Глава 4

Сдав особо ценный и опасный груз с рук на руки родителям, в первый раз за несколько месяцев Дэвид Йост вздохнул свободно. Он понял это, когда шел вниз по улице, в офис на деловую встречу. Он вдруг заметил небо, дома, яркие вывески магазинов, людей, идущих рядом с ним. Он увидел, как пара-тройка симпатичных девчонок улыбнулись ему, сначала даже не понял, что это было, потом улыбнулся в ответ и вдохнул прохладный чистый воздух в легкие. Господи, да вокруг же вовсю кипит жизнь!
Сказать по правде даже совещание и отчет перед сопродюсерами не показались ему особенно тяжелыми. Они с Петером Хоффманом закатились вечером в бар, пропустить па паре литров хорошего пива, но не больше, ибо им, как любил говаривать Петер, - как людЯм публичным, - в слове людям он всегда ставил ударение на второй слог, - надо всегда держать форму.
Они прикончили где-то по четвертому литру, когда Йоста понесло поговорить с Петером по душам. Петер был тоже пьян, да и Дэвид казался ему вполне симпатичным собеседником, и мало по мало они оба втянулись в разговор, перестав обращать внимание на услужливого официанта, с зализанными назад волосенками, который то и дело, усердствуя подходил к ним и спрашивал, все ли им нравится, и не принести ли чего-нибудь еще.
- Билл странно себя ведет, - наконец сказал Дэвид, накалывая на тяжелую серебряную вилку с вензелями жареную картошку.
- Еще страннее, чем обычно? – Петер сосредоточенно жевал сочную отбивную.
- Хе-хе, - рассмеялся Дэвид, - ну, по правде говоря, да.
- Что с нашей звездой на этот раз?
- Черт ее разберет.
- Капризничает? Работать не хочет?
- Нет-нет. С этой стороны с его головой все в порядке, впрочем, как всегда. Там все подсчитано как в бухгалтерии, на два года вперед.
- М-м-м, надо же... - Петер ухмыльнулся, - и ты тоже заметил...
- Это сложно не заметить. Пива еще, два, - сказал Йост сначала Петеру а потом прилизанному официанту в переднике. Он дождался пока тот отойдет и продолжил свою речь.
- Петер, слушай, ты сейчас скажешь что я псих...
- Возможно, - серьезно кивнул Петер.
- Что я псих, параноик и педофил к тому же.
- Во-о-от оно-о ка-а-ак? – с гораздо бОльшим интересом взглянул на Дэвида его коллега.
-...который не отдает себе отчета в собственных влечениях, а поэтому вымещает его на...
- Дэвид, кончай уже тут свой психоанализ нахрен, что у вас случилось то?
- У нас? – как-то испуганно переспросил Йост, - у нас ничего. Пока.
- Пока, - кивнул Петер, и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке.
- Слушай, мне неудобно это говорить...
Официант принес пиво, учтиво по-холуйски прогибаясь в пояснице. Петер раздраженным жестом руки послал его подальше.
- Дэвид, я тебя сейчас придушу, - пообещал он.
Неизвестно, то ли угроза товарища подействовала на Йоста, то ли он, наконец, решился, но он с ненавистью воткнул вилку в салат, разложенный для украшения тарелки:
- Мне кажется, он конкретно ко мне пристает...
- БИЛЛ?! – не сдержавшись, громогласно заржал Петер, - ПРИСТАЕТ?!
- Тихо, Петер, - Дэвид недовольно нахмурился.
- Извини, Дэвид, я не хотел, - поправился Петер.
- Ну, он...я не знаю, он провоцирует меня,...он...заигрывает со мной...
- Ну, он хочет всем нравиться.
- Да, я знаю. Нравиться, да. Но тут другое.
- Почему другое?
- Не желаете ли еще чего-нибудь, господа? – назойливый официант появился снова.
- Желаем. Сгинь, нечистая сила! – сказал Петер и хлопнул по столу кулаком. Официант услужливо рассмеялся и исчез, - ну?
- Слушай, будь он девкой, я бы сказал тебе, что он пытается меня развести на секс.
- А сейчас тебе что мешает это сказать? – Петер потер подбородок задумчиво. Веселье внезапно сняло с него как рукой.
