Глава 4. Ученики Велеона. Часть вторая

На холме находилось капище — святилище, где человек имеет шанс связаться с богами, поговорить с ними. Удаётся это мало кому. О людях, слышащих божественный глас, рассказывают как о героях мифических сказаний. Их нарекли волхвами.

Служение богам означает полный отказ от мирских удовольствий и посвящение жизни делу. Волхвы не обладают магией, но им открыто будущее. И что здесь хорошего? Лада и сам своего рода волхв. Зачем обменивать свободную жизнь на возможность слышать надоедливый придирчивый голосок полубогини? Лада бы с радостью от него отказался. Ему и одного вечно недовольного голоса в голове хватало.

Если колдуны расплачиваются за магию здоровьем, то волхвы нервными клетками. Прорицателям настолько хочется чувствовать себя избранными? Лада так и представляет этих гонящихся за славой пустозвонов звездочётов, гадающих по снам. Зрелище, верно, жалкое.

Считающий, что быть волхвом удивительная честь для человека — никогда не испытывал подобной пытки. В мысли Лады в любой момент может ворваться с непрошеным мнение райская пташка. От неё невозможно избавиться. Даже наедине с собой не побудешь. Лада лишён базового человеческого досуга — подумать о глупостях, смотря в потолок. Обязательно появится она и надменно спросит: «Душенька, тебя действительно волнует, разные ли личности у голов двуглавого сокола, и ссорятся ли они?». И ведь не ответит на вопрос!

Лада в прошлой жизни был всё равно что богом этого мира. И в кого он превратился? В слугу пташки. Судьба — вот главная злодейка любой истории. Лада связан с богами. И при том он абсолютно бессилен и проклинает свою слабость.

Холм окольцовывало широкое неестественное углубление в земле, в которое приходилось спускаться, после чего не без труда забираться наверх, чтобы попасть к капищу. Велеон считает, на этом месте долгое время спал змей. Сам Полоз.

Ладу всегда интересовало, почему зверь, нечистая сила, не разрушил святилище людей, а бережно свернулся вокруг капища, будто старался не задеть его. Но со змеями он дружбы не водил, потому спросить было не у кого. Неужели здесь годами спал тот самый Полоз, с кем суждено сразиться Анке? Какой он, этот змей? Наверное, ужасно страшный. Каково увидеть гигантское чудовище? «У меня остановилось бы сердце», — убеждённо подумал Лада. Ему остаётся надеяться, что Полоза он никогда не повстречает.

Лада уверен, что должен бояться, но отчего-то, напротив, успокаивается, съезжая вниз. След змея необъяснимо завораживает его всякий раз, притягивает. Лада спешит отбросить злое наваждение.

Лин помог Ладе вскарабкаться по земляному склону и вылезти на поверхность, они поднялись к холму. Им открылось восхитительное зрелище. Над капищем расползались изгибающиеся сверкающие полосы ярчайшего радужного света. Извивающиеся красочные линии блестели, струились, плавали по голубому небосклону, зачаровывали. То магическая энергия, скопившаяся в святилище в столь большом количестве, что её видно невооружённым глазом смертного. Она напоминала Ладе полярное сияние из другого, его мира.

По всему цветущему холму, усыпанному хрупкими голубоватыми луноликами, стояли тонко вырезанные прекрасные деревянные идолы богов и богинь. Велеон на вершине поклонился Дажьбогу, богу солнца, чья скульптура, казалось, сияла. Все боги и богини равны. Среди них нет высших и низших. Однако Велеону кажется, что солнечный бог важнейший. Дажьбогу поклоняется всё живое.

Велеон спустился к покровителям царства нечисти и мертвецов, склонил голову в знак уважения перед Чернобогом и Мареной, воплощающей смерть и холод зимы. Лада прошёл мимо идола богини, имя которой носит. Её деревянное тело заросло зеленью и цветами. Лада — богиня любви, красоты, а по некоторым поверьям, ещё и счастья. Последнего в жизни её молодого последователя очень не хватает. Лада ищет покровительства счастливой богини.

Велеон спустился к идолу Велеса. От него учитель заимствует силы, с ним заключил договор. Велес — тёмный бог, уводящий души умерших в подземное царство. Считают, служение ему приносит богатства, и что он покровитель творцов. Видимо, Велеон все богатства спрятал под кроватью. Покровитель творцов? Прямо как одна болтливая особа. Стань Велес музой Лады, жизнь изменилась бы. Но в какую сторону пошли бы изменения никому неизвестно. Лада думает, что бог, сопровождающий смерть, придумает задания интереснее, чем пташка. И надоедать не станет, работой занят.

У Велеса необычная магия, он умеет превращаться в зверей. Братья подозревают, что верный ему Велеон тоже овладел обращениями. Иногда Лада представляет, как учитель превращается в муху, а дальше... Развязка предсказуемая.

— Вашего последователя обижают, хозяюшка, — пожаловался Лада, прикоснувшись с скульптуре богини.

«Молчит? Не горюй, милая душенька, быть может однажды твой зов услышат», — давя смех, сказала Алконост.

