Том 2. Глава 4
Дело не в том, что истинная личность Чен Аня не подвергалась сомнению, а не в том, что Чен Ань может сознательно лгать в пьяном виде. Просто Иванов немного удивлен, услышав подсознательное бормотание Чен Аня по поводу такого рода узлов.
Нет, не просто «некоторые» так много, это следует сказать «очень и очень шокирующе».
Новость от Катюши подтверждает, что старый лис Чен Чанган действительно мертв, он грустил несколько ночей, но что сейчас происходит?
Иванов остановился и протянул руку, чтобы ущипнуть мужчину за челюсть, чтобы лучше разглядеть Чен Аня.
Он даже хотел энергично потереть мужчине щеку, чтобы посмотреть, носит ли этот парень маску из человеческой кожи.
"Кто ты?"
Он опустил голову и поцеловал кадык, скользящий вверх и вниз. Его движения были явно более мягкими, чем раньше.
Чен Ань, который, очевидно, был погружен в свой собственный мир, не ответил на вопрос, который Лу Фэн задал раньше, а теперь Иванов задал его снова.
Чен Ань продолжал бормотать имя своего брата, что вызвало у Иванова сильную зависть.
Кто, черт возьми, этот человек? У меня много времени, чтобы неспешно исследовать этот вопрос. Однако есть старая китайская поговорка, что «мгновение весенней ночи стоит тысячи долларов». Иванов полностью согласен.
Когда он подумал, что это может быть старый лис, взволнованный медведь внезапно взорвался от волнения, как горящий котел.
Было только одно: Чен Ань всегда бессознательно называл имена других людей. Сначала это был Чан Ле, но позже он назвал имя Лу Фэна.
Как и раньше, Лу Фэн также занял этого человека в положении Иванова и принес этому человеку невыразимое безумие и удовольствие.
Это сводило Иванова с ума от ревности, и теперь он тот, кто владеет этим человеком. Это он- Иванов!
«Назови меня по имени! Чен Ань, назови меня по имени!
"Лу Фэн ..."
Иванов был похож на сумасшедшего медведя, даже царь зверей в джунглях не мог сдержать своего гнева.
«Нет! Не это имя! Открой глаза и посмотри, кто я. Посмотри на меня, Энн, назови меня по имени!»
Чен Ань чувствовал себя окруженным морской водой, он не мог слышать голос человека и не мог ясно видеть другого человека.
«Милый мой, зови меня, Иванов, Иванов ...»