- У бабы одна цель в жизни, - сказал Йост, вытирая пивные усы, - продать свою пизду подороже...
- Ну и в каком месте ты видишь тут логическое противоречие? – холодно прищурился Петер.
Йост ухмыльнулся пьяно, сарказм Петера не прошел для него незамеченным.
- Нет, я не об этом, - сказал он, - я о другом.
- Угу? – Петер задумчиво поднял пивную кружку и посмотрел сквозь нее на старинный светильник, горящий на стене.
- Он же знает, что его итак купили с потрохами, хули он делает-то? Что ему от меня надо? Подставить хочет? Посадить? Шантажировать?
- Ну, не думаю... - сказал Петер, - с чего ему так тебя ненавидеть, чтобы рисковать собственной репутацией, ммм, Йост, малыш, ну-ка расскажи все папочке...
- Петер! – побледневший было от выпитого Дэвид даже раскраснелся от возмущения.
- Что Петер? - странно сквозь зубы проговорил он, - Или говори все или не говори ничего, Дэвид.
- Да не было ничего! – возмущенно сказал Йост, - не было.
- Ладно, - пожал плечами Петер, - и чего ты хочешь от меня тогда?
- Совета хочу Петер. Как друга прошу. Что мне делать?
- Ну, хорошо. Тогда скажи мне, а что ты ХОЧЕШЬ с ним делать?
Йост почему-то покраснел еще сильнее.
- Я думаю, я не знаю, я вот сказал тебе все это, я и сам не верю. Я...думаю, он – хороший.
- Дэйв тебе надо меньше пить.
- Нет, правда, я думал об этом. Это все как-то слишком. Знаешь, я читал как-то, дети которые пережили развод родителей, ну, это всегда большая травма для них. Они остались с матерью, потом отчим, не всегда, знаешь ли отношения складываются нормально, точнее редко складываются, тут и подсознательная ревность к матери, ребенок как бы...
- Господи, господин Фрейд в гробу бы перевернулся... - сказал Петер, - короче, к чему ты клонишь?
- Короче? Если короче, то я думаю, что я для него олицетворяю нечто большее, чем я есть. Я думаю, что в некоторой степени, наверное, его чувства ко мне несколько...преувеличены. Ну, он тянется ко мне видя во мне, быть может того, чего ему не хватало в жизни...
- А Том?
- Не знаю, - покачал головой Йост, - ну, Том - это Том.
- Тут я с тобой, пожалуй, соглашусь, - кивнул Петер, - Том - это Том.
- Я боюсь, что он, может быть и ждет от меня более близких и более теплых отношений, но отдает ли он себе отчет в том...
- Ну, он вроде бы похож на умственно полноценного...
- Да, но он ребенок. В данном случае, а я – взрослый. Я боюсь разрушить его понимание...
- Дэвид, - устало позвал Петер, - Ты хотя бы сам-то понимаешь, ЧТО ты говоришь.
- Понимаю.
- Ты говоришь, что уже давно мечтаешь как бы его завалить, да только предлога благовидного тебе до сих пор не представилось.
- Петер, ты гребаный циник.
- Да, я – гребаный циник. За это я всего и добился. Скажи мне что я в корне неправ и я извинюсь.
Йост задумчиво взял с тарелки рукой развесистую петрушку и зажевал.
- Ладно, ты прав, - спустя пару минут сказал он, - тогда помоги мне сформулировать благовидный предлог!
Петер снова громко расхохотался, и поднял кружку, чтобы чокнуться с Дэвидом.
- Вот это уже другой разговор, господин Фрейд, вот теперь вещи встают на свои места. Ну, за психоанализ.
Они отпили по паре глотков, продолжая хихикать.
- Нет, ну серьезно, Петер, - сказал Йост, - что мне делать? Как справиться с ответственностью за его судьбу,....ведь, то что я сделаю сейчас, это изменит его, я боюсь, я могу...
- Ты на него посмотри, - сказал Петер, - рано или поздно кто-нибудь это точно сделает, и гораздо менее церемонно чем ты. И кстати, с чего ты взял, что на этот поприще ты будешь первым?
