🌸Глава пять 🌸

Ма-ма, ма-ма, что я бу­ду де­лать?
Ку-у-у-у…
У ме-ня нет тёп­ло­го паль­то.
Ку-у-у-у…

Тим­ми вы­водил по де­сято­му кру­гу ноч­ные ру­лады, по­вис­нув на пруть­ях ре­шёт­ки и гля­дя с тос­кой на особ­няк. До это­го он пе­реб­рал нес­коль­ко пе­сенок про тю­рягу и уго­лов­ни­ков, все жа­лос­тли­вые и на­гоня­ющие тос­ку о сво­боде. Он их спе­ци­аль­но тя­нул как мож­но за­уныв­нее про­тив­ным, раз­ры­ва­ющим мозг го­лос­ком. Пел как мож­но гром­че, что­бы его го­лос дей­ство­вал на нер­вы тем, кто сей­час си­дел в теп­ле или воз­ле­жал в мяг­кой у­ют­ной пос­тель­ке, пре­дава­ясь люб­ви, а не сто­ял бо­сой на ноч­ном вет­ру под хо­лод­ным мер­ца­ни­ем звёзд и блед­но­лицей лу­ной.
Кай­то за­тол­кал его в клет­ку с тол­стен­ны­ми сталь­ны­ми пруть­ями и по­садил на цепь, слов­но ди­кое опас­ное жи­вот­ное. Клет­ку ус­та­нови­ли по при­казу япон­ца на хо­рошо прос­матри­ва­емом мес­те с ви­дом на фон­тан, ря­дом с гус­тым ши­кар­ным кус­том гар­де­нии, от ко­торо­го шёл тон­кий, чуть слад­ко­ватый аро­мат, поч­ти та­кой же силь­ный и слад­ко­ватый как и у жас­ми­на. А вот для ко­го и для ка­ких це­лей пред­назна­чалась дан­ная клет­ка, у Тим­ми воз­ни­кало мно­жес­тво воп­ро­сов. На де­ревян­ном нас­ти­ле по­ла име­лись сле­ды за­сох­шей кро­ви, и пах­ло не очень, пря­мо по­вани­вало, буд­то в ней сдох кто или об­де­лал­ся.
- Бо-о-о-о-о-ос, вы­пус­ти ме­ня, – зак­ри­чал Тим­ми, гля­дя в ок­на на треть­ем эта­же, где го­рел мяг­кий тёп­лый свет. – Бо-о-ос, ку-ку! Ты ме­ня слы­шишь? Бо-о-о-о-о-о-ос…
Тим­ми по­каза­лось, что в ок­не мель­кну­ла тень и сно­ва ис­чезла. “Зна­чит, слы­шат”, - ух­мыль­нул­ся омеж­ка и про­дол­жил ка­нючить, под­вы­вая, точ­но бес­при­зор­ная по­битая пси­на:

Ма-ма, ма-ма, как я бу-ду жить?
Ку-у-у-у-у….
Ма-ма, ма-ма…

- Эй! Кто-ни­будь, вы­пус­ти­те ме­ня. Я пи-и-исать хо­чу… Сра­ный Кай­то, ты где? Иди и по­целуй ме­ня в зад, мань­яч­ный уб­лю­док и по­жира­тель во­нючих бо­бов.
Тим­ми и прав­да хо­тел от­лить, но ник­то не шёл и про не­го яв­но за­были. Это ди­ко бе­сило, он не лю­бил, ког­да его иг­но­риро­вали.
- Ну и хрен с ва­ми! – раз­дра­жён­но вык­рикнул оме­га. – Зна­чит, удоб­рю ва­ши кус­ти­ки с ми­лыми цве­ту­ёч­ка­ми. Пусть сдох­нут и за­чах­нут на кор­ню. Бу­дете знать, как са­жать ми­лых оме­жек в клет­ки на цепь. Жи­водё­ры!!!
Тим­ми зад­рал фут­болку и по­мочил­ся пря­мо на куст ве­лико­леп­ной гар­де­нии, при этом ме­лодич­но пос­висты­вая и вы­водя струй­кой мо­чи за­мыс­ло­ватые вось­мёр­ки, ста­ра­ясь оро­сить весь кус­тик как сле­ду­ет, что­бы уж на­вер­ня­ка и что­бы по­том на сол­нышке он не цве­тами бла­го­ухал, а про­кис­шей мо­чой.
