VIII «Выстрел на рассвете»

Подходя к Анжеле, внутри Алисы было совсем неспокойно. Мысли путались и возвращались к одному и тому же. Что же дальше случится на той самой бухте... И почему они так кричали на режиссёра? Они же не задумали ничего плохого? Или всё-таки задумали... Девушка не знала. Решила, что завтра сама всё увидит и узнает.

— Ну привет, Анжела. — Алиса подошла к девушке, но не близко, остановилась на расстоянии, будто специально не позволяя им снова стать «подругами».

— Ты снова холодная, подружка. — Анжела грустно усмехнулась, на секунду опустив глаза. — Ты даже не представляешь, какую ошибку я сделала.

— Чего ты меня позвала? — Алиса перевела взгляд на море, следила за волнами, лишь бы не смотреть ей в лицо.

— Пойдём ко мне, напьёмся вина. — Девушка пожала плечами и тоже уставилась на воду. — Только быстрее думай, а то не хочу снова столкнуться с Мелом.

— Почему не хочешь? — Алиса резко повернулась к ней и подошла ближе, пристально вглядываясь в глаза, будто ловя каждую эмоцию.

— Он слишком хорош для меня. Не хочу, чтобы он общался со шлюхой. — Анжела сказала это спокойно, почти равнодушно, только голос стал тише.

Алиса замерла. Она совсем не ожидала услышать это от неё. Чтобы Анжела сама... признала. Даже вслух. В груди неприятно сжалось. Но разве виновата только она? А режиссёр, которому за тридцать, и он спокойно лезет к малолеткам — это нормально?

— Ладно, пойдём. — Алиса кивнула, прикусила губу и отвернулась, будто не хотела показывать, о чём сейчас думает.

Анжела лишь благодарно посмотрела на неё — долго, почти виновато, — и Алиса поняла: та правда рада, что она не стала задавать лишних вопросов. Без слов поманила её за собой, коротко кивнув в сторону дороги, где уже ждал водитель. Тёплый вечерний воздух пах морем и чем-то сладким, приторным, от чего становилось тяжело дышать.

Вот только возле машины они всё-таки столкнулись с ребятами. Мел, Хенк и Киса стояли неподалёку, о чём-то переговариваясь, но как только Мел заметил Анжелу — сразу оторвался от разговора и пошёл к ней навстречу, быстро, будто боялся, что она уйдёт.

— Не сейчас, Мел. — Анжела даже не остановилась, только чуть повернула голову, обходя его плечом, и прошла дальше, так ничего и не объяснив.

Парень замер, словно не зная, что делать дальше. Он не побежал за ней, не стал хватать за руку, только смотрел ей вслед, сжав челюсти.

Алиса на секунду задержалась, грустно посмотрела на него и молча пошла за Анжелой. И почти сразу столкнулась взглядом с Кисой. Он стоял, облокотившись на машину, и смотрел прямо на неё — пристально, открыто, даже не думая отводить глаза. В его взгляде было что-то тяжёлое, цепкое, от чего внутри неприятно дрогнуло.

Алиса сразу опустила глаза. Она не могла смотреть ему в лицо... Перед глазами вспыхнуло воспоминание, как он кричал на режиссёра — резко, зло, почти срываясь. От этого в груди снова стало неспокойно.

Водитель открыл девушкам двери машины, придерживая их рукой. Когда они сели, мягко закрыл за ними, отрезая шум улицы. В салоне стало тихо, только глухо урчал двигатель и шуршали колёса по дороге.

Анжела отвернулась к окну, прижавшись виском к стеклу, и молчала. Плечи её были напряжены, пальцы сжимали край курточки. Алисе стало её по-настоящему жаль. Жаль, что той пришлось пережить всё это... Жаль, что она осталась с этим одна. И стоит ли говорить, что она всё знает? Или лучше молчать...

Телефон в руке завибрировал, вырывая её из мыслей. Экран вспыхнул.