- Что? – переспросил Йост поперхнувшись пивом. Глаза Петера сверкнули в полутьме, он будто бы хотел ему что-то рассказать, но потом передумал.
- Да нет, ничего, так, просто, подумалось...
- Ты что-то знаешь?
- Дэвид поздно уже, мне домой пора...
- Петер, это подло.
Петер несколько минут внимательно смотрел на Дэвида. Выражение его лица невозможно было прочитать, но прищуренные серые глаза, казалось сверлили его насквозь.
- Петер, скажи, что ты знаешь? – спросил Йост, откидываясь на стуле и складывая руки на груди.
Петер перестал сверлить его взглядом, и, словно решившись, помотал головой.
- Нет, - сказал он, - я ничего не знаю. Толком ничего, Дэвид, я говорю правду теперь. Так,...ходили всякие слухи, мне один друг рассказал, а тому его друг,...да брось, бабские сплетни все. Брось, я спьяну наговорил тебе всякой ерунды, а ты и повелся как мальчик. Ты смотри мне, профессионал, ты часом не влюбился ли? А?
- Петер, иди к черту... - отмахнулся от него Дэвид смеясь, - ладно, я надеюсь, это останется между нами?
- Какой вопрос? – сказал Петер и пожал протянутую Йостом руку.

***

- Том, дай телефон!
Слова Билла были полностью проигнорированы соседней комнатой.
- Том! Телефон дай!
Снова никакой реакции.
- ТЕЛЕФОН МНЕ УЖЕ ДАЙ, А? СЛЫШЬ?! – заорал Билл во всю мочь своих легких.
- Занято! – недовольно крикнул ему в ответ Том.
- А то я, бля, не вижу! – возмутился Билл, - ты уже третий час на нем висишь!
- Второй!
- Третий!
- Отъебись, Билл!
- Чо сказал, мудак?
- ЭЙ, ДЕТИ! ЗАТКНУЛИСЬ ОБА! – снизу из столовой послышался строгий окрик их матери. Том демонстративно шваркнул дверью об косяк, демонстрируя обоим, что они мешают ему заниматься важными делами.
Билл понял, что телефона ему скорее всего, не дождаться. Он лениво встал с кровати, потянулся. День выдался неплохим. По-настоящему осенним. Ноябрьский ветер весело носил по улице пожелтевшие листья, солнце стояло невысоко, освещая улицу и дома, и лес на холме золотистым закатным светом, хотя было еще только около двух часов пополудни. Воздух был невероятно по-осеннему чист и прозрачен, обрисовывая контуры, словно на яркой картинке. Билл зевнул, глядя на соседа, граблями собирающего в аккуратные желтые кучки опавшую листву со своего все еще зеленеющего газона перед домом, поскреб через майку правый бок и пошел завтракать.
Проходя мимо комнаты Тома он со всей силы в сердцах пнул ее ногой, не слушая бормотание ему в ответ, и, удовлетворенный, медленно спустился по светлой широкой деревянной лестнице прямо в столовую.
- Пр-рет, мам, - он мило чмокнул ее в щеку.
- Доброе утро, дорогой! Как спалось?
- Отлично, мам.
- Налить тебе соку?
- Угу.
Билл сел за стол, задумчиво прищурив один глаз изучая содержимое красной коробки с корнфлейксом. Кажется, Том уже успел над ней надругаться и всыпать туда фруктовых рисовых хлопьев, которые он ненавидел больше всего на свете. Дверь в комнату Тома хлопнула опять, и вскоре на лестнице появились его голые ноги, торчащие из длинных семейных трусов жизнерадостной расцветки, потом майка с надписью WestCoast, дреды и пикающая телефонная трубка, которую он прижимал плечом к уху.
- Да, зайка, - продолжал нежно ворковать с трубкой Том.
- Одна девочка тоже вот так вот трепалась по телефону три часа, - мрачно в никуда продекламировал Билл, - прижав трубку к уху плечом. Так у нее шею так свело, что ее не откачали. Сосуд пережало какой-то. Умерла, стало быть.
