VII

«Слова только мешают понимать друг друга.»

***

Меня выдернули из очередного кошмара мягкие, почти невесомые лучи солнца, ласково скользнувшие по лицу. Резкий переход - от бегства по тёмным коридорам с дыханием смерти за спиной к тихому утру, где ветер треплет занавески. Эти сны приходили часто, настолько, что стали привычными, почти частью быта. Я уже различала их природу - понимала прямо в процессе, что это просто ещё одна ночная абсурдность без финала.

В комнате царила тишина, нарушаемая лишь звуками города за окном. На балконе сидела птица, в воздухе плясали пылинки, а постель, несмотря на беспокойную ночь, казалась особенно уютной. Всё казалось новым, будто мир перезапустился. Хотелось встать и сказать вслух: «Привет, новая я». Но я просто перевернулась на бок, надеясь доспать. Сон, правда, больше не пришёл.

Рядом на подушке лежала Сэди. Спокойная, тихая, почти ангельская. И не скажешь, что вчера она тащила меня через полгорода, заставила влезть в здание без билетов и напоила шампанским. Сейчас она выглядела как будто с обложки - невинная и почти прозрачная. Но под этой хрупкой оболочкой прятался ураган. Она была контрастной: внешне спокойная, как вода в безветренный день, но внутри - полная буря.

Рыжеволосая дышала ровно, чуть вздрагивая во сне. Её волосы рассыпались по подушке, белая рубашка сбилась, открыв плечо. Я осторожно убрала прядь, что мешала ей, за ухо. Она нахмурилась, но не проснулась. И в этот момент во мне что-то дрогнуло. Подниматься совершенно не хотелось. Хотелось узнать её целиком. Понять, чего она боится. Когда была по-настоящему счастлива. Что приносило ей боль. Где у неё шрамы - те, что видны, и те, что глубоко внутри.

« – Вот бы остановить этот момент. » - подумала я и потянулась за полароидом. Щелчок. Мгновение запечатлено. Снимок медленно начал проявляться, пока я сидела, держа его в руках.

– Ты что, только что меня сфотографировала? - Сэди приоткрыла глаза, голос её был чуть охрипшим, и от этого сердце у меня сжалось, а дыхание прервалось. Казалось, что если я вдохну - всё это исчезнет.

– Ты выглядела очаровательно. Доброе утро... Хотя, наверное, уже ближе к обеду. - пробормотала я первое, что пришло в голову.

– Очаровательно? Я выгляжу так, будто на меня с орбиты сбросили мешок кирпичей, и все угодили по лицу. - сонно проворчала она, натянуто прикрывшись одеялом. Я непроизвольно улыбнулась - глупо, нежно.

– Какие у нас планы на сегодня? - Сэди прищурилась, уже окончательно проснувшись.

Я посмотрела на неё. Внутри появилось желание раствориться в ней. Просто быть рядом. Узнать всё - как звучит её смех в детстве, чего она боится, о чём мечтает, что прячет за своей холодноватой отстранённостью. Мне хотелось слушать её. Фотографировать. Дотрагиваться до каждой грани её души. Но вслух сказала совсем другое:

– Ну, для начала - вкусный завтрак. А дальше как пойдёт. - засмеялась я, будто ничем не выдав своих настоящих чувств.

– У меня в холодильнике даже таракан бы повесился - и то от одиночества. Закажем доставку? - лениво зевнула она, натягивая на себя одеяло с головой. Я кивнула, сползла с кровати, ощутив, как прохладный воздух касается ног. Освежает. По телу тут же пробежала легкая дрожь.

Потянувшись, я схватила полотенце и свежую одежду, и направилась в ванную. Закрыла дверь, включила воду. Поток прохладных капель заструился по телу, возвращая в реальность. На зеркале начал собираться туман, а воздух наполнился запахом цитрусового геля для душа. Чистота. Тишина. Покой. И ощущение, что всё только начинается.

– У тебя красивое тело.

Я вздрогнула от неожиданности, и бутылка шампуня с глухим стуком упала на пол. Обернувшись, я увидела Синк, спокойно стоящую у раковины, словно её появление здесь было чем-то вполне естественным.

– Извини, не хотела напугать. - тут же сказала она, не отводя взгляда.

– Нет, неправильно. - ответила я, недовольно сжав губы.

– Что именно неправильно? - удивлённо вскинула брови Сэди.

– Сначала нужно было сказать: «Извини, что без стука зашла в ванную, пока ты принимаешь душ, и теперь нахально рассматриваю тебя голую».

– Во-первых, - начала рыжеволосая, поднимая палец вверх, – это моя ванная. А во-вторых, вчера мы полтора часа глазели на обнажённых женщин в кабаре, и тебя это ничуть не смущало.

