9.2
Сдерживая слёзы, Эмили хромала по замку, пытаясь не пачкать стены еще неуспевшей засохнуть кровью.
- Сволочь. Мерзкая тварь. - хрипела она слабым голосом, - Как я вообще могла с такой связаться? Было очевидно, она меня угробит раньше, чем я выполню часть своей сделки.
Голени и запястья жутко горели. Невыносимая злость жгла её и так израненную душу, жаждя найти выход. И она нашла его. В голову ударила дурная идея, которая в здравом уме показалась бы бредом, но её затуманенное сознание посчитало сей замысел прекрасной возможностью забыть обо всех проблемах и обидах и потушить огонь вспыхнувшего гнева.
- Анна! - сказала она, влетев в комнату к игравшей со своим питомцем служанке, что от неожиданности чуть не словила инсульт.
- Пресвятая мать Миранда, Эмили, нельзя так пугать и... Твоё лицо! И руки! За что они так тебя?!
- Долго объяснять. У тебя есть алкоголь?
Служанку, вытиравшую кровь с пораненной щеки, озадачил этот вопрос. Она с подозрением глянула Эмили, едва стоявшую на ногах, и отлучилась к кровати, чем-то бренча под ней.
- Есть. Самогон. Только никому не говори.
- Мне и некому. Дай, пожалуйста.
Отряхнув руки от грязи, она достала из-за кровати пыльную бутыль и протянула девушке в руки.
Облив тряпку спиртом, Эмили протерла ею кровавые полосы, заплывшие синяками, морщась от боли, но не издав ни звука. Когда же дело было сделано, она поднесла напиток к носу, принюхавшись. От резкого запаха спиртного крутило. Сделав пару глотков, Эмили скривилась из-за высокого градуса, что тут же ударил по горлу, и закашлилась.
- Фу, какая же мерзость! - нормализовав дыхание, Эмили вновь прильнула к бутылке, жадно поглощая содержимое.
- Ты чего удумала?! Перестань! - кое-как Анна вырвала изрядно опустевшую бутылку из её рук и спрятала за спиной, - Нет, я всё понимаю, но напиваться в твоём-то положении!
- В каком это я положении?
- Ты слуга Даниэлы, так что в очень шатком.
Выдавив из себя подобие смеха, усеянного нервными нотками, Эмили состроила мину, полную превосходства.
- Да плевать. Пусть только попробует меня убить. А её противоречивые поступки уже не пугают.
- Я никогда не смогу в это поверить. Уж прости. И тебе лучше уйти к себе.
- Пожалуй, ты права.
×××
Шатаясь по коридорам замка на едва ходивших ногах, девушка, наконец, доползла до нужной двери, в которую с особым рвением она и постучалась. Лишь после нескольких громких ударов, что болью отдавались в побитые руки, ей соизволили открыть.
Зло уставившись на незваную гостью, ведьма опешила, но удивление сразу же сменилось на едкую усмешку.
- Посмотрите, кто пришёл, как неожиданно... Ножки не болят? Думала, ты ревёшь сейчас где-нибудь в пыльном углу. Признаю. Удивила.
Эмили промолчала, терпеливо выслушив насмешку, обиженно пялясь на Даниэлу.
- Я, конечно, знала, что ты считаешь меня никчемным отребьем, но что б плаксой...
- Ах, язык у тебя как всегда подобен шипу розы. Такой же острый и легко отрывающийся.
- Уж лучше иметь риск его лишиться, чем подтирать им твою поганую за... - договорить ей не дали, без церемоний заткнув рот и затащив в комнату.
- Что. Ты. Себе. Позволяешь. И что это за... запах? - взяв ее за шею, она притянула её к себе и принюхалась, - Ах, мне всё стало понятно. Что ты выпила? Явно не вино, но точно что-то спиртное.
- Самогон. Но такая светская фифа, как ты, вряд ли о нём слышала.
Алкоголь развязал ей руки настолько, что даже находясь в таком шатком положении, она с несвойственной высокомерностью бесстрашно пялилась в жёлтые глаза. Даниэла же не могла и слово вымолвить, впав в ступор.
- Боюсь представить, какую ещё ерунду ты способна выкинуть, к тому же находясь под шофе.
