Анна

Воспроизводя в памяти последовательность случившихся событий, Анна с усмешкой думала, что начиналось все как дешевый любовный роман.

От невыносимого уныния на явно ошибочном свидании с Павлом (мысленно она остроумно прозвала его «Паша — во рту каша»), который, подобравшись к середине второго бокала пива как раз к моменту, когда Анна первый раз отпила вина, рассказывал поразительно скучную историю из своей айтишной рабочей жизни, обильно перемежая ее сексистскими и расистскими шутейками и намеками на свое скорое баснословное богатство, она открыла ДМ Инстаграма, и тут мир вокруг нее взорвался запахом шиповника.

Сообщение было от Максима. Анна чуть не подпрыгнула — этого она не ожидала, хотя, чего уж там, ужасно хотела. Павел, который не удосужился ради свидания хотя бы надеть свежую рубашку (не говоря уж обо всем остальном), был не вариант даже при всем ее недотрахе, так что она с трудом сдерживалась, чтобы не начать заново листать Тиндер, не дожидаясь конца этой бесперспективной встречи. Но, кажется, вырисовывалось что-то получше.

Внутри был один смайлик: роза. Пахло определенно шиповником, так что Максим, видимо, не особо заморачивался вопросом, на какое изображение навесить кастомный запах — а запах этот, нежный и изысканный, был точно не из стандартного набора для эмодзи. Анне импонировала такая небрежность в выборе визуального сопровождения. В свое время, когда передача запахов в телефонах только появилась, с ними часто отправляли открытки — серьезно, открытки! вот прямо как поздравительные! — но, к счастью, это быстро признали бумерством и остановились на стикерах, а то и просто смайлах. (Конечно, можно было отправить и фотографию, но личную. Запах кофе на стоковом фото чашки капучино с сердечком из пенки стал символом пошлости.)

«Какой роскошный аромат! Спасибо! :*»

Анна мгновение поколебалась, отправлять ли поцелуй человеку, которого она видела один раз в жизни, но решила, что времени терять не стоит. Впервые за последний час она ощутила приятное волнение — да если честно, хоть какую-то приятную эмоцию. Ответ пришел быстро.

«Слушай... Я понимаю, это внезапно, но как насчет встретиться?»

«К тебе или ко мне?»

«:О :О :О»

«Что?) Не хочешь?»

«Хах. Давай ко мне.»

Вопроса, досиживать ли с Павлом до какого-то логического завершения, не стояло. Вопрос был только один — просто сказать «ну ладно, пока», встать и уйти, или же попытаться быть вежливой. В тот момент Анна была исполнена великодушия. Она старательно нахмурилась в телефон, потом подняла глаза, изображая неловкость.

- Извини, но тут такое дело... В общем, у подруги проблема. Мне надо срочно ей помочь.

- Это у какой подруги? Которая тебе цветы прислала пять минут назад? — из-за протяжных ноток разочарования голос Павла прозвучал совсем уж пьяно.

- Какие цветы? Это вообще ни при чем. Просто форс-мажор случился.

- Ну ясно. Раз свидание так неудачно прервалось, значит, перенесем?

Анна замялась, как будто надеялась, что Павел сам поймет всю нелепость этого предложения и откажется от него. Прошло несколько секунд, но он молчал.

- Знаешь... Мы просто разные люди, и мне кажется, нам не будет интересно друг с другом.

- А что, одинаковым интересно?

Анна опять не знала, что ответить; Павел смертельно утомил; ее всегда раздражали попытки возложить на нее чувство вины; в получасе езды ждал Максим; так что дискуссию надо было пресечь в зародыше.

- В общем, не обижайся, но ничего не выйдет. Вот деньги за вино. Я пойду, а то подруге нужна помощь очень срочно. (Максимально срочно, хе-хе, — это она, понятное дело, добавила мысленно.)

С этими словами она встала, одной рукой подхватывая сумку, другой уже набирая присланный Максимом адрес в приложении такси.

- Успешного решения проблемы! — крикнул Павел ей в спину.

В такси Анна открыла Фейсбук и заглянула в реакции к своему последнему посту; в этот момент пришел еще один лайк, и тесное пространство до отказа заполнилось одуванчиками. В большинстве приложений соцсетей можно было настраивать запахи для реакций — например, у Анны стоял одуванчик на обычный лайк, шоколад на «супер», морской ветер на слезы, остальные запаха не имели.

За окном усилился дождь, накрапывавший с утра, и водитель обернулся.

- Извините, вы не могли бы отключить? Мне нужно закрыть окно.

Анна сама знала, что тут неправа, но от замечания таксиста поморщилась и даже испытала соблазн снизить оценку. Впрочем, быстро передумала, в настройках уменьшила громкость (официально это называлось «интенсивность», но среди пользователей слишком длинное слово не прижилось) запахов до минимума, а потом все же отключила совсем. В конце концов, она сама требовала от водителей вырубить их музыку с запахами — когда кому-то вообще приходило в голову включить ее на недешевом тарифе. К тому же пассажирам после нее может быть неприятно.

