Глава 2. Я не умею плавать

После ухода Линь И Линь Цзяруй снова упал в постель и задремал. Он проспал до полудня, умылся и оделся, как обычно, в футболку и кроссовки. Пообедав в ресторане отеля, он спустился в вестибюль. В этот момент к нему подошел высокий мужчина в черном костюме и почтительно обратился:

– Молодой господин.

У мужчины была совершенно обычная внешность, но на его лице заметно выделялся шрам.

Линь Цзяруй был ошеломлен, вспомнив, что это личный помощник Линь И, который следовал за ним много лет. Его наызвали Шрам.

– В чем дело?

Шрам потер руки и сказал с улыбкой:

– Хозяин услышал, что у вас, молодой господин, нет водительских прав, и забеспокоился, что вам будет неудобно выходить, поэтому отправил меня сюда, чтобы я был вашим водителем.

Линь Цзяруй с рождения был приучен вести себя как хозяин. Поскольку Линь И оказал ему эту услугу, он воспользуется ею. Он кивнул:

– Так уж получилось, что у меня сегодня назначена встреча, пожалуйста, отвезите меня.

Шрам поспешно подогнал машину.

Линь И был весьма щедр, оставив свою машину Линь Цзярую. Правда было не понятно, как он утром добирался до компании. Сев в машину и назвав адрес, Линь Цзяруй внезапно спросил:

– Как он жил все эти годы?

Хотя он не назвал никаких имен, оба человека в машине знали, кого имел в виду молодой мастер под этим "он".

Шрам ответил, не отрываясь от дороги:

– А как он мог жить? Такие люди как мы всегда на острие ножа, никогда не знаем, что будет завтра. А босс – человек, которому плевать на свою жизнь. Однажды он был серьезно ранен и пролежал в коме три дня и три ночи. Он с трудом вернулся на этот свет.

– Разве он не женат на дочери большого босса? Разве ее отец не может помочь? 

– Ха-ха, кто может выжить в этом мире, не умея сражаться по-настоящему? Если нет этого навыка – никакая женитьба не поможет! К счастью, босс сейчас ушел из преступного мира, и мы, его младшие братья, можем прожить с ним несколько мирных дней. Моя жена недавно родила дочь. Если я продолжу убивать, как раньше, то обязательно случится что-то непредвиденное...

Шрам начал говорить и не мог остановиться. Слова лились из него потоком.

Линь Цзяруй замолчал, задумчиво устремив взгляд в окно, и сосредоточился на замысле своего нового фильма.

Он хотел стать врачом с юности, но позже бросил это из-за перемен, произошедших в его жизни. Перейдя на факультет кино, он неожиданно стал режиссером. Трудно сказать, есть ли у него талант или нет, но финансовая мощь семьи Линь не вызывает сомнений. Благодаря постоянным инвестициям он выпустил несколько художественных фильмов, его стиль уникален. Благодаря похвале кинокритиков, Линь Цзяруй постепенно стал известен в этих кругах. Многие слышали имя режиссера Линя.

Человек, которого Линь Цзяруй пригласил на чай в этот раз, был кандидатом на главную мужскую роль в его новой драме. Имя этого человека – Гу Янь, известный в кругу актер типа "ваза для цветов". У него красивое лицо и, к сожалению, совсем нет актерских навыков. Но Линь Цзяруя это не могло остановить. Пока кто-то соответствует образу персонажа и совпадает с образом в его голове, все остальное было неважно, даже если актером станет настоящая ваза.

Машина ехала очень быстро и прибыла в пункт назначения в кратчайшие сроки.

Линь Цзяруй и Гу Янь договорились встретиться в чайном домике на улице антикварных магазинов. Чайный домик стоял у реки. Изнутри и снаружи он напоминал о старых временах. Если наступить на одну из половиц в таком месте, она непременно начнет скрипеть. Открыв окно в отдельном кабинете, можно увидеть раскачивающиеся ивы. Иногда по реке проходили лодки с черными тентами, и доносились высокие звуки народных песен, звучащие медленно и протяжно под лучами летнего солнца.

Около трех-четырех часов пополудни заходящее солнце отбрасывает длинные тени на здания, и само время словно становится неторопливым и долгим.

Встреча оказалась весьма приятной.

Внешность Гу Яня была безупречна, характер Линь Цзярую тоже понравился – мужчина совсем не напоминал большую звезду. Выслушав описание сценария, он откровенно сказал, что у него нет актерских навыков и он больше подходит для ролей типа вазы для цветов.

