан Нин быстро повернул голову и сильно прикусил кончик языка. Покалывание заставило его расплакаться в одно мгновение. В зале духов раздались взрывы плача, и все игроки сделали все возможное, чтобы громко оплакать его.

Зачем дядя Ван пришел сюда? разве дядя Ван не очень боится Цзи Ляньюня?

Тан Нин подумал так, и в его поле зрения появились ноги, связанные окровавленной пеньковой веревкой.

Среди стольких людей на этот раз приоритетной целью дяди Вана снова был он сам.

Будь то поездка в деревню Джиджиа и встреча с призраками, бьющимися о стену, вчерашняя прогулка по ночной дороге или сегодняшние соболезнования......

Возможно ли, что человеком, которого дядя Ван больше всего хочет убить, всегда был он сам?！

Страх сдавил его горло, так что Тан Нин не мог громко плакать, он мог только прерывисто срываться с губ, его стройное тело, казалось, рыдало небольшой группой, он забыл ужасную сцену, когда голова Цзи Ляньюня только что была зажата в его руке, и он крепко схватил Цзи Ляньюня за штаны., Лицо с каплями слез было прижато к коленям Цзи Ляньюня.

——Цзи Ляньюнь.

——Цзи Ляньюнь.

——Цзи Ляньюнь!！！

Вечная лампа на Лингтане слегка покачивалась, и Тан Нин опустился на колени в белоснежном венке. Его заплаканные глаза были до крайности беспомощны, и слезы, казалось, заглушали отраженный огонь в его глазах.

В поле зрения Тан Нина появилась рука с прокушенными кончиками пальцев. Это была рука Цзи Ляньюня. Чувствовался слабый запах крови, и выступившая бусинка крови была похожа на великолепный агат, тянувшийся к глазам Тан Нина. .

Тан Нин подсознательно закрыл глаза, и капли крови, смешанные со слезами, упали с его ресниц, оставив красивый след на его белоснежном лице.

В его ушах зазвучали шаги, и дядя Ван, который стоял рядом с ним, казалось, ушел.

никакой。

Это просто покинуло Тан Нина, но не покинуло весь духовный зал.

Звук шагов, подметающих землю, словно призрак, витал по всему Лингтангу, как будто облако облаков окутало Лингтанг, и жалобный крик каждого был непрерывным дождем, который лил.

Долгое время голос дяди Вана доносился из зала духов, где слышался только плач: «Ты неискренен."

Затылок Тан Нина напрягся в одно мгновение, даже если он не был мишенью, сильное ощущение кризиса заставило тело Тан Нина с криком вырваться. Он услышал, как дядя Ван сказал: «Другие люди плачут обоими глазами»."

« У тебя плачет только один глаз."

Тан Нин, казалось, что-то заметил, он внезапно повернул голову, прошел между фигурами и увидел, как в темной толпе на пеньковой веревке постепенно поднимают фигуру.

Пальцы ног уже оторвались от земли и отчаянно боролись в воздухе, но такая огромная сила только увеличила дугу раскачивания тела.

Кровь продолжала сочиться из его левого глаза, завернутого в марлю, и густая кровь пропитала марлю, потекла по его щеке и омыла покрасневшее лицо.

Рука Цзи Кэ с силой сжала ее шею, ее неповрежденный правый глаз расширился до крайности, глаза были налиты кровью, а внутри царил сильный страх и нежелание!

Тан Нин, ставший свидетелем этой сцены, тоже широко раскрыл глаза. На виду у толпы Цзи Кэ повесили на пеньковой веревке!

Ни один игрок не вмешался, чтобы спасти Цзи Кэ. Все они осторожно опустились на колени, их полные слез глаза настороженно переводили взгляд с Цзи Кэ на дядю Вана. В их глазах не было печали, и они не были такими холодными, как слезы.

Эта капля слез упала на пыльный Лингтан, как стучащий дождь, рука Цзи Кэ понемногу сжимала его шею, кровь текла из его глаз, как линия из крови и слез.

Тан Нин напряженно повернул голову и посмотрел на Цзи Ляньюня, стоявшего рядом с ним, слабый голос выдавил из его горла и глаз: «Ты, спаси, спаси его»."

Выражение лица Цзи Ляньюня было немного изможденным. Казалось, что кровопускание на лице Тан Нина только что отняло слишком много его энергии. Он протянул руку с запахом крови и нежно коснулся заплаканных глаз Тан Нина. Глаз.

Поскольку у него было не так уж много сил, он выглядел чрезвычайно нежным. Теплая ладонь его руки мягко накрыла глаза Тан Нина: «Прости, я могу защитить тебя только в одиночку»."

Оказалось, что настоящий Цзи Ляньюнь не мог отпугнуть дядю Вана одним лишь взглядом, как призрачный жених прошлой ночью.

Руки Цзи Ляньюня были очень широко расставлены, закрывая большую часть лица Тан Нина. Слезы, смешанные с кровью, скатывались с нижней половины его лица и собирались на белоснежной челюсти. Капля за каплей, как жемчужина с оборванной нитью. Падали.

Тан Нин, казалось, слышал прерывистый звук «хо-хо", исходящий из горла Джи Кэ, как из кассетного радиоприемника, и в этот момент смутные картинки памяти вспыхивали одна за другой.

Все они представляют собой прыгающие картинки.

Чтобы они взломали призрачную стену, ему пришлось положить руку на плечо Джи Ке. Джи Ке сделала шаг, и он последовал за ней.

На него напала бумажная невеста, и он потерял сознание в лесу. Когда он очнулся, Джи Кэ обнимал его в темном и странном лесу.

Он выглянул из-за занавески паланкина, но ничего толком не увидел, но уловил изумление в глазах Джи Ке. Джи Ке накинул на него красный хиджаб, взял его за руку и прошел мимо горящей жаровни.

Надев старую одежду Цзи Кэ, держа в руках зеркало, он сделал шаг и вызвал душу Цзи Кэ, но последнее, что он увидел, была душа, прячущаяся за деревом и подглядывающая за тем, как он принимает ванну.

......

Он знал, что, вероятно, немного нравится Джи Кэ.

За это не так много лайков, не так много, чтобы Цзи Кэ отдал свою жизнь, чтобы спасти его. Когда он подобрал жемчужину и столкнулся с мальчиком-призраком, Цзи Кэ заботился только о том, чтобы защитить себя.

Но это совершенно нормальная вещь. Они никогда раньше не встречались, и они были вместе всего три дня в игре. У него не должно быть такого сильного нежелания общаться с Джи Ке.

Не должно быть так, что когда Цзи Ляньюнь закрывал глаза, он немного жаловался в глубине души, что Цзи Ляньюнь не может быть таким же могущественным, как призрачный жених.

Слабый крик о помощи, вырвавшийся из его горла, резко оборвался.

Дыхание Тан Нина, казалось, остановилось.

Дрожащей рукой он оттолкнул руку Цзи Ляньюня, прикрывавшую его глаза, и Тан Нин посмотрел на Цзи Кэ, висящего на веревке, и увидел, что последний огонек погас в его неповрежденных глазах.

Почему он решил, что в глазах Джи Кэ должен быть свет?

Пара глаз, принадлежащих Джи Кэ, вспыхнула в его сознании, и эти смешанные воспоминания были заморожены в самый счастливый момент его игры в конце. Молодой человек по имени Джи Кэ поднял большой палец вверх и громко похвалил его: «Ты новичок..."

«Все в порядке!"

Оказалось, что это было «я» в глазах Цзи Кэ, которое сияло, когда он впервые увидел его.

Тан Нин прикрыл рот рукой, он наконец понял, почему ему было так грустно.

Ему было грустно, что на этот раз он не протянул руку так храбро, как делал это раньше, не перевязал ногу дяде Вану и не стал очень хорошим Тан Нином.

Глава 76: Призрачный Муж

Джи Кэ мертв.

Он был повешен в зале духов, его длинный язык высунулся изо рта, а рука, которая его душила, безвольно упала по обе стороны от его ног, пальцы слегка подрагивали в воздухе.

«Джи Кэ!Почему ты так расстроен?Дядя Ван стоял рядом с повешенным трупом, его лицо было полно горя, он кричал: «Я только что сказал, что ты неискренне плачешь!"Но я не хотел, чтобы ты умирал!"

Все видели, что Цзи Кэ повесился, так что казалось, что это действительно правда.

Печаль между строк заставила голос дяди Вана задрожать. Он забрался на скамейку и протянул руку, чтобы опустить тело Цзи Кэ вниз, но было жаль, что ему было трудно сделать это в одиночку: «Что ты делаешь в оцепенении?»！Приди и помоги!"

Вязкая кровь сочится из марли и падает на землю, рассыпаясь маленьким кровавым цветком.

Один за другим игроки поднимали головы и безучастно смотрели на эту сцену, их глаза были онемевшими и холодными, они не подходили, чтобы помочь, за исключением——

Тан Нин, который беззвучно плакал и дрожал.

Он с трудом встал, пытаясь подойти к Цзи Кэ.

Жизнь Цзи Кэ была обменена на жизнь этого дедушки Цзи. Дедушку Цзи не забрали должным образом, и Цзи Кэ должен лежать в гробу.

Тонкая рука легла на плечо Тан Нина, и голос Цзи Ляньюня слабо прозвучал в зале духов: «Я не в добром здравии и не могу внести свой вклад, но вы с Цзи Кэ все равно из своей собственной семьи, почему вы стояли сложа руки?"

Следуя словам Цзи Ляньюня, жители деревни Джицзя медленно двинулись в путь. Они подошли к дяде Вану и совместными усилиями убрали тело Цзи Кэ.

Дядя Ван, который только что все еще сокрушался: «Почему ты не можешь подумать об этом, когда ты такой молодой", закрыл рот и холодно уставился на Цзи Ляньюня через толпу.

«Где гроб?"Спросили люди из деревни Джиджиа.

В деревне нет готового гроба. Тело Хань Юаньюэ все еще лежит на деревянной кровати. Нет игрока, который помог бы ему сделать гроб. Время сейчас дорого. Если бы не страх, что жители деревни будут проклинать и понесут возмездие, игроки даже хотели бы выбросить тело Хань Юаньюэ в свертке из соломенных циновок.

« Найди другой дом, где можно позаимствовать дрова, сделай гроб для Цзи Кэ, а потом унеси его."О, хорошо."Жаль, что такого молодого человека больше нет»."Это уже третий случай, верно?»Жители деревни, которые все еще качали головами и вздыхали, сказали это, и их глаза внезапно стали странными, когда они посмотрели на Тан Нина: «Тогда кто будет следующим?»"

Цзи Ляньюнь встал перед Тан Нином, который опустил голову и молча опустился на колени на футон.

Он был одет во все белое, с белой повязкой на лбу. Хотя уголки его глаз были красными, кончик носа красным, а на лице были слезы, смешанные с кровью, цвет всего человека был таким же чистым, как полупрозрачный.

Перед гостями, которые приходили, входили и выходили из зала духов, Тан Аньмин молча преклонял колени, как на прекрасной картине.

Тан Нин очень хорош в тишине. Это одна из немногих вещей, в которых он хорош. Он может быть один целый день. Неистовый плач в духовном зале прекратился, как будто сильный ливень наконец закончился, но воздух все еще наполнен невидимыми облаками. Туман.

К сожалению, Ты долго оставался рядом с ним, слезы текли у него из глаз, только в его маленьком мире все еще шел дождь.

Цзи Ляньюнь стоял рядом с ним. Он почувствовал неповторимый запах крови и лекарств, смешанный с телом Цзи Ляньюня. Тан Нин закрыл глаза и не хотел ни о чем думать, но его разум был пуст, но печаль все еще укоренилась в его теле, как невидимое чудовище, пожирающее его.

Не испытывай больше такого дискомфорта. Это причиняет боль твоему телу. Тебе нужно зарядиться энергией, прежде чем ты сможешь подготовиться к завтрашним похоронам. Это тяжелая битва. Ты должен четко понимать.

Мозг Тан Нина предупреждал его тело подобным образом.

Но его тело все еще было таким неутомимым, что он не мог избавиться от монстра, засевшего у него в груди.

Тан Нин протянул руку, согнул пальцы и энергично постучал по своей акупунктурной точке Танчжун в соответствии с методом, которому его научил Цзи Ляньюнь.

Это больно.

Когда Цзи Ляньюнь быстро коснулся его, ему оставалось только терпеть это, но когда он коснулся этой части, ему пришлось преодолеть свои собственные психологические препятствия, чтобы причинить себе боль.

Это больно, это действительно больно.

Тан Нин нахмурился и снова и снова сильно бил себя в грудь. Он знал, что сейчас должен быть предельно решительным, чтобы избавиться от плохого парня, который был печальным и причинял боль.

Постоянно напрягающаяся рука была удержана Цзи Ляньюнем. Цзи Ляньюнь крепко схватил его за запястье и перестал позволять ему похлопывать себя по груди. Тан Нин поднял глаза и непонимающе посмотрел на Цзи Ляньюня, стоявшего рядом с ним.

«Сяо Нин, ты очень устала, тебе нужно отдохнуть.- Серьезно сказал Цзи Ляньюнь.

Да, он действительно устал.

Тан Нин нахмурился, из его влажных глаз в любой момент могли потечь слезы: «Но мне нужно остаться здесь»."

«Это нормально - сделать перерыв на некоторое время.Цзи Ляньюнь присел на корточки, достал из кармана чистый носовой платок и осторожно вытер лицо Тан Нина: «Что ты хочешь съесть?»Приготовить тебе что-нибудь вкусненькое?"

Он хотел съесть пирог, но не мог приготовить его в этой маленькой деревне.

При мысли об этом нос Тан Нина затрепетал, он покачал головой и отказался от доброты Цзи Ляньюня.

«Мои ноги, должно быть, затекли после столь долгого стояния на коленях, верно?Голос Цзи Ляньюня был более нежным. Он поднял лицо Тан Нина и позволил ему посмотреть на себя: «Могу я помассировать тебя?»"

Тан Нин все еще хотел покачать головой, но Цзи Ляньюнь удержал его голову на месте.

Он сказал Цзи Ляньюню: «Это нехорошо."

Он знал, что его дурной характер снова дает о себе знать, и он всегда полагался на мягкость таких людей, как Цзи Ляньюнь, чтобы выплеснуть свое несчастье, потому что он знал, что Цзи Ляньюнь простит его.

Конечно же, на лице Цзи Ляньюня появилось выражение долга. Цзи Ляньюнь обнял его и положил голову ему на плечи. Его тонкие руки снова и снова гладили спину Тан Нина, как успокаивают ребенка. Спина слегка дрожала, и это была долгая боль.

« Не плачь, не плачь, Сяо Нин.- У Цзи Ляньюня такой нежный голос.

Тан Нин ничего не ответил.

Он не хотел ни на кого обращать внимания, ему было все равно, был ли этот человек его следующим амулетом, он думал, что действительно устал, он был таким легким человеком, который сдавался, очевидно, вчера я все еще чувствовала себя очень сильной, я чувствовала, что могу становиться все лучше и лучше, и я чувствовала, что могу подождать до рассвета.

Он скучал по своему котенку.

Кошку, которую он вырастил, зовут Хэппи, это его котенок и его лекарство.

Ему нужно быть счастливым.

веселый。Мурлыканье, мурлыканье.

Счастье Хулун Хулун было оставлено им одним в этом маленьком доме. Он часто был слишком занят, чтобы идти домой, и он не мог оставаться счастливым весь день напролет.

Неужели дело в том, что с самого начала он не должен был быть счастлив?Такие люди, как он, на самом деле не годятся ни для какого существования.

Он даже не может позаботиться о себе, так как же он может позаботиться о себе?

Внезапно мир, который принадлежал ему, начал ненадежно расти.

Цзи Ляньюнь поднял его на руки.

Тан Нин почувствовал себя немного невероятно. Он поднял глаза и посмотрел на Цзи Ляньюня. Выражение лица собеседника было очень неохотным. Такой слабый Цзи Ляньюнь действительно не подходил для объятий людей, даже если Тан Нин уже был легким. Веса нет.

——»Скоро он меня подведет."

Тан Нин спокойно размышлял.

Цзи Ляньюнь с большим трудом сделал два шага, удерживая Тан Нина. Тан Нин немного беспокоился, что ему будет больно, если он упадет. Сейчас он должен был изо всех сил пытаться спуститься. В конце концов, у Цзи Ляньюня было не так уж много сил. Он мог легко избавиться от Цзи Ляньюня.

Но это тело было настолько уставшим, что Тан Нин даже пальцем шевелить не хотел. Он холодно свернулся калачиком в объятиях Цзи Ляньюня, прижавшись ушами к груди Цзи Ляньюня, казалось, что он слышит сердцебиение противника, которое быстро усиливалось из-за истощения. Звук.

Это удивительно. Человек выглядит таким большим, но по-настоящему ответственное сердце такое маленькое. Как только сердце перестанет биться, каким бы сильным ни было тело, оно упадет.

Так когда же падет Цзи Ляньюнь?

« Сяо Нин сейчас слишком устал, поэтому я отведу его обратно в дом, чтобы он отдохнул.»Тан Нин слышал, как Цзи Ляньюнь говорил это другим игрокам.

Увидев их, Линь Юнь встал и подошел, чтобы помочь, но был отвергнут Цзи Ляньюнем, больным человеком. Он сказал: «Я позабочусь о Тан Нине».

Но голос был таким слабым, что он не мог позаботиться о себе.

Тан Нин все еще тихо лежал в объятиях Цзи Ляньюня, он хотел посмотреть, как далеко Цзи Ляньюнь сможет его удержать.

Они, пошатываясь, вышли из Лингтана, из места, полного печали и боли, подул ветерок и высушил слезы на лице Тан Нина, рука Цзи Ляньюня, державшая его, уже начала неудержимо дрожать.

Это признак истощения, с которым Тан Нин очень хорошо знаком. Он слышал учащенное дыхание Цзи Ляньюня, похожее на звук истощения после того, как принудительно задействуют сломанные мехи.

Эта сцена показалась Тан Нину необъяснимо знакомой.

Как будто я уже где-то это испытывал.

Где это?

Тан Нин был застигнут врасплох, мир, насколько он мог видеть, колебался, все перед ним было таким знакомым, дорога, по которой он шел, и люди, мимо которых он проходил, все казалось знакомым.

Тан Нин внезапно вспомнил.

Если наступает ночь, то это то, что он испытал прошлой ночью, когда нес на спине потерявшего сознание Цзи Ляньюня. Просто день и ночь поменялись местами, и роли поменялись местами. Прошлой ночью он нес Цзи Ляньюня на спине, а сегодня Цзи Ляньюнь держит его.

Цзи Ляньюнь шел так тяжело, совсем как прошлой ночью.Как он мог быть таким сильным в то время?Действительно ли этот человек - он?

Тан Нин был действительно невероятен. Он и представить себе не мог, что ошеломленное «я» прошло такое долгое, такое большое расстояние в погоне за призраком.

Это действительно странно.Почему он не упал после такой долгой ходьбы прошлой ночью, но сегодня он внезапно потерял силы?

Тан Нин протянул руку и обнял Цзи Ляньюня за шею, его мягкие руки обвились вокруг Цзи Ляньюня, как виноградные лозы.

Цзи Ляньюнь опустил голову, улыбнулся ему и тихо сказал: «Это скоро будет здесь.Он несколько раз ахнул всего за одно предложение.

Дом действительно вот-вот должен был появиться, и Тан Нин обхватил Цзи Ляньюня за шею и спокойно посмотрел на полуразрушенный старый дом.

В очень старом доме с очень старой дверью Цзи Ляньюнь распахнул дверь ногой, открыв в комнате такую же очень старую кровать. На кровати было много-много постельного белья, и когда Цзи Ляньюнь положил его на нее, он не почувствовал особого дискомфорта. .

Он тихо лежал на этой кровати, солнце проникало сквозь стекло, как будто просвечивая сквозь ил времени, Тан Нин видел много мелкой пыли, плавающей вверх и вниз, они были похожи на эльфов, пойманных в ловушку этого времени.

Он протянул руку, чтобы коснуться луча света.

Цзи Ляньюнь достал пузырек с лекарством, сел на край кровати и умело закатал ему брюки, чтобы дать лекарство.

Когда испачканный мазью палец коснулся раны, стало так больно, что Тан Нин глубоко вздохнул. Запах фитотерапии распространился по этому небольшому пространству, как будто множество новорожденных растений появилось из леса, после которого только что прошел дождь. Нежные зеленые и маленькие были первыми словами в моем сердце, которые имели неизвестный смысл. Предложение за предложением.

Тан Нин закрыл глаза, пошевелил мягкими губами и не смог удержаться, чтобы не сказать то, что было скрыто в его сердце: «Я не спасал его."

«Цзи Ляньюнь, неужели я бесполезен?"

Вкус фитотерапии еще более насыщенный, как будто что-то растет в дикой природе, проходя через промежутки в его конечностях, пуская корни в болезненной почве, впитывая печальную дождевую воду.

«В моем сердце Сяо Нин - очень нежный человек, потому что она слишком нежная, поэтому она слишком мягкая."

«Точно так же, как у мидий, у них есть защитная оболочка, которая всегда никого не пускает."

Голос Цзи Ляньюня был очень нежным.

«Но это на самом деле очень хорошо."

«Потому что, если кто-то действительно сможет проникнуть в твое сердце, это легко может сделать тебя несчастным."

Тан Нин свернулся калачиком на кровати от боли. Рост всегда болезнен. Корневища проходят сквозь почву, но болезненная почва не может говорить. Кажется, он ничего не в состоянии сделать. Так много боли, боли, которая вот-вот поглотит его, он всегда просто хотел сжаться в своем маленьком мирке и не идти с ним.Любой, кто прикасается, не прикасается к доброте других, чтобы не было боли разочарования.

Нет, он сказал это Цзи Ляньюню в своем сердце.

На самом деле он совсем не нежный. У него просто красивое лицо, но что Тан Нин знает, так это то, что на самом деле он очень равнодушный человек, безразличный и трусливый.

Точно так же, как он знал, что он очень нравится Лу Инсин, он знал все, что знал, но он слишком боялся боли, поэтому он никогда не думал об этом человеке и не вспоминал об этом человеке. Даже если его душа потеряна, он все равно должен спасти его.

На самом деле он слишком много раз отвечал подобным образом, и он не так хорош, как сказал Цзи Ляньюнь, в том числе и Цзи Ляньюню.

Он полагался на Цзи Ляньюня и сблизился с Цзи Ляньюнем только для того, чтобы позволить Цзи Ляньюню хорошо защитить его.

Он всегда хочет усердно работать и хочет быть сильным, но небольшая боль может легко сбить его с ног, оставив бесполезные слезы.

Совсем как он.

«Но, Сяо Нин...» Цзи Ляньюнь протянул руку и поймал постоянные слезы Тан Нин, как ловят одну прекрасную жемчужину за другой.

Такая хрупкая.

Снова такая красивая.

«Чтобы из мидий появился жемчуг, требуется длительный процесс борьбы с бесконечной болью."

Глава 77: Призрачный Муж

Цзи Ляньюнь сказал это так тихо и твердо, что явно сравнил его с мидией, но по его тону казалось, что он считает его лучшей жемчужиной в мире.

Тан Нин крепко прикусил нижнюю губу, прикусил слишком сильно, казалось, он прикусил краешек губы, палец вцепился в одеяло, и костяшки пальцев побелели с невероятной силой.

« Так что, пожалуйста, не говори этого себе."

Тан Нин все еще крепко закрывал глаза, из его прокушенных губ текла кровь, а по лицу текли слезы. Он был похож на маленькую мокрую розу с шипами по всему телу, но этот шип мог причинить боль только ему. Самому.

Цзи Ляньюнь наклонился и нежно обнял Тан Нина.

Тан Нин, который был мягким, плакал и хныкал тихим голосом.

Слезы запачкали его ресницы, капли крови упали на губы, а его лицо от слез стало розовым до белого. Это был действительно хрупкий вид, который заставлял людей чувствовать душевную боль. Цзи Ляньюнь целовал неудержимо и целовал пылающие красные губы.

Высокая переносица прижалась к кончику носа Тан Нина.

Зубы, стиснувшие лепестки его губ, были спрятаны от шока, и его закрытые глаза мгновенно открылись. Прежде чем Тан Нин смог отреагировать на то, что произошло, подушка слева опустилась, и локоть Цзи Ляньюня оказался прижатым в этом положении. .

Тело Цзи Ляньюня было прикреплено очень близко, но не полностью, как будто из опасения, что это причинит боль Тан Нину.

В центре его бледных губ появилось немного крови, капля крови на губах Тан Нина.

Смахнув следы крови кончиком языка, Цзи Ляньюнь опустил глаза и тихо прошептал: «Мило."

Тан Нин непонимающе посмотрел на Цзи Ляньюня.

Как кровь может быть сладкой?Но выражение лица Цзи Ляньюня было таким серьезным.

Высунув кончик языка Яньхун из ее губ, Тан Нин осторожно лизнула рану на ее губе. Она пахла соленой кровью. Облизав ее, Тан Нин нахмурилась.

«Теперь ты знаешь, что это за боль?Цзи Ляньюнь наклонился ближе и мягко подышал в губы Тан Нина, словно желая помочь ему избавиться от боли.

Теплое дыхание коснулось подбородка и шеи Тан Нина, Тан Нин на мгновение съежился, он повернул голову, и его уши немного покраснели.

«В таком положении принимать лекарства нелегко.Цзи Ляньюнь мягко сказал: «В следующий раз, когда будет действительно неудобно, просто укуси меня за руку, хорошо?»"

Тан Нин все еще отказывался говорить. Его силуэт был чрезвычайно красив и изыскан, особенно со слезинкой, свисающей с его загнутых ресниц. После того, как Цзи Ляньюнь увидел это, он использовал почти весь свой самоконтроль в этой жизни, чтобы не позволить себе поцеловать, несмотря ни на что.——

Иди, поцелуй этого человека в глаза и выпусти еще больше слез.

Звук дыхания постепенно становился хриплым и тяжелым, и оно грязно лилось на лицо Тан Нина. У Тан Нина действительно чесалось от жары. Он повернул голову назад и нахмурился на Цзи Ляньюня, который был совсем рядом.

«зуд。Наконец он заговорил снова, и от этого немого голоса у слушателя защемило сердце.

Цзи Ляньюнь поспешно хотел встать и уйти, но человек, лежащий на кровати, внезапно сказал: «Обними меня»."

