Глава 7. Находка нового

Поздний вечер.
Кампус постепенно погружался в тишину - только в окнах лабораторных корпусов всё ещё мерцал свет. Рафаэль сидел в общежитии, склонившись над ноутбуком. Комната была наполнена мягким голубоватым свечением экрана и лёгким потрескиванием колонок.

На экране - старый фанатский форум, архивный, с тусклыми надписями и неработающими ссылками. Рафаэль уже полчаса рылся в обсуждениях, пока не наткнулся на пост прошлого года:

"Не слушайте Solar Echo - Aurum. После третьей минуты у меня зазвенело в ушах, а потом будто бы... голос внутри головы. Они что-то сделали с записью."

Он щёлкнул по выцветшей ссылке. Появилось старое аудио - формат .mp3, название "SOLAR_ECHO_AURUM_REMIX_(1997).mp3".

Рафаэль глубоко вдохнул.

- Ну, посмотрим, мистер Кавальканти, что вы там напели... - пробормотал он и нажал на кнопку воспроизведения.

Музыка началась мягко: синтезатор, гитарные аккорды, вокал с бархатистым тембром. Голос Висенте был узнаваемым - тёплый, обволакивающий. Казалось, он буквально касался сознания. Палмейра даже непроизвольно улыбнулся.

Но к третьей минуте звук начал меняться.
Бас будто уходил внутрь, а голоса множились - эхом, шёпотом, почти неслышным. Он не мог разобрать слов, но ему чудилось, что они звучат прямо за спиной. На экране волны звука дрожали, как будто программа глючила.

Рафаэль моргнул. В комнате что-то будто сместилось. Тень на стене, отбрасываемая настольной лампой, колыхнулась, хотя он не двигался.

- Что за... - выдохнул он и потянулся, чтобы нажать на паузу.

Но курсор не двигался. Песня шла дальше.

В этот момент голос Висенте стал другим - хрипловатым, чуть надломленным. И вдруг Рафаэль различил слова:

"Ты слышишь, Рафаэль?"

Парень резко выдернул наушники. Музыка оборвалась, но тишина не принесла облегчения. Сердце стучало в горле. Он замер, оглядываясь по сторонам.

- Нет... это... это невозможно. - Его голос дрожал.

Он проверил файл - нет метаданных, нет информации о времени создания. Только подпись внизу:

Remix by V.C., 1998.

Висенте Кавальканти.
Палмейра откинулся на спинку стула, сжал пальцы в кулак.

- Значит, всё-таки правда...

Телефон на столе завибрировал. Сообщение от Ханны:

"Ты жив? Паола переживает. И, кстати, Висенте завтра ведёт у нас лекцию в большой аудитории."

Рафаэль быстро набрал ответ:

"Да. Я кое-что нашёл. Расскажу утром."

Он уже собирался выключить ноутбук, но на секунду экран снова мигнул. В углу браузера - короткая вспышка.

На фоне форума появилось изображение - старое фото группы Solar Echo: четверо музыкантов, молодые, улыбаются. Только один, стоящий в тени, не смотрит в камеру. Его глаза - словно совсем чёрные.

Палмейра сглотнул. Пальцы замерли на клавиатуре.

- Скелеты в шкафу, - прошептал он. - Похоже, ты их не спрятал, Висенте.

Следующий день выдался странно тихим. Особенно полдень. Даже кампус, обычно гудящий голосами студентов, будто бы затаился. Рафаэль шёл по коридору с чашкой кофе, чувствуя, как сон и напряжение борются в нём. После ночи, проведённой в поисках ответов, он выглядел вымотанным, но решимость не отпускала.

Большая аудитория наполнялась шумом. Студенты все никак не переставали обсуждать нового преподавателя - Висенте Кавальканти, легендарного певца, теперь профессора курса "Музыкальная психология".

Ханна, Паола и Либби сидели в четвёртом ряду. Рафаэль подошёл, неся с собой заметно потрёпанный ноутбук.

- Ну? - шепнула Ханна. - Ты выспался хоть?

- Не совсем, - ответил он, садясь. - Я слушал старую запись Solar Echo.

Паола нахмурилась:

- И что?

Палмейра взглянул на них, понизив голос:

- Там... что-то есть. Слои, которые нельзя объяснить просто микшированием. И... он назвал моё имя.

- Что? - Филдс чуть не пролила кофе. - Откуда он мог...

Но договорить она не успела. В аудитории воцарилась тишина. Дверь открылась.
Вошёл Висенте Кавальканти. Он выглядел точно так, как на старых обложках журналов девяностых - высокий, с грубыми чертами, чуть поседевшими у висков волосами и взглядом, в котором блестело что-то неуловимо гипнотическое. Голос, когда он заговорил, был низким и мелодичным, будто каждое слово ложилось на слух, как аккорд.

- Доброе утро, - произнёс он с лёгкой улыбкой. - Я рад, что моё возвращение в университет совпало с таким интересом к предмету.

