Искуситель. Садист

Летняя ночь прекрасна. После нещадной дневной жары и до жути палящего солнца, вечерний ветерок приятно охлаждает тело. Колышутся зеленые листочки на вековых, ветвистых деревьях, а в высокой траве сверчки поют один за другим. Утонченный полумесяц приглушенно освещает цветочную поляну. Те пестрые цветы днем, напоминающее издалека яркую причудливую мозаику, в темноте отражались блеклым монотонным слоем. По истине прелестным чудом в летней ночи являются звездочки. Крохи, что напоминают белые искры, осыпали черную мглу. Кажется, что протянув руку к небу можно ухватить одну из них. Будущее похоже на звезды, сколько к ним не тянись, они останутся вдалеке не тронутые, лишь таинственно будут смотреть на тебя вслед. Время не лечит раны, лишь затупляет те чувства, что глубоко в сердце. Придет время, придет он, и все страхи аукнутся сквозящей болью в груди.
Кеджиро сквозь пальцы рассматривал ночное небо. Некогда здоровая, персикового цвета кожа сменилась на холодный белый цвет. На бледной руке, узорами струились вены. Казалось, что жизнь в больнице превращает его в живого мертвеца, но конечно же это не было так. Если бы не талантливая Шинобу, с ее молниеносной реакцией, то пламенный лежал бы в гробу уже как несколько месяцев. Столп за несколько часов обдумал около пятнадцати способов как обезглавить ненавистную третью высшую луну. Проблема составляла только в нем, а точнее в его нестабильном состоянии. Как бы ему не хотелось поскорее стать сильнее, вернуться в свою прежнюю форму и даже лучше, одного желания мало. Поэтому столпу оставалось только в своих мыслях осуществлять казнь демона. Кёджиро на удивление стало намного легче, чем он предполагал и это хорошенько подняло его дух. Все таки пламенный столп в любой ситуации столп. Крепкая опора, стена защиты, великий боец-это все Кёджиро Ренгоку.
                                  Аказа

С тех пор как он "навещал" дорогого хашира прошел всего день, но Аказе неимоверно хотелось снова увидеть его. Неизвестное ему приятное чувство заставляло сердце биться быстрей. Господин тоже заставлял сердце Аказы биться быстрей, но эти ощущения совершенно разные, полные противоположности... . В глубоких отголосках разума, было словно дежавю. Это его прошлое? Но демон ничего о нем не помнит, только знает, что был преступником, но причину своих преступлений не знает, да и незачем. Что человеком Аказа был сволочью, что став демоном остался сволочью, может даже еще большей. Поэтому слова пламенного так раздражают о'ни. Чем люди лучше демонов? Люди едят животных, а демоны их. Все же равноценно, верно? Пищевая цепочка так сказать. Сильные доминируют над слабыми. Так всегда было. Так почему людей считают невинными, а демонов кончеными тварями? Люди-это самые лицемерные существа, что свое двуличие прикрывают благими намерениями.

-Но мой Кеджиро не такой, как все остальные мерзкие трусы. Он особенный. Он должен познать вечность и разделить ее вместе со мной.

Аказа был шокирован собою. Что он, черт возьми, несёт такое? Бред, полная бессмыслица. Демон вошедший в ступор чуть не упал с ветки высоко дерева прямиком в глубокую реку, но демонические рефлексы сработали быстрей, чем мозг. Почему он думает о чем то столь... собственническом? Еще и про столпа которого в своей жизни видел то два раза. Аказа не хотел разбираться в своих непонятных чувствах, возникших на пустом месте. Легче списать все на то, что у демона голова тронулась из-за затянувшейся голодовки. Пора бы и поохотиться.

О'ни не стал привередничать. Найдя по запаху глухую деревеньку, он наткнулся на пьяницу. Мужчина средних лет шел, покачиваясь из стороны в сторону, недовольно бурча под нос что-то про политику. Почесав чуть отросшую щетину, а следом без стыда и свой зад, бедняга шаг за шагом шел прямиком к своей верной кончине. Аказа как дикая кошка, бесшумно двигался все ближе и ближе к своей жертве, пока та проживала свои последние минуты, совершенно не догадываясь об опасности, а желтые глаза хищно светились, как маяк среди моря, намекавший "беги! Беги не оглядываясь!" . Но жертве, увы, уже ничего не поможет. Демон из тени резко схватил за шею мужчину. Человек не мог ничего сказать, все попытки позвать на помощь были лишь беспомощными хрипами. Лицо его приняло синеватый оттенок, а вены набухли. Аказа бесстрастно смотрел на невыносимые мучение мужчины, который вот-вот впадет в агонию. И долго ждать не пришлось. Спустя секунд 10 человек был уже мертв. Больше не от удушья, а пронзанием острых когтей демона. Такая желанная, сладкая кровь бегло текла по шее бездыханного тела. Демон жадно впился в нее клыками. Тёплая жидкость заполнила рот, приятный туман накрыл Аказу.