Цзи Ляньюнь на мгновение опешил, как будто не мог себе представить, что он услышал.

Тан Нин, которая плакал с красными глазами, посмотрела на него и снова тихо сказал: «Обними меня."

Цзи Ляньюнь немедленно наклонился и обнял Тан Нина. Его движения были чрезвычайно нежными, но человеку в его объятиях, казалось, показалось, что он держит его слишком легко, поэтому он проявил инициативу и прижал к себе.

В этот момент сердцебиение учащается.

Он хочет стать ближе, а не просто физически отдалиться от этого человека, он жаждет проникнуть в мягкое и деликатное сердце, он жаждет, чтобы однажды Тан Нин показал ему улыбку полной зависимости, безоговорочно доверил ему каждую частичку своих проблем и радостей......

Тан Нин был погружен в объятия Цзи Ляньюня. Он очень старался впитать нежную силу. Его покрасневший нос некоторое время двигался. Тан Нин изо всех сил старался уловить запах травяного снадобья Цзи Ляньюня. Оно пахло не очень хорошо, и от этого даже рана на его теле ослабла. Боль——

Но рана в моем сердце, кажется, больше не болит так сильно.

Сильные эмоции бушевали по всему его телу, оставляя только истощение. Тан Аньмин тихо привязался к Цзи Ляньюню. Казалось, прошло много времени, а казалось, что прошло всего мгновение. Он прошептал: «Цзи Ляньюнь, я голоден»."

Цзи Ляньюнь немедленно ответил ему: «Что ты хочешь съесть?"

«Все в порядке.»У Тан Нина нет аппетита, но он знает, что его тело не может быть голодным.

«Хорошо, сейчас я приготовлю для тебя."

Тан Нин наблюдал, как Цзи Ляньюнь выходит за дверь. Когда собеседник собрался уходить, Тан Нин внезапно понял, что одиночество может вызвать появление монстров, поэтому он быстро попытался встать с кровати. Это движение заставило Цзи Ляньюня остановиться.

«Не двигайся."

Прежде чем Тан Нин успел выразить свое беспокойство, он увидел, как Цзи Ляньюнь укусил себя за палец и оставил кровавый след на двери: «Я оставил свою кровь на этой двери. Эти твари не войдут в дом. Ты сейчас слишком устал. Хорошенько выспись., Ты сможешь поесть, когда проснешься."

Надевая ботинки, Тан Нин помедлил.

Он посмотрел на Цзи Ляньюня, стоявшего в дверях, и тихо сказал: «Спасибо."

Цзи Ляньюнь опустила глаза: «Спасибо, я твой муж»."

Тан Нин внезапно не знал, что сказать. Он смотрел, как Цзи Ляньюнь уходит. После того, как он ничего не смог разглядеть, он свернулся калачиком в постели и достал свой мобильный телефон, чтобы проверить групповой чат.

Хан Анкан: «Теперь это примерно точно. Хотя Цзи Ляньюнь в человеческом состоянии обладает способностью побеждать призраков, эффект очень ограничен. Если только его кровь не высохла, и призрачный жених не может кого-то защитить, я предлагаю позволить призрачному жениху появиться."

Линь Юнь: «Призрачный жених очень опасен. Нам нужно определить, чего хочет призрачный жених, иначе он может доставить тиграм неприятности."

Линь Гуйцзин: «Я также поддерживаю выход призрачного жениха. Это определенно будет опасно для завтрашних похорон. Если Цзи Ляньюнь полностью не сможет контролировать сцену."

Тан Нин посмотрел на игроков, которые хотели, чтобы призрачный жених вышел, и его усталость усилилась.

Он не хотел, чтобы жених-призрак выходил наружу.

Этот парень будет только запугивать его, о, он также будет притворяться призраком.

Тан Нин закрыл лицо одеялом.

Ему также не нравятся эти игроки. Он должен быть инструментом в сердцах этих людей, хотя изначально они незнакомцы и временные товарищи по команде.

Если бы он умер, и умер в этом месте, его товарищи по команде, вероятно, не проронили бы ни слезинки, и они не захотели бы помочь ему приготовить гроб.

Хотя ему было все равно.

Думая об этом таким образом, Тан Нин заснул как в тумане. Каждый раз, когда он проявлял слишком много эмоциональной энергии, его тело впадало в состояние крайней слабости, и этот раз не стал исключением.

Сон был сбивчивым, и я не знал точно, что мне снилось. Короче говоря, я очень устал. Я смутно услышал, как кто-то зовет его по имени, и Тан Нин проснулся на середине сна.

Ему ужасно хотелось спать, и он действительно не хотел вообще оказаться неспособным открыть ее, но голос принадлежал Цзи Ляньюню. Тан Нин с трудом выбрался из-под одеяла, услышал звук и увидел Цзи Ляньюня через окно.

Цзи Ляньюнь казалась очень усталой, ее подбородок покоился на краю окна, ее глубокие глаза смотрели прямо на него, она позвала Тан Нина быстро выходить.

Тан Нин не мог открыть глаза. Он зевнул, в оцепенении надел ботинки и встал с кровати. Комната была очень маленькой, и расстояние от кровати до двери составляло всего три или четыре шага, но Тан Нин не проснулся. Весь человек шел чрезвычайно медленно.

Что касается его безделья, Цзи Ляньюнь снова начал звать его по имени, чтобы подтолкнуть.

« Тан Нин, поторопись."

Тан Нин протянул руку и нажал на дверную ручку. В тот момент, когда он открыл дверь, снаружи подул ветер, заставив Тан Нина на мгновение проснуться, и он внезапно осознал проблему.：

Почему Цзи Ляньюнь вдруг назвал его полным именем?

Тан Нин на мгновение опешил. Он повернул голову и увидел голову Цзи Ляньюня, прислонившуюся к краю окна.

Под его пристальным взглядом голова повернулась со странной улыбкой на лице: «Тан Нин, почему ты больше не плачешь?»"

плохой！

Тан Нин в ужасе хотел закрыть дверь, но в следующий момент из-за двери показались руки, и люди из деревни Джицзя протянули свои руки. Некоторые закрыли ему рот, а некоторые схватили за запястье. Несмотря на яростную борьбу Тан Нина, Тан Нина насильно вывели из дома. Вытащили!

В рот Тан Нина была засунута льняная масса, а его руки были связаны пеньковой веревкой. Увидев, что противник собирается привязать его лодыжки к веревке, Тан Нин захныкал от отчаяния. Грубый человек, который сидел на корточках, чтобы связать его, поднял голову и посмотрел в раскрасневшееся лицо Тан Нина. глаза.

По сравнению с жителями этих деревень, Тан Нин обладает волнующей мягкостью.

Кажется, что один сделан из грязи, а другой - из воды.

На запястье, запутавшемся в грубой пеньковой веревке, уже было несколько красных отметин, а из маленькой ранки, порезанной веревкой, выступили маленькие капельки крови. Рот Тан Нина широко открылся, потому что на нем было слишком много белья, и его рот был мокрым от слюны. Белье выглядывало из уголков губ. От кристальной чистоты не осталось и следа.

Он выглядел очень смущенным и расстроенным, текли слезы, текла слюна, и немного сочилась кровь, но это было лицо......Это еще больше открывает глаза.

«Что ты делаешь в оцепенении?！Кто-то крикнул: «Свяжите его быстро!»"

Мужчина быстро пришел в себя, подобрал пеньковую веревку и приготовился обмотать ее вокруг своей ноги, но никак не ожидал, что кажущаяся слабой нога внезапно ударит его в лицо.

Это все равно, что на тебя наступила кошка.

Тан Нин испуганно и яростно пнул человека, сидевшего на корточках на земле.

После удара он пожалел об этом, потому что мужчина поднял голову, на его лице все еще оставался отпечаток ботинка, а глаза были такими свирепыми, что он был готов ударить его в любой момент.

Тан Нин продолжал плакать от страха.

Мужчина снова опустил голову, привязал пеньковую веревку к ногам и завязал бант.

Это было так, как будто он собирался сделать кому-то подарок.

Неподалеку подошли несколько жителей деревни Джиджиа. Они несли гроб, который, казалось, только что был изготовлен. Они быстро подошли к Тан Нину. Один человек был ответственен за открытие доски гроба. Тан Нин увидел эту сцену и понял, что он делает. Он боролся все сильнее и сильнее. Однако его рот был заблокирован, руки и ноги связаны, и двигаться могла только его талия.

Несколько жителей деревни легко подняли Тан Нина и быстро отправили его в гроб в течение трех секунд.

Это недавно изготовленный гроб. Для этой группы людей невозможно что-то надеть, когда они отправляют Тан Нина в гроб, и они не будут такими легкими, как люди Свена. Они положили Тан Нина, и его затылок ударился о жесткий гроб, заставляя тело Тан Нина болеть.Из-за дрожи слезы полились крупно.

Запах краски от нового гроба не выветрился. Голова Тан Нина все еще болит, а из носа снова идет дым. Он плакал и смотрел на людей за пределами гроба, пытаясь твердо запомнить внешность этих людей.——

Если он действительно мертв, то он никогда не забудет этих плохих парней в образе призрака!

Он злобно думал примерно так.

Мужчина, смотревший на него, запаниковал и приоткрыл лицо, обнажив ту сторону, на которой виднелись следы ног Тан Нина.

Я действительно должен пнуть его еще раз!

Пока Тан Нин плакал, он наблюдал, как поднимают доску гроба, и темнота полностью окутала его.

Глава 78: Призрачный Муж

Крышка гроба была очень плотно, почти герметична, и человек, несущий гроб, шел торопливо и быстро. Тан Нина перевернули в гробу вверх ногами, чтобы его вырвало, но рот у него был забит. Он заплакал от боли. Через некоторое время движение гроба прекратилось, и крышка гроба внезапно открылась. Тан Нин взволнованно открыл глаза и увидел мертвое лицо!

Это было лицо Джи Кэ после того, как его повесили.

Длинный язык свисал вниз, а единственный оставшийся глаз был покрыт налитыми кровью и грязью пятнами, и его мертвые глаза встретились с глазами Тан Нина!

никакой！Не подходи ко мне!

Тан Нин отчаянно замотал головой, но жители деревни Джицзя без колебаний положили тело Цзи Кэ в гроб вместе.

Тан Нин сходил с ума.

Тело Цзи Кэ было близко к нему, и свисающая голова уткнулась ему в шею сбоку, а его окоченевшее тело было так прижато, что он почти запыхался.

Тело, к которому прикоснулись, покрылось гусиной кожей, и как только Тан Нин согнул колени, чтобы отвести тело Цзи Кэ в сторону, рука тела, казалось, двинулась и коснулась ноги Тан Нина сбоку.

Это не прикосновение, это как бы......Прикоснулся к нему.

В этот момент Тан Нин пришел в ужас. Он в ужасе посмотрел на окоченевший труп. Лицо Цзи Кэ было бледным, глаза мутными, а на лице появились свежие трупные пятна, совершенно мертвые.

Пока Тан Нин все еще пытался рассмотреть гроб поближе, тяжелую плиту снова подняли, так что Тан Нин больше ни о чем не мог думать. Он сильно ударил ногой по внутренней стенке гроба.——

« Бах-бах-бах."

Линь Юнь, стоявший на коленях в зале духов, оглянулся. Ему показалось, что он услышал странное движение в гробу, но прежде чем он успел прислушаться, черный гроб был полностью закрыт.

Несколько жителей деревни Джиджиа вынесли гроб, не волоча за собой грязь и воду.

Линь Юнь нахмурился, он включил телефон, и последними новостями из группового чата по-прежнему были «Ты уже отдохнул?»@唐宁"вкл.

......

Ветхий четырехколесный автомобиль выехал из деревни Таньцзя.

Горная дорога в деревне была ухабистой, и гроб поставили на машину, как будто она ехала по морю, издавая постоянный глухой звук. Тан Нин лежал в гробу и постоянно дрожал. Я не знаю, была ли это его иллюзия или машина была сильно перевернута. Он всегда чувствовал, что Цзи Кэ, который давил на него, казалось, был тронут.

Нет, это не его иллюзия.

Уже замерзшие зубы Цзи Кэ стучали шишками по его плечам и шее. Казалось, на него попала какая-то жидкость. Тан Нин не хотел думать об этом, и у него не было возможности думать об этом.

Как это могло случиться ... помогите......

Грудь Тан Нина становилась все тяжелее и тяжелее, холодное тело Цзи Кэ давило на него, он задыхался, глаза Тан Нина сияли золотыми звездочками, он действительно смотрел на звезды, верхняя часть его зрения потемнела, мало-помалу маленькие звездочки вспыхивали, он ничего не мог разглядеть отчетливо, холодное дыхание окутало его, и как раз в тот момент, когда Тан Нин был готов упасть в обморок, кто-то отодвинул доску гроба.

В комнату ворвался свежий воздух, и рот Тан Нина был набит льняной тканью, а весь рот сильно распух. Он мог только приоткрыть нос и тяжело дышать. Его лицо было белоснежным, а мокрые ресницы свисали на хрупкие нижние веки, как у бабочки под сильным ливнем. У Тан Нина не было сил идти. Глядя на то, что происходило снаружи, он был на грани обморока.

«В чем дело?Люди мертвы?- Спросил кто-то.

Человек, открывший гроб, изначально собирался оставить щель, чтобы человек в гробу не задохнулся до смерти, но когда он открыл крышку гроба и заглянул внутрь, он не мог пошевелить глазами, как будто был ошеломлен.

«Цзи Цянь?"

«О...» Голос внезапно отреагировал и ответил: «Я хочу изменить позы его и Джи Кэ. Кажется, он немного запыхался."

« Не беспокойся так сильно, все равно уже почти на месте."

«......"

Тан Нин слабо дышал на воздухе снаружи. Он слабо почувствовал, как кто-то поднял его, как будто тело Цзи Кэ подложили под него в качестве подушки для человеческой плоти, но лечь удобно было невозможно. Думая о смерти Цзи Кэ, Тан Нин почувствовал онемение кожи головы, и он слабо прикрыл глаза, гроб перевернулся вверх дном, и из его глаз покатились слезы.

Через некоторое время другая пара рук помогла ему подняться. У Тан Нина больше не было сил сопротивляться. Он позволил мужчине поднять себя. Он услышал, как житель деревни Джиджиа, который обнял его, сказал: «Нелегко лежать в гробу. Двое человек, я посижу здесь с ним на руках. Хорошо."

- В любом случае, он не сможет жить, так что не беспокойся."

« Никаких проблем."

«......"

не выживет？что значит？

Тан Нин не знал, что собираются делать эти люди. Он с крайней тревогой открыл глаза и посмотрел на человека, державшего его. Тан Нин увидел маленький отпечаток ботинка на лице этого человека.

Это был тот, кого он только что пнул.

Мужчина уставился на Тан Нина, как будто боялся, что тот убежит. Тан Нин чувствовал, что собеседнику нет необходимости смотреть на него так пристально. Теперь, даже если он отвяжет веревку, у него не хватит сил сбежать.

Он с трудом взглянул на открытый гроб. Цзи Кэ в гробу вытаращил глаза, высунул язык и умер от негодования.

Люди из деревни Джиджиа попытались закрыть глаза и рот Цзи Кэ. После нескольких попыток и того, что они ничего не смогли сделать, мужчина выругался и накрыл гроб.

В момент закрывания гроба Тан Нин увидел, что единственный оставшийся глаз Цзи Кэ, казалось, двигался, и рассеянные черные зрачки смотрели в направлении Тан Нина!

Средь бела дня Тан Нин весь покрылся холодным потом, и он некоторое время не сбавлял темп, потому что теперь состояние Тан Нина усугубляется сильной морской болезнью и голодом до боли в животе, это настолько неудобно, что ему просто хочется лечь на кровать и, чтобы Цзи Ляньюнь покормил его кашей, но нынешняя сцена, когда он лежал в объятиях мужчины, покрытого сухожилиями, совсем не доставляла дискомфорта.

Этот человек, похоже, затаил обиду из-за того, что он его ударил. Теперь он нашел возможность отомстить ему. На какое-то время он ущипнул его за кончики пальцев, настолько сильно, что казалось, будто он делает пальцевый массаж. На какое-то время он снова ущипнул Тан Нина за лицо и, наконец, коснулся ресниц Тан Нина. Неожиданно Тан Нин почти подумал, что палец мужчины ткнет ему в глаза.

Он увидел, как мужчина понюхал кончики своих пальцев, а затем снова обнял его.

На этот раз мужчина больше не прибегал к каким-либо уловкам, чтобы помешать ему заснуть. Тан Нин закрыл глаза и погрузился в болезненный полусон-полусон бодрствования.

Я не знаю, сколько времени это заняло, но машина наконец въехала в деревню Джиджиа.

Тан Нин был на грани обморока и находился без сознания. Когда его вытащили из машины, он знал только, что человек все еще шел с ним на руках, и некоторые люди говорили что-то вроде «благоприятное время" и «Поторопись".

Тан Нина положили на кровать, и он увидел, как мужчина взял красное свадебное платье, которое было расшито золотыми перьями, которое он носил в самом начале.

Что это будет делать?

Позволить ему снова жениться?Или его приносят в жертву как дань уважения человеку, лежащему в гробнице?！

Тан Нин сходил с ума. Он продолжал хныкать. В комнате были только он и мужчина, который собирался переодеться в свадебную одежду. Собеседник немного помолчал и сказал: «Я сниму это для тебя, не издавай ни звука»."

Тан Нин отчаянно кивнул, и мужчина вытащил льняную салфетку изо рта Тан Нина. Рот Тан Нина был слишком брезгливым. Ему было так больно от этого действия, что у него сжалось горло. После того, как мокрая ткань наконец появилась, кристально чистая слюна изо рта также повисла в воздухе, как шелковая нить.

Тан Нин лежал на кровати и не мог перестать кашлять, физиологические слезы залили все его лицо, он выглядел очень смущенным, Цзи Цянь посмотрел на внешность Тан Нина, призрак взял кусок белья, смоченный слюной изо рта, поднес к его носу и понюхал.

Он чувствовал этот запах, и человек, лежащий на кровати, наконец, с трудом поднял глаза, его глаза были полны тумана. Если бы не руки и ноги, все еще связанные пеньковой веревкой, Цзи Цянь действительно думал, что этот человек станет сгустком духа в горах и исчезнет. Монстр исчез.

Красивые глаза моргнули и упали на стопку белья в его руке, и мужчина снова взглянул на Цзи Цяня со страхом и отвращением.

Цзи Цянь шагнул вперед, чтобы помочь этому человеку развязать веревку. Другой участник инстинктивно откинул шею назад. Как только он развязал кандалы и освободился, человек отчаянно спрятался за ними. Он был связан по рукам и ногам слишком долго. Казалось, что его конечности были парализованы, и он даже не мог отодвинуться. Он мягко упал на кровать.

Цзи Цянь подошел, чтобы снять с этого человека одежду, и Тан Нин в панике снова пнул его. Его стройные лодыжки были покрыты красными отметинами, как будто он был обернут вокруг Хуньи, которая была настолько красива, что люди хотели к ней прикоснуться.

«не...Он услышал голос мужчины, тихий и вкрадчивый, все еще немного дрожащий: «Я, я сам это изменю»."

Мои глаза вот-вот расплачутся.

Она настолько хрупкая, что при прикосновении разобьется вдребезги.

«Пожалуйста.»Тан Нин сказал, плача. Он знал, что будет ограничен этим человеком. Он определенно не стал бы пинать эту ногу в первую очередь. Нет, он не должен был открывать дверь.

Под испуганным взглядом Тан Нина жительница деревни протянула ему свадебное платье.

Тан Нин снова тихо взмолился: «Ты обернешься, ты не мог бы обернуться?"

Собеседник долго смотрел на него, затем повернулся.

Тан Нин вздрогнул и достал свой мобильный телефон. Обнаружив, что сигнала нет, он взял подсвечник, который раньше видел на этой сломанной кровати. Эта ветхая кровать была полна всевозможных вещей, которые могли бы использоваться для свадьбы. Она выглядела немного старой, а этот железный подсвечник был самым прочным..

Тан Нин изо всех сил старался удержать подсвечник, в его руке совсем не было силы, Тан Нин продолжал глубоко дышать, чтобы привыкнуть, он осторожно встал, дрожащими руками крепко сжимая железный подсвечник, крестьянин по-прежнему стоял к нему спиной. .

Тан Нин был действительно напуган, боялся, что затылок противника внезапно превратится в лицо с чертами лица, и что голова человека внезапно появится у него на руке.

Пока он был так напуган, что отчаянно плакал, он высоко поднял подсвечник и изо всех сил ударил плохого парня по затылку!

«глухой звук！"

Человек перед ним опустился на колени на землю, прикрывая затылок обеими руками, из его пальцев текла кровь, он несколько раз пошатнулся, но не упал, а медленно повернул голову назад, глядя на постоянно подрагивающий подсвечник.

закончить。

На сердце у Тан Нина было холодно.

«Ты слишком слаб."

Кровь продолжает течь.

«И мое тело было сильнее, чем у других, с тех пор, как я был ребенком."

У Тан Нина тоже текли слезы.

Оглядевшись, было очевидно, что этот человек только что ударил его чем-то, но Цзи Цянь был таким странным, что совсем не мог разозлиться. У него немного кружилась голова. Цзи Цянь выставил перед собой окровавленную руку и посмотрел, затем посмотрел на Тан Нина, который свернулся калачиком в углу: «Переоденься сам, я боюсь, тебе будет больно."

Тан Нин не выдержал и тихо зарыдал. Только что он ударил Цзи Цяня подсвечником, все еще держа орудие убийства в руке, но его нынешний вид заставил Цзи Цяня на мгновение задуматься. Передай нож и скажи этому человеку, куда его ударить.

Возможно, этот человек слишком слаб, и ему все еще нужно держать противника за руку и помогать ему вонзаться.——

Кажется, что это действительно какой-то монстр, который будет покорять сердца людей, даже если он умрет от его рук, он может заставить людей захотеть.

« Ты, ты позволишь мне уйти?- Спросил Тан Нин с красными глазами.

Цзи Цянь покачал головой.

Если это дело связано только с жизнью и смертью одного человека, он готов позволить этому человеку уйти, но теперь это жизнь и смерть всей деревни.

Тан Нин закрыл лицо руками и пробормотал: «Какого черта ты хочешь сделать?»"

Цзи Цянь не ответил. Он по своему желанию вытер кровь со своих рук о свое тело, вытер его начисто и снова протянул свадебное платье Тан Нин: «Не будь непослушной, или я поменяю его для тебя»."

Тан Нин испуганно кивнул. Он все еще держал подсвечник одной рукой, а другой осторожно потянулся, хватая кроваво-красное свадебное платье.

Свадебное платье должно было создать у людей праздничное настроение, но Тан Нин чувствовал, что одежда в его руке была такой красной, что несправедливость была чудовищной.

« Я боюсь, что ты снова выкинешь его.Цзи Цянь сказал: «Я хочу посмотреть, как ты сейчас меняешься»."

На кровати лежало одеяло happy. Тан Нин расстелил одеяло и забрался внутрь. Он спрятался в одеяле, чтобы переодеться в свадебное платье. Он переодевался очень медленно. Во-первых, чтобы оттянуть время, а во-вторых, у него действительно больше не было сил.

Цзи Цянь не стал уговаривать Тан Нина.

Однако снаружи донеслись призывные голоса других жителей деревни: «Эй!Вы готовы?！"

Тан Нин завернулся в одеяло, обнажив только половину своего белоснежного лица. Он в ужасе выглянул в окно и увидел двух деревенских жителей, один слева, а другой справа. Мужчина посередине был одет в официальный костюм жениха, его лицо было сине-белым, и он выплевывал длинный язык.——

Это потрясающее тело Джи Кэ!！！

Тан Нин задохнулся, желая, чтобы этот человек целиком лег в постель. Он сходил с ума. Что именно хотели сделать люди в деревне Джиджиа?！Позволить ему жениться на трупе?！Если вы относитесь к нему как к жертве, не следует ли также позволить ему жениться на человеке в гробнице?！

«Скоро все будет хорошо!- Громко ответил Цзи Цянь, и после этого он наклонился, чтобы вытащить Тан Нин из-под одеяла.

Тан Нин хотел спрятаться, но одеяло, накинутое на его тело, внезапно было сдернуто, обнажив тело Тан Нин, завернутое в красное свадебное платье. Цзи Цянь поднял Тан Нин, несмотря на сопротивление Тан Нин. Тан Нин беспорядочно взмахнул рукой, и эта красивая ладонь легла на тело Цзи Цяня. Цзи Цянь сильно ударил Цзи Цяня по лицу.

Но Цзи Цянь нисколько не рассердился. Он даже сказал очень легко: «Ты действительно красива. Если этого не произойдет, я хочу жениться на тебе как на своей жене»."

Как насчет этого вопроса?Какая жена?！Что за бардак здесь творится!！！

Тан Нин был очень напуган. Увидев, что Цзи Цянь собирается обнять его и вывести из комнаты, он быстро спросил: «Почему ты хочешь, чтобы я женился на Цзи Кэ?»"

« Потому что петух исчез.- Спокойно сказал Цзи Цянь.

петух？

Тан Нин на мгновение опешил, глядя на труп Цзи Кэ, одетый в веселое платье, и внезапно ему пришло в голову, что в клипах о браке в кино- и телевизионных драмах всегда будет петух с красным венком, привязанным к его телу, чтобы заменить мертвых и живых в зале богослужений, чтобы пожениться.

Он вспомнил, что раньше жертвоприношение, которое приносили жители деревни Джиджиа во время траура, внезапно превращалось в человеческую голову под его веками.

Оказывается, это не его иллюзия!В деревне Джиджиа действительно есть способ превратить мертвых в домашний скот!

Ошеломленный, Цзи Цянь вынес Тан Нина из дома. Снаружи было полно людей из деревни Цзицзя. На первый взгляд, все они были одеты как фермеры и одеты в одежду из грубой ткани и льна, но лопата в его руке была лоянской, которой пользовались грабители гробниц, а в корзине находились золотые и серебряные сокровища ambilight..

Перед этими людьми стоял дядя Цзи, который привел Тан Нина в деревню.

