Глава 11

  Беллами сидит на постели в своей комнате, наблюдая за Лексой, которая дрожащими руками поправляет нижнее белье.

  Она берет вечерний наряд со спинки стула и, немного повертев его в руках, надевает. Элегантное коралловое платье, подобранное точно под ее фигуру, идеально смотрится на ней.

  Лекса пробует самостоятельно застегнуть молнию на спине, но безуспешно. Беллами поднимается с постели и с самодовольной улыбкой движется к ней. Она, в ожидании дальнейшего развития событий, замирает в пол-оборота.

  — Давай, я помогу. Ты слишком волнуешься — не стоит. Выглядишь очень сексуально. — говорит он шёпотом в самое ухо и неспешно застегивает молнию.

  Справившись с задачей, хватает Лексу за волосы и тянет назад. Второй рукой берет ее грудь и сжимает, оскалив зубы в безумной улыбке.

  — Отпусти! Не трогай меня! — требует она, пытаясь вырваться из его лап.

  — Лекса, не ломай комедию. — Беллами перехватывает ее руки, что градом ударов посыпались на него, и плотно зажимает их. — Тебе это не идет. В отличие от этого платья. Оно очень красивое. Я выбирал его специально для такого события, как сегодня. — продолжает он, сильнее притягивая тело Лексы к себе.

  От дыхания в шею она морщится. Ее воротит, только от мысли такой близости с ним.

  — Сейчас развлечемся с тобой. А позже я буду наслаждаться компанией Кларк.

  — Даже не смей к ней приближаться! — Лекса дергается всем телом в сторону и ему приходится ослабить хватку, чтобы ничего ей не сломать или не вывихнуть.

  — Она будет произносить мое имя, снова и снова. — надменно шипит он.

  — Ты эротических романов начитался? Даже не мечтай, Блейк. — с усмешкой, фыркает Лекса.

  — Заткнись! — Он резко дергает ее за локоть, заставляя развернуться всем телом и столкнуться с ним лицом к лицу. — Еще одно слово против, и я вырву твой поганый язык.

  — И как ты будешь объяснять это вашему гастролирующему врачу? — выпаливает Лекса, на удивление холодным, уверенным тоном.

  — Не переживай! То, что его интересует, я не смогу достать без специальных хирургических инструментов и навыков. — на долю секунды задумавшись и просканировав взглядом ее тело, он продолжает. — Но соблазн так велик, что может мне не стоит его ждать, а сделать все самому, пусть и менее аккуратно?!

  Неожиданно, скрипнула дверь в комнату и Беллами обернулся, не разжимая цепкие пальцы на предплечье Лексы. В комнату тихо входит Октавия с долей страха, она становится свидетелем происходящей сцены в спальне.

  — Октавия, что тебе здесь нужно? — с раздражением бросает он. — Я же просил нас не беспокоить.

— Я тут не по своей воле. — Октавия сокращает между ними дистанцию, чем зажигает огоньки надежды в глазах несчастной пленницы.

  Поймав взгляд Октавии на себе, Лекса лишь губами шепчет «Помоги мне, пожалуйста». — Звонит отец. И он очень зол.

  — Ты что-то ему сказала? — Беллами вытягивается, как перед важным разговором, придавая себе немного значимости.

  — Всё. — отрезает Октавия, настолько серьезно, что Беллами теряется.

  — Окти, зачем ты это сделала? — от недовольства он хмурит брови.

  — Отец ждет. Поторопись. — Октавия берет Лексу за запястье. — А я помогу ей собраться.

  — Ты еще пожалеешь… — Беллами отталкивает Лексу в сторону, полностью фокусируясь на Октавии.

   — Не соверши прошлой ошибки. Как с той девчонкой из бара. Мне пришлось полночи бегать в ее поисках, а затем копать яму под клумбой.

  Повисает тишина. Лекса переводит перепуганный взгляд с Беллами на Октавию.

  — О чем он говорит? — растеряно шепчет Лекса. — Октавия?

  — Мне нужно было просто присмотреть за ней. А я отвлеклась. — оправдывается Октавия, отводя все подозрения от себя. — Она, воспользовавшись моментом, ударила меня и сбежала.

  — Ее шея хрустнула в моих руках быстрее, чем она осознала, что ей конец. — от самодовольного тона Беллами, у Лексы бежит мороз по коже. — На этот раз ты поможешь мне спрятать тела. — с каждой фразой он все ближе подходит к Октавии, в то время как она, неосознанно отпустив руку Лексы, начинает пятиться к двери. — Как закончит врач, мы перенесем их в нишу и закатаем в бетон. Пока они будут у Вудс, ты соберешь вещи Линкольна, бросишь их в тачку и отгонишь ее на север. Там есть свалка машин. — Октавия озирается, понимая, что вот-вот столкнется со стеной, отступать некуда. — Ты меня слушаешь? Отдашь ее парню, что будет ждать тебя у ворот. Октавия, это твой последний шанс исправить все свои промахи.