-Гх...

Демон с отвращением отпрянул от шеи пьяницы. Вместо привычного сладкого вкуса, была ужасная горечь. Чтобы хоть как то избавиться от омерзительного привкуса, Аказе впервые за столько лет захотелось выпить воды. Все то время, которое он молниеносно бежал к знакомой реке, в голове у демона было миллион вопросов. "Что за черт?!" , "Никогда не пробовал крови дерьмовей чем эта!" , "Омерзительно, я хочу только крови Кёджиро!" . Последняя мысль была как снег среди мая месяца. "Снова этот столп..!" . Что с ним происходит? Демоны лишены искренних эмоций, им чужды человеческие чувства. Их сердца полностью черны.

"Я Кеджиро Ренгоку, хашира пламени."
Словно лучик света в кромешной тьме отозвался голос столпа. Приятное чувство, тягучее как самый сладкий мед, заставили мертвых бабочек Аказы затрепетать. В голове как по щелчку все стало ясно.

"Он мой."
      "Моя жертва."
             "Мой Кёджиро."

За такой короткий срок Ренгоку покорил Аказу. Тысячелетний лед внутри демона, оттаивал все быстрей и быстрей, благодаря Кёджиро, что так неожиданно ворвался в жизнь Аказы.

Демон все еще колебался, не понимал, что делать с этими чувствами, как они возникли, почему..  почему именно столп? О'ни понимал , что далеко не прекрасное чувство любви им движет. Любовь-это тонкое чувство, оно может убить навсегда  и исцелить умирающего. Любить-это целое искусство, отдаваться ему надо всецело, жертвуя собой, не прося ничего взамен.
Монстр не может любить. Это не любовь.

.

.

.

Аказа утолил свою жажду. Отвратный вкус пропал, но под ложечкой все еще сосало. И демон знал, кто сегодня будет главным деликатесом. О'ни четко помнил путь к пламенному, за что очень благодарен нечеловеческой памяти, будь он человеком потерялся бы и умер где-то под пеньком здорового дуба. Путь хоть и недалекий, но до ужаса тернистый. Никакие препятствия не сравнятся с поразительным упрямством Аказы. И вот, через небольшой промежуток времени, третья высшая луна стоял у седзи палаты столпа.

В ту минуту стихло ночное пение сверчков, перестали шуметь листья, только ветер ныл, ероша короткие волосы демона, да луна светом своим подчеркивала хищные, полные желания глаза о'ни.

-встречай дорогого гостя, Кёджиро!

В полной тишине прозвучал голос третьей высшей луны. Имя столпа Аказа протянул так приторно, четко выговаривая каждую букву, что Ренгоку передернуло от отвращения.

-Аказа.

Твердо ответил хашира. У него не было никаких сомнений, Аказа не оставит его в покое никогда, вплоть до его кончины, будь то естественная смерть пламенного или же прихоть демона. Высший из демонов самодовольно прогуливался по палате своей недобитой добычи. Медленно, специально нервируя.

-Хм... я думал ты будешь выглядеть хуже, но ты снова приятно удивил меня!

С восторгом вполголоса вел монолог Аказа. Кёджиро просто крайне недовольно на него смотрел. Он не чувствовал страха перед демоном, было то глупость или уверенность, как знать.

-Кёджиро, ты пожалуй самый интересный кадр из всех столпов, что я встречал.

Пламенный не оценил сомнительный комплимент от высшей луны, зато тот сиял в предвкушении.

-Кёджиро, ответь мне.

Столп скептически хмыкнул, явно не собираясь отвечать. Дразнить возбужденного от голода демона, так еще из тройки высших не назвать не иначе как бесконечной глупостью. Аказа растянул улыбку как Чеширский кот, сокращая дистанцию между ним и Ренгоку. Столп вжался в край кровати, но ничего в нем не выдавало волнение, скорее наоборот, он знал, что будет и готов к любым выходкам о'ни. Аказа навис над Кеджиро. Они чувствовали дыхания друг-друга, биение сердце. Всегда полные жизнерадости глаза столпа, стали более пустыми, спокойными. Аказа увидел, насколько привлекательный столп сейчас. Непослушные локоны волнами лежали на подушке. Демон удивительно ласково запускал в них руки, нежно перебирая и прижимая к своему лицу. Кёджиро смутился, неожидая такого жеста, но взгляд не отвел.

-Как очаровательно, Кёджиро, ты можешь быть таким сексуальным и невинным одновременно.