Тан Нин вспомнил, что дядя Цзи, похоже, имел какое-то отношение к Цзи Ляньюню, поэтому он поспешно сказал: «Дядя Цзи!Я уже женат на Цзи Ляньюнь!Что ты собираешься делать?！"

Дядя Цзи серьезно посмотрел на Тан Нина: «Тебе не нужно знать."

Сказав это, ему было все равно, какой была реакция Тан Нина. Дядя Цзи махнул рукой, и сразу же несколько человек вырвали Тан Нин из рук Цзи Цяня. Как и тело Цзи Кэ, они держали руки Тан Нина слева направо, и на них был накинут ярко-красный хиджаб. На голове Тан Нина раздался радостный свон, перекрывающий плач Тан Нина.

« Отпустите меня!спасите！！！"

Тан Нин отчаянно сопротивлялся, но неравенство в силах заставило его сопротивление затрястись, как дерево, и брыкающиеся ноги оторвались от земли, оставив два следа скольжения.

Он ничего не видел и не знал, куда эти люди собираются его потащить.

В ушах послышался слабый звук копания. Казалось, что после того, как что-то упало на землю, раздался приятный звук, похожий на столкновение золота и нефрита. Это должен был быть чрезвычайно приятный звук, но в этот момент Тан Нин почувствовал только, что это было неописуемо странно.

Они шептались, их голоса были очень тихими, и Тан Нин хотел услышать, о чем они говорят и что собираются делать, но чем усерднее они пытались слушать, тем больше не могли их услышать.

«Как... это могло случиться?"

«Просто забери его... В прошлое... Дядя... Я действительно сожалею об этом..."

«Я так и знал... Поторопись!"

Что они собираются делать?！

Огромная паника охватила Тан Нина, его глаза покраснели от хиджаба, а отчаянно трясущиеся пальцы ног переступили высокий порог и наступили на красное одеяло.

Его глаза были полны праздничного красного цвета, и под постоянно трясущимся красным хиджабом Тан Нин увидел, как волокут красную фигуру, его покрытые трупом сине-белые руки свисали из красных рукавов.

Очевидно, он не видел лица собеседника, но Тан Нин знал, кто это был!

—— Это тело Джи Кэ!

В этот момент сердцебиение Тан Нина ускорилось, подскочив до такой степени, что готово было выскочить из горла. Казалось, он слышал звук текущей по его телу крови, и чувство бессилия от паники до отчаяния охватило его тело: «Ты отпустил меня!»Отпустите меня... Помогите...!"

Сила, давящая на его голову, стала тяжелее: «Будь честен, не двигайся!"

Кто-то выругался: «Молчать!"

В зале внезапно стало тихо, и казалось, что, когда была произнесена эта фраза, все были похожи на цыпленка с отрезанной шеей, настолько тихо, что это было странно.

Большая красная свеча счастья внезапно слегка взорвалась, и все люди в зале, казалось, получили это сообщение. Кто-то крикнул: «Настало благоприятное время - включайте музыку!»"

«Поклоняйтесь Небесам и земле!"

Рука была протянута ему за спину, и он удерживал Тан Нина. Казалось, что он также схватил сердце Тан Нина заодно. Адреналин выделялся в больших количествах, и Тан Нин отчаянно боролся. Идея самозащиты была настолько убийственной, что он хотел умереть вместе со всеми.

«Второе поклонение ~Гаотан!"

Его телом манипулировали, меняя направление, как куклой, а на его худую спину воздействовала огромная сила, и Тан Нин согнулся от боли.

«Муж и жена~поклоняйтесь!"

никакой！не！

Тан Нин издал болезненный вопль, и раздробленный голос не смог собрать воедино законченное предложение. Сопротивляющуюся талию с силой придавили. Тан Нин увидел носки ног в свадебных туфлях, и пальцы были обращены к нему. .

Мрачный ветер подул снизу, раздувая красный хиджаб, и ослепительный красный цвет был непрерывен перед его глазами, как разбрызганная кровь, Тан Нин увидел, что тело Цзи Кэ было вынуждено поклониться вместе с ним.

В следующее мгновение опущенная голова внезапно поднялась, и единственные оставшиеся бело-голубые глаза встретились с полным ужаса взглядом Тан Нина, а из закрытого рта мягко дул холодный ветер.

«Ли Ченг!Отправь его в пещерную комнату!"

Тан Нин поднял голову и увидел в этой комнате красный лакированный гроб. Тело Цзи Кэ затащили в гроб. Двое других людей подошли к Тан Нину, один из них был Цзи Цянь с бокалом вина. Он подошел к Тан Нину и ущипнул его за челюсть.Нин хотел заставить его открыть рот.

Ликер в этом бокале был ярко-красным, как кровь.

Тан Нин крепко стиснул зубы, как будто его собирались укусить.

Другой человек спел: «Когда ты женишься, ты утешишь Сянпина, и ситуация будет хорошей. Ты добьешься успеха на небесах. Ты поприветствуешь меня в благоприятный день и выпьешь вместе сотню бутылок хорошего вина!»пить——！"

Цзи Цянь некоторое время молчал, а затем прошептал на ухо Тан Нину: «В этом вине есть обезболивающие средства. Выпив его, ты почувствуешь себя лучше."

« Поторопись!Цзи Цянь!！！Дядя Цзи выругался со стороны. Следуя настояниям дяди Цзи, другой человек, стоявший рядом с Тан Нином, тоже подошел ближе. Он держал тарелку с пятью гвоздями из красного дерева!»

Этот гвоздь......

Глаза Тан Нина расширились, и ему в голову пришла невероятная мысль.——

Будет ли это прибито гвоздями к его телу?！

Бокал с вином ударился о губы Тан Нина, рука Цзи Цяня внезапно усилила свою хватку, зубы Тан Нина с обеих сторон, казалось, вот-вот сломаются, а на покрасневших губах от отчаяния появилась маленькая дырочка!

Бокал с вином прижался к мягким губам, и слезы брызнули в дрожащий бокал, вызвав круговую рябь.

«останавливать！！！"

Это голос Цзи Ляньюня!

Рука, державшая щеку Тан Нина, внезапно ослабла, и все повернули головы и увидели Цзи Ляньюня, который ворвался в дом вместе с игроками.

Цзи Ляньюнь с тревогой посмотрел на Тан Нина, и когда он увидел, что с Тан Нином все в порядке, его грудь сильно заколебалась, и он, казалось, пришел в себя.

« Отпусти его, или ты пожалеешь об этом.- Холодно сказал Цзи Ляньюнь.

Рука, которая удерживала конечности Тан Нина, не была отпущена. Тан Нин услышал, как кто-то сказал: «Ты не настоящий он. Не думай, что мы действительно не смеем прикоснуться к тебе»."

Цзи Ляньюнь бледно кашлянул, когда услышал эти слова: «Вы, ребята, действительно такие......"

«Раньше это было похотливо, но теперь это умно.Он поднял глаза и посмотрел на одного деревенского жителя за другим. «Поскольку вы все догадались, что ему нравится Тан Нин, тогда почему он сам не лишит Тан Нина жизни, а воспользуется моим телом?»"

«Если с Тан Нином действительно что-то случится, как ты думаешь, эта деревня действительно сможет выжить?»"

«Но теперь, если ты больше не можешь найти трибьют!Вся деревня будет хоронить его!"

«он？Брови Цзи Ляньюня, которые в то время часто были грустными, внезапно очень тонко улыбнулись: «Ты так и не понял, он это или они, от начала до конца»."

«Этому существованию вообще все равно, что ты сделал. Смерти в деревне одна за другой могут иметь какое-то отношение к нему поначалу, но после этого Эрия, которая бросила колодец, Сюлянь, которая висела на дереве ... это люди, которых ты использовал в качестве жертвоприношений в деревнях одного за другим. Они вернулись к тебе!"

Глава 79: Призрачный Муж

«Что ты имеешь в виду?！Дядя Джи, который все это время молчал, серьезно поднял лицо, как будто собирался встретиться лицом к лицу с каким-то могучим зверем.

Другие тоже последовали за ним и огляделись, их глаза были настороженными и испуганными, и игроки постоянно оглядывались, но в комнате не было ничего странного, даже пламя свечей совсем не дрожало.

« Тебе не обязательно притворяться призраком.Дядя Цзи торжественно сказал: «В то время я был неправ, поэтому вы с Тан Нином поженились, и теперь все может быть кончено»."

Цзи Ляньюнь спокойно посмотрел на дядю Цзи.

У него очень изможденный вид, но глаза очень спокойные, настолько спокойные, что люди не могут сказать, блефует он или уверен в себе.

Стоя позади Цзи Ляньюня, Хань Анкан и Линь Юнь обливались потом, готовые в любой момент броситься спасать Тан Нина.

Хотя Тан Нин замужем за владельцем гробницы, который, вероятно, является призрачным женихом, существует высокая вероятность того, что призрачный жених одержит верх, но такой брак обречен на провал!

Если бы их заменили другие игроки, они не стали бы работать вместе, чтобы спасти их с такой помпой, но Тан Нин, у которого была особая настройка личности, не мог умереть, по крайней мере, не сейчас.

Самый большой вопрос сейчас заключается в том, смогут ли они спасти Тан Нин с как можно меньшим количеством жертв.

На какое-то время атмосфера зашла в тупик.

Цзи Ляньюнь стоял неподвижно, он смотрел на дядю Цзи, словно чего-то ожидая.

«трогать！Дядя Цзи вдруг сказал Цзи Цяню, который уже давно не был жестоким: «Не задерживайся!""

Бокал с вином упал на землю, и ярко-красное вино полилось вниз. Жители деревни, которые удерживали Тан Нина, усердно работали вместе, чтобы прижать сопротивляющегося Тан Нина к доске гроба.

Кто-то держал Тан Нина за плечи, кто-то держал Тан Нина за ноги и поднял молоток и гвозди из персикового дерева, нацелив острый конец на Тан Нина. Зрачки Тан Нина продолжали сужаться, и он внезапно понял назначение гвоздей из персикового дерева.——

Пройдите сквозь его плоть и кровь, раздробите его кости и пригвоздите его к этой холодной доске гроба!

Колышки из красного дерева продолжали увеличиваться перед глазами Тан Нина, преломляя немного холодного света. Это был холод, который игнорировал человеческую жизнь. Он был острым и колючим, и казалось, что он мог прямо проникнуть в сердце и проникнуть в душу!

« Отпусти его.Снова прозвучал слабый голос Цзи Ляньюня.

Колышек из красного дерева замер на одежде Тан Нина. Грудь Тан Нина продолжала сильно колебаться, и холодный пот капал с его лба. Он безучастно прислонился к доске гроба и посмотрел на Цзи Ляньюня, как и все остальные.

Цзи Ляньюнь насмешливо улыбнулся, он выглядел очень усталым, поэтому его глаза стали тоньше и холоднее.

Никто не знал, над чем на этот раз смеялся Цзи Ляньюнь.

Глядя на жителей деревни, которые все еще удерживали Тан Нина, губы тусклого цвета приоткрылись, и Цзи Ляньюнь испустил очень легкий вздох, настолько легкий, что люди едва могли расслышать, что он говорил: «Я устал, мое согласие с вами, вот и все. Давайте остановимся на этом."

Свеча внезапно резко закачалась.

Дядя Цзи на мгновение вздрогнул, как будто он на что-то отреагировал, и недоверчиво посмотрел на Цзи Ляньюня.

Со словами Цзи Ляньюня тени в углах дома становились все более и более интенсивными, и они колыхались, как черная текущая вода. Под всеобщим вниманием черные края распространялись все больше и больше, пока не показались черные волосы.

Эти длинные волосы - волосы бесчисленного множества женщин.

«Ах, Ах, Ах, ах..."держащий персиковый шпунт дома века в деревне сельчан внезапно издал крик, только чтобы увидеть, как он обнажил каждый дюйм кожи, на которой появились длинные черные волосы, - это просто вспышка, все его лицо съежилось, глаза ввалились, наполненные страхом глаза, и в следующий момент черные волосы из глаз отрастают.

« Что это, черт возьми, такое?！"У всех присутствующих резко изменились лица, особенно у жителей деревни Джиджиа.

Кто-то поднял лоянскую лопату рядом с ним и полоснул прямо по черным волосам на трупе. Черные волосы, которые были спокойно посыпаны на труп, внезапно взметнулись вверх, и каждый волосок, казалось, был полон негодования, почти устремляясь к деревенскому жителю с оскаленными зубами и когтями!

Неизбежный сельчанин был окутан развевающимися черными волосами, густые волосы проходили по его дергающемуся телу, лопата выскользнула из его руки, и суровый крик успел прозвучать только в начале, в следующее мгновение волосы прошли через голосовые связки, и сопротивляющееся тело рухнуло вниз.

« Используй огонь!"

Дядя Джи быстро принял решение бросить горящую свечу счастья в шевелящиеся черные волосы, похожие на волну. Черные волосы, которыми было окутано тело, быстро отступили, когда они коснулись пламени, но больше волос распространилось и буйно выросло в тех местах, где не было огня. По сравнению с первоначальным блеском, теперь они стали особенно черными как смоль, настолько черными, что жители деревни, у которых не было времени уклониться, пропустили их через волосы и издали серию криков.

Пара рук боролась на земле, пытаясь вырваться, но в следующую секунду черные волосы снова прошли сквозь них. Прежде чем они были полностью скрыты волосами, Тан Нин увидел лица, в которых преобладали боль и страх, слезы раскаяния потекли из его глаз, и его смахнули бесконечные черные волосы..

«быстро бежать！Дядя Джи взял инициативу в свои руки и хотел выбежать, но внезапно остановился, не понимая, что видит.

В коридоре стоял «человек», обтянутый красным шелком. Его лицо было накрашено красными румянами, а брови и глаза были чисто черными, как чернила. Нарисованные глаза смотрели прямо на дядю Джи, а губы, очерченные красным пигментом, застыли в дуге улыбки.

Холодный ветер подул снаружи, и невеста бумажного человечка набросилась на дядю Джи, который принял на себя основной удар. Кусочки бумаги на нем были оторваны и прикреплены к лицу дяди Джи. Бумага полностью закрыла испуганное лицо и срослась с плотью и кровью. Дядя Джи отчаянно протянул руку, чтобы сорвать бумагу с его лица., Ловите каждый кровавый след!

Крови было все больше и больше, но интенсивность борьбы становилась все меньше и меньше. В конце концов, тело дяди Джи перестало двигаться, и его окровавленные руки упали на пыльную землю.

Бумажная невеста с дырой в теле подняла голову, и ее темные глаза посмотрели на жителей деревни Джиджиа, которые медленно отступали.

Черные волосы вылетели наружу и пронзили жителей деревни сзади в дилемме. Несчастный голос и дрожащий челнок прозвучали вместе, и волосы во всей комнате задрожали, как на карнавале.

Бумажная невеста тоже раскрыла объятия, как будто не могла дождаться, и кусочки бумаги были оторваны от ее тела, как будто плоть и кровь человека гнили, оставляя только отчетливые кости. Трепещущая бумага покрывала лица каждого жителя деревни Джиджиа, как куски тяжелого снега.

Жуткие крики в этот момент прекратились, и газета изолировала все призывы о помощи. Людям, которые падали на землю, пропускали через волосы, и из их тел лилась только кровь, как из чистилища на земле!

Линь Юнь и Хань Анкан подозрительно посмотрели на Цзи Ляньюня. - Теперь так трудно сбежать из этой комнаты, что они вообще не могут выйти!

Увидев, что Цзи Ляньюнь идет к Тан Нину, который безвольно лежал на доске гроба, игроки быстро последовали за ним, пугаясь на каждом шагу.

Цзи Ляньюнь подошел к Тан Нину, он протянул руку Тан Нину и потянул Тан Нина, который тоже нетвердо держался на ногах, за свое рушащееся тело.

Это простое действие, казалось, сделало поражение Цзи Ляньюня более серьезным. Он просто прикрыл рот и несколько раз кашлянул, и между его пальцами выступили пятна крови.

Тан Нин, который был в шоке, нервно посмотрел на Цзи Ляньюня, но Цзи Ляньюнь с беспокойством наблюдал за ранами Тан Нина, от уголков его красных губ и опухших щек до запястий и лодыжек, покрытых следами удушения, он даже бросил свой взгляд мягко, как будто боялся своего sight.It это разбередит рану Тан Нина.

Очевидно, он не сказал ни слова, но Тан Нин понял значение в глазах Цзи Ляньюня.

Он схватил Цзи Ляньюня за руку.

Сейчас лучше всего поскорее покинуть это место. Цзи Ляньюнь, не теряя времени, сказал: «Поехали»."

Голос Цзи Ляньюня был слабым, но никто не осмелился проигнорировать его слова.

Он проводил Тан Нина до двери и вышел, сопровождаемый Линь Юнь и Хань Аньканом, которые были неразлучны.

Весь дом полон волос, длинных, свисающих с балок комнаты, высовывающихся из щелей в двери, рождающихся со дна гроба ... Из всех частей, которые можно увидеть и невидить, они покрывают весь дом, как паутина.

Цзи Ляньюнь кашлял, прикрывая рот одной рукой, а другой придерживая Тан Нина. Температуры на его руке не было, но оставалось немного тепла.

Кровь потекла между его пальцами, и пряди спящих волос тихо упали на место, и ни один черный волос активно не выступил вперед, чтобы остановить уход Цзи Ляньюня.

Внешняя оболочка бумажной невесты была почти полностью содрана, остались только пустые бамбуковые полоски. Она смотрела прямо на Цзи Ляньюнь, как будто она чего-то боялась и не осмеливалась шагнуть вперед.

Цзи Ляньюнь отодвинул всех на шаг, и его кашель был сильным, изо рта хлестала булькающая кровь, а Тан Нин нервно держал Цзи Ляньюня.

Тонкая и сильная рука держала его за руку нежно и твердо.

«Не бойся.- Сказал Цзи Ляньюнь слегка туповатым голосом.

Шелестящее движение сзади заставило волосы Тан Нина онеметь. Возможно, свою роль сыграло утешение Цзи Ляньюня. Казалось, он не так боялся этой сцены, как представлял.——

Многие люди, казалось, смутно возникали перед его глазами. Они были одеты в красные свадебные платья, даже если на них были кровь и слезы, даже если их глаза были горькими и холодными, даже если на их телах повсюду были шрамы, они все равно могли дать людям представление о тенях прежних дней.

Страдания, которые он испытал только что, были намного хуже их.

Грудь Тан Нина, казалось, была сдавлена.

Цзи Ляньюнь втащил его через порог и повел по карнизу из красного атласа. Ветер дул порывами, раздувая красный атлас, как будто там горело пламя.

Такой ослепительно красный, такой же красный, как десятипальцевый Дан Коу женщины, такой же красный, как кровь и слезы, текущие из ее глаз, такой же красный, как счастливая свеча, и такой же красный, как киноварь на кончике пера. Написал заключительные слова.

Тан Нин невольно повернула голову. Сквозь развевающиеся красные ленты, сквозь развевающуюся белоснежную бумагу и сквозь пряди длинных темных волос, в трансе, Тан Нин, казалось, действительно увидела маленькую девочку в красном свадебном платье. девочку.

Он действительно видел это. В том сне он видел плачущую девушку.

Жители деревни, которых отправили к своим родственникам, были подавлены, постоянно плакали и боролись.

Он видел эту печальную и болезненную душу.

Он не понаслышке испытал такую беспомощность и отчаяние.

Он не хотел переживать такие болезненные воспоминания во второй раз.

Через развевающуюся красную ленту Тан Нин, казалось, увидела маленькую девочку, которая все время плакал, с улыбкой, улыбаясь, как птица, которая никогда не сможет вернуться в прошлое, Тан Нин протянула руку и помахала маленькой девочке, которая все еще жила в старые времена. Помашите.

Красная лента все еще развевается.

Тан Нин медленно повернул голову и последовал за Цзи Ляньюнем, который шел вперед по ухабистой и грязной дороге. Небо впереди было светлым, и он изо всех сил старался выдохнуть долгий вздох депрессии в своем сердце.——

Малышка, в следующий раз ты должна с радостью сесть в паланкин и выйти замуж за того, кто тебе действительно нравится.

Глава 80 Призрачный Муж

«Кхм.Цзи Ляньюнь остановился и прикрыл рот носовым платком. Он опустил глаза и взглянул на носовой платок. Его тонкие руки слегка сжались, сжимая алый носовой платок в комок.

Тан Нин тоже остановился. Он встревоженно стоял рядом с Цзи Ляньюнем. Он увидел, как Линь Юнь и Хань Анкан побежали в комнату, где жил Цзи Ляньюнь, чтобы вынести красный лакированный гроб. Они вдвоем внесли гроб в машину. .

Линь Юнь сел в машину и поехал, а Тан Нин помог Цзи Ляньюню, который постоянно кашлял, сесть в машину.

«Это важно для тебя сейчас?Тан Нин нервно посмотрел на смертельно больное лицо Цзи Ляньюня, и ему даже показалось, что Цзи Ляньюнь может умереть в любой момент.

Цзи Ляньюнь медленно поднял глаза и посмотрел на Тан Нин. Он тихо сказал: «Я немного устал, но если я смогу обнять Сяо Нин, я не должен уставать."

Тан Нин поспешно протянул руку и обнял окровавленное тело. Цзи Ляньюнь положил голову Тан Нина себе на плечо и тихо прошептал: «Прости, у меня не было времени приготовить подушку. Сяо Нин первой прислонилась ко мне, чтобы сделать перерыв."

Я не знаю, то ли машина была слишком тряской, то ли Цзи Ляньюнь действительно потерял силы, но он прерывисто произнес простую фразу.

Сильное чувство беспокойства поселилось в сердце Тан Нина. Комната только что представляла опасность, которую мог увидеть любой проницательный глаз. Цзи Ляньюнь вышел невредимым с группой из них. Заплатил ли он цену, которую Тан Нин не мог видеть?

« Цзи Ляньюнь, как ты сейчас?Тан Нин осторожно обнял Цзи Ляньюня.

«Я в порядке.Слабый голос Цзи Ляньюня донесся до его уха: «Я просто немного устал»."

В его слегка прикрытых глазах отражалась тихая деревня Джиджиа. Выбоины на земле были усыпаны золотыми и серебряными сокровищами, длинные черные волосы запутались в ветвях мертвых деревьев, а в каждом доме висели красные фонарики.

Все мертвые существа сияли, но не было ни одного живого существа.

Это было так странно, что это было уже не то, что он помнил.

Он родился в этой маленькой деревне, его мать умерла при родах, а отец умер от болезни, когда ему было четыре года.

Хотя он вырос, питаясь сотнями блюд, он был странным образом несовместим со всей деревней. Ни один ребенок того же возраста не был бы таким болезненным, как он, без сознания на каждом шагу, не говоря уже о том, что даже самой простой внешностью он также сильно отличается от других людей в этой деревне. Люди очень разные.

Позже некоторые длинноязычные женщины в деревне начали распускать какие-то ложные слухи. У него не было родителей, никого, кто действительно заботился бы о нем, и, естественно, никто его не защищал.

Многие вещи не обязательно должны быть правдой. Они достаточно любопытны, чтобы стать темой для разговора после ужина. По прошествии долгого времени фальшивка, кажется, стала реальностью.

——»Позвольте мне сказать вам, я не смею даже взглянуть на ребенка из семьи третьего брата. Иногда он выглядит как взрослый в этом облике. Как может ребенок так выглядеть!"

—— «Он немного похож на что-то в этом роде. Ты помнишь, кто упал со скалы и разбился?Это была душа, которая была съедена им."

—— «Правда, правда, я слышал, что, когда кукла проходила мимо его дома, он открыл дверь и посмотрел на нее, а потом маленькая кукла разбилась насмерть, когда он вернулся, чтобы идти по горной дороге. Ты думаешь, это странно? Он, должно быть, убил ее."

——»Ты не можешь позволить своему Ату играть с ним."

—— «Не говори о детях, взрослые тоже не могут к нему подойти!Разве он только что не убил заживо своих родителей?"

——»Урожай в этом году неважный, ты думаешь, это из-за него?....."

Цзи Ляньюнь закрыл глаза, и бесчисленные воспоминания об этой деревне были отделены от жизни и смерти. Теперь, когда он оглядывается назад, кажется, что не осталось ничего, кроме небольшого холода в его сердце.

На самом деле, он с самого начала знал, что деревня прогнила, но все равно хотел сохранить что-то напрасно.

Возможно, он всегда помнил, что вначале он держал в руках ветхую фарфоровую миску и проходил мимо дверей оживленных домов. Те, кто жевал языками позади него, давали ему ложку горячей каши, и густой жар заливал ему лицо. Он протягивал руку, чтобы взять порцию.Фейерверки, как бы сильно вы их ни держали, вы не можете поддерживать температуру кончиков пальцев.

«Цзи Ляньюнь?"Теплое дыхание из его носа коснулось его лица, немного зачесалось, он открыл глаза и увидел эти ясные глаза, наполненные слезами, чистые и ясные, в этих глазах отчетливо читается любая эмоция.

С первого момента, как он увидел эту фотографию, он почувствовал, что глаза этого человека были очень чистыми.

Он был одержим этой чистотой и мягкостью, безнадежно одержим.

Он видел, что этот человек действительно беспокоился о нем, так беспокоился, что готов был заплакать.

Раньше он всегда был не в состоянии понять мысли собеседника, но мог сказать, что это был очень хороший человек.

Это так хорошо, что ты можешь обменять свое сердце на свое сердце.

Казалось, он мог медленно проникать в сердце этого человека.

«Сяо Нин.Голос Цзи Ляньюня был похож на сон: «Отвези меня домой»."

......

Когда машина поехала обратно в Танцзяцунь, было уже темно, и Тан Нин не мог один удержать Цзи Ляньюня, который был без сознания. Хань Анкан шел с Цзи Ляньюнем на спине. Тан Нин с тревогой держал повисшую руку Цзи Ляньюня, и тонкая рука крепко сжалась. С помощью окровавленного носового платка Тан Нин вынул платок из его руки и увидел завернутый в него маленький кусочек внутренних органов.——

Все это было придумано Цзи Ляньюнем.

Рука Тан Нина дрожала.

«Сейчас он в плохом состоянии, давайте попробуем метод, упомянутый ранее.- Спокойно сказал Линь Юнь.

« Какой метод?- Непонимающе спросил Тан Нин.

- Цзи Ляньюнь сказал: положите его в этот гроб, и есть шанс, что появится другой «он», при условии, что с этим разберутся.- Хан Анканг объяснил.

