Глава 22

День проходил по заведенному расписанию: завтрак, занятия, чтение, практика по зельеварению — ничего из ряда вон выходящего. Разговоры по душам сегодня не планировались. Снейп заявил о необходимости поработать в лаборатории, и Гарри подумал, что накануне, пожалуй, перестарался со своим любопытством. Он вынудил Северуса вспоминать тяжелые вещи, и теперь тому требовалось время, чтобы взять себя в руки.

Только вот Кричер прекрасно знал причину, почему Снейп чуть ли не на весь день отгородился от Поттера. Эта причина — их совместно проведенная ночь. Ну... не совсем совместно, но в одной постели. А это весомый стимул для того, чтобы изменить свое мнение и согласиться с его, Кричера, доводами: лучшей пары, чем Гарри, Северусу не найти. На обед хитрый эльф намеревался сварить специальный соус, который заставит желания разыграться еще с большей силой, подхлестнув фантазии. За неимением другого объекта, Снейп непременно обратит свой взгляд на красивого молодого хозяина. За безопасность Гарри Кричер не переживал. Он отлично изучил мастера Северуса и его гипертрофированную порядочность. Похихикивая, Кричер принялся стряпать особое угощение для Снейпа, очень любившего мясо с ароматными соусами.

Перед самым обедом покой замкнутого мирка Блэк-хауса нарушил не слишком приятный гость, но прогнать его жильцы особняка не осмелились. Как-никак своим присутствием их почтил сам великий светлый волшебник Дамблдор. Гарри читал в библиотеке, когда Кричер, тихо причитая, сообщил ему о посетителе:

— Не мог старик позже прийти... или раньше, или вообще сегодня не являться и не портить такой замечательный обед, приготовленный Кричером для хозяев.

Гарри заметил, что Кричер иногда в разговоре или вот как сейчас, в своих причитаниях, и Снейпа называл хозяином. Это было странно, ведь эльфы не признают хозяином кого угодно. Но Гарри решил, что это связано с давней необычной дружбой Северуса и старого домовика, поэтому абсолютно не зацикливался на чудаковатости собственного эльфа.

— Директор, добрый день. Профессор Снейп — в лаборатории, он планировал освободиться только к обеду. У вас что-то срочное? Мне позвать его? — Поттер, встретивший Дамблдора у камина, был сама воспитанность и предупредительность.

— Здравствуй, Гарри. Я думаю, не стоит тревожить Северуса. Пусть развлекается со склянками и котлами, — директор выразился так, словно Снейп в лаборатории игрался, а не работал. Это немного покоробило Поттера, который в последнее время проникся уважением к своему угрюмому учителю и его нелегкой судьбе. — Давай побеседуем вдвоем, если ты не против. Как ты себя чувствуешь? В прошлый раз, когда я приходил, Северус сказал, что ты неразумно израсходовал магическую силу и был нездоров.

— Спасибо, директор, мне гораздо лучше, — Гарри старался изъясняться кратко, чтобы случайно не выболтать чего не следует. Он жестом пригласил Дамблдора пройти в дом и, сопровождая его, учтиво поинтересовался: — Вы присоединитесь к нам за обеденным столом? Это уже скоро.

— Благодарю за приглашение. Пожалуй, я пообедаю с вами, я не поел в Хогвартсе, и не хотелось бы беспокоить эльфов, когда вернусь. Да и поговорить нам нужно.

Между тем они зашли в столовую, где Кричер уже начал сервировать стол. Тот искоса зыркнул на Дамблдора и исчез.

— Гарри, как ваши успехи в окклюменции? Северус сообщил, что у тебя уже есть хорошие результаты, — Альбус врал, рассчитывая этим польстить Поттеру.

— Все не очень радужно. Вряд ли профессор мог хвалить меня за успехи, — Гарри выдавил из себя ухмылку. Он точно знал, что именно Снейп сказал директору, и это было отнюдь не одобрение его достижений. — Конечно, у меня что-то уже получается лучше, чем когда мы занимались в школе. Но... — Гарри развел руками, якобы за неимением аргументов в свою пользу.

