Глава 2.

Я спустился в гараж. «Додж Челленджер» чёрный, матовый, с мощным движком. Завёл. Выехал. Лос-Анджелес в три ночи — это город без масок. Проститутки курят у фонарей. Копы пьют кофе с пончиками. И где-то в переулке за моим клубом лежит мёртвая девушка.

Я припарковался у жёлтой ленты. Толпа зевак. Синие огни. И одна фигура в лёгком плаще, которая повернулась ко мне, как только мотор замолк.

— Морнингстар, — сказала она. — Ты быстро.

— Я всегда быстро, когда дело интересное, — ответил я, вылезая из тачки.

Она сделала шаг в свет фонаря. И я замер.

Тридцать лет. Тёмные волосы собраны в узел. Глаза — серые, как небо перед грозой. Взгляд — тяжёлый, уставший, но цепкий.

— Детектив Хейзел, — представилась она. — Лос-Анджелес, отдел особых убийств. Мне сказали, что ты помогаешь с необычными делами.

— Помогаю, — кивнул я. — Если платят и не задают лишних вопросов.

— Платят. Вопросы будут. Но сначала — тело.

Она провела меня за ленту. Я сразу увидел девушку. Лежала на боку, лицом к стене. Руки сложены, будто спала. Длинные светлые волосы, маникюр, дорогое бельё — чёрное, кружевное. На вид — двадцать пять. Но главное было сзади.

На её спине, от шеи до копчика, горела вязь. Латынь. Старая. Очень старая.

— «Filia nostra, mater nostra», — прочитал я вслух. — «Дочь наша, мать наша».

— Что это значит? — спросила Хейзел.

Я присел на корточки, делая вид, что внимательно изучаю. На самом деле я уже всё видел. Мои глаза — не человеческие. Но она об этом не знает.

— Понятия не имею, — соврал я. — Выглядит как какой-то оккультный бред. Вызывайте специалиста.

— Ты и есть мой специалист, Морнингстар. Мне тебя рекомендовали. Не подведи.

Я выпрямился.

— Личность установили?

— Лина Маркес. Двадцать пять лет. Работала в клинике репродукции «Новая кровь». — Хейзел посмотрела мне в глаза. — И, Дамиан... она была твоей любовницей.

Я поднял бровь.

— Я сплю со многими. Не всех помню.

— А она тебя помнила, — Хейзел достала телефон. Открыла «Ленту». Там была переписка. Детектив протянула мне экран.

Лина писала кому-то три дня назад:

«Я не могу больше. Он оплодотворил меня, а потом исчез. Я искала его через «Снимки». Он удалил страницу. Но ребёнок... он не шевелится. Я боюсь.»

Я молчал.

— Это про тебя? — спросила Хейзел.

— Нет, — соврал я. — Но если хочешь меня проверить — делай анализы. Я не против.

Она убрала телефон. Посмотрела мне в глаза. Долго.

— Знаешь, Морнингстар, — сказала она тихо. — Моя мать предупреждала, что ты будешь проблемой. Но я не думала, что такой красивой проблемой.

— Детектив, вы флиртуете с подозреваемым?

— А вы, Морнингстар, флиртуете в ответ?

Вокруг лежал труп. Горели фары полицейских машин. Но между нами вдруг запахло грозой.

Я улыбнулся.

— Иди спать, Хейзел. Завтра начнём работать.

— А ты?

— А я пойду домой. У меня завтра тяжёлый день.

Она не ответила. Но когда я развернулся к «Челленджеру», Хейзел бросила в спину:

— Будь осторожен.

Я не обернулся. Только махнул рукой.