Г-9. Невеста Речного бога
Кто-то идёт!
Куда спрятаться, вот в чем вопрос!
Между жизнью и смертью, Ли Цань Кан внезапно проявила свою силу.
Бонус скорости 300% действительно очень полезен. Бай Ли Синь увидел, как перед ним вспыхнул свет, а все зажженные вокруг факелы погасли.
Она не забыла тщательно закрыть дверь зала предков, а затем схватила Бай Ли Синя за запястье и быстро потащила его к столу.
Наконец, Ли Цань Кан взглянула на Бай Ли Синя красными глазами и задула подсвечник в его руке.
В темноте Бай Ли Синь взглянул на девушку, которая дрожала всем телом.
Рука, крепко державшая его запястье, неудержимо дрожала, девушка рядом явно боялась умереть, но все равно стиснула зубы и не издала ни звука.
Шаги приближались.
Внезапно Ли Цань Кан потрясла запястье Бай Ли Синя и нервно сказала:
-Медный замок, медный замок!
Вода в другом запястье вдруг ожила, и Бай Ли Синь почувствовал, как она начала двигаться вперёд.
Вода разделилась и дважды неохотно ударила Бай Ли Синя по внутренней стороне запястья.
Онемение, но не больно.
Сразу после этого, она бесшумно вылетела, мягко подцепив медный замок висевший на двери. Замок вновь закрылся.
После этого вода вернулась к запястью и сильно сжалась вокруг него, словно провозглашая суверенитет и выплескивая эмоции.
В ушах юноши прозвучал более низкий, чем обычно, голос:
-В конце концов, мне все равно нужно навести порядок для вас. Как ни посмотри, я полезнее.
Бай Ли Синь: «.....»
Почему он такой прилипчивый?
Бай Ли Синя схватили за одно из двух запястий и стали ждать долго прибывающего деревенского старосту(или им так показалось?)
Дверь со скрипом открылась, и один за другим зажглись факелы на стене.
Бай Ли Синь выглянул из-за щели стола.
Шаги деревенского вождя были тяжелыми, а его ноги были похожи на жесткие бамбуковые шесты, которые, казалось, не могли согнуться. Он мог только медленно передвигать ноги благодаря силе промежности. Его походка выглядела странной и искривленной.
Деревенский староста держал в руке прозрачный мешок с чистыми дынями и фруктами, он медленно подошёл к столу, положил на него мешок и взял кнут.
В следующее мгновение звуки кнута, падающего на камни и ткань, разнеслись по всему родовому залу.
Ли Цань Кан вздрогнула.
Во время избиения староста ругался.
-Умри, бедный деревенский староста*, Бао-эр - хорошая девочка, она принадлежит своим, зачем ты отдал ее этой собаке ради деревни? Даже принеся в жертву Хэ И , ба, ты зверь!
*это он говорит о прошлом деревенском старосте.
-Умри, спекулянт! С грязными деньгами и несколькими мешками зерна ты можешь делать все, что хочешь?! Это все из-за тебя, все началось из-за тебя, ты самый проклятый!
-Умри, мертвая старуха, ослепленная салом. Если бы ты не уговорила Бао-эр, как бы она могла так послушно уйти? Она могла убежать!
-Умрите! Умрите! Вы все заслуживаете смерти!
Звуки проклятий, смешанные со звуками порки, постоянно эхом отдавались в тесном и темном родовом зале.
Наконец, староста устал, медленно убрал кнут и положил его обратно на стол.
-Бао-эр, -в комнате раздался хриплый голос старосты.
Несмотря на то, что он столько раз бил камни кнутом и так долго ругался, голос старосты был по-прежнему тверд, с характерной ему мрачной хрипотцой. Бай Ли Синь даже не слышал дыхания* собеседника.
*одышки, как после бега.
-Я пришел к тебе, видишь ли, я принес тебе твои любимые яблоки, - как только мрачный голос закончил говорить, что-то упало на землю, и покатилось, оказавшись прямо перед Ли Цань Кан.
Яблоко.
