Он уже занял место в его сердце

Эван не сомкнул глаз всю ночь. Его мозг отказывался отдыхать, постоянно возвращаясь к одному мучительному вопросу: "На кой чёрт он это сделал?" К тому же ночь была холодной, и под утро Эван основательно промёрз. Когда первые лучи солнца коснулись их палатки, он тихонько прижал Бэки к себе, стараясь не вызвать лишних подозрений.

«Чёрт, надо ж было по пьяни благодарность сраную высказывать», — злился он, чувствуя себя ужасно. Эван всегда относился к тем, кто не может признаться в своих чувствах. Он скрывал свои эмоции, даже если на самом деле что-то его волновало. И вот вчера он совершенно не контролировал себя, растворившись в том поцелуе, который оставил на губах лёгкий привкус никотина и крепкого виски. Несмотря на всё, что случилось, Эван хотел вернуть время назад, чтобы не делать этого. Он сожалел, чувствовал себя слабым, не справившимся с собой хотя бы на миг. Он предпочитал считать это ошибкой, объясняя себе, что это было просто помутнение рассудка, и надеялся, что дальше всё будет по-другому.

После всего пережитого его буквально пробрал холод. Как он мог на это пойти? Он был уверен, что причина всего этого — алкоголь. Эван всегда был против однополой любви. Он считал её извращением, чем-то грязным и аморальным, и отказывался принимать это как часть своей жизни. Он не мог позволить себе признаться в своих чувствах и обрушить на себя упрёки совести и общества.

Но потом в его голове возникла мысль, которая звучала почти как оправдание: «Зачем же отталкивать то, что делает тебя счастливым?» Неужели всегда нужно соответствовать чужим стандартам, этим строгим моралям, воспитанным с детства? Эван понял, что сам себе создал эти границы, сам придумал эти ограничения, оправдывая их моралью и законами. Он был запутан в себе, теряясь в собственных чувствах.

Он боялся признать то, что было в его душе, и старался заставить себя жить рационально, не поддаваясь минутным порывам. «Да это всего лишь пьяный порыв», — убеждал он себя. Он не верил, что ему действительно нравится мужской пол. Он никогда не испытывал влечения ни к кому, и был уверен, что однажды встретит ту самую девушку, с которой построит семью. Пока что было не поздно повернуть обратно.

В его памяти вновь возник облик Криса — привлекательного, почти демоничного соблазнителя. Вспомнив поцелуй, Эван почувствовал, как его кровь снова закипела. Это было так влекательно, так сладко, что он почти был готов поддаться, раствориться в этих тёплых руках, не думая о последствиях. Но он крепко сжал кулаки, заставляя себя вспомнить: «Нет, этого больше не может повториться. Нужно держаться подальше от соблазна».

Он посмотрел на спящую Бэки, её спокойное дыхание лишь усиливало его чувство вины. Эван чувствовал, как его разъедает совесть. Он хотел исчезнуть, раствориться в воздухе. Мысли о том, что Крис, возможно, не оставит его в покое, лишь добавляли страха. Он схватился за голову — чувствовал, как она может лопнуть от перегрузки. Ему нужен был свежий воздух. Вдруг охватила паника: «А если кто-то нас видел?» Почему всё так сложно?

«Какой же я ублюдок», — думал он, вновь испытывая стыд. Он знал, что сам во всём виноват, но отказывался это признать. Не мог понять, как он вообще оказался в таком положении. Пьяный порыв, — вот что он себе говорил, — «Это всего лишь ошибка». Но не мог заставить себя поверить, что ему нравится мужской пол. Это было бы слишком, ведь ещё недавно он с гордостью заявлял, что натурал. И вот теперь... Поцеловал парня, пока его девушка спала. Он снова обнял колени и стал массировать виски, пытаясь облегчить головную боль, когда вдруг сзади раздался голос.

— Давно проснулся? Что, голова болит?

Бэки заботливо обняла его, заглядывая в глаза с выражением беспокойства. Эван почувствовал, как его душит стыд. Он отвёл взгляд.

— Да, недавно. Чуть-чуть болит.

Он положил руку на её, поглаживая её ладонь. Бэки, удивлённо вскинув брови, вскочила.

— Я пойду к Майку, возьму ключи, посмотрю лекарство в аптечке, а ты пока приляг!

Эван чувствовал, как на его лбу горит надпись «ублюдок». Он не заслуживал такой заботы, и от этой мысли ему становилось не по себе. «Зачем Крис вчера приехал?» — вновь промелькнуло в голове.

