Глава пятая Слабость

Долгое время, я тащился на плече безымённого гражданина. Каков характер? Каковы намерения? И почему, его не казнили за измену? Моя воля иссякла, сгорела до тала. В глазах двоились вопросы, ответы на которые недоступны.

Оказавшись у открытых дверей, недавно покинутой квартиры, я осознал себя, принял затаившееся сознание и тотчас захотел исправить или же попытаться обогнуть высеченную дорогу в ад. Понимал, что конечным прибежищем будет огонь, но мысль о продлении остатка никчёмной жизни, с помощью нечистой любви, одушевляла.

- Не представляю, что ты там делал, но судить не посмею, - заглушив тишину, сказал парень, втягивая живот. - Вероятно, тебя тревожит вопрос, почему, я ещё жив? Ответ прост – власть. Отец откупил родственную душку, за горстку монет.

Он закрыл дверь и присел рядом, на краю кровати, желая отвлечь безумца от насущных проблем. Правда, единственной проблемой, являлся он сам. Я же посмертно глядел в потолок, рассуждая о попытке предоставленной дьяволом, если говорить дословно, то этой - возможность обрести счастье, а уж потом извечно тлеть.

- На границе, - заговорил гость, после минутного молчания, - творилось страшное, душераздирающее противостояние. Нет, я не бежал с поле брани, лишь расправился с псевдо товарищами. Предатель? – восклицал он, опустив глаза. - Несомненно, это так, но выбор в пользу самого себя, был превыше чести рабского мира, - сняв шляпу, парень прилёг и тоже уставился на деревянный кордон, прогнивший под тяжестью столетий. – Насилие над детьми и женщинами, противоречило праведности, - оправдываясь, добавил месье.

Тем делом, что-то ёкнуло в моём сердце, и я набросился на него с животной страстью, поцеловав прямо в нежные губы. Долго не думая, он отшвырнул похотливо чудовище, и я оказался на полу.

- Простите, это случайность, - отпираться было слишком поздно.

- На подоконнике тридцать серебряников, это плата за предоставленные услуги. Сожалею, если давал повод, - его слова впивались кинжалом, впрочем, легкий испуг, в глазах собеседника, давал надежду на будущее. Или же нет?

Вскоре, я остался один. Снова одинокий, никому не нужный упрямец, грубиян и фантазёр. Грязные, похотливые мысли, сгущались под чирикание пташек, переждавших зиму на райских островах, под жужжание первых пчёл и расцвета ранней растительности, запах которых бил по рецепторам пятака.

Обеденные часы, отметились невероятно жаркой погодой. Сложно поверить, но с ухода благородного соседа, я не вставал с постели. Меня будто припечатали к кровати и для полной уверенности, полили клиновым сиропом, ну, чтобы более не причинил вреда.

Вдруг, глухой стук по двери, подшвырнул скрученную в рогалик тушку. Кого ещё занесло? – небрежно и даже с долей негодования, пробубнили уста.

- Сегодня, не принимаю! – от непонятного страху, я отошёл подальше.

- Это Сесиль, - непринуждённо, выговорила дама. – Принесла круассанов, открой, пожалуйста, - словно скромная девица, она пятилась на лестничной площадке.

- Может позже, наведаешься? Немного занят, начищаю сапоги, - как бы отвадить, подумалось мне.

- Твоё состояние, вводит в ужас. Позволь войти, - она самостоятельно открыла дверь.

Какая наглость, войти без разрешения. Глупец, почему не запер замок – критика обрушилась на дурную голову.

- Не стоило, - очнувшись от контузии, источая смрад из иссохших уст, сказал я.

- Как же! Посмотри, какой бардак, - она поставила тарелку с круассанами на шкаф и принялась убираться.

