🌸Глава двенадцать 🌸

- Джо-он-си-и-и-и-и...
Кто бы мог по­думать, что звук собс­твен­но­го име­ни бу­дет зву­чать так мер­зко и от­вра­титель­но, вы­зывая стоп­ро­цен­тное от­торже­ние и неп­ри­ятие. Джо­ну Бар­нсу ка­залось, буд­то кто-то це­ленап­равлен­но пе­ноп­ласт под ухом кро­шит. Мед­ленно и так про­тив­но скре­бёт, иг­рая на нер­вах. Всё те­ло пе­редёр­ги­вало и про­шива­ло нер­вной дрожью, а че­люсть сво­дило до зу­бов­но­го скре­жета. Хо­телось при­душить ви­нов­ни­ка, но слиш­ком мно­го сви­дете­лей соб­ра­лось вок­руг. При­ходи­лось иг­рать роль влюб­лённо­го по уши аль­фы и тер­петь, тер­петь, тер­петь.
Тим­ми же, поль­зу­ясь мо­мен­том все­доз­во­лен­ности, пря­мо из ко­жи вон лез, что­бы отыг­рать­ся за свои оби­ды и пе­режи­тые стра­хи. Он, про­дол­жая ми­ло тис­кать ли­цо «лю­бимо­го» аль­фы, да­же нес­коль­ко раз по­казуш­но чмок­нул его в щёч­ку. Вро­де всё ми­ло и бе­зобид­но, но сколь­ко гне­ва вски­пало внут­ри Джо­на, от не­го так и ра­зило яростью, раз­ве что пар из ушей не ва­лил. Тим­ми ещё раз чмок­нул зло­го как чёрт ма­фи­ози в щё­ку, по­тёр­ся но­сом и сно­ва втя­нул за­пах сво­ей па­ры в лёг­кие. Стран­ное чувс­тво тре­пета­ло у не­го где-то глу­боко внут­ри: хо­телось мур­чать, те­реть­ся, прис­та­вать со вся­кими глу­пос­тя­ми, лас­тить­ся к это­му боль­шо­му и силь­но­му те­лу. Хо­телось че­го-то та­кого, че­му он и сам не знал по­ка наз­ва­ния. Ка­кой-то неж­ности и лас­ки. Че­го-то, что зас­та­вило бы сер­дце ещё боль­ше тре­петать. В ру­ках аль­фы он чувс­тво­вал се­бя так уве­рено и на­дёж­но, что всё ка­залось пра­виль­ным.
Джон злил­ся, наг­лый оме­га до­ехал на его ру­ках до са­мой ма­шины и от­ли­пать не со­бирал­ся. Бе­сил его сво­ими тис­кань­ями и об­жи­маш­ка­ми, об­ло­бызал ему всё ли­цо, раз­лохма­тил во­лосы и всю до­рогу, что он нёс его на ру­ках, та­рах­тел, как до­воль­ный ко­тей­ка в ухо, и в ус не дул, что аль­фе это мо­жет быть неп­ри­ят­но. "Нет, по­целуи впол­не ми­лые и да­же, мож­но ска­зать, це­ломуд­ренные и бе­зобид­ные, но ведь бе­сят же!!! - воз­му­щал­ся Джон, пы­та­ясь сов­ла­дать с нап­лы­вом чувств. - А за­пах? От не­го же мыс­ли пу­та­ют­ся. Чем его так на­души­ли? Мож­но по­думать, в не­го пол­дня чис­тые фе­ромо­ны вти­рали. Чёрт! И вот ведь под­лость, да­же вре­зать ему не мо­гу. Вро­де как осо­бо и не за что. Стоп! Как это не за что? А клуб? А мил­ли­оны? А уни­жение, в кон­це кон­цов?"