Аказа наклонился к щеке столпа, говоря бархатным шепотом ему на ухо. Спина пламенного мгновенно покрылась мурашками. Каждое лестное слово демона вызывали у Кёджиро призывы тошноты, а сдерживать свои эмоции становится все трудней. Ренгоку двигался как можно дальше от цепких лап Аказы, которые зажали с двух сторон обреченного хашира. Демон лукаво ухмыльнулся смотря на неловко елозящего под ним столпа. О'ни одной рукой стягивал халат с Ренгоку прямиком вниз, оголяя рельефный пресс с многочисленными шрамами. Какие-то меньше, другие больше, как абстрактная мазня талантливого художника. Демон без стыда разглядывал каждый вспоминая о прошлом визите, к слову Кёджиро так же освежил память. Аказа тыльной стороной ладони проводил по всей спине хашира, начиная от нижней части шеи, заканчивая поясницей, лицом прижавшись к плечу столпа. Кёджиро напрягся, когда тонкие пальцы о'ни едва ощутимо коснулись поясницы.

-Так одна из твоих эрогенных зон-это поясница? Что ж... я обязательно запомню эту деталь.

Аказа уже не мог держать себя в руках, возбуждение нахлынуло с головой, побуждая закончить ласки и завладеть желанным телом. Демон раздвинул ноги и потянул за талию пламенного, усадив как следует того между своих ног в самом интимном месте. Тут Кёджиро очухался и стал активно вырываться из столь пошлой позы. Гамма самых разных эмоций менялись друг за другом на лице Ренгоку, панически думая какое недалекое будущее ждёт столпа.

-Вижу, ты уже не так уверен в себе как раньше, правда? Не стоило тебе увлекаться и терять бдительность рядом с демоном
С угрозой и усмешкой бросила высшая луна. Поза наездницы очень шла пламенному, подметил Аказа. Перед ним открылся вид, красочнее самого яркого рассвета, желанней дождя после долгой засухи. Хмурый и растерянный Кёджиро, румяный до самых кончиков ушей, смотрел куда угодно, но не в глаза о'ни. Аказа грубо мял грудь столпа, теребя твердые соски, иногда оттягивая их. Хашира чувствовал, что пах луны затвердел. Он предпочел бы умереть еще у поезда "бесконечный", чем видеть, а главное чувствовать стояк демона, но самое ужасное, быть причиной стояка. Спустив штаны и бросив жилетку на пол, о'ни остался только в нижнем белье, как и столп. Воздух между ними начал сгущаться, от напряжения исходили искры, но далеко не от романтики. Высшая луна хотел пометить "своего" человека, быть личным садистом и ломать столпа по кусочку, с больным восторгом смотреть как гаснет прекрасное пламя.

-Солидный размерчик, огонек.

Аказе до безумия нравилось подтрунивать над пламенным. А кому не нравится дразнить свой объект обожания?

-Завались.

Не мешкая подал голос светловолосый мужчина.

-Не будь таким грубым, но я все равно рад, что ты ответил мне.

Не давая собеседнику ответить, Аказа притянул за подбородок Кёджиро, сливаясь в пылком поцелуе. Столп сопротивлялся, брыкался и кусал демона, на что тот снова повалил его на спину. Поцелуй был грубый, резкий, со вкусом металлической крови и безнадежного отчаяния, послевкусие которое долго будет отдаваться горечью во рту обоих мужчин. Аказа с неохотой оторвался от губ Ренгоку,которые маняще мерцали от протягивающейся слюны между ними, только почувствовав нехватку кислорода.
Дальше все произошло как в тумане. Два тела слились друг с другом. С каждым новым толчком, входившим все глубже и увереннее, Аказа терял самообладание. Он вслушивался в каждый тихий стон столпа. Демон хотел полностью насладиться моментом, не думая о последствиях. Он обнимал за плечи Кёджиро, пока тот раздирал ему спину. Ревностные алые засосы пестрили по всей верхней части тела столпа, не было места, где о'ни не коснулся человека. Аказа в разных позах имел Кёджиро, редко пошло комментируя его стоны или хваля привлекательное подтянутое тело.

.

.

.

Демон лежал рядом с Кёджиро, поглаживая его длинные волосы. После секса столп не проронил ни слова, завернулся в одеяло и ждал скорейшего ухода Аказы.

-Снова молчишь? Разве мы теперь не любовники?

Продолжал глумиться луна. Но Ренгоку молчал. Пала его доблестная честь, как и столпа, так и достойного мужчины в первую очередь. Кёджиро не ощущал никаких эмоций, да он даже не осознавал жестокую реальность, весь его разум был пуст.

-Ты разбиваешь мое сердце, Кё! Но я все равно снова приду тебя навестить.

Аказа хотел уже оставить поцелуй на прощение, но к его сожалению столп не дал ему этого сделать.

-Не смей.

-Кёджиро, мы только что потрахались, если ты забыл.

Демон в недоумении. К чему сейчас такая упёртость? Кёджиро уже "помеченный" , совсем скоро он будет умолять Аказу быть с ним, хотеть быть убитым его руками, и только его. О'ни обижено хмыкнул, ушел через седзи. Столп отвернулся на другой бок, не став смотреть тому вслед.

Самый короткий путь к сердцу мужчины- это солнечное сплетение.

—————————————————————————
Я очумела пока описывала постельную сцену... было до невозможности стыдно ахахахах