- Поэтому мы друг друга стоим. Хотя нет, я не стою какой-то там стервы и садистки. - сказала она, тыкнув в Даниэлу пальцем, коснувшись её. Та была в замешательстве от дерзких поступков умной, как ей казалось, служанки, пока не появился интерес к тому, насколько далеко подвыпившая могла зайти. Вместо того, что бы схватить руку и заломить, как бы она сделала в ином случае, Даниэла лишь нежно взяла её, поглаживая.
- Что, так хочется меня потрогать, м?
- Размечталась. Я тебе не по зубам.
- Правда? Может, проверим? - хищно облизнулась она, обнажив белоснежные клыки. Но служанку это не остановило, ведь её разум затуманился настолько, что двусмысленность никак не бросалась в глаза.
- Думаешь напугать такой фигнёй? Да я тебя как два пальца сделаю в твоих играх.
- Как два пальца, говоришь? - злобно усмехнувшись, Даниэла крепко сжала ей руку в кулак, оставив лишь указательный и средний пальцы, - как эти два пальца?
- Наверное... Без разницы.
Внимательно их оглядев, она приставила их к своим губам, опалив горячим дыханием.
- А не боишься, если я их откушу?
Вопрос озадачил Эмили, что на полном серьёзе стала над ним размышлять.
- Не стрёмно, чё попало в рот совать?
По реакции Даниэлы было понятно: ответ её окончательно добил, лишив самообладания. До боли сжав её руку, она потянула её вниз, поймав чуть не упашую служанку за шею, едва сдерживаясь, чтобы случайно не задушить.
- Преподать бы тебе урок, да, боюсь, словами не ограничусь. Уходи. О твоём поведении поговорим, когда просохнешь. Я предпочитаю мучить людей в ясном уме. - открыв дверь, Даниэла повернулась, чтобы вновь опалить служанку гневным взглядом и затем вышвырнуть вон, как та вцепилась ей в плечи, обвив их руками, и едва ощутимо поцеловала в губы. Та в свою очередь, опешив от такого, лишь заворажённо рассматривала её вмиг погрустневшее лицо, ничего не предпринимая, пока её затягивали в объятия.
- Не бросай меня. Пожалуйста. Хотя бы ты, - жалобно, сквозь накатившие слёзы промямлила служанка, сильнее прижавшись к вампирше и застыв, её обнимая. Даниэла так и осталась стоять столбом, пока ее лицо не расплылось в непроизвольной, едва заметной улыбке.
- С чего вдруг мне тебя бросать? У нас же сделка.
- А потом что? Оставишь меня одну, да?
- Скорее всего. - она слегка провела пальцем по её шее, приподняв ей голову, заглядывая в затуманенные глаза, - А ты хочешь, что б всё закончилось иначе?
- Наверное. Хоть ты и причиняешь мне боль. Дразнишь. Заботишься... чтоб потом поранить. Порезать. И вновь начать играть со мной, как ни в чём не бывало. - Эмили вытерла платком накатившие слёзы, изредка всхлипывая, не смея поднять взгляда, - У меня даже никого нет, кроме тебя. Даже не знаю: мне рыдать или плакать?
- Сейчас тебе нужно проспаться. Завтра поговорим. Проспись. На этот раз не стану выгонять.
Закинув её руку себе на плечо, она довела в конец опьяневшую служанку до кровати и, удостоверившись, что та ненароком не свалиться, уселась рядом.
- Вот, значит, как. Думаешь, я с тобой играю? Глупышка, если бы это было действительно так, этого разговора просто напросто бы не случилось. И тебе лучше не знать, как именно я с вами играю. Как заставляю медленно захлёбываться собственным страхом, вздрагивать от каждого шороха, ошибаться, сходить с ума. Почти убить морально, но сохранить надежду, чтоб позже окончательно её уничтожить, помучав тело напоследок. - взяв с тумбы позаимствонную у матери сигарету, Даниэла поднесла ее к губам, вдохнув уже привычного едкого запаха дым, - Чужая агония... ах, она опьяняет не хуже алкоголя.
- Я, кажется, засыпаю. Ты что-то говорила?
- Сладких снов, - мило улыбнувшись, Даниэла слегка похлопала её по плечу.
