Глава 5. Стэйси. Аутсайдер.

Я искала что-то, что можно выпить. Закуски уже не было, да и закусывать для лохов. Откуда-то появились Лу и Агата и буквально накинулись на меня. Опять отвечать на однотипные вопросы и наигранно улыбаться – всё, что я умею. Ладно, я умею многое, но быть лицемерной мразью мне удаётся лучше всего.

-Ну что?

-Вы опять?

-Как оно? Признавайся.

-Когда вы уже признаетесь в том, что вы пара, Стэйси?

Закатила глаза.

-Всё как обычно, сучки. Сколько раз повторять: мы с Мартином просто друзья.

Вряд ли они в это поверили. В любом случае, мне наплевать. Я почти не соврала. Мы с Мартином не встречаемся. Я знаю, он считает наши взаимоотношения сложными и молчит об этом, но я лично я не вижу никаких сложностей: во-первых, я действительно считаю его лучшим другом несмотря на то, что мы кучу раз переспали. Во-вторых, люди стремятся удовлетворить собственные потребности, и мы тоже это делаем, хоть это и звучит прозаично и приземлённо.

Мартин много о чём молчит. Он ни слова не скажет о том, что действительно для него важно, но будет смеяться над каждой моей тупой шуткой и в подробностях рассказывать, какой вкусный сэндвич он ел на завтрак и как красиво было за его окном на рассвете. Когда он это расскажет, я скажу, что оно того не стоило. Мартин пошлёт меня, а я – его, и мы посмеёмся.

У меня нет к нему чувств. Он крутой друг, более того, единственный человек, которого я могу назвать другом, не считая своих многочисленных недоподружек и их глупые лица. Не знаю, зачем я это делаю. Я вижу людей изнутри, и это не всегда приятно – скорее наоборот. Вижу, что Мартин от меня без ума. Было бы странно, если бы он в меня не влюбился. «Никто не полюбит тебя, пока ты не полюбишь себя», - сказано у тупицы Агаты в статусе на Фейсбуке. Скажу так: это чушь. Лично я себя терпеть не могу, но это уже другая история. Именно то, что я себя не люблю, заставляет меня выглядеть еще круче и притягивать к себе людей ещё сильнее. Это комплекс неполноценности и одновременно превосходства, комплекс Бога. Нестабильная самооценка – то, что делает меня ещё лучше для других и ещё более мерзкой для самой себя.

Нестабильная самооценка – то, что формирует мою потребность делать людям больно. Я специально делаю Мартину как можно больнее. Я перецеловала практически всех популярных парней, а с некоторыми всё зашло гораздо дальше. А после – моя коронная фишка – исчезнуть, морозиться, не отвечать и игнорировать. Так я чувствую себя круче, или создаю для себя самой иллюзию мнимой «клёвости».

Я немного потанцевала, догналась шотами и стала всматриваться в пёстрое танцующее месиво.

-Ищешь очередного мальчика на ночь? - Мартин, появившийся за моей спиной, натянуто улыбнулся.

-Очень смешно, Мартин. Ищу новые знакомства. Как тебе вон тот? - я указала на кудрявого парня, которого раньше не замечала.

-Смазливый, но пойдёт.

Забавно говорить об этом после того, чем мы с Мартином занимались полчаса назад.

Мартин уже нёс коктейль какой-то девчонке на класс младше. Дурак. Понятия не имеет, что я знаю, что он даже других девушек целует исключительно из-за меня.

Я подошла к кудрявому красавчику, который одиноко сидел на пуфике-мешке. Видно было, что он ощущает себя на своём месте. Странно. Одиночкам на тусовках обычно некомфортно.

-Привет, - я подсела к нему, - ты новенький?

Он улыбнулся:

-Привет. Я новенький, да. Не сложно догадаться. А ты, кажется, Стэйси?

-Откуда ты знаешь? Я польщена,

-Я уже много что знаю про эту школу, хоть это и странно. Я Джеймс.

Я говорила с ним в своей привычной манере холодного флирта. Скучновато, конечно, но пойдёт. Мне часто скучно. Тем более, сейчас эта скука стоит того, чтобы поцеловать красивого новенького самой первой из этой чёртовой школы.

Через какое-то время Джеймс посмотрел куда-то в окно и будто бы спохватился:

-Знаешь, Стэйси, у меня есть одно неотложное дело. Приятно было познакомиться.

Самое время действовать.

-И мне, - я похлопала ресницами, заправила за ухо волосы и положила левую руку ему на шею.

Я так со всеми делаю, честное слово. Теми же движениями. Но сейчас всё пошло не так, как обычно. Взгляд кудрявого стал холодным, отстранённым и уставшим. Я так же смотрю на себя в зеркало, когда прихожу домой.

-Не стоит, Стэйси. Нам всем понятно, что это лишнее, - Джеймс встал с пуфика и ушёл.

Не сказать, что я расстроилась из-за этого. Всякое бывает. Из-за придурков я принципиально не переживаю. Мой взгляд упал на противоположный конец комнаты. У стены стоял вечно радостный Петр, но сейчас он не улыбался. Рядом с ним – его друг, тот аутсайдер, с которым меня посадили на химии. Я даже имени его не помню. Петр смотрел на меня с грустью и завистью. А аутсайдер – с призрением, свысока, так, будто бы это не я целовалась с самыми крутыми парнями, не я всегда выглядела лучше всех и не я никогда не теряла лица. Он смотрел так, как будто бы ему искренне меня жалко, но жалостью снисходительной. И это меня задело больше, чем Джеймс, который меня отшил. Этот задрот своим равнодушным взглядом как будто бы целенаправлено пытался найти во мне то, что я так старательно прячу за ярким макияжем и самыми дорогими шмотками.