Алиса на секунду задержала дыхание, потом быстро напечатала, чуть нахмурившись.

Ответ пришёл почти сразу.

Она сжала губы, чувствуя, как внутри поднимается раздражение вперемешку с чем-то ещё, странным и тёплым.

Алиса зависла, глядя на экран, будто пытаясь понять, что стоит за этими двумя словами. Шутка? Насмешка? Или... Телефон она резко выключила, будто обрезая эту нитку, и уставилась на дорогу впереди.

Машина уже подъезжала к большому дому Анжелы. Знакомые ворота, длинная дорожка, свет в окнах. Она бывала здесь с родителями не раз, поэтому хорошо ориентировалась внутри — никаких проблем.

Когда машина остановилась у входа, Анжела первой вышла наружу, даже не оглянувшись. Алиса вышла следом, чувствуя, как прохладный воздух касается лица. И за ней она пошла уверенно — по ступеням, к двери, будто знала этот путь наизусть, стараясь не думать о том, что сейчас ждёт внутри и почему сердце бьётся чуть быстрее обычного.

— Родителей нет, можешь вести себя свободно. — Анжела поднималась по лестнице в свою комнату, на ходу снимая резинку с запястья и нервно перебирая волосы. Дверь она закрыла только тогда, когда дождалась, пока Алиса зайдёт следом.

— О чём хотела поговорить? — Алиса уселась в мягкое кресло, расслабленно откинула голову назад, но пальцы всё равно напряжённо вцепились в подлокотники.

— Я переспала с режиссёром. — Анжела, не глядя на неё, достала из шкафа бутылку вина и пачку сигарет, поставила всё на маленький стол перед подругой и опустилась в кресло рядом, шумно выдохнув.

— Я не буду курить и пить. — Сложив руки на груди, Алиса скептически осмотрела стол, бутылку, сигареты, будто это всё её раздражало.

— Да расслабься... мой водитель отвезёт тебя. Или можешь остаться у меня. — Анжела открыла вино, пальцы её слегка дрожали, подкурила сигарету и, даже не достав бокалы, сделала большой глоток прямо из бутылки. Дым медленно пополз вверх. — Почему ты так спокойно отреагировала на мои слова?

— Я знаю, что ты с ним переспала. — Алиса потянулась к бутылке, на секунду замерла, словно споря сама с собой, и всё же сделала глоток. Вино обожгло горло, она поморщилась — впервые позволяла себе так ломать собственные границы.

— Я не хочу спрашивать откуда... — Анжела опустила голову и вдруг громко заплакала, закрывая лицо ладонью. Плечи её затряслись. — Знаешь... я почувствовала себя такой девушкой, которую любят. Он...

— Мне не сильно интересны подробности. — Алиса кинула взгляд на сигареты, задержала на них глаза, будто раздумывая: если закурит — то как? Она же никогда не умела. Пальцы нервно постучали по колену. — Зачем ты переспала с ним?

В комнате повисла тяжёлая тишина, только слышно было, как Анжела втягивает воздух сквозь слёзы и как где-то за окном глухо шумит вечерний город.

— Не знаю... — Анжела подняла заплаканные глаза на подругу и протянула ей сигарету, пальцы дрожали. — Вдыхаешь и говоришь слово «аптека».

Алиса никогда не курила и не пила... А сейчас будто шаг за шагом рушила собственные границы. Но если она просто попробует — ничего же не случится? Ну ведь не будет ничего страшного... правда?.. Девушка ловила себя на этих мыслях и даже не подозревала, что именно с таких «просто попробовать» всё и начинается.

Она осторожно подхватила сигарету из рук подруги, взяла зажигалку, щёлкнула ею несколько раз, пока не появился огонь. Повторила указания Анжелы, сделала первую тягу — и сразу закашлялась, резко, до слёз. Грудь неприятно сжало, в горле запершило. Она попыталась снова — снова кашель. Ещё раз. И только спустя несколько попыток дыхание выровнялось, дым перестал казаться таким жёстким.