  — Какого хрена они будут делать у меня дома? — Лекса, наконец, осознает, что только что услышала. — Я убью тебя, если что-то случится с Кларк!

  — Не волнуйся, Кларк будет здесь. Со мной. В безопасности. — Беллами разворачивается и начинает движение уже к Лексе. — Мы найдем, чем заняться. А ты и Линкольн пожертвуете собой, ради благого дела. Даже двух. — приподняв руку, он начал загибать пальцы. — Решите наши финансовые проблемы и спасете жизни богатых, но омерзительных людей. Твое сердце будет биться в груди одного известного ублюдка. Вообще, когда ты появилась здесь, от негодования, я просто хотел подстроить ограбление и по-быстрому избавится от тебя. — он хмурится, будто не совсем удовлетворен тем, что не поступил так. — Но был заказ, и я навел справки. Мне несказанно повезло — ты подходишь под их критерии. Группа крови, резус фактор, такой же как у Рейвен, кстати. Ты заняла ее место.

  — Вы безумцы! — выплевывает Лекса, неосознанно поправляя на себе платье, будто оно стало нестерпимо колючим. — Торговля органами? Серьезно? В наше-то время?

  — Признаю, это не мы придумали. Наших мозгов и связей не хватило бы. Мы лишь выбирали кандидатов, только среди бродяг или приезжих, которых впоследствии никто не будет искать. Обдолбав их транквилизаторами для лошадей, привозили сюда. Твой отец делал остальное — брал анализы и отсортировывал тех, кто подходил к его списку. Остальных мы просто выкидывали у бара или за городом.

  — Ты бредишь! Это какой-то кошмар… — Лекса, продолжает себе под нос. — Не может такого быть…

  — Не хочешь — не верь. Но деньги портят людей. Ты замкнешь его список, хоть он этого и не увидит. Какая ирония судьбы, дочь доктора Франкенштейна сама попадет в его подпольную хирургическую палату и становится донором для черного рынка.

  — Пошел ты! — срывающимся на крик голосом, тараторит Лекса. — Убогий, никчемный выродок. Маменькин сынок, не способный ни на что, кроме насилия над слабыми… — Лекса резко прерывается, хватается за лицо, открыв рот от звонкой пощечины, что нанес разъярённый псих. Глаза налились кровью от ненависти. Беллами потирает ладонь, пытаясь унять жжение.

— Беллами, отец все еще ждет тебя на линии. — наконец вмешивается Октавия, напоминая о звонке, и тем самым пытаясь отвести разгневанное внимание брата от Лексы.

  — Черт! Эта сука меня отвлекла. Я сейчас. Смотри за ней. Скоро вернусь, и мы продолжим. — удаляясь за дверь, он раздает указания.

  — Октавия, помоги мне! Я не хочу быть донором поневоле. — Лекса сжимает ее руки в своих, заглядывая в глаза. — Как хорошо и самое главное вовремя, позвонил твой отец, иначе не избежать мне потных рук, или чего похуже, на себе.

  — Он не звонил, я сама позвонила. — сказала Октавия, с некой грустью, отступая в сторону и разомкнув тем самым их руки. — Линкольн так и не очнулся от удара. Отец должен знать об этом. Знаешь, я хочу тебе помочь. Но не знаю как. Ночью я сбегу на тачке Линка.

  — Октавия, пожалуйста, не оставляй меня с ними. Они изрубят меня на куски. Октавия…

  Не дав Лексе закончить, она отрицательно покачала головой.

   — Мне очень жаль Лекса.

                                 Х

   Кларк спускается вниз по лестнице, с наброшенной курткой на плечах, в полной готовности к вечеру.

   Прислушиваясь к звукам в гостиной, она теряется в догадках о происходящем. Мысли роятся в её голове, как пчёлы в улье.

  — Лена?! — спрашивает она, в поисках источника шума.

  — Я здесь, Кларк?! — не отвлекаясь от своих дел, рядовым тоном произносит Лена. — У тебя есть топор или выдерга?

  — Я не знаю. Если только в подвале. Я туда не спускалась… — Кларк останавливается на последней ступени, наблюдая, как Лена двигает мебель по комнате, освобождая пространство у стены за шкафом. — Зачем тебе топор, Лена?! — интересуется она, пока та проходит мимо неё до кухни.

  Взяв в руки барный стул, Лена движется обратно, минуя удивленную Кларк.