« А как насчет Цзи Ляньюня?- С тревогой сказал Тан Нин.

Хань Анкан взглянул на Тан Нина: «Его телу должно быть хуже. Он сказал, что чем дольше он теряет сознание, тем хуже будет его телу»."

«Кстати, разве ты раньше не говорил, что призрачного жениха внезапно вырвало кровью, когда он был одержим им?Линь Юнь также сказал вслух: «Я думаю, это, вероятно, потому, что его тело не может слишком долго выносить присутствие призрачного жениха, поэтому его внезапно рвет кровью»."

«Тогда это все......Тан Нин неловко схватил Цзи Ляньюня за руку и сказал дрожащим голосом: «У него и так сейчас такое плохое здоровье. Что, если на этот раз в него снова вселился призрак жениха и его тело больше не сможет держаться?»"

Тан Нин не хотел, чтобы с Цзи Ляньюнем произошел несчастный случай.

Цзи Ляньюнь - очень хороший человек. У него должно быть очень хорошее и светлое будущее. Он должен отправиться во внешний мир погулять вместо того, чтобы жить в этой дурацкой деревне.

« Ключ у тебя с собой.- Спокойно сказал Линь Юнь.

«я？"

Линь Юнь и Хань Анкан переглянулись: «Мы сегодня снова это обсуждали. Призрачный жених и вы, вероятно, способны поддерживать тесный контакт со своей ян ци и тому подобным, потому что вы сказали, что каждый раз, когда вы вступаете с ним в контакт, ваше тело ослабевает, а он, кажется, в хорошем настроении. Много, верно?"

Тан Нин быстро кивнул.

«Он выглядит в добром здравии, видимом невооруженным глазом, что указывает на то, что эта ян ци может воздействовать не только на призрачного жениха, но и должна воздействовать на тело Цзи Ляньюня."

Тан Нин остался ненадолго и вдруг вспомнил, что, когда он встретил Цзи Ляньюня в первый день, после того, как Цзи Ляньюнь промочил ноги, Тан Нин был очень слаб, но цвет лица Цзи Ляньюня, казалось, был намного лучше в то время.

В это время он случайно наткнулся на свадебное платье Цзи Кэ. Цзи Кэ ворвался в маленький дом со свадебным платьем. Цзи Ляньюнь, очевидно, тоже видела свадебное платье. Если бы это был настоящий Цзи Ляньюнь, это помешало бы Тан Нину надеть его в то время. Это, очевидно, принадлежит призрачному жениху.Свадебное платье.

Но «Цзи Ляньюнь" в то время этого не сделал.

Точно так же, как настоящий «Цзи Ляньюнь", он спокойно попросил Цзи Кэ отвести Тан Нина переодеться.......

Глаза Тан Нина расширились.

Хотя призрачного жениха вырвало кровью в знак того, что он отключился раньше, не было никакого очевидного сигнала, когда призрачный жених был одержим.

Если бы призрачный жених не раскрывал свои недостатки, часто казалось, что он действительно не в состоянии отличить Цзи Ляньюня от призрачного жениха......

Как может существовать такой человек, который может притворяться?..Нет, а как насчет призраков, которые могут быть замаскированы?

«Таким образом, количество ян, которое вы позволяете призрачному жениху забрать у вас, является ключом к определению того, как долго он может появляться на Цзи Ляньюне."

Линь Юнь заключил: «Не позволяй ему забирать у тебя слишком много Ян. Хотя призрачный жених силен, лучше поговорить с Ляньюнем в антропоцене."

Хан Анкан кивнул в сторону.

Они вдвоем серьезно поговорили о том, чтобы отсосать Ян Ци, но Тан Нин, которому Ян Ци собирались отсосать позже, был так смущен, что не мог говорить, как будто его уговаривал сдержаться недоделанный друг.

«Я, я понимаю.»Тан Нин укусил пулю.

Гроб с Цзи Ляньюнем был внесен в комнату Тан Нина, и Хань Анькань поспешил в зал духов, чтобы встретиться с Линь Гуйцзином. Линь Юнь сказал, что Линь Гуйцзин остался в зале духов один, потому что карточка этого человека очень подходила для охраны такого рода вещей, но Линь Гуйцзин не мог долго продержаться в одиночестве, самое большее. Я хранил ее большую часть дня, так что теперь Хань Анькань скончался.

Но Линь Юнь не ушел. Он подавал Тан Нин горячую еду на кухне. Это блюдо было приготовлено Цзи Ляньюнем в полдень и сейчас остыло.

Тан Нин был так голоден, что прижал грудь к спине, держа горячую еду во время еды, и слушал, как Линь Юнь рассказывает о том, что произошло после того, как его увезли: «Извините, я услышал странное движение от гроба, который несли люди в деревне Цзицзя, но я не ожидал, что люди в нем будут такими time.It - это ты."

Тан Нин присел на корточки рядом с гробом Цзи Ляньюня и скорбно опустил голову.

« Позже к нам подбежал Цзи Ляньюнь и что-то спросил. Он сказал, что вас увезли в гробу.Выражение лица Линь Юна по-прежнему было спокойным, но его голос звучал немного тише.

Тан Нин продолжал есть ароматное блюдо.

«Мне очень жаль.Линь Юнь сказал: «Если ты опоздаешь хоть на шаг, ты можешь просто...»....."

С этими словами он поднял голову и увидел, что Тан Нин, который аккуратно съел свою порцию, рыгнул.

« Ты не мог бы налить мне стакан воды?Тан Нин указал на термос за спиной Линь Юня.

Линь Юнь несколько секунд молча смотрел на Тан Нина, и он действительно не видел никаких жалоб или вины в глазах Тан Нина.

Вначале он оставил Тан Нина перед лицом бумажной невесты, и когда он снова увидел Тан Нина, собеседник посмотрел на него таким умиротворенным взглядом.

Позже он отправил Тан Нин замуж и встретил мальчика-призрака, когда собирал жемчуг......Каждый раз, когда Тан Нин воскресал из мертвых, он мог продолжать смотреть на него очень чистыми глазами, без враждебности.

И это не только потому, что у этого человека хороший характер.

Линь Юнь взяла чашку с водой из рук Тан Нина и услышала фразу из уст Тан Нина: «Спасибо, мне жаль."

И поскольку их отношения всегда были простыми отношениями, вливающими стакан воды в сердце Тан Нин, они должны вежливо сказать «Спасибо за беспокойство".

Потому что у него никогда не было срока годности.

Не будет никакого разочарования или обиды.

«Не за что.- Сказал Линь Юнь.

Глава 81 Призрачный Муж

Линь Юнь некоторое время посидел в комнате с Тан Нином, а затем попросил Тан Нина подержать в руке окровавленный носовой платок Цзи Ляньюня и ни в коем случае не выпускать его из рук, когда будет опасность.

Игроки знают, что кровь Цзи Ляньюня сдерживает призраков.

Хотя все могут догадаться, никто не осмеливается относиться к Цзи Ляньюню как к набору крови, и никто не осмеливается снять этот платок, потому что Цзи Ляньюнь никогда не вытирал свою кровь о других игроков от начала до конца. В карточном мире то, что дают вам NPC, вы можете вынести, NPC не значил этого для вас, так что не хватайтесь за это вслепую.

Потому что иногда, если вы просите чего-то у какого-то существования, вы можете потерять еще больше.

Тан Нин продолжал терять свой Ян в теле Цзи Ляньюня, и защита крови достигла хрупкого равновесия сама по себе, и другие не были квалифицированы, чтобы извлечь из этого выгоду.

«Красное свадебное платье и окровавленный носовой платок, которые у вас сейчас есть, - очень полезный реквизит. С ними вы, возможно, будете самой самозащитной из всех нас."

Линь Юнь объяснил: «Мы с двумя другими людьми будем охранять Лингтан сегодня вечером. Цзи Ляньюнь в состоянии призрачного жениха, очень вероятно, столкнется с тем, кто находится в Лингтане, поэтому ты будешь охранять Цзи Ляньюня в этой комнате. ."

Тан Нин сжал окровавленный носовой платок и кивнул.

Линь Юнь не удержался и оглянулся, прежде чем уйти. Человек позади него был одет в красное свадебное платье, сжимал в руке окровавленный носовой платок и нервно сидел у гроба, как прекрасная невеста, ожидающая прибытия своего новобрачного мужа.

Словно почувствовав взгляд Линь Юня, Тан Нин поднял голову и попытался выдавить улыбку, как бы говоря Линь Юню, что он может сделать это в одиночку.

Линь Юнь опустил глаза, скрывая бушующие в них эмоции, повернулся и молча вышел.

В комнате остались только Тан Нин и Цзи Ляньюнь, которые были в коме. Тан Нин взглянул на часы. Было еще не больше двенадцати. Когда придет время, он сможет использовать музыкальную карточку отсоса на Цзи Ляньюне.

Теперь все, что он может делать, это охранять Цзи Ляньюня. Хан Анкан сказал, что есть шанс, что призрак Цзи Ляньюня появится в этом гробу, но предполагается, что существо выйдет наружу.

Тан Нин посмотрел на Цзи Ляньюня, спящего в гробу. В его глазах были ожидания и страхи, которых он не осознавал. Он боялся злого духа, скрытого в теле Цзи Ляньюня, но он должен был возложить всю свою жизненную силу на будущее на этого злого духа.

Этот злой дух должен выйти как можно скорее, иначе он не может себе представить, с чем все столкнутся, когда завтра состоятся похороны.

По сравнению с завтрашним днем, который еще более неизвестен и ужасен, злые духи, привязанные к Цзи Ляньюню, больше не кажутся такими страшными.

Поколебавшись некоторое время, Тан Нин осторожно наклонился и приложил свои мягкие губы к уху Цзи Ляньюня. Он тихо прошептал: «Муж, когда ты сможешь проснуться?»"

Молодой человек закрыл глаза, на его бледном лице вовсе не было крови, оно было белым, как лист бумаги, а на синих губах осталось немного кроваво-красного, как от ручки, полной киновари. Кончик оставил ослепительные следы на рисовой бумаге.

Красный цвет неизвестен и коварен.

Тан Нин только взглянул на это, затем отвел взгляд дрожащими глазами, и слабый голос продолжил говорить на ухо Цзи Ляньюню: «Муж, просыпайся скорее, хорошо?»"

«Муж, мне так страшно оставаться здесь одной."

«......"

Казалось, в тихой комнате произошло слабое движение. Тан Нин быстро взглянул на тело Цзи Ляньюня. От ресниц до кончиков пальцев все они были безмолвны и безмолвны.

Но из темноты действительно донесся шорох.

Тан Нин на мгновение опешил и огляделся. Все в маленькой комнате было хорошо видно. Не было ни шелеста черных волос, ни бумажного человечка, отрывающего листки бумаги. Могло ли это быть его иллюзией?

Тан Нин сжал в руке окровавленный носовой платок. Он оглядел дом, и его блуждающий взгляд внезапно остановился на маленьком окне. Была поздняя ночь, и в комнате горел только тусклый свет, и в этот момент за окном вспыхнул слабый красный огонек.

Зрачки Тан Нина слегка сузились, и он увидел бумажную купюру, летящую в воздухе, а через окно донесся тихий крик, и половина тела Тан Нина покрылась гусиной кожей.——

Что это?！

Тан Нин уставился в окно, смутно видя еще одну бумажную монету, плавающую в темноте, на этот раз казалось, что там была только половина бумажных денег.

Странный красный свет померк под краем окна, и бумажные деньги, плавающие в воздухе, свисали вниз, и сердечные струны Тан Нина, казалось, затрепетали. Глядя в окно, он включил свой мобильный телефон и быстро взглянул на него. , Обнаружил, что у мобильного телефона действительно нет сигнала.

«У-у-у."

Новые бумажные деньги снова поплыли в воздухе, и раздался тихий крик, похожий на странный звук, издаваемый ветром через щель в окне.

Сердце Тан Нина подпрыгнуло.

Он повернул голову и взглянул на Цзи Ляньюня в коме, с нетерпением ожидая, что Цзи Ляньюнь откроет глаза в следующую секунду, но реальность была такова, что даже если Тан Нин протянул руку и коснулся Цзи Ляньюня, Цзи Ляньюнь все еще молчал. Движение.

Цзи Ляньюнь, который был без сознания, не мог сдержать призрака, и Тан Нин знал, что он был единственным, на кого он мог сейчас положиться.

спокойный。

Обязательно успокойтесь.

Некоторый ужас перед призраками в карточном мире постепенно приближается и углубляется. Например, Тан Нин увидел на форуме, что призраки сжигали бумажные деньги на глазах у игрока. После того, как все было сожжено, призраки внезапно забрали жизнь игрока. Оказалось, что бумажные деньги были деньгами жизни игрока.

Если он будет сидеть неподвижно, то в тот момент, когда действительно наступит кризис, его можно будет убить только ударом в шею. Подумав об этом, Тан Нин стиснул зубы и встал. Теперь на нем красное свадебное платье, и он может противостоять нескольким атакам обычных призраков. Если ситуация действительно плохая, он может выбежать с Цзи Ляньюнем на спине и побежать на встречу с другими игроками.

Все в порядке, не бойся.

Тан Нин затаил дыхание и шаг за шагом подошел к окну. Чем ближе он подходил, тем отчетливее слышал плач. Хриплый и странный, сердце Тан Нина бешено колотилось, а рука, державшая окровавленный платок, немного вспотела.

Его пальцы были прикреплены к углу стены, и холод пробирал от подошв его ног. Жуткий крик за окном все еще раздавался с перерывами. Тан Нин был близок к тому, чтобы не дышать. Ему почти хотелось развернуться и убежать сейчас, свернувшись калачиком рядом с Цзи Ляньюнем и ни о чем не заботясь.

Успокойся, успокойся, ты уже стоишь у окна!

Сердце Тан Нина было жестоким, он изо всех сил сдерживал желание сбежать и смотрел прямо в окно.——

Я увидел старую седовласую женщину, сидящую на корточках перед жаровней в поношенной одежде и плачущую, сжигая бумажные деньги.

Словно что-то заметив, пожав плечами, пожилая женщина внезапно подняла голову и уставилась прямо на Тан Нина через окно.

Сердце Тан Нина чуть не выпрыгнуло у него из горла!

При свете камина лицо пожилой леди выглядело особенно странно. Ее глаза были широко раскрыты, мутные, казалось, у нее глаукома, а дряблая кожа была покрыта пигментными пятнами. Она посмотрела на Тан Нин и тихо прошептала: "Это Нин Вази...»

Этот странный звук, казалось, был звуком прикосновения кончика пальца к дверной панели.

Тан Нин сглотнул слюну и некоторое время не мог понять, была ли старуха человеком или призраком. Он не осмеливался ответить, опасаясь, что будет впутан во что-то нечистое, если ответит.

Под подозрительным взглядом Тан Нина пожилая женщина с трудом встала, и старое и устрашающее лицо приблизилось к Тан Нин за окном. Тан Нин поспешно сделал небольшой шаг назад. Он увидел, что пожилая женщина все еще стоит за окном, ее мутные глазные яблоки продолжали вращаться, как будто смотрели на это.Добрался до красного лакированного гроба в доме.

На лице пожилой леди появилась странная улыбка. Она медленно подняла руку, и рука, покрытая пигментными пятнами, сжала кулак. Она открыла рот и пропела хриплым голосом: «Брат Лю говорит ~ Это слишком предвзято!Кто сказал, что женщины ~ наслаждаются отдыхом!"

Тан Нин сделал еще один шаг назад и широко раскрыл глаза, чтобы посмотреть на странную сцену перед собой. Сквозь стекло он мог видеть только хрупкую фигуру, слегка освещенную огнем в ночи, как будто наблюдал за странным теневым кукловодом.

«Мужчины идут на войну ~ к границе!Женский текстиль ~ дома!Днем занимайтесь сельским хозяйством, а ночью прядите хлопок......Пожилая леди качала головой во время пения и актерской игры, дрожа и снова и снова делая какие-то простые фигурные движения.

«Эти женщины - в чем смысл - не так хороши, как мальчики!"Старые и худые руки продолжали дрожать, и пожилая женщина повернулась и шаг за шагом пошла в глубь ночи. Это было направление Лингтана!»

Тан Нин затаила дыхание. Сегодня день траура. Пришла ли пожилая леди скорбеть?

Или появился новый призрак, чтобы напасть на игрока?！

Он достал свой телефон, чтобы напомнить другим игрокам, но на телефоне по-прежнему не было сигнала.

Тан Нин в панике стоял рядом с гробом. Только что пожилая леди сожгла бумажные деньги и спела здесь пьесу, так что она больше ничего ему не сделала. Другая сторона завидует ему или Цзи Ляньюню в гробу или чему-то еще? Что означает пение этой пожилой леди?

Тан Нин держал в руке свой мобильный телефон, ожидая увидеть повторное появление сигнала, и туманный певучий голос слегка покачивался на расстоянии. В этот момент на мобильном телефоне появилось сообщение, и Тан Нин быстро включил мобильный телефон, чтобы проверить. .

Линь Юнь: «Вы когда-нибудь встречали пожилую леди, которая там поет?@唐宁"

Тан Нин поспешно ответил: «Да, она все еще сжигает бумажные деньги перед моим домом. Что она сделала с тобой?»"

Линь Юнь: «Она стояла возле Лингтана и продолжала петь снаружи!Мы не смеем прерывать ее."

Хан Анкан: «Это пьеса «Хуа Мулан» из оперы Ю. Какое послание она хочет донести?"

Линь Гуйцзин: «Что она делала, кроме сжигания бумажных денег?Она входила в ваш дом?@唐宁"

«Бум!Бум!Глухой барабан зазвучал в безмолвной ночи, и он, казалось, ударил в сердце Тан Нина. Это был траурный барабан у входа в Лингтан, который зазвучал!

Линь Юнь: «Она входит!"

Простое предложение заставило Тан Нина почувствовать напряжение во всем теле. Просто через слова Линь Юнь Тан Нин почувствовал удушающую атмосферу на противоположной стороне. Тан Нин быстро напечатал: «Она назвала меня Нин Вази через окно, затем спела, а затем ушла.Как у тебя сейчас дела?Что она делает?"

Линь Юнь: «К ее ногам привязана пеньковая веревка!"

Пеньковая веревка на ногах?！

У Тан Нина онемела кожа головы, как живой человек может привязать к ногам пеньковую веревку?！

Тан Нин: «Тогда что?！"

Никто в группе больше не реагировал на Тан Нина.

Тан Нин уставился на свой мобильный телефон. Он знал, что Линь Юнь и остальные, должно быть, подверглись нападению призраков, поэтому никто ему не ответил.

что делать？что делать！

Призрак не входил в комнату, где он находился. Вы боялись Цзи Ляньюня в гробу?Или это по другим причинам?Может ли он сейчас броситься в Лингтан, чтобы помочь своим товарищам по команде?

В голове Тан Нина царил полный беспорядок, и в этот момент в группе снова появились новости!

Линь Юнь: «Пеньковая веревка."

Тан Нин поспешно ответил: «Что не так с пеньковой веревкой?"

Линь Юнь: «Вот ты где."

Линь Юнь: «Нин Вази."

Линь Юнь: «Не забудь сжечь для меня бумагу."

Глава 82 Призрачный Муж

Холодный ветер дул в лицо Тан Нину, Тан Нин внезапно открыл глаза и обнаружил, что стоит у окна. Окно по какой-то причине было распахнуто. Одна из его рук высунулась из окна, держа в руке окровавленную пеньковую веревку. Веревку.

Подождите, когда он успел протянуть руку?！

Тан Нин внезапно отдернул руку, словно его обожгло пламенем, и неописуемый холод пробежал по его телу.

Ночью снова подул вечерний ветерок, и Тан Нин сильно вспотел. Он стоял перед широко распахнутым окном и яростно хватал ртом воздух, прикрывая бьющуюся грудь и оглядываясь по сторонам, но ничего не видел. Не было ни пения старухи, ни жаровни, в которой горели бумажные деньги......

что случилось?Неужели все, что происходит сейчас, - иллюзия?！

Нет, эта пеньковая веревка настоящая!

Тан Нин дрожащей рукой сжал пеньковую веревку, и грубое прикосновение напомнило ему, что то, что только что произошло, не было его иллюзией.

Тан Нин уставился на пеньковую веревку в своей руке. Эта пеньковая веревка была очень похожа на пеньковую веревку, привязанную к ногам дяди Вана, но расположение пятен крови немного отличалось.

Тан Нин снова достал свой мобильный телефон и увидел, что в этот момент на мобильном телефоне был сигнал, но когда он открыл групповой чат, он не увидел слова Линь Юня «Пеньковая веревка для тебя, Нин Вази, не забудь сжечь бумагу для меня". Вместо этого он остановился на информации, которой они обменялись в полдень.

Было что-то, что каким-то особым образом передало пеньковую веревку ему в руку. Все, что только что произошло, должно быть иллюзией, созданной этой вещью.

Неудивительно, что мобильный телефон, у которого внезапно пропал сигнал, подает сигнал. При обычных обстоятельствах, если призрак на самом деле не уйдет, сигнал не восстановится. Прямо сейчас призрак в иллюзии все еще находится в зале духов, но он может общаться с игроками в зале духов через свой мобильный телефон......

Когда я хорошенько подумал об этом, там была лазейка, но только сейчас, в сильном страхе, Тан Нин не мог думать спокойно. Теперь подумайте об этом, эта ситуация должна быть призраком, с которым он столкнулся в первом экземпляре. Призрак может создавать некоторые иллюзии с помощью своей памяти, но старая леди, похоже, не имеет it.It хочет причинить ему вред.

На какое-то время все сердце Тан Нина было окутано радостью на всю оставшуюся жизнь. Он набрал на своем мобильном телефоне своей мягкой рукой и снова спросил: "Сталкивались ли вы с какими-либо отклонениями в своем поведении @Все участники».

Линь Юнь: «Нет, как твоя сторона?"

Тан Нин прикусил кончик языка, это было больно. На этот раз это не должно было быть фантазией. Он поспешно рассказал группе, с чем он столкнулся.

Линь Юнь: «Пеньковая веревка, подаренная женщиной-призраком, о которой вы упомянули, должна стать важной опорой для удержания дяди Вана!Ты подожди, я сейчас приду!"

Хан Анкан: «Отлично!С этой пеньковой веревкой у нас будет более высокий коэффициент безопасности на завтрашних похоронах.Но поскольку эта женщина-призрак сказал тебе: «Не забудь сжечь бумагу для меня, когда тебе дадут пеньковую веревку», тебе лучше сделать то, что она хочет сейчас."

Линь Гуйцзин: «У нас здесь есть бумажные деньги. Ключ в том, как передать их этой женщине-призраку......"

Все с энтузиазмом обсуждали это в группе. Эта недавно появившаяся пеньковая веревка была скрытым благословением для всех. Раньше Тан Нину посчастливилось связать ноги дяде Вану. Однако, когда я снова увидел дядю Вана, дяде Вану удалось освободиться от пеньковой веревки. В то время были игроки наедине.После обсуждения было высказано мнение, что идея о том, что пеньковая веревка может сдерживать дядю Вана, должна быть правильной, но должно быть, чего-то не хватает, что позволило бы дяде Вану освободиться самостоятельно.

Теперь, когда появилась новая пеньковая веревка, все предполагают, что если вы сможете снова связать ее второй пеньковой веревкой, это может стать способом действительно ограничить дядю Вана.

«Бум-бум."

За дверью раздался стук в дверь. Тан Нин положил свой мобильный телефон и пошел открывать дверь. В комнату ворвался порыв вечернего ветерка с небольшой прохладой, и лицо Линь Юна слегка побледнело. Он просто появился перед дверью Тан Нина и не мог дождаться, чтобы протянуть руку.

«Ты пришел так быстро.Тан Нин взял в руку пеньковую веревку. « Давай позже вместе сожжем бумажные деньги. Ты знаешь, как я могу передать их той старой леди? - спросил он."

Бледная рука ухватилась за пеньковую веревку.

Тан Нин на мгновение опешил и засомневался, что он моргнул, потому что в поле его зрения появились две пеньковые веревки, одна в его и Линь Юня руках, а другая......К ногам Линь Юня!

« Тан Нин!！！»Прозвучал встревоженный голос Линь Юня, Тан Нин внезапно поднял голову и увидел другого Линь Юня, подбегающего к нему, и мужчину, стоящего перед ним".——

Это дядя Ван, который связан пеньковой веревкой!！！

плохой！

Тан Нин внезапно схватился за один конец пеньковой веревки, и рука дяди Вана также крепко сжала пеньковую веревку. Огромная сила вырвалась из другого конца пеньковой веревки. Грубая веревка порезала ладонь Тан Нина, и Тан Нин исчерпал все свои силы и не смог остановить пеньковую веревку в своих руках. Проходите мимо.

В тот момент, когда веревка вот-вот должна была исчезнуть из его руки, другая рука Тан Нина, держащая окровавленный носовой платок, также коснулась пеньковой веревки. Окровавленный носовой платок коснулся руки дяди Вана, и его рука, похожая на железные плоскогубцы, внезапно разжалась. Тан Нин схватился за пеньковую веревку и по инерции с грохотом упал на землю. Окровавленный носовой платок по какой-то причине раскололся пополам, казалось, что столкновение с дядей Ваном только сейчас поглотило его силу.

Это одноразовый реквизит!

Тан Нин упал на землю, держа в руках пеньковую веревку, и посмотрел на дядю Вана, который шаг за шагом приближался к нему. На этот раз он не колебался, отчаянно пытаясь привязать пеньковую веревку к ноге дяди Вана!

Однако в тот момент, когда пеньковая веревка уже почти коснулась лодыжки дяди Вана, дядя Ван внезапно сделал шаг в сторону, избегая руки Тан Нина, державшей пеньковую веревку.

На этот раз подготовлен не только Тан Нин!Тан Нин больше не будет так легко связывать дядю Вана, как раньше!

Тан Нин нервно держал в руке пеньковую веревку. Прежде чем он успел придумать, что делать, он увидел, как дядя Ван, который сначала стоял, внезапно изменил позу, и все его тело внезапно легло на землю, как у Тан Нина!

Что еще более ужасно, так это то, что он ползает по земле, сложив руки и ноги вместе, а его голова и руки сначала тянутся к Тан Нину!Ноги, которые можно связать, находятся более чем в метре от Тан Нина!

Вжик-вжик!

Раздался жуткий звук трения о землю.