Деревенский староста застыл:
-Я стар и бесполезен. Я даже не могу держать яблоко в руках. Дай мне его найти. Куда упало яблоко?
Через щель, Ли Цань Кан с ужасом наблюдала, как тело старосты медленно наклонялось к ней.Он наклонялся, чтобы подобрать яблоко!
Увидев, что староста приближается все ближе и ближе она так сильно прикрыла рот, что не решалась выпустить воздух.
Внезапно, откуда то из стороны выскочила нога и мягко выбила яблоко.
Яблоко дважды прокатилось по земле и остановилось у ног старосты.
Ли Цань Кан: «....»
Яблоко пришло ему в руки само, это сработает?
Бай Ли Синь медленно убрал ногу и молча улыбнулся Ли Цань Кан.
Не бойся, мы не боимся драться.
Ли Цань Кан не знала о боевой мощи Бай Ли Синя, ее сердце уже подскочило к горлу!
Сельский староста в замешательстве почесал затылок, нагнулся, чтобы подобрать яблоко, и ему было все равно, почему яблоко само выскочило из-под прилавка.
Ли Цань Кан: «....»
п.п: обожаю когда они так делают ахаха
Это действительно сработало!
Староста вытер яблоко салфеткой и снова положил его на стол.Зажёг благовония и поклонился.
Сельский староста опустился на колени:
-Бао-эр, завтра 30-й год твоей смерти, а ты всё ещё не можешь подавить свой гнев? Это все моя вина, я не защитил тебя тогда. Бао-эр, моя Бао-эр.
Голос старосты начал дрожать, и Ли Цань Кан выглянула в щель.
Ему бы хотелось заплакать, но он почему-то не мог плакать. Наконец, он скривил лицо, сделав ужасающее выражение, и завыл.
Через полчаса староста подобрал старые дыни и фрукты, которые он заменил новыми, свежими, и вытащил свое одеревеневшее тело за дверь.
Дверь со скрипом закрылась.
Она была снова заблокирована с «щелчком».
Когда шаги постепенно стихли, Ли Цань Кан вздохнула с облегчением, но повернула голову и с отчаянием посмотрела на Бай Ли Синя:
-Что нам делать? Староста деревни, кажется, запер дверь.
Кругом была кромешная тьма, Бай Ли Синь вылез в темноте, подошёл к двери и осторожно толкнул ее, но дверь была твердой, как скала.
Ему в ухо Ди Цзя усмехнулся:
-Ха.
Бай Ли Синь понизил голос и сказал комариным голосом, который могли расслышать только они двое:
-Прекрати, помоги скорее.
Ди Цзя был ошеломлен:
-Я могу тебе помочь, но почему я должен тебе помогать?
Бай Ли Синь:
-Ну, поскольку я твоя ценная игрушка, если ты не выпустишь меня сегодня, я могу умереть завтра. Ты хочешь чтобы я умер? Я не помогаю себе, я помогаю тебе. Ты открываешь дверь, я выхожу, ты защищаешь свою игрушку. Взаимная выгода, убьешь двух зайцев одним выстрелом, не так ли?
Ди Цзя заколебался.
Бай Ли Синь не торопился, повернулся к столу и начал рыться в темноте.
Ли Цань Кан:
-Что ты ищешь?
Бай Ли Синь:
-Иди сюда, возьми сувениры.
Через несколько секунд в его ушах раздался голос Ди Цзя.
-Ладно, я помогу, но твоя конечная цель - выбраться. В конце концов, я помогу тебе сейчас, а потом возьму проценты.
Из запястья вытекла небольшая струйка воды, и снаружи послышался тихий звук открывающегося замка.
Ли Цань Кан просто подошла к двери в темноте.
Ли Цань Кан просто подошла к двери в темноте.
-Что нам делать? Ты хочешь отправить личное сообщение Лян Си и остальным, чтобы они пришли и спасли нас? -она положила руки на дверь и с тревогой сказала, толкая ее, -ну, здесь мы хотя бы не умрем с голоду.
Дверь скрипнула и открылась.