Было в этом что-то странно успокаивающее — медленный вдох, выдох, тонкая струйка дыма, растворяющаяся в воздухе. Но вместе с этим — ничего по-настоящему хорошего.

Больше девушки не задавали друг другу лишних вопросов. Они сидели в тишине, которая сейчас была нужна обеим. Одна — слишком правильная, привыкшая всё контролировать. Вторая — будто давно махнувшая на себя рукой. Но вино они пили одинаково, делая глоток за глотком, а сигареты сменяли одна другую.

Постепенно напряжение спало. Алиса уже смеялась с какой-то нелепой шутки Анжелы, откидываясь в кресле, прикрывая глаза, позволяя себе расслабиться. В голове стало легко и шумно одновременно, движения замедлились, слова звучали мягче.

Спустя несколько часов Анжела уснула — прямо в кресле, уронив голову на плечо. Она выпила больше Алисы. А вот девушка, хоть и была пьяной, всё же поставила будильник на нужное время, морщась, щурясь в экран телефона. Затем, не особо задумываясь, схватила со стола пачку сигарет Анжелы и, держась за перила, медленно спустилась вниз к водителю, слабо удерживаясь на ногах.

Ночной воздух немного отрезвил. Машина тронулась мягко, и Алиса молча смотрела в окно, на огни, которые расплывались перед глазами. Завтра её ждёт что-то интересное... она чувствовала это где-то внутри, под кожей.

Уже дома она буквально свалилась на кровать, впервые даже не переодевшись. Родители снова не заметили, как девушка пропадает — они были заняты своими делами, своим миром. Поэтому и не услышали, как тихо хлопнула входная дверь.

Алиса лежала, глядя в потолок, пока веки медленно не начали слипаться. И снова мысли вернулись к Кисе... к его взгляду — тяжёлому, цепкому, манящему.

Это уже становилось правилом — засыпать и думать о нём. И от этого внутри становилось тревожно и странно тепло одновременно.

★★★

Противный шум будильника заставил её открыть глаза. Алиса нащупала телефон, выключила его и медленно провела ладонью по голове, которая жутко раскалывалась, будто изнутри били молотком. Виски пульсировали, во рту пересохло. Она сразу вспомнила вино, тяжёлый вкус и то, как вчера всё плыло перед глазами. К горлу подступила тошнота, резкая, нестерпимая, и она, едва успев встать, побежала в ванную.

Согнувшись над унитазом, она зажмурилась, сжимая холодный край пальцами. Всё вчерашнее вино выходило из неё, оставляя после себя слабость и неприятную пустоту в теле. Организм явно не был готов к такому количеству алкоголя. Стоило не выпивать его столько... но уже поздно. Дыша тяжело, она вытерла губы тыльной стороной ладони и заставила себя выпрямиться.

Алиса быстро взяла себя в руки. Включила душ и залезла под холодную воду. Потоки ударили по коже, отрезвляя, заставляя дыхание сбиться. Она зажмурилась, позволяя воде стекать по лицу, по шее, по плечам. И именно в этот момент вспомнила, почему ей нужно было проснуться так рано.

Алиса резко вышла из душа, почти на бегу вытираясь полотенцем. Быстро натянула спортивную форму, завязала высокий хвост, который туго потянул кожу на висках. Надела кроссовки, сверху жилетку и, не задерживаясь, вышла на улицу. Так не будет подозрений, почему она гуляет ранним утром.

Прохладный воздух обжёг лицо, помог окончательно проснуться. Она поспешила к бухте, ускоряя шаг.

Наручные часы показывали без десяти семь. Она уже подходила к месту. Алиса не знала, где именно искать парней, поэтому шла вдоль берега, оглядываясь, всматриваясь в силуэты, прислушиваясь к каждому звуку. Сердце стучало быстрее обычного.