- Джо­ни он ис­портил мою лю­бимую гар­де­нию, – жа­лоб­но зах­ны­кал Ль­ю­ис, приль­нув но­сом к ок­ну. - Я так лю­бил там гу­лять…
- От­ле­пись от ок­на и при­неси мне аналь­гин! – ряв­кнул босс, у не­го от воп­лей мел­ко­го ди­ко раз­бо­лелась го­лова. О сек­се он да­же уже и не по­мыш­лял. Его член упал поч­ти сра­зу же и боль­ше не по­давал приз­на­ков жиз­ни, как толь­ко он прос­лу­шал па­роч­ку куп­ле­тов в ис­полне­нии Тим­ми. Те­перь он меч­тал толь­ко о том, что­бы ус­нуть, но воп­ли не прек­ра­щались ни на ми­нуту.
Омеж­ка всхлип­нул, оп­ла­кивая не­вос­полни­мую по­терю и убе­жал за во­дой и таб­летка­ми. С ули­цы сно­ва до­нес­лись ду­шераз­ди­ра­ющие воп­ли маль­чиш­ки и сло­ва оче­ред­ной пе­сен­ки-ну­дел­ки:

Три­над­цать нег­ри­тят
Пош­ли ку­пать­ся в мо­ре.
Три­над­цать нег­ри­тят
Рез­ви­лись на прос­то­ре.
Один из них утоп,
Ему ку­пили гроб.
И вот ре­зуль­тат.
…Две­над­цать нег­ри­тят.

Две­над­цать нег­ри­тят
Пош­ли ку­пать­ся в мо­ре.
Две­над­цать нег­ри­тят
Рез­ви­лись на прос­то­ре.
Один из них утоп,
Ему ку­пили гроб.
И вот ре­зуль­тат.
...Один­надцать нег­ри­тят…

(по­ёт­ся до од­но­го и пов­то­ря­ет­ся сна­чала)

- Ка-ай-то! – за­орал, не вы­дер­жав, Джон.
Че­рез ми­нуту дверь от­кры­лась и во­шёл не ме­нее оз­лоблен­ный япо­нец, с пе­реко­шен­ным от раз­дра­жения ли­цом.
- Зат­кни это­го не­нор­маль­но­го, чтоб я его боль­ше не слы­шал!
- Но… вы же са­ми зап­ре­тили его ка­лечить.
- При­думай что-ни­будь, – ры­чал Барнс. – Он уже два ча­са без ос­та­нов­ки во­ет. Ес­ли он не зат­кнёт­ся, то я те­бя уду­шу вмес­то не­го!
- Хо­рошо, босс, – ска­зал Кай­то и вы­шел.
- Эй! Вы там, ус­ну­ли, что ли? Бо-о-о-о-с… я боль­ше не бу­ду пор­тить твои про­дук­ты. Вы­пус­ти ме­ня, здесь хо­лод­но и во­ня­ет. Бо-о-о-о-о-с… я ста­ну пос­лушным, ми­лым и оба­ятель­ным. Чес­тное-пре­чес­тное! Ма­мой кля­нусь!
Тим­ми и вправ­ду за­мёрз, хо­телось за­лезть в его но­вую ши­кар­ную пос­тель­ку и оп­ро­бовать её на теп­ло и мяг­кость. Он ус­тал петь, кри­чать, ма­терить­ся. Спать хо­телось жут­ко и сно­ва за­хоте­лось есть. Он вспом­нил не­дав­ний бу­тер­брод и, пе­чаль­но вздох­нув, пос­та­рал­ся не ду­мать о чу­дес­ном вол­шебном хо­лодиль­ни­ке. Под­жав од­ну бо­сую но­гу и при­жав её к той, на ко­торой сто­ял, стал отог­ре­вать пят­ку: так бы­ло чу­точ­ку теп­лее. По­том по­менял мес­та­ми и стал отог­ре­вать вто­рую но­гу.
- Эй! Вы что ме­ня до ут­ра ре­шили тут ос­та­вить? - не уни­мал­ся омеж­ка, его уже по­ряд­ком дос­та­ло тут сто­ять. Хо­лод­ная цепь за­дева­ла спи­ну и вы­зыва­ла неп­ри­ят­ные ле­деня­щие ко­жу му­раш­ки. Тим­ми с ос­терве­нени­ем по­дёр­гал прутья ре­шет­ки, буд­то они мог­ли чу­дес­ным об­ра­зом ра­зог­нуть­ся или ис­па­рить­ся.