××××
Продрать глаза ей удалось только с третьего раза. Голова нещадно раскалывалась, не предвещая ничего хорошего от неудавшейся попытки снова провалиться в сон. Громкий удар, что тут же отдался в подкорку мозга, заставил разлепить глаза.
Даниэла, от которой так и веяло раздражением, расположилась в кресле, сконцентрировав свое внимание на зеленой книжке.
- Хватит уже дрыхать. Надоела. - сказала Димитреску, не отвлекаясь от прочтения.
- Что произошло вчера?
Она задумалась и, хитро улыбнувшись, приблизилась настолько, что лишь пара сантиметров разделяла их лица, глядя прямо в глаза.
- Ты завалилась ко мне рано днём, ни с того ни с сего поцеловала и сложилась предо мной, как карточный домик, слёзно умоляя снять какое-то жгучее напряжение с твоего тела. И я снисходительно согласилась тебе помочь.
Глаза служанки округлились от шока. Она что-то хотела сказать, но слова застыли в горле. Вдоволь насладившись её реакцией, Даниэла самодовольно улыбнулась и отошла к креслу, подперев голову рукой, не спуская с неё глаз.
- Шучу. Ты отрубилась. К сожалению. А со спящими развлекаться не интересно.
Служанка спрыгнула с кровати и тут же пожалела об этом: исполосованные ноги напомнили о себе, жутко заныв.
- Мне, кажется, пора. Извини...те. - неловко откланявшись, она потянулась к ручке. Дверь не открылась, сколько бы она не дёргала ручку. Тревога тонкими струйками расползлась по спине, медленно въедаясь в сердце.
- Пойдёшь, правда? - наигранно удивилась Даниэла, затрепетав ресницами, - Ты перешла границы и думаешь, что тебе всё сойдёт с рук?
- Н-но я же всё осознала! Честное слово!
- Осознания мне мало. Хочу, что бы ты раз и навсегда усвоила, что алкоголь - не твоё. И даже знаю, как это сделать, - приблизившись, Даниэла поглаживать ей щеку, убирая выбившиеся из хвоста пряди, - поцелуй меня так же, как вчера. Это всё, о чём я прошу.
- С дуба рухнула? Да, я была не в адеквате, но просить такое?.. - начала она, неловко пятясь назад. А Даниэла следовала за ней.
- Да брось, тебе понравится, вон вчера даже уговаривать не пришлось. - уперевшись спиной в стену, Эмили могла лишь молча наблюдать, как её личный мучитель, закрыв единственный путь отступления, положила руки ей на плечи, состроив щенячьи глазки, - Это же куда лучше, чем опять мучиться с ранами, которые я непременно оставлю на тебе в случае отказа.
- Это выбор без выбора.
- О нет, это не выбор, дорогая. Это наказание.
Воспоминания прошедшей ночи мелькали в ещё не успевшей оклематься голове, отзываясь болезненными покалываниями в запястьях.
- Вчера тоже было наказание?
- Нет. Вчера было представление. Спектакль.
- Очень правдоподобный, прям на себе всё прочувствовала. - съязвила девушка, на что получила лишь недовольно фырканье.
- Агх, да как ты не поймёшь, она должна была это увидеть. Пусть и дальше думает, что ты моя очередная жертва, так будет проще для нас.
Оправдания смешили, ощущаясь покрошенной солью, старательно загнанной в самые душевные раны.
- Ничего себе, проще. Знаешь, что по-настоящему было бы проще? Свалить из этой деревни к чёртовой матери, когда был шанс, и плевать на последствия. Хрен бы ты что мне сделала.
Вся та злоба, с которой она произносила каждое слово, словно Даниэлы и не коснулась, вызвав у последней лёгкую смешинку.
- Твоё если бы да кабы не имеет значения. Момент упущен. И я не открою дверь, пока не ответишь за вчерашнюю выходку.
Эмили оперлась подрагившими от страха руками на стену по разные стороны от Даниэлы, стараясь не показывать ничего, кроме гнева.
- Я тебя ненавижу. - сквозь зубы злобно процедила служанка, глубоко дыша через рот, пока Даниэла, всё также улыбаясь, глядя ей в глаза, не взяла её руку, прикоснувшись губами к кисти.
- Как скажешь, дорогая.
Она покраснела. Чем дольше длились гляделки, тем сильнее накатывало смущение, оттого, недолго мешкая, девушка, поддавшись вперёд, коснулась своими треснувшими губами чужих, увлекая в лёгкий поцелуй.