Ли Цань Кан выглядела сбитой с толку:
-Бай Ли Синь, дверь открыта.
Бай Ли Синь уже что-то взял со стола и подошел к ней:
- О, тебе так повезло. Благодаря тебе, сегодня я, должно быть, получил твой свет.
Ли Цань Кан смущенно покраснела:
-Ах! Да, это так? Спасибо, спасибо за комплимент.
Ди Цзя:
-Ха.
Бай Ли Синь: «....»
Чтобы спрятаться, свеча Бай Ли Синя и Ли Цань Кан была потушена, и теперь они вдвоем могут идти только в темноте по каменной дорожке.
Вокруг было кромешная тьма, и шаги были неровными.
Поскольку Ли Цань Кан боялась идти позади, Бай Ли Синь попросил Ли Цань Кан идти впереди него.
Ли Цань Кан поддерживала стену руками, медленно продвигаясь вперед, а тихое дыхание и шаги Бай Ли Синя продолжали звенеть неподалеку, рядом с ней.
Пройдя минуты три-четыре, они миновали развилку.
Пройдя еще две минуты, Ли Цань Кан споткнулась.
Какая-то сила схватила ее за воротник и потянула вверх.
Ли Цань Кан вздохнула, прислонившись к стене, и поблагодарила того, кто ее поддерживал:
-Спасибо, Бай Ли Синь.
Сила не исчезла, а переместилась на плечо Ли Цань Кан.
Сквозь одежду, Ли Цань Кан почувствовала, что сила твердая и холодная.
Ли Цань Кан была немного смущена:
-Спасибо, что поддержал меня, я создавала тебе проблемы тебя с тех пор, как проснулась, извини.
В темноте слышалось только тяжелое дыхание.
Ли Цань Кан сделала еще два шага, но Бай Ли Синь все еще не собирался отпускать.
Ли Цань Кан:
-Бай Ли Синь, тебе действительно не нужно так заботиться обо мне, не помогай мне, я могу сделать остальное сама.
-Ли Цань Кан, не оглядывайся!
Несколько холодный голос Бай Ли Синя донесся издалека.
Это немного дальше, не так далеко.
Тело Ли Цань Кан внезапно напряглось, но она не оглянулась и послушно двинулась вперед.
Если это голос Бай Ли Синя, тогда кто идёт следом за ней?
Звук дыхания за её спиной стал еще тяжелее, так близко, что, казалось, прямо перед ушами.
Давление на ее плечи постепенно усилилось. Ли Цань Кан замерла и ощутила, словно чьи-то когти вот-вот продырявят ей одежду.
Снова раздался голос Бай Ли Синя:
-Когда я досчитаю до трех, немедленно присядь на корточки! Ты слышишь?
Голос Ли Цань Кан дрожал:
-Хорошо.
Бай Ли Синь:
-1,2,3!
В тот момент, когда он досчитал до трех, Ли Цань Кан быстро присела на корточки без каких-либо колебаний.
Она услышала громкий хлопок позади себя и сгорбилась, чтобы оглянуться. Когда ее глаза постепенно привыкли к темноте, она могла смутно видеть то, что было перед ней. Ее сердце чуть не выпрыгнуло из горла(который раз за день!)
Четыре алых глаза устрашающе мерцали в темноте.
Это чудовищный красный паук!
Ли Цань Кан тут же сделала два шага назад и прислонилась к холодной стене позади себя.
Она не могла ясно видеть сцену перед собой, она могла только смутно видеть общую черную тень и звуки борьбы с тяжелыми ударами.
«Твоя скорость увеличилась до 300%. Как только ты окажешься в опасности, немедленно убегай от красного паука, и он не сможет тебя догнать.»
В её голове внезапно всплыло то, что сказал Бай Ли Синь ранее.
Ли Цань Кан повернула голову и посмотрела на выход. Она даже увидела маленькое светящееся пятнышко на выходе. Она побежала изо всех сил и уже через десять секунд, она смогла покинуть это опасное место.
Бежать?
Она в безопасности, если убежит.