- Ма-ма, ма-ма, что я бу­ду де­лать? Ку-у-у… - жа­лоб­но про­пел Тим­ми и чуть не пус­тил сле­зу от от­ча­янья и нес­пра­вед­ли­вос­ти. Ло­щёный кра­сав­чик всё на­чал, а на цепь по­сади­ли имен­но его. - У ме-ня нет тёп­ло­го паль­то. Ку-у-у-у…
“А у этой шлю­хи на­вер­ня­ка шу­ба есть, и не од­на, – по­думал Тим­ми. – На­вер­но, из бе­лой нор­ки или шин­шиллы. Вот бы сей­час сю­да та­кую. Чёрт! Вот вы­берусь и отом­щу пат­ла­тому уро­ду!”
Тим­ми страсть как за­хоте­лось отыг­рать­ся за своё си­дение в клет­ке и ос­та­вить это­го кра­сав­чи­ка с но­сом. “А как это сде­лать? - по­думал маль­чиш­ка и зло­рад­но улыб­нулся, быс­тро со­об­ра­жая и прок­ру­чивая в го­лове раз­личные ва­ри­ан­ты. – Ну, ко­неч­но же, на­до ли­шить его тёп­ло­го, приг­ре­того и сыт­но­го мес­течка. Это чё?! Зна­чит, нуж­но ти­па за­нять его мес­то? Соб­лазнить это­го Джо­ни?” Тим­ми да­же пе­рес­тал дро­жать от хо­лода, об­мозго­вывая вне­зап­но воз­никшую в го­лове мысль. Спать с аль­фой он не хо­тел, но как ва­ри­ант, что­бы ос­тать­ся в та­ком ши­кар­ном рос­кошном мес­те нав­сегда, да ещё и уте­реть нос мо­дель­ке, по­чему бы и нет? Мес­то клас­сное, хо­лодиль­ник всег­да бит­ком на­бит, босс кру­той, да и на мор­ду ли­ца во­об­ще меч­та и смерть всем оме­гам. К то­му же ог­ромной властью об­ла­да­ет, вон да­же япош­ка, точ­но сто­роже­вая псин­ка, по стой­ке смир­но сто­ит и по струн­ке хо­дит. Да и долг прос­тит, ес­ли влю­бит­ся. Тим­ми скри­вил­ся: “Вот имен­но: ес­ли влю­бит­ся. С этим ма­лость не­увя­зоч­ка. Я по срав­не­нию с его шлю­хой прос­то жал­кий чер­вяк. У не­го и шмот­ки, и кос­ме­тика раз­ная, пе­дикюр, ма­никюр и на­вер­ня­ка ещё ку­ча вся­ких при­бам­ба­сов и за­моро­чек. Хо­тя не по­хоже, что ма­фи­ози его лю­бит. Та­кое впе­чат­ле­ние, что этот Джо­ни во­об­ще бес­сердеч­ный дь­явол. А дь­явол ни­кого не лю­бит, по­тому он и дь­явол. В об­щем, как ни кру­ти, а пер­вым де­лом на­до раз­ню­хать, что к че­му. Чем там пат­ла­тый ма­жет­ся, кра­сит­ся? На­рыть на не­го ком­про­мат, мо­жет да­же ка­кую свинью под­ло­жить меж­ду де­лом. Ко­роче по­шукать у не­го в ком­на­те по пол­ной. Да-да! Как сле­ду­ет по­рыть­ся. Вдруг ка­кой сек­рет оты­щу?” Ко­вар­ные мыс­лишки Тим­ми обор­вал вне­зап­но по­явив­ший­ся Кай­то. Япо­нец шёл к не­му быс­трым ша­гом с та­ким ли­цом, буд­то соб­рался с не­го шку­ру живь­ем сни­мать: прям все мань­яки в от­пуске.
- О, уз­когла­зик! – Тим­ми да­же под­прыг­нул от не­тер­пе­ния. – Джон­си на­до­ели мои пе­сен­ки, и он ре­шил ме­ня от­пустить?
- Не на­зывай мо­его бос­са ко­шачь­ими клич­ка­ми или я те­бе киш­ки вы­пущу! – про­рычал Кай­то, те­ряя вы­дер­жку. - Он при­казал мне зат­кнуть те­бя. И я сде­лаю это, ес­ли при­дёт­ся. Твои воп­ли бе­сят да­же мёр­твых.
