VI «По лезвию»

Алиса испуганно смотрела на парня. Он впервые оказался так опасно близко и, как ей казалось, даже не собирался отступать. Его руки крепко держали её, не давая уйти, пальцы сжимали запястья чуть сильнее, чем нужно, а она лишь глубоко вдыхала воздух, будто пыталась вспомнить, как дышать нормально. Она была напугана. И Кисе это нравилось — нравилась её растерянность, её сбитое дыхание, то, как она замирала перед ним, словно кролик перед хищником.

— Значит, теперь тебе страшно? — он сказал это тихо, почти шёпотом, наклоняясь к её уху; тёплое дыхание коснулось кожи. — Тогда чего следила за мной?

— А куда ты так резко решил уйти? — она спросила это и сразу перевела глаза на него, будто сама испугалась собственного вопроса, но отводить взгляд уже не стала.

— Разве тебе важно, куда я решил уйти? — он тут же поймал её взгляд, не собираясь отступать ни на шаг, будто намеренно удерживал её в этом напряжении.

— Действительно... — только сейчас девушка прикусила губу, опустив глаза на мгновение.

Она не понимала, что делает. Зачем пошла за ним? Мысли в голове повторялись снова и снова, путались, сталкивались, когда девушка встречалась с его взглядом. И почему она не подумала перед тем, как пойти за ним? Она ведь всегда всё продумывала. Всегда. А сейчас впервые просто пошла — за каким-то чувством, которое тянуло к нему, упорно, болезненно, не давая остановиться.

— Не делай так... — кулак Кисы врезался в стену прямо возле её головы, заставив её вздрогнуть; звук удара глухо разнёсся по пустому двору. — Не делай...

— Как? — Алиса нахмурилась, искренне не понимая, что сделала не так, и чуть подалась вперёд, будто пытаясь рассмотреть его лицо.

Ваня лишь выругался, сжал челюсть, снова ударил кулаком о стену, уже сильнее, и резко ушёл от девушки. Просто развернулся и пошёл прочь, не оборачиваясь, будто боялся задержаться хоть на секунду дольше.

Алиса ничего не поняла. Что же она сделала не так? Она лишь кусала губы, чувствуя неприятное жжение, и пыталась вспомнить каждое своё слово, каждое движение. Что его так задело? Что его так взбесило?

Киса же бесился, потому что хотел поцеловать губы этой девочки. Когда она прикусила губу, когда её голубые глаза смотрели на него с этим смешанным страхом и упрямством, ему хотелось сорваться — врезаться в её губы, сжать в объятиях, почувствовать, как она дрогнет в его руках. Хотелось до болезненного, до потери контроля.

Но это было не для него.

Она... слишком светлая. Слишком правильная. Такая не может быть рядом с ним.

А он всё равно тянулся. И эта зависимая, вязкая тяга пугала его сильнее любых последствий, сильнее боли, сильнее здравого смысла. Сильнее, чем наркотик, от которого невозможно отказаться.

Алиса постояла на месте всего несколько секунд и всё-таки решила пойти за парнем. Почему он так резко ушёл? Что она сказала не так? Мысль зудела внутри, не давала просто развернуться и забыть. Она должна была выяснить это. Подбежав к нему, сжала его руку, останавливая. Он лишь закатил глаза, будто и ожидал, что она пойдёт следом.

— Что я сделала не так? — девушка снова заглянула в его глаза, упорно, почти упрямо, ища в них ответ.

Он тяжело выдохнул, будто сдерживая раздражение, и снова прижал её к стене старого подъезда. На этот раз жёстче, почти силой — девушка буквально врезалась спиной в холодный бетон, по коже прошёл неприятный холод. Она на секунду зажмурилась, но стон боли сдержала, не желая показывать слабость перед ним.

— Тебе со мной нельзя, — он наклонился ближе, голос стал ниже, грубее. — Уходи, блять, и больше не следи за мной.

Его пальцы больно сжимали её локоть, будто он сам не замечал силы, с которой держал.

— Мне больно... — она тихо выдохнула, сдерживая слезу, потому что его рука с каждой секундой сдавливала всё сильнее.

Он на мгновение замер, посмотрел на свою руку, сжатую на её локте, будто только сейчас осознал, что делает. Челюсть дёрнулась, пальцы разжались, и он резко отстранился, делая шаг назад. Ни слова больше. Просто развернулся и ушёл.

Девушка обиженно посмотрела ему вслед в последний раз и тоже отвернулась, упрямо зашагав в другую сторону, даже не пытаясь больше на него взглянуть. Она не заметила, как он несколько раз обернулся, провожая её взглядом, следя, как она уходит всё дальше.

У него были дела важнее. Если он не продаст наркоту — будут проблемы. Серьёзные. И вести девушку на сделку он не собирался. Куда ей, такой... правильной, туда. Не для неё это всё.

И почему он вообще думает об этом?