Ли Цань Кан энергично замотала головой.
Нет.
Она не будет убегать!
Может быть, она ничем не может помочь, может быть, она самая бесполезная, но она не может быть дезертиром, не может покинуть Бай Ли Синя и сбежать!
Если уж бежать, то хотя бы с Бай Ли Синем!
Ли Цань Кан подавила в себе мысли о побеге и закричала дрожащим голосом:
-Монстр, иди сюда! Я лучше него!
В темноте раздался внезапный звук падения тяжелого предмета на землю.
Оттуда донёсся ленивый голос Бай Ли Синя:
-Эй, жаль. Сейчас день, и он растает, как только выглянет солнце, если ты не го выманишь.
Ли Цань Кан: «.....»
Почему в этот момент она вдруг почувствовала, что среди троих присутствующих именно монстры должны были убегать?
* * *
В комнате лицом к лицу сидело пять человек.
За исключением Бай Ли Синь, лица остальных четверых были не очень красивыми.*
*невеселыми и дальше синонимы.
Чудовище, которое вчера принес Бай Ли Синь, лежало в углу у стены.
Хотя сейчас день и солнце светит в окно, оно не убьет монстра, но сделает его очень слабым, отчего он может только бессильно лежать на земле, пытаясь поддерживать состояние живого.
Но даже если этот монстр собирался умереть, он все равно выглядел так, будто хотел перед этим съесть людей, особенно когда его четыре кроваво-красных глаза шевелились.
Лян Си глубоко вздохнул и подавил желание убежать:
-Сегодня я не получил никаких подсказок.
Чжоу Гуан и Ся Чи посмотрели друг на друга и одновременно сказали:
-Мы тоже.
Ся Чи:
-Сегодняшние NPC удивительно тихие. Они позволили нам работать, как только подошли, и ничего не сказали потом.
Лян Си:
-Изменилась и продолжительность обязательных работ. Я проверил панель задач, вчера мы работали 4 часа, а сегодня 6 часов. Если так будет продолжаться, завтра, вероятно, нас заставят работать 8 часов!
Чжоу Гуан:
-Атмосфера между неигровыми персонажами также изменилась. Хотя это все тот же мертвый вид, я вижу, что они очень нервничают.
Бай Ли Синь:
-Эти неигровые персонажи созданы как жители деревни. Завтра будет последний день проклятия речного бога. Нервничать - это нормально.
Все улики связаны с Сан Бао-эр, а ключевыми фигурами являются бабушка Сан и староста деревни.
Время сейчас немного поджимает, -он остановился и посмотрел на остальных троих. -Осталось всего 30 часов.
Чжоу Гуан:
-Значит, ничего?
Бай Ли Синь:
-Итак, я позвал их двоих.
Каждый: «.???.»
Как только он кончил говорить, раздались два голоса.
-Зачем ты здесь, вонючий человек?!
- Это я тебя спрашиваю, мертвая старуха!
Бай Ли Синь открыл дверь, добродушно улыбнувшись, в руках он держа одну вещь :
-Входите.
Двое NPC посмотрели на вещь в руках Бай Ли Синя, и побледнели ещё сильнее.
Староста деревни:
-Как ты смеешь трогать табличку Бао-эр!
В комнате прямой трансляции по-прежнему шла интенсивная стрельба.
[ Нужно привести в порядок таблички. NPC тупые.]
[ Ха-ха-ха, я впервые смотрю такую крутую игру-побег. Игра с монстрами и NPC действительно достойна. ]
[ Почему дверь в секретную комнату открылась сама собой? NPC забыл запереть дверь? Забыли запереть дверь, забыли замок? ]
[ Удачи. ]
[ -F.... вы серьезно называете это удачей? ]
[ Как все запутано. Кроме того, разве сейчас Ли Цань Кан не была хороша? Я помню, что у нее была удача B. ]
[ Да ладно, это удача Ли Цань Кан, которая заболела, как только попала сюда.]
[ Ну, то есть отрицательная удача? ]
* * *
Деревенский староста и бабушка Сан сели в разных углах комнаты.
