🌸Глава девятнадцать 🌸

Это в меч­тах всё по­луча­ет­ся быс­тро, кра­сиво и так как на­до, а на са­мом де­ле всё вы­ходит как всег­да, то бишь че­рез зад­ни­цу. Близ­не­цы ни в ка­кую не хо­тели под­да­вать­ся вли­янию оме­ги. К то­му же оба бра­та от­сутс­тво­вали весь день не­понят­но где, а ле­жать без де­ла ока­залось то ещё раз­вле­чень­ице. Ну как ле­жать? Ле­жал Тим­ми от си­лы пол­ча­са, а по­том це­лый день иг­рал в прис­тавку, впол­не здра­во рас­су­див, что раз брать­ев-ма­фи­ози нет, то они его не ви­дят, а зна­чит, ни­чего­шень­ки и не уз­на­ют.
Меж­ду де­лом в пе­реры­вах меж­ду иг­ра­ми и без­дель­ем оме­га на­водил шмон по всем ком­на­там, вклю­чая чер­дак, под­вал, под­собные по­меще­ния, при­лега­ющую тер­ри­торию вок­руг особ­ня­ка, ну и ко­неч­но же, за­нимал­ся сво­им из­люблен­ным де­лом - об­жи­ралов­кой, ста­ра­ясь как сле­ду­ет об­легчить внут­реннос­ти хо­лодиль­ни­ка. Но и тут ока­залось не всё так ве­село.
Как наз­ло глав­ный босс монс­тров без Тай­со­на не уби­вал­ся, уро­вень не про­ходил­ся, есть в оди­ночес­тве бы­ло так се­бе, а до­бытый по все­му особ­ня­ку кон­фискат, как вы­яс­ни­лось впос­ледс­твии, ока­зал­ся не очень-то и нуж­ным. И да­же по­дос­та­вать ока­залось не­кого. Ну как не­кого? Особ­няк не пус­то­вал ни днём ни ночью. Нес­коль­ко альф всё же при­сутс­тво­вало, ох­ра­на там и вся­кое та­кое. Тим­ми да­же по­пытал­ся пог­лу­мить­ся над каж­дым по оче­реди, но те все как один ока­зались не че­та Ри­ну и ни в ка­кую не хо­тели вес­тись на его под­начки. Ску­кота. У этих мор­до­воро­тов с ка­мен­ны­ми ли­цами нап­рочь от­сутс­тво­вали вся­чес­кое во­об­ра­жение и чувс­тво юмо­ра. В чём оме­га очень быс­тро убе­дил­ся и тут же по­терял вся­кий ин­те­рес к неп­ро­бива­емым ка­мен­ным из­ва­яни­ям с хму­рыми не­улыб­чи­выми ро­жами, ко­торые смот­ре­ли на не­го как слон на бло­ху.
К ве­черу Тим­ми весь из­вёлся, ис­сто­нал­ся, ис­крях­телся и го­тов был на стен­ку лезть от ску­ки и без­делья. Ко все­му про­чему поз­дно вер­нувший­ся Джон да­же не со­из­во­лил его на­вес­тить и про­верить, как он, а Оли­вер во­об­ще по­вёл се­бя вы­зыва­юще гру­бо, тут же сва­лив в не­из­вес­тном нап­равле­нии, прих­ва­тив с со­бой по­душ­ку и от­ка­зав­шись спать с ним в од­ной пос­те­ли.
От по­доб­но­го хамс­тва и наг­лости Тим­ми чуть не по­зеле­нел от злос­ти и до­сады. Он тут, ви­дите ли, ждал, му­чил­ся (не по­лучи­лось как сле­ду­ет по­хули­ганить), из­вёлся весь, а он прос­то взял и свин­тил, ссы­ла­ясь на му­сор. “По­дума­ешь, нем­но­го нас­ви­нячил и нак­ро­шил чип­сов в пос­тель! Это ещё не по­вод, что­бы сбе­гать и во­ротить от ме­ня нос!” – воз­му­щал­ся Тим­ми, раз­гля­дывая сле­ды сво­его ма­лень­ко­го ве­чер­не­го пе­реку­са. Ну, по­ложим, не ма­лень­ко­го, а очень боль­шо­го и ос­но­ватель­но­го. Но кто же ви­новат, что ему за­хоте­лось че­го-ни­будь вкус­нень­ко­го? Это всё рав­но не по­вод бро­сать его, счи­тал оме­га.