Пнув камень под ногой, он зло выдохнул и заставил себя не думать о ней, не вспоминать её взгляд, её губы, её голос.

Алиса позволила себе заплакать только тогда, когда уже достаточно отошла от него. Слеза скатилась по щеке, горячая, обидная. Ей было неприятно — не больно даже, а именно обидно. Он обращался с ней так, будто она сделала что-то ужасное, хотя она... ничего такого не сделала.

Вытерев слезу ладонью, когда она подходила ближе к площадке, девушка глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, и подошла к парням. Съёмки продолжались.

— Как тут дела? — спросила Алиса, подходя к Хенку и Мелу, стараясь говорить ровно, будто ничего не произошло.

— Он может быть грубым, — резко ответил Мел, даже не дав ей договорить, и бросил на неё внимательный взгляд.

— Кто? Я спрашиваю про съёмки, — Алиса посмотрела на парня, сложив руки на груди, будто закрываясь.

— А я говорю про Кису, — он пожал плечами и повернулся к Хенку. — Видишь? Вся в слезах пришла.

— Да, вижу, — Хенк мягко улыбнулся, переводя взгляд на девушку. — К нему тяжело найти подход. Он и правда грубый... поэтому не думай об этом.

— Я не из-за него плакала, — Алиса вытерла лицо ладонями, стирая остатки слёз, и отвела взгляд в сторону, лишь бы не встречаться с ними глазами. — И не думаю я ни о чём, что связано с ним.

— Ну да... — Мел хотел продолжить, уже открыл рот, но девушка перебила его.

— Закрыли тему, пожалуйста, — Алиса перевела взгляд на съёмочную площадку, цепляясь за движение камер и людей, лишь бы не возвращаться к разговору. — Уже заканчивают. Подойдём к Анжеле?

Все просто кивнули и двинулись вперёд, но как только компания подошла ближе, их остановили, не позволяя пройти к Анжеле: сказали, что она занята и посторонним находиться на площадке нельзя.

Ребята попытались возмутиться, Мел даже что-то начал объяснять, жестикулируя, но в итоге их мягко оттеснили назад. Пришлось отойти за отель и просто ждать, переглядываясь и время от времени посматривая в сторону съёмок.

★★★

Прошло достаточно времени, и Алиса уже замёрзла. Было холодно просто сидеть на какой-то лавочке, да ещё и вечер подкрадывался незаметно, затягивая всё серым, сыроватым воздухом. Погода к ночи становилась особенно неприятной — холод пробирался под куртку, сковывал пальцы, заставлял ёжиться.

— Может, мне позвонить ей? — Алиса грела руки, растирая их ладонями и поднося ближе к губам, чтобы хоть немного согреться. — Что она тебе сказала, Мел?

Парень уже звонил ей: Анжела ответила, но быстро отключилась, коротко бросив, что всё хорошо. Только вот никого это не успокоило. Всех настораживало, что она зашла в номер режиссёра и до сих пор оттуда не выходила.

— Позвони, — тихо сказал Хенк, глядя на друга.

Мел ничего не ответил. Он стоял, уставившись на окно того самого номера, где находился режиссёр с Анжелой, но с улицы невозможно было ничего рассмотреть — плотные шторы скрывали всё.

Алиса достала телефон, пальцы чуть дрожали от холода, и набрала подругу. В ответ — только гудки. Длинные, тянущиеся, неприятные.

— Чего сидим все такие кислые? — голос прозвучал неожиданно близко.

Киса.

Он поздоровался с парнями коротким кивком, но, заметив Алису, остановился. Взгляд сразу стал жёстче, внимательнее.

— А ты что тут делаешь?

— Какое тебе дело до этого? — Алиса колко ответила, закатив глаза, и продолжила греть руки, делая вид, что он её совершенно не волнует.

— Нормально со мной говори, — недовольно бросил Киса и сразу же подошёл ближе, становясь рядом, почти вплотную; от него тянуло холодом улицы и лёгким запахом табака.

— Да кто ты... — Алиса хотела продолжить, уже разворачиваясь к нему, но её перебили.

— Анжела в номере отеля, нам бы понять, чем она там занята, — спокойно сказал Мел, переводя взгляд с одного на другого, будто специально гасил начинающуюся перепалку.

— Так лестница же, — Киса быстро осмотрелся, скользнул взглядом по фасаду и, не раздумывая, поднялся наверх.

Вот только спускался он уже не так уверенно. В руках что-то держал. Когда спускался, заметил, как Алиса щурится, пытаясь рассмотреть его, и вспомнил, что она плохо видит — ещё у неё дома это понял. Тогда почему очки не надела? — мелькнуло у него в голове.

— Что ты снял? — Хенк спросил первым, перетягивая всё внимание на себя.

Ваня молча протянул телефон ребятам. Алиса подошла ближе, чтобы тоже посмотреть, но в ту же секунду отпрянула, будто обожглась. Лицо исказилось.