Том показал Биллу кулак. Трубку, однако, перехватил рукой:
- Да, да, конечно люблю, зайка, ну все-все, мне пора, трубка садится... - он наконец нажал отбой и взглянул на Симону и Билла, которые в свою очередь внимательно смотрели на него в упор, - целую тебя нежно, моя зайка.
- Опять всю ночь проболтал, дорогой? – любезно спросила мать.
- Опять из-за тебя никому не позвонить, козлина, - чуть менее любезно приветствовал его брат.
- Сам козлина, - парировал Том, - кто вчера трубку на зарядку не поставил? Валялась черт знает где...
- Том, перестань, - строго сказала Симона.
- Не, а чо сразу Том? – возмутился старший из близнецов, - Билл первый начал?
- Кто первый начал? – теперь настала очередь Биллу возмущаться.
- Оба хороши! – Симона в сердцах хлопнула блюдом с поджаренными тостами и банкой с джемом об стол, - Ешьте давайте, и не ругайтесь!
Том мрачно намазал тост клубничным джемом, откусил кусок, сосредоточенно им похрустел. Потом положил сверху кусок сыра. На его субъективный взгляд стало значительно вкуснее. Билл отхлебнул из большой чашки кофе с молоком.
- Целую тебя нежно...моя зайка, - передразнил он Тома, чуть только Симона отвернулась.
- Вот, бля! – Том от возмущения даже выронил тост на пол.
- От бля слышу! - сказал брат.
- Вот не можешь ты чтобы последнее слово осталось не за тобой, да? – проворчал Том, влезая под стол за тостом.
- А вот не могу! – хамским и безапелляционным тоном заявил Билл.
- Никакой личной жизни, а? – Том намазал второй бутерброд.
- Йост так говорит часто, - Билл облизал ложку с вареньем, - Он говорит: «Нету у меня никакой личной жизни с вами, одна общественная!»
- Гы-гыыы – жизнерадостно сказал Том, - эта...однако на самом деле у него регулярная половая жизнь в извращенно-групповой форме.
- Гы-гыы, - в тон ему сказал Билл, - это точно.
Симона налила себе кружку кофе с молоком и села рядом, подперев голову рукой, и с умилением посматривала то на одного мальчика, то на другого. Ее короткие рыжеватые волосы отливали золотом от солнечного света попадавшего в окна столовой.
- Мам, сделать тебе бутерброд? – спросил Билл тоном, который Том ненавидел больше всего на свете. За него он дразнил Билла маменькиным сынком и девчонкой. Такой милый и нежный, прямо весь из себя хороший мальчик, лучше не бывает. Подлиза. Том громко зачавкал, чтобы выразить свое презрение к родственнику. Билл едва заметно не менее презрительно повел глазами в сторону. Завидуй молча.
- Не надо, милый, я уже ела, - сказала Симона, - Просто хочу с вами посидеть за компанию, - она даже не подозревала обо всех сложных интеракциях, которые происходили между близнецами в данную минуту. Йост тоже обычно не понимал что происходит, но к чести его он серьезно подозревал, что они есть, а потому всегда был настороже и не спускал с них глаз. Более того, он стойко подозревал, что те слова, которые они друг другу говорят вслух, вообще не имеют отношения к тому, что между ними происходит.
- Мне так хочется сделать праздничный ужин, - продолжала женщина, - так, чтобы собралась вся семья, друзья, все сразу,....я так соскучилась по вам. Ну, что думаете, мальчики, может сегодня?
- Отличная идея, мам, - сказал Билл.
- Но... - начал Том.
- Что такое, Том? – спросила Симона.
- Мам, я на сегодня уже договорился с...
- Зайкой? - взгляд Билла мог бы испепелить на месте любого смертного.
- С зайкой, - любого смертного, кроме его брата Тома. Он ответил таким же. Они столкнулись в воздухе, рассыпая вокруг тысячи искр.
- Ну, может быть, тебе бы стоило пригласить девочку к нам домой?
- Ма-а-ам, - укоризненно проговорил Том, - можно я сам решу, что и как мне делать?
- Ну, конечно, - рассмеялась Симона, - конечно, не обижайся на маму, милый.
Билл с наигранно скучающим видом уставился в окно. В тепло-карих глазах у матери Том против ее воли увидел легкую грусть, и сразу же чувство вины горой навалилось на его плечи.
