Бессовестная

— Отец, почему ты вчера не поздоровался с нами, когда пришёл? — недовольно спросила Ирина, вставив руки в бока. Она надула пухлые губки.— Я скучала по тебе.

— Милая моя дочь, я очень устал, поэтому у меня не хватило сил дойти до ваших с Павлом покоев, — ответил Дмитрий, садясь за стол. — За это прошу меня простить.

— Зато ты с папочкой хорошо поздоровался! — Ирина лукаво улыбнулась.

— Мне не очень нравится твоя хитрая улыбка, зайка, — Дмитрий хмыкнул. — Что ты имеешь ввиду?

— Я слышала из вашей комнаты очень любопытные звуки, — загадочно произнесла великая княжна и села за стол. — Как я полагаю, заниматься любовью с папочкой у тебя силы есть, а к нам с Павлом зайти у тебя сил нет?

— Ирина, солнышко, прекрати стыдить меня, — Дмитрий мог бы хлопнуть по столу ладонью, прикрикнуть на дочь за такое «несуразное» поведение, но исходя из того, что Ирина была альфой женского пола, отец сдерживался от нагоняя.

— Прекращу, если ты соизволишь со мной прогуляться по саду, а то ты понимаешь, тятенька, мы с тобой мало времени проводим вместе, я скучаю, — продолжила Ирина, сверкая голубыми глазами. — Павла можем с собой не брать, он плохо себя ведёт, а вот папочку можно прихватить. Ты же знаешь, к папочке я отношусь всех лучше.

— Ну и чертовка же у меня дочь! — Дмитрий усмехнулся. — Вся в папочку! Феликс тоже охотно манипулирует мной!

— Ну ты же поддаёшься его уловкам? — спросила Ирина.

— Куда уж тут деваться? — Дмитрий перевёл дыхание. — Люблю я Феликса сильно, поэтому и скачу перед ним на задних лапках.

— А кого больше любишь? — спросила дочь. — Меня или папочку?

— Очень сложный вопрос, — Дмитрий задумался. — Я, пожалуй, отвечать не буду, ибо люблю вас по-разному. Тебя люблю как ребёнка, Феликса люблю как мужа.

— А это правда, что папочка был у тебя как... Крепостной раб? — Ирина осторожно подбирала слова. — Ну, в смысле, ты же являлся его хозяином, а он для тебя как бы... Вещью? Ведь омеги и по сей день считаются за товар, который можно купить и продать. Знаю, звучит жутко, но это к сожалению так.

— Феликс был князем-омегой, который случайным образом оказался на чёрном рынке, — вспоминал Дмитрий, стуча пальцами по столу. — Я не знал, что Феликс из благородного рода, поэтому относился к нему как к крестьянину. Но позже, конечно, моё отношение к нему изменилось в лучшую сторону, но как помнится, особой любви я к нему не чувствовал. Он для меня был, извиняюсь за выражение, мясо для траханья.

— Вы зачали нас с Павлом до вступления в брак или после? — спросила Ирина.

— Это что за некультурные вопросы, а, Ирина Дмитриевна? — в обеденный зал вошёл Феликс. — Доброго утра, родные мои. А где Павлуша? Опять он проспит до обеда?

— Привет, папочка, — Ирина улыбнулась родителю. — От тебя вкусно пахнет. Уже течка началась?

— Ирина! — Дмитрий стукнул ладонью по столу. — Что это за вопросы такие? Тем более за столом!

— Я просто спросила папочку о его состоянии, тять, — дочь пожала плечами.— Ничего такого. Мы все взрослые люди. Мне восемнадцать в следующем месяце будет.

— Соглашусь с Дмитрием, — Феликс прохромал к столу. — Беседа на тему моего омежеского организма — не очень подходит к обеду. Вернее, к завтраку. Сейчас же ещё утро?

— Простите, — Ирина опустила голову.— Просто я думала, что у нас нет друг от друга секретов.

— Это не секреты, а банальное приличие, ты же аристократка, деточка! — Феликс сел за стол рядом с Ириной и положил руку ей на плечо.

— То, что я аристократка не говорит о том, что я должна себя в чём-то ограничивать! — огрызнулась дочь. — Папочка, ты же сам не любишь, когда тебя в рамки ставят. Почему ты мне втираешь какую-то ересь?

— Для тебя ересь это – правила поведения за столом? — Феликс нахмурил брови. — Ну тогда выйди изо стола и ешь с пола, как животное! У них же нет никаких правил и ограничений! Они живут как хотят!

— Папуль, у тебя походу от течки немного... Гармоны поскакали, — Ирина покрутила пальцем около виска.

— Ирина! — Дмитрий заметил как Феликс изменился в лице. Ему стало страшно как за мужа, так и за дочь.

— А ну-ка встала изо стола, бессовестная! — Феликс грубо схватил дочь за руку и вывел изо стола. Он поставил её в середину зала.

— Да что с тобой такое, пап?! — Ирина испугалась гнева родителя. Это было впервые, когда Феликс вёл себя подобным образом.

— Я научу тебя нормам приличия, а то уже в край расслабилась! — Феликс взял в руки трость, с помощью которой передвигался по дворцу.

— Феликс, не надо бить нашу дочь тростью! — Дмитрий встал изо стола. Он подошёл к супругу. — Девочка погорячилась. Больше такого не повторится.