Тим­ми по­жал пле­чами и за­сунул ру­ку в па­кет с со­лёны­ми кре­кера­ми, ис­крен­не не по­нимая, че­го это наг­лая аль­фья мор­да так быс­тро сли­нял от не­го, да ещё нос смор­щил. В го­лове кру­тилась ты­сяча воп­ро­сов. Оме­га хрус­тел пе­чень­ка­ми и раз­мышлял на те­му, что ему яв­но по­пались ка­кие-то неп­ра­виль­ные аль­фы. “По­чему неп­ра­виль­ные? – спра­шивал се­бя оме­га. - Да кто их пой­мёт бо­лез­ных. Прос­то неп­ра­виль­ные - и всё тут”.
Пус­той па­кет от­пра­вил­ся в сто­рон­ку, его мес­то за­нял па­кет с фис­ташка­ми. Тим­ми, про­водя рейд по за­чис­тке кух­ни, удач­но на­рыл це­лый шкаф­чик, под за­вязоч­ку на­битый вся­кими со­лёны­ми вред­ностя­ми, пос­ле че­го хо­рошень­ко про­редил и при­умень­шил пив­ной за­пас близ­не­цов. Вы­колу­пывая со­лёные яд­рышки, оме­га от­прав­лял их в рот, а скор­лупки со щел­чком и точ­но при­целив­шись - в люс­тру, что боль­шой хрус­таль­ной ма­хиной гро­моз­ди­лась в цен­тре по­тол­ка в ок­ру­жении за­мыс­ло­ватой бе­лос­нежной леп­ни­ны.
Поньк! От­ри­коше­тив от свер­ка­юще­го с по­золо­той кру­га, скор­лупка упа­ла на пу­шис­тый ко­вёр, уто­нув в длин­ном вор­се. Поньк! Вто­рая про­дела­ла тот же путь и лег­ла чуть даль­ше от пер­вой. Поньк… поньк… поньк…
Оме­га раз­вле­кал­ся как мог до тех пор, по­ка пос­ледняя скор­лупка не от­пра­вилась в по­лёт и, не до­летев ка­ких-то жал­ких пол­метра до це­ли, шмяк­ну­лась на кро­вать, за­теряв­шись в склад­ках оде­яла. Сно­ва ста­ло скуч­но. Тим­ми ог­ля­дел сле­ды сво­его пир­шес­тва и по­нял, что и впрямь нем­но­го пе­рес­та­рал­ся. Обс­трел люс­тры яв­но был лиш­ним. Вся пос­тель бы­ла усы­пана крош­ка­ми и скор­лупка­ми. Тут же ва­лялись фан­ти­ки от кон­фет, обёр­тка от шо­колад­ки, а на бе­лос­нежном белье кра­сова­лось нес­коль­ко по­доз­ри­тель­ных пя­тен раз­ной ве­личи­ны – слад­ких и лип­ких. Ско­рее все­го ос­тавлен­ные мо­роже­ным или пи­рож­ным. Тим­ми да­же не по­нял, чем имен­но из­гваз­дал прос­тынь и оде­яло. Слиш­ком мно­го все­го бы­ло съ­еде­но се­год­ня на этой пос­те­ли за весь день.
Спать в этом бед­ла­ме как-то сра­зу рас­хо­телось, как впро­чем и уби­рать за со­бой. Всё рав­но зав­тра при­дёт ку­ча убор­щиц и всё вы­чис­тит, и выс­коблит до зер­каль­но­го блес­ка, за­од­но и пос­тель по­меня­ют. Не­дол­го ду­мая, Тим­ми сполз с кро­вати и ре­шил, что се­год­ня по­тес­нит вред­но­го Джон­си. К то­му же он уже при­вык спать с ним. Ему нра­вилось, как аль­фа стис­ки­вал его в сво­их креп­ких объ­яти­ях, при­жимая к се­бе. Прав­да сна­чала дол­го бы­ку­ет, злит­ся и соп­ро­тив­ля­ет­ся, но по­том, в кон­це кон­цов сда­ёт­ся и всё рав­но об­ни­ма­ет. “То­же мне, гор­дый орёл, блин! По­ка не пнёшь - не по­летит. Сплош­ной ге­мор­рой с этим Джон­си!” - пых­тел Тим­ми, нап­равля­ясь к стар­ше­му из брать­ев-ма­фи­ози, та­ща пе­ред со­бой объ­ём­ную по­душ­ку и раз­мышляя, что млад­ший та­кой же ис­порчен­ный и неп­ра­виль­ный при­дурок, как и стар­ший, и нуж­но сроч­но что-то с этим де­лать, ис­прав­лять обо­их альф. И на­до бы по­чаще на­поми­нать им о се­бе лю­бимом. Он их це­лый день не ви­дел и уже по­ряд­ком сос­ку­чил­ся, а ещё ди­ко хо­телось сек­са, об­ни­машек и мно­го-мно­го неж­ности.