Скальп Тан Нина взорвался, и он быстро отступил назад. Видя, что дядя Ван собирается забраться перед ним, Линь Юнь, стоявший позади дяди Вана, присел на корточки и быстро обвязал пеньковой веревкой ноги дяди Вана руками и глазами!

Дядя Ван остановился, когда двинулся вперед, и с грохотом повернул голову назад, вся его голова повернулась на 180 градусов, и он странно посмотрел на Линь Юнь позади себя.

Тан Нин воспользовался этой возможностью, чтобы быстро встать, а затем посмотрел на Линь Юня. Он увидел, как Линь Юн умело достал талисман из кармана.

На мгновение Тан Нин даже подумал о том, чтобы уничтожить его, если он больше не будет играть.

И тут он увидел——

Линь Юнь, держа талисман, внезапно перешагнул через дядю Вана, который падал на землю, и приложил трепещущий талисман к центру бровей Тан Нина.

«Не двигайся.»Тан Нин слышал, как Линь Юнь так спокойно объяснял.

Черные глаза открылись до предела в этот момент, Линь Юнь перед ним был все еще так спокоен, его голос был спокоен, выражение его лица было спокойным, и он спокойно совершил безумное движение, которое полностью отличалось от его предыдущего поведения.

Когда талисман был прикреплен к центру бровей Тан Нина, дядя Ван на земле, казалось, внезапно потерял направление. Он широко раскрыл рот в гневе, и его, казалось бы, нормальное лицо внезапно стало сине-белым. Его глаза широко раскрылись, а длинный язык вывалился изо рта. Это черта лица висящего призрака.!

В отличие от воя, который могут издавать люди, он исходил из его широкой пасти.

Линь Юнь, не колеблясь, выбежал на улицу, Тан Нин уставился на убегающую спину Линь Юнь. Это был первый раз, когда он надеялся, что Линь Юнь сможет бежать быстрее, еще быстрее!

Дядя Ван поднялся прямо с земли. Он был привязан к ногам и мог только подпрыгивать и двигаться. Его мутные глаза смотрели вслед уходящему Линь Юню. Дядя Ван не прогнал его в первый раз, но он не сдавался. Он колотил по дому, как будто хотел найти его в пределах своего восприятия.Тан Нин внезапно исчез внутри.

Только тогда Тан Нин понял, что изначально он был игроком, которого дядя Ван хотел убить больше всего. Теперь, когда он получил важную опору в виде пеньковой веревки, его приоритет в сердце дяди Вана бесконечно возрос. Он должен беспокоиться не о Линь Юнь, а о себе!

«Бум!"

Ноги, связанные пеньковой веревкой, вместе упали на землю, и дядя Ван сделал короткий шаг вперед.

Ограниченный высотой комнаты, удар дяди Вана невелик, но эта комната слишком мала, настолько мала, что дядя Ван мог бы ударить Тан Нина, если бы тот случайно подпрыгнул!

Широко раскрытые глаза Тан Нина казались кислыми, но он не смел расслабиться. Он вспомнил, что каждый раз, когда Линь Юнь размещал этот талисман, выражение его лица было неподвижным. Сначала он подумал, что это эффект этого талисмана, но он не ожидал, что это будет человек, который был размещен, чтобы управлять выражением его лица.——

Жаль, что управление выражением лица у Тан Нина было не очень хорошим.

Особенно когда он увидел, что дядя Ван сделал еще один шаг в его сторону!

После этого прыжка расстояние между ними сократилось чрезвычайно, настолько, что кончик носа оказался почти вплотную к кончику носа, дыхание Тан Нина было полностью задержано, он мог видеть свое собственное искаженное ужасом лицо в мутных глазах дяди Вана. Лицо.

Если бы не множество ужасных вещей, которые Тан Нин пережил после входа в эту игру, я боюсь, что сейчас он бы прямо кричал.

десятки миллионов！Не перепрыгивай снова!！！

В этот момент Тан Нин обращался с мольбой от Будды к Христу, и каждая клеточка его тела кричала. Возможно, его молитва сработала, и чопорный дядя Ван прыгнул в другом направлении.

Бум.

Он подскочил к Тан Нину сзади.

Сердце Тан Нина, казалось, тоже сильно затрепетало, а затем биение «бум-бум» больше не раздавалось.——

Эта штука неподвижно стояла позади Тан Нина.

Только тогда Тан Нин понял, что самое страшное - это не столкнуться с этой тварью лицом к лицу, а знать, что она стоит у тебя за спиной, но не видеть, что она собирается делать!

Холодное дыхание коснулось шеи Тан Нина, как будто подул порыв ветра, но за ним не было окна. Откуда дул ветер?

В его сознании возникла картина бесконтрольно закрытого рта Тан Нин, постоянно дующей на него.

По задней части чувствительной шеи пробежала дрожь, и плечи Тан Нина, казалось, начали дрожать, но их, казалось, сдерживала упорная воля.

Перестань дуть!

Тан Нин крепко стиснул зубы, холодный пот скатился с уголка его лба, заскользил по бровям, скопился на густых ресницах, а затем медленно закапал в глаза.

Слезы выступили у него из глаз от пота, но Тан Нин даже не осмеливался моргнуть.

Холодная рука легла на талию Тан Нина, холодная как лед. Тан Нин уже изо всех сил пытался поддержать ее. Когда его талии коснулись, его тело, которое было чрезвычайно напряженным, рухнуло и превратилось в армию.——

закончить。

Тан Нин упал в холодные объятия, и в тусклом свете "Цзи Ляньюнь», которая в какой-то момент открыла глаза, улыбнулась и обняла его сзади.

«Почему леди такая мягкая, что упала на одном дыхании?»«Тан Нин услышал улыбающийся тон этого человека с небольшой скрытой насмешкой.

Глава 83 Призрачный Муж

Тан Нин почти не дышал.

Он никогда не видел ничего подобного собаке, и по сравнению с человеком перед ним, у Линь Юнь, которая убегала много раз раньше, казалось, были четкие брови.

Но в тот момент, когда он увидел появившегося призрачного жениха, сердце его, наконец, упало. Тан Нин плакал, смеялся, был зол и напуган. Его хорошенькое личико сморщилось в комочек, а из глаз потекли крупные слезы. Его обняла Цзи Ляньюнь.Ее тело дрожало от плача.

«Цзи Ляньюнь", которая все еще смотрела на Тан Нин с улыбкой, не могла удержаться от паники: «Мадам, что с вами?»"

——Я был тронут.

Все выражение лица Тан Нина больше нельзя было контролировать. Он чувствовал, что сейчас некрасиво плачет. Как мог существовать такой плохой человек?О нет, он вообще не человек.

Тан Нин не мог дождаться, когда же они отругают этого парня или укусят друг друга, но из его испуганных губ вырвался лишь слабый стон.

« Кто заставил миледи плакать?С этими словами Цзи Ляньюнь протянула руку и положила свою тонкую ладонь на подбородок Тан Нин: «Слезы госпожи - это жемчужины, и каждую нужно поймать»."

Тан Нин плакал с красным носом, он, наконец, собрался с силами, тут же открыл рот и укусил Цзи Ляньюня за ладонь, укусив так сильно, что щеки Тан Нина стали кислыми.

Казалось, у него был естественный инстинкт для таких людей, как Цзи Ляньюнь, искать выгоду и избегать вреда, и его подсознание смутно подсказывало ему, что не имеет значения, выместит ли он свой дурной нрав на этом парне.

Этот парень не такой хрупкий, как Ляньюнь в антропоцене, настолько хрупкий, что не осмеливается слишком сильно разжимать зубы и когти.

Неудержимые слезы потекли по рукам Цзи Ляньюня, и Цзи Ляньюнь тихо спросил: «Это сделано из этого?»"

Заплаканные глаза Тан Нин встретились со взглядом Цзи Ляньюня и увидели дядю Вана, спокойно стоящего рядом с ними.

Ах, ах, ах, ах, ах, ах!！！

Дрожь прошла от хвостовых позвонков до гая Тяньлин, и Тан Нин бросился прямо в объятия Цзи Ляньюня, крепко обнимая Цзи Ляньюня обеими руками, его заплаканное лицо отчаянно впивалось в объятия Цзи Ляньюня. .

Цзи Ляньюнь нежно обнял Тан Нина, протянул руку и похлопал Тан Нина по спине, а Ичжэн сказал словами: «Этот парень действительно такой плохой, он посмел напугать мою госпожу, леди, скажите вы - как вы наказываете его?»"

Мужчина в его руках крепко ухватился за уголки его одежды, и его мягкое лицо сильно прижалось к его груди. Даже если бы ему не нужно было смотреть, Цзи Ляньюнь знал, что на лице противника сбоку будут мелкие складки, как молоко на молочной коже. Услышав, что он сказал, человек, который рыдал, как котенок, поднял его. Рука, красивая рука, сжатая в кулак, сильно ударила его.

Хотя эта сила уже была очень велика для Тан Нина, она была безвредна для Цзи Ляньюня. даже после того, как его избили, он не мог удержаться, чтобы не скривить губы и не рассмеяться.

Рассмеявшись, Цзи Ляньюнь тут же изобразил слабость, кашлянул и сказал: «Леди имеет в виду...Ты хочешь его избить?"

Неконтролируемый ужас появился в глазах дяди Вана сбоку.

Тан Нин все еще плакал. Он хотел выплеснуть все эмоции страха, трусости и беспомощности в этом мире. Он должен был очень сильно ненавидеть этого человека, но когда другая сторона сказал что-то подобное, чтобы помочь ему выплеснуть это, он не смог удержаться от слез и снова рассмеялся.

В тот момент, когда он улыбнулся, он пожалел об этом. Ему не следовало смеяться так быстро. Ему следовало сохранить невозмутимое выражение лица, но он был похоронен в объятиях Цзи Ляньюня и сделал такое выражение. Цзи Ляньюнь, вероятно, не мог догадаться, что он улыбается.

Думая об этом, Тан Нин отчаянно вытаращил глаза, показывая, что он все еще очень опечален, зол и напуган. Он думал, что у него должно быть такое выражение лица, верно?Но здесь нет зеркала, и Тан Нин не уверен, что его плохое актерское мастерство сможет обмануть Цзи Ляньюня.

Тан Нин немного неловко поднял голову. Он осторожно взглянул на Цзи Ляньюня. Цзи Ляньюнь слабо прикрыл рот рукой, как будто кашлял. Казалось, что его удар только что был немного тяжелым. Да, даже если призрачный жених и есть призрачный жених, сейчас он использует тело Цзи Ляньюня. В то время будет нехорошо причинять боль Цзи Ляньюню вместе.

Думая об этом, Тан Нин поспешно взглянул на ладонь Цзи Ляньюня, которую он укусил. На бледной коже виднелся глубокий след от зубов, и казалось, что она будет кровоточить еще немного глубже.

Это делало Тан Нина еще более обязанным антропоценовому Ляньюню.

« Леди не должна меня жалеть.Цзи Ляньюнь сказал слабо и задумчиво: "Пока госпоже это нравится, госпожа может кусать меня в любое место на моем теле»... В конце ее голос становился все более и более сердитым, и казалось, что последнее слово прозвучало расплывчато и двусмысленно.

Тан Нин непонимающе уставился на Цзи Ляньюня, ему совсем не было жаль этого плохого парня!

В этот момент у Тан Нина на лбу все еще был длинный талисман. Когда он сердился, воздух, выдыхаемый из его носа, заставлял талисман подниматься.

Цзи Ляньюнь неосознанно опустил глаза, протянул руку и снял талисман с головы Тан Нина. Он положил талисман в карман Тан Нина, затем опустил голову и поцеловал Тан Нина в брови.

Тан Нин изначально хотел избежать этого, но, учитывая упомянутую ранее ян ци, он нахмурился и попросил Цзи Ляньюня поцеловать его. Неожиданно Цзи Ляньюнь стал еще более ненасытным и обнял его, как будто у него был кожный голод и жажда, и положил свою челюсть ему на плечо, так низко и нежно. Голос мягко прозвучал в ушах Тан Нина: «Как леди хочет наказать его?»"

Тан Нин не заботился о том, чтобы оттолкнуть скользкого Цзи Ляньюня, он смотрел на дядю Вана, который был рядом с ним, и не смел пошевелиться.

Трудно представить, что у призрака может быть такое же выражение лица, как у человека, который боится вернуться к жизни.

Такой ужасный дядя Ван, призрак, который так много раз пугал его, преследовал по всем горам и хотел кричать, несколько раз истощал его и почти рухнул до такой степени, что у него больше не было боевого духа, в этот момент стоял рядом с ним, испуганный и неподвижный, как будто он стал чем-то ужасающим. Призраки, и этот дядя Ван - слабый человек.

В этот момент Тан Нин действительно был готов снова расплакаться.

Он знал, что притворяется лисом, но, ах, он был так счастлив быть лисом!

Тан Нин вынул из рук пеньковую веревку и произнес слово в слово: «Я собираюсь ее связать!»"

Цзи Ляньюнь скривила губы и улыбнулась: «Хорошо."

Услышав слова Цзи Ляньюня, Тан Нин впервые встал перед этим призраком без страха. он высоко поднял голову и посмотрел на этого призрака, его разум был полон——

Ты хочешь напугать меня еще раз и попробовать это?！

Дядя Ван неподвижно стоял перед ним, как неподвижный труп.

Тан Нин подозревал, что он тоже был глуп, когда только что носил талисман. Он держал пеньковую веревку обеими руками, держа оба конца обеими руками и туго натягивая пеньковую веревку.

«Эта веревка обвяжет его шею...» Тан Нин стиснул зубы и спросил: «Это его рука или нога?»"

Дядя Ван выглядел испуганным.

Тан Нин без всякой причины почувствовал, что эта сцена была немного знакомой. Он немного подумал об этом. Разве не это сказал ему призрачный жених в постели?！

Наблюдая, как он произносит какое-то слово, дядя Ван пришел в ужас, и внезапно он необъяснимым образом осознал настроение парня в тот момент.

Думая об этом, Тан Нин затянул веревку туже. Он оглянулся на Цзи Ляньюня с невозмутимым лицом. Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Ты можешь привязать ее, где захочешь»."

Тан Нин был по-настоящему взволнован гневом этого парня: «Если галстук не тот, разве его снова не развяжут?»"

« Это никогда не будет развязано.Цзи Ляньюнь посмотрел на дядю Вана за спиной Тан Нина и тихо сказал: «Верно?""

Тан Нин повернул голову и увидел, что дядя Ван отчаянно кивает. С этим выражением страха на лице ему не терпелось связать себя и зарыться в землю в одиночестве.

На самом деле, в этот момент Тан Нин не мог представить себе смешанные чувства в своем сердце. Он тщательно обдумал это. Вероятно, он уже много раз умирал в игре, отчаянно просматривая учебные пособия, отчаянно отрабатывая техники, а затем отчаянно собирался умереть......В конце концов, он пригласил сверхсильного компаньона поиграть с настроением, что его везут всю дорогу.

И теперь этот огромный разрыв приносит в десятки раз больше крутизны, чем обычные игры.

Тан Нин глубоко вздохнул. Он присел на корточки с кислой миной и энергично привязал пеньковую веревку к телу дяди Вана. Пока он привязывал пеньковую веревку, снаружи дома послышались шаги. Тан Нин поднял голову и увидел Линь Юнь, спешащую к нему с другими игроками.

Игроки с изумлением наблюдали, как Тан Нин связал дядю Вана.

« С тобой все в порядке......Вопрос, который изначально хотела задать Линь Юнь, слетел с ее губ и превратился в декларативное предложение.

Тан Нин выглядит нормально.

Это лучше, чем когда-либо прежде.

Хотя его глаза были полны водянистого тумана, когда он смеялся, слезы, которые падали, были ярче звезд. Казалось, что он не только связал дядю Вана, но и похитил подавленное «я» в прошлом. Тоже похитил.

«Я связал его!»Тан Нин так радостно всем рассказал.

«Эта леди потрясающая.Цзи Ляньюнь коснулся головы Тан Нина.

Как только прозвучало слово «леди», все игроки поняли, что человек, стоящий перед ними, был призрачным женихом.

Тан Нин похлопал Цзи Ляньюня по руке, и он все еще был зол, когда увидел Цзи Ляньюня сейчас.

Цзи Ляньюнь беззаботно наклонился, поднял Тан Нина, который сидел на корточках на земле, а затем обнял Тан Нина, как коалу, вес его тела слегка давил на Тан Нина.

В конце концов, Тан Нин все еще не оттолкнул Цзи Ляньюня. Когда Цзи Ляньюнь обнял его, его охватило необъяснимое чувство безопасности. Паника и печаль, от которых он не мог избавиться в последние несколько дней, казалось, ушли.

«Что мы собираемся делать дальше?»Тан Нин был немного смущен. Он чувствовал, что они с Цзи Ляньюнем слишком устали, и выражения лиц его товарищей по команде были неправильными, когда они смотрели на него».

« Дядя Ван......Хан Анкан колебался.

« Не волнуйся, дядя Ван больше никогда не выйдет, чтобы причинить вред.- Сказал Тан Нин и похлопал Цзи Ляньюня по руке, - сказал он."

На лице Хань Анкана тоже появилось выражение облегчения, похожее на выражение Тан Нина.

«Мы еще не сожгли бумагу, о чем говорила женщина-призрак.»Линь Гуйцзин со стороны напомнила ему, что он принес бумажные деньги, но настоящая трудность этого вопроса заключалась в том, где их сжечь и как передать настоящей женщине-призраку».

Тан Нин подсознательно посмотрел на Цзи Ляньюня.

«В чем дело?- Спросил Цзи Ляньюнь.

Тан Нин рассказал об этом собеседнику, и Цзи Ляньюнь беспечно сказал: «Просто спроси старика в деревне."

Линь Гуйцзин невольно покачал головой. Он попросил у жителей деревни информацию и материалы расследования. Они попробовали это в первый день строительства. Однако люди в этой деревне казались полными энтузиазма. На самом деле, то, что они говорили, было чепухой. Когда дело доходило до секретов, все они говорили, что не знают.

На полпути к встряске он внезапно остановился.

Глядя на настоящего босса, который лениво опирался на Тан Нина, Линь Гуйцзин искренне похвалил: «Это хороший способ, почему я об этом не подумал?»"

—— Большой босс спросил, как у этих NPC могла быть причина не отвечать.

Глава 84 Призрачный Муж

По словам Цзи Ляньюня, Хань Анкан и Линь Гуйцзин в игре продолжили ходить в зал поминок, а Линь Юнь и Тан Нин поздно ночью отправились стучать в двери жителей деревни.

Когда Линь Юнь постучал в дверь в самом начале, в комнате долгое время не было никакого движения, как будто это был пустой дом. Линь Юнь оглянулся на Цзи Ляньюня.

Цзи Ляньюнь все еще лениво лежал на Тан Нине, как будто не мог поднять себе настроение из-за других вещей, но его чрезвычайно интересовала каждая часть тела Тан Нина. Время от времени он утыкался лицом в шею Тан Нина и делал глубокий опьяненный вдох.

Тан Нин сильно чесался. Он использовал тыльную сторону локтя, чтобы напасть на Цзи Ляньюня. Цзи Ляньюнь улыбнулся и сказал, чтобы не создавал проблем, а затем продолжал навязчиво нюхать Тан Нина, одержимый тем, что Тан Нин даже заподозрил, что Цзи Ляньюнь хочет лизнуть его шею.

——Кто, черт возьми, создает проблемы!

Тан Нин нахмурился, внезапно подумав, что каждый раз, когда он шел сосать кошку, он тоже переворачивался вот так с мягким и теплым счастьем, уткнувшись всем лицом в белоснежный живот, счастливый, если ему хотелось бороться с подергиванием задних лап, он также был смущен и кричал, чтобы быть счастливым и не создавать проблем......

О, если бы Хэппи в это время мяукнул, хотя и знал, что это мяуканье предназначено для того, чтобы отругать его, он стал бы еще более пьяным и мечтательным.

Я даже надеюсь кричать громче, когда буду счастлива.

«Этот не открывается, мы хотим его изменить?»- Спросил Линь Юнь.

Следы слез в уголках глаз Тан Нина еще не были стерты, а его щеки уже слегка покраснели от смущения. Он тайком наступил Цзи Ляньюню на пальцы ног, и Цзи Ляньюнь снисходительно поднял голову. Его холодный взгляд скользнул по Линь Юну и остановился на закрытой деревянной двери.Он спокойно сказал: «Пинком распахни дверь."

На сердце у Линь Юна была непреодолимая депрессия. Выражение его лица было спокойным, но силы на ногах не хватало, и он с грохотом распахнул запертую деревянную дверь.

В комнате царила кромешная тьма.

Линь Юнь включила фонарик и увидела худую и рахитичную старушку, сидящую в изголовье кровати, держащую на руках такого же худого ребенка, и в то же время ее глаза были освещены ослепительным ручным светом.

Пожилая женщина с ребенком на руках даже не моргали под ярким светом, а старик выглядел неописуемо странно.

Тан Нин сделал небольшой шаг назад и сжался в объятиях Цзи Ляньюня.

Пожилая леди все еще держит ребенка на руках. Она одета в грязную одежду и сидит на грязной кровати с холодным выражением лица и мрачными глазами. Дома ребенку нечего есть, поэтому неудивительно, что ребенок у нее на руках такой худенький, что она сама тощая.

«У нас есть кое-что, чему мы хотим научиться у вас.- Громко сказал Линь Юнь.

После слов Линь Юнь, младенец на руках у пожилой женщины повернул глаза и уставился прямо на Линь Юнь, ее рот сделал то же движение, что и при сосании молока.

Пожилая леди молча вложила свои тонкие пальцы в рот ребенка. Тан Нин увидел, что другие вещи пожилой леди были грязными, но десять пальцев были чистыми, такими чистыми, что казались бледными, как будто их смочили в какой-то жидкости, а плоть и кровь нужно было смачивать, пока они не отделились.

«Вы знаете старую леди, которая любит слушать театр? Она может спеть оперу Юй «Хуа Мулань».»Линь Юнь не стала описывать внешность женщины-призрака, потому что после того, как Тан Нин вырвалась из иллюзии, она не могла вспомнить, как выглядела женщина-призрак, она просто помнила, что голос собеседницы был плохо слышен.

Пожилая леди все еще молча смотрела на Линь Юнь, ее старое лицо было особенно мрачным в белом свете.

Линь Юнь тоже замолчал.

В старой комнате раздавался только звук «цок-цок», когда ребенок постоянно сосал пальцы, а затем Цзи Ляньюнь, который опирался на Тан Нина, внезапно слегка кашлянул.

Его кашель был очень тихим, но малыш, который продолжал усердно сосать его пальцы, внезапно остановился, закрыл глаза, как будто засыпая, и тихо свернулся калачиком на руках старой женщины, не говоря ни слова.

Молчавшая до этого пожилая женщина обняла ребенка, ее голос был очень сухим, как будто она долгое время не разговаривала: «Я не знаю никого, кто любит слушать театр, но есть пожилая женщина. Ее дочери нравится это петь."

«дочь？Линь Юнь нахмурился, немного подумал и спросил: «У пожилой леди, о которой вы упомянули, была только одна дочь?»"

« Он также родил сына по имени Ван Си, который был повешен."

Глаза Тан Нина расширились. - Ван Си - это тот дядя Ван, который повесился?Являются ли отношения женщины-призрака и дяди Вана отношениями матери и сына?！

Сначала Тан Нин все еще была немного неуверенна, но по мере того, как старик перед ней понемногу рассказывал о событиях года, Тан Нин была уверена, что старуха в ее устах была женщиной-призраком.

Оказалось, что муж женщины-призрака преждевременно умер, оставив сына и дочь. Дядя Ван - сын женщины-призрака. Женщина-призрак очень хорошо относится к дяде Вану. Она баловала своего единственного сына с детства, и она не так добра к дочери, как к сыну.Вероятно, это был горшочек с рисом, который съел дядя Ван, а женщина-призрак и ее дочь вместе пили суп.

Дочь бабушки Призрак родилась очень красивой, с приятной внешностью и фигурой. Она пошла в театральный кружок и планировала изучать драматургию. Она очень усердно училась, и все заработанные деньги отдавала бабушке Призрак. Она часто пела бабушке Призрак в том полуразрушенном старом доме. Она лепетала и играла, ее любимая песня - фраза «Эти женщины не так хороши, как мальчики». После исполнения она ложилась на колени к женщине-призраку и спрашивала с улыбкой: «Мама, я хорошо пою?"

Должно быть, очень приятно думать об этом, потому что говорят, что дочь женщины-призрака в будущем выйдет на улицу, чтобы работать с более крупной и лучшей драматической командой.

Говоря об этом, я не знаю, существует ли Цзи Ляньюнь. Ребенок, свернувшийся калачиком на руках старой леди, внезапно забормотал и заплакал. Старая леди поспешно засунула пальцы в рот ребенка. Ребенок сосал очень сильно, и голос старой леди стал болезненным.После этого она продолжила рассказывать свою историю.

В деревне далеко отсюда есть старый холостяк, который хочет жениться на дочери женщины-призрака. Он дает много приданого. В этой отдаленной деревне каждый раз, когда он женится, ему нужно много денег, особенно когда сын не борется за силу, женщина-призрак выйдет замуж независимо от того, хочет этого ее дочь или нет.Дочь продала его и использовала приданое дочери, чтобы построить новый дом для своего сына.

Я слышал, что старый холостяк не разрешал дочери женщины-призрака петь, а ей не разрешали спеть ни слова, и она часто била свою дочь. Дочь каким-то образом умерла.После смерти своей дочери женщина-призрак тоже заболела. Некоторые люди говорили, что именно обида дочери опутала женщину-призрак, в то время как другие говорили, что женщина-призрак неизбежно заболела, когда стала старше.

Короче говоря, женщина-призрак была очень больна. Она боялась побеспокоить семью своего сына, поэтому взяла на себя инициативу съехать из дома своего сына и жить в старом доме, который вот-вот рухнет. У нее не было денег. Она могла неделю есть блюдо с мухами. Иногда у нее было недержание мочи, и у нее не было сил мыться, поэтому она спала в грязном месте.На одеяле мое тело сгнило от сна, так что через некоторое время, когда не было ни живых, ни призраков, женщина-призрак взяла пеньковую веревку и приготовилась разобраться в себе.

