Глава 16 Поджав хвосты
Ночь, время 03:00.
Закрыв входные двери, безликий Андре, готовился к перестрелке. Неутешный отец встал у выхода с охотничьим ружьём в руках. Его намерения были верны, презрения заслуженны, а мысли чисты. Нет большей трагедии, чем смерть любимого дитя и нет оправданий тому, кто совершил безжалостный поступок.
- Твою мать, - прошептал Себастьян, прислоняя поседевшую голову к моей спине.
Я шел впереди и уже ступил на ровную поверхность, как брат снова прикрыл меня своими плечами. В ту минуту замолчали все твари земные, небесные и разумные.
- Вы отняли последнее у старика. Армэль, - безжизненно прохрипел уже мертвый душою мужчина - как ты мог убить её, мою девочку, - он заплакал, однако это никак не сказалось на его мотивации пристрелить нас.
- Господи, Андре, вы обвиняете меня в том, о чём я и подумать несмел.
- Лжец! Она рассказала мне о тебе и об этом ублюдке, - перекинув прицел на Себастьяна, он высказал то с чем жил целый день - ты струсил и убил её! Признайся!
Кинув быстрый взгляд на труп генерала, ослепший Андре обрёл стойкую уверенность в своей правоте, которой не было и в помине. Сейчас необдуманная речь может свести нас в могилу, но какие слова подобрать, чтобы не обидеть и тем самым оправдаться в ранимых глазах?
- Андре, мадам Каролин подтвердит мою невиновность и докажет, что убийцей вашей дочери стал прокурор Готье. Отпустите меня и брата, видит Бог, нам предначертана не лёгкая дорога. Думаю, вы поймёте, если я скажу вам, что обидчик уже понёс наказание, ежели хотите убедиться, просто поднимитесь наверх.
Спрятавшись за спиной Себастьяна, я болтал без остановки, неумышленно вспоминая о побеге Кристофа. Стало быть, купец поверил мне при виде третьего трупа. Теперь же оставалось попрощаться с ним и наконец, покинуть безымянную улицу волшебной столицы республики.
Лошадей мы добыли в ближайшей конюшне за горстку монет, однако, не все хотели отпускать новоиспечённых беглецов. Кардинал, получивший послание прокурора, перед тем как тот выстрелит в Сесиль, приказал увеличить патрули на выходе из Парижа. Повсюду болтались мундиры, среди которых встречался надзорщик - Бенедикт. Целых четыре часа мы прятались по всему городу под эстетными мостами, в крысиных канавах заброшенных районов и только к рассвету, когда уставший гарнизон впадал в спячку, нам удалось пробраться к западным воротам.
Новость о гибели Готье не на шутку взбесила Короля и папского наместника, они ожидали скорейшей расплаты с убийцей прокурора.
Плотный туман сгущался легким дождём и привкус просыревшего пороха поднимался вверх насыщая безвкусные потоки ветра. Оставалось каких-то пару метров до долгожданной свободы, да как-бы не так, верно, Господь? Свирепый крик одного из мундиров, кой показался из-за угла прилежного домика расположенного на городской черте, пробудил остальных живодёров ото сна. Вместе с преследователями, мы устремились в гущу прилагающего леса. Копыта стучали неустанно, бесперебойно поднимая пыль, а следом подбрасывая моховой покров влажной земли. В скором времени, за спиной послышался лай собак, готовых растерзать любую живность белой чащи. Мы скакали несколько часов в безызвестном направлении, но я чётко понимал - Кристоф должен быть где-то впереди за белой простынёй.
- Армэль, Этрета в двух днях пути, лошади не выдержат и половину начертанного.
Себастьян был встревожен и на то были веские причины.
- Будем надеяться, что сможем найти перевалочный пункт, где удастся сменить лошадей. Вероятно, мы успеем догнать Кристофа.
Проговаривая выше сказанное, я искренне улыбался надежде, думая, что она не подведет на этот раз. Просить помощи не у кого, молить о поддержке беспечно, ибо Бог покинул моё сердце, прибрав к рукам одичалый разум.