*****

- Ка­кого чёр­та ты за­был в мо­ей ком­на­те? – воз­му­щал­ся Джон, гля­дя на млад­ше­го бра­та, раз­ва­лив­ше­гося на его пос­те­ли.
Оли­вер бес­це­ремон­но за­ломил­ся в его ком­на­ту и за­нял по­лови­ну его кро­вати, да­же не спро­сив раз­ре­шения. Сна­чала оме­га - те­перь собс­твен­ный брат. Джон на­чал за­давать­ся воп­ро­сом, с ка­ких пор его пос­тель и спаль­ня ста­ли на­поми­нать про­ход­ной двор? Он да­же Ль­ю­ису ни­ког­да не поз­во­лял спать с ним, ос­та­ва­ясь на ночь, а тут то один, то вто­рой. В пос­ледние дни Джон прос­то меч­тал ос­тать­ся в пол­ном оди­ночес­тве и как сле­ду­ет выс­пать­ся. Так нет, он сно­ва был вы­нуж­ден ли­цез­реть пос­то­рон­нее те­ло в сво­ей кро­вати.
- Я за­дал те­бе воп­рос? – ры­чал Джон, ярос­тно вы­тирая свою мок­рую ше­велю­ру мах­ро­вым по­лотен­цем.
- В мо­ей ком­на­те не­воз­можно спать, – по­жало­вал­ся Оли­вер. – Это не оме­га, это ма­лолет­ний свин­тус. Он прев­ра­тил мою пос­тель в по­мой­ку.
- А я здесь при­чём? В до­ме ку­ча сво­бод­ных ком­нат. Пой­ди и най­ди се­бе дру­гое мес­то, где при­тулить свой ник­чёмный зад.
Оли­вер в от­вет толь­ко плот­но сжал гу­бы и де­монс­тра­тив­но пе­ревер­нулся на дру­гой бок, от­во­рачи­ва­ясь от бра­та и го­воря всей сво­ей по­зой, что раз­го­вор окон­чен и не име­ет даль­ней­ше­го смыс­ла. Он ос­та­нет­ся тут, и ник­то его да­же си­лой не вы­курит. Джон хо­тел бы­ло прог­нать об­наглев­ше­го брат­ца пин­ка­ми, но сдер­жался и ус­та­ло по­валил­ся ря­дом. Он прек­расно по­нимал, как мо­жет вы­вес­ти из се­бя ма­лень­кий вред­ный зас­ра­нец. К то­му же те­перь ещё и бе­ремен­ный. Он убе­дил­ся в этом на собс­твен­ной шку­ре и оп­ро­бовал все его за­кидо­ны на сво­их же нер­вах. Внут­ренний го­лос гром­ко и нас­той­чи­во твер­дил ему, что всё это оме­га де­ла­ет на­роч­но, спе­ци­аль­но. “Толь­ко вот за­чем? – спра­шивал се­бя Джон. - Мстит? Или его прос­то за­бав­ля­ет драз­нить двух альф? Стран­ное ка­кое-то раз­вле­чение: дёр­гать тиг­ров за усы в их же ло­гове”.
- Вот, блин, по­мяни дь­яво­ла, он и явит­ся! – вздох­нул Джон, от­ры­ва­ясь от собс­твен­ных мыс­лей, гля­дя на то, как бе­лоб­ры­сая мось­ка оме­ги воз­ни­ка­ет в двер­ном про­ёме с по­душ­кой в ру­ках.
