II глава

Дальнейший вечер проходит в уютной и небольшой квартире Хана. Минхо, как представился позже мужчина, уговаривал его поехать к нему, но как только Хан представил, как утром он будет ехать домой, то такая лень охватила его. Еще даже неизвестно сколько они выпьют потому, что Ли любезно предложил выпить вина. И неизвестно будет ли Джи болеть с похмелья. В общем, он предпочел, что бы страдал старший. Квартира Хана очень нравится Минхо. Пусть она и не большая, где-то творится полный хаос, но зато по ней сразу видно, что она живая. На стенах висят фотографии или картины, на стеллажах стоят всякие фигурки, манга, книги или горшки с цветами. Вся мебель выполнена в светло-сером, коричневом и зеленом цветах и выглядит это очень красиво. Ли всегда мечтал о том самом домашнем очаге, про который все говорят. Но к сожалению жизнь обделила его этим и без человека, наподобие Хана такое устроить будет слишком трудно, да и выглядеть будет странно потому, что Хо тот еще перфекционист. Даже сейчас, он уверен, что, стоя посреди зала, смотрится тут неуместно, как и уютные тапочки, которые дал младший, выглядят на нем нелепо и как-то неправильно, но таковы правила дома Джи и нарушать старший их не намерен.

Пока Хан режет закуски к вину, Хо ходит по комнатам и с интересом рассматривает интерьер. Он заглядывает на кухню и картина, которая предстает, чувствуется очень нужной, давно он такого не видел. В отличие от Ли, Хан даже в этом секси наряде будто сливается с милой кухней. Парень старательно нарезает сыр тоненькими ломтиками и что-то бормочет под нос, мило дергая им, когда нож соскальзывает и вместо красивого кусочка получается обрубок, который тут же отправляется в рот. Он до сих пор находится в том, в чем был в клубе и эта водолазка, которая открывает вид на плоский живот и подкачанную грудь просто сводит старшего с ума. Желание прикоснуться растет все больше и отказывать себе он не видит смысла, ведь у них одна цель - заняться хорошим сексом.

Поэтому не медля ни секунды он тихо подходит к Хану и аккуратно обнимает со спины, утыкаясь носом в копну черных волос. Сони замирает. Пальцы скользят по ребрам, немного щекоча и переходят на живот, вырисовывая узоры. Младший шокирован и явно не ожидал чего-то столь нежного от человека, который согласился на простой перепихон. Действия, которые совершает Ли такие простые, но этот момент кажется очень личным и чувствуется это очень правильно, как будто так всегда должно было быть. Что-то трепещет в животе и разливается теплом, наверное именно это называют бабочками, только у Хана они еще и светятся. Парень улыбается и откладывает нож в сторону. Он кладет свои маленькие ладошки поверх его и потирает большими пальцами, показывая, что он не против, и ему эти действия нравятся. От легкого поцелуя в шею табуном идут мурашки и младший тяжело выдыхает, кладя голову на плечо Минхо.

- Ты ведешь себя так, будто мы милая семейная пара.

- Я думал тебе нравится, - дуется старший.

- Мне нравится, - Хан переплетает их пальцы, - просто это ощущается так.. странно?

- Хорошо, можем сделать по-другому, - шепчет Хо и тут же поддается тазом вперед, прижимая младшего к столешнице. Руки оглаживают бока и спускаются на бедренные косточки, нажимая на них, из-за чего Хан приятно шипит. Минхо ведет носом по плечу до линии челюсти, вдыхая приятный запах порошка и прикусывает кожу, оттягивая,

- Так тебе больше нравится? - мужчина шепчет на ухо, от этого хочется поежиться и спрятать голову, куда-нибудь в шею. Контраст в поведении Ли очень нравится младшему. От былой уютной атмосферы не осталось ни следа, теперь между ними пылает страсть и их тела горят от желания, которое можно почувствовать даже через ткань.

Хан пристыженно улыбается, смотря вниз на возбуждение и так же чувствуя его внизу живота. Оно сладко тянется по всему телу, требуя большего, словно змей-искуситель, и так хочется поддаться этому соблазну, но стоит немного потерпеть. Никто и никогда еще так быстро не возбуждал младшего и он начинает думать, что Хо поистине волшебник потому, что умеет так далеко не каждый.

- Если ты сейчас продолжишь, то вино, как и все, что я тут наготовил, останется нетронутым, - шипит Хан, вновь откидывая голову назад. Минхо забавляют его слова, противоположные действиям, поэтому он тихо смеется в шею младшему, рассылая тепло по нежной коже.

- Плевать, - мужчина опускает вниз горло водолазки и широко проходиться языком. Руки уже болезненно сжимают бедра, но Джисону нравится эта боль. Нравится и то, как Ли прикусывает плечо, от чего Хан почти вскрикивает; нравится быть прижатым к столешнице, упираясь в нее членом, который уже болезненно ноет и требует прикоснуться, а ещё он с ума сходит, когда Ли зарывается в его волосы, немного тянет их или массирует кожу головы.

Одним движением Хо переворачивает Хана лицом к себе и заглядывает точно в глаза. У Джи они сияют, как маленькие звездочки-стекляшки и кажется, что он вот-вот заплачет. У Минхо все совсем наоборот: и без того темные глаза, становится почти черными и их как будто накрывает пеленой, что невозможно разглядеть свое отражение, они напоминают омут, в котором можно без труда утонуть. Их взгляды пересекаются совсем на мгновение, но обоих "бьет" током и накрывает волной чего-то похожего на тот самый запретный плод. Змей-искуситель все же одержал победу. Оба уже тяжело дышат и жадно рассматривают друг друга, как будто экспонат в музее, который трогать нельзя. Даже пальчиком. А Ли, тот самый непослушный ученик, чей класс привели на экскурсию и этот экспонат искушает его, а запреты все больше разжигают огонь интереса. Но Хо уже давно не ученик, а Хан далеко не экспонат, поэтому он впивается в губы парня. Целует так, как представлял себе Хан, мокро, жадно и слишком горячо. Но Сони думает, что Минхо пусть и горяч, но все же больше предпочитает едва уловимые поцелуи, теплые объятия и нежный секс. Они почти бьются зубами, когда вновь сливаются в поцелуе, после секундной передышки. Вот Хан уже и не замечает, как Минхо поднимает его, держа за бедра, как он направляется в спальню и аккуратно кладет его на кровать. Младший чувствует мягкий матрас и прохладную ткань покрывала, а также сильные руки, одна из которых приходится вверх по бедру и переходит на талию. Обычно Хан не пропускает такие моменты, он считает, что это своего рода забота, а ему такое по нраву и забота очень важна для него. Но Хо просто не дает сфокусироваться ни на чем другом, все внимание привлекает только он сам и его губы, которые без остановки целуют. Хо почти насыщается истерзанными губами и отстраняется, нависая. Пальцы все проходятся по ребрам и по плоскому животу, от чего мышцы напрягаются, а старший хмыкает. Во власть длинных пальцев попадает бусина соска, которую тут же сжимают между пальцев. Хан выгибается до хруста позвоночника. Соски - его самая чувствительная зона и даже одно легкое прикосновение может доставить большое удовольствие.