Бай Ли Синь перешёл сразу к делу:
-Я могу вернуть вам табличку, но вы должны ответить мне на несколько вопросов.
Староста посмотрел на Бай Ли Синя своими тусклыми черными глазами, и в его мрачном голосе послышались нотки нетерпения:
-Ладно!
-Ли Чонг, Сан Бао-эр и Хуан Ючэн, что произошло 30 лет назад?
Лицо старосты на мгновение перекосилось, но он все же открыл рот.
-Тридцать лет назад наша деревня столкнулась со стихийным бедствием.
-Целых два года не было дождя, и река высохла. На полях не было урожая, и жители деревни не могли больше жить. Молясь о дожде, молясь Богу и поклоняясь Будде, мы использовали все методы, которые знали.
Как раз, когда все были в растерянности, в деревню приехал богатый бизнесмен по имени Хуан Ючэн.
Бао-эр - известная девушка на десять миль и восем деревень. Если бы ее перенесли в древние времена, там ее можно было бы сравнивать с Си Ши*. Этот богатый бизнесмен был падок на красоту, и когда он услышал слухи о Бао-эр, он стал помышлять о ней.
*Си Ши (кит. 西施, пиньинь Xī Shī, 506 год до н.э. - ?) - одна из четырёх великих красавиц Древнего Китая.
Бао-эр предпочла бы лучше умереть, чем выйти замуж за него, поэтому богатый бизнесмен нашел Ли Чуна, который в то время был старостой деревни. Это был мой отец.
Хуан Ючэн пообещал предоставить нашей деревне большое количество еды и денег, чтобы помочь нам преодолеть трудности, но при одном условии: отдать ему Бао-эр.
Мой отец видел, что происходило в деревне и, наконец, согласился на просьбу Хуан Ючэна. Но в то время мы с Бао-эр уже были влюблены. Я спрятался снаружи и подслушал их разговор. Я молил! Я опустился на колени перед отцом и умолял его поженить меня и Бао-эр.
Но мой отец отругал меня и запер в доме.
А Бао-эр все-таки девушка из хорошей семьи, она не глупая. Она не согласилась. Мой отец послушался Хуан Ючэна.
Затем он сочинил ложь для всех, как бы принеся ее в жертву Речному Богу.
Мой отец солгал, что пригласил Небесного Мастера поговорить с Речным Богом. Речной Бог влюбился в Бао-эр, но когда Бао-эр отказалась выйти замуж за Речного Бога, деревня была наказана небом, и дождя не было еще два года. Поэтому Бао-эр была насильно отдана Богу Реки, а Бог Реки простил нас и послал дождь и еду.
Бао-эр была быстро выдвинута на передний план, и всей деревне не потребовалось много времени, чтобы отнести ее к входу в деревню и передать Небесному Мастеру.
Но этот Небесный Мастер - фальшивка. Их люди заставили Бао-эр надеть свадебное платье, привязали ее к носилкам и понесли на гору, а затем отнесли в дом богатого бизнесмена Хуан Ючэна.
К тому времени, когда меня освободили, Бао-эр стала наложницей Хуан Ючэна.
Жители деревни получили пищу.
У всех на лицах были давно потерянные улыбки. Они благодарили Бога Реки за его подарок, но только они забыли Бао-эр, которую они послали в качестве разменной монеты.
Месяц спустя в деревне Хешен, наконец, прошел первый дождь за два года. Дождь не прекращал идти три дня и три ночи, и пересохшая река наполнилась водой. Богатый бизнесмен Хуан Ючэн отправился на лодке в деревню Хешен.
На этой лодке Бао-эр убила Хуан Ючэна, а затем сама покончила жизнь самоубийством, умерев от ненависти.
С того дня появилось проклятие речного бога.
Это Бао-эр, ее обида превратилась в проклятие и погубила нас. Она ненавидит нас за то, что мы послали ее в жертву! Ненавидит нашу жадность и невежество! Это наказание Бао-эр для нас. Боль, которую мы должны терпеть! Наша деревня Хешен должна была быть похоронена вместе с Бао-эр. Только когда мы все умрем, душа Бао-эр сможет освободиться.