Мол­ча, пых­тя, со­пя то ли от на­туги, то ли от до­сады, то ли прос­то “Чу­па-Чупс” за ще­кой ме­шал, мел­кий бес­це­ремон­но, не спра­шивая раз­ре­шения, как буд­то это в по­ряд­ке ве­щей, за­лез на кро­вать и ус­тро­ил­ся пря­миком по­сере­дине меж­ду брать­ями. Оли­вер да­же раз­вернул­ся, что­бы взгля­нуть на это но­во­яв­ленное чу­до. Наг­лый, упёр­тый и яв­но от­мо­рожен­ный на всю го­лову оме­га ещё и по­пинал его, ста­ра­ясь отод­ви­нуть в сто­рону, рас­чи­щая прос­транс­тво, что­бы ему лю­бимо­му боль­ше мес­та дос­та­лось. “Тес­но ма­лень­ко­му”, – хо­хот­нул про се­бя Оли­вер, не же­лая сдви­гать­ся ни на й­оту. На­обо­рот, ещё тес­нее прид­ви­нул­ся наз­ло оме­ге и хищ­но улыб­нулся, при­киды­вая, сто­ит ли по­из­де­вать­ся над та­кой не­ос­мотри­тель­ной са­мона­де­ян­ной глу­постью, или за­бить на оме­гу, от­вернуть­ся и прос­то ус­нуть. Иг­но­риро­вать не по­лучи­лось. Ведь где это ви­дано, что­бы мышь са­ма шла в ла­пы к ко­ту?
Тим­ми не пон­ра­вил­ся этот бор­зый, го­лод­ный и оце­нива­ющий взгляд. Оби­да ещё тол­ком не прош­ла, не улег­лась как сле­ду­ет и до сих пор грыз­ла из­нутри. К то­му же хо­телось про­учить это­го са­модо­воль­но­го пре­дате­ля и де­зер­ти­ра. Омеж­ка, не­доволь­но и злоб­но зыр­кнув на млад­ше­го, по­вер­нулся к не­му за­дом, к дру­гому аль­фе пе­редом и, оби­жен­но за­сопев, по­лез к Джо­ну под мыш­ку об­ни­мать­ся и тис­кать­ся, де­монс­тра­тив­но да­вая по­нять Оли­веру, что он на не­го злит­ся, оби­жен и во­об­ще ему, та­кому ся­кому пло­хому, се­год­ня ни­чего не све­тит. Вот.
Джон скрип­нул зу­бами от бе­зыс­ходнос­ти и, сми­ря­ясь, всё же поз­во­лил се­бя об­ла­пить, чем тут же вос­поль­зо­вал­ся омеж­ка и собс­твен­ни­чес­ки за­кинул на не­го но­гу, по­тес­нее при­жима­ясь к его те­лу. По­доб­ные об­ни­маш­ки уже ста­ли вхо­дить в при­выч­ку и с не­дав­них пор на­чали по­ходить на не­кий ри­ту­ал пе­ред сном. Не приж­ми он к се­бе мел­ко­го сра­зу, тот нач­нет со­петь, пых­теть, как па­ровоз, ёр­зать, пол­зая по не­му точ­но па­ук. В ито­ге всё рав­но добь­ёт­ся и по­лучит то, что хо­чет, так что соп­ро­тив­лять­ся не име­ло смыс­ла – се­бе до­роже. Про­вере­но на собс­твен­ном опы­те, при­чём не­од­нократ­но. Луч­ше сра­зу сдать­ся, за­жать его и не вы­пус­кать всю ночь до са­мого ут­ра, так хоть как-то удас­тся пос­пать. Хо­тя это то­же воп­рос спор­ный. Как мож­но спо­кой­но ус­нуть, ког­да ша­лов­ли­вые мел­кие ру­чон­ки ла­па­ют те­бя где хо­тят, от за­паха оме­ги яй­ца пух­нут, а член сто­ит точ­но ка­мен­ный?