И вот она нашла их... Только картина ей совсем не понравилась.

Она быстро поднялась выше и спряталась за камнями. Так точно они её не увидят. Осторожно присела, стараясь даже дышать тише, и стала наблюдать. В голове снова отдалась боль, глухо, эхом. Нужно было выпить какую-нибудь таблетку... мысль мелькнула и исчезла, потому что взгляд зацепился за знакомую фигуру.

Режиссёр подходил к парням.

Алиса была слишком далеко и не слышала подробностей. До неё долетали только обрывки слов, резкие жесты, напряжённые позы. Девушка вглядывалась, пытаясь уловить хоть что-то, и вдруг почувствовала, как в груди нарастает давление — странная, липкая тревога. Будто внутри кто-то шептал: сейчас случится что-то плохое.

И вот... случилось.

Мел схватил револьвер, и режиссёр тоже... Девушка сразу поняла — у них дуэль.

— Тупые идиоты... — Алиса прижалась ближе к камню, нащупывая ладонями опору, словно боялась, что ноги подведут. — Ну он же не выстрелит...

Внутри всё сжалось. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его услышат.

Мел выстрелил первым. Резкий хлопок разорвал утреннюю тишину, отдался эхом в скалах. Грудь режиссёра пробила пуля — он дёрнулся, будто его резко толкнули назад, и осел. К нему сразу подбежали остальные. Кто-то схватил его под руки, кто-то что-то кричал, но слов Алиса уже не слышала.

Она стояла на месте, не понимая, что вообще только что произошло. Мир будто стал глухим, далёким. Только картинка перед глазами — ребята, которые уже тащили его к лодке...

Убили.

Мысль прозвучала чётко и холодно.

Она развернулась и ушла.

Сначала шагом, потом быстрее, почти бегом. Свернув за очередным углом, она резко остановилась, согнулась и вырвала второй раз за утро — только теперь не от алкоголя, а от того, сколько крови она увидела. Перед глазами всё плыло.

Слёзы подступили к глазам, к горлу подкатил ком, не давая нормально вдохнуть. Боль пронзила грудь, будто это не режиссёра, а её саму пробило той пулей. Свист выстрела снова и снова отдавался в голове.

Она не помнила, как дошла домой.

Очнулась уже сидя посреди комнаты на полу, обняв колени. Тело дрожало, ладони холодные. Она смотрела в одну точку и не понимала — что вообще случилось? Ребята убили режиссёра. И она это видела.

И что теперь делать? Пойти в участок и сдать их? Или молчать... и стать соучастницей этого ужаса?

Перед глазами снова возникал этот момент. Режиссёр. Выстрел. Мел, который стрелял, даже не дрогнув. Кровь. Всё смешалось. Ничего не понятно. И от этого было ещё страшнее.

В дверь постучали.

Алиса резко поднялась и зашла в ванную, включила воду, будто собиралась в душ. За дверью послышался голос мамы.

— Алиса, водитель ждёт, пора в школу. — Мама постучала в дверь ванной.

— Скоро спущусь... — Девушка тихо ответила, опёрлась лбом о холодную стену и закрыла глаза, пытаясь собрать мысли, дыхание, себя.

Она провела в ванной ещё полчаса... Сидела на холодном полу, подтянув колени к груди, тихо плакала, иногда вытирая лицо ладонями, но слёзы всё равно текли. Постепенно дыхание выровнялось, но внутри оставалась тяжёлая пустота. Она понимала — пора в школу. Мать может зайти ещё раз, и тогда придётся что-то объяснять.

Впервые она накрасилась сильнее, чем обычно. Долго стояла перед зеркалом, замазывая синяки под глазами, проводя кистью снова и снова. Подкрасила глаза, стараясь спрятать следы слёз, но краснота всё равно выдавала её состояние — взгляд оставался уставшим, стеклянным.