[ Динь! Поздравляем игроков, раскрытие истины Проклятия Речного Бога составляет 30%, а текущий прогресс составляет 70%/100%. ]
Радость промелькнула на лицах нескольких человек в комнате.
70%?
Так поднялось! Осталось всего 30%, и они все ближе и ближе к победе!
Чжоу Гуан:
-Есть еще один Хуан Ючэн. Должны ли мы пойти в дом Хуан Ючэна? Эй, староста деревни, у Хуан Ючэна есть жилье здесь?
Староста закатил глаза, промолчав.
Бай Ли Синь:
-Это старый дом на востоке деревни?
Жесткое выражение лица деревенского старосты выражало легкое нежелание:
-Откуда ты знаешь?
Бай Ли Синь:
-Я помню, что на горизонтальной табличке дома написано «Семья Хуан». Как правило, большие семьи используют только горизонтальную табличку. Дом заброшен, должно быть 20 или 30 лет.
Деревенский староста посмотрел на Бай Ли Синя, а затем стал смотреть на табличку в его руке:
-Да, вы правы, она там. На востоке деревни есть сломанный дом, и на табличке прибитой к двери написано «Хуан цзя». Когда он так усердно ухаживал за Бао-эр, он жил там недолго.
--
Тем временем в зале прямой трансляции:
[ Это слишком офигенно! Вы хотите сказать, что можно было просто взять и начать шантажировать NPC? ]
[ Чтобы получить эту подсказку от деревенского старосты, мы в то время бегали за ним и выполняли все его прихоти. После напряженной работы, он, наконец, рассказал нам эту сюжетную линию, но только в последний день. Сразу же после этого настало время жертвоприношения, и у нас не было времени увидеть дом Хуан Ючэна. Если бы мы сделали то же самое в то время, мы бы могли спасти игрока женского пола? ]
[ Не думай слишком много о прошлом, не все такие умные, как Бай Ли Синь, тебе было нелегко выжить. ]
[ Я понял. Соблюдение правил ничем не поможет,а нарушение правил победит! ]
--
Староста деревни не сводил глаз с таблички:
-Я сказал тебе все, что должен был тебе сказать, можешь ли ты теперь вернуть мне то , что забрал?
Бай Ли Синь двумя руками поднес табличку старосте деревни:
-Прости.
Взяв таблетку, сельский староста тут же стал лелеять ее, будто младенца:
-Малыш мой, ты страдаешь. Не бойся, я сейчас отправлю тебя обратно, и мы вместе пойдем домой.
Перед уходом староста деревни стоял перед дверью с пустым лицом, его два темных глаза смотрели прямо на Бай Ли Синя:
-Не тратьте зря свои усилия, вы не можете убежать, вы не можете убежать, и вы не ... Спасения нет.
Сказав это, староста наконец ушел.
Но в комнате все еще оставался NPC, бабушка Сан.
Бабуля Сан иногда была глупой, а иногда очень даже в здравом уме.
Она была нормальной, когда только зашла в комнату, но, выслушав слова старосты, снова сошла с ума.
-Нет-нет-нет, Бао-эр такая добрая, она такая добрая, она не будет проклинать других.
-Черт, ублюдок! Зверь! Иди к черту!
Бабуля Сан какое-то время судорожно сидела там, как раз когда все не знали, что с ней делать, Бабушка Сан вдруг дернулась несколько раз, а потом ее голова поникла, и она перестала двигаться.
Лян Си был поражен.
Как только он подумал, что бабушка Сан потеряла сознание, он уже было собирался идти спасать NPC, как бабушка Сан внезапно подняла голову, чем очень испугала Лян Си.
Темные глаза бабушки Сан налились кровью.
- Я хочу Бао-эр, мою Бао-эр!
-То, что он сказал - неправда. Я ничего не видела. Отдайте мне тело Бао-эр, и я расскажу вам правду, всю правду!