Собс­твен­ное те­ло каж­дый раз пре­дава­ло Джо­на. Как бы он не от­ри­цал оче­вид­ное, он хо­тел это­го кап­ризно­го нас­тырно­го ре­бён­ка как ни­кого дру­гого. Хо­тел быть в нём, хо­тел вды­хать его аро­мат, хо­тел вко­лачи­вать­ся в его тес­ную слад­кую ды­роч­ку, ку­сать его щуп­лые шею и пле­чи. Пе­реби­рать свет­лые пла­тино­вые во­лосы, про­пус­кая мяг­кие шел­ко­вис­тые пряд­ки меж паль­цев. Хо­тел в нём всё: от кон­чи­ков ног­тей на но­гах до ро­зовых неж­ных ушек, ко­торые всег­да ста­нови­лись яр­ко пун­цо­выми, ког­да омеж­ка сму­щал­ся или нер­вни­чал. Бы­ло в этом вред­ном маль­чиш­ке что-то та­кое, че­го он ни­ког­да не встре­чал в дру­гих оме­гах, с ко­торы­ми при­вык об­щать­ся и ко­торых всег­да вы­бирал на роль крат­ковре­мен­ных лю­бов­ни­ков или для быс­тро­го, ни­чем не обя­зыва­юще­го од­но­разо­вого пе­репи­хона. Ка­кая-то ис­крен­ность, что ли. Не бы­ло в Тим­ми той на­иг­ранной фаль­ши и раз­врат­ной опыт­ности, что так при­сущи мно­гим взрос­лым оме­гам. В та­кие ми­нуты да­же злость про­пада­ла. Ос­та­вал­ся чис­тый го­лый ин­стинкт, и он го­ворил лишь об од­ном: этот оме­га - его ис­тинная па­ра. Но в этом и зак­лю­чалась глав­ная проб­ле­ма. Джон от­ка­зывал­ся в это ве­рить и вся­чес­ки соп­ро­тив­лялся. Соп­ро­тив­лялся упор­но, с за­вид­ным пос­то­янс­твом и со всей при­сущей ему аль­фьей упёр­тостью. Ус­ту­пить и сдать­ся зна­чит про­иг­рать. Джон и сам не за­метил, как вся их вой­на в ка­кой-то мо­мент пе­рерос­ла в не­кое про­тиво­борс­тво ха­рак­те­рами. И сдать­ся на во­лю по­беди­теля, да ещё и оме­ги, он прос­то не мог се­бе поз­во­лить. Гор­дость, мать его!

*****

- Ка­кого…?
Джон дёр­нулся, но ру­кам что-то ме­шало. Они бы­ли нес­во­бод­ны, а на гру­ди чувс­тво­валась тя­жесть. Не сра­зу со­об­ра­зив, что про­ис­хо­дит, аль­фа от­крыл гла­за, и его взгляд тут же упёр­ся в две го­лубые гля­дел­ки, ко­торые его рас­смат­ри­вали с лёг­кой флег­ма­тич­ной за­дум­чи­востью и то­ликой праз­дно­го лю­бопытс­тва. “Ве­сёлень­кое про­буж­де­ние!” – по­думал Джон и пос­мотрел на сво­его ма­лолет­не­го пле­ните­ля. - И как толь­ко умуд­рился сде­лать всё по-ти­хому?” Ви­димо, они вче­ра с Оли­вером силь­но вы­мота­лись и ус­та­ли, раз мел­кий смог их обез­дви­жить аб­со­лют­но не­замет­но и без­на­казан­но.
Оме­га ле­жал у не­го на жи­воте и бол­тал скре­щен­ны­ми но­гами за спи­ной. Обе его ла­дош­ки под­пи­рали под­бо­родок, а щё­ку от­то­пыри­вал не­из­менный “Чу­па-чупс”. Джон, не ве­ря по­доб­ной наг­лой вы­ход­ке оме­ги, сно­ва дёр­нул ру­ками, но брас­ле­ты от на­руч­ни­ков, удер­жи­ва­ющие их при­кован­ны­ми к фи­гур­но­му из­го­ловью кро­вати, яв­но го­вори­ли, что это не сон. Ря­дом в та­кой же рас­плас­танной ма­нере ле­жал Оли­вер и пы­тал­ся ос­во­бодить­ся. Его рот был зак­ле­ен ши­роким се­рым скот­чем, а гла­за зло свер­ли­ли мел­ко­го, ко­торый ле­жал на стар­шем бра­те точ­но на пля­же.
Пе­реве­дя взгляд с Оли­вера на оме­гу, Джон сно­ва пос­мотрел на свои ру­ки, раз­гля­дывая кан­да­лы. Зна­комая па­роч­ка брас­ле­тов выз­ва­ла ис­те­рич­ный взрыв сме­ха. В от­ли­чие от Оли­вера, ему дос­та­лись весь­ма ори­гиналь­ные на­руч­ни­ки: блес­тя­щие, с ро­зовой мяг­кой опуш­кой, из лич­ной эро­тич­ной кол­лекции Ль­ю­иса. Сра­зу ста­ло по­нят­но, что мел­кий сно­ва по­рыл­ся в его ве­щах. Оли­веру не так по­вез­ло как стар­ше­му бра­ту, вер­нее сов­сем не по­вез­ло, так как, в от­ли­чие от Джо­на, ему дос­та­лись са­мые, что ни на есть нас­то­ящие на­руч­ни­ки, ко­торы­ми поль­зу­ют­ся все ко­пы при арес­те. И до­быть их оме­га мог толь­ко в од­ном мес­те: на пос­ту у ох­ра­ны. И тог­да сра­зу воз­ни­кал ре­зон­ный воп­рос: как обу­чен­ные и под­го­тов­ленные лю­ди смог­ли про­воро­нить обыч­но­го па­цана, да ещё и поз­во­лили се­бя об­шмо­нать?
