Глава 75

Я видела шоу, где вы с Цинь Кэ снимались.

Цинь Кэ получил это сообщение, когда уже сидел в VIP-зале в аэропорту.

Во время Весеннего фестиваля в аэропорту всегда многолюдно.

По радио одно за другим раздавались объявления о вылетах и прилетах.

Цинь Кэ посмотрел на текст на экране, и перед его глазами всплыла обиженная мордочка маленького щеночка.

Та, что Сун Юньжань нарисовал тогда на снегу.

Два больших уха грустно повисли, в глазах плескалось разочарование и одиночество. Так и хотелось повесить этому песику на грудь табличку «Я очень хороший, пожалуйста, усыновите меня».

Цинь Кэ немного подумал и ответил: [Хочешь встретить Новый год в другом городе?]

Динь. Сун Юньжань, развалившийся на столе, мгновенно выпрямился.

Пришедшее сообщение моментально привело его в чувство. Его умный мозг тут же выцепил самое важное в этом сообщении.

Цинь Кэ приглашает его втретить Новый год вместе.

Так не хочет расставаться со мной?

Сун Юньжань с улыбкой что-то промычал. Какой же этот Цинь Кэ привязчивый! Я же только попросил его пораньше вернуться, а он сразу решил забрать меня с собой.

Никакой самостоятельности! Без папы и дня прожить не может! Глядишь, лунатить начнет по ночам, разыскивая отца.

Это нехорошо, подумал Сун Юньжань, надо при случае попенять ему на его нездоровую зависимость!

В 17:00 Сун Юньжань проснулся. Самолет уже заходил на посадку.

Он протер глаза, выглянул в окно, увидел незнакомый город, и сердце его наполнила паника.

Какой же он импульсивный.

Получив сообщение Цинь Кэ, он тут же попросил помощника Тана забронировать ему билет.

Ему повезло! Он купил последний билет первого класса на тот же рейс, которым должен был лететь Цинь Кэ. И сразу рванул в аэропорт. Встретившись с Цинь Кэ, они не успели даже словом перемолвиться.

Все произошло так быстро, что у него не было времени обдумать сложившуюся ситуацию.

И только, когда самолет стал опускаться на взлетно-посадочную полосу, он вспомнил, что Цинь Кэ вообще-то летел провести Новый год со своей матерью.

Сун Юньжань мгновенно занервничал. Он встретится с матушкой Цинь Кэ! А-а-а-а! Я к этому не готов!

Интересно, какая она? Может, она просветит их своим рентгеновским зрением и сразу вычислит их любовные с Цинь Кэ отношения, потом, как в романе, выхватит чековую книжку, черкнет сумму со множеством нулей и скажет: «Вот тебе N-ное количество миллионов, оставь моего сына в покое».

...О нет, это явно не ее роль.

Сердце Сун Юньжаня, рванувшееся на волю, вновь вернулось на место.

Если они такие богачи, то тетушка скорей всего подумает, что... он - хулиган, преследующий ее сына!

От этой мысли Сун Юньжань занервничал еще больше.

Эта тревога преследовала его до самого приземления.

Пассажиры уже один за другим покинули салон самолета. К нему подошел Цинь Кэ и, заметив тревогу на лице Сун Юньжаня, спросил:

- Тебя укачало?

- А? Нет, - Сун Юньжань решительно поднялся с кресла. – Пойдем. Если мне суждено с этим столкнуться, то ничего не поделаешь. От судьбы не убежишь.

Цинь Кэ:

- ...?

Забрав багаж, они на лифте спустились в подземный гараж.

Время от времени мимо них проходили пассажиры, Цинь Кэ опустил поля шляпы и тихо прошептал, глядя в телефон:

- Машина припаркована в зоне C. Подожди, она сейчас подъедет.

Сун Юньжань молча натянул маску до самых глаз.

Нервно сглотнул и не удержался от мучавшего его вопроса:

- Твоя мама - свирепая?

Цинь Кэ от неожиданного вопроса даже растерялся:

- Что?

- Ну, если я ей не понравлюсь, - попытался объяснить Сун Юньжань, - она изобьет меня вешалкой?

Цинь Кэ пристально посмотрел в полные серьезности глаза Сун Юньжаня, смутно понимая, откуда взялись его опасения.

Теперь понятно, какие бредовые мысли опять бродили в его голове. Неужели он действительно думал, что в мире найдется хоть один человек, который бы вышвырнул его из дома?!

- Определенно нет. Она была рада, что я пригласил своего друга, - уверенно заявил Цинь Кэ.

Сун Юньжань подумал – ну какой же его парень глупый, и ехидно поинтересовался:

- Не боишься, что она что-то заметит? Она же твоя мать!

На чужое ехидство Цинь Кэ с серьезным видом ответил:

- Чего ты боишься? Ты же мой отец.

- ...

Сун Юньжань потерял дар речи. Ладони непроизвольно сжались в кулаки. Он решил избить этого коварного сына, лишенного всяких приличий, размахнулся и... когда его кулак уже подлетал к груди Цинь Кэ, из-за угла вынурныла белая машина и, затормозив, остановилась прямо перед ними.