Промелькнула мысль — а не отправить ли пока Максиму запах ее любимых духов? Анна часто так делала, чтобы подогреть интерес мужчины. Имитация для телефона — как всегда и бывает с премиальными ароматами — обошлась раз в пять дороже самого флакончика, однако оно того стоило. Но сегодня парфюм на ней был другой, попроще, так что она решила не путать мальчика. Чего бы она хотела больше всего, так это заказать где-нибудь имитацию запаха своей... ну, не обязательно... в общем, своего тела. Денег она бы не пожалела, но выяснить, оказывают ли такие услуги, и если да, то кто и где, пока не получалось. Надежда не умирала — вроде бы из базовых химических соединений, упакованных в относительно небольшой, немногим объемнее аккумулятора, картридж внутри телефона, можно было сотворить любой букет.

А может, и не любой. На самом деле Анна смутно представляла себе границы применения этой технологии, хотя — ну или поскольку — являлась креативным директором, разработавшим рекламную кампанию для этих самых «аромафонов» (прижиться этот термин, придуманный разработчиками, по мнению Анны, не имел ни единого шанса, поэтому она строго назвала их «смартфоны с функцией передачи запаха»), которые, верите или нет, изобрели в России. В рекламе утверждалось, что девайсы эти абсолютно безопасны, а возможности их абсолютно безграничны, что, если вдуматься, взаимоисключающие параграфы, — но грамотный маркетинг на то и нужен, чтобы никто не вдумывался. К расхожей фразе «тем, кто любит политику и колбасу, лучше не знать, как они делаются», по мнению Анны, смело можно было бы добавить и любые промо-материалы.

Такси остановилось на одной из тихих улиц очень даже неплохого района. Анна зашла в подъезд сталинского дома и вызвала лифт. Предвкушение встречи с одним из самых — да чего там! — с самым сексуальным парнем, которого она встречала за всю жизнь, заставляло мысли путаться, ноги подкашиваться, а сердце биться, как у девственной невесты в первую брачную ночь. Анна даже не вела счет своим партнерам, но впервые среди них окажется мужчина, которого она даже не рассчитывала заполучить. Она была красивая женщина, этого никто не мог отрицать, но не настолько, чтобы иметь дело с молодыми моделями. Да, моделью Максим был не в метафорическом смысле (хотя в нем тоже), а в буквальном — Анна встретила его на студии, где шла фотосъемка для одной из кампаний — оторопела от его красоты — пообщалась пять минут — позже подписалась на его Инстаграм — вот и вся история. В общем, причин, по которым она могла бы ожидать от него сообщения, а тем более подарка (а это, как ни крути, был подарок!), а уж тем более предложения встретиться, она не видела.

Вот и тот самый этаж, вот и звонок в ту самую квартиру. Все десять секунд ожидания ей казалось, что Максим передумал. Наконец дверь открылась.

- Привет.

- Привет.

Максим, не сказав больше ни слова, отошел на несколько шагов, позволяя Анне пройти в прихожую. Она начала разуваться, с нарастающим беспокойством ощущая, как молчание становится неловким. Выпрямилась. Вид у Максима был такой, будто он не понимал, что он и сам-то здесь делает, не говоря уж о ней.

Нужно было делать хоть что-то, и из всех возможных вариантов Анна выбрала такой: сделала шаг вперед, притянула Максима руками за талию и поцеловала.

...Ночь прошла весьма бурно.

По привычке проснувшись ни свет ни заря даже в выходной, Анна любовалась спиной и ягодицами античного бога, который видел десятый сон, лежа на животе и обхватив обеими руками подушку. Больше всего в этот момент ей хотелось растолкать его и повторить все от начала до конца. Протянула руку к мускулистому плечу, но в последний момент остановилась и решила подождать, пока Максим проснется сам.

Не одеваясь, она прошла на кухню, где, к большому облегчению, увидела кофемашину — портить великолепное утро растворимым кофе было бы ни к чему. Пока кофе готовился, Анна полезла в Инстаграм посмотреть, что там с лайками к вчерашнему фото. Дело в том, что ночью, в какой-то из редких моментов отдыха, она попросила Максима сделать с ней селфи, не особо надеясь на согласие; он не только воспринял это с неожиданным энтузиазмом, но даже на полном серьезе поддержал ее полушутливое предложение выложить совместное фото в соцсеть.

В директе оказался сюрприз.

«Классно твоя подруга выглядит, ага. Хорошо помогла, качественно?»

Тьфу ты. Она даже не знала, что у мерзотного Павла есть Инстаграм. И как он ее нашел? Поиском по фото из Тиндера? Черт, как крипово-то. Постаравшись успокоиться, Анна начала печатать по возможности сдержанно.

«Послушай, мне неприятно, когда за мной следят и пишут такие вещи. Почему ты не можешь просто принять отказ? Ну не проскочила искра, бывает. Давай разойдемся мирно.»