Она никому не сказал, что собирается покончить с собой. Она тихо повесилась в старом доме. Это также случилось в тот день. дядя Ван, который не видел женщину-призрак больше месяца, редко ходил в старый дом, чтобы повидаться с призрачной тещей. Он просто наткнулся на призрачную тещу, которая вешалась, и затянул веревку у нее на шее.Оттолкнулся от скамейки пальцами ног.

Дядя Ван все видел, но не остановил его.

Он просто стоял вот так перед старым домом, наблюдая, как женщина-призрак висит перед ним.

Говоря об этом, Тан Нин внезапно ощутил неописуемую прохладу. Он держал Цзи Ляньюня за руку и продолжал слушать, как пожилая женщина, сидящая в изголовье кровати, рассказывает историю уходящего года.

После того, как женщина-призрак умерла, из комнаты, где она была повешена, слабо доносились звуки журчащего пения, ее голос был хриплым и резким, и это было очень неприятно.

Позже дядю Вана повесили в новом доме.

Говорят, что это была пеньковая веревка, которую он взял сам, и повешение на ней было настолько сильным, что никто не мог остановить его.

Когда пожилая леди заговорила об этом, Тан Нин не мог не прийти в некоторое замешательство.——

Тан Сяньхэн тоже повесился. Сделал ли это дядя Ван?Почему дядя Ван валял дурака и убил так много людей?Почему дядя Ван сейчас больше всего хочет навредить?

Тан Нин выразила свои сомнения. Пожилая женщина с ребенком на руках все знала и все сказал под пристальным взглядом Цзи Ляньюня. Она сказал, что в то время новый дом дяди Вана был построен рядом с домом Тан Сяньхэна. Тан Сяньхэн понимал этот аспект. Многие люди - все они говорили, что он хотел остановиться, но он мог остановить это.

Но Тан Сяньхэн, точно так же, как дядя Ван в самом начале, наблюдал за тем, как собеседник завис в комнате.

Тан Нин на мгновение опешил и вдруг вспомнил, что они спросили личность дяди Вана в первый день публикации этой копии. дядя Ван сказал, что он был соседом семьи Тан Нин.

Все оказалось вот так.

После того, как рассказ был закончен, все некоторое время молчали, и, наконец, Линь Юнь спросил: «Где ее могила?»"

«В то время в доме царила настоящая свирепая обстановка. Ее сын отказался помочь ей забрать тело, и все не могли смотреть, как от нее воняет в доме. В конце концов, Тан Сяньхэн помогла ей похоронить его. Оно было похоронено в дальнем горном районе. В течение стольких лет только Тан Сяньхэн время от времени сжигал ее.Указывайте на бумагу."

Пожилая леди, дрожа, встала: «Позвольте мне отвести вас туда»."

Когда пожилая леди подошла к Тан Нину, странный ребенок внезапно открыл глаза и уставился прямо на Тан Нина.

Кожа головы Тан Нина онемела, и прежде чем он успел среагировать, тяжесть головы Цзи Ляньюня сошла с его правого плеча.

Цзи Ляньюнь посмотрел на ребенка в руках пожилой женщины.

Ребенок со свистом закрыл глаза и издал жалобный крик. Пожилая женщина быстро засунула пальцы в рот ребенку, дрожа и идя впереди, не смея подставить ребенка на руках пристальному взгляду Цзи Ляньюня. Под пристальный взгляд.

В кромешной тьме ночи Тан Нин не знал, что сказать. Он посмотрел на спину пожилой женщины, стоявшей перед ним, и спросил: «А как насчет дочери этой тещи?»Кто-нибудь помогает ей сжигать бумагу?"

«Я этого не знаю. Тогда она умерла от болезни в другой деревне, и я не знаю, поехал ли кто-нибудь, чтобы помочь ей забрать тело.Пожилая леди беспечно сказал: «Я слышала, что семья, за которую она вышла замуж, мертва».Поскольку людей не осталось, то, вероятно, и никого нет."

«как？Цзи Ляньюнь спросил: «Ты хочешь помочь ей сжечь бумагу?»"

Тан Нин кивнул и прошептал: «Она такая жалкая."

Цзи Ляньюнь, которая прислонилась к нему, как коала, слабо улыбнулась. Тан Нин необъяснимо услышал это. Цзи Ляньюнь поцеловала его в мочку уха и тихо прошептала Тан Нину: «Она просто хотела съесть тебя, я запрещаю тебе сжигать бумагу ради нее. ."

......чего？

Словно осознав что-то, Тан Нин внезапно повернул голову и увидел, что маленький дом позади него окутан темнотой, а с балки свисает пеньковая веревка.

Он снова напряженно повернул голову, и его взгляд упал на лодыжку пожилой женщины, стоявшей перед ним. К ней не было привязано пеньковой веревки, но после долгого пребывания привязанной к пеньковой веревке остались следы.

Внезапно ему пришло в голову, что в той фантазии он никогда не помнил, как выглядела женщина-призрак.

Просто голос женщины-призрака точно такой же, как у этой пожилой женщины, которая рассказывает старые вещи.

Глава 85: Призрачный Муж

Старый дом позади него настолько обветшал, что не похоже, чтобы в нем кто-то жил. С балки дома свисает пеньковая веревка, а голос пожилой женщины, рассказывающей историю, очень похож на голос женщины-призрака из фэнтези.

—— «Она только что хотела тебя съесть, и я запрещаю тебе сжигать бумагу ради нее."

Если Тан Нин неправильно понял, что имел в виду Цзи Ляньюнь, то ребенок на руках старой леди был дочерью женщины-призрака, которая умерла в самом начале?！

Тан Нин содрогнулся от этого признания. - Как мог человек, который рано умер, вдруг превратиться в младенца?

Губы Цзи Ляньюня все еще были близко к ушам Тан Нина, и он тихо прошептал: «Дружба между матерью и дочерью, которой Янцзянь обязан, будет по-прежнему вознаграждаться в подземном мире. Это разумно, не так ли?"

Впереди послышался пронзительный плач ребенка, и пожилая женщина поспешно подошла, чтобы взять ребенка на руки.

Плач ребенка не прекращался, поэтому пожилой леди пришлось петь своим неприятным голосом. Она пела: «Брат Лю говорит ~ Это слишком предвзято!Кто сказал, что женщины ~ наслаждаются отдыхом!"

Произошла странная вещь, и плач, который невозможно было остановить, постепенно утих. Во время пения пожилая леди использовала свое одеревеневшее тело, чтобы совершать соответствующие движения. Когда она медленно повернулась на бок, ребенок у нее на руках тоже показал свое лицо Тан Нину. Тан Нин увидел худое личико. Странная улыбка появилась на маленьком бело-голубом личике, а в беззубом рту были мертвые пальцы, похожие на ветки, как будто он сосал молоко своей матери.

Тан Нин не осмеливался взглянуть на странного ребенка. Он опустил голову и тихо последовал за женщиной-призраком к могиле на бесплодной горе. На ней было две могилы, ни на одной из которых не было надписей.

Линь Юнь поставил деревянную корзину, полную бумажных денег, и снова разжег огонь. Тан Нин молча присел на корточки у изголовья могилы, чтобы сжечь бумажные деньги. В прошлом он определенно был бы очень напуган подобными вещами, но теперь, когда рядом с ним стоял Цзи Ляньюнь, в его сердце не было особого страха, даже очень спокойный, Тан Нин серьезно сжег бумажные деньги.

Язык пламени лизал бумажные деньги один за другим, а женщина-призрак держала ребенка на руках и продолжала петь, ее хриплый и старческий голос слабо звучал в бесплодных горах с неописуемым отчаянием.

Тан Нин нахмурился. Пламя должно было быть теплым, но оно не могло прогнать холод в этом месте. Тан Нин глубоко вздохнул и бросил горсть бумажных денег в огонь, наблюдая, как бумажные деньги мало-помалу становятся черными и серыми, но депрессия в его сердце не могла рассеяться.

В этот момент тонкая рука потянулась в корзину с бумажными деньгами, зажатыми между указательным и средним пальцами, Цзи Ляньюнь слегка взмахнул рукой и бросил бумажные деньги в пламя.

Старческий голос внезапно смолк, и его сменил удушающий драматизм. Голос молодой женщины прозвучал в тишине ночи. Тан Нин внезапно подняла голову и увидела стройную фигуру в костюме, стоящую перед могилой. Спина пожилой женщины-призрака была такой же, как эта.Вновь появившиеся фигуры стояли бок о бок.

Женщина в костюме стояла на цыпочках, как будто использовала этот дикий хребет в качестве сцены. Она шла и пела, а женщина-призрак следовала за женщиной в неизвестную даль. Огонь постепенно тускнел, и когда темнота снова окутала все вокруг, все перед ней исчезло.

«Поехали.Цзи Ляньюнь беспечно сказал: «Если ты похоронишь тело Ван Си здесь, оно больше никогда не иссякнет»."

......

На обратном пути Цзи Ляньюнь больше не наступал на Тан Нина, а взял Тан Нина за руку и крепко сжал десять пальцев Тан Нина.

Тан Нин опустил взгляд на руки, которые они с Цзи Ляньюнем крепко держали. Когда в тот день он выбрался из паланкина и собирался жениться на этой женщине в холле, казалось, что они вот так идут рука об руку.

Он ничего не мог разглядеть отчетливо и не знал, с какими опасностями столкнется в следующий раз, но в тот момент, когда этот человек держал его в объятиях, он чувствовал, что в будущем сможет жить с таким душевным спокойствием.

Когда он уже собирался пройти в комнату, Тан Нин остановил Линь Юня, вернул талисман Линь Юню и торжественно поблагодарил вас.

Цзи Ляньюнь, который наконец смог ходить самостоятельно, был недоволен, когда услышал это. Он снова наклонился к Тан Нин, укусил ее за ухо и спросил: «Мадам, я так сильно помог вам. Как вы можете отблагодарить меня?»"

Цзи Ляньюнь говорил эти слова и делал эти вещи, совершенно независимо от того, присутствовали ли посторонние, или, скорее, казалось, что он делал это перед Линь Юнем, открыто заявляя о суверенитете.

Линь Юнь сжала руку с талисманом и медленно напряглась.

Тан Нин поспешно отвел Цзи Ляньюня в дом и закрыл дверь. Убедившись, что Линь Юнь его не увидит, Тан Нин пристально посмотрел на Цзи Ляньюня. Свет в его глазах сиял, но не как у свирепого человека, а как затяжной взгляд в его глазах: «Только что. Разве ты не просил вознаграждения всю дорогу?"

Места, к которым прикасался Цзи Ляньюнь, были неописуемо мягкими, и это должен был быть Цзи Ляньюнь, который высосал весь его ян.

« обижен.Цзи Ляньюнь опустила глаза: «Очевидно, что леди мягка, как поток воды, я только прикоснулась к ней, но на самом деле ничего не сделала»."

Тан Нин не совсем поверил в это, он услышал, как Цзи Ляньюнь снова сказал: «Если я действительно что-то сделал, как леди может сейчас все еще твердо стоять на ногах?»"

Тан Нин обнаружил, что, по-видимому, так оно и есть.

Но в любом случае, Цзи Ляньюню в состоянии призрачного жениха было дано слишком много Ян. Я боюсь, что у настоящего человека Цзи Ляньюня больше никогда не будет шанса выйти наружу. Он должен найти способ остановить призрачного жениха.

Тан Нин осторожно взглянул на Цзи Ляньюня: «Тогда......Чего ты хочешь?Скажи это первым, давай поцелуемся и обнимемся......"

Прежде чем он закончил говорить, Цзи Ляньюнь мягко толкнул Тан Нина на кровать: «Почему тебе разрешено целоваться только..."

Жалуясь, он поцеловал Тан Нина в шею. Все это были прекрасные покусывающие поцелуи, каждый из которых был чрезвычайно нежным, как будто он обращался со своим с трудом добытым сокровищем.

Цзи Ляньюнь наконец-то сделал то, что хотел сделать всю дорогу, не только поцеловал, но и обнял.

Тан Нин нахмурился и посмотрел на Цзи Ляньюня, откинувшего белоснежную шею назад. Его глаза были влажными, как будто они были наполнены слегка опьяняющим напитком, поэтому взгляд Цзи Ляньюня был таким одержимым, как будто он был пьян. Он крикнул тихим голосом: «Мадам, я хочу вас»."

Голос был низким и притягательным, свет во всей комнате был тусклым, и казалось, что повсюду были темные злые духи. Глаза Цзи Ляньюня светились немного странным красным светом, цвет был таким красным, что казался злым, как цвет, разбавленный кровью.

Тан Нин чувствовал себя ученым из истории о Ляочжае, которого фея повалила на кровать.

Он попытался урезонить эту фею: «Я этого не вынесу..."

Цзи Ляньюнь смягчила свой голос, нежный, как водный поток: «Тогда я буду нежной."

Полегче, ты, большеголовый призрак!

Увидев, что все тело Цзи Ляньюня вот-вот будет похоронено, Тан Нин на некоторое время запаниковал и бессовестно сказал: «Цзи Ляньюнь больше никогда не выберется!"

Когда дело дошло до человека Цзи Ляньюня, Цзи Ляньюнь в состоянии призрачного жениха сделал ход.

Казалось, воздух во всем доме застоялся.

Нежная улыбка на лице Цзи Ляньюня полностью исчезла. Он холодно уставился на Тан Нина. Тан Нин знал, что совершил ошибку, и в его глазах неосознанно промелькнул страх.

«Ты беспокоишься о нем?"

Тан Нин ничего не сказал, но эмоций в этих глазах было достаточно, чтобы все объяснить.

Он не только беспокоится об антропоценовом Ляньюне, но и, кажется, больше любит антропоценовый Ляньюнь.

«В чем я уступаю ему?Цзи Ляньюнь холодно сказал: «Это потому, что он спас тебя раньше?»Но то, что он позаимствовал, всегда было моей силой. Без меня, даже если бы он выпустил свою кровь, он вообще не смог бы защитить тебя."

Темнота в комнате стала более насыщенной, лампочки замигали и потускнели, и неопределенный свет упал на бледное лицо Цзи Ляньюня. Бледные губы сомкнулись одна за другой, и все, что он выплюнул, были холодные и жестокие слова: «Люди, это действительно высокопарно, достойно и хорошо одето. Птицы и звери, крайне лицемерные, как вы думаете, чего он не хочет с вами сделать?"

Тан Нин в панике покачал головой. Он хотел умолять Цзи Ляньюня замолчать. Холодная рука жалобно погладила Тан Нина по щеке, и Цзи Ляньюнь медленно произнес: «Это действительно невозможно."

« В конце концов, он бессилен."

Это лицо полностью приблизилось к Тан Нину, как плавающая ядовитая змея, выплевывающая змеиные буквы на кончике носа Тан Нина. Когда «Цзи Ляньюнь" не было замаскировано, на его лице не было и следа живого человека, и алые зрачки его глаз продолжали расширяться, как будто окрашивая весь белок его глаз в красный цвет..

Нет, не надо.

Не становись таким......

Тан Нин был так напуган, что его губы дрожали, а глаза продолжали плакать. Он запнулся и изменил свои слова: «Муж, я был неправ, не сердись, я люблю..."

«Цзи Ляньюнь» подошел ближе, и от белков его кроваво-красных глаз не осталось и следа. Тан Нин был слишком напуган, чтобы говорить. Прежде чем он закончил говорить «Я люблю тебя», он проглотил это одним глотком. Ему показалось, что он увидел монстра, открывающего свой окровавленный рот. Ожидающего своего кормления, но он запаниковал в тот момент, когда монстр открыл рот, просто думая о том, чтобы развернуться и убежать.

Такой ужасающий и могущественный «Цзи Ляньюнь", когда он увидел, как Тан Нин отчаянно отступает и уворачивается, в его глазах внезапно появилось немного одиночества.

« Мадам, вы приняли мое приданое, забрались в мой паланкин и поклонялись миру вместе со мной."

Тан Нин не мог унять дрожь, он слышал, как голос произносит слово за словом: «Ты моя жена."

Произнеся эти похожие на проклятие слова, "Цзи Ляньюнь» опустила голову и поцеловала Тан Нин в губы, холодные и глубокие.

Тан Нин был поцелован «Цзи Ляньюнем" так сильно, что не мог дышать. «Цзи Ляньюнь» всегда был нежен с ним в прошлом, но теперь он, казалось, действительно разозлил «Цзи Ляньюня». Этот поцелуй, казалось, захватил воздух, на котором он жил. Воздух в его теле.Сила быстро прошла, и глаза Тан Нина начали чернеть. Он продолжал шлепать «Цзи Ляньюня", оставляя красные следы на спине «Цзи Ляньюня" своими пальцами.

Как раз в тот момент, когда Тан Нин почувствовал, что он действительно собирается умереть от этого поцелуя, "Цзи Ляньюнь» отпустил его.

Тан Нин упал на кровать и продолжал задыхаться, физиологические слезы потекли из его глаз, и он слабо и испуганно посмотрел на невыразительного «Цзи Ляньюня".

Глаза противника все еще были такими красными, как будто из них капала кровь.

Он боится этой нечеловеческой характеристики.

Возможно, поняв причину своего страха, "Цзи Ляньюнь» медленно закрыл глаза, его длинные ресницы коснулись бледного нижнего века.

Но ощущение, что за ним пристально наблюдают, не только не исчезло, но и стало более интенсивным. Кажется, что во всех темных местах в этой комнате одна за другой находятся пары глаз, и он - добыча, которая не может убежать под пристальным взглядом бесчисленных глаз!

Тан Нин попыталась свернуться калачиком на кровати, только чтобы увидеть «Цзи Ляньюнь" с закрытыми глазами, наклонившуюся, как будто она могла видеть это, ее лицо становилось все ближе и ближе, так близко, что Тан Нин почти задыхалась.——

Он благоговейно поцеловал заплаканные глаза Тан Нин: «Мадам, кем вы искренне хотите быть, миледи?»"

Глава 86 Призрачный Муж

Когда Цзи Ляньюнь произнес эти слова, дыхание, слетевшее с его губ, было мрачным и холодным.

Затем холодный и сливочный кончик языка скользнул по его векам, и ресницы Тан Нина постоянно задрожали, и у него даже возникла иллюзия, что собеседник насильно дотянется до его глаз и оближет их, словно раздвигая губы и зубы.

Те же самые холодные пальцы медленно погладили линию от его подбородка к шее. Шея и глаза были хрупкими частями человеческого тела, особенно когда холодная рука поползла к затылку, как змея, вся кожа головы Тан Нина мгновенно онемела, точно укушенный кошачий детеныш. Его конечности затекли в задней части шеи. Мало того, его мышление, казалось, замерло, и даже потребовалось более десяти секунд, чтобы медленно получить сообщение от «Цзи Ляньюня".——

«Кем ты искренне хочешь быть, моя леди?»"

Свирепый призрак тихо спрашивает вот так, точно так же, как спрашивает Тан Нин: «как ты можешь добровольно отдать мне свою жизнь?»

Зубы Тан Нина не могли унять дрожь. Он не всегда был смелым. Он был из тех робких людей, у которых мурашки побежали бы по коже, если бы он увидел, как кто-то публикует фотографию призрака в Интернете.

И вот теперь есть живой призрак, который сорвал маску, которая выглядела нежной и дружелюбной, и попросил такую судьбу.

Как она может на самом деле быть женой призрачного жениха?

Он человек. Если призрачный жених всегда может притворяться живым человеком, Тан Нин все еще может преодолеть свой страх и сблизиться друг с другом, но теперь призрачный жених действительно ближе к призраку. Как он может на самом деле хотеть стать женой призрака, если только этот призрак не призрак......

Ресницы Тан Нина слегка дрогнули.

Теперь абсолютно невозможно стимулировать шаткое здравомыслие призрачного жениха. Более того, слова призрачного жениха кажутся отличной возможностью проверить призрачного жениха. Он может спросить, чего призрачный жених хочет от него. Чего вы от него хотите.

Множество мыслей промелькнуло в его голове, и Тан Нин почувствовал, что стал мастером разработки стратегии и игры с сердцами людей. Он поднял глаза и встретился взглядом с алыми глазами Цзи Ляньюня. Маленькое личико, которое наконец-то сохранило спокойствие, внезапно стало мокрым от слез: «Во-первых, у тебя, во-первых, нет красных глаз».!"

Дело не в том, что Тан Нин смелый. Хотя у него и нет особого мужества, он, по крайней мере, единственный, кто посмотрел на дядю Вана.

Просто красные зрачки Цзи Ляньюня отличаются от обычных призраков. Каждая частичка алого в его глазах, кажется, содержит дрожащий ужас, как будто это сгусток бесчисленной крови и несправедливости, отчего кожа головы Тан Нина немеет и дрожит при одном взгляде.

Услышав слова Тан Нина, красные глаза Цзи Ляньюня, казалось, задрожали от бесчисленных крошечных частиц. Красный, как и эти частицы, мало-помалу менял цвет, странным образом превращаясь в черно-белый.

Хотя глаза Цзи Ляньюня были цвета обычного человека, на лице противника не было никакого выражения, а кончики пальцев Тан Нина, казалось, покрылись льдом. Он не осмеливался взглянуть на Цзи Ляньюня, поэтому он посмотрел на нос Цзи Ляньюня и сказал дрожащим голосом: «Ты так хорошо относишься ко мне, чего именно ты хочешь?"

Он хорошо относится к призрачному жениху и надеется заручиться защитой призрачного жениха. А как насчет призрачного жениха?Если вы хотите заполучить его Ян-ци, разве вам не нужно высосать его досуха, чтобы вернуться к его корням?

Это также тот момент, когда Тан Нин всегда испытывал легкий страх и неловкость. Он очень боится, что переспать с призраком приведет к непоправимым последствиям.

«душа。Его бледные губы слегка приоткрылись, голос Цзи Ляньюня был холоден как лед: «Я хочу твоей искренности»."

искренний？

Тан Нин на мгновение заколебался. В его голове была серия ужасных историй о монстрах, выкапывающих сердца и поедающих человеческие сердца. Он дрожащей рукой указал на левую часть своей груди: «Ты собираешься это выкопать...Съесть это?"

Он увидел, как тонкие губы слегка скривились, а на губах появилась усмешка.

Тан Нин был очень расстроен и подсознательно сглотнул.

Он увидел, как бледная рука медленно протянулась к нему, перед его глазами появились темные, похожие на чернила ногти, и постепенно движущаяся рука приобрела неудержимый импульс, как будто кончики пальцев превратились в острые лезвия, пронзающие его плоть и кровь, слои окружающих ребер и, наконец, соприкоснувшиеся с быстро бьющимся сердцем.С сердцем——

Цзи Ляньюнь схватил руку Тан Нина, указывающую ему на грудь.

Схваченная рука Тан Нина слегка дрожала, и его ладони вспотели. У него не было никаких сил сопротивляться. Цзи Ляньюнь потянул эту руку в другом направлении.

Под полным ужаса взглядом Тан Нина Цзи Ляньюнь прижал руку Тан Нина к своей груди.

Он мягко сказал: «Ты действительно знаешь, как ранить мое сердце."

чего？

Тан Нин непонимающе поднял глаза и встретился с темными глазами Цзи Ляньюня. В центре зрачка, казалось, была красная точка с кончиком иглы, которая уменьшалась, но на самом деле не расширялась. Цзи Ляньюнь сохранял спокойный вид. Он медленно сказал: «Если я захочу выкопать это, я выкопаю это». Твое сердце съедено, так зачем утруждать себя притворяться человеком, чтобы приблизиться к тебе."

«Ты и я были мужем и женой в наших предыдущих жизнях. В этой жизни я хочу возобновить свои отношения с тобой. Я так много сделал, но я просто искренне хочу, чтобы ты была моей леди.и это все。"

Кончики пальцев Тан Нина слегка дрожали, как будто он мог коснуться сердцебиения Цзи Ляньюня. У призрака тоже есть сердцебиение?

«это...Как обстоят дела с Цзи Ляньюнем?Почему ты привязалась к нему?- Спросил Тан Нин.

«Он - частичка души, отделенная от меня. Хотя он едва перевоплотился во взрослого человека, в конце концов, его душа неполна и болезненна, и он не должен быть слишком далеко от моего мавзолея.Цзи Ляньюнь схватил Тан Нина за руку и положил свое холодное лицо на ладонь Тан Нина: «Я знаю, что я сильно изменился с тех пор, как стал призраком. Цзи Ляньюнь больше похож на того, кем я был при жизни. Вполне разумно, что он нравится тебе больше......"

В этом был смысл, но, в конце концов, холодный тон, казалось, был готов разорвать его душу на куски.

Тан Нин уже был ошеломлен этой серией сообщений от другой стороны. Он безучастно сказал: «Значит, Цзи Ляньюнь - лучик твоей души...кто ты такой?"

«Гун Юй.Странный красный огонек вспыхнул в его глазах, и красивое, но слегка изможденное лицо в этот момент стало неописуемо красивым и кокетливым. Он произнес слово за словом: «Меня зовут Гун Ю»."

«Это облако разгоняет туман и рассеивает облако?»- Подсознательно спросил Тан Нин.

Гун Юй записал свое имя на ладони Тан Нина: «Звук равномерный, Цзинь Е.»."

Холодные кончики пальцев медленно двигались по его ладони, так что холод, казалось, превратился в огонь подо льдом, и появилась вспышка тепла.

«Мадам, я хочу вашей искренности.Гун Юнь тихо прошептал: «Дело не просто в том, чтобы любить частичку души, которую я отделил, а в том, чтобы относиться ко мне искренне»."

Тан Нин ошеломленно смотрел на этого человека.

«Что я должен сделать, чтобы ты искренне захотела быть моей леди?Гун Юнь положил руку Тан Нина себе на грудь: «Если я могу обменять свое сердце на свое сердце, я действительно хочу выкопать свое сердце и показать его тебе»."

«......Нет необходимости делать это.»Тан Нин действительно боится, что дворец сделает то, что он говорит: «Если вы всегда сможете защитить нас на завтрашних похоронах, я буду вам очень благодарен»."

Гун Юнь поцеловал тыльную сторону руки Тан Нина и тихо сказал: «Хорошо."

Тан Нин осторожно посмотрел на Гун Юя. Когда глаза противника не покраснели, а ногти не почернели, степень ужаса была в пределах его допустимого диапазона.

Гун Юй расправил одеяло, и душевное состояние Тан Нина, которое наконец успокоилось, снова пошло рябью. Гун Ю, казалось, видел мысли Тан Нина насквозь. Он скривил губы и улыбнулся: «Я больше не съем тебя»."