Джон сме­ял­ся дол­го от всей ду­ши, поч­ти до слёз, над на­ив­ностью оме­ги, счи­тав­ше­го се­бя по­беди­телем, и над всей си­ту­аци­ей в це­лом. Од­ни ужим­ки бра­та че­го сто­или. Тот то­же про­сёк, как ему не по­вез­ло. Но Джон спра­вед­ли­во рас­це­нил, что в та­кие иг­ры неп­ре­мен­но сле­ду­ет иг­рать вдво­ём, и ре­шил, по­чему бы нем­но­го не по­дыг­рать мел­ко­му. Бу­дет за­бав­но по­наб­лю­дать за его дей­стви­ями и пос­ле­ду­ющей ре­ак­ци­ей. Не всё же толь­ко ему сюр­при­зы ус­тра­ивать. Джон пос­ледний раз хо­хот­нул и вдруг, рез­ко вы­дох­нув, гар­кнул со всей при­сущей ему злостью и яростью в гла­зах, ог­лу­шив и пе­репу­гав мел­ко­го:
- А ну быс­тро ос­во­бодил ме­ня, пар­ши­вец!
Омеж­ка вздрог­нул и, ка­жет­ся, да­же под­ле­тел на нес­коль­ко сан­ти­мет­ров пря­мо так, как и ле­жал, вы­пучив гла­зён­ки от не­ожи­дан­ности. Джон сно­ва хо­тел ве­село рас­сме­ять­ся - бед­ный ма­лыш от его вык­ри­ка чуть “Чу­па-чуп­сом” не по­давил­ся, - но сдер­жался и про­дол­жил кри­вить злую-през­лую ро­жу.
- С ума со­шёл, так пу­гать? – вы­дох­нул Тим­ми, пе­рево­дя дух и быс­тро при­ходя в се­бя. – А ес­ли бы я со стра­ху об­де­лал­ся и пря­мо на те­бя? Кто бы по­том всё это уби­рал?
- Мел­кий! - гроз­но за­шипел Джон, при­давая сво­ему го­лосу как мож­но боль­ше аг­рессии и хищ­ных но­ток. – Ты хоть пред­став­ля­ешь, что я с то­бой сде­лаю, ког­да ос­во­божусь?
Тим­ми, ни ка­пель­ки не ис­пу­гав­шись уг­роз и иг­но­рируя воп­рос, пос­мотрел на аль­фу как на неч­то не­оду­шев­лённое, абс­трак­тное и ка­ким-то чу­дом уме­ющее го­ворить, рав­но­душ­но пе­река­тил во рту ле­денец и вдруг, ух­ва­тив его за обе ще­ки паль­ца­ми, по­тянул в раз­ные сто­роны, изоб­ра­жая улыб­ку. Джон дёр­нул го­ловой, гроз­но рык­нул и, щёл­кнув че­люс­тя­ми, чуть не от­хва­тил па­лец наг­ле­цу. Тим­ми вов­ре­мя от­дёрнул ру­ки и, сно­ва под­пе­рев под­бо­родок ла­дош­ка­ми, ус­та­вил­ся на не­доволь­но­го и зло­го аль­фу, буд­то оце­нивая его и изу­чая. Нес­коль­ко ми­нут они прос­то свер­ли­ли друг дру­га взгля­дом, пы­та­ясь вы­иг­рать друг у друж­ки зри­тель­ный бой.
Тим­ми ста­нови­лось скуч­но иг­рать в гля­дел­ки, и он по­тыкал Джо­на в щё­ку, пы­та­ясь его рас­тормо­шить. Ре­ак­ция пос­ле­дова­ла мгно­вен­ная и не­замед­ли­тель­ная: аль­фа сно­ва гроз­но щёл­кнул че­люс­тя­ми, пы­та­ясь уку­сить его за па­лец. Спус­тя па­ру се­кунд Тим­ми пов­то­рил по­пыт­ку по­нер­ви­ровать аль­фу и чуть не ли­шил­ся фа­лан­ги. Тим­ми да­же “Чу­па-чуп­сом” прич­мокнул, под­да­ва­ясь азар­ту и за­ёр­зал от не­тер­пе­ния.