Джон за­пих­нул рас­та­щив­ше­гося стер­ве­ца в тач­ку и сам сел ря­дом, ста­ра­ясь удер­жать се­бя от ру­коп­рикладс­тва. Так и хо­телось сом­кнуть паль­цы на хлип­кой шей­ке. Оли­вер сел нап­ро­тив в ка­кой-то за­дум­чи­вой прос­тра­ции. Млад­ший не сво­дил глаз с мел­ко­го, и это то­же по­ряд­ком зли­ло и вы­беши­вало Джо­на. Слиш­ком за­ин­те­ресо­ван­но он пог­ля­дывал на оме­гу, буд­то при­меря­ясь, сле­ду­ет ли по­кусить­ся на это мел­кое не­дора­зуме­ние или луч­ше не сто­ит. Джон ви­дел, как Оли мед­ленно втя­нул но­сом воз­дух. Его ноз­дри ед­ва-ед­ва зат­ре­пыха­ли, чуть рас­кры­лись, и в гла­зах мель­кну­ло удив­ле­ние. "То­же, не­бось, уло­вил эти са­мые фе­ромо­ны?" - по­думал Джон и спеш­но за­курил, что­бы пе­ребить сво­дящий с ума за­пах оме­ги. В зак­ры­том прос­транс­тве са­лона ав­то­моби­ля он, ка­залось, уси­лил­ся во сто крат.
В ма­шине, без сви­дете­лей маль­чиш­ка прис­ми­рел и уже так наг­ло и раз­вязно се­бя не про­яв­лял. Ску­кожил­ся весь, вжал­ся в си­дение по­даль­ше от аль­фы, вце­пив­шись в руч­ку две­ри, буд­то пы­та­ясь выс­ко­чить на хо­ду, ес­ли ему бу­дет уг­ро­жать смер­тель­ная опас­ность. Джон гля­нул на стер­ве­ца су­ровым пре­неб­ре­житель­ным взгля­дом, и Тим­ми не­воль­но силь­нее вжал го­лову в пле­чи, сглот­нув вяз­кую от стра­ха слю­ну. Ему по­каза­лось, что аль­фа сей­час его уда­рит так, что ис­кры из глаз по­сып­лются. Но тот прос­то ку­рил, изоб­ра­жая ле­дяное без­разли­чие, раз­ве что глаз иног­да по­дёр­ги­вал­ся, да ку­лаки сжи­мались, а так ерун­да, ме­лочи.
Джон толь­ко сей­час за­метил и смог раз­гля­деть, во что одет оме­га. Крас­ный шёл­ко­вый кос­тюмчик в ки­тай­ском сти­ле с яр­ки­ми круп­ны­ми цве­тами ло­тосов и бе­лые но­соч­ки на но­гах с раз­де­лён­ным боль­шим паль­чи­ком. Обувь от­сутс­тво­вала. При­чёс­ка за­мыс­ло­ватая, в та­ком же вос­точном ис­полне­нии с впле­тён­ны­ми в неё ис­кусс­твен­ны­ми цве­точ­ка­ми са­куры и за­тей­ли­вым кос­тя­ным греб­нем, вко­лотым и удер­жи­ва­ющим во­лосы в стро­го за­думан­ном по­ряд­ке. Мось­ка ис­пу­ган­ная, чу­мазая, со сле­дами кос­ме­тики, раз­во­дов от ту­ши и ко­поти. "Пла­кал, - по­думал Барнс и вдруг по­чувс­тво­вал что-то от­да­лён­но на­поми­на­ющее ще­мящую сер­дце ще­нячью жа­лость. - По боль­шо­му счё­ту, маль­чиш­ка ведь и не ви­новат вов­се. Прос­то за­щищал­ся, как мог. Ес­ли бы я ока­зал­ся на его мес­те, я бы во­об­ще там всем кро­вавую ба­ню ус­тро­ил, преж­де чем спа­лить всё дот­ла".
Джон скрип­нул зу­бами: "Что-то не о том ду­маю". Сен­ти­мен­таль­ность не бы­ла ему свой­ствен­на, и от неё он ре­шил нуж­но сроч­но из­бавлять­ся. "Не хва­тало ещё мел­ко­му со­чувс­тво­вать в его не­лёг­кой до­ле. А ко­му сей­час лег­ко? Вот. То-то же! Мел­кