Анна

Последняя встреча с клиентом перед долгожданным и планировавшимся несколько месяцев мероприятием, как водится, состоялась в последний момент. Анна и ее команда долго сидели в душной переговорной, ожидая представителя A-phone, и вот наконец низенький круглый Виталий, вечно улыбающийся во все 33 прокуренных зуба, вкатился в комнату со стаканом кофе в руке и принялся обходить прямоугольный стол, пожимая руки мужчинам.

- Здрасьте-здрасьте! Ну что, все готово на сегодня? — бодро спросил он, хотя знал, что присутствует здесь как раз для обсуждения последних приготовлений.

- Здравствуйте, — отозвалась Анна, максимально стараясь отвернуться.

Тем не менее, Виталий явно заметил, что что-то не так. Он задержал на лице Анны взгляд, в котором отразилась смесь недоумения, беспокойства и брезгливости. Никак не прокомментировав увиденное, он поспешно отвел глаза. Анна боролась с желанием открыть переднюю камеру на телефоне и еще раз посмотреть, что там, но это было бы равносильно тому, чтобы направить на себя пару стадионных прожекторов. Да и потом, она ведь и так знала, что там увидит: лицо с заплывшими глазами, покрытое красными пятнами, четко проступающими под макияжем. Такими же красными пятнами были покрыты и ее руки, которые она держала под столом, тихонько почесывая.

Анна в который раз за вчерашний вечер и сегодняшнее утро перебирала все, что ела, пытаясь понять, что же вызвало такую аллергию. Черт побери, да не ела она ничего особенного! Она вообще придерживалась правильного питания, предпочитая его разнообразному. Ну салат из овощей и зелени, ну омлет... Ну, допустим, немного шоколада, чтобы скрасить огорчение от далеко не идеально завершившейся встречи с Максимом... Но на шоколад у нее никогда не было аллергии, как и на любые другие продукты! Неужели опасность пестицидов, которыми поливают овощи, не миф, и все дело в них? Или на улицах появились какие-то новые растения, с которыми Анна не сталкивалась никогда в жизни, и которые вздумали цвести в конце октября? Хотя она и не выходила никуда с тех пор, как вернулась домой вчера днем... Она корила себя за непрофессионализм, думая о посторонних вещах во время деловой встречи, но оборвать череду навязчивых мыслей не удавалось. К счастью, ивент-менеджер, которому Анна делегировала обсуждение сегодняшней презентации, справлялся со своей работой прекрасно. Совещание шло своим чередом.

Компания A-phone неохотно раскрывала свои планы, — даже креативному директору, занимавшемуся их продвижением, — но тем не менее требовала всплеска интереса к их продукции, добиться которого было крайне сложно. Смартфоны с функцией передачи запаха в какой-то момент были у всех и уже никого не удивляли: пользователи походили на детей, обнаруживших в новогоднем подарке потрясающую новую игрушку и поначалу писавшихся в штаны от восторга, но потерявших к ней интерес к концу каникул. Многие, особенно прежние "яблочники", предпочли, наигравшись, вернуться к айфонам с их привычным интерфейсом и удобной экосистемой. Люди, схлопотавшие хроническое нарушение обоняния из-за ковида, также пополнили список "соскочивших". Некоторые держали A-phone дома, чтобы нюхать товары из интернет-магазинов, но в повседневной жизни предпочитали использовать телефоны, не требовавшие замены минимум раз в год. Новые модели расхваливали в рекламе за более "долгоиграющий" картридж, но это была просто-напросто неправда — кому, как не Анне, знать. В конце концов ей удалось добиться от Виталия информации про их новые разработки. Услышав ее, Анна буквально подпрыгнула от удивления: нет, понятное дело, еще совсем недавно и передача запаха казалась чем-то практически невероятным, но такое... В общем, как Виталий ни упирался, она настояла на том, чтобы сделать презентацию этого концепта заранее, объявив о выходе новых моделей — тут она воспользовалась своей же метафорой, не пропадать же добру — 30 декабря. Пусть люди потомятся, помечтают о крутом новом гаджете, покопят деньги. А потом положат подарок под елку своим близким или просто себе любимым. Разве это не чудесно?

Окончательно погрузившись в свои мысли, Анна упустила момент, когда на нее оказались обращены сразу несколько пристальных взглядов — как членов ее команды, так и Виталия. Она пришла в себя и вдруг поняла, что уже некоторое время как потеряла терпение и стала чесать руки изо всех сил. Это шуршание под столом и привлекло всеобщее внимание. От смущения Анна покраснела так, что цвет ее лица на мгновение выровнялся.

- Анечка, — строго спросил Виталий, — что с вами случилось?

"Да что ж такое, — подумала Анна, — я тысячу раз просила так ко мне не обращаться", а вслух сказала:

- Честно, даже не представляю. Аллергия на что-то, а на что — непонятно. Извините, если отвлекла.

