две недели

Прошло две недели с тех пор, как Карсон в последний раз видел кого-то из их общего круга.

Он намеренно избегал звонков, игнорировал сообщения в групповых чатах и не открывал дверь, когда слышал настойчивый стук. Но город был слишком тесен для его одиночества.

В ту среду он зашёл в небольшую кофейню на углу - ту самую, где они с Ларком обычно брали выпечку. Карсон надеялся проскользнуть незамеченным, забрать свой заказ и исчезнуть, но судьба распорядилась иначе.

— Карсон? — голос прозвучал как выстрел в тишине.

Он замер, сжимая в руке бумажный стакан. Обернувшись, он увидел Мэрила - их общего друга, который когда-то познакомил его с Ларком.

Мэрил выглядел неловко.
Его взгляд бегал по лицу Карсона, задерживаясь на бледности кожи и тёмных кругах под глазами.

— Привет, Мэрил, — Карсон попытался улыбнуться, но губы словно онемели.

— Я... пытался дозвониться, — Мэрил сделал шаг ближе, понизив голос. — Слушай, мы все очень сопереживаем. Мы хотели зайти, но подумали, что тебе нужно время.

Слово «мы» ударило Карсона под дых. Это «мы» больше не включало Ларка. Оно стало чем-то внешним, чужим.

Мэрил протянул руку и на мгновение сжал плечо Карсона. Это было простое человеческое сочувствие, но для Карсона это прикосновение стало проводником тока.

— Как ты? — спросил Мэрил, и в его глазах читался тот самый страх, который люди испытывают перед чужим горем.

— Нормально, — соврал Карсон, чувствуя, как внутри всё начинает дрожать. — Просто много дел. Учеба, работа...

— Ларку бы это не понравилось, — Мэрил попытался разрядить обстановку слабой шуткой. — Он бы заставил тебя бросить всё и поехать в горы. Помнишь, как он тогда, прошлым летом, вытащил нас всех на озеро посреди ночи?

Карсон кивнул.

Перед глазами вспыхнула картинка: ночное озеро, запах костра и Ларк, ныряющий в темную воду с громким криком, а потом выныривающий и смеющийся, откидывая мокрые волосы с лица.

Это воспоминание было настолько живым, что Карсону на секунду показалось, будто он слышит этот смех прямо здесь, среди шума кофемашины.

— Да, — выдавил он. — Помню.

— Он был... был особенным, Карсон. Самым живым из всех нас, — голос Мэрила дрогнул. — Несправедливо, что именно он...

— Извини, мне пора, — резко перебил его Карсон.

Он не мог больше слушать.

Каждое слово Мэрила, произнесенное в прошедшем времени, забивало гвоздь в гроб его спокойствия.

Он почти выбежал из кофейни, не чувствуя, как обжигающий кофе плеснул на его пальцы.

Он шел по улице быстро, задыхаясь, пока не завернул в пустой переулок.

Там Карсон остановился, прислонившись спиной к холодной кирпичной стене, и закрыл глаза.

Боль, которую он так старательно усыплял рутиной, вернулась с удвоенной силой. Она была физической, она разрывала грудную клетку, не давая сделать полноценный вдох.

Встреча с Мэрилом напомнила ему о самом страшном: мир продолжает вращаться.

Люди пьют кофе, шутят, вспоминают Ларка как «особенного друга» из прошлого, а для Карсона Ларк всё еще был настоящим.

Он всё еще ждал его на кухне, он всё еще был в запахе куртки, в тишине квартиры.

Карсон сполз по стене вниз, обхватив колени руками. В этом грязном переулке, вдали от сочувствующих глаз, он впервые позволил себе признать: он не справляется.

Мир без Ларка не просто стал серым - он стал невыносимо громким и чужим.