— Ты должен стараться. У вас совсем мало времени. Я пришел уточнить дату, когда ты переедешь к тете. Ты же не можешь пугать своих родственников криками по ночам? — Дамблдор покачал головой, но в его тоне не чувствовалось ни капли искренности.

В этот момент в столовой появился Снейп, вызванный Кричером. Он слышал последние слова директора.

— Здравствуй, Альбус. Зря ты надеешься, что Поттер переедет к Петунии. Он твои бумаги разорвал, а после его Инсендио от них остался лишь пепел, — Северус, ядовито усмехаясь, начал наступление на мечты Дамблдора.

— Гарри! Как ты мог?! Зачем ты порвал договор? Теперь придется писать новый. Ладно, это поправимо, — Дамблдор предпочел сделать вид, что не понял всей серьезности ситуации, словно Поттер случайно испортил документ о временной передаче прав на Блэк-хаус.

— Директор, не стоит опять тратить силы на восстановление уничтоженного мной договора. Я его все равно не подпишу, — Гарри говорил спокойно. Он уже десять раз репетировал эту речь. — Я не собираюсь пока никого пускать в Блэк-хаус. Кричер сейчас приводит особняк в порядок. Посторонние люди в здании будут мешать ему. Я хочу, чтобы к моему дню рождения он справился с ремонтом хотя бы в основных комнатах.

— Гарри, зачем ты заставляешь домовика чинить дом, если сам уедешь отсюда? — Дамблдор продолжал притворяться ничего не понимающим стариком.

— Мне еще почти два месяца здесь жить до начала занятий. Да и потом на каникулах было бы неплохо, чтобы меня окружал уют, а не хлам, как в сарае.

— Гарри! Ты намекаешь, что Сириус жил в сарае? Ты совсем не уважаешь память о крестном. Так нехорошо, — Дамблдор попытался отложить тему о пребывании Поттера в Блэк-хаусе. Он еще намеревался пообедать до того, как они примутся спорить, слишком уж аппетитно пахло от практически накрытого Кричером стола.

— Почему не уважаю? Напротив, я стараюсь сделать все то, чего Сириус не успел. Я обязан как бы жить и за него тоже, — Поттер упрямо посмотрел в глаза Дамблдору.

— Давайте поедим, — Снейп прервал гляделки Гарри и директора.

За обедом разговоры решили не вести и отдали должное поварскому искусству Кричера, которое было несомненным. Мясо оказалось нежнейшим, салаты необычными, а соусы домовик подал каждому отдельно. Возможно, чтобы не требовалось тянуться через стол. Хотя не исключено, что и еще по какой-то причине. Кто их разберет — этих старых домовиков? Фруктовый десерт стал прекрасным дополнением к обеду.

— Кричер, большое спасибо, все очень вкусно, — искренне поблагодарил Гарри домовика, заметив при этом, что Дамблдор скорчил странную мину: складывалось впечатление, что его покоробило такое уважительное отношение к эльфу. — Теперь самое время продолжить нашу беседу, директор. Я вас внимательно слушаю.

— Северус, — Дамблдор прикинулся, будто Поттер и не к нему только что обращался, пропустив мимо ушей его слова. — Ты выполнил мою просьбу?

— Какую из них, Альбус? Насчет договора я уже тебя проинформировал, — хмуро сказал Снейп.

— Как с окклюменцией? Ты добился результата? — директор говорил, игнорируя Гарри, точно его здесь не было и он не имел никакого касательства к поднятому вопросу. Это Поттеру не понравилось. Но он догадался, что Дамблдор пытался вывести его из себя. Об этом же его осторожно предупредил выразительным взглядом и Снейп.

— С окклюменцией лучше, чем ничего, но до выдающихся успехов по-прежнему далеко, — Северус постарался выглядеть безэмоциональным, словно обсуждаемая тема его абсолютно не интересовала.