- По­дума­ешь, ка­кие мы неж­ные! Я не про­сил са­жать ме­ня на цепь. И во­об­ще я спать хо­чу и есть. Я не хо­чу тор­чать здесь: тут скуч­но и хо­лод­но.
Кай­то пре­дуп­ре­дил оме­гу, что си­деть ему до ут­ра, и то, ес­ли босс не пе­реду­ма­ет и не со­из­во­лит его ос­во­бодить. И ес­ли тот не зат­кнёт­ся, то он вы­нуж­ден бу­дет при­нять ме­ры. Как толь­ко пра­вая ру­ка бос­са по­шагал прочь, омеж­ка сно­ва за­пел.
- Зна­чит, не хо­чешь по-хо­роше­му? – спро­сил Кай­то, рез­ко обер­нувшись.
- Не-а! – наг­ло улыб­нулся Тим­ми и по­вис на пруть­ях точ­но обезь­ян­ка. – Бу­ду ме­шать вам спать, по­ка не от­пусти­те.
- Ты сам нап­ро­сил­ся, га­дёныш! По­том не го­вори, что я те­бя не пре­дуп­реждал, - зло ос­ка­лил­ся Кай­то и ку­да-то ушёл. Тим­ми да­же ста­ло ин­те­рес­но, что за­думал этот убий­ца и по­жира­тель япон­ских соп­лей?
Кай­то вер­нулся быс­тро, он та­щил в ру­ках шланг. Чёр­ная ре­зино­вая киш­ка та­щилась за ним в тем­но­те точ­но змея. Ос­та­новив­шись в па­ре мет­ров от клет­ки, япо­нец на­жал на руч­ку - и в Тим­ми уда­рила струя уп­ру­гой ле­дяной во­ды.
- А-а-а-а… урод уз­когла­зый! – за­орал омеж­ка, от­ска­кивая к про­тиво­полож­ной сто­роне клет­ки, от­плё­выва­ясь от во­ды и выс­та­вив пе­ред со­бой ру­ки, как бы за­щища­ясь.
Кай­то с осо­бым нас­лажде­ни­ем наб­лю­дал, как оме­га весь ску­кожил­ся от хо­лода, вжав го­лову в пле­чи и от­вернув­шись от не­го, что­бы во­да не по­пада­ла в ли­цо. Он по­ливал его до тех пор, по­ка маль­чиш­ка не зат­кнул­ся и не пе­рес­тал ве­рещать и ру­гать­ся ма­том. Столь­ко не­цен­зурных слов он за всю свою жизнь не слы­шал, да­же с де­сяток но­вых вы­учил.
- Хва­тит! – сдал­ся Тим­ми, не вы­дер­жав ле­дяно­го ду­ша.
Он дро­жал от хо­лода и сту­чал зу­бами. Всё те­ло би­ла круп­ная дрожь, мок­рая фут­болка неп­ри­ят­но лип­ла к те­лу.
- Ещё раз от­кро­ешь свой гряз­ный по­ганый рот, и я бу­ду по­ливать те­бя до ут­ра, по­ка ты не око­ле­ешь к чёр­то­вой ма­тери. Ты ме­ня по­нял, ма­лень­кий уро­дец?
Тим­ми ни­чего не от­ве­тил, так и сто­ял, от­вернув­шись, при­жима­ясь к пруть­ям ре­шет­ки и тря­сясь от хо­лода. Его зу­бы вы­дава­ли гром­кую ба­рабан­ную дробь, а те­ло ско­вал ди­кий хо­лод. Ноч­ная прох­ла­да и ве­тер лишь ещё боль­ше усу­губ­ля­ли си­ту­ацию.
Пра­вая ру­ка бос­са ушёл, и Тим ус­та­ло опус­тился на дос­ки по­ла. Об­хва­тив се­бя дву­мя ру­ками и под­тя­нув ко­лени к гру­ди, по­пытал­ся хоть как-то сог­реть­ся, что сде­лать бы­ло не­ре­аль­но. Петь и кри­чать боль­ше не хо­телось, да и ка­кой в этом смысл, ес­ли тут же при­бежит япо­нец и сно­ва нач­нёт его по­ливать. Тим­ми хо­рошо по­нимал, что его ждёт, ес­ли Кай­то всерь­ёз за не­го возь­мёт­ся.