Она накинула на себя чёрные брюки и такого же цвета кофту. Сегодня совсем не было настроения для яркой одежды, для чего-то живого. Хотелось просто слиться с фоном, стать незаметной.

Надев куртку и кроссовки, Алиса медленно спустилась вниз, держась за перила, потому что тело всё ещё казалось ватным. И, выходя из дома, поймала себя на одной мысли — лишь бы сегодня в школе не было Кислова. Не сейчас. Не после всего этого. Она не знала, сможет ли выдержать его взгляд.

★★★

Девушка стояла перед воротами школы, рюкзак свисал с плеча, и она никак не решалась зайти внутрь. Ноги будто приросли к месту. Как жить, зная, что рядом с тобой убийцы? Как нормально говорить с ними, смотреть им в глаза, если ты всё видела? Она не знала ответа. Только нервно кусала губы, чувствуя металлический вкус крови, и пыталась успокоить дыхание.

Чьё-то прикосновение к плечу заставило её резко отскочить, будто её ударили.

Она обернулась — за спиной стояла Анжела.

Алиса шумно выдохнула, но ком в горле никуда не пропал.

— Что с тобой, Алиса? — обеспокоенная подруга подошла ближе, вглядываясь в её лицо, будто пытаясь прочитать мысли.

— Ничего. — Алиса махнула рукой, стараясь выглядеть спокойно. — Просто болит голова от вина, что мы выпили вчера. Я стащила у тебя сигареты, кстати.

— Да я видела. Можешь забирать, я не так часто курю. — Анжела дёрнула плечами, затем схватилась за голову, поморщившись. — Но мы вчера перепили...

— Да, ты права. — Алиса хотела сказать что-то ещё, слова уже крутились на языке, но прозвенел звонок, резко разрезая утренний шум.

Они с Анжелой пошли к своему классу, и, кажется, Алиса впервые в жизни молилась. Не вслух, не словами — просто внутри, сжимая пальцы, надеясь, что не увидит их. Что в классе не будет той самой тройки.

Перед дверью Анжела остановила подругу, легко коснувшись её руки.

— Может, сядешь со мной? — подруга сложила руки в умоляющем жесте, чуть наклонив голову. — Только я сейчас на третьей парте сижу, а ты на первой... Может, я к тебе?

Взвесив всё за и против, Алиса согласилась. Если парни всё-таки будут в классе — она окажется прямо перед ними. А за её спиной всегда сидел Киса. И она не хотела этого... Она боялась его. Хоть стрелял и не он.

— Давай, только я к тебе. — тихо кивнула девушка и, сделав короткий вдох, наконец открыла дверь класса.

Она сразу встретилась взглядом с Кисой. В груди неприятно кольнуло, будто её поймали на чём-то запретном.

Испуганно поправив лямку рюкзака, она поспешно отвела глаза и, стараясь не споткнуться о собственную спешку, прошла к третьей парте. Села рядом с Анжелой, шумно выдохнув, только теперь сообразив, что забыла надеть линзы. Мир расплывался, контуры текли. Что ж, придётся потом ещё раз всё повторять. Да и к учёбе она сейчас была совершенно не готова, мысли путались и упрямо возвращались совсем не к формулам и правилам.

Ваня не сводил с неё глаз. Он сидел, чуть развалившись, но взгляд был цепкий, тяжёлый. Его раздражало и одновременно задевало, что она вдруг пересела так далеко. И ещё больше то, как испуганно она на него посмотрела. Он нахмурился, медленно провёл языком по внутренней стороне щеки. Он вроде её не обижал. Не давил. Почти. Мысль не успела оформиться, потому что учительница громко закрыла журнал и начала урок, заставляя класс зашевелиться.