- Мам, ну, если ты очень хочешь...
- Нет-нет, я хочу, чтобы это было удобно всем...я...
Билл задумчиво обвел верхнюю губу языком, все так же увлеченно глядя на облака, и делая вид, что он вообще не с ними.
- Нет, мам, я, правда, не подумал, я отменю я...
- Не надо, Том, сынок!
- Мам...
- Том...
Билл закусил шарик от штанги в языке между нижними и верхними зубами:
- ЖАВТРА! – устав от этого Мерлезонского балета не терпящим возражений тоном, вынес свой конечный вердикт он.

***

Телефон все-таки заработал, к вечеру.
- Билл, мне надо с тобой поговорить, - быстро сказал Йост в ответ на ленивое билловское «Але!»
-А... - задумчиво сказал Билл, - ну...мы...дома, - наконец он сообразил что ответить.
- Билл, я сейчас приеду, - сказал Йост. Он пытался говорить официальным, не терпящим возражения тоном. Голос у него, правда при этом предательски подрагивал.
- Ну, окей, тогда, скоро увидимся, - сказал Билл несколько удивленно, но не более того. Вполне обыденно.
Это придало Дэвиду храбрости. Он посмотрел на себя в зеркало. Переодел футболку. Та, серая была совсем не к месту, он надел черную. Натянул на голову кепку, поправил козырек направо, потом налево, потом просто кинул ее недовольно на пол и отпихнул ногой. Он похлопал руками по своим карманам в поисках ключей от машины, но не нашел их. Отодвинул зеркальную дверцу шкафа в коридоре, ощупывая куртку, в которой был вчера в баре с Саки. Он опять чертыхнулся. Тяжело вздохнул, пытаясь унять колотившееся как ненормальное сердце.
Ну что ты, в самом деле, - сказал Дэвид сам себе, - не мальчик уже, чай, и не на первом свидании! Он громко расхохотался при мысли о том, что и в самом деле собирался, словно на свидание. Даже побрился перед выходом. Мысль о бритье заставила его вспомнить о джинсах, валяющихся на темно-зеленой мраморной полке между ванной и умывальником, и он пошел туда, чтобы обшарить их карманы, ну да, именно, разумеется, ключи оказались именно там.
Он с облегчением сжал брелок в руке, в последний раз внимательно и оценивающе оглядел себя в зеркале в ванной, занимающим добрую половину стены. Взъерошил волосы, потом снова пригладил. Повернулся к зеркалу в золоченой раме из виноградных листьев, боком, втянул живот и, вполне довольный собой отправился в Лойтше.
Он остановил машину у забора, недалеко от дома Каулитцев, потянулся было, чтобы набрать на мобильном номер Билла, как вдруг оказалось, что он уже вышел из двери. По всей видимости, он его ждал. Йост подскочил от этой мысли на одном месте, как ужаленный. Он открыл дверь и вышел навстречу. Лицо у Билла, когда он взглянул на продюсера, как-то удивительно скептично, было очень усталым. Уголки губ словно бы опустились вниз. Мальчишка был в майке, потрепанных серых джинсах, и в спортивной куртке. Он был без мейк-апа, и выражение его лица казалось по-детски бесхитростным.
За то время, что они не виделись, он похудел еще сильнее. У Йоста неприятно заскребли кошки на душе. Теперь он с ним, кажется, смотрелся словно отец с сыном. Даже на старшего брата бы не потянул. В его воспоминаниях о недавних событиях, Билл казался взрослее и циничнее. Опаснее, да, вот это самое слово. Гораздо опаснее и жестче. Йост внезапно почувствовал мучительный прилив раскаяния за свое поведение тогда, за то, что он воспринял Билла как равного себе, взрослого противника. Дэвид открыл рот, чтобы что-то сказать, но сразу как-то не получилось.
Билл равнодушно царапнул его лицо нечитаемым взглядом. Йост понял, что просто стоять у машины как-то не очень, он мучительно заставил себя подойти к Биллу поближе, как бы, чтобы поздороваться. Билл прохладно чмокнул его в обе щеки, словно выполняя надоевшую обязанность. Однако легкого прикосновения губ и щеки хватило для того, чтобы защекотать его нервы, разбудить странные тени воспоминаний и томления. Йост открыл ему дверь машины, сам не знал почему, наверное, чтобы скрыть свое неудобство от внезапно залившей его лицо краской легкой истомы. Он вдохнул воздух полной грудью, чтобы отдышаться.