До са­мого рас­све­та - пос­ле то­го, как япо­нец ушёл, ос­та­вив его мок­рым и дро­жащим на вет­ру, - Тим­ми так и не смог сог­реть­ся. Ему ка­залось, что он про­шёл че­рез семь кру­гов ада, ночь по­каза­лась ему не­имо­вер­но длин­ной. Иног­да ему чу­дилось, что он про­вали­ва­ет­ся в сон, но ле­дяной кош­мар и там не от­пускал его, про­бирая до кос­тей. Тим­ми раз­бу­дили го­лоса. Гром­кий смех, пь­яная речь ста­нови­лись всё бли­же, гром­че и от­чётли­вее. Он не хо­тел, что­бы его ви­дели в та­ком жал­ком и пла­чев­ном сос­то­янии, по­тому что знал, что все они неп­ре­мен­но бу­дут сме­ять­ся и при­калы­вать­ся над ним. И он ока­зал­ся прав.
- О, смот­ри­те? – крик­нул кто-то из альф. – Ка­кая за­бав­ная зве­рюш­ка.
- Ин­те­рес­но, к ка­кому ви­ду она от­но­сит­ся? – ска­зал вто­рой и зар­жал, как конь. – На­вер­но, к се­мей­ству го­мини­дов? Шим­панзе обык­но­вен­ный.
- Не, енот-по­лос­кун, – при­колол­ся Цик­лоп. – Ви­дишь, мок­рый ка­кой?
- Да не­дотя­гива­ет он до ено­та, ско­рее опос­сум или хо­мяк.
- Не-не! Хо­мяки ми­лые и пух­лые, а этот мел­кий то­щий и об­лезлый.
- Тог­да мышь.
- Точ­но! Ма­лень­кая, жал­кая и мок­рая мы­шара, – хо­хот­нул Цик­лоп, сно­ва отыг­ры­ва­ясь за прош­лое.
Тим­ми смот­рел на ржу­щих и сте­бущих­ся над ним пар­ней и по­чему-то не ис­пы­тывал ни кап­ли злос­ти, толь­ко внут­ренне ра­зоча­рова­ние и оби­ду. Он и прав­да по­ходил на мок­рую мышь и по пра­ву оп­равды­вал свою клич­ку. Ма­лень­кая, без­моз­глая, жал­кая мышь, ко­торая по собс­твен­ной ту­пос­ти уго­дила в мы­шелов­ку.
- Ты что здесь де­ла­ешь, при­дурок? – спро­сил по­дошед­ший Рин. Он один не сме­ял­ся над оме­гой. Пла­чев­ный вид маль­чиш­ки вы­зывал лишь жа­лость.
Тим­ми шмыг­нул но­сом и опус­тил гла­за, пря­ча их от ух­мы­ля­ющих­ся рож. Он яв­но прос­тыл, си­дя тут на вет­ру всю ночь в мок­рой фут­болке
- Что не мог уси­деть спо­кой­но и нар­вался на неп­ри­ят­ности?
Тим­ми кив­нул и, сно­ва шмыг­нув но­сом, про­буб­нил:
- Я не ви­новат. Я есть хо­тел. А по­том при­пёр­ся ваш босс и его при­дуроч­ный оме­га. Пат­ла­тый пер­вый на­чал, я ни при­чём.
- Ты что, заб­рался на кух­ню бос­са? Да ещё по­цапал­ся с его оме­гой? – спро­сил Рин, по­ража­ясь наг­лости па­цана. – Ты и впрямь са­мо­убий­ца. При­чём боль­ной на всю го­лову.
- Ри-и-ин, – за­ныл жа­лос­тли­во омеж­ка. - Вы­тащи ме­ня от­сю­да. Я боль­ше не бу­ду. - Тим­ми шмыг­нул но­сом, вы­терев его ру­кой, и сде­лал боль­шу­щие жа­лос­тли­вые глаз­ки, да­же слёз­ки пус­тил для убе­дитель­нос­ти.
- Ну-у, не знаю. Ес­ли босс при­казал дер­жать те­бя здесь, нав­ряд ли я смо­гу что-то сде­лать.
Тим­ми пе­чаль­но вздох­нул и гром­ко выс­моркал­ся в по­дол собс­твен­ной фут­болки.
- Я та­кой нес­час­тный… Ме­ня сов­сем-сов­сем ник­то не лю­бит! Я за­мёрз и, ка­жет­ся, прос­ту­дил­ся… Те­перь я точ­но ум­ру! Ри-и-ин, - омеж­ка ар­тистич­но вце­пил­ся в пид­жак аль­фы. - Я уже чувс­твую, как у-ми-ра-ю!!! Ка­жет­ся, у ме­ня вос­па­ление лёг­ких. Ты же при­дёшь на­вес­тить мою мо­гил­ку?