  — С ним было бы проще. — она бросает многозначительный взгляд. — Но справлюсь и так.

  Лена останавливается, совершает мощный удар. Раздается треск древесины, половица ломается и стул летит на диван. Лена отдирает рукой от пола сломанную доску и несколько соседних. Она умело убирает соседние доски, будто она регулярно это делает — ломает полы в темноте, в чужих в домах.

  Кларк подходит ближе, не осознавая своих действий, и морща лоб все сильнее. Наклоняется над, достаточно большим, отверстием и округляет глаза. Она затыкает нос и рот обеими руками, бросая взгляд на Лену. Нечто замотанное в целлофан покоится под досками. Частично угадывался силуэт человека.

  — Это пожизненное для отца Лексы. Будь он ещё жив, конечно. — Лена проглатывает смешок, вспоминая, что сейчас не место и не время для шуточек. — Кларк ты в порядке?! Тебя тошнит?

  — А как ты думаешь?! — Кларк резко выпрямляется, удивляясь хладнокровному спокойствию Лены и старается не думать о том, что она сейчас увидела под полом в доме, в котором ночевала.

  — Иди, приведи себя в порядок. Тебе пора на ужин. Блейк не должны ничего заподозрить. — Лена вскидывает руку, глядя на часы. — Я останусь, подготовлюсь. Ближе к полуночи все будут в сборе.

  Последние фразы доносились до Кларк, как через толщу воды. Рубашка на спине прилипла к телу от выступившего пота.

   Так захотелось просто прогуляться по улице или сесть на газон в парке, подтянув коленки к подбородку. Кларк отшатнулась, и двинулась в сторону кухни.

  — Кларк?! Дверь там. — Лена указывает на входную дверь для побелевшей и потерянной Кларк.

  — Я за Джемесоном. — отмахнулась она, будто так и было задумано с самого начала, и она ни капли не потерялась в пространстве и времени.  Мысленно похлопав себя по щекам, она продолжила. — А если со мной там, что-то случится?!

— Линкольн за тобой присмотрит. Тебе не стоит беспокоиться. Старайся не перегибать, просто тяни время.

Лена про себя отметила — Если Линк ещё жив, конечно.

  Кларк возвращается из кухни с бутылкой в руке.

   Ей предстает следующая картина: Лена отступив от тела, достаёт свой сотовый. Делает несколько фотографий. Отходит дальше, вновь делает снимки. В кадр попадают предметы и частично гостиная. Все фотоматериалы она добавляет во вложение и отправляет сообщение адресату.

  — Так или иначе всё это утром будет в газетах. — фраза выскакивает безадресно, как констатация фактов.

  — Это какой-то грёбанный сюр… Я не понимаю, какого чёрта тело всё ещё здесь? Раз вы знали где оно. Почему оставили здесь, Лена?!

  — Я и Линк нашли его после того, как дело зашло в тупик. — Лена не выпускает сотовый из рук, иногда бросая взгляд на экран. — Но эта находка не помогла бы Лексе. Только всё усугубила бы. Тело, найденное в доме Вудс, бросает тень только на Вудс. Блейк в порыве паники могли избавиться от Лексы и закатать её под фундамент.

  — А сейчас, что изменилось? — Кларк хмурит лоб, искренне не понимая всех тонкостей юридической стороны расследования.

  — Наше время на исходе, Кларк. У нас будет только одна попытка. А шум в СМИ нам только на руку. — Лена покачивает телефоном, привлекая внимание Кларк к тому, что делала минуту назад.

  — Это может спасти твою карьеру?! — небрежно махнув головой в сторону завибрировавшего телефона, говорит Кларк. На что не получает никакого ответа. Лена полностью ушла в переписку.

  В полном раздрайве, Кларк открывает дверь и выходит из дома. Спокойно идёт по аллее вниз к дому соседей. Пользуясь коротким моментом, когда никто не мешает думать и анализировать все события и факты, что так стремительно попали в ее голову за столь короткий срок.

  Кларк неосознанно приняла решение, как ей поступить дальше. За пару метров до дома, Кларк останавливается и большим глотком отпивает из бутылки. Не перестараться бы. А то история закончится в первые минуты вечера.

  С порога снесу Беллами голову, и главный злодей не успеет поделиться своим коварным планом. Грёбанный Беллами, когда ты успел стать чудовищем?! Ещё и сестренку свою втянул в этот ад. И много таких прошло через твои руки?! Кларк оставляет бутылку на пустой дороге, поправляет куртку на теле, которую слегка перекосило на одну сторону, из-за тяжолого предмета в кармане. Кажется, она готова.

  — Что ж, Кларк, к утру ты сама попросишься в психушку. Такое сложно перенести без последствий.