— Это очень плохо. У нас совсем мало времени, и если вы не добьетесь результатов, то мальчик отправится к своей тете без защиты на разуме. Он может сойти с ума от этих видений о деяниях Тома. Северус, ты безответственно относишься к моим заданиям, — Дамблдор отчитывал так, словно Снейп не написал ему домашнее эссе. — Боюсь, раз Гарри не позволяет Ордену Феникса снова собираться в особняке, то и тебе придется уехать из Блэк-хауса, когда он покинет его. Ведь Гарри еще несовершеннолетний и не имеет права без одобрения опекуна принимать решения о поселении в доме кого бы то ни было. А как я могу дать согласие, когда сам не располагаю законным допуском сюда?

— Директор, а с чего вы взяли, что я куда-то намерен уезжать? — не выдержал Поттер прессинга Дамблдора, направленного на Снейпа.

— Гарри, мальчик мой, не стоит опять начинать наш бессмысленный спор. Ты через три дня поедешь к тете, где тебя будет защищать любовь твоей мамы...

— Директор, при чем любовь моей мамы к дому моей чокнутой тетки? Мама никогда не посещала тот дом! — возмущение все же прорвалось в тоне Поттера.

— Это кровная защита, Гарри. Я тебе уже рассказывал об этом. Петуния — родная сестра твоей мамы. Лили пожертвовала собой, чтобы ты остался жить, и таким образом создала особую защиту, которая проявляется там, где есть ее кровные родственники, — Дамблдор даже не заметил, как сам слегка запутался, а Поттер сразу этим воспользовался.

— Во мне тоже течет кровь моей мамы, следовательно, где бы я ни жил, там меня и будет охранять созданная ею защита, — Гарри самодовольно посмотрел на Дамблдора. — К тому же тут достаточно охранных чар, установленных предками Сириуса. А на доме тетки что? Она — маггла. Как она может мне помочь?

— Гарри, нельзя так неуважительно отзываться о тете, она растила тебя, тратила на тебя свои силы, свою любо...

— Только не говорите о любви тетки! Если жизнь в чулане, прокисшая и засохшая еда, постоянные пинки и вопли — это, по-вашему, любовь, то она мне не нужна. Директор, я не уеду из Блэк-хауса. И профессор Снейп, если согласится и посчитает необходимым для себя, тоже останется здесь, потому что мне требуются его уроки. У меня как раз начало что-то получаться, а вы собираетесь помешать нашим занятиям, — Поттер выглядел немного взвинченным, но не повышал голос и старался быть вежливым и убедительным.

— Гарри, извини, мой мальчик, но вынужден настаивать на твоем отъезде к тете, — Дамблдор попытался изобразить на лице сожаление, но у него это не вышло, так как злобно сжатые губы портили всю картину.

— По какому праву вы, господин директор, распоряжаетесь тем, где мне жить? — Поттер не удержался и подпустил в тон сарказма.

— Я твой опекун...

— Вы. Не. Мой. Опекун. Профессор Дамблдор, я через поверенного обратился в Министерство Магии в Отдел по надзору за несовершеннолетними наследниками, — Поттер слегка погрешил против истины. — Мне сообщили, что у меня был единственный опекун — Сириус Блэк, и предложили назначить воспитателя. Я отказался, ввиду того, что уже перешел границу пятнадцатилетнего возраста и считаюсь условно-совершеннолетним. Финансовые вопросы я решаю с поверенным в Гринготтсе. Остальное — на мое усмотрение. Так что, простите, директор Дамблдор, со всем моим уважением, но я никуда не поеду, — Поттер сложил руки на груди и изо всех сил старался не выглядеть слишком довольным от того, что утер нос директору.