- Вос­па­ление хит­рости у те­бя, а не лёг­ких! – воз­му­тил­ся аль­фа, не по­верив ни еди­ному сло­ву Тим­ми. – И хо­рош вы­тирать об ме­ня свои соп­ли! Мой кос­тюм от “Brioni” слиш­ком ши­карен, что­бы ис­поль­зо­вать его в ка­чес­тве но­сово­го плат­ка.
От­це­пив от се­бя ру­ки омеж­ки, Рин при­казал ему си­деть ти­хо и не шу­меть, а он, мол, пой­дёт и поп­ро­бу­ет уго­ворить бос­са от­ме­нить на­каза­ние. Тим­ми сог­ласно кив­нул, он уже был го­тов на всё, лишь бы ока­зать­ся в теп­ле, а луч­ше в пос­те­ли. Он и прав­да, ка­жет­ся, за­болел. Из но­са тек­ло, го­лова бо­лела и кру­жилась, его мо­рози­ло и гор­ло сад­ни­ло так, что бы­ло боль­но гло­тать и го­ворить.
Аль­фа вер­нулся быс­тро, в ру­ке он дер­жал ключ от зам­ка. Но преж­де чем вы­пус­тить омеж­ку на сво­боду, сле­дова­ло с ним кое о чём до­гово­рить­ся.
- Босс раз­ре­шил мне те­бя ос­во­бодить, но под мою лич­ную от­ветс­твен­ность, – пре­дуп­ре­дил Рин.
Тим­ми весь был во вни­мании и прев­ра­тил­ся в слух.
- Преж­де чем я те­бя ос­во­божу, хо­чу, что­бы ты мне по­обе­щал вес­ти се­бя при­лич­но и боль­ше не вли­пать в неп­ри­ят­ности, ина­че вмес­те с то­бой пос­тра­даю и я. Ты ме­ня по­нял?
Тим­ми пос­лушно кив­нул и зас­ве­тил­ся от ра­дос­ти, его му­чения на­конец-то за­кон­чи­лись. Сей­час он хо­тел толь­ко од­но­го: при­нять го­рячую ван­ну, заб­рать­ся в пос­тель и как сле­ду­ет пос­пать, ведь ему ещё пред­сто­яло про­вес­ти раз­ведку во вра­жес­ком ста­не пат­ла­того. А для это­го нуж­но бы­ло от­дохнуть, наб­рать­ся сил, по­падать­ся с по­лич­ным он боль­ше не хо­тел.
Рин, ко­неч­но же, не по­верил клят­венным за­вере­ни­ям омеж­ки, но всё же от­пер клет­ку. В глу­бине ду­ши он силь­но сом­не­вал­ся, что этот маль­чиш­ка смо­жет спо­кой­но уси­деть на од­ном мес­те. Уж та­кая у не­го на­тура не­уго­мон­ная. От ску­ки го­тов да­же оси­ный улей пал­кой раз­во­рошить, а по­том с кри­ками и пис­ком уди­рать от оз­ве­рев­ше­го роя, свер­кая пят­ка­ми.

Тим­ми доб­рался до сво­ей ком­на­ты и пер­вым де­лом за­лез под го­рячий душ, что­бы как сле­ду­ет отог­реть­ся. Влаж­ную фут­болку, в ко­торую он пос­моркал­ся для наг­лядно­го при­мера пе­ред Ри­ном, приш­лось вы­кинуть, он не со­бирал­ся её боль­ше но­сить. На­дев пос­леднюю экс­проп­ри­иро­ван­ную фут­болку ко­го-то из альф, Тим­ми заб­рался в пос­тель и тут же про­валил­ся в тя­жёлый, пол­ный кош­ма­ров сон.