Как только голос стих, лампочка внезапно погасла, и вся комната погрузилась в темноту.

Тан Нин быстро завернулся в одеяло в одиночестве. Кровать была очень узкой. Он и Гун Юнь стояли близко друг к другу. Гун Юнь протянул руку и обнял ее за талию. Он дважды легко и нежно погладил ее и тихо сказал: «Мадам, вы все еще боитесь меня сейчас?»"

Тан Нин честно кивнул.

Из темноты донеслась сдержанная улыбка мужчины: «Ты такой смелый."

В любом случае, когда Гун Юй захотел поговорить с ним с улыбкой, напряженные нервы Тан Нина тоже расслабились. Тан Нин пожал руку Гун Юя и тихо спросил: «Ты сказал, что мы были мужем и женой в наших предыдущих жизнях. Что случилось с нашими предыдущими жизнями?"

«Я не помню.Гун Юнь обняла Тан Нин: «Я долго спала, а когда проснулась, я многое забыла, и мне казалось, что мне не хватает кусочка в моем сердце»."

Тан Нин не знал, как утешать людей. Он неловко протянул руку, чтобы похлопать Гун Юня по спине. У Гун Юня вообще не было никаких грустных эмоций. Он остро почувствовал изменение отношения Тан Нина и немедленно сменил свой грустный тон: «Что, если ты вспомнишь?»Времена изменились, и все по-другому. Например, в данный момент я хочу возобновить свои отношения с дамой, но дама боится, что я похож на зверя."

Тан Нин внезапно почувствовал себя в долгу и прошептал: «Я не боюсь тебя теперь, когда ты такой."

Гун Юнь молча скривил уголки губ, и то, что он сказал, все еще было таким печальным: «Я в это не верю."

«действительно。- Серьезно сказал Тан Нин.

Гун Юй отошел на некоторое время и сказал одиноким голосом: «Тебе больше не нужно мне лгать, я это знаю......"

В темноте Тан Нин не мог видеть выражения лица Гун Юня, но мог только слышать слова, которые, казалось, вот-вот разобьют ему сердце. Он быстро взял инициативу в свои руки и подошел к Гун Юну, как бы обнимая его.

Гун Юй была в объятиях его ароматного и мягкого тела, и он не мог сдержать довольной улыбки.

Тан Нин ничего не мог видеть, он мог только слышать, как этот человек бормочет: «Мое сердце радуется вам, мадам."

Такой легкий, такой приглушенный, как у человека, признающегося в правде после выпивки, и как у бредящего во сне.

......

Проснувшись на следующее утро, Тан Нин съел завтрак, приготовленный для него дворцовой семьей, быстро привел себя в порядок и отправился в Лингтан, чтобы вместе со всеми подготовиться к похоронам.

Несущий гроб не может быть ближайшим членом семьи, поэтому Тан Нин не может нести гроб. Линь Гуйцзин, Хань Анькан и Линь Юнь - все дальние родственники. Если бы они могли нести гроб, было бы безопаснее взять с собой другого человека, но другие жители деревни отказались прийти на помощь. Игроки не осмелились попросить Гун Юя нести гроб, так что в конце концов двум игрокам пришлось нести его впереди, а последнему игроку потребовалось немного усилий, чтобы нести его в конце гроба.

В тот момент, когда гроб подняли, все трое игроков выглядели торжественно. В конце концов, приземление было самым запретным после подъема гроба. Все боялись, что что-то пойдет не так и гроб приземлится.

Как старший внук Тан Сяньхэна, Тан Нин взял наполовину сгоревшие фотографии и пошел впереди команды.

Гун Юань шел в конце этой команды.

Еще до того, как небо полностью осветилось, похоронная команда в молчании прошла по мертвой деревне.

Место для захоронения Тан Сянь выбрала для себя перед смертью. Оно было очень близко к могиле женщины-призрака, так что Тан Нин не нужно было бояться пойти не в ту сторону.

От тела дяди Вана также избавились этим утром, и дворец также согласился помочь. Все, что можно было сделать, было сделано. Само собой разумеется, что Тан Нин должен забыть о своих мыслях и завершить похоронную миссию, не отвлекаясь.

Но по какой-то причине Тан Нин был так взволнован, что ему всегда казалось, будто он упустил что-то важное.

Что это?

Тан Нин подозревал, что ему самому следовало слишком много думать об этом. В конце концов, каждый раз, когда ему приходилось делать что-то важное, его психологические качества приводили в панику.

На самом деле он хотел позвонить Гун Юну, но Гун Юн шел в конце очереди. Если он хотел найти Гун Юна, ему нужно было развернуться, и не забыть обернуться по дороге на похороны.

В предыдущем первом экземпляре, когда Тан Нин отправлял Лу Инсина на похороны, он следовал методу, объясненному даосским мастером Хао, и поворачивал назад через семь шагов. Позже он узнал, что поворачивать назад по пути на похороны означало вербовать призраков.

В его голове есть вещи, которых у него нет. Тан Нин изо всех сил старался не паниковать. Он не знал, было ли это из-за слабости его рук, вызванной чрезмерной нервозностью, или из-за того, что Гун Юань вчера нагрелся на солнце. Теперь его руки такие мягкие, что он даже не может держать статуэтку.

Посмотрев на кладбище, на которое он собирался пойти, Тан Нин глубоко вздохнул и отчаянно попытался приободриться, но чувство бессилия становилось все тяжелее и тяжелее.......

Нет, кажется, дело не в том, что он слаб, а в том, что статуя действительно становится тяжелее!

Реликвия, которую следовало бы легко поднять, некоторое время была тяжелой, как камень. Тан Нин опустил голову и увидел, что старик пристально смотрит на него, глядя на наполовину сгоревшую реликвию!

Это все равно что упрекать в чем-то!！

Глава 87: Призрачный Муж

Сердце Тан Нина внезапно подпрыгнуло от такого испуга, что он чуть не отбросил статуэтку, которую держал в руке.

Наполовину вырезанный портрет выглядит странно и ненормально. Глаза становятся влажными, как у бумажного человечка. Подвижность глаз, когда они движутся, не принадлежит живым, но полна призрачной ауры.

Поскольку это было слишком странно, Тан Нин даже создал иллюзию, что он держит человеческую голову, нет, это была половина человеческой головы!

Все более и более тяжелая статуя-реликвия делала Тан Нина почти обессиленным и совершенно неспособным идти дальше. Он не мог даже выпрямить поясницу. Его шея была слегка согнута, как будто висел тяжелый предмет. Эта поза склонения головы позволила ему увидеть больше аномалий на реликвии. Вращались не только его глаза, но и рот. Продолжайте двигаться, как будто о чем-то говорите!

«В чем дело?- Вопрос Линь Юнь донесся сзади.

« Реликвия......Кажется, оно разговаривает.Тан Нин задрожал.

Полуоткрытый рот на наполовину вырезанном портрете продолжал открываться и закрываться. Тан Нин не мог читать по губам, но он мог понять, какое послание передавал ему мертвый Тан Сяньхэн.

«О чем ты говоришь?！- Спросил Хан Анканг.

«Могу я оглянуться назад?- Неуверенно произнес Тан Нин.

« Не оглядывайся назад, ты прячешь статуэтку за спину."

Услышав, что сказали его товарищи по команде, Тан Нин осторожно передвинул реликвию. Реликвия была слишком тяжелой. Тан Нину потребовалось некоторое усилие, чтобы спрятать реликвию за спину.

Некоторое время никто не произносил ни слова, и все, казалось, пытались истолковать слова на реликвии.

Тан Нин так устал от этой позы, что не смог удержаться от вопроса: «Ты понимаешь, о чем говоришь?»"

По-прежнему никто не отвечал.

Тан Нин немного запаниковал и спросил напряженным голосом: «В чем дело?»Почему никто больше не разговаривает?"

«Это говорит...» внезапно прозвучал низкий и холодный голос Гун Ю: «Неправильно."

«Неправильно?Что случилось?Неужели скорбящий ошибается?"В тот момент, когда три простых вопроса слетели с губ Гун Ю, по телу пробежал мурашки.

Теперь, когда Тан Нин знал, почему другие игроки ничего не говорили, дело было не в том, что он не мог это истолковать, а в том, что Гун Юань стоял позади всех.

Когда хозяин дворца вошел в зал духов раньше, статуя скатилась со стола духов и опрокинула фонарь. В то время игроки задавались вопросом, не напоминал ли Тан Сяньхэн всем об этой ненормальной ситуации. Что это за напоминание?

Тан Сяньхэн напоминает своему внуку, что он неправильно женился?

«Ха-ха, то, что случилось, не так уж плохо.Хан Анкан сухо улыбнулся: «Это почти здесь, давайте поскорее отправим старика в землю»."

«да。Линь Гуйцзин согласился.

Хань Анькан и Линь Гуйцзин не хотели вникать в это. Они просто хотели выполнить задание. Пока Тан Сяньхэн был успешно похоронен, они могли избавиться от этой копии. Теперь заимствование силы призрачного жениха является для них величайшей гарантией, и нет ничего плохого в том, чтобы немного рискнуть. В конце концов, как в мире может существовать такая прекрасная вещь, как падающий пирог?

Кроме того, им не нужно сталкиваться с самым большим риском. В конце концов, это всегда был новичок, который вступал в контакт с призрачным женихом. Это новичок, который выходит замуж. Это также новичок, который хочет ладить с новобрачным мужем днем и ночью. Если вы действительно станете неправильным родителем, вы выйдете замуж за призрака и будете продолжать просить у призрака.Силы, чтобы он упал в пропасть вечной гибели——

Это все еще новичок.

Какое это имеет к ним отношение?

«произносить？Гун Юнь тихо спросил: «Разве ты не хочешь проверить это еще раз?»"

- В этом нет необходимости.»Хан Анкан сказал: «Тан Нин, положи фотографии обратно перед собой»."

Сердце Тан Нина бешено колотилось, а правое веко продолжало биться. Он не мог угадать мысли Хань Анкана, но прочел что-то неописуемое в тоне этих людей.

неправильно.

Что это означает?

Гу Мин однажды сказал ему, что любовь призрака отличается от любви живого человека. Чем больше ты любишь человека, тем больше хочешь, чтобы он умер.

Водитель Лао Лю тоже однажды сказал, что призраки отличаются от людей: чем лучше ты к ним относишься, тем больше они хотят тебя убить.

Неужели Гун Юй действительно просто хочет его искренности?Не требует ли это чего-то слишком простого?Что такого редкого в его искренности?

Подписали ли они с Гун Юном что-то тайно? Чем больше он спрашивал Гун Юна, тем более трагичным становился его конец?

Теперь он позаимствовал силу дворца, чтобы присутствовать на похоронах, и после похорон он не встретил ни одного призрака на своем пути. Все прошло невероятно гладко.

Если похороны могут быть завершены так просто, разве эта копия уровня В не смешна?Похороны пройдут успешно на четвертый день, так зачем утруждать себя тем, что оставляешь им семь дней на выполнение задания?

Сердцебиение Тан Нина участилось. Он снова прижал портрет к себе и посмотрел сверху вниз на Тан Сяньхэна на портрете. Выражение лица старика становилось все более и более сердитым, как будто он в любой момент мог выскочить из-за газеты и встать перед ним. Давай поговорим о жизни.

Кто именно он такой......Чего не хватает?

Ступив носками на землю, покрытую сухими ветками, раздался легкий щелчок, и Тан Нин услышал у игрока за спиной слегка взволнованный голос: «Вот мы и пришли!"

Тан Нин поднял глаза и увидел гробницу, которую Тан Сяньхэн выбрал для себя еще раньше.

Хотя он не мог понять фэн-шуй, он смутно понимал, что это должно быть хорошее место, и было бы хорошо, если бы здесь были похоронены будущие поколения.Конечно, вторая половина предложения была тем, что Линь Юнь сказал ему раньше.

Бабушка Призрак говорила раньше, что, когда дядя Ван повесился, все думали, что Тан Сяньхэн сможет остановить его, потому что все в деревне знали, что Тан Сяньхэн понимает этот аспект.

Тан Сяньхэн устроил брак для Тан Нина, надел саван перед тем, как повеситься, и устроил свою собственную могилу, объяснив, что он должен быть похоронен в течение семи дней. Все это смутно показывало, что смерть Тан Сяньхэна была не простой.

Теперь, когда он, наконец, достиг стадии погребения, Тан Сяньхэн, который тщательно все это организовал, должен быть спокоен, даже если он мертв. Почему у старика на статуе такое сердитое выражение лица?

Лопата была воткнута в землю, и игрок собирался выкопать могилу побольше. Делая это, все оглядывались по сторонам во время копания. Все было нормально. Никакие призраки не выскакивали. Даже когда гроб опустили в могилу, вокруг не было ничего необычного.

Все прошло так гладко, что это было невероятно.

Тан Нин стоял, безучастно держа реликвию, и наблюдал, как игроки начинают засыпать землю, и все были в полном разгаре. Он опустил голову и посмотрел на реликвию. Реликвия снова стала обычной реликвией, его глаза гневно смотрели, а рот перестал открываться и закрываться.

Кажется, пыль осела, как только почва будет полностью засыпана, эта копия должна быть закончена, не так ли?

Гун Юнь подошел к Тан Нину, обнял ошеломленного Тан Нина и тихо прошептал: «Я сожалею о вашей потере."

Это предложение также подходит для Тан Нина. В глазах других игроков, заполняющих почву, уже есть неконтролируемое возбуждение. Хотя они пробыли в мире уровня B всего четыре дня, они все время страдают. Некоторые люди представляют, как будут есть, пить и веселиться, когда вернутся в реальный мир, а некоторые люди думают об этом.Когда я иду навестить свою семью, некоторые люди просто хотят заснуть и проспать день и ночь......

Яма была полностью засыпана.

Погребение было успешно завершено!

В этих парах глаз горел яркий свет. Они отложили свои лопаты и встали перед новой могилой, ожидая приятного тона задания.

Прошла секунда.

Прошло три секунды.

Прошло десять секунд.

« Мадам, вы сегодня много работали.Гун Юй опустил голову и тихо сказал Тан Нину: «Давай вернемся и хорошенько отдохнем»."

Все игроки посмотрели на Гун Юя в унисон, с неописуемым изумлением и замешательством в глазах. Гун Юя не волновали взгляды окружающих его людей. Его губы почти поцеловали лицо Тан Нина: «Ты устал?»Ты хочешь, чтобы я удержал тебя?"

Тан Нин непонимающе взглянул на Гун Ю, а затем переглянулся с другими игроками.

Гроб был похоронен в гробнице. Задача игры состоит в том, чтобы похоронить Тан Сяньхэна в течение семи дней. Успешное погребение рассматривается как игра по очистке. Почему все еще находятся в копии теперь, когда задача по погребению выполнена?

«Не смотри на других.Гун Юнь горизонтально обнял Тан Нин, и в его низком тоне прозвучали легкая обида и детское высокомерие: «Ты моя леди, ты должна смотреть на меня»."

Тан Нин подсознательно ухватился за край одежды Гун Ю, повернул голову и не смог удержаться, чтобы не взглянуть на игрока позади себя.

Те старые игроки, которые казались гораздо более зрелыми и спокойными, чем он, на этот раз они стояли на новой могиле, как коллективная защита. В одну секунду они все еще воображали всевозможные вещи, возвращая их к реальности, а в следующую мечта была разбита, один шаг к небесам и один шаг в ад. Вот и все.

Оказывается, когда менталитет каждого рухнул, все они были такими же хрупкими.......

Тан Нин спрятал лицо в объятиях Гун Юня. Возможно, он вообразил худшее. Возможно, он перенес слишком много ударов, когда вступил в игру. Настроение Тан Нина в этот момент не испортилось, как он себе представлял. Гун Юн просто обнял его и оставил в оцепенении.

Гун Юнь спросил его: «Мадам, как у меня дела сегодня?»Я тебе хоть немного нравлюсь?"

Ходить без собственного слабого тела действительно удобно. Тан Нин действительно устал после того, как прошел весь путь с тяжелой статуей. Он тихо спросил: «Ты знаешь, почему мой дедушка был неправ?»"

«Откуда мне было знать, что он думает.Гун Сюань спокойно сказал: «Может быть, открыть гроб, вспороть ему живот и спросить его о круглых червях в желудке. Может быть, ты сможешь получить ответ»."

Тан Нину стало немного любопытно, и он спросил: «Действительно ли в желудке человека есть круглый червь, который знает правду?»"

Глубокие черные глаза смотрели на него с нежностью, и Тан Нин увидел в этих глазах легкую испорченность: «Там черви»."

Тан Нин: «......"

Тан Нин предположил, что Гун Ю, вероятно, только что посмотрел в глаза дураку.

Позади него послышался тяжелый звук шагов, и Тан Нин обнаружил, что Линь Юнь последовал за ним, в то время как Хань Анкан и Линь Гуйцзин остались на месте, словно пытаясь выяснить причину провала миссии.

Тан Нин услышал, что Гун Юань все еще в хорошем настроении, и сообщил ему название блюда, спросил, что он хотел бы съесть позже, и спросил, не хочет ли он сделать массаж. Тема менялась и, наконец, перешла к «Как леди вознаграждает меня".

Ну да, был достигнут только счастливый мир Миядзаки.

Тан Нин был полон мыслей о том, что пошло не так с похоронами, и не ответил Гун Юню. Гун Юнь опустил голову, поцеловал его от бровей до уголков губ и сам попросил награду, а затем, продолжая обнимать Тан Нина, вышел. .

Солнце пробилось сквозь тучи, и окутанную туманом деревню окутал рассвет. Жители деревни приступили к работе, и все в пределах видимости было мирным.

Они подошли к Лингтану, и Линь Юнь первым вошел в Лингтан, чтобы осмотреться. Затем Тан Нин услышал, как Линь Юнь крикнул: «Неправильно!"

Когда Тан Нин услышал это, он увидел Линь Юнь, стоящую рядом с простой деревянной кроватью. Первоначально на этой деревянной кровати лежало тело Хань Минъю, но в этот момент Линь Юнь внезапно сорвал белую ткань, прикрывавшую тело.——

Тело, лежащее на деревянной кровати, оказалось телом Тан Сяньхэна!

«Что происходит?！»Тан Нин жестом велел Гун Юну опустить его. Он с тревогой подошел к деревянной кровати и увидел, как глаза Тан Сяньхэна расширились, а рот приоткрылся, как будто он был при смерти!"

Вчера, после того как закончились соболезнования, гроб запечатали в соответствии с обычаем этой деревни. Сегодня никто не открывал гроб, чтобы еще раз взглянуть на похороны. В конце концов, было плохой приметой снова открывать гроб после того, как он был запечатан.

Никто не ожидал, что тело, лежащее в гробу, будет перенесено, но «не то», что было сказано на фотографии, оказалось телом.

Поскольку тело Тан Сяньхэна лежит на деревянной кровати, принадлежащей Хань Мину, чье тело лежит в гробнице Тан Сяньхэна?！

Ответ уже ясен.

Тан Нин вдруг подумал, что то, что произошло в день пожара в Линтане, было не только появлением дворца, но и трагической смертью Хан Чжэ Ена. На самом деле именно Хан Чжэ Ен первым показался ненормальным.

Когда Тан Нин зажег вечную лампу, именно Хань Миньи подул воздухом ему в спину и погасил пламя.

Просто ощущение существования Гон Ю слишком сильно, из-за чего внимание всех игроков переключается на Гон Ю, но игнорируется странный Хань Ю!

Возможно, то, о чем Тан Сяньхэн напоминал от начала до конца, заключалось не в том, что он женился не на том человеке, а в том, что он напоминал всем, что у Хань Мина была проблема!

Внимательно оглядываясь назад, можно сказать, что перед тем, как статуя Тан Сяньхэна действительно упала, в дополнение к тому, что Гун Юань представился всем в то время, произошло еще кое-что, а именно, жители деревни положили тело Хань Минью рядом с гробом.

Жители деревни Танцзя всегда делают все с энтузиазмом. У них также есть всевозможные риторические высказывания, когда они помещают тело Хань Юэю в зал духов. Вы все родственники, и вы вместе разбудите дух......

Но как могут два трупа находиться в духовном зале?！

«черт！Мы похоронили тело Хань Юнью в могиле Тан Сяньхэна!»С тревогой сказал Линь Юнь. Осознав это, он с тревогой достал свой мобильный телефон и хотел связаться с двумя игроками, которые все еще были на могиле.

На телефоне нет сигнала.

Тан Нин в панике посмотрел на Гун Юя позади себя. Выражение лица Гун Юя было очень спокойным. Казалось, он ожидал всего этого давным-давно. Действительно ли Гун Ю знал, что они похоронили не того человека?Если вы знаете, почему Гун Юй не напомнил всем?

В начале Гун Юй сказал, что значение, переданное реликвией, было «неправильным», и он произнес предложение «Скорбящий ошибается?" В качестве языкового ориентира, чтобы мысли игроков были больше сосредоточены на скорбящем, но он также попросил всех проверить это еще раз......

В голове Тан Нина царил ужасный беспорядок, но сейчас самое главное - поскорее откопать Хань Мина, который оккупировал гнездо сороки!

«Тан Нин, подойди и подними это...» Линь Юнь посмотрел на Тан Сяньхэна на деревянной кровати, он стиснул зубы и сказал: «Забудь об этом, я понесу это»."

Ближайшие члены семьи не подходят для того, чтобы прикасаться к останкам, а дворец не подходит для того, чтобы выносить останки. Поскольку табу на захоронение не того человека было нарушено, сейчас неплохо вынести труп.

В то время как Тан Нин и его группа поспешили на кладбище, Хань Анькан и Линь Гуйцзин все еще стояли на кладбище, ничего не подозревая, один изучал надгробия, а другой оглядывался по сторонам.

Они повернулись спиной друг к другу, и на тихом кладбище послышалось слабое движение, как будто кто-то постукивал по чему-то руками.

Хань Анкан, который пристально смотрел на надгробие, нахмурился. Он повернул голову, услышав звук, и встретился взглядом с Линь Гуйцзином, который тоже повернул голову.

В этот момент перкуссия прекратилась.

Хань Анкан и Линь Гуйцзин повернули головы и продолжили изучать то, о чем они только что подумали.

Снова зазвучал незнакомый голос.

Они повернули головы и недовольно посмотрели друг на друга.

Линь Гуйцзин: «Ты только что стучал по надгробию?"

Хан Анкан: «Когда я успел постучать по надгробию?"

Как только голос стих, бело-голубая рука внезапно оторвалась от земли!

Глава 88 Призрачный Муж

Тан Нин взял Гун Юня за руку и побежал в направлении кладбища, на бегу обращая внимание на Линь Юня позади себя, опасаясь, что тело на спине Линь Юня будет ненормальным.

Труп умирающего Тан Сяньхэна был особенно странным в этот момент, особенно когда подбежал Линь Юнь, широко открытый рот трупа дрожал, а его фиолетовый язык дрожал, и иногда его даже приходилось бросать на лицо Линь Юнь. На лицо.

При первом взгляде на Тан Нина волосы встали дыбом, и он не мог не восхититься психологическими качествами Линь Юня.

Неподалеку шла ожесточенная драка. Тан Нин оглянулся и увидел, что Линь Гуйцзину оторвало руку, а у Хань Анкана на груди были глубокие царапины. Они оба умирали. Виновником травм этих двух игроков было тело Хань Миньи.

Глаза Тан Нина внезапно расширились, не потому, что он был шокирован похожим на зомби Хан Мином, а потому, что он увидел——

Человеком, который подчинял Хана более десяти лет, был покойный дедушка Джи!

Дрожащий дедушка Цзи связал сопротивляющегося Хань Юэюэ красной веревкой. Линь Гуйцзин и Хань Анкан помогли подавить это. Увидев приближающихся Тан Нина и остальных, Линь Гуйцзин поспешно сказал: «Хань Юэюэ внезапно обманул труп. Именно этот эксперт появился и спас нас!"

Линь Гуйцзин и Хань Анькан никогда не были в деревне Джицзя, и они не знают, что экспертом в их устах является дедушка Цзи, но они видят, что глаза Линь Юнь и Тан Нин совсем не те, поэтому двое, которые изначально были немного счастливы до конца своих дней, также опустили лица.

Линь Юнь раньше видел этого дедушку Цзи, который был сумасшедшим, и он также вспомнил, что Тан Нин упоминал, что, когда дедушка Цзи пожертвовал своей жизнью, чтобы помочь душе Цзи Кэ, он попросил Тан Нина не помогать ему забирать тело перед смертью.

Как мог человек, который должен был отправиться в ад, внезапно появиться здесь?

Нет, в этом голубом небе и белом солнце за спиной дедушки Джи есть тень.

Может ли быть так, что дедушка Джи не умер?！

Тщательно обдумав это, Тан Нин на самом деле так и не подтвердил смерть дедушки Цзи.

Была поздняя ночь в конце призыва души. Тан Нин знал только, что дедушка Цзи не двигался позади него. Кроме того, дедушка Цзи сказал много сенсационных вещей, прежде чем отправиться в путь, Тан Нин уже был готов к тому, что дедушка Цзи умрет во время этого призыва души. Приготовления.

Поэтому он субъективно думал, что дедушка Джи мертв.

Когда я отправился за жемчугом на следующее утро, я так и не увидел тела старика за всю дорогу, но в то время никто не обратил на это внимания, и все согласились, что старик мертв.

«Джин Чан выбрался из скорлупы, это хорошее применение.- Неожиданно легкомысленно похвалил Гун Юй.

Тан Нин тупо уставился на дедушку Цзи, которого хвалили во дворце, и вдруг понял, что что-то не так.

Поскольку кровавое жертвоприношение требует сначала принесения в жертву домашнего скота, а затем жертвоприношения уязвимых групп, таких как дети, пожилые люди и женщины, то после того, как такие люди в деревне Джидзя исчезли, почему дедушка Джи, старик, все еще может появляться в деревне?

За исключением того, что он был немного сумасшедшим, дедушка Джи, старик, был цел и невредим во время неконтролируемого кровавого жертвоприношения, и казалось, что другая сторона притворилась сумасшедшей.

« Тан Нин!Дедушка Цзи резко крикнул Тан Нину: «Сейчас самая лучшая возможность!"Ян-ци, которую он забрал у тебя, истощилась, теперь он просто чужой источник энергии, ты быстро избавляешься от него и приходишь ко мне!"

