Часть 23

То, что предлагал офицер, было ясно как день. И снова серийный убийца, казалось, начал убивать других без ограничений. На этот раз те, на кого нападали раньше, подвергались опасности повторного нападения, поэтому было необходимо защитить предыдущих жертв. Включая Фэн Юй Лана, в общей сложности было три человека, которым посчастливилось пережить первое нападение. Однако один из выживших недавно умер, что означало, что оставшиеся в живых остались только Фэн Юй Лан и другой человек, оба из которых были в опасности быть убитыми в любое время.

"Если это так, почему вы сказали, что кто-то обвинил меня в убийстве?" Теперь, когда Фэн Юй Лан понял, почему эта группа полицейских пришла за ним, он без колебаний перешел к теме, которая некоторое время беспокоила его.

"Довольно странно говорить, но жертва, которая умерла сегодня утром, похоже, сделала телефонный звонок перед тем, как скончаться; просто звонок не прошел. Проверив номер, мы обнаружили, что он предназначался для вас ..." Офицер объявил. "Из-за звонка семья погибшего была довольно взволнована. Они думают, что убийца - это ты, поэтому они хотят обвинить тебя в непредумышленном убийстве ".

Слова офицера шокировали Фэн Юй Лана. Он инстинктивно коснулся мобильного телефона под подушкой. Когда он проснулся после побега из камеры, его первой реакцией было схватить телефон и проверить время. В тот момент на его мобильном действительно был пропущенный звонок, но номер был незнакомым, поэтому Фэн Юй Лан предположил, что это был либо неправильный набор номера, либо случайный розыгрыш от какого-то незнакомца. В то время он проигнорировал это и вместо этого напрямую позвонил Ло Цзяну.

Полицейский взял телефон у Фэн Юй Лана, осмотрел его, а затем объяснил пару вещей парню. Хотя Фэн Юй Лан изначально был главным подозреваемым из-за этого телефонного звонка, как только полиция проверила камеры наблюдения в больнице, они обнаружили, что Фэн Юй Лан не покидал палату всю ночь. Посреди ночи медсестра зашла и проверила палату, а Фэн Юй Лан крепко спал в своей постели. Более того, от места преступления до больницы, в которой сейчас отдыхал Фэн Юй Лан, был целый час езды, а это значит, что у него не было бы достаточно времени, чтобы вернуться [если бы он совершил преступление]. Другими словами, у Фэн Ю Лана было надежное алиби, чтобы доказать, что он не был убийцей.

Поскольку они доказали, что Фэн Юй Лан не был преступником, следующие шаги было легче выполнить. У офицера были основания полагать, что Фэн Юй Лан может снова стать мишенью, поэтому он установил для Фэн Юй Лана следующее соглашение: "Из-за ваших особых обстоятельств мы лично попросим для вас одноместный номер. И ради вашей безопасности, вы будете под защитой нашей полиции во время вашего пребывания в этой больнице ".

Фэн Юй Лан выругался в своем сердце, вместо того, чтобы сказать такое приятное слово, как "защита", почему бы просто не сказать 'наблюдение'. К сожалению, он мог сказать это только про себя, не озвучивая вслух. У его сердца не было другого выбора, кроме как принять соглашение, поскольку отклонение такого предложения не принесло бы ему никакой пользы. В конце концов, рана Фэн Юй Лана еще не зажила, и он также не хотел получать больше смертельных травм.

Ло Цзянь, который стоял неподалеку, также был приглашен поговорить с одним из офицеров. Конечно, поскольку Ло Цзянь не имел никакого отношения к этому делу в первую очередь, он был свободен после нескольких вопросов. Ло Цзянь все еще чувствовал невыносимую тревогу; он чувствовал, что упустил из виду что-то чрезвычайно важное. Поэтому, прежде чем уйти, он сказал Фэн Юй Лану позаботиться о себе, а затем отправился один в бар Красная Паучья Лилия.

Было несколько вещей, которые босс не объяснил подробно. Однако наиболее волнующие проблемы касались Фэн Юй Лана и записки. Фэн Юй Лан не был игроком в игре, так как же его можно было пригласить? Он не писал на пустом письме, но как записка спонтанно превратилась в пригласительный билет? Это были вопросы, на которые Ло Цзянь нуждался в ответах, и единственным человеком, который мог ответить на них прямо сейчас, был босс.

Неожиданно, в тот момент, когда он вошел в бар, бармен Ноа проявил инициативу, чтобы поприветствовать его. Он сказал Ло Цзяну: "Ты, должно быть, ищешь босса. Он уже давно ждал вашего прибытия."

"Он знал, что я приду?"

"Конечно". Ной улыбнулся Ло Цзяну, а затем повел его в отдельную комнату на втором этаже. Конечно же, он увидел того бородатого дядю, который утверждал, что он Босс; его лицо покраснело от вина, и он растянулся на диване, совершенно неподвижный. Ной подошел и, без капли уважения, резко пнул босса. Другой поднял голову в пьяном оцепенении, увидел Ло Цзяня и икнул.