В окне машины отразились два силуэта.

Как неприлично! Пойман на месте преступления.

Сун Юньжань замер. Окно машины со стороны водителя опустилось. И он взглядом столкнулся с глазами красивой женщины средних лет.

Он виновато потупил взгляд. Ему казалось, что в глазах женщины он ясно увидел вопрос «Что это ты делаешь?».

В мгновение ока Сун Юньжань разжал кулак и заботливо похлопал Цинь Кэ по плечу, якобы стряхивая с него несуществующую пыль:

- Посмотри на себя, ты весь в пыли.

Цинь Кэ:

- ...

Это прозвучало так естественно, что стало понятно, что именно так Сун Юньжаня ругал отец, когда он был ребенком.

Цинь Кэ тихо рассмеялся и наклонился к окну:

- Мама.

Из-за этого инцидента Сун Юньжань всю поездку не осмеливался открывать рот. Крикнул только «привет, тетя!», когда садился в машину, потом притворился воспитанным мальчиком, сложил ручки на коленях и затих.

Конечно, не забывая тайно наблюдать.

Мать Цинь Кэ звали Цинь Няньжун. Мать и сын были похожи – и овалом лица, и высоко посаженными бровями и холодным выражением лица.

Даже говорили они одинаково спокойным тоном. Ну, прямо женская версия Цинь Кэ.

Дом Цинь Кэ находился недалеко от аэропорта. И через двадцать минут они уже подъехали к подъезду.

Судя по внешнему виду здания, этот район был из старой застройки. Но гараж был светлым и чистым, что свидетельствовало о хорошем содержании жилого объекта.

В необъяснимо странной атмосфере они поднялись на лифте на седьмой этаж.

Цинь Няньжун открыла дверь и вошла первой, нашла две пары тапочек и поставила их перед ними, затем ее глаза скользнули по Сун Юньжаню, на миллисекунду задержавшись на его лице, и она объявила:

- Добро пожаловать. Проходите, пожалуйста.

Сун Юньжань выпрямился, как солдатик, вытянул руки по швам и проблеял:

- Извините, что беспокою вас.

Цинь Няньжун посмотрела на него и задумчиво отвела взгляд.

Сун Юньжань, еле дыша, как хвостик посеменил за Цинь Кэ. В гостиной присел рядом с ним и стал яростно подмигивать Цинь Кэ, намекая, чтобы тот как-нибудь разрядил атмосферу - иначе твоему отцу придется покупать обратный билет!

Цинь Кэ все понял:

- Я... - начал он, но тут зазвонил его телефон, он увидел, что звонит Чэнь Цзин, и быстро бросил. – Я отвечу на звонок.

Цинь Кэ отошел в сторонку. Сердце Сун Юньжаня готово было остановиться в ту же секунду.

Он и Цинь Няньжун смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами, чувствуя, как их улыбки с каждой секундой теряют всякую теплоту.

После нескольких секунд молчания Цинь Няньжун вдруг встала:

- Хочешь что-нибудь съесть?

- ... Спасибо, тетушка.

Разве мог Сун Юньжань отказаться!

Цинь Няньжун принесла и поставила перед ним тарелку с нарезанными фруктами и пару пакетиков с закусками:

- Ешь, не стесняйся.

Правая рука Сун Юньжаня, потянувшаяся за маленькой вилочкой для фруктов, предательски дрожала.

Он подцепил кусочек дыни и уже собрался положить его в рот, как внезапно услышал:

- Я видела шоу, где вы с Цинь Кэ снимались.

Дыня с чавкающим звуком упала на пол.

Сун Юньжань:

- ...

Цинь Няньжун:

- ...

Они молча посмотрели друг на друга. Сун Юньжань поднял несчастный кусочек дыни, выбросил его в мусорное ведро и, неловко хихикнув, сказал:

- Ха-ха, я не думал, что тетушка смотрит такие шоу.

Сказал и тут же пожалел о сказанных словах.

Что он вообще несет? Почему это она не может посмотреть шоу, в котором принимает участие ее ребенок?!

Сун Юньжань оцепенел. Отложил вилку для фруктов и мысленно дал себе оплеуху.

Но если она смотрела эту программу, она не могла не заметить их тесного взаимодействия.

Возможно, ей уже не терпится расспросить его об этом.

И не делает этого она по одной причине – ей неудобно говорить об этом при Цинь Кэ.

Пока Сун Юньжань мучился этим вопросом, госпожа Цинь меланхолично думала о своем.

Так странно. В «Неспешном праздном путешествии» Сун Юньжань был таким веселым живчиком, прыгал и озорничал, как милый маленький ребенок.

Почему же сейчас молчит? За последние полчаса и слова не сказал.

Даже фрукты и закуски, что она подала, казалось, не вызвали у него интереса.

Я ему не нравлюсь?

Они оба одновременно нахмурились и дружно повернулись и посмотрели на Цинь Кэ.