«Какая же ты тупая шлюха. Всех вас ничего не волнует, кроме внешности.»

Пффф. Анна знала этот тип мужчин. Обычный женоненавистник, который найдет за что оскорбить буквально любую. Предпочла бы его — была бы «тупой шлюхой, которую ничто не волнует, кроме денег». Он же у нас, кажется, богатей? В общем, типичное поведение мудака, ничего особенного — и все же Анну корежило от отвращения и гнева. Она собралась написать что-то вроде «даже самая тупая шлюха в мире тебе не даст» и забанить его. И тут пришло еще одно сообщение.

На экране было эмодзи улыбающейся коричневой кучи. И тут же по всей кухне распространился запах... нет, не просто дерьма — в тысячу раз омерзительнее и как будто концентрированнее. Примерно как если бы в подъезде, где никогда не выгребают засоренный мусоропровод, в который все жильцы выливают самые застоявшиеся и затухшие помои, и где регулярно, ежедневно мочатся, только что продристался великан с хроническим заболеванием кишечника. Трясущимися пальцами Анна заблокировала урода и, отбросив телефон, ринулась к окну и открыла створки настежь. Схватив полотенце, она замахала им в сторону окна в напрасной попытке выгнать вонь наружу.

Через пару минут пороге кухни появился Максим.

- Анют, господи боже, чего ты такого умудрилась наесться?

- Максим, это не я, серьезно! — Анна схватилась за сердце. — Это такая тупая история. Даже рассказывать неловко.

- Ну ладно уж, расскажи мне, раз она на моей кухне развернулась, — усмехнулся Максим.

- В общем, получилась такая ситуация... Я познакомилась в Тиндере с одним парнем. Он работает в компании, которая производит вот эти телефоны, которые мы рекламируем. Думала, хоть общие темы будут. Все шло не очень, ну, как-то не понравились друг другу. И тут как раз твое сообщение приходит.

- Ой, сорри. Неудобно получилось.

- Да нет, что ты. В общем, я думала еще сколько-то подождать, но было совсем скучно, и я сказала, что мне пришло сообщение от подруги, и ей надо помочь.

- Не особо ты напряглась с уважительной причиной.

- Ну, как смогла, — торопливо объясняла Анна, — короче, я вот о чем. Я никакие свои контакты, кроме телефона, этому типу не давала. Естественно, я не думала, что он узнает, что я поехала к мужчине. Ну то есть я понимаю, что догадаться несложно было, но мало ли, может, я просто так слилась... Ну и вот, приходит мне с утра сообщение от него. С оскорблениями. И еще прислал смайл какахи вот с этим запахом.

- У тебя снята блокировка неприятных запахов? — спросил Максим с интересом.

- Не помню... Сама вроде не снимала.

- По умолчанию ведь она стоит?

- Да я не знаю, как это проверить. Только если телефон до заводских настроек сбрасывать.

- Ну, у меня стоит по дефолту. Но у меня другая модель немножко. Самая новая. — Максим улыбнулся.

И тут Анна заметила нечто такое, что огорчило ее гораздо сильнее эпизода с дерьмом.

Максим был полностью одет. Футболка, шорты. Это могло значить только одно — никакого продолжения не подразумевалось. Анна почувствовала себя очень, очень голой; ее неловкость тут же передалась Максиму, и он отвернулся. С деланным спокойствием она пошла в спальню собирать с пола свою одежду, стараясь не срываться на истерическую поспешность любовницы, заслышавшей поворот ключа жены в замочной скважине.

Натягивая последний предмет одежды, водолазку с узким горлом, Анна ощутила невнятный импульс, который оформился в идею — конечно, нелепую, но почему бы и нет? Что она теряет? Быстро вытащив из уха сережку, она кинула ее на пол и тут же вышла.

Максим все еще стоял на кухне, глядя в распахнутое окно.

- Ну что, может, позавтракаем? — на всякий случай спросила Анна веселым голосом. А что если получится сделать вид, что оделась она для трапезы, а не чтобы срочно свалить?

- Да у меня толком и нет ничего для завтрака с изысканной девушкой. Только, знаешь, куриная грудка, вот это все.

- А давай я закажу что-нибудь для завтрака с изысканной мной?

- Анют, давай как-нибудь в другой раз, правда. Ты потрясающая, просто я страшно устал за неделю. Да еще и дела всякие.

- Супер, ну тогда на связи, — Анна из последних сил симулировала тон человека, вполне уверенного в том, что «другой раз» всерьез подразумевается и непременно случится, хотя на самом деле исчезновение из его жизни уже представлялось настолько безальтернативным, что она готова была даже забить на сценарий с сережкой: все равно давно пора было купить что-нибудь подороже. — И кстати, Максим, давай без Анют? У меня прекрасное имя — Анна.

- Не вопрос, — пожал плечами Максим, — я, если что, Макс.