– Им за это платят! Это у них работа такая! - всплеснула я руками, не веря, что приходится это объяснять.

– А это моя квартира. И моя ванная. Так что не кричи. Ты, случайно, ничего не скрываешь? - спросила она, встав у зеркала и начав чистить зубы.

– Я просто отстаиваю своё право на личное пространство! - буркнула я, надувшись. Рыжая бросила в мою сторону строгий взгляд, полный сарказма. Я, не удержавшись, показала ей язык и отвернулась.

– Вот идиотка. - пробормотала она сквозь зубную пасту.

– Осторожнее, а то подавишься пастой. И вообще, кто здесь идиотка - ещё вопрос! - возразила я и окатила её водой из душа. В ответ в меня полетел кусок мыла, которое лежало на раковине.

Так и завершился наш утренний спор - на мокрой, мыльной ноте и с лёгкой ноткой хаоса.

Небольшая, ещё не до конца обустроенная квартирка недалеко от центра Парижа. В ней ощущалась пустота, не хватало той самой души, которую приносят люди. Сэди старалась как можно реже оставаться дома - одиночество её съедало, и она предпочитала гулять по городским улицам, впитывая жизнь вокруг. Из кухни доносился приятный аромат свежих круассанов и только что сваренного кофе. Сэди накрывала на стол, плавно покачиваясь в такт тихой мелодии - Billie Eilish с песней «When the Party's Over».

Я наблюдала за этой живой сценой, прислонившись к стене. Та же белая рубашка, тёмные леггинсы, волосы собраны в небрежный пучок - она словно героиня из современного романа.

– «Don't you know I'm no good for you...» - пропела она, заметив меня. Внезапно закружившись, рыжеволосая подошла ко мне почти вплотную и легко подняла мои руки вверх над головой.

– «But I'll watch you leave...» - её тихий смех наполнил комнату теплом. Моя гетеросексуальность, казалось, дала сбой - и это уже не в первый раз.

– Почему ты не поёшь? - спросила я.

– Если я буду петь, то оставлю многих исполнителей без работы. - усмехнулась рыжая.

Мы провели на кухне больше часа. Время перевалило за пять вечера - кто-то уже заканчивал рабочий день, а у нас всё только начиналось. Мне всегда нравились такие моменты: неспешные разговоры с глазу на глаз, без лишних ушей, с бокалом вина или чашкой кофе. Вдалеке от суеты и чужих взглядов. Каждый разговор был как закат - по-своему уникален. Тёплый, искренний, запоминающийся.

– О чём ты сейчас думаешь? - спросила я, заметив, как Синк задумчиво смотрит в окно.

– О тишине. И о том, что будет дальше. - она говорила тихо, словно боялась спугнуть свои собственные мысли. – С того самого вечера, как я увидела тебя в пабе, что-то изменилось. Та пустота, тяжесть, тревога… Они исчезли. Не знаю, почему. И не знаю, надолго ли. Что случится, когда ты уедешь? - в её голосе слышалась неуверенность, тревожное любопытство. Мне стало странно тепло.

– Думаешь, я смогла заполнить твою пустоту? - спросила я.

– Возможно. - ответила она, повернув голову в мою сторону. Её глаза были устремлены прямо в мои. Ладонь подпирала щёку, а на губах появилась мягкая, почти детская улыбка. Казалось, будто голубоглазая пытается найти ответы на свои вопросы в моих глазах. Как говорится: «Глаза - зеркало души». Вот и она пыталась пробраться в мою душу. А я и не против.

С Сэди рядом было удивительно легко. В её присутствии не чувствовалось ни напряжения, ни тревоги - словно мы знали друг друга целую вечность, хотя встретились совсем недавно. Мы были до странного непохожи, но одновременно невероятно схожи. Обе сдержанные в выражении эмоций, но с теми самыми искренними, редкими улыбками, свободные, упрямые, с сердцами, которые тяжело приручить. С окружающими мы казались сильными и самодостаточными, но рядом друг с другом - будто лишёнными всякой защиты. Отдельно - независимые и сильные, вместе - почти зависимые, нуждающиеся в присутствии друг друга.

Мы толком ничего не знали о прошлом друг друга, не спрашивали, не копались, но за какие-то пару дней стали неразлучны. Сэди со своей дикостью, порывистостью, как буря врывалась в мою размеренную жизнь, сметая привычный порядок. А я, наоборот, своим спокойствием и молчаливой стабильностью стала для неё тихим местом, где можно спрятаться от собственных вихрей. Мы были полны противоположностей: она - огонь, я - лёд. Она - жаркая стихия, я - прохладная тень. И, возможно, именно в этом контрасте и рождалась та особенная близость, которую не объяснить словами.

————————————————

Телеграмм канал: sdsnxs