Глава 39: Огонь Памяти

На следующее утро Кларк проснулась рано, с ярким воспоминанием о Лексе в голове. Она провела ночь в одной из гостевых комнат Башни, но её сон был неспокойным, наполненным тревожными снами. В каждом сне она видела, как Лекса уходит всё дальше, поглощённая тьмой, и как бы сильно Кларк ни пыталась её догнать, она не могла её остановить.

Пробуждение принесло облегчение, но реальность, что ждала её, оказалась не менее трудной. Кларк знала, что ей придётся снова встретиться с Лексой, и на этот раз она не могла позволить себе колебаться. Ставки были слишком высоки.

Проходя по коридорам Башни, Кларк заметила, как сильно всё изменилось. Стражи, которых она когда-то знала, теперь казались чужими, их лица ожесточились от войны и борьбы за власть. Даже советники Лексы сменились, новые лица, которых она никогда раньше не видела, наблюдали за ней с любопытством и подозрением. Она ощущала тяжесть их присутствия, но не позволила этому её запугать.

Когда она вошла в тронный зал, то увидела, что Лекса уже ждёт её. Сидя на троне, Лекса казалась тенью самой себя, но в её зелёных глазах горела решимость. Ни следа вчерашней ярости — только холодное безразличие, которое Кларк находила ещё более тревожным.

— Лекса, — начала Кларк, стараясь сохранять спокойствие. — Нам нужно обсудить будущее.

Лекса кивнула, не отводя взгляда от Кларк. — Ты права. Но сначала мы должны прояснить кое-что. — Она сделала жест, и одна из её советников, молодая женщина с тёмными волосами и острым взглядом, подошла с пергаментом в руках.

— Это отчёты, которые я получила о тебе, Кларк, — сказала Лекса, пока советница протягивала ей свиток. — Информация, из-за которой я решила, что ты либо мертва, либо стала врагом моего народа.

Кларк молчала, пока Лекса холодным взглядом просматривала отчёты. — Мне сказали, что ты объединилась с нашими врагами, что ты выбрала разорвать всякую связь с нашим народом и предать наше дело. Я действовала соответственно, так же, как поступила бы ты.

Кларк почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. — Ты хоть раз задумывалась, правдивы ли эти отчёты? — спросила она, её голос был тяжёлым от эмоций. — Или ты просто предпочла поверить в это, потому что так было легче?

Лекса подняла глаза, её взгляд был холоден, как лёд. — У меня была обязанность защищать свой народ. А тебя не было рядом, чтобы сказать мне обратное.

Эти слова ударили Кларк, словно пощёчина. Это правда, она покинула её. Но она не могла смириться с тем, что Лекса предпочла поверить в её смерть, отвернувшись от всего, что они построили вместе. — Лекса, я...

Но прежде чем она смогла продолжить, Лекса перебила её. — Я уже не та девушка, которую ты знала, Кларк. Я делала то, что должна была, чтобы выжить, чтобы сохранить единство кланов. А ты, где ты была? С кем ты была?

Кларк на мгновение замолчала, чувствуя, как тяжесть прошлого давит на неё. — Я была со своим народом, старалась защитить их, как могла. Я поступала так, как считала нужным, но я не предавала твой народ, Лекса.

Эти слова, казалось, скользнули по Лексе, не оставив следа. — И теперь ты вернулась, спустя столько времени, ожидая, что я приму твои слова, будто ничего не изменилось.

Кларк почувствовала тяжесть расстояния, которое выросло между ними, расстояния, которое казалось непреодолимым. — Я ничего не ожидаю, Лекса. Но я знаю, что нам нужно работать вместе ради блага наших народов.

Лекса встала с трона, медленно подходя к Кларк. Её присутствие было угнетающим, словно тень, поглощавшая всё вокруг. — И что ты готова пожертвовать, Кларк, чтобы достичь мира?

Кларк посмотрела ей в глаза, чувствуя пылающую внутри решимость. — Всем необходимым. Но я не пожертвую своей человечностью, и не позволю потерять твою. Мы найдём способ сделать это вместе, не потеряв себя.

Лекса молча смотрела на Кларк, затем медленно кивнула. — Хорошо, Кларк. Но знай, что путь, по которому мы пойдём, будет долгим и болезненным. Не будет коротких путей, не будет лёгкого прощения.

Кларк в свою очередь кивнула, зная, что эти слова — правда. — Я знаю, Лекса. Но это путь, с которым нам придётся столкнуться вместе.

Обе женщины молчали, и тяжесть их слов повисла в воздухе. Будущее было неопределённым, но впервые Кларк почувствовала, что, возможно, у них есть шанс построить что-то новое, что-то, что может превзойти боль прошлого.