Джон прис­таль­но наб­лю­дал за мел­ким про­вока­тором и, ви­дя, как заб­лесте­ли гла­за у оме­ги, сам под­дался иг­ри­вому нас­тро­ению. Джон по­чувс­тво­вал, как нер­вные дви­жения оме­ги, его за­пах и эта при­ят­ная тя­жесть вы­зыва­ют в нём нед­вусмыс­ленные ре­ак­ции. Член стал на­ливать­ся тя­жестью, тут же за­хоте­лось оты­меть эту глу­пую туш­ку, что так пре­дус­мотри­тель­но ока­залась пря­мо на нём в та­кой бу­дора­жащей при­тяга­тель­ной бли­зос­ти. Джон ре­шил во что бы то ни ста­ло сму­тить омеж­ку, и у не­го это неп­ло­хо по­лучи­лось.
- Приз­най­ся, мел­кий, я же те­бе нрав­люсь? Втрес­кался, не­бось, по са­мые уши? - спро­сил Джон и пло­то­яд­но улыб­нулся, од­новре­мен­но тол­кнув­шись чле­ном в ле­жащее на нём те­ло, что­бы оме­га по­чувс­тво­вал его же­лание.
Тим­ми за­метил на­мёк, слег­ка сту­шевал­ся и да­же чуть-чуть пок­раснел.
- И ни­чего я не втрес­кался, - фыр­кнул омеж­ка, пы­та­ясь скрыть свои ис­тинные чувс­тва, раз­гля­дывая над­менную фи­зи­оно­мию аль­фы, и сам не за­метил, как за­дышал чуть ча­ще. – Че­го тут мо­жет нра­вить­ся? Страш­ный, ста­рый, да ещё и ха­рак­тер сквер­ный.
Джон в ду­ше вски­пел, ста­ло обид­но и неп­ри­ят­но, но ви­да не по­дал, лишь уси­лил на­жим и ещё раз по­тёр­ся па­хом, чувс­твуя, как зар­делся и зас­му­щал­ся ма­лень­кий про­каз­ник.
- Точ­но втрес­кался! – про­вор­ко­вал Джон, про­жигая оме­гу хищ­ным взгля­дом. – Лю­бишь по­иг­рать, да? Сни­ми на­руч­ни­ки - и я с то­бой как сле­ду­ет по­иг­раю. Не­делю си­деть не смо­жешь. Га­ран­ти­рую!
- Вот ещё! – на­дул­ся Тим­ми, чувс­твуя, что за­водит­ся от од­но­го толь­ко взгля­да и го­лоса аль­фы. – Я что, по­хож на пси­ха?
- Нет. Ты по­хож на ис­порчен­но­го из­вра­щен­ца, ко­торый толь­ко и меч­та­ет, что­бы его на­каза­ли. Пон­ра­вилось, как те­бя шлё­па­ют по го­лой поп­ке, ма­лень­кий раз­врат­ник?
Оли­вер да­же дёр­гать­ся пе­рес­тал, наб­лю­дая эту жар­кую сце­ну. Стар­ший, раз­врат­ная по­хот­ли­вая ро­жа, го­тов был уже из­на­сило­вать оме­гу прям так, ско­ван­ный, а тот, точ­но глу­пый мо­тылёк, ле­жит на нём и, не за­мечая опас­ности, толь­ко и ждёт, что­бы его пос­ко­рее оп­ри­ходо­вали. Ему да­же ста­ло ин­те­рес­но, чем всё в ито­ге за­кон­чится. Тра­хом - од­нознач­но. Единс­твен­ное, что бес­по­ко­ило Оли­вера, че­го это мел­кий иг­ра­ет с Джо­ном, а его иг­но­рит, при­чём со вче­раш­не­го дня. Не­поря­док.
- Это неп­равда! – вспых­нул Тим­ми. – Вов­се мне не пон­ра­вилось. И я не из­вра­щенец как не­кото­рые.
- Да?! Тог­да что это упи­ра­ет­ся мне в жи­вот? – ус­мехнул­ся Джон. – На­вер­но, за­пас­ной “Чу­па-чупс”?
