1

Лес к вечеру становился совсем другим.

Днём он казался Фриз почти родным: светлым, шумным, полным птичьих голосов и запаха тёплой коры. Но стоило солнцу начать опускаться за верхушки сосен, как между стволами сгущались длинные тени, а каждая кочка, каждый корень и каждый куст становились подозрительно похожи на кого-то, кто притаился и ждёт.

Фриз крепче прижала к груди плетёную корзину.

В корзине тихо позвякивали стеклянные пузырьки, шуршали бумажные свёртки и пахло городом: сушёной лавандой, уксусом, горячим хлебом, аптекарской пылью и ещё чем-то резким - кажется, жабьими желёзами, которые наставница строго велела купить «не нюхая и не задавая глупых вопросов».

Фриз, конечно, понюхала.

И вопросы у неё тоже были.

- Если жабья железа пахнет так, будто умерла ещё до жабы... - пробормотала она себе под нос, осторожно переступая через корень, - значит ли это, что ингредиент испорчен? Или это как раз признак качества?...

Она нахмурилась, прикусила губу и чуть не споткнулась о выступающий корень.

- Ай! Нет, нет, всё хорошо. Я взрослая ведьма. Почти ведьма. Ученица ведьмы, но это тоже считается.

Длинные светло-рыжие волосы выбились из-под ведьминской шляпы и снова полезли в лицо. Кончики, огненно-красные, мелькали перед глазами, словно маленькие язычки пламени. Фриз раздражённо убрала пряди за уши, но уже через пару шагов они опять вернулись на место.

Наставницы в хижине не было уже третий день.

Она ушла «по делам», не объяснив почти ничего. Только оставила список поручений, три запрета, одно предупреждение и фразу:

«Не вздумай сжечь хижину, рыжая моя непутёвая».

Фриз очень старалась.

Пока что хижина не сгорела.

Правда, вчера котёл попытался "убежать" со стола, но это ведь не считалось пожаром. Скорее... проявлением характера у посуды.

Фриз вздохнула и поправила маленький медальон на тонкой цепочке. Шкатулка-медальон тихо стукнулась о грудь, и от этого ей стало спокойнее. Внутри, как всегда, лежал крошечный засушенный цветок и записка с маминой молитвой.

- Ещё немного, - сказала она себе. - Дойду домой, разложу ингредиенты, проверю настой болотной мяты... и, может быть, съем булочку.

Она покосилась на свёрток в корзине.

- Одну. Потому что я взрослая. Взрослым можно есть булочки перед ужином, если они сами себе это разрешили.

Лес ответил ей тихим шелестом листвы.

И вдруг - шорох.

Фриз остановилась.

Шорох повторился. Где-то справа, в густых кустах орешника, что-то резко дёрнулось. Ветки дрогнули, листья посыпались вниз.

Фриз замерла так, что даже забыла дышать.

- Кто здесь? - спросила она шепотом.

Ответа не было.

Только ещё один шорох. Тише. Слабее.

Фриз сглотнула.

Наставница говорила: «Если в лесу что-то шуршит - сначала подумай, потом лезь руками». Ещё она говорила: «Если подумала и всё равно полезла - хотя бы возьми нож».

Фриз медленно опустила корзину на землю и коснулась маленького ножика на поясе. Ножик был больше для кореньев, чем для чудовищ, но с ним в руке ей стало менее страшно.

- Я... я не причиню вреда, - сказала она кустам. - Если ты не собираешься причинять вред мне. Это честное предложение.

Кусты снова вздрогнули.

Фриз осторожно раздвинула ветви.

Внутри, среди влажной травы и сухих листьев, сидел белый заяц.

Он был совсем не таким, как обычные лесные зайцы, которых Фриз иногда видела у ручья. Слишком белый - будто комочек снега, случайно забытый весной. Шерсть густая, мягкая на вид, уши длинные, настороженные, а глаза...

Фриз замерла.

Глаза у зайца были ярко-голубые. Почти ледяные.

Слишком умные для простого зверька.

Заяц тоже смотрел на неё. Напряжённо, недоверчиво. Его маленькое тело было готово рвануть прочь в любой миг, но задняя лапа лежала под странным углом. На белой шерсти темнело пятно крови.

- Ох... - выдохнула Фриз, и все её опасения сразу исчезли. - Ты ранен.

Заяц дёрнулся, когда она протянула руку, и попытался отползти глубже в кусты. Но стоило ему опереться на повреждённую лапу, как он замер, дрожа всем телом.

- Тише, тише, - быстро зашептала Фриз. - Я не страшная. Ну... то есть я ведьма, но только ученица. И я лечу лучше, чем взрываю. Обычно.

Заяц прижал уши.

Фриз спохватилась:

- Это прозвучало не очень успокаивающе, да?

