Глава 2. Чужой город

Номер в гостинице «Центральная» пахнет пылью, старыми коврами и безнадёгой.

Я снимаю его за наличные — картой светить не хочу, чтобы Толян потом не рассказал, что я оплачивала билеты с корпоративной карты. Игорь Борисович, конечно, уже в курсе, но пусть делает вид, что не знает.

— Эмма, ну сколько можно? — Голос Лены в телефоне звучит устало. — Ты только вернулась из Пскова, ещё недели не прошло.

— В Пскове не было трупов, — отвечаю я. — А здесь есть.

— Дура ты, Эмка. Самая талантливая дура на свете.

— Я в курсе. Лучше скажи, что там по убитой журналистке?

Лена вздыхает, и я слышу, как она стучит по клавиатуре — быстро, нервно, будто разговаривает с компьютером.

— Зовут Алиса Королёва. Двадцать четыре года. Работала в местном интернет-издании «Уральский репортёр». Писала в основном про экологию, про незаконные вырубки леса, про старые заводы, которые до сих пор сливают отходы в реки. — Пауза. — А за месяц до смерти начала копать под одного местного бизнесмена.

— Какого?

— Сергей Леонидович Морозов. Владелец металлургического комбината. Очень богатый человек. Очень закрытый. Любит жаловать детские дома и не любит журналистов. — Лена понижает голос: — Говорят, он угрожал Алисе лично. По телефону.

— Запись есть?

— Нет. Слово на слово. Она никому не говорила подробностей. Но в редакции подтвердили: боялась. Очень.

Я сажусь на край кровати. За окном — Екатеринбург. Серый, деловой, с иголочки новые небоскрёбы соседствуют с хрущёвками. Город контрастов. Город, где деньги решают всё.

— А что полиция? — Спрашиваю я.

— Бытовуха, — фыркает Лена. — Пьяный сосед. Ножевое. Взяли какого-то мужика из соседнего подъезда, якобы он сознался. Но улики — смех. Отпечатки пальцев — только самой Алисы. Алиби у «убийцы» нет, но и доказательств тоже. Следователь отписался, дело закроют через неделю.

— И никто не хочет копать глубже?

— Эмма, там Морозов за всем стоит. Кто ж полезет?

Я молчу. Смотрю на свои руки. Всё те же пальцы, тот же блокнот на столе, та же гелевая ручка, которую я кручу, когда нервничаю.

— Я полезу, — говорю я. — Пришли мне всё, что нашла. Адрес Морозова, его компании, связи, родственников. И адрес Алисиной редакции. Начну оттуда.

— Эмма...

— Лен, если журналиста убивают за то, что она пишет правду — молчать нельзя. Иначе следующий труп будет мой.

Она вздыхает. Говорит тихо:

— Документы скинула в облако. Пароль — старый.

— Спасибо.

— Вернись живой, дура.

Я кладу трубку. Открываю ноутбук, захожу в облако.

Фотография Алисы — первая в папке. Улыбчивая, с короткими рыжими волосами, в джинсовой куртке. Сидит на парапете набережной, за ней — небо, река, город.

Совсем ещё девчонка. Двадцать четыре года.

Я закрываю фото. Открываю досье на Сергея Морозова.

Шесть страниц. Комбинат, несколько дочерних компаний, квартира в Москве, дом в Испании, две машины, никаких уголовных дел, зато несколько благотворительных фондов и личная страница в запрещённой сети, где он выкладывает фото с рыбалки.

И ни одного намёка на то, что он может быть причастен к убийству.

Но я знаю — так всегда бывает. Самые опасные люди выглядят как дедушки на пенсии.

Я пишу Толяну:

«Нужна помощь. Пробить Морозова по всем базам. И найти его связи в полиции Екатеринбурга.»

Он отвечает через минуту:

«Ты уже там?»

«Да.»

«Дура, Эмка. Ладно. Добудь мне что-нибудь с его отпечатками, и я скажу, был ли он на месте преступления.»

Я убираю телефон. За окном темнеет. Екатеринбург готовится к ночи.

А я — к первому шагу.

Редакция Алисы, завтра утром. Поговорить с коллегами. Узнать, чего она боялась.

И понять, кто и зачем выключил свет в её жизни.