Он невнятно произнес: "Ты пришел ... ик...Я ждал тебя...долго!"

"Ты забыл упомянуть мне кое-что, когда мы говорили в прошлый раз?" Нахмурившись, Ло Цзянь сразу перешел к делу.

"Ах ... это верно. Я выпил слишком много и забыл об этом. Но, думая об этом, ты уже должен был понять, что что-то не так. " Босс отбросил бутылку в сторону, выпрямился на диване и потянул себя за растрепанные волосы, по-видимому, пытаясь что-то вспомнить. Выражение его лица было серьезным, когда он объяснил Ло Цзяну: "Прежде чем я отвечу на любой из ваших вопросов, я должен сказать вам кое-что, о чем я забыл упомянуть раньше... Это что-то очень, очень важное ".

"В камерах есть эта записка. Это листок бумаги с фиолетовым адским цветком, который вы часто видели в камерах. Цель этой заметки - не просто напомнить вам правила игры или дать вам несколько советов о ситуации, у нее есть и другие функции. Если вы возьмете эту заметку и зададите ей несколько вопросов о камере, она автоматически даст вам ответ... Проще говоря, это как если бы этот листок бумаги обладал собственным разумом; у него есть возможность общаться с вами! Но самое главное, этот документ оставит вам сообщение от имени воли камер. Вы должны адаптироваться к любым возможным изменениям, которые принесет вам записка! "

Рассказ босса несколько удивил Ло Цзяня. Он сразу же вспомнил свой первый опыт в камере; листок бумаги, который он держал в руке, определенно ответил на вопрос Ло Цзяня. Это заставило Ло Цзяня подумать о том, как Фэн Юй Лань был приглашен запиской, и он спросил: "Вы дали мне пустое письмо, когда я был здесь в последний раз, но без моего ведома оно внезапно превратилось в письменный пригласительный билет и пригласило моего друга, обычного человека, в игру. Это тоже было делом рук камеры?"

"Камеры никогда не пригласят обычных людей". Босс покачал головой и задумался на минуту, прежде чем ответить на вопрос Ло Цзяня. "Поскольку твоего друга пригласили, его ситуация, вероятно, такая же, как у тебя; он был выбран не просто так! Будучи новичком, он все еще не прошел свой первый судебный процесс, но поскольку он соприкоснулся с этой запиской, он был автоматически одобрен и приглашен игрой — но если он действительно примет приглашение, не будет ли это означать, что вы, ребята, стали командой? Это вдвойне сложнее, ах! Считай, тебе повезло, что ты можешь стоять передо мной прямо сейчас! "

"Я не могу не чувствовать, что что-то все еще не так". Ло Цзянь криво улыбнулся в сторону босса; однако он не мог игнорировать это смутное чувство беспокойства, которое кольнуло его сердце. Поразмыслив, стоит ли ему это говорить, он, наконец, продолжил: "Я не уверен, читали ли вы недавно газету, но на моего друга недавно напал серийный убийца ... это связано с камерой? "

Дедушка раздраженно взъерошил волосы; его ранее неухоженные волосы превратились в более грязное птичье гнездо, идеально подходящее к его растрепанной бороде. С горьким выражением лица он мрачно признался: "Я не имею ни малейшего понятия об этом. Хотя я гид для всех новичков в этом городе, я вовсе не всеведущ, но ... об этом серийном убийце в городе... На самом деле есть кто-то, кто обладает лучшей квалификацией, чтобы ответить на любые ваши вопросы. Он мой старший, и он должен что-то знать об этом. Ты можешь пойти и спросить его."

Босс сказал, что его старший придет в 8 вечера или в 9 вечера, примерно в то время, когда открывается бар, но было еще утро, так что до наступления ночи оставалось еще много времени. Босс предложил Ло Цзяну попытаться найти близлежащее место, чтобы убить время, но Ло Цзянь не знал, чем он может занять себя. Он только недавно вырвался из гнетущей обстановки камеры, так что все это свободное время на самом деле напрягало Ло Цзяня.

"Я никогда не объединялся с другими людьми на одном из уровней камер. Опять же, у меня никогда не хватало смелости сделать это ". У босса, казалось, было желание вступить в разговор с Ло Цзянем, и он радостно спросил: "Так каково это - иметь двойные проблемы?"

Ло Цзянь вспомнил свой опыт на корабле-призраке, и он не мог сдержать дрожь. Он ответил: "О ... мы оказались на корабле-призраке, окруженном густым туманом. Там были немертвые монстры, которых невозможно было убить, и трупы, которые могли вернуться к жизни."