- Может быть, вам к врачу надо?

- Если не пройдет в ближайшее время, обязательно схожу. Пока что выпила антигистаминное, вроде стало получше, — Виталию не обязательно было знать, что антигистаминных она выпила уже много, а лучше не становилось.

- Вас же не затруднит послушать презентацию из зала? Не обижайтесь, но показываться публике вам пока что лучше по минимуму.

Обидно Анне, конечно, было, но в общем-то Виталий был прав. К тому же ей и не требовалось показываться никакой публике.

- Да, естественно. Никаких обид, я все понимаю.

Обсуждение последних организационных моментов подошло к концу, до презентации оставались считанные часы. Виталий укатился, остальные тоже начали расходиться. Анна наконец достала телефон, чего не позволяла себе на протяжении всей встречи. Как всегда, куча уведомлений из соцсетей, которые она пролистала машинально. На самом деле она не ждала ничего, кроме сообщения от Максима. Интересно, как он там? Может, уже обнаружил сюрприз на полу? А может, ей придется самой написать и попросить поискать "потерю"? Конечно, не прямо сейчас, а когда снова будет нормально выглядеть... Но короткая вибрация телефона раздалась именно в этот момент, застав ее врасплох. Анна готова была бы получать сообщения от Максима в любое время дня и ночи, но... но...

Шутка про застежки была довольно-таки неприятной, читаясь примерно как "какие же однообразные у тебя уловки", притом что в первый раз цепочка расстегнулась действительно случайно (хотя вовсе не было случайностью, что застегнуть ее Анна попросила такого шикарного мужчину). Анна поколебалась пару мгновений, решая, сколько дать себе на реабилитацию от аллергии, которая свалилась на нее так невовремя, но поняла, что больше одного дня не вытерпит. А потом... она практически наяву услышала звон, с которым разбились все ее надежды.

"Да ну что ты, не трать время. Ты же в Сокольниках работаешь? А я как раз сегодня днем там буду, закину тебе."

Понятно. Он даже не хочет еще раз пустить ее в квартиру. В принципе, неудивительно, учитывая, насколько нагло она повела себя в прошлый раз, пристав к нему прямо с порога. Но все равно... отлуп какой-то очень уж жесткий.

Анна почувствовала, как защипало глаза, но плакать или тереть лицо было нельзя: на восстановление слоя косметики, который ушел на то, чтобы хоть немного замаскировать красные пятна, потребовался бы час (если уж не говорить об ее стоимости). Первой гневной мыслью было написать "забудь, выброси эту сережку, не надо никуда ехать". Второй — попросить отсрочку, в последней жалкой надежде не отпугнуть Максима своим мерзким видом окончательно. Но в итоге Анна решила не спорить с судьбой. Все равно этот парень не из ее лиги, и это было очевидно сразу. Одна потрясающая ночь с ним — это уже гораздо больше, чем ей следовало ожидать. А теперь надо просто разделаться с этой ситуацией и забыть обо всем случившемся. "ОК" — написала Анна, а следующим сообщением добавила точный адрес бизнес-центра.

Внезапно она подумала, что, несмотря на разбитое сердце, проявлять невежливость ниже ее достоинства, и отблагодарить человека за услугу — а доставка ее "забытой" вещи прямо к ней на рабочее место, как ни крути, еще какая услуга — было бы вполне уместно. Прикинув за пару минут формулировки, она быстро, чтобы не успеть передумать, напечатала:

"Слушай, ты же фанат-фанат A-phone, да? Хочешь на презентацию их нового концепта сегодня? Это прямо отвал башни, тебе понравится. Там не для публики, в основном журналисты будут, но я тебя проведу. В благодарность за твою помощь с сережкой."

Минута прошла в мучительном ожидании, а потом Максим ответил:

"Даже не знаю, а это точно удобно? Вообще-то круто было бы. Но неохота тебя напрягать, правда."

Уж не сомневаюсь, что тебе неохота лишние дела со мной иметь, с горечью подумала Анна. И хочется и колется, да?

"Вообще никаких проблем. Не парься. Начало в 5, подъезжай чуть заранее."

