Часть вторая.
За последние пять лет она появлялась в Сиэтле пять раз. Каждый раз, покупая билеты на самолет Вашингтон-Сиэтл, она клялась самой себе найти Его. Попросить прощения, всё объяснить. Он же любит её, а значит поверит. Поверит же? Воображение рисует картинки счастливой семьи, в то время как самолет набирает высоту. На втором часу она начинает сомневаться, на пятом отказывается от своей идеи окончательно. Трусиха. Каждый год одна и та же отговорка. Каждый раз она прикрывалась ребёнком. Его ребенком. Жалкое зрелище. А такая, казалось бы, сильная женщина, прекрасная мать. Амелия Скорсоне.
Нескончаемая работа с психологами, и все ради того, чтобы постараться забыть его. Эта любовь окрыляла её, а расставание свело с ума. Казалось бы, зачем любящим людям расходиться, изводить друг друга до боли, перерастающей из моральной в физическую.
Самолет Вашингтон-Сиэтл шестой раз возвращает Амелию в родной город, и впервые она прилетает не одна. На соседнем кресле мирно спит четырёхлетняя девочка, чьи черты лица причиняют матери боль. Вивиан Скорсоне. Её дочь. Их дочь.
В то дождливое сентябрьское утро, в день, когда родилась Вивиан, она поклялась обязательно познакомить её с отцом. Не важно, чего это могло стоить, девочка должна знать отца, иначе, повзрослев, она будет ненавидеть того, кого так сильно любила её мать, кто так сильно любил её мать.
Первая годовщина её вынужденного побега — Вивиан восемь месяцев. Рано знакомить.
Вторая годовщина — малышка ничего не поймет.
Третья — невнятное "па-па" девочка дарит фотографии на письменном столе.
Каждый раз Амелия обещала себе их познакомить и каждый раз находила глупые отговорки.
Сиэтл встретил их, как ни странно, прекрасной погодой. Амелия хотела прийти в себя, составить план действий, а после отправиться на поиски любви всей своей жизни. В её голове смешались все мысли. Шатенка понятия не имела, что её ждёт, и страшно боялась увидеть, как Он отреагирует на свою дочь и отреагирует ли вообще. Хотелось сквозь землю провалиться. Амелия прекрасно понимала, что судьбоносная встреча произойдёт скоро, но даже не переставляла, что это «скоро» произойдет так быстро.
Парк недалеко от отеля, где девушка решила остановиться. Огромный поток людей, буквально сбивающих девушку и её ещё совсем маленькую дочку с ног. Сил не было никаких, но страшно хотелось закричать. Вдох, счёт до пяти, выдох. Дочь, прекрасно проспавшая почти весь полёт в отличие от матери, которая была словно на иголках, не даёт покоя. Вопрос за вопросом, девушка начинает закипать.
— Мам, — Вивиан дёргает женщину за рукав платья, та молчит. — Мааам, там дядя как на фото! — девочка показывает за спину матери.
«Какой дядя? С какого фото?»
Девушка обернулась.
Всё вокруг будто замедлилось, пульс поднялся почти до двухсот, в ушах гул. Это он. Он здесь. Это не глюк и даже не сон. Он правда здесь.
— Здравствуй.