— Дмитрий, ты мне сам предложил заняться воспитанием детей, так что не мешай процессу, пожалуйста, — Феликс хлопнул тростью по ладони. — Порка лишней не будет.

— Тростью будет очень больно, она не выдержит, — сказал Дмитрий. — Кто му же тебе не жалко пороть собственную дочь?

— Митя, выйди пожалуйста из зала, — Феликс перевёл дыхание. — Ты мне мешаешь.

— У тебя в самом деле от течки крыша поехала, — раздражённо произнёс Дмитрий.— Я не позволю тебе бить ребёнка!  Если хоть раз ударишь – я сам тебя до смерти этой тростью выпорю, а потом ещё и в течную пизду по рукоятку затолкаю!

— Ну вы и насмешили! — Ирина засмеялась.— Простите, я это представила. Папочка, тебе бы не пошла трость в вагине! Тять, откуда у тебя такая извращённая фантазия?

— Ты всё испортил, Митя! — Феликс стукнул тростью по полу и усмехнулся. — Безобразница наша смеётся теперь, а должна наоборот плакать!

— Я плачу, — Ирина прикрыла рот рукой.— От смеха.

— Нет, ну её всё равно нужно отпороть! — Феликс замахнулся и шлёпнул ладонью дочь по упругой ягодице. — Ты посмотри, она над родителями смеётся!

— Вы меня достали! — Дмитрий перевёл дыхание. — Сейчас оба ляжете грудью на стол и тогда получите у меня! Особенно ты, садист эдакий!  — посмотрел на Феликса.

— Я согласен лечь только к тебе на колени! — гордо заявил Феликс.

— Может мы уже приступим к завтраку, а то так скоро обед уже настанет, — сказала Ирина.— Мне, конечно, очень интересно послушать про вашу интимную жизнь, но желудок ждать не будет.

— Кстати, а где наш сын? — спросил Дмитрий. — Его с начала завтрака нет.

— Я схожу за ним, — сказала Ирина. Она направилась к выходу из зала.

— Значит ты тростью хотел побить нашу дочь? — Дмитрий ближе подошёл к Феликсу и облизнул нижнюю губу. — Видимо сексуальное желание настолько заполнило твой разум. Хочешь быть наказаным этой палкой? Обязательно накажу.

— Мне хотелось бы сейчас, — Феликс сглотнул. — Пока Ирина бегает за Павлом мы могли бы немного пошалить.

— Ты предлагаешь мне пошалить за обеденным столом? — Дмитрий хмыкнул. — А как же рамки приличия? Ай-яй-яй! Что же ты как животное себя ведёшь? Хочешь, чтобы я тебя тростью отпорол за это?

— Мить, чем больше ты разговариваешь, тем меньше времени у нас на шалость. — Феликс потянулся за поцелуем.

***
— Хватит спать уже! Меня папочка чуть тростью не побил, а ты тут дрыхнешь! Всю ночь небось мастурбировал, а теперь встать с кровати не может! — Ирина потрясла Павла за плечо, чтобы тот проснулся. — Вставай давай! У папочки течка началась даже!

— Да не буди ты меня! — Павел откинул руку сестры. — Мне плевать, что на трость, что на течку, что на тебя!

— Вставай давай! — Ирина взяла бутылку с водой и плеснула на Павла.

— Ты совсем чокнутая?! — Павел вскочил с кровати. — Я всё отцу расскажу! Тебя не только тростью побьют, тебя ею изнасилуют!

— На завтрак иди, бестолочь! — Ирина схватила Павла за шиворот и швырнула к двери.

***

На крики прибежал Август. Ирина и Павел вцепились в друг друга. Слуга разнял детей.

— Что вы устроили?! — спросил Август.

— Эта дура совсем с ума сошла! — Павел ткнул пальцем в Ирину.

— Этот идиот не хочет идти на завтрак! — сказала Ирина.

— Сейчас вы у меня оба пойдёте в обеденный зал к родителям! Молча! — Август крепко схватил детей за руки.

Дети, выбившиеся из сил, повиновались и пошли за слугой.

***

Дмитрий жадно целовал Феликса, прижав его к столу телом.

Феликс почти что кончил. Стук в дверь отвлёк великих князей от секса.

Дмитрий и Феликс оторвались от друг друга.

В обеденный зал вошёл Август под руку с детьми.

— У вас дети чуть не подрались, а вы здесь непонятно чем занимаетесь! — строго сказал Август. — Тоже мне, родители!

— Август, оставь детей и иди вон! — резко сказал Феликс. Он был не рад, что их занятия любовью прервали.

— Папочка, ты меня ругал, что я за столом о течке говорю, а сам вон что вытворяешь! — сказала Ирина. — Может мне тебя тоже тростью побить?

— Ирина, давай без комментариев! — раздражённо произнёс Феликс. — Вы пришли поесть – ешьте и идите! А то без еды вас оставлю! Будете голодные по углам стоять!

— Папуль, выпей подавители, — сказала Ирина.— Ты бешенный какой-то!

— Да, а то сейчас в оборотня превратишься! — поддакнул Павел.

— Я так не могу больше! — Феликс слез со стола, привёл себя в порядок и вышел из обеденного зала, громко хлопнув дверью.