Несколько студентов захлопали. Рафаэль молчал, наблюдая.

Когда Висенте прошёл мимо их ряда, он на секунду остановился. Взгляд певца задержался на нём - коротко, но достаточно, чтобы у Рафаэля по спине пробежал холодок.

Тот самый взгляд - будто узнающий.

- Мистер Палмейра, верно? - произнёс Висенте, не глядя в список.

Рафаэль вздрогнул.

- Д-да.

- У вас фамилия редкая. Я знал одного Палмейру, звукорежиссёра. Прекрасный слух, - сказал Висенте, глядя прямо в глаза. - Возможно, у вас с ним общий дар.

Рафаэль почувствовал, как уши слегка заложило. Низкий тембр голоса будто вибрировал в воздухе. Он моргнул, постаравшись взять себя в руки.

- Возможно, - коротко ответил он.

Кавальканти улыбнулся, и эта улыбка была слишком спокойной.

- Рад это слышать.

Он повернулся к аудитории и включил проектор. На экране появились старые кадры его группы - Solar Echo. Та самая фотография, которую Палмейра видел ночью.

Четверо юношей. Один - в тени, с чёрными глазами.

Рафаэль сжал кулаки под партой.

- Сегодня, - продолжил Висенте, - мы поговорим о том, как звук может влиять на восприятие человека. О резонансе, вибрации и... энергетической природе голоса.

Он говорил спокойно, но чем дальше, тем сильнее Палмейра ощущал странное давление. Голос будто резонировал прямо внутри груди, заставляя дыхание сбиться.
Либби шепнула Паоле:

- У меня мурашки, это нормально?

Барбьери кивнула, хотя сама сидела, не сводя глаз с преподавателя. Рафаэль глубоко вдохнул и решил рискнуть.
Он поднял руку.

- Простите, профессор... вы упомянули энергетическую природу звука. А вы считаете, что песня может... воздействовать на человека сильнее, чем просто эмоционально?

Кавальканти чуть прищурился:

- Очень хороший вопрос, мистер Палмейра. - Он сделал шаг ближе, словно специально, чтобы быть напротив него. - Некоторые звуки способны вызывать состояние транса, менять восприятие времени. Но иногда - если человек открыт этому - он может услышать даже то, чего нет в записи.

Рафаэль почувствовал, как кровь стучит в висках.

Он понял, что Висенте знает.

- Но это... опасно? - осторожно спросил он.

Висенте наклонил голову.

- Всё зависит от того, насколько вы готовы слушать, Рафаэль.

Имя прозвучало почти шёпотом, но отчётливо.

Несколько студентов обернулись - будто уловили вибрацию в его голосе.
Палмейра отвёл взгляд, стараясь не показать страха. А Кавальканти снова повернулся к классу, словно ничего не произошло.

- Ладно, вернёмся к истории. Solar Echo была лишь началом...

И время снова проходило незаметно. Пары одним из за другим сменялись. В этот раз у студентов со второй группы было чуть больше пар, чем вчера, что пришлось им задержаться.

Так, полдень стал переходить в поздний вечер. Небо стало постепенно темнеть, сменяя на более темные оттенки. Солнце с каждой минутой перестало светиться все ярче.

К этому времени пары у второкурсников подходили к концу. Покинув одну из аудиторий, что было на третьем этаже, компания подруг направлялась в кафетерий, чтобы поужинать.

Зайдя сюда, их снова встретили знакомые ароматы еды, а также хитовые песни, игравшие из настенных колонок. Девушки подсели за свободное место возле окна слева.

Именно там возникли разговоры по поводу первой недели учёбы:

- Вы тоже не можете поверить в то, что новые дисциплины действительно классные? - эту тему начала Либби.

- Да, так и есть! - воскликнула Паола в ответ. - Вот "Песенная драматургия". До сих пор не забуду как Вальтер преподавал лекции.

- Или "Тембровая гармония". - добавила Марта. - Здесь Корнелиус играет на своем фортепиано чаще, чем в прошлом году. Не лекции, а концерты какие-то!

Эти слова заставили Алмонд засмеяться, а Барбьери еле сдержадась, стараясь сделать глоток чая.

- Ещё можно сказать про преподавательницу по семинарам "Музыкальной психологии", Мисс Монтейру. - вдруг вспомнила Паола. - Она такая добрая и приятная женщина.

- Кстати о "Музыкальной психологии"... - на лице Либби появилась лёгкая улыбка. - Лектор там вообще отдельная история.

- Это точно! - согласилась с ней Грин. - Прям на каждом занятии задерживаешься на одном дыхании.

На что двое подруг кивнули вместе с ней. Повисла тишина, в которой были слышны звуки приборов и тихая музыка.

Однако вдруг трое из них вспомнили то, чего не предпочли вспоминать, но все равно заговорили об этом:

- Вот чёрт! Вспомнила, что завтра придется идти на хореографию. - недовольно произнесла Марта, слегка стукнув кулаком по столу. А потом поднесла руку ко лбу. - Как же неохота идти.