Она осторожно сняла с плеча маленькую сумку и достала из неё чистую тряпицу, пузырёк с отваром тысячелистника и щепотку сушёного серебролиста. Всё это она купила сегодня в городе, но серебролист всё равно был староват. Фриз нахмурилась, растёрла листочки между пальцами, понюхала и решительно кивнула.

- Подойдёт. Наставница сказала бы, что для первой помощи сойдёт. Наверное. Если бы не сказала сначала, что я опять купила не тот сорт.

Заяц не сводил с неё голубых глаз.

Фриз медленно села прямо на землю, чтобы не нависать над ним сверху. Юбка тут же испачкалась влажной травой, но она этого даже не заметила.

- Можно? - тихо спросила она.

Конечно, заяц не ответил.

Но и не убежал.

Фриз приняла это за согласие.

Она работала осторожно, почти не дыша. Сначала промыла ранку отваром, который купила в городе. Заяц вздрогнул, но не издал ни звука - только его уши резко дёрнулись назад. Потом она наложила серебролист, прошептав простую лечебную присказку, которой наставница учила её ещё в первую неделю.

Концы её пальцев едва заметно засветились мягким зелёным светом.

Фриз сама удивилась. Обычно у неё получалось хуже. То свет был слишком слабым, то вообще не появлялся, то вместо лечения начинали расти лишайники. Один раз - прямо на столе.

Но сейчас магия откликнулась тихо и послушно.

Трава вокруг её коленей чуть потянулась к рукам, будто прислушиваясь. Ранка на лапе зайца перестала кровоточить, а дрожь в маленьком теле стала слабее.

Фриз аккуратно перевязала лапу полоской чистой ткани.

- Вот, - сказала она и улыбнулась. - Не идеально, но ты сможешь наступать. Только не бегай сразу, хорошо? Хотя... ты заяц. Наверное, говорить зайцу «не бегай» - это как говорить котлу «не кипи».

Заяц смотрел на неё.

Очень пристально.

Фриз вдруг смутилась. Её щёки порозовели.

- У тебя глаза красивые, - выпалила она, а потом тут же опомнилась. - То есть... для зайца. Не то чтобы я часто делаю комплименты зайцам. Просто они необычные. Ледяные. Ой, нет, это тоже странно звучит...

Она торопливо поднялась, отряхнула юбку и собрала вещи обратно в сумку.

- Мне пора. В хижине нужно разложить ингредиенты, а если болотная мята перебродит, наставница меня точно превратит во что-нибудь. В чайник, наверное. Хотя чайник полезный...

Фриз подняла корзину и сделала пару шагов, но оглянулась.

Белый заяц всё ещё сидел в кустах. Маленький, настороженный, с перевязанной задней лапой.

- Там, дальше по тропинке, моя хижина, - сказала Фриз мягко. - Если тебе станет хуже... ну... можешь прийти. Я оставлю у двери миску воды. И морковку, если найду. Хотя у нас, кажется, только сушёный корень валерианы был...

Она задумалась, но помотав головой отгоняя воспоминания.

И, снова улыбнувшись, пошла дальше.

Заяц остался в кустах.

Но только до тех пор, пока её шаги не начали стихать между деревьями.

Тогда он осторожно поднялся. Боль в лапе всё ещё была, но уже не острая, не жгучая. Перевязка пахла травами, тёплыми руками и слабой зелёной магией.

Белый заяц повёл ушами.

Далеко позади, там, где лес редел к границе, всё ещё доносились чужие голоса. Глухие, раздражённые. Люди - или не совсем люди - прочёсывали чащу. Искали след.

Искали его.

Аластар Вайтфрост, Шестой Сын Снежных Пиков, лорд древнего Дома и обладатель, как он сам предпочёл бы подчеркнуть, выдающегося ума и не менее выдающегося происхождения, сейчас выглядел как перепуганный белый заяц с перевязанной лапой.

Унизительно.

Невыносимо.

Совершенно недостойно.

Он сердито дёрнул носом.

Конечно, он не собирался идти за этой рыжей девчонкой. С какой стати? Она была неуклюжей, слишком доверчивой и разговаривала с ним так, будто он обычное лесное животное. Более того - предложила ему морковку. Ему. Лорду Вайтфросту.

Аластар сделал шаг в противоположную сторону.

Издалека снова донёсся треск ветки.

Заячьи уши резко поднялись.

Он замер.

Потом очень медленно повернул голову туда, куда ушла Фриз.

Ведьмина хижина в лесу. Девчонка, которая лечит раненых зверей и не задаёт вопросов. Место, где можно переждать опасность.

Разумеется, это было исключительно стратегическое решение.

Никакой благодарности.

Никакого доверия.

Просто самый разумный способ временно скрыться.

Аластар фыркнул - насколько вообще мог фыркнуть заяц, -

и, прихрамывая, бесшумно поскакал следом за рыжей ведьмочкой.