Тим­ми гус­то пок­раснел и по­чувс­тво­вал, как всё вни­зу от­клик­ну­лось и за­ныло, по­яви­лось та­кое при­ят­ное тя­нущее чувс­тво, и оно на­чало быс­тро на­рас­тать, рас­те­ка­ясь по все­му те­лу. Тим­ми вспом­нил, как бур­но кон­чал, те­ряя соз­на­ние, и в па­ху аж стрель­ну­ло, за­пуль­си­рова­ло от же­лания, за­хоте­лось пов­то­рить по­доб­ное ещё раз. Приш­лось да­же неп­ро­из­воль­но по­тереть­ся чле­ном об аль­фу, что­бы унять это зу­дящее но­ющее чувс­тво.
- По­мочь? – не уни­мал­ся Джон, про­дол­жая на­гонять вол­не­ние на оме­гу, ко­торый уже на­чал глаз­ки за­каты­вать от воз­бужде­ния.
- Нет, – про­пых­тел Тим­ми и тес­нее при­жал­ся к аль­фе жи­вотом, его поп­ка ма­шиналь­но на­чала от­то­пыри­вать­ся квер­ху, внут­ри всё го­рело и зу­дело от же­лания, так и хо­телось, что­бы там ему сде­лали мас­са­жик и по­лас­ка­ли неж­но и глу­боко.
- Ай-ай, ка­кой раз­врат­ный! Го­ворил, что не та­кой, а сам толь­ко и меч­та­ет, что­бы ему за­сади­ли по са­мые глан­ды.
- Зат­кнись, из­вра­щенец! – оби­жен­но пис­кнул Тим­ми и вце­пил­ся паль­ца­ми в ли­цо Джо­на, вон­зая ос­трые но­гот­ки в ко­жу. – Это ты ви­новат, что я та­кой. Всё из-за те­бя!
Джон за­шипел от бо­ли, ко­жу на ску­лах за­сад­ни­ло. Он не ожи­дал от оме­ги та­кой пры­ти. Мел­кий, точ­но оз­лоблен­ный взбе­сив­ший­ся ко­шак, вце­пил­ся ему в ли­цо, ос­тавляя на нём крас­ные от­ме­тины от ног­тей. Од­ним рыв­ком Джон ра­зор­вал иг­ру­шеч­ные око­вы, ко­торые не бы­ли рас­счи­таны на серь­ёз­ные фи­зичес­кие наг­рузки и слу­жили лишь ан­ту­ражем, фик­ци­ей. Он быс­тро от­це­пил от се­бя ру­ки оме­ги и за­ломил их ему за спи­ну, удер­жи­вая от чле­нов­ре­дитель­ства. Омеж­ка рас­те­рял­ся лишь на се­кун­ду, по­няв свой про­мах. Под­го­ня­емый злостью, оби­дой, собс­твен­ным бес­си­ли­ем и стра­хом, он умуд­рился из­вернуть­ся и боль­но уку­сить аль­фу в груд­ную мыш­цу, ак­ку­рат воз­ле сос­ка.
Это­го уже Джон не смог стер­петь и, быс­тро кру­танув­шись, оп­ро­кинул оме­гу под се­бя, за­жимая и вдав­ли­вая ли­цом и жи­вотом в прос­ты­ни. Тим­ми за­дох­нулся от тя­жес­ти, что да­вила на не­го свер­ху. Он по­пытал­ся вык­ру­тить­ся, но где там! Те­ло ве­сом под де­вянос­то ки­лог­рамм на­дёж­но фик­си­рова­ло его, не да­вая по­шеве­лить­ся.
- Я же пре­дуп­реждал, что ког­да ос­во­божусь, то неп­ре­мен­но на­кажу те­бя! – про­шипел Джон на ухо ра­зом прис­ми­рев­ше­му оме­ге, ко­торый с тру­дом ды­шал под его ве­сом. – С че­го нач­нём, мел­кий? С пор­ки? Или сра­зу пе­рей­дём к де­сер­ту?
- Не­нави­жу те­бя, при­дурок! Чтоб ты сдох, мань­як!
- Вза­им­но, ма­лень­кий, – шеп­нул Джон; го­лос проз­ву­чал хрип­ло­вато от воз­бужде­ния, в нём прос­коль­зну­ли ры­чащие нот­ки. Аль­фа об­лизнул ра­зом пе­ресох­шие гу­бы, пред­вку­шая жар­кий вкус­ный секс и, по­бедо­нос­но улыб­нувшись, спро­сил: – Ну что, ма­лыш, го­тов нем­но­го по­шалить?