- Положи, не трогай. Хватит! – нехотя вскрикнул я, но пожалел. – Пойми, - у-ф-ф, удручённый вздох, поднялся из низин лёгких, - мне не нужна помощь. Научись уважать и ценить себя, - сказал тот, кто и не знал, что такое ценность человеческой жизни

Одеяло в её руках, упало на исцарапанный пол. Грустные зрачки, увеличились при ментальном контакте со мной. Цвета утеряли отличие, шум за окном прекратил своё существование и полный беспорядок чувств обуял сокрушённый разум.

Не может быть...невероятно...сумасшествие! - кричала внутренний голос.

Долго не думая, скромная, временами брезгливая и прихотливая девушка, бросилась на меня, как на тюк сена. Удивительно то, как за такое маленькое количество времени, рождается куча мыслей, идей и не реализуемых замыслов. Я не вникал в происходящее, отбрасывая помыслы, которые то и дело твердили - возлежи с Сесиль!

Вероятно обида, затаившаяся после отвергнутых чувств, побуждала подчиниться похоти.

Предам ли себя? Быть может, перевоплощусь в обычного, ничем непримечательного человека? Как поступить?

Совсем скоро, мы прилегли на кровать, наслаждаясь друг другом. И всё же, меня не покидала симпатия к чему-то иному, не соответствующему правилам.

Нежные, словно только выловленные устрицы, губы Сесиль, соприкасались с иссохшей плотью. Длинные, шелковистые волосы развились надо мной, но я никак не мог отрыть глаз, дабы восхититься прелестями женской простоты, доступности любви. Рубаха сползла, обогнув шею и казалось, все прежнее кончено, да как бы, не так. Стыдливые слёзы, покрытые противоречием ожиданий, пролились из глаз.

- Армэль? – в ступоре, она посмотрела на меня сверху вниз. А, как мне, раскрыть веки?

- Сожалею, - горьким потоком эмоций, я вымолвил единственное, что пришло на ум.

Сердце сжалось в груди, кисло-сладкий привкус персика, пропитал горло. Окаменелые руки, боялись притронуться к чистому телу. Сонный паралич, поразил нервную систему, однако, Сесиль продолжала настоять на своём.

- Неважно, давай продолжим, - говорила она, не обращая внимания на боль и неисправимые страдания себе подобного.

- Прости. Мне не уважить тебя, ибо это покалечит разум и тело, - веки слегка приоткрылись, и я увидел милые глаза переполненные разочарованием.

Прикрыв корсет и обнажённые ляжки тряпьём, сброшенным мгновеньем ранее, она пошла прочь. Не скромно предположу, что проклятия так и летели в мою сторону, до тех пор, пока одно из них не настигло чёртову душу.

Во второй раз за день, сердце разбилось, оступившись о собственные предпочтения. Лунный свет пробился в окно, пронизывая тончайшее стекло. Будущее, веяло страхом, а потому, без пререканий с самим собой, я накинул рубаху, валявшуюся на холодном полу, взял с десяток монет и в буквальном смысле, бежал из дому. Вдоль ночной улицы, я направлялся в приевшийся кабак.

- Добрый ночи, - мундир, что встречал меня у здания Окружного Суда, встал меж мной и дверьми кабака.

- Спасибо месье и до свидания, - обойдя омерзительного человечка, я принялся дёргать железную ручку кабака, но она никак не поддавалась.

- Хочу предложить вам работу. Должность главного доктора, в составе суда, - сказал низкорослый мужчина.

Это предложение, могло кардинально изменить мою жизнь. Терять было нечего и думаю, иного выхода нет.

- Согласен, - довольно быстро, я выдал правильный ответ.

- Заведение, закрыто, - обозначив мою глупость, он продолжил. - Завтра с вами поговорит Кардинал, не опаздывайте. Встреча в 9:00, - безразборчиво протараторил мундир.

Ему показалось, что диалог окончен и более нет необходимости оставаться. Я же ожидал разъяснений, но пока мой разум разбирал предложение, в которое было вплетено – Кардинал, мужчина покинул общество туго соображающих.