Босс посмотрел на Ло Цзяня с жалостью, затем прокомментировал: "Согласно моему собственному опыту, степень сложности для вас действительно возросла. На самом деле, новичок, который прошел только первый, самый базовый уровень камер, предназначенных для начинающих, не должен так быстро сталкиваться с такой странной и таинственной камерой. "

"Это ..." Затем Ло Цзянь подумал о Сталкере, который был на корабле-призраке. Он взглянул на босса, затем осторожно спросил: "Ты все еще помнишь, как я сказал тебе, что столкнулся со Сталкером на первом уровне покоев?"

"Конечно, я помню. Почему? Ты снова его встретил?"

Ло Цзянь сделал паузу, не подтверждая и не отрицая этого. "Что произойдет, если человек столкнется со Сталкером во второй раз?"

"Что ж, тогда тебе очень не повезло, что на тебе выгравирована печать, я полагаю?" От слов босса по спине Ло Цзяня пробежал холодок. У него возникло искушение прикоснуться к круглой татуировке на шее, которая была скрыта его волосами. Босс не заметил, что Ло Цзянь вел себя неестественно. Он просто подошел к своему столу, чтобы взять бутылку вина, откупорил крышку и залпом осушил ее. Как только он допил половину бутылки, он икнул и добавил: "Но не похоже, что что-то подобное когда-нибудь случится".

"Почему нет?"

"Сталкеры будут отмечать только чрезвычайно сильную добычу, которой удалось сбежать от них, а вы...посмотри на себя. Ты невероятно слаб, так как это вообще возможно?"

"Вы когда-нибудь встречали игрока, который был отмечен?" Ло Цзянь очень хотел получить хоть какое-то заверение. Он размышлял над татуировкой, которую тот оставил у него на шее. Не говоря уже о том, что была еще та змея, которую Сталкер обернул вокруг своего запястья. Каждый день он чувствовал ощущение холода, тревожное извивание, перистальтическое* движение маленькой змеи; она всегда была там, постоянно напоминая ему о его ситуации.

(Периста́льтика* (обхватывающий, сжимающий) — волнообразное сокращение стенок полых трубчатых органов)

"На данном этапе мы, игроки, не можем определить, кто настоящие, сильные игроки". Босс объявил. "Никогда не знаешь, когда-нибудь ты можешь даже не найти меня в этом баре. Возможно, вас поприветствует другой гид для новичков. Смерть очень распространена. Любой, кто борется в этих камерах, смирился уже с этим ".

Ло Цзянь был не совсем удовлетворен информацией, которую он получил от босса. Он вышел из бара в полдень и приготовился вернуться в больницу, чтобы позже взглянуть на своего А Лана.

Фэн Юй Лань снова поместили в одноместную палату. Он сидел на своей больничной койке, небрежно листая страницы своего гримуара. Несмотря на то, что Фэн Юй Лан очень неохотно разговаривал с этой глупой книгой, он все же начал готовиться к изучению совершенно нового и странного языка.

Новости о серийном убийце транслировались по телевидению. По-видимому, это была самая ужасная вещь, которая когда-либо случалась в городе. На данный момент было убито в общей сложности пять человек! Если бы кто-то проснулся посреди ночи, все, что он услышал бы, были бы звуки полицейских сирен. Начальство придавало большое значение этому вопросу, и давление, которое элита и обычные граждане оказывали на полицию, было поразительным. На лицах двух полицейских, которые стояли возле двери в палату Фэн Юй Лана, было тяжелое выражение.

Этим двум офицерам было приказано следить и защищать Фэн Юй Лана в отделении в течение 24 часов. Это была совсем не приятная работа. Они должны были время от времени входить в комнату, беспокоя бедного А Лана. Что бы он ни делал, они немедленно преследовали его; даже если Фэн Юй Лан отправлялся в туалет на корточках, чтобы заняться своими делами, они немедленно следовали за ним, не оставляя ему места. Не только Фэн Юй Лан чувствовал себя ужасно раздраженным, но даже двое полицейских чувствовали досаду.

Вскоре после этого два офицера начали болтать друг с другом у двери в личную комнату Фэн Юй Лана. Темы варьировались от подружек друг друга до серийного убийцы. Наконец, когда всплыла тема Фэн Юй Лана, один из полицейских сказал: "Что вы думаете об этом идиоте, который только что был там и читал свою книгу вслух без остановки? Я имею в виду, мы стоим здесь больше часа, слушая, как он болтает, как сумасшедший. "

Фэн Юй Лан и не подозревал, что его наградили прилагательным 'сумасшедший'. Он просто сидел на своей кровати, полностью сосредоточившись на изучении магии. В это время другой полицейский открыл рот. "Может быть, этот убийца напугал его до тупости".

Но как только полицейский закончил это предложение, он внезапно почувствовал острую боль в задней части шеи. Как будто кто-то безжалостно ударил его битой, не дав ему времени среагировать. Вид перед его глазами постепенно потемнел, и вскоре он потерял сознание.