Дамблдор растерянно уставился на Поттера. Даже злость куда-то делась. Он после заключения Блэка в Азкабан добровольно взял на себя обязанности опекуна. За почти пятнадцать лет ни один волшебник не усомнился в его преимуществе, позволявшем управлять жизнью Избранного. Никто никогда не оспаривал его привилегии заботиться о Поттере, включая Министерство. А теперь оказывается... Теперь оказывается, что какой-то там занюханный отдел, о существовании которого Альбус вообще не слышал, отобрал у него право опекунства? А как же пятнадцать лет усердий и тревог? Как, в конце концов, он сможет что-то заставить сделать этого бунтующего подростка? Нет... Альбус, конечно, знал, что он не законный опекун. Но ведь никто и не стремился взвалить на себя эти обязанности.

Размышляя так, Дамблдор допускал одну логическую ошибку. Как кто-то посмел бы пойти против воли великого светлого волшебника, председателя Визенгамота и директора знаменитой школы магии? Как кто-то мог усомниться в его словах? Но закон есть закон. И когда опекаемый потребовал открыть правду, ему не отказали.

— Северус, а ты в курсе этого? — немного взяв себя в руки, спросил Дамблдор. — Того, что Гарри выяснял детали об опекунстве в Министерстве?

— Вы не приказывали мне следить за Поттером двадцать четыре часа в сутки и не предупреждали, что он не должен ни с кем общаться. Я, как бы там ни было, не нянька вашему герою, — фыркнул Снейп, уверенный, что о его роли во всем этом деле Дамблдор не пронюхает, так как документ, подписанный им, уже трансформировался в заключение об отказе в назначении воспитателя Поттеру и в ту самую писульку, присланную ему Министерством. Магия закрепила его согласие поручиться за Гарри, Министерству этого достаточно, а хранить лишние бумаги оно не собиралось. О принятом решении в соответствующей книге просто появилась отметка: «Отказался».

— Значит, вот как получается, Гарри, я столько лет о тебе заботился, а теперь ты не нуждаешься в моих советах? — Дамблдор чувствовал, как ожесточение и досада начинают скручиваться в тугие спирали, грозя вырваться наружу, бесконтрольно ломая доверительные отношения, которые строились несколько лет.

— Почему же, директор? Я обязательно прислушаюсь к вашим советам. Они для меня по-прежнему ценны. Я только не хочу жить с теткой и останусь в своем доме. Это ведь не конец света? Вы будете желанным гостем здесь, если не станете настаивать на моем отъезде из Блэк-хауса. Я всегда выслушаю вас и даже подчинюсь вашей воле, если посчитаю предложенное приемлемым для себя и для Рода, — Гарри старался выглядеть радушным и говорить сладко, как это неизменно делал сам директор. — И еще, пожалуйста, верните ключ от моего сейфа в Гринготтсе.

— Понятно, — процедил в бороду Дамблдор, довольно резко поднялся с места и, не прощаясь, покинул гостиную, не взглянув ни на Гарри, ни на Северуса.

Ему срочно требовалось серьезно подумать. Много о чем подумать. Невзирая на смену обстоятельств, Поттер оставался Избранным, и в планы Дамблдора не входило выпускать его из сферы своего влияния. Следовало решить, как вести себя дальше, и попытаться найти рычаги воздействия, с помощью которых будет возможно справиться с вышедшим из повиновения мальчишкой.

Снейп сразу после ухода директора тоже покинул столовую, объявив, что его ждет незаконченное зелье. Не мог же он сказать, что в течение всей беседы еле себя сдерживал, чтобы не улыбнуться Гарри, тот почему-то казался ему сегодня просто замечательным: и разговор с Альбусом он правильно вел, и его, Снейпа, освободил от обвинений Дамблдора, и глаза его за стеклами очков сверкали ярче обычного, и улыбался он так заманчиво и притягательно... Вот на этих мыслях Северус и сообразил, что за неузнанная им специя была добавлена в соус, поданный Кричером к мясу. Да и причина личных соусников для обедающих также становилась ясной как день. Старому эльфу придется держать ответ.