— Хозяюшка, смилуйтесь, заберите меня отсюда. Пожалейте, напишу для вас, что захотите.

«Не гневи Великого».

— Меня хотят разлучить с вами, хозяюшка, — Лада приобнял скульптуру. — Убивают. Я почти мёртв.

«Ты и Ладе душу пообещать вздумал? В клочья после смерти разорвут».

— Занозы сам будешь доставать.

Лада вздрогнул, услышав Лина, шарахнулся от идола богини.

— Думаешь, я вырасту таким же красивым? То есть мы.

Лин насупился.

— Не смешно?

Идиотом меня считает, уверился Лада.

— Ты разве не пошёл за Велеоном?

— Нужно заговорить амулет, он велел позвать тебя, — объяснил Лин.

Брат развернулся и двинулся к скульптуре Велеса. Лада поплёлся за ним. Велеон сел напротив идола, на шею Велеса он надел изготовленный для заказчика амулет из волчьих когтя и шерсти, временно наделяющий человека силой зверя. Лада чувствовал гнетущую обстановку. Амулет готовился для чёрного дела — убийства. Велеон всегда говорил, что берётся за любой заказ, пока условия выполнения не вредят ему. За прошедшие годы случалось всякое.

Если для колдовства не требуется высокий уровень мастерства, но обряд или заговор занимает много времени, Велеон отдаёт заказ ученикам. Неподвижно часами стоять на коленях перед идолами, чтобы заговорить снадобье, поделиться кровью и силами с уважаемым учителем, поджечь избу чьего-то надоедливого соседа — всё долг учеников. За непослушание, проступок, неправильное колдовство провинившегося ждёт наказание.

Лада и Лин сели по разные стороны от идола. Велеон закрыл глаза и начал зачитывать заговор:

— Ты — тьма, ты — путь, ты — магия. Молю о помощи, призываю твои силы. Надели амулет частью своей энергии, великий Велес.

Учитель повторял заговор. Лада и Лин присоединились к нему. Заговаривая амулет втроём, они многократно усиливали заклинание. В святилище, наполненном энергией, колдовать получается легко, поэтому капище они посещают часто. Велеон даже отпускал братьев одних, уверенный, что те не посмеют ослушаться его перед божественными ликами.

Вокруг скульптуры Велеса вспыхнуло пламя, закрывшее его. Велеон открыл глаза, загоревшиеся золотым светом, поднял руки и медленно опустил. Пламя погасло после его движения. Амулет засиял тем же золотым светом, что и глаза колдуна. Закончив, Велеон ушёл первым, позволив братьям недолго побыть наедине.

— Понял? — нетерпеливо спросил Лин.

— Что?

У Лады не было настроения угадывать его мысли.

— Он ослабеет. Без нас заговор провести не способен. На капище! Мы его победим.

Лада сдержанно кивнул.

— Сомневаешься? Позволишь ему обглодать твои кости? Велеон скоро потеряет своё могущество, и я убью его. Освобожу нас.

— Не дождёшься, щенок, — сипло рассмеялся Велеон, гордо вышагивающий впереди.

Учитель всегда всё слышит и видит.

— Я заберу твоё тело раньше, — запугивал Велеон, — а из братца твоего вытяну всю силу, убью его и выброшу негодную шкуру. Или мне съесть его, а косточки обглодать? — воспользовался тем, как выразился Лин, он.

«И то, и то — чудесная перспектива», — содрогнулся Лада.

— Ублюдок, — выругался Лин. — Мы тебе не скотина. Не позволю жить в моём теле. Лучше утоплюсь. Сгорю!

— Наглец, — с едким одобрением протянул Велеон. — Ай да наглец.

Планами на их жизни учитель поделился незамедлительно, стоило им зайти в его терем. Знакомиться Велеон умеет. Ладу ничуть не опечалило, что учитель смакует фантазии о его смерти. В прошлой жизни он сталкивался с преподавателями и похуже. Грамоте Велеон их с братом обучил, рецепты снадобий передал, колдовские возможности они расширили. Славный учитель. Да, жаждет убить Ладу ради поглощения его сил и переселить свою душу в тело Лина. Так это уже его личная жизнь. Стерпится. И какой учитель не мечтает о кровавой расправе над учениками?

Лада давно не спрашивает: «Почему я?», «За что?». Миру очевидно плевать. События происходят, случайно или по велению высших сил — не имеет значения. Его выбрали без причин. Богам нет разницы издеваться над ним или кем-либо ещё. Ему не повезло. Или повезло. Тут как посмотреть. Шанс один на миллионы.

Велеон с учениками вернулся к терему. Озёрная вода подхватила Ладу и Лина за ноги. Велеон присматривал за ними с островка. Настал час ежедневной учёбы. Лада с завистью смотрел на брата. Лин вызвал могучее пламя, повелевал им, как послушным зверем. Огонь двигался вместе с ним, кружился вокруг него, не гас, соприкасаясь с водой. Пламя подчинилось Лину, стало частью его тела, словно образовывалось внутри него, отделялось от самой души. Огонь приподнимал его над водой, позволял взлететь, пятками скользить по озеру. В какой-то момент пламя покрыло каждый участок его кожи. Лин горел и походил на второе солнце.