Было видно, что он точно знает, как вести себя, когда наступать и отступать, а также умеет действовать умеренно – это больше всего восхитило в нем Линь Цзяруя. Он тут же принял решение:

– Мне все равно, играешь ты самого себя, используешь актерские навыки или даже вообще не умеешь играть, главное, чтобы ты хорошо сыграл в моем фильме.

– Режиссер Линь, вы так уверены во мне? 

– Ты ошибаешься. Я верю в собственную проницательность.

Линь Цзяруй быстро закончил разговор. Ему было не важно что скажет Гу Янь в этот момент. Он был уверен, что тот непременно согласится на роль. Оставив свой номер, он попрощался.

Он так быстро нашел актера на главную роль для нового фильма, что был в довольно хорошем настроении. Выйдя из чайного домика, он обнаружил, что Шрам все еще ждет его у дверей. Казалось, он решил стать его водителем.

Линь Цзяруй не стал это комментировать. Он открыл дверцу и сел в машину:

– Вернемся в отель. – Пока он пил чай с Гу Янем, Линь И уже отправил ему сообщение с просьбой вернуться и поужинать с ним. Линь Цзяруй не ответил, но он и не планировал никуда выходить этим вечером. Он вернулся в свой номер в отеле, принял душ и переоделся, но когда вышел, Линь И все еще не было. Он почувствовал, что немного голоден, поэтому пошел на его поиски и наконец нашел мужчину в крытом бассейне отеля.

В это время купающихся было немного, а вода была прозрачной как хрусталь.

Линь И в воде выглядел очень красиво.

Цвет его кожи был немного темнее, чем у Линь Цзяруя, и у него не было чрезмерно развитых мышц, но он явно посвящал достаточное время тренировкам – все его тело было стройным и подтянутым. На спине виднелось несколько старых шрамов, а короткие черные волосы были мокрыми от воды. Кристально чистые капли стекали по кончикам его волос и скользили по груди капля за каплей. Под светом хрустальной люстры под крышей казалось, что даже его кожа излучает слабое сияние.

Линь Цзяруй только взглянул и не смог отвести взгляд. Он медленно подошел к краю бассейна и остановился, скрестив руки, наблюдая, как плывет Линь И.

Тот проплыл еще несколько длин бассейна, прежде чем с плеском вынырнуть на поверхность. Он лениво лег на край и поприветствовал Линь Цзяруя:

– Ты вернулся? Уже поел?

Линь Цзяруй покачал головой.

Линь И удовлетворенно улыбнулся и сказал:

– Я проплыву еще один круг, а потом мы вместе поедим.

Пока он говорил, его взгляд метнулся к Линь Цзярую и спросил:

– Хочешь пойти в воду и поиграть?

– Нет, я не умею плавать.

– Я могу научить тебя. – Линь И облизнул губы и понизил голос: – Если мы сделаем это в воде, обещаю, это определенно будет новый опыт.

В уголках его глаз и бровей все еще была влага, что делало его темные и узкие глаза еще более очаровательными, как будто они были укрыты туманом.

Но Линь Цзяруй остался невозмутим, даже не издав ни звука, он развернулся и собрался уйти. Но едва он сделал полшага, как его лодыжку обхватила мокрая рука. Лицо Линь Цзяруя резко изменилось, когда он услышал за спиной тихий смех Линь И, а затем тот потянул его в воду.

Всплеск.

Повсюду была вода.

Крыша бассейна сделана из цветного стекла, и свет, проходящий через неё, делает воду еще более невероятной. Линь Цзяруй почти сразу же закрыл глаза и, как все люди, не умеющие плавать, сделал пару рывков к поверхности, непроизвольно попытавшись вздохнуть. Вода из бассейна с запахом дезинфицирующего средства хлынула в рот и нос. Он хлебнул воды, и его руки и ноги внезапно замерли, он пошел ко дну, словно налитый свинцом.

– Сяо Руй? – Линь И понял, что что-то не так, и быстро обхватил его за талию.

Линь Цзяруй не обращал на это никакого внимания, его глаза были закрыты, пока он, наконец, не осознал, что по-настоящему находится в воде. Это было не спокойное море из его снов, а реальная, всепоглощающая вода!

Он не мог поднять рук – они были слишком тяжелыми, и он чувствовал, как его тело постепенно погружается все глубже и глубже. В трансе он, казалось, вернулся в тот день много лет назад – небо было голубым, а облака белыми, птицы пели, и вдалеке были слышны колокола церкви. Вокруг была вода. Она была холодной, но не причиняла боли. Он не боролся и не звал на помощь. Он просто позволил ей окутывать его, постепенно поглощая.