Когда он сел в машину, Билл уже успел вытащить его диск из проигрывателя, и поставить тот, который ему нравится. Йост ничего не сказал по этому поводу, хотя обычно его раздражала эта биллина привычка.
- Ты хотел поговорить, - не поднимая головы и не поворачиваясь, несколько простужено, в нос, проговорил Билл.
- Не хочешь перекусить где-нибудь?
- Не...
- Билл, живому человеку на Земле, надо иногда и есть,...
- Дэвид, я только что ушел из дома, лишь бы не слушать ничьих нотаций, можно ты прибережешь свои воспитательные тирады для другого случая? – раздражение, хоть и тщательно скрытое проскочило в странной улыбке Билла.
- Извини, - сказал Дэвид и завел машину. Ну, в любом случае, тут было не самое лучшее место для разговоров. Он некоторое время кружил по центру Лойтше из трех с половиной улиц, потом выехал оттуда, и снова припарковал машину на обочине, у старой фермы.
- Ты знаешь, о чем я хотел с тобой поговорить, - прситально глядя на Билла спросил Йост.
- Мне повысят зарплату? – умильно с надеждой сложив ладошки на груди повел очами Билл.
Йост не понимал, как ему так мастерски удается его выбивать из колеи одним движением своего языка. Он и тут открыл рот и закрыл, и теперь сидел, тупо глядя на Билла не шевелясь.
- Ты сказал, я знаю, о чем ты хочешь со мной говорить, - любезно подсказал Билл, и закусил кожаный напульсник зубами, чтобы хоть чем-то заняться
- Вечно ты тянешь в рот любую гадость, которая попадается тебе на глаза, – заворчал Йост.
- Тебе-то откуда знать? – поинтересовался Билл. Тон его был такой двусмысленный и ехидный, что Йост даже и не стал пытаться вдумываться что именно Билл имел в виду в этот раз. Да, правда, некоторые веши ему лучше не знать.
- Билл, я...хочу поговорить с тобой.
- Так мы вроде...уже.
- Я серьезно.
- Я весь внимание!
Дэвид достал вытащил купленную по дороге пачку сигарет из нагрудного кармана куртки, зубами разорвал пластик упаковки, открыл пачку, потянулся было, чтобы взять сигарету, потом, словно вспомнил что-то и прежде протянул пачку Биллу. Билл насмешливо изогнул бровь, ту, которая с колечком и взял сигарету, ухмыляясь довольно. Дэвид мог поклясться, что знал, о чем он подумал, но обращать на это внимание у него уже не оставалось сил.
- Билл, - наконец он решился, - я хочу поговорить с тобой о том, что произошло тогда в клубе...
- Что именно? – с подростковой изуверской жестокостью спросил Билл.
Йост внушительно выругался куда-то в сторону и затянулся сигаретой. У него заходили желваки.
- Я понял, - некоторое время посмотрев на Йоста невозмутимо кивнул Билл, - я...интересуюсь просто, а что такого произошло, чего ты не ждал?
- Я?! ЖДАЛ?! - Йост чуть не подпрыгнул на месте.
- Я хотел сказать... не ожидал, - поправился Билл.
- Нет, - сказал Йост, - Да. То есть нет. Не ожидал, я не хотел... Я не хочу.
- Значит, я прошу прощения, - так же невозмутимо сказал Билл, - Это больше не повторится. По рукам? Я прощен? Это все? Я могу быть свободен?
- Нет, - мрачно отрезал Йост, - не можешь.
- Чо я еще не так сделал? – спросил Билл, глаза его скосились на мужчину, сидящего рядом темно и зло.
- Билл, - с легкой укоризной покачал головой Дэвид.
Мимо из машины вниз по улице важно прошествовала процессия из мамаши с коляской и двух здоровых ньюфаундлендов. И Билл и Дэвид не сговариваясь проводили процессию взглядом. Холодало. Тяжелые облака быстро носились по небу, подгоняемые осенним ветром.