Щурясь, Алиса всматривалась в доску, слегка подавшись вперёд. Буквы расплывались, сливались в серое месиво. Она моргнула, протёрла глаза пальцами, попробовала снова разобрать написанное, но всё плыло ещё сильнее. Раз, второй, третий. Бесполезно. Списать у подруги тоже не получится, Анжела уткнулась в телефон и даже не пыталась делать вид, что слушает. Алиса тихо вздохнула, нервно постукивая ногтем по краю парты.

Экран её телефона дрогнул от вибрации. Уведомление. Она даже не сомневалась от кого, внутри всё сразу напряглось.

Она замерла, не открывая чат, но взгляд всё равно скользнул вниз.

Сердце ударило сильнее, ладони стали тёплыми. Она медленно вдохнула через нос.

Алиса прикусила губу и откинулась на спинку стула, будто пытаясь увеличить расстояние между собой и экраном. Вот зачем он пишет именно сейчас? Почему всегда так не вовремя и так точно в неё попадает. Пульс стучал в висках. Они точно не видели её тогда на бухте.

Точно.

Но воспоминание всё равно обожгло сознание. Как он мог так спокойно разговаривать, зная, что на их плечах уже лежит труп. Кто вообще дал им право решать чужие жизни? Не то чтобы ей было жаль режиссёра, человеком он был отвратительным. Но право убивать... это ведь совсем другое. Мысли начали закручиваться, дыхание сбилось.

Телефон снова завибрировал, вырывая её из тяжёлого клубка размышлений.

— Прикольное ты ему прозвище дала, «Урод», — Анжела тихо посмеялась, наклонившись ближе и щурясь в экран Алисы. Её плечо слегка коснулось плеча подруги. Увидев, что та быстро заблокировала телефон, она приподняла бровь и странно улыбнулась. — Он не тот, кому можно верить. Я тебе уже как-то говорила это?

— Он просто любит доставать меня без повода, — Алиса ответила ровно, но голос всё равно дрогнул.

Она проверила время, резко закрыла тетрадь и начала торопливо складывать вещи в рюкзак, будто пыталась занять руки, чтобы не думать. Молния заела, она дёрнула её чуть сильнее, чем нужно, и шумно выдохнула. Взгляд сам по себе скользнул через класс и на долю секунды снова зацепился за него.

Он уже смотрел. Не отводил глаз. Даже не делал вид, что занят. Локоть на парте, пальцы лениво крутят ручку, но внимание целиком на ней.

1..2..3.. Прозвенел звонок.

Алиса сорвалась с места первой. Стул скрипнул по полу, рюкзак лёг на плечо одним резким движением. Она почти выбежала из класса, чувствуя спиной, что взгляд тянется следом. В коридоре быстро сунула рюкзак в шкафчик, дрожащими пальцами достала пачку сигарет и направилась за школу, туда, где обычно никто не ходил.

Она приходила сюда постоянно. Место было спрятано за школой, за старым бетонным забором и густыми кустами, где почти никогда никого не бывало. Здесь было тихо, пахло сырой листвой и пылью от стадиона. Обычно она стояла одна. Закурила сигарету, медленно выдохнула дым и только тогда заметила его. Сердце неприятно дёрнулось. Она опустила голову, будто надеясь, что если не смотреть, то он исчезнет, и даже не услышала, как он подошёл совсем близко.

— Хорошие девочки не курят же? — Ваня остановился прямо перед ней, нарочно перекрывая путь, чуть наклонился и поймал её взгляд, не давая спрятаться.

Алиса сразу захотела уйти, мышцы напряглись, она сделала шаг в сторону, но он не дал этого сделать, лениво сместился, перекрывая дорогу. Почти играючи вытащил сигарету из её пальцев и, не отводя от неё глаз, затянулся сам, будто это было что-то личное, отобранное у неё намеренно.

— Знаешь, что курить вредно? — Киса продолжал давить, голос спокойный, но в нём чувствовалась насмешка. Он сделал шаг ближе, вторгся в её пространство. Видел, как она напряглась и боится его, и это почему-то цепляло. Только он всё ещё не понимал, почему именно. — Сегодня поможешь с английским? Это вроде как твоя обязанность.