  Кларк подходит к дому, поднимает руку, для того чтобы постучать, но дверь сама открывается, ее уже встречает Беллами. Она слегка обескуражена и сильно удивлена. Получается, что её прихода ждали, прям здесь у двери, следили за ее приближением.

  — Привет, Кларк. Ты пунктуальная. Проходи пожалуйста. — он жестом приглашает ее войти.

  Кларк приостанавливается в прихожей, ожидая пока Беллами закроет за ней дверь и вспоминая, что за 19:00 перевалило еще, когда она говорила с Леной в гостиной. Да, пунктуальна, как никогда, этого не отнять.

  — Линкольн будет чуть позже. Мы успеем пропустить по стаканчику и вспомнить старшую школу. — не отрывая от нее восхищённого взгляда, продолжает он.

  — Не буду против выпить, но старшую школу желания вспоминать нет. А где Окти?! — с надеждой спрашивает Кларк, ища ее взглядом.

  — Я на кухне, Кларк. Сейчас подойду. — раздается звонкий голос Октавии.

  Что-то металлическое падает на пол.

— Скотина! Не беси, а то метну, как фрисби!

   Беллами тихо смеется, косясь на кухню, где Октавия поднимает с пола миску и всё содержимое летит в мусор.

  Она чертыхается, шевеля лишь одними губами. — Салат на этом ужине подавать не будут. — думает Кларк, пока они, не торопясь проходят к дивану в гостиной.

  Блейк не сводит глаз с Кларк, любуясь всеми ее телодвижениями. Кларк честно старается не споткнуться об собственные ноги или об старый ковер, брошенный на пол.

  Она садится на самый край дивана — жутко не удобный, пружины так и впиваются в ягодицы. Кларк ерзает на нём, чтоб хоть как-то найти место поудобнее и не испытывать дискомфорт от этого предмета интерьера, которому давно пора на помойку.

  Беллами с глупой улыбкой на лице идет к столику с мини-баром, что-то рассказывая. Но Кларк почти не слышит его. Ее внимание полностью занято не приятными ощущениями от этого дома и его ауры.

  Она озирается по сторонам, переводит взор на книжный шкаф у стены. Множество книг, к которым не прикасались очень давно, судя по слою пыли. Множество маленьких статуэток, их количество не поддается разумному объяснению. Свечи, от которых осталось совсем немного. Выгоревший воск прилип к полке.

  Звучит тихая музыка, до этого момента она даже не замечала ее. — Знакомая песня. Лучше бы играла другая пластинка. — думает Кларк. Она пытается сложить в своей голове пазл, довольно странного наблюдения. Это та самая пластинка?! Ну ты и засранец — упер проигрыватель, с пластинкой?! Мелочная мразь. Фу.

  Беллами подаёт стакан с виски ей в руки, вырывая её из раздумий и присаживаясь рядом. На кухне слышно, как Октавия борется за спасение ужина.

  Пару минут они просто сидят, не говоря ни слова, и попивают каждый из своего стакана. Наконец, шаги Октавии, приближающейся к гостиной, разряжают обстановку.

  — А вот и я. С удовольствием составлю вам компанию, пока мы ждем Линкольна — она направляется к бару, наполняет себе бокал и уже с ним плюхается в кресло напротив и растекается по нему. На ее лице усталая улыбка.

  Беллами неодобрительно следит за всеми ее действиями.

  — Когда мы виделись последний раз, пропала Рейвен. — начинает Кларк. Ей тяжело даются эти слова. То событие было для нее сильным ударом. На следующее утро она проснулась не от будильника, а от стука в дверь и полиции на пороге. Ее сердце до сих пор замирает в груди от воспоминаний.

  Прошло не мало времени, но она надеялась, что Рейвен объявится. Может она просто встретила кого-то и, бросив все, сбежала. Хотя, так она никогда не делала — это совсем на нее не похоже.

  Тело в доме Лексы, окончательно развеяло в Кларк надежду, на чудесное спасение Рейвен и ее возвращение. Скорее всего, ее тело так же покоится в чьем-то доме. Или даже это и есть ее тело.

  Кларк делает паузу перед тем, как продолжить, не подавая вида, что начинает паниковать. — Теперь Лекс…

  — Когда мы вышли из бара, вас уже не было. Полиция думает, что она сбежала. Мне жаль, Кларк.

  — За что, Беллами?! — Кларк прищуривает глаза, ожидая ответа.

  Она не понимает к чему относятся его извинения. Это сожаления о пропаже ее любимых людей или о том, чем может закончится их встреча. Она, не понимающе, следит за его выражением лица.

  Беллами встает с дивана и подходит к ней вплотную.

  — За то, что будет дальше.