— Спасибо... — тихо ответил он, ложась на бок, лицом к стенке.

На улице было шумно, люди собирали палатки, готовясь к отъезду. Майк стоял около машины, задумчиво рассматривая спущенное колесо. «Придётся задержаться немного», — подумал он. Эван не хотел дожидаться Бэки, поэтому решил выйти сам. «Подумаешь, поцелуй, для него это ничего не значит», — убеждал он себя. Как оказалось, он переживал зря: Криса здесь не было. Он немного успокоился и нашёл Майка, который был занят заменой колеса.

— Доброе утро! — поздоровался Эван.

— Доброе! — ответил Майк, потуже затягивая болт. Закончив, он вытер пот и улыбнулся. — Что-то ты не выспался, дружище?

— Да, немного перебрал с алкоголем, — признался Эван.

Майк посмотрел на него с сочувствием.

— Бывает. — Вспомнив о чём-то, он добавил: — Бэки там делает чай. Пойдём посидим, а то мой отец уже переживает, спрашивает, выехали ли мы.

Эван кивнул и пошёл за ним. По пути они встретили Эрика, который шёл с довольным видом.

— Эй! — окликнул Эрик.

Эван нахмурился, но всё же обернулся с недовольным выражением лица.

— Чего?

— Как ты не боишься оставлять свою красавицу без присмотра? Глядишь, уведут из-под носа! — Эрик лукаво подмигнул.

Эван раздражённо закатил глаза и развернулся, собираясь уходить, но Эрик не успокоился.

— Да и ещё кое-что. Крис заходил ко мне ночью в палатку и просил тебе кое-что передать...

Эван напрягся, глаза его быстро забегали по сторонам. Он взял себя в руки и спокойно посмотрел на Эрика, ожидая продолжения.

— Он потерял зажигалку и почему-то уверен, что она у тебя. Поищи и позвони ему, это очень важная вещь для него.

Майк не поверил своим ушам. Он вспылил, подумав, что Эвана обвиняют в воровстве.

— Что за бред? С чего она может быть у него? Ты что намекаешь? Эван никогда не взял бы чужое!

Эван почувствовал, как ему становится неуютно. Он попытался выкрутиться, наспех придумав объяснение.

— Хорошо, посмотрю. Я вчера просил у него сигарету, может, по ошибке положил в карман.

Он чувствовал смущение от своей лжи. Майк удивился.

— Ты курил? Ты же никогда...

— Говорил же, вчера был пьян. Всё, пошли, нас ждут! — поспешил ответить Эван, стараясь отвлечь друга.

Он приобнял Майка за плечо, увлекая его дальше, чтобы тот не сказал чего лишнего. Эрик, наблюдавший за ними, недовольно скосил взгляд.

Крис же в ту ночь занимался мелкими хлопотами. Он сдавал ключи от машины друзьям, а сам поехал на такси домой. Никто не понял его странного поведения. В ту ночь он говорил с Эриком, будучи сильно пьяным, но ещё в состоянии говорить.

— И что ты от меня хочешь? — злобно спросил Крис.

— Я тебе друг, а не враг. Ничего не надо, можешь на меня положиться, я никому не скажу

Эрик не удержался от следующего вопроса.

— Давно тебе это нравится?

Крис сжал кулак и, опустив взгляд, ответил:

— До сегодняшнего дня я никогда не целовал парня. Но... его глаза — самые красивые зелёные глаза, что я когда-либо видел. Я осознал, что они меня пленили, я не могу отвести взгляд... Я не верил, но теперь я люблю его. И не нужно мне ничего другого.

Эрик был потрясён таким откровением. Он понял, что его друг действительно влюблён.

— Но он встречается с девушкой! Это прикрытие? — спросил Эрик.

— Нет, всё правда, он натурал! — ответил Крис с горечью в голосе.

Не желая продолжать разговор, он подошёл к Эрику, вложил в его ладонь ключи и заглянул в лицо.

— То, что ты видел, это была ошибка, и мы оба будем об этом жалеть...

Эрик молча стоял, ошеломлённый. В его голове всё переворачивалось. Он понимал, что Крис не может быть с ним, хотя именно этот парень его и пленил. Эрик наконец сказал:

— Будут и другие, не переживай.

Крис ушёл молча. Он знал, что никакие другие не могут занять место этого человека в его сердце. Крис уже горел в огне любви и боялся стать пеплом, не зная, как избавиться от этого чувства.