I

Холодное зимнее утро. Солнце едва пробивалось сквозь облака, всё ещё скрытое за горизонтом. На часах полседьмого, смена вот-вот закончится, и можно с чистой совестью сдать всё в сейф и ехать домой отсыпаться. Я — Артемий Авро, мне 22 года, и уже год работаю в патрульной полиции города Асент после выпуска из академии. С детства мечтал стать полицейским, стремился быть как мой отец , но где-то в 15 лет понял, что не хочу такой жизни для себя. Всё изменилось быстро, и от той беззаботной счастливой жизни остались только воспоминания. Тот летний день стал тем самым моментом, который сломал всё. 25 июля был важным днём для моего отца и матери. Мой отец был капитаном в патрульном батальоне, и его должны были наградить за отличную службу и повысить до начальника отдела полиции. Это повышение было результатом многолетнего упорного труда и заслуг перед службой. Он работал в полиции больше 25 лет, и его карьерный путь был примером для многих. Мой отец был уважаемым человеком в нашем городе, им гордились коллеги, а для меня он всегда был эталоном. Он заслужил повышение, и все, что оставалось — это получить должность начальника отдела. Однако, после того дня, когда ему должны были вручить награду, все изменилось. Его жизнь и наша семья пошли по другому пути.

Было решено, что я не пойду в тот день в школу — так как важно было быть рядом с родителями в этот день. Помню всё, как вчера: филармония, огромный зал, украшенный цветами, живая музыка на фоне, люди в дорогих нарядах, а рядом мама — красивая, счастливая, в последний раз испытывающая такие эмоции. После награждения отец словно стал другим — задерживался на работе до поздней ночи и не всегда приходил трезвым. Мама успокаивала меня, что это всего лишь из-за новой должности, что с ней приходит и большая ответственность. Она уверяла, что скоро всё вернётся на свои места. Но не вернулось.

— Эй, Артемий, ты что, завис? У тебя от сигареты уже только фильтр остался, — сказал Норман, подшучивая.

— Всё норм, — ответил я, выкидывая окурок на землю. — Просто задумался немного.

— Всё нормально? — беспокойно спросил Гилберт, подглядывая на меня из-за руля.

— Да-да, всё в порядке, я думал вы уже уехали домой — спокойно ответил я, вытряхивая пепел.

— Ахах, так Гилберт опять ключи потерял, — хихикнул Норман, обращаясь ко мне.

— Да не начинай ты , — ответил Гилберт, — Артемий, давай я тебя подкину домой?

— Да ладно тебе, я сам доберусь, — отмахнулся я.

—Я ж не кусаюсь — сказал Норман с улыбкой.

—Хех , ладно. Спасибо, Йорц - направляясь к машине , сказал я .

Ехать было недалеко — минут 25. Я жил в соседнем доме с Гилбертом, а Норман — через два дома. Поэтому часто ездил с ними на работу и обратно.

— Слушай, малец, ты не бери в голову слова кэпа, — нарушил молчание Норман.

— Да я и не беру, привык уже, — попытался я скрыть раздражение и обиду, будто на себя, а может, и на капитана.

— К этому не привыкать. Он всегда тебя с отцом сравнивает? — продолжил Гилберт.

—Да, не помню, чтобы он когда-то не упоминал моего отца, — немного вздохнув, сказал я. — Не очень хочу об этом говорить.

— Окей, малец, будет по твоему. Слушай, Йорц, а что там в "Форсе"? Слыхал, там места появились? — спросил Гилберт, не отрывая взгляда от дороги.

— Не знаю, я как ушёл, так и больше не общался с пацанами. А что, думаешь, уйти? — ответил Норман, пожав плечами.

Гилберт чуть хмыкнул, задумавшись, и продолжил:

— Да, что тут таить? Не моё это в полиции работать, да и зарплата не очень. Ты же понимаешь, дети — это очень затратно, особенно девчонка.

Норман рассмеялся, кидая на меня взгляд:

— Хахах, да, дружище, понимаю. Она у тебя ещё маленькая, а когда подрастёт, трат будет больше. Мои вот девочки — ещё те транжиры, но что не сделаешь для своих принцесс.

Я тихо посмеялся в ответ, наблюдая за дорогой. Мы с ребятами всё чаще уходили в такие разговоры:

Да уж, и так всегда. Начинается всё безобидно, а заканчивается разговорами про их девочек-принцессок. Вы не подумайте, я детей люблю, и своих хочу, но не сейчас — молод я ещё для такого.

Гилберт, будто вырвав меня из раздумий, повернулся ко мне:

— Артемий, а ты как, и дальше будешь в полиции? Хочешь по стопам отца пойти?

Я вздохнул, отвернувшись к окну:

— Не знаю, не уверен, что буду дальше работать тут.

Норман поддержал разговор:

— Так иди в "Форс", раз места там есть. Работа неплохая и зарплата отличная.

Гилберт, наклонив голову, удивлённо посмотрел на Нормана:

— Если работа хорошая и зарплата отличная, чего ж ты ушёл-то?

Норман ответил с усталой улыбкой:

— У меня ж семья, нужно хоть когда-то видеться с ними и принимать участие в воспитании.

Я задумался, его слова заставили меня ощутить, как важно найти баланс между работой и личной жизнью:

— Я думал о "Форсе", но боюсь, такая жизнь не для меня.

Норман воскликнул, поднимая брови:

— Ох и молодёжь. В наше время мы хватались за всё, лишь бы не сидеть у родителей на шее. Если не полиция и не охрана, тогда может в армию? Там всегда людей не хватает. Я могу узнать у своих, что да как.

Я кивнул, чувствуя, что разговор действительно заставил задуматься:

— Спасибо, я подумаю.

За разговорами не заметил, как подъехали к моему дому. Попрощавшись с коллегами, я зашёл в магазин за сигаретами. Утро было по-настоящему холодным и снежным. Пляшущий снег, порывы ветра — всё это создавало зимнее настроение конца февраля. Лифт, как всегда, не работал, и мне пришлось подниматься на восьмой этаж с тяжёлым рюкзаком.

Дома было тепло и тихо. Мама на дежурстве в больнице, а кот мирно спал на моей кровати. Сделав все процедуры, я наконец-то смог лечь в постель и погрузиться в тишину.