Омеж­ка прос­пал весь день и весь ве­чер до са­мого за­хода сол­нца. Ло­мота во всём те­ле сме­нилась жа­ром, его те­ло слов­но при­быва­ло меж­ду сном и явью. Он что-то бор­мо­тал, ме­тал­ся по пос­те­ли, сми­ная влаж­ные прос­ты­ни. Ему сни­лось, что он ку­да-то идёт или пы­тал­ся ид­ти. Толь­ко вот за­чем и ку­да? Сте­ны и ко­ридор, по ко­торо­му он шёл, слов­но плы­ли, и ру­ки всё вре­мя буд­то про­вали­вались сквозь сте­ны. Пос­то­ян­ная муть в го­лове не да­вала сос­ре­дото­чить­ся. Ка­жет­ся, он да­же па­ру раз упал, по­ка шёл. Столь­ко мно­го две­рей - и все ока­зались за­пер­ты, кро­ме од­ной. Ту­да и нес­ли его но­ги. Он хо­тел най­ти Тай­со­на. Толь­ко он мог по­забо­тить­ся о нём. Ведь он столь­ко раз ле­чил и уха­живал за ним, что это вош­ло в при­выч­ку. Толь­ко Тай­сон всег­да был ря­дом и ис­полнял каж­дый его кап­риз. Шлё­пая бо­сыми но­гами по по­лу, Тим­ми сколь­знул в прос­торную, хо­рошо об­став­ленную ком­на­ту, уви­дел мяг­кую боль­шую кро­вать и спя­щего на ней Тай­со­на. “Спать… так хо­чет­ся спать”, - по­думал омеж­ка и ныр­нул под оде­яло к аль­фе. Тим­ми при­жал­ся к креп­ко­му мус­ку­лис­то­му те­лу и, при­лип­нув точ­но пи­яв­ка, об­хва­тил его ру­ками и но­гами.
- Тай­си… те­бя то­же этот про­тив­ный Джон­си пой­мал и зас­та­вил тут жить? – спро­сил омеж­ка и зак­рыл гла­за, нас­лажда­ясь теп­лом аль­фы и его за­пахом.
По­чему-то се­год­ня Тай­сон пах как-то по-осо­бен­но­му, хо­телось приль­нуть к не­му по­силь­нее и вды­хать, вды­хать, вды­хать и что­бы тот не от­пускал его.
– Тай­си, я хо­чу тор­тик… шо­колад­ный с за­саха­рен­ны­ми ви­шен­ка­ми… и ещё им­бирный чай с мё­дом, – кап­ризно зах­ны­кал омеж­ка. Всё его те­ло ло­мило и бо­лело, а гор­ло не­щад­но ко­лоло игол­ка­ми.
Обе­щан­ный тор­тик не по­яв­лялся, впро­чем как и чай. Тим­ми сно­ва за­кап­ризни­чал, жа­лу­ясь на ду­рац­кий сон, в ко­тором он не мо­жет по­лучить то, что хо­чет.
- Тай­си, сде­лай мне мас­саж, у ме­ня спин­ка бо­лит и нож­ки, и руч­ки, и паль­чи­ки. Та-а-ай-си…
- Я не твой ду­рац­кий Тай­си! – рык­нул Джон, от­пи­хивая от се­бя пре­быва­юще­го в го­рячеч­ном бре­ду омеж­ку. Маль­чиш­ка да­же не от­крыл гла­за, толь­ко кап­ризно зах­ны­кал и пос­та­рал­ся по­силь­нее вце­пить­ся в аль­фу.
Барнс уже за­сыпал, ког­да к не­му в пос­тель ныр­нул этот не­уго­мон­ный вез­де­сущий омеж­ка и при­лип к не­му точ­но бан­ный лист. Он сна­чала спро­сонок не по­нял, по­думал, что это Ль­ю­ис ре­шил ос­лу­шать­ся и про­вес­ти эту ночь ря­дом с ним. Но у его оме­ги был сов­сем дру­гой за­пах, бо­лее слад­кий, тер­пкий, слов­но вы­дер­жанное ма­роч­ное ви­но. От Тим­ми пах­ло бо­лее неж­но, но при­меши­вал­ся бе­сячий аро­мат нес­коль­ких альф, ко­торый дей­ство­вал Джо­ну на нер­вы и раз­дра­жал ню­хатель­ные ре­цеп­то­ры.
- Кай­то! – крик­нул Барнс, вы­зывая к се­бе япон­ца, и сос­ко­чил с пос­те­ли, гля­дя на омеж­ку, ко­торый са­мым наг­лым об­ра­зом ок­ку­пиро­вал его пос­тель.
Гла­ва «тиг­ров» уже и не рад был, что взял па­цана в за­лож­ни­ки. Он дос­тавлял столь­ко го­лов­ной бо­ли и проб­лем, что лег­че бы­ло бы за­бить на кам­ни и баб­ки и прос­то уда­вить всю эту во­рова­тую ком­па­нию.
- Зва­ли, босс? – спро­сил япо­нец и тут же скри­вил­ся, уви­дев на кро­вати ше­фа при­чину его не­доволь­ства.
