XIII глава

Младший автоматически обхватывает торс Минхо ногами и думает о том, что Ли точно хочет смерти младшего потому, что, посмотрев на его возбужденный вид, растрепанные волосы, прилипшие ко лбу и приоткрытые губы, через которые выходит загнанное дыхание, щеки вновь начинают пылать.

Ли оставляет поцелуй на ключице, спускается к бусине соска, надавливая на нее кончиком языка, и одновременно входит наполовину. Весь воздух выбивается из легких Хана вместе с полу стоном, неприятные ощущение граничат с бескрайним удовольствием, создавая странный микс. Старший дальше не толкается, дает привыкнуть, чуть царапает бока, лижет сосок, пока Хан обвивает его шею, прижимая ближе.

Толчки возобновляются и постепенно набирают темп, когда младший полностью расслабляется под ласками, и больше не создает невероятную узость, от которой хочется рычать и кусаться. Минхо не позволяет себе этого. Сегодня он необычайно нежный, хочет показать все прелести занятия любовью, окутать младшего заботой и уютом, спрятать на эту ночь от мира сего и не отлипать, грея своим теплом.

Хан превращается в непонятную субстанцию из стонов и вздохов. Царапает широкую спину, прикусывает мочку уха Минхо и шепчет то, что понимает только сам. Сознание плавится, а мысли давно улетучились и не о чем, кроме того, как же ему сейчас хорошо Джисон и не может думать. Он никогда не был фанатом нежного секса, всегда ему казалось, что это нечто нудное и не приносящее удовольствие. Ему всегда нравилось что-то с огоньком, нечто страстное и пошлое, ему нравилось трахаться, но никак не заниматься любовью. С Минхо все по-другому, он прекрасный любовник и может придать сексу любой характер и все это будет чувствоваться так, будто ты где-то не на Земле, а в другом мире, там, где нет никаких забот, дурных мыслей. Есть только Минхо, чувство защищенности и спокойствия.

Хан сам начинает двигаться навстречу, насаживаясь на член, стоит только попасть по простате. Он сжимает плечи старшего до побеления костяшкек, выдыхая что-то похожее на: "еще", "сильнее". Минхо не смеет ослушаться, дает то, что просят, толкается глубже, стимулируя чувствительную точку. Он тянется за поцелуем. Губы сливаются воедино, сминают друг друга, кусают, боясь отстраниться. Хан громко стонет в поцелуй, чуть выгибается, кончая себе на живот.

Ли толкается еще пару раз, кончает следом прямо на живот младшему, смешивая белесые капли. Мужчина роняет голову на плечо Джисона, пытается отдышаться и слушает тяжелое дыхание Хана.

Младший запускает пальцы в темную копну, массирует кожу головы, думая о том, сколько нежности он готов отдать взамен этому прекрасному мужчине. Целует в мокрый висок и немного ругается, когда Минхо пристроившись рядом размазывает сперму по плоскому животу, рисуя узоры:

-Твою мать,Минхо! - негодует младший, - Тебе пять?

Ли улыбается глазами и чмокает младшего в нос:

-Да, - тянет мужчина, в то время как Джисон бьет себе по лбу.

***

Утро наступает совсем незаметно. Солнце сменяет луну, освещая макушки зеленых гор. Там, внизу больше не видно тех переплетающихся огней разных цветов. На небе нет звезд и даже тех мирно плывущих облаков, что были ночью. На траве блестят капельки утренней росы, бабочки кружатся в воздухе, садясь на листву, и пугаясь любого шороха. Соседские коты сидят на заборе, вылизывая свои мордочки. А Джисон после бессонной ночи, проведённой в нежностях и ласках, сидит в плетеном кресле на террасе заднего двора и мирно пьет свое какао, которое сделал ему Минхо в качестве моральной компенсации.

Ещё никогда Хан не чувствовал себя так умиротворенно. Именно сейчас, сидя после душа, в большом халате Ли, смотря на пробуждение всего живого, он чувствует, что может вдохнуть полной грудью. Он чувствует расслабленность и легкую боль в теле потому, что Ли Минхо любил его, кажется, всю ночь и не готов был отпускать. Но эта боль скорее приятная, как и отметины по всему телу. Теперь Хан выглядит, как шестнадцатилетний подросток, который только начал свои первые отношения.

Джисон улыбается, когда вспоминает с каким трудом ему удалось выбраться из постели. Он вытягивает ноги, на которые тут же попадает солнечный свет, чтобы высушить их от капель росы. Он все таки прошелся тут босиком, и трава была точно такая же, как он ее себе и представлял: холодная и немного колючая.

Длинные пальцы касаются шеи младшего, проводят линию от челюсти до плеча, оттягивая ворот халата.

-Прости, - тихо говорит Минхо.

-Все в порядке. Правда, теперь я целую неделю буду замазывать синяки и ходить в водолазках, - он оборачивается назад, заглядывая в лицо старшего, - А то все точно поймут, что какой-то Ли Минхо присосался ко мне как пиявка и мне бедному приходилось отгонять его палками, - Хан улыбается, чмокает Ли в губы, которыми так и не мог насытиться ночью.

Минхо садиться в рядом стоящее кресло, тут же переплетая их пальцы:

-Я люблю тебя, Джисон, - мужчина поглаживает большим пальцем острые костяшки. Чувствует, что-то тёплое в груди, никак не может перестать улыбаться.

-И я тебя люблю, Минхо, - парень смотрит на старшего, в глаза-омут, что затягивают с головой без шанса выбраться. Чувствует, как цветы, растущие внутри распускаются от этих важных слов.

-Знаешь, - спустя несколько минут произносит Минхо.Он поднимает их переплетенные пальцы на уровне глаз, указывает на безымянный палец правой руки младшего и говорит, - Тут не хватает кольца.

-Ой, блять - тянет младший, отворачивается голову в противоположную сторону,- началось колхозе утро.

-Вот увидишь, когда нибудь ты будешь моим мужем.

- Да-да, мечтай.

----------------------
Фанфик не мой, взят с фикбука. автор: bey.ybaa. исправлен с хенликсов на минсонов, но некоторые моменты я чуть переписала.

мой тгк: звезды ви