- Понимаю. - согласилась с ней Либби, доедая остатки макарон. - Вот я так и не пойму зачем нам, второкурсникам, продлили эту дисциплину!

- Угу. Нам на первом курсе и так хватило всей этой нагрузки.

- Абсолютно. Не вижу смысла дальше на него ходить. - добавила Паола.

Пока подруги дальше обсуждали об этом, Ровена не участвовала в разговоре совсем. Её взгляд был прикован к чашке куриного супа, который все никак не остывал. Рукой она помешивала ложкой, чтобы еда как-то остыла.

Её мысли были связаны со вчерашним днём. Поначалу этот день казался ей удачным, ведь та смогла написать уже вторую песню для своей будущей карьеры. Даже мелодию к нему подобрала.

Но с другой стороны оно прошло неловко. После этого момента в репетиционную заглянула Келси. Конечно, она похвалила её, заявив что у той хорошая песня.

Однако больше всего Демири смутило то, что почему ей стало неловко при разговоре с ней? Ведь раньше когда она общалась с людьми у неё не бывало неловких моментов, касаемые комплиментов. И лишь эти слова вызывали тепло на душе.

В голове все же было одно предположение, к которому она относилась с сомнением, но звучало довольно верно. И единственным вариантом являлось то, что Келси застала её врасплох, когда та напевала песню.

Эта версия казалась Ровене самой логичной, поэтому она решила остановиться именно на ней.

Так, она сидела, погрузившись в мысли до тех пор пока не слышался внезапный щелчок пальцами.

- Ровена! Ровена! - окликнула её Марта. - Ауу! Ты здесь?

От услышанного, она резко моргнула и оглянулась по сторонам. Ненадолго подумав, ответила:

- Да, я здесь.

Девушка уже несколько минут не реагировала ни на один вопрос.

- С тобой все в порядке? - лицо Грин было обеспокоенным. - У тебя случайно не апатия?

- Нет, Март, со мной все в порядке. Можешь не волноваться за меня.

- Точно? Не депрессия?

- Нет.

- Или может быть у тебя хандра? - вдруг добавила Либби с подозрением.

- Ещё раз говорю. Нет.

- Так, девочки, что вы распереживались за неё? - в разговор вмешалась Паола. - Возможно она устала после пар и ей нужен покой.

После чего, разговор затих. Девушки продолжали доедать свой ужин.

Затем компания подруг покинула кафетерий, а также сам университет. Они направлялись к территории кампуса, чтобы прогуляться.

Однако у Ровены были свои планы на этот вечер. Она отказалась от подруги, сообщив что решила поделать уроки, попрощалась и направилась в общежитие.

Зайдя в комнату, она тут же подошла к столу. С рюкзака достала свой блокнот с песнями и положила туда.

В этот раз Демири не планировала сидеть и писать ещё одну песню. Поначалу та пролистывала их, разглядывая, чтобы понять сколько песен осталось написать.

В страницах девушка наткнулась на черновик, написанный ещё на летних каникулах. И на вторую песню, написанный ещё вчера в репетиционной.
Также наткнулась и на ноты к нему.

Рассмотрев эти страницы, Ровена словила себя на мысли, что так и не придумала заголовок к своему альбому. Поскольку в её песнях отражались воспоминания и чувства, ей захотелось придумать то название, чтобы отражало весь его суть.

Так, она сидела за столом с листом бумаги, где перебирала всевозможные названия. Они конечно с легкостью приходили в голову, но все они звучали довольно просто.

- Не то... Все не то... - пробормотала та, вздохнув. - Ну почему в голову не приходят более интересные названия?

Ей больше всего хотелось, чтобы в названии альбома была своя изюминка. То есть, чтобы оно также отражало её образ как будущей певицы.

Минуты проходили мимолетно. За это время идея с необычным названием так и не приходила. Казалось бы, Демири даже была готова назвать этот альбом чем-нибудь абсурдным, чтобы можно было перейти к следующим делам. Но в глубине души её останавливало желание дальше сидеть и придумывать.

И вдруг в голову ей вспомнилась эта неделя. То, как она прошла. И эти дни прошли с интересом.

Так, ей вспомнился день с собранием второкурсников. В этот день Марта попросила Келси подсесть с ними. Получилось так, что та подсела рядом с Ровеной. И таким образом девушки смогли поладить друг с другом.

После этого воспоминания, ей в голову пришла идея придумать название к альбому.

Именно это название оно больше ей понравилось и записала его на новой странице блокнота:

«Записи теплых воспоминаний»

Подняв перед собой блокнот, Ровена улыбнулась. На мгновение она представила, как однажды это название окажется на обложке настоящего музыкального альбома.

Возможно, его будут слушать сотни людей. А может быть, даже тысячи.
От этой мысли на душе стало тепло.