- Ты прекрасно знаешь, как я неравнодушен к тебе, Билл, - наконец сказал Йост.
- О, да. Ты меня ненавидишь, - в тон ему кивнул Билл. В самых кончиках его рта застыла странная улыбка, - но это ничего, это мне не страшно, я привык.
- Господи, да нет же, Билл, нет! Как ты можешь...
- Любишь, значит?
- Билл! – в голосе Йоста вновь послышался укор. Он старательно подбирал слова теперь, - я очень хорошо к тебе отношусь. Ты же знаешь сам, черт тебя дери...сказать что я люблю тебя как младшего брата? Этого мало, за твои выходки я бы своего младшего брата давно бы придушил вот этими вот руками, - Йост затряс ими в воздухе перед глазами для пущей выразительности своей речи.
Билл самодовольно ухмыльнулся. Кажется, к нему стало возвращаться его обычное состояние духа.
- Черт его знает, - задумчиво покачал головой Йост, - дьявол,...я питаю к тебе какую-то невероятную и нездоровую слабость!
Билл согласно кивнул.
- Ты ударил меня поддых этими своими штучками,... - серьезно сказал Йост, - Настолько поддых....я даже разговаривал с Петером...
Теперь настало время Билла подскочить на сиденье и резко повернуться к Дэвиду, он даже закусил палец от волнения. Дэвид смутился.
- Ну,...без всяких таких нюансов, конечно, - сказал он, - ты не думай, я толком ничего не рассказал...
- И чо Хоффман? – быстро спросил Билл.
- А? – переспросил Дэвид, будто очнувшись от задумчивости.
- И чо Петер тебе сказал?
- Ну, не перебивай меня, я сейчас все расскажу, - Йост закурил вторую сигару, Билл тоже, отрываясь от увлекательного обгрызания пальца. Руки его слегка подрагивали, тем временем Йост продолжал - я больше думал, ну...
- Ну? – мрачно переспросил подросток рядом.
- Мне нелегко говорить сейчас, я понимаю, Билл, на психику любого ребенка развод родителей оказывает чрезвычайно сильное влияние. Это шок...это... перелом. Я оказался рядом. Пусть ты считаешь даже что я на тебя давлю, я тебя заставляю....но я тебя учу. Я даю тебе все, что я могу отдать. Билл, я провожу с тобой больше времени чем с собственной семьей и друзьями. Я знаю, я бешу тебя порой, но мне кажется я не так уж мало тебе дал....то должен со мной согласиться....
Билл пожал плечами, равнодушно глядя в сторону, не соглашаясь, но и не отрицая ничего.
- Я в некоторой степени заменил тебе отца...
- Ой, нет, Йост, только не это - сказал Билл и рывком открыл дверь, пытаясь выйти из машины. Дэвид успел поймать его за шкирку, и втащил назад за воротник куртки.
- Каулитц, сидеть! – приказал он.
Билл мрачно сложил руки на груди. Он смотрел, набычившись, прямо перед собой, не обращая никакого внимания на Йоста, и нервно кусал губы.
- Ну, прости, я не хотел,... - как-то несчастно проговорил Йост.
Билл смерил его взглядом искоса и плохо изобразил улыбку.
- Я просто хотел сказать, Билл, ты еще ребенок.
- В нашем бизнесе взрослеют быстро, - неожиданно легко ответил Билл и усмехнулся, - мне только странно, что это Я говорю ТЕБЕ.
Дэвид покачал головой и задумчиво шмыгнул носом.
- Мне... - начал он, - нечего тебе на это ответить.
Билл понимающе кивнул.
- Я пошел домой, - сказал он и снова попытался открыть дверь.
- Я тебя отвезу, - обреченно сказал Йост и завел машину. Он развернулся с обочины, шваркнув шинами о гравий, доехал до первого поворота и остановился, пропуская деревенский мини-трактор, едущий по главной дороге.
- Слушай Билл, - наконец заставил себя выговорить он, - у... у меня есть классный коньяк...ну дома, кстати, это... . Я хотел предложить, может...все-таки поедем...ко мне?