Анжела... совсем голая... сидела верхом на режиссёре, двигаясь так, словно это было нормально, словно вокруг никого не существовало. Видео дрожало, но было предельно понятно, что происходит.

Мел с грохотом ударил ногой по лавочке. Звук разрезал тишину. Девушка инстинктивно отступила на шаг назад, прижав ладони к губам. И что теперь делать?

Все молчали. Просто стояли и смотрели друг на друга, не понимая, что говорить и как реагировать. Анжела... она же... У них с режиссёром огромная разница в возрасте. А на видео она прыгала на нём, будто так и должно быть. Будто это нормально.

Алиса с трудом сдерживала рвоту. Её мутило, в горле стоял ком, тело реагировало само — отвращением, холодом, дрожью.

— Да, родная... — с балкона номера режиссёра послышался тихий голос.

Ребята сразу спрятались в тень, настороженно вслушиваясь. Алиса даже не заметила, как оказалась совсем рядом с Кисой. Он быстро поменял их местами, заслонив её собой, спрятав за спиной. Она недовольно фыркнула, но тут же поняла — он просто не хотел, чтобы она смотрела на режиссёра. Он и так понимал, почему она плакала в тот день.

— Да, жёнушка, мы всё отсняли, — режиссёр курил сигарету, стоя на балконе лишь в одном халате. — Да, поцелуй дочку за меня... пару дней — и буду дома.

— Да он, сука, ещё и женат... — Ваня выругался сквозь зубы, не сводя с него взгляда.

— И у него есть дочка... — тихо добавила Алиса, всё так же стоя за спиной парня.

— А он малолеток насилует, тварь... — теперь уже выругался Хенк и положил руку на плечо Мела.

Парню было больно. Он любил Анжелу... а она даже целовать его не хотела. Отталкивала, смеялась, уходила. Зато прыгать голой на каком-то режиссёре — пожалуйста. Его накрывала злость, унижение, бессилие. Он резко скинул руку друга со своего плеча и пошёл прочь, не оглядываясь.

— Куда? — Хенк сразу рванул за ним.

— Да к Гене, куда же ещё... — Киса ответил вместо него, глядя им вслед, а потом повернулся к девушке. — С нами идёшь? — он мутно посмотрел на неё; по взгляду было понятно, что мыслями он всё ещё где-то там, рядом с Мелом и произошедшим.

— Да нет, я водителю позвоню, он заберёт меня, — Алиса посмотрела на время в телефоне и недовольно фыркнула. — Ужасный день.

Время было уже позднее, рабочий день у водителя закончился. В списке висели пропущенные от него — она просто забыла ответить. Дура... — мелькнуло в голове. Значит, придётся идти домой одной или вызывать такси. Но после того, как за ней следили, внутри поселилась противная паранойя. А вдруг водитель такси окажется тем самым человеком? Она снова прикусила губу, нервно перебирая варианты.

— Что такое? — Киса сразу заметил, как она напряглась, как изменилась в лице. — И перестань кусать свои губы.

— Да какое тебе дело? — она зло посмотрела на парня, но, встретившись с его тяжёлым взглядом, всё-таки добавила тише: — Водителя не получится вызвать. Его рабочее время закончилось.

— Понятно, — он закатил глаза и, будто приняв решение, развернулся. — Пойдём, познакомим тебя с нашим другом.

— Я лучше вызову такси, — она не сдвинулась ни на шаг, упрямо оставаясь на месте.

— Как хочешь, — он обернулся через плечо и сразу поймал её растерянный взгляд.

Девушка постояла ещё пару секунд. Между ними было метров пять, но напряжение ощущалось почти физически. Они смотрели друг на друга, не отрываясь. Ваня знал — она пойдёт за ним. Видел, как сжались её плечи, как бегают глаза, как она борется сама с собой. И, чёрт возьми, пользовался этим.

— Я проведу тебя домой потом, — он сунул руки в карманы, поднял глаза к тёмному небу, будто говорил между прочим. — Сейчас надо побыть с Мелом.

Она замешкалась, потом всё-таки сделала шаг к нему.

— Ладно... но это только потому, что ты меня уговорил, — Алиса гордо подняла подбородок и пошагала к парню, словно и не было тех взглядов и паузы между ними.

Ваня тихо усмехнулся, развернулся и повёл девушку за собой, чуть сбавив шаг, чтобы она шла рядом. Почему он предложил проводить её? Сам не понял. Просто... хотелось побыть с ней немного дольше. Не объяснять это даже себе. Не разбирать. Захотел — сделал. А что будет дальше... он не знал и знать не хотел.

Вот только оба они понимали: одно неосторожное слово, одно резкое движение — и всё снова вспыхнет. Снова злость, колкости, ненависть. Они будто шли по лезвию ножа, нащупывая баланс, осторожно, почти на ощупь.

И, кажется, пораниться боялись оба.