- Сколь­ко ещё, я спра­шиваю, этот маль­чиш­ка бу­дет мне до­саж­дать? – Джо­на пе­репол­ня­ла ярость, он го­тов был отор­вать Кай­то го­лову, а осо­бен­но Ри­ну, ведь имен­но он взял от­ветс­твен­ность за па­цана.
Кай­то про­мол­чал, не зная, что от­ве­тить.
– Не­мед­ленно при­веди Ри­на! – при­казал Джон и, сев в ши­рокое мяг­кое крес­ло, при­курил си­гаре­ту: “ Чёрт! На­до что-то де­лать с этим па­цаном, - по­думал Барнс. – Ина­че он с ума ме­ня све­дёт”.
Кай­то и Рин вер­ну­лись быс­тро, Джон да­же не ус­пел до­курить си­гаре­ту до кон­ца. Оба вста­ли пе­ред бос­сом, ожи­дая пол­но­мас­штаб­но­го раз­но­са.
- Как вы ду­ма­ете? - зло­веще про­цедил Барнс, не­доволь­ный сво­ими людь­ми. – Как я дол­жен се­бя чувс­тво­вать, ког­да в мою кро­вать за­лазит это су­щес­тво и тре­бу­ет от ме­ня шо­колад­ный тор­тик с ви­шен­ка­ми, им­бирный чай с мё­дом и мас­саж его дра­гоцен­ных ко­неч­ностей, а? Я вас спра­шиваю?
Кай­то по­зеле­нел от не­годо­вания, а Рин в шо­ке от ус­лы­шан­но­го ус­та­вил­ся на мир­но по­сапы­ва­юще­го маль­чиш­ку, про се­бя при­коль­нув­шись над его бор­зо­той и чу­дачес­твом. Ещё ник­то так не ос­ме­ливал­ся про­воци­ровать бос­са и уж тем бо­лее уни­жать. Это выг­ля­дело страш­но и од­новре­мен­но ко­мич­но.
- Я что, по­хож на то­го, кто де­ла­ет ко­му-то мас­саж и ис­полня­ет чьи-то при­хоти и кап­ри­зы? – ры­чал Барнс. – Рин, это те­бя ка­са­ет­ся, меж­ду про­чим!
Аль­фа вздрог­нул, ус­лы­шав своё имя.
- Я сей­час же его за­беру, босс! – быс­тро от­ве­тил аль­фа и по­дошёл к кро­вати, что­бы заб­рать омеж­ку. - У не­го жар, - ска­зал Рин, по­дымая маль­чиш­ку на ру­ки. – По­хоже, он не врал и дей­стви­тель­но прос­ту­дил­ся, про­сидев всю ночь в мок­рой фут­болке.
- А ка­кого хре­на он си­дел мок­рый? – бу­шевал Джон. – Кай­то, тво­их же рук де­ло?
- Вы же зап­ре­тили ка­лечить. Вот я и ох­ла­дил его как сле­ду­ет.
- Иди­от! – вы­дал Джон, за­пус­кая паль­цы в во­лосы. – А прос­то кляп в рот ты ему не до­гадал­ся всу­нуть?
Кай­то ви­нова­то опус­тил гла­за в пол. Он сглу­пил, и он ви­новат, что па­цан за­болел и сно­ва дос­та­вил неп­ри­ят­ности бос­су.
– Ва­ша за­дача сле­дить за ним или вам обо­им не поз­до­ровит­ся. Те­бя, Рин, это в пер­вую оче­редь ка­са­ет­ся. И вы­зови ему вра­ча. Ес­ли он сдох­нет, я не смо­гу про­дать его жал­кую зад­ни­цу. Кай­то, Оли­вер не зво­нил?
- Нет, босс. Го­ворят, он в Ко­пака­бана с оме­гами раз­вле­ка­ет­ся.
- Ещё од­на го­лов­ная боль на мою шею! – рык­нул Джон. - Всё! Сва­лили оба! – раз­дра­жён­но за­кон­чил босс и нап­ра­вил­ся в ком­на­ту к Ль­ю­ису. Трах­нуть не­мед­ленно оме­гу и вып­леснуть на не­го всю свою злость бы­ло единс­твен­ным ре­шени­ем, по­сетив­шим его го­лову. Кто как не шлю­ха смо­жет сха­вать все ос­кор­бле­ния и из­ба­вить его от внут­ренне­го нап­ря­жения.