Лада глубоко дышал. Синий огонь дрожал. Ладе не удавалось удерживать его. Пламя отделялось, улетало, потухало из-за водных брызг. Лада уменьшил огонь, чтобы он не погас окончательно. У него не получалось игнорировать недовольство Велеона. Не сдавайся, не смей, сказал про себя он. Велеон сцепил руки в замок, создал магическую цепь, рванувшую к Ладе. Только не снова. Испуганный крик прорезал тишину. Лада инстинктивно вызвал высокую стену огня, оградившую его от цепи, и та утонула. Велеон удовлетворённо оскалился. Глаза Лады защипало от слёз облегчения.

Тренировки с огнём поначалу были сложнее. Чтобы раскрыть весь потенциал жара, Велеон мог заставить братьев целый день беспрерывно высвобождать пламя, обжигаясь от переутомления. Магический огонь — своенравный зверь. Если в руке колдуна не будет достаточной твёрдости, укусит. Велеон учит братьев чувствовать связь с огнём.

Учитель рассказывал, что магия делится на два вида: естественную и дарованную. С первой рождаются ведьмы и ведуны, лешие, водяные, кикиморы, домовые и прочая нечисть. Естественная магия не вредит обладателю. Нечисти просто её использовать. Дарованную магию люди получают от богов, становясь колдунами. За неё приходится дорого платить. Дарованной магией трудно овладеть целиком, смогли лишь величайшие колдуны и колдуньи. Единицы из тысяч.

— Правила магии? — спросил Велеон.

Братья одновременно без запинки проговорили заученные слова:

— Следовать законам природы, сливаться с ней. Обращаться к духам предков, помнить о прошлом. Магия повсюду, черпать силы из любых доступных источников.

Придуманными Велеоном правилами завершался каждый урок. Вскоре учитель ушёл в терем. Отлично. На какое-то время братья предоставлены сами себе. Волна отнесла Ладу на островок. Лин не вылезал из воды, продолжая упражняться в управлении огнём. Ладе следовало бы делать заготовки для варки новой порции лечебного снадобья, однако он предпочёл задержаться и понаблюдать за братом.

«Непохоже, но я взрослый человек. В душе. Я готов пойти на уступки. Плохие отношения со злодеем не помогут мне выжить. Конфликты решаются разговорами», — размышлял Лада.

Лин сбросил с себя пламя и без помощи чар озера доплыл до островка.

— Что? — раздражённо спросил он у Лады.

— Заметил, что я жду тебя?

— И?

«Как бестактно!»

— Хочешь поговорить о чувствах? — уже в середине фразы Лада сообразил, как глупо она звучит для брата.

Лин наморщил нос и развернулся, собираясь нырнуть в воду для продолжения тренировки.

— Ты зол на меня?

Лин застыл. И что дальше, думал Лада. Он выпалил первое, что пришло на ум.

— Из-за провального побега? — предположил Лада.

Лин издал разочарованный короткий смешок. Лада не угадал. Лин сделал шаг к воде.

— Стой, — Лада схватил его за предплечье.

Лин использовал жар. Полыхнуло пламя. Лада чудом не обжёгся, успев отдёрнуть ладонь. Лин резво прыгнул в озеро.

— Мило поговорили. Что за нахальный мальчишка? Совсем не воспринимает меня всерьёз.

«Ты не задумывался, что проблема не в Лине?» — без капли сочувствия спросила Алконост.

— Я никогда не любил детей.

«Не сомневаюсь, что это было взаимно», — муза беспощадно потешалась над Ладой.

— Ты не представляешь насколько.

Оставшиеся до ночи часы Лада провёл за варкой снадобий. В конце дня он заснул, едва положив голову на подушку. Ночь выдалась особенная. Его не мучили кошмары. Ласковый ветер невесомо касался кожи. Разлетающиеся волосы щекотали щёки. Лада вдыхал свежий воздух, впервые за годы чувствуя умиротворение. Он лежал на спине и не хотел размыкать веки, боясь, что стоит это сделать, сладостный сон закончится. Под ним дышало гигантское существо.

Лада слышал стук чужого сердца, совсем человеческий, звучащий для него одного. Удары усыпляли, дарили столь долгожданную и желанную безмятежность. Лада не видел, но знал точно — он дремлет на Полозе. Змей, наводящее страх чудовище, позволяет ему отдыхать на своём чешуйчатом теле.

Любопытство одержало верх над страхом. Лада нерешительно приоткрыл глаза, и чарующий вид слепящего красотой небесного разноцветного сияния приковал его взгляд. Он поднял руки, любуясь многочисленными звёздами сквозь расставленные пальцы. Мимо него пролетали сорванные ветром лепестки луноликов, полностью раскрывшихся и засветившихся под полумесяцем. Лада ни о чём не переживал. Тревоги отступили, он растворился в хрупком волшебном сне. Лада отдался такому знакомому, но позабытому чувству, словно он... Дома.