— Вчера ты не пришёл. Где был? — Алиса не смотрела на него, упрямо уводила взгляд в сторону, будто разговаривала со стеной. Пачку сигарет она незаметно спрятала за спиной, сжала пальцами, чтобы он и её не забрал.

Ваня не ответил. Вместо этого он завёл руки ей за спину, почти заключив в ловушку между своими руками и грудью. Движение было резким, уверенным. Он нащупал пачку, вынул её из её пальцев и спокойно положил себе в карман, как будто так и должно быть.

— Вообще-то это мои... — начала Алиса, вспыхнув от возмущения и растерянности, но договорить он ей не дал.

Его губы коснулись её губ не настырно, а лишь легко, почти пробно. Короткое, тёплое касание, от которого сбилось дыхание. Он прижался ближе, будто закрывая её собой от всего мира, и на секунду это ощущалось не как угроза, а как странное укрытие. Алиса дёрнулась, собираясь вырваться, но в этот момент за их спиной раздался голос физрука.

— А, Кислов, это ты тут с кем-то куришь. — Мужчина даже не всматривался в девушку, махнул рукой и пошёл прочь, будто ему было всё равно. Уже на ходу бросил через плечо: — Потом расскажешь, что за девка с тобой была. — Он тихо усмехнулся.

Ваня медленно отстранился, но не успел сделать и шага — звонкая пощёчина обожгла щёку. Он повернул голову обратно, недовольно посмотрел на девушку, прищурился, провёл языком по внутренней стороне губы, будто проверяя вкус удара.

— Я тебе жизнь только что спас, или ты хочешь сломать свою репутацию? — Он усмехнулся краешком рта, смотрел прямо, тяжело, почти вызывающе. Он заранее пришёл сюда, чтобы отдать наркотики учителю.

Физрук принимал их, и это был большой секрет. Ваня был хорошим поставщиком, аккуратным и молчаливым. И каким же неожиданным оказалось встретить здесь Алису — именно здесь, именно в этот момент.

— Я не знала, что здесь вообще кто-то может быть. — Недовольно сказала девушка, но голос звучал тише обычного. Мысли всё ещё путались вокруг поцелуя, будто он застрял у неё в голове.

Для Вани это даже не считалось поцелуем — так, способ выкрутиться, закрыть рот и спрятать ситуацию. А вот для неё это было впервые. Она никогда даже не целовалась в губы по-настоящему и отдала свой первый поцелуй непонятно кому, человеку, которого, как ей казалось, она терпеть не могла. Но оба упрямо скрывали даже от самих себя, что на ту короткую секунду им хотелось задержаться в этом касании чуть дольше.

— Ты чего пугаешься меня? — Ваня наклонил голову, внимательно всматриваясь в её лицо. Он снова оказался слишком близко — так, что она чувствовала его дыхание и запах дыма вперемешку с холодным воздухом. Его взгляд цеплял, не отпускал, будто он пытался разобрать её мысли по частям.

— Может потому что ты убийца? — Она подняла глаза и прямо посмотрела в его зрачки, тёмные, напряжённые, почти неподвижные.

И в эту секунду испугалась уже не она — он. Это было едва заметно: короткая пауза, дрогнувшие веки, застывшие плечи. Словно она попала точно туда, куда не должен был попадать никто. Воздух между ними резко стал тяжелее.

Алиса сама поняла, что сказала, и прижала ладонь к губам, будто хотела поймать слова обратно. Сердце заколотилось так громко, что звенело в ушах. Захотелось немедленно сбежать, раствориться, исчезнуть. Она поспешно отступила на шаг назад, потом ещё на полшага, упёрлась спиной в холодную стену. Но спасёт ли её это расстояние, когда он всё ещё смотрит так, будто уже сделал выбор?