Одного вырвавшегося у обоих вздоха было достаточно, чтобы их языки сплелись в безудержном танце. К горлу подступил горький привкус железа, что вызывал неприязнь, но не мешал ей продолжить, пока не кончился кислород в лёгких.
Затрепетав глазами от наслаждения, Эмили ненароком заметила, что вампирша всё это время пялилась на неё, отчего та отпрянула, стараясь восстановить дыхание.
- Заметь, я не говорила целовать по-французски. Ты сама так захотела, ненавидящая моя.
От такого заявления служанка залилась краской, пряча лицо рукой.
- Ты!.. Ты ужасна!
- Прости, не удержалась. Так и хочется увидеть смущение на твоём милом личике.
- Иди ты, знаешь, куда?..
- Не веришь мне? Я говорю правду. Так сложно оторваться от моего мышонка. - нежно она провела кончиками пальцев по её шее, глядя помутнённым взором, - моя милая Эмили. - от сладкого звучания собственного имени стало не по себе. Притянув девушку к себе за талию, Даниэла нежно её поцеловала, чувствуя лёгкую дрожь служанки. Чёрная помада размазалась на её губах. Руки служанки предальски тряслись, выдавая всё скрываемое напряжение. Разорвав поцелуй, Даниэла взяла её за руку и прикоснулась к ней губами, всё это время глядя в небесно-голубые глаза своей служанки.
Эмили осторожно, словно боясь обжечься, прикоснулась к её щеке. Чужая ладонь накрыла её руку, переплетая пальцы. Склонившись, Даниэла прильнула к её губам, позволив девушке перехватить инициативу.
Страсть переполняла. Неоправданная и ненормальная. Она даже боялась представить, чем её могла привлечь садистка, коею ненавидела всей душой. От самой себя тошнило, но покрывшая исколеченный разум пелена уже не позволяла мыслить здраво, лишая сил сопративляться.
Немного осмелев, поддавшись ощущениям, она обвила чужую шею, сбросив капюшон, вплетая свои пальцы в рыжие волосы, что вызвало усмешку у вампирши. Разорвав поцелуй, она уткнулась в украшенную странными кулонами шею, обдав её тяжелым горячим дыханием.
- Я говорила, что тебе понравится.
Служанка залилась лёгким смехом.
- То есть, я могу не бояться и делать всё, что захочу?
- Смотря ЧТО ты захочешь.
Ещё секунда и цепкие пальцы Даниэлы освободили чёрные волосы с тугого хвоста, растрепывая их. Поддавшись назад, она села на кровать, пока её служанка устроилась у неё на коленях, беря в плен чужие руки и прижимая их к постели. Некогда властная и гордая дочь Димитреску теперь лежала под своей служанкой, глядя затуманенным взором в её усталое лицо.
- Что, нравится власть, а? Чувствуешь, как дурманит разум? - усмехалась она, - Надеюсь, ты ей вдоволь насладилась, ведь, знаешь, двум ведущим никогда не ужиться. Кто-то должен подчиниться, и это будешь ты.
- Ты уже давно всё решила, да? - смущённо спросила Эмили.
- Но ведь это очевидно. Просто потому что я никому не подчиняюсь.
- Даже своей маме?
Глаза вампирши загорелись лёгким безумием. Слова ей были крайне неприятны, да настолько, что она была готова растерзать за них девчонку, возомнившую себя бессмертной, но до последнего держала себя в руках, желая приподать урок по-другому.
- Испытываешь терпенье, дорогая? Что ж, я тоже кое-что умею... испытывать.
- Нет, я не имела в виду ничего такого..!
Но Даниэла уже ее не слушала. В одно движение она сбросила с себя девушку и, освободив зубами свои руки от перчаток и кинув их подальше, вжала её руки в кровать, сильно придерживая их за исполосованные запястья, гордо нависнув над ней.
- Сколько ты уже мне грубила? Мне. Своей госпоже. Раз так сильно любишь грубости, значит, сегодня ты взвоешь... - Даниэла склонилась над ее лицом, щекоча спадавшими с плеч волосами, и глядя ей прямо в глаза, шёпотом выдохнула в манившие губы: ...от нежности. Я заставлю "ответить" за все слова.