Максим подъехал без пятнадцати пять и, отдавая ей сережку, внимательным взглядом скользнул по расчесанным красным пятнам на ее руках. "Ну вот, — обреченно подумала Анна, — чего и следовало ожидать". Как и Виталий, он быстро отвел глаза, но вскоре его взгляд вновь оказался прикован к ее рукам. Анна прекрасно понимала эту завороженность чужим уродством; сама со стыдом испытывала ее, глядя, например, на инвалидов — тебе и интересно, и искренне жаль человека, и глубоко внутри ощущаешь это мерзенькое, позорное облегчение: хорошо, что это случилось не со мной. Но все-таки элементарную вежливость можно было бы и соблюдать, думала она, ведя Максима в зал, где скоро должна была начаться презентация. Анна в таких случаях никогда не позволяла себе пялиться, а применительно к Максиму склонна была употребить именно этот глагол, снова и снова обнаруживая его поспешно отводящим глаза. "Так, стоп, — вдруг спохватилась она, — он что, думает, что я заразная? Что он мог что-то от меня подцепить в постели? Господи, какой же ужас, какой невообразимый кошмар." Анне срочно требовалось разрядить обстановку, и она саркастичным тоном произнесла:

- Да, вот видишь, что-то как приехала от тебя, так и чешусь второй день. У тебя постельных клопов нет случайно?

Шутка получилась грубее, чем она хотела. Максим покраснел, и ей стало еще стыднее, чем до того, как она нарушила молчание.

- Извини, — поспешно сказала она.

- Да нет, это ты извини, что я так смотрел, — ответил Максим, — я это... хотел спросить, что случилось, но неловко было лезть не в свое дело.

- Сама не знаю! Аллергия, наверно. Но на что, убей не понимаю, — объяснила Анна и, поскольку Максим молчал, продолжила: — Надеюсь, не что-то заразное. Но если хочешь, сядь подальше от меня.

Последняя фраза, конечно, была в первую очередь шуткой. Но также это могло стать легитимным поводом для Максима закончить их общение и не превращать презентацию в какое-то подобие совместного времяпрепровождения.

- Нет, что ты, — мгновенно отозвался Максим, — я ничего такого и не думал.

Они вошли в зал, и Анна выбрала один из рядов, где еще оставалось много свободных мест. Максим сел рядом с ней.

На сцену вышли двое представителей A-phone, мужчина и женщина, по заверениям Виталия, тщательно отобранные из всех сотрудников по принципу наибольшей харизмы. Презентация началась. Для Анны там не должно было быть сюрпризов, однако она пристально смотрела на сцену, во вторую очередь подмечая, все ли идет по плану, а в первую — пытаясь отвлечься от зуда, который снова начал усиливаться. В итоге она плюнула на все и начала яростно скрести кожу рук, стараясь игнорировать сверлящие взгляды, которые то и дело кидал на нее Максим. Анна осознавала, что ведет себя неприлично и что он готов сквозь землю провалиться от кринжа, но надеялась, что происходящее на сцене скоро отвлечет его от осуждения. Презентация шла как по нотам, и перед изумленной публикой, строго по закону Кларка, развернулась настоящая магия. Народ ахал и аплодировал, Анна же сдерживалась изо всех сил, чтобы не проверять каждую минуту, смотрит ли Максим на сцену. Почему-то ей казалось, что он все еще не сводит с нее глаз.

- Ну что? Как тебе? — спросила Анна, когда все закончилось.

- Круто! Очень впечатляюще, — ответил Максим с натянутым энтузиазмом и добавил: — Просто вау.

А потом развернулся и направился к дверям — собственно, как и вся остальная публика. Анне казалось, что он избегает смотреть ей в глаза и движется так, как будто отсидел обе ноги сразу. В молчании они прошли к выходу на улицу и остановились. Пора было прощаться. Вероятно, навсегда.

- Ань... Анна, — внезапно проговорил Максим с отрешенным видом, и ее имя прозвучало в его устах невероятно торжественно, — мне надо сказать тебе кое-что очень важное. Пожалуйста, прости, что я так себя вел с тобой. Ну ты понимаешь... вроде как отталкивал тебя, все такое. Мне очень жаль. Мы можем попробовать начать все с нуля?

Если бы он превратился в сиреневого птеродактиля, Анна бы и то меньше удивилась. Что на него нашло? Это что, жалость? Или он настолько благодарен за то, что смог с ее помощью попасть на презентацию? Или... он просто не хочет терять удобного человека, который сможет и дальше проводить его на всякие закрытые ивенты? Это объяснение представлялось ужасно грустным, но более подходящего у Анны не было.

Максим ждал ответа.

- Максим... Я тебя не понимаю. Что это за дурацкие игры? То оно тебе не надо, то вдруг оно тебе надо. Если... — ее голос дрогнул, но она собралась с силами и продолжила, — если все дело в том, что тебе нужен полезный контакт, то не обязательно обещать мне золотые горы. Я и так могу тебе помогать с этими вещами. Просто как... друг.

- Нет, ничего подобного! — выпалил Максим. — Я... я знаю, как это выглядит, но все не так, честно. Просто я понял, что был неправ. Не могу объяснить, но поверь, я больше никогда, ни за что не буду так с тобой поступать. Давай поедем ко мне, а? Прямо сейчас?

"Да иди ты к черту со своими заскоками", — подумала Анна, но почему-то сказала:

- Ну давай.