Способны ли иностранные державы?

Тан Нин посмотрел на Гун Юнь. Гун Юнь все еще не мог видеть глубину ветра и облаков. Его аура была слишком мощной, чтобы заставить людей игнорировать его бледное лицо и слегка посиневшие губы.

Но при ближайшем рассмотрении становится ясно, что цвет лица Гун Юя в этот момент действительно не лучше, чем прошлой ночью.

«жена。»Гун Юнь схватил его за руку. я не знаю, было ли это из-за мягкости или из-за того, что его тянуло вниз из-за телосложения Цзи Ляньюня. У Гун Юнь действительно не было большой силы.

Тан Нин чувствовал, что если он попытается вырваться, то сможет избавиться от руки Гун Юаня.

«Когда ты все еще будешь одержима идеей признавать призраков мужьями?»！Дедушка Цзи крикнул: «Все, кто связан с ним, умрут!»Вся деревня Джиджиа мертва, кроме меня!Когда он вытягивает из тебя Ян ци ночью, нам с тобой не избежать смерти!"

«Не подходи, он убьет тебя.Гун Юнь тихо прошептал на ухо Тан Нину: «Однажды я написал свидетельство о браке на твоей шее. Я могу только забрать у тебя Ян. После того, как ты умрешь, он отрежет тебе шею и уничтожит это свидетельство о браке»."

Повесить свидетельство о браке себе на шею?

Тан Нин непонимающе дотронулся до шеи.

«Что вы, молодые люди, делаете в оцепенении?Дедушка Джи ненавидит железо, но не становится сталью: «Как ты думаешь, кто сделал этот трюк, похоронив не того человека?»Это потому, что он не хочет, чтобы ты хоронил Тан Сяньхэна!Только убив это злое тело, ходящее по земле, а затем запечатав его могилу, можно положить конец всем этим бедствиям!"

Как только прозвучала эта фраза, взгляды нескольких игроков изменились, и у них действительно возникло некоторое подозрение, что обмен останками был делом рук Гун Юаня.

Дедушка Цзи прилагал настойчивые усилия и сказал: «Сейчас он очень слаб. Он всего лишь обычный больной пересадщик риса. Он вообще ничего не смеет тебе сделать, потому что, как только он это сделает, он съест последнюю частичку ян ци, и выйдет настоящий Цзи Ляньюнь!"

«Этот старик, почему ты сказал, что он не хотел, чтобы мы хоронили Тан Сяньхэна?»- Спросил Линь Гуйцзин.

Дедушка Цзи указал на гробницу и холодно сказал: «Ты знаешь название здешней пещеры сокровищ Фэн-шуй?»"

Тан Нин слышал, как Линь Юнь упоминал, что фэн-шуй в этой гробнице очень хорош, но Линь Юнь не мог сказать причину этого, потому что мировоззрение каждого карточного мира сильно отличается, и некоторые знания фэн-шуй, полученные в этом мире, не могут быть применены в следующем мире.

« Это Логово Дракона Инь-Ян!"

Дедушка Джи посмотрел на толпу и громко спросил: «Вы знаете, что такое мавзолей, охраняемый нашей деревней Джиджиа на протяжении многих поколений?»！"

«Это настоящая императорская гробница!"

Все были потрясены, когда услышали эти слова, и Тан Нин даже подумал о фигуре, которую видели в паланкине. У другого человека на голове были двенадцать корон, которые мог носить настоящий император.

Это существование на самом деле не Аид.

Но это также невыразимо дорого.

«Тан Сяньхэн специально выбрал эту гробницу и заключил этот брак специально, просто чтобы украсть дух дракона!»В течение семи дней, как только его успешно похоронят, он сможет украсть половину своей удачи!Вы сказали, что как владелец мавзолея, хотели бы вы понаблюдать, как вам улыбнется удача?！！"

Глаза Линь Гуйцзина и Хань Анькана, смотревших на Гун Ю, разительно изменились.

Для игроков не имеет значения, кто такой Гун Ю, главное, помешает ли Гун Ю им выполнить задание.

Гун Юй не обращал внимания на взгляды внешнего мира, он просто смотрел на Тан Нина, не моргая.

«жена。»Впервые Тан Нин увидел легкую панику в глазах Гун Юя. Гун Ю, который всегда достаточно силен, чтобы пугать людей, посмотрел на него глазами, которые в этот момент можно было бы назвать «хрупкими"«......Не уходи."

Если бы Гун Ю все еще смотрел на него алыми глазами, подумал Тан Нин, возможно, он был бы слишком напуган, чтобы отпустить.

Тан Нин всегда слегка побаивался Гун Юя. Он боится всегда мощной позы противника. Он боится тайны, которую противник не может видеть ясно, как в тумане. Он боится, что противник не моей расы. Характеристики призраков должны быть другими.

Однако в этот момент у Гун Юя с самого начала были небольшие разногласия с Цзи Ляньюнем.

« Ты поможешь мне похоронить дедушку?- Тихо спросил Тан Нин.

Гун Юй схватил его за руку: «Я так и сделаю."

« Тогда почему ты только что не напомнил мне, что я похоронил не того человека?Тан Нин посмотрел в глаза Гун Юня и посмотрел очень серьезно. Хотя он никогда не мог сказать, говорит Гун Юн правду или лжет, по крайней мере, на мгновение, он почувствовал, что Гун Юн говорит правду.

Он услышал, как Гун Юнь сказал: «Меня не волнует удача."

« У меня просто предчувствие. Я всегда чувствую, что, как только похороны будут завершены, вы, мадам, исчезнете...

Тан Нин на мгновение опешил. - Если миссия по погребению будет успешно завершена, то он действительно покинет этот мир.

«Если вы действительно хотите стать со мной мужем и женой, вас могут нанять на тысячи лет удачи."

Кончик сердца Тан Нина внезапно дрогнул.

Его всегда легко растрогать подобными словами и поступками, будь то Мо Юньчу, который пожертвовал всем, чтобы войти в печать ради него, или мощная энергия Ци Юнь, чтобы пробудить его, и теперь удача Цяньцю, произнесенная Гун Юном, может быть использована в качестве награды.

« Не слушай его бредни!Дедушка Цзи Чжэнь сказал: «Ребята, делайте это быстро!»"

Хань Анкан и Линь Гуйцзин переглянулись. Они были более готовы поверить в состоятельного дедушку Цзи, чем в таинственного хозяина дворца. В конце концов, они немного думали со своей точки зрения. Если бы они были владельцами мавзолея, они бы все равно не потерпели никого, кто осмелился бы украсть вещи таким способом.

Хотя они приняли решение встать на сторону дедушки Цзи, Хань Анькан и Линь Гуйцзин не сразу подошли ко дворцу.

Хотя дедушка Цзи продолжал говорить, что Гун Юй был очень слаб в данный момент, когда он увидел, что дедушка Цзи кричит так громко, он долгое время боялся делать это сам, зная, что даже если Гун Юй был слаб, у него была возможность, по крайней мере, заставить их сильно ударить.

Кролики кусают людей, когда те спешат, не говоря уже об этом непредсказуемом и устрашающем npc.

Старые игроки могут прочесть значение соперника с одного взгляда. кажется, что они пытаются атаковать Гун Ю, но на самом деле они готовятся отобрать Тан Нин у Гун Ю.

Любой человек с проницательным взглядом может увидеть, что ключ ко всему лежит в этом новичке.

«Линь Юнь."Они увидели, что вновь прибывший внезапно посмотрел на Линь Юня, который нес тело Тан Сяньхэна на спине, как будто хотел что-то сказать, поэтому Хань Анькан и Линь Гуйцзин временно остановились.

Независимо от того, что говорят другие NPC, игроки все равно будут более склонны к товарищам по команде из того же мира.

В конце концов, хотя товарищи по команде иногда не говорят человеческими словами, NPC в карточном мире более разговорчивы.

Линь Юнь услышала это и встретилась взглядом с Тан Нином.

В этих ясных глазах всегда легко угадать, и они очень отчужденные, когда их отчуждают. Как только лед растоплен, они могут прикоснуться к мягким эмоциям, которые тают, превращаясь в воду.

С тех пор как он в прошлый раз надел талисман на голову Тан Нина, все, казалось, изменилось.

«Могу ли я, могу ли я относиться к тебе как к товарищу по команде, которому можно доверить свою жизнь?»- Услышал он нервный вопрос Тан Нина.

Линь Юнь почувствовала, что он, вероятно, смеется.

Возможно, с ним действительно что-то не так. В прошлый раз, когда он сошел с ума и отдал талисман другой стороне, он не упомянул об этом. На этот раз он все еще мог смеяться на стыке жизни и смерти.

Но в этом унылом и хаотичном мире какое значение имеет, если вы время от времени сходите с ума?Вместо того чтобы спокойно доживать до смерти, лучше жить в соответствии со своим собственным темпераментом.

«можно。- Серьезно сказал Линь Юнь.

Тан Нин немного приободрился и слабым голосом сказал: «Я думаю, мы должны доверять Гун Юаню."

Зрачки Гун Ю внезапно сузились.

Когда он сказал это, на самом деле, у самого Тан Нина не было особой уверенности. Он боялся, что Линь Юнь спросит его почему, потому что он вообще не мог сказать ничего убедительного.

«так。»Хотя Линь Юнь все еще нес тело Тан Сяньхэна на спине, его навыки были такими же сильными, как и тогда, когда он убегал раньше. Он отбежал на несколько шагов назад и крикнул Тан Нину, который никак не реагировал: «Что ты все еще делаешь в оцепенении?»"

«Беги!！！"

Глава 89: Призрачный Муж

Линь Юнь достоин быть мастером бега. Когда он бежит, он пользуется возможностью сделать перерыв. Он бежит как кролик и сразу же прыгает с большой дистанции.

Тан Нин схватил Гун Юня за руку и внимательно последовал за Линь Юнем. Горная дорога была неровной, и он должен был быть осторожен, чтобы не совершить ошибку.

«Не убегай!"Вы, ребята, сумасшедшие!»Беги с призраком!Сзади послышались убеждающие голоса Хань Анькана и Линь Гуйцзин.

Тан Нин повернул голову и увидел двух тяжелораненых пациентов, бегущих за ними, а за ними умирающего дедушку Цзи. Дедушка Цзи держал в руке красную веревку. К концу красной веревки был привязан сопротивляющийся труп Хань Юаньюэ, как будто выгуливал собаку.

Увидев эту сцену, Тан Нин захотелось немного неуместно рассмеяться.

Что это такое?Группа старых, слабых, больных и инвалидов, гоняющихся за битвой?

Внезапно под его ногами образовалась пустота, и сильное ощущение невесомости охватило все его тело. Тан Нин наклонился вперед. В тот момент, когда он был готов упасть, Гун Ю крепко взял его за руку: «Будь осторожен»."

Тан Нин вздохнул, его сердце сильно забилось, он оглянулся на Гун Ю, на этот раз вытаскивание людей, казалось, отнимало у Гун Ю много энергии, делая его и без того бледное лицо еще хуже.

Но глаза Гун Юя были очень яркими.

Более того, скорость его спуска с горы нисколько не уменьшилась, как будто он мог использовать свою мощную силу воли, чтобы высосать последние остатки сил из своего слабого тела и даже передать эту силу Тан Нину.

«жена。"Они немного запыхались, когда бежали, и такой сбивчивый тон сделал голос Гун Юаня более реалистичным.

На этот раз Тан Нин пристально смотрел на дорогу. У него не было сил говорить, поэтому он ответил только растерянным «хм".

«Я тебе хоть немного нравлюсь?- Спросил Гун Юнь.

Тан Нин не ожидал, что в такой стрессовой ситуации у Гун Юаня все еще будет время задавать подобные вопросы.

«Вы, ребята, бегите!за！！！Линь Юнь оглянулся и, взглянув, внезапно закричал.

Тан Нин проследил за его взглядом, вся кожа головы взорвалась, и дедушка Цзи действительно отпустил красную веревку, которую держал в руке!Труп Хань Миньи, потерявшего самообладание, первым сбросил с ног Линь Гуйцзина!

Линь Гуйцзин, который был поглощен попытками догнать Тан Нина, не обратил внимания на движение позади него, и был укушен прямо в заднюю часть шеи, не замечая этого некоторое время!

«Ах, ах, ах, ах...!！Линь Гуйцзин издал суровый вопль.

Сердце Тан Нина сжалось, и он встретил мрачный взгляд дедушки Цзи. У Тан Нина необъяснимым образом возникло предчувствие, что старик действительно хочет перерезать ему горло.

Он в панике повернул голову назад и отчаянно побежал вниз с горы.

Крики Хана Анканга тоже разносились по бесплодному хребту.

После убийства двух человек подряд состояние «Хань Юя» заметно изменилось невооруженным глазом. Его кожа посинела, на теле вырос странный пушок, а верхние и нижние четыре клыка стали чрезвычайно острыми. Он был очень похож на зомби, которого Тан Нин видел раньше в фильмах и телевизионных драмах, но он был гораздо более гибким, чем зомби..

Сзади послышались быстрые шаги, бах-бах, бах-бах, похожие на яростный барабанный бой.

Линь Юнь, который выбежал вперед, бросился к четырехколесному автомобилю. Он положил тело Тан Сяньхэна в машину и хотел поехать, чтобы забрать Тан Нина. Однако, когда он посмотрел на Тан Нина, глаза Линь Юнь расширились: «Нехорошо!"

Тан Нин услышал резкий звук прорывающегося неба и звериный рев позади себя. Ощущение кризиса было подобно проливному дождю, и Тан Нин не мог избежать его. Это могла быть только смерть.——

Гун Юань повернул голову, его темные глаза в этот момент стали алыми.

«Хань Минъю» остановился, отступая в шоке.

Линь Юнь воспользовался этим драгоценным временем, чтобы подогнать машину, и позвал Тан Нина, чтобы тот быстро садился в машину. Тан Нин поспешно вскарабкался наверх, намереваясь вместе втащить Гун Ю в машину.

«Кхм.Гун Юань внезапно прикрыл рот рукой и закашлялся, а затем закашлялся, с трудом выбираясь из машины.

Тан Нин видел, что при повторном приступе кашля алые пятна в глазах Гун Юя сменялись другими, а с его пальцев текла липкая кровь.

Когда Гун Юань дважды покидал это тело, его тоже рвало такой кровью.

Настоящий Цзи Ляньюнь должен был скоро выйти, но Тан Нин был не так счастлив, как он себе представлял. Он подумал, что сегодняшний музыкальный бренд sucking music еще не использовался, и быстро поднес палец ко рту Гун Цзин.

Гун Юнь покачал головой, и неудержимая кровь залила всю одежду. Он с трудом прижался губами к уху Тан Нин: «Мадам...Ты сделаешь это с ним......"

Тело Тан Сяньхэна в машине продолжало дрожать от ударов кузова. Гун Юнь полуприкрыл глаза и взглянул на тело своего дедушки, который номинально был его дедушкой в законе. Он тихо прошептал: «Похоронен внутри...Мой мавзолей......"

Тан Нин поддержал тело Гун Юаня: «Вот и все...В этом нет необходимости...Инь и Ян Указывают на Логово Дракона...Тоже могу...Поделись своей удачей....."

Когда он сказал это, кровь и холодное дыхание полились на шею Тан Нина, и капля за каплей кровь заскользила по его коже, как живое существо. Тан Нин на мгновение вздрогнул, и в его хаотичном сознании внезапно появилась небольшая ясность.Воспоминание.

В ночь, когда он встретил бумажную невесту, его лицо было закрыто бумагой, рот и нос не могли дышать, а перед ним вспыхнул белый свет. Посреди неясной боли ему показалось, что палец прорвался сквозь пленку и проник ему в рот. .

В тот момент ему показалось, что что-то упало ему на шею и зачесалось.

——»Однажды я написал свидетельство о браке у тебя на шее."

——»Если вы действительно хотите стать со мной мужем и женой, вас могут нанять на тысячи лет удачи."

......То, что сказал ему Гун Ю, казалось правдой.

«Гм, гм!»Гун Юнь все еще кашлял. Он сильно отхаркнул много крови. Насыщенный цвет крови продолжал распространяться в этот момент, но красный цвет быстро исчез в его глазах, и в конце концов остался только слабый красный огонек, похожий на остатки свечи на ветру, он открыл глаза и посмотрел на того, кто был рядом.Тан Нин.

« Теперь это так...есть ли......"

Каждый раз, когда он произносил слово, изо рта у него текла кровь, но Гун Юань все равно настаивал: «Немного...час......любить...я......понимать......"

Почему вы так одержимы этой очевидной проблемой?

Он верит в этого человека без всяких оснований, разве это не просто из-за этой маленькой симпатии?

Тан Нин хотел кивнуть, но человек, которого он держал, замолчал. Красные точки полностью исчезли из его темных глаз. Он медленно закрыл глаза и упал в объятия Тан Нина, как будто заснул.

Хотя раньше состояние Гун Юя было не очень хорошим, даже если этого человека рвало кровью во время разговора с ним, Тан Нин испытывал неописуемое чувство безопасности. Казалось, что пока этот человек существует, никто не сможет причинить ему боль.

Но теперь Гун Ю ушел.

Хан Мингю, который до этого колебался, кое-что понял, ухмыльнулся и погнался за машиной.

Тан Нин крепко обнял Гун Ю и наблюдал, как Хань Ю, который бежал на большой скорости, внезапно сделал прыжок, и его покрытая когтями рука схватилась за заднюю часть машины!

Затем другая рука тоже ухватилась за заднюю часть машины, и она нетерпеливо поползла вперед!

В следующую секунду окровавленное пальто набросилось ему на лицо, он вскрикнул и выпал из машины.

Тан Нин, снявший пальто Гун Юня, вздохнул с облегчением и крикнул Линь Юню: «Гун Юн ушел!Что мне следует делать?！"

«Хань Минъю», который скатился на землю, с ревом встал и снова ускорился, чтобы догнать его, но на этот раз четырехколесное транспортное средство тоже ускорилось.

«не беспокоиться！Он не может наверстать упущенное!Линь Юнь громко сказал: «Моя карта - карета из тыквы, которая дает благословение скорости любому транспортному средству!»"

Тан Нин вспомнил, что когда Линь Юнь ехал на трехколесном велосипеде с той же скоростью, что и дядя Ван, когда он столкнулся с призраком, врезавшимся в стену в первый день. Тан Нину было неясно, был ли Хань Юнь лучше дяди Вана, но четырехколесное транспортное средство было явно быстрее трехколесного велосипеда.

Глядя на Хань Минъю, который гнался за ними, как бешеная собака, но всегда был на расстоянии, сердце Тан Нина немного успокоилось.

Линь Юнь на мгновение замолчал, а затем сказал: «Особенно в том, что в моей машине все еще находится настоящая принцесса."

«чего？- Тан Нин только что не расслышал этого отчетливо.

Линь Юнь улыбнулся: «Ничего страшного, быстро разбуди Цзи Ляньюня, пока не стемнело, мы должны найти Императорский мавзолей!»"

Хотя правила гласят, что успешное погребение Тан Сяньхэна возможно даже в том случае, если задание выполнено, стандарт захоронения определенно не в том, чтобы найти яму и закопать ее небрежно, потому что, с точки зрения Тан Сяньхэна, реальная цель погребения - украсть удачу Ци. Если удача Ци не украдена, разве он не совершил бы напрасное самоубийство?Таким образом, его старик был расстроен тем, что он мертв, поэтому он выполз из гробницы, чтобы найти игрока, чтобы свести счеты.

Теперь, когда Тан Сяньхэн так усердно трудился, чтобы выбрать Логово Дракона точки Инь-Ян, дедушка Цзи вмешивается в это. Слишком опасно возвращаться и хоронить его насильно. Лучше попробовать императорский мавзолей во дворце.

Тан Нин ткнул пальцем в человеческую популяцию у себя на руках, и теплый поток прошел по его телу. В сочетании с ветром, дувшим на его тело, когда машина ехала быстро, это понизило температуру его тела, и Тан Нину некоторое время было очень холодно.

Он не мог сказать, было ли это из-за холода в его теле или из-за ухода Гун Ю в его сердце появилась прохлада расставания.

Если он сможет успешно выполнить задание и избавиться от копии, возможно, это будет последний раз, когда они с Гун Ю увидятся.

Ему следовало только что быстрее кивнуть и сказать этому человеку, что ему нравится, на глазах у Гун Цзинсюаня.

Машина поехала в направлении деревни Джицзя. Примерно полчаса спустя Тан Нин услышал слабый кашель. Цзи Ляньюнь медленно открыл глаза и посмотрел на Тан Нина, который держал его на руках.

На этот раз он не увидел сильного удивления в глазах Тан Нина, как раньше.

«Цзи Ляньюнь, ты проснулся.Тан Нин спросил: «Вы знаете, где находится мавзолей дворцовой семьи?»"

Цзи Ляньюнь сдержанно кашлянул: «......Гон Юнь?"

«Это ты больна."

Кровь потекла из уголков его губ, и у Цзи Ляньюня было не так уж много сил. Он оперся на Тан Нина, вытянул руку и едва указал в одном направлении: «Иди туда»."

Тан Нин поспешно объяснил Линь Юну следующее направление.

Настроение Цзи Ляньюня было не очень хорошим. Помимо того, что он время от времени указывал дорогу, он находился в полудреме-полусне с закрытыми глазами.

В конце вагона узкая дорожка больше не подходила для движения транспортных средств, поэтому Тан Нину и остальным пришлось бросить машину и двигаться дальше.

Линь Юнь несла на спине Тан Сяньхэн, а Тан Нин несла на спине Цзи Ляньюнь.

Был только полдень, но место, к которому они подошли, заросло лесом, который закрывал небо и солнце, а слои сухих ветвей закрывали весь свет.

« Спускайся из этой дыры.- Цзи Ляньюнь лег на Тан Нина, чтобы показывать дорогу.

Тан Нин увидел черную дыру в горной стене за деревом, такую черную, что было жутко, и прежде чем он успел по-настоящему войти, ему в лицо ударили холодное дыхание и неописуемый запах трупов.

Цзи Ляньюнь оторвал от своего тела полоску ткани, пропитанную кровью, и попросил Линь Юня и Тан Нина схватить полоску ткани, чтобы их не разлучили.

« Ты можешь включить свет?- Спросил Линь Юнь.

«лучше не。Цзи Ляньюнь прикусил кончики пальцев, он опустил руку, и капля за каплей кровь полилась вниз.

Тан Нин первым вошел внутрь с Цзи Ляньюнем за спиной. При слабом свете из внешнего мира он мог видеть лишь малую часть вещей в дыре, но именно эта малость заставляла мозг Тан Нина гудеть.

Я видел, как один гниющий труп за другим накладывались друг на друга, покрытые личинками, мышами, змеями и скорпионами, и золотистый свет, струящийся в серую щель, был особенно прекрасен по контрасту с уродливыми существами.

«Не смотри.Цзи Ляньюнь тихо прошептал: «Закрой глаза, я скажу тебе, как идти»."

Тан Нин послушно закрыл глаза, но впервые не услышал слов, которые указывали направление: «Сяо Нин, кого из них ты предпочитаешь мне больше?»"

«Если это игра Otome, - подумал Тан Нин, - то это должен быть очень важный ключевой вариант, и то, что он сказал, повлияет на следующий сюжет «clearance».

Цзи Ляньюнь определенно хотел бы услышать такие слова, как «Ты мне нравишься сейчас".

Он должен быть умнее и сказать что-нибудь, чтобы осчастливить Цзи Ляньюня. в конце концов, то, что они должны делать дальше, зависит от Цзи Ляньюня.

И ему действительно нравится Цзи Ляньюнь.

Цзи Ляньюнь, который такой нежный, и Цзи Ляньюнь, которая так хорошо его видит, могут терпеть весь его дурной характер, не будут испытывать неприязни к нему за то, что он безобразно плачет, и будут настаивать на том, чтобы обнять его, даже если он слаб. Цзи Ляньюнь.

Почему это так хорошо?Мягко и непреодолимо открыла дверь его сердца. Иногда он не хотел, чтобы Цзи Ляньюнь был таким хорошим, потому что, когда придет срок, он вернется в мир без Цзи Ляньюня.

а......

Гун Юй также много раз настойчиво задавал ему подобные вопросы, но он никогда твердо не выбирал Гун Юя.

Это мавзолей Гун Юаня, может быть, он ждет ответа где-то в темноте.

——»Я хочу твоей искренности."

——»Ты действительно знаешь, как ранить мое сердце."

—— Мое сердце радуется вам, мадам."

——»Я тебе хоть немного нравлюсь?"

——»Леди, не уходите."

Эти слова опутали его сердце, как паутина, отчего у Тан Нина немного перехватило дыхание. Он подумал о Гун Юне, который спрашивал его, нравится ему это или нет, и он немного возненавидел это, когда подумал об этом. Почему Гун Юн не может быть последовательным плохим парнем, каким он был вначале?Чтобы он мог без колебаний сказать Цзи Ляньюню: «Ты нравишься мне немного больше».

«Я понимаю.Тон Цзи Ляньюня был очень мягким. Он мягко уклонился от ответа на этот вопрос и тихим голосом указал Тан Нину следующий маршрут.

Недалеко впереди находится могильная яма. Тан Нин стоял на месте, прислушиваясь к изящному движению, сделанному Линь Юнем, когда он хоронил Тан Сяньхэна.

тик-так。

На шею Тан Нина капала теплая жидкость, как будто это была кровь, и как будто так оно и было......слезы。

«Сяо Нин, период, когда я женился на тебе, был лучшим временем, которое я когда-либо проводил в своей жизни.Голос Цзи Ляньюня звучал в его ушах как паутинка.

Тан Нин схватил Цзи Ляньюня за руку.

«Это похоронено!- Взволнованно сказал Линь Юнь, находившийся неподалеку.

Цзи Ляньюнь тихо сказал: «Спасибо, что отвез меня домой."

[Выпадение -Тан Сяньхэн успешно похоронен, и игра заканчивается досрочно!】

[Поздравляем игрока с успешной очисткой копии «Funeral»!】

В окутанном тьмой мавзолее снова воцарилась мертвая тишина. Я не знаю, сколько времени это заняло, холодный голос прошептал сам себе: «На этот раз ему действительно нравится Цзи Ляньюнь, но чего я не ожидал, так это того, что ты все еще будешь ему нравиться»."