- Хорошо, я понял. Желаю тебе хорошо встретить Новый год, - Цинь Кэ повесил трубку, поднял глаза и увидел две пары молящих о помощи глаз. - ...?

Он подошел к своему чемодану и достал из него красиво упакованную подарочную коробку:

- Мама, это подарок, который приготовил для тебя господин Сун.

- Для меня? - лицо Цинь Няньжун дрогнуло, равнодушие сменило удивление, она взяла коробку и увидела на ней логотип своего любимого бренда, это были средства по уходу за кожей. – О, это слишком дорогой подарок. Мне неловко.

Сун Юньжань непонимающе заморгал. Он так торопился в аэропорт, что, конечно же, не успел купить подарки.

Цинь Кэ ему многозначительно подмигнул, Сун Юньжань заморгал еще интенсивнее.

Потом пару раз глубоко вдохнул-выдохнул, сердце счастливо билось в его груди, набрался смелости и вежливо улыбнулся:

- Тетя, пожалуйста, примите этот подарок. Если вам не нравится эта марка, то я куплю вам другой комплект.

Это был первый раз, когда Цинь Няньжун услышала такую пространную речь от Сун Юньжаня.

Цинь Няньжун незаметно облегченно выдохнула и вежливо сказала:

- На самом деле, вы могли бы и не заморачиваться с подарками. Я благодарна вам, что вы, Цинь Кэ рассказывал мне, всегда очень заботитесь о нем.

Видя, что неловкая атмосфера, наконец, изменилась к лучшему, Сун Юньжань немного расслабился:

- Я должен о нем заботиться, в конце концов, я же - его отец...

Цинь Няньжун:

- А?

- ... властный президент.

Сун Юньжань готов был покусать себя и, стыдливо опустив голову, пролепетал:

- Я же его босс, а начальники должны заботиться о своих сотрудниках.

Цинь Кэ повернулся к нему и мягко улыбнулся.

Цинь Няньжун наконец успокоилась – такой Сун Юньжань был ей знаком, он и в шоу нес всякую чепуху, но выглядел при этом очень мило и совсем не раздражал.

Наверное, он просто стеснялся, предположила Цинь Няньжун.

Она осторожно подтолкнула закуски поближе к нему:

- Тетя сейчас будет готовить. А ты пока, если голоден, перекуси.

Сун Юньжань кивнул, подождал, пока Цинь Няньжун покинет комнату, и облегченно выдохнул.

Он чуть не умер от страха. К счастью, когда атмосфера в комнате накалилась до верхних значений, Цинь Кэ вспомнил о подарке. Если бы он так вовремя не перевел тему, Сун Юньжань боялся, что тетушка и в самом деле схватилась бы за вешалку и избила бы его прямо в гостиной.

Но теперь Сун Юньжань уже беспокоился о Цинь Кэ, ведь тот подарил свой подарок от имени Сун Юньжаня.

Сун Юньжань укусил кокосовое печенье, пожевал, подумал и, подозвав Цинь Кэ, шепотом спросил:

- Теперь тетушка считает, что это подарок от меня, она не станет винить тебя, что ты не приготовил ей подарок на Новый год?

- Вряд ли, - Цинь Кэ взял салфетку и вытер сладкую крошку, прилипшую к уголку губ Сун Юньжаня.

Тепло его пальцев чувствовалось даже через бумажную плоть салфетки. Сун Юньжань судорожно сглотнул.

В этот момент он как раз пытался слизнуть эту сладкую кокосинку, высунул язык и невольно коснулся его кончиком пальцев Цинь Кэ.

Цинь Кэ замер. В его глазах мелькнула многозначительная улыбка.

Сердце Сун Юньжаня пропустило удар, и только тогда он понял, что он только что сделал.

Он закашлялся и сделал вид, что ничего не произошло:

- Э-э, не создавай проблем, мгм. Слушай меня.

- Говори, - Цинь Кэ выбросил салфетку, поднял руку и провел кончиками пальцев по губам своего парня. - Я слушаю.

Сун Юньжань пораженно замер, потом отмер и быстро обернулся, чтобы посмотреть - не видела ли госпожа Цинь проделку Цинь Кэ. Хлопнул Цинь Кэ по шаловливой ручке и прошептал:

- Веди себя прилично.

Голос его звучал свирепо, словно это не он только что, как ласковый щенок, облизал чьи-то пальцы.

Цинь Кэ со смешком убрал руку, зная, что даже в поддразнивании тоже нужно знать меру. А то этот милый щенок и озвереть может.

Да и мать может заметить неестественно раскрасневшееся лицо Сун Юньжаня.

Сун Юньжань настороженно посмотрел на него:

- Будь серьезьней. Завтра Новый год. Подарок так просто не купишь. Может, я просто подарю тетушке красный конверт?

- А? - Цинь Кэ нахмурился. - Красный конверт?

Тон Цинь Кэ смутил Сун Юньжаня, он встревожился и неуверенно спросил:

- Думаешь, это неуместно? Дарить деньги – безвкусно, да?

- Я думал... - Цинь Кэ взглянул на него и медленно спросил. – А я не получу новогодний подарок от папы?