Ухмыляясь своей гениальной идее, она, ослабив хватку и засучив ей надоедливые рукава, стала массировать порозовевшие запястья, медленно ползя по рукам к предплечьям и возвращаясь, вгоняя Эмили в замешательство.
- Я не поним... - хотела было спросить служанка, как её бессовестно прервали, заткнув рот.
- Слушай меня внимательно. С этого момента я запрещаю тебе говорить. Хоть одно сказанное слово, хоть один звук, я разорву твою одежонку и выставлю нагой за порог. Всё ясно?
Последнее, что ей хотелось - это перечить, поэтому она робко кивнула.
- Превосходно. - выдохнула Даниэла ей в губы, вовлекая в нежный, не лишенный страсти поцелуй. Её рука скользнула к девичьей спине, пытаясь растегнуть платье. Воспользовавшись моментом, Эмили прикоснулась ладонью к чужой щеке, наслаждаясь гладкой кожей, с головой окунаясь в опьяняющий опасный плен, в который она так легко попала.
Задыхаясь, служанка отстранилась, жадно глотая воздух. Вся раскрасневшаяся и дрожащая она пыталась хоть чуть-чуть закрыться от въедливого взгляда, на что получила лишь усмешку.
- Снимай. - увидев немой вопрос, она добавила: платье снимай.
Дав девушке встать, Даниэла, не скрывая своего веселья, внимательно наблюдала, как та, жутко смущаясь, растегивала оставшиеся пуговицы, как платье сползало вниз, пока полностью не оказалось на полу, открыв вид на короткую сорочку и панталоны. Она потянулась за ним, желая поднять, но Даниэла, в одно движение взяла её на руки и кинула обратно на кровать. Открепив чёрный полупрозрачный плащ, вампирша круговыми движениями стала массировать её согнутые колени, пока резко не раздвинула их, аккуратно усевшись посередине.
- Да что ты дел..?
- Молчать! - грозно рявкнула она, смотря на служанку сверху вниз, но, увидев испуг, смягчилась, - на первый раз прощаю.
Её рука плавно скользнула от рёбер до ноги, оставшись на последней. Ласково касаясь внешней стороны бедра, она плавно переходила ко внутреннему, любуясь, как непонимание на розовом лице служанки сменяется совершенно иной эмоцией, той, которую вампирша и хотела вызвать. Подумав, что смущений с неё достаточно, Даниэла прильнула к её шее, покрывая поцелуями, пока вторая рука забиралась под сорочку, обжигая холодом тёплую кожу.
Немного согнув ей ногу, Даниэла медленно провела рукой по голени, обводя кровавые полосы пальцами и проводя сухими губами, под тихое дыхание девушки, отчего по телу пошла мелкая дрожь.
Пульс участился. Дышать становилось всё труднее. Странное чувство, теплом разливавшееся по венам, обуяло всё ее тело, вывев из-под контроля. Борясь с собой, она то и дело прикрывала рот рукой, дабы случайно не издать лишнего звука, но тихий стон временами всё же срывался с её уст.
- Что, уже не получается держать себя в руках? - нещадно насмехалась, дыша ей в губы Даниэла, нежно целуя, - ну же, отдайся чувствам. Сдайся. Пройтись голой - не самое страшное.
Она лишь сильнее стиснула зубы, что Даниэле крайне не понравилось.
- Не думаешь, что пора бы усложнить задачу? - резко просунув пальцы под панталоны, она неспешно провела ими по клитору, вызвав мгновенную реакцию у Эмили, что едва не застонала, чем вампирша и воспользовалась, углубив поцелуй.
Эмоции зашкаливали. Находясь на грани, она вцепилась в её спину, чуть ли не разрывая платье, чувствуя, как Даниэла улыбалась, аккуратно проникая в неё. Холодная рука массировала мокрое от возбуждения лоно, принося ей невиданные доселе ощущения, что заставляли выгибаться от переизбытка чувств, впиваясь ногтями в чужую спину.
Лишь после того, как влажные от природной смазки пальцы остановились, Эмили в бессилии уткнулась ей в плечо, тяжело дыша. Вампирша невольно хихикнула, поглаживая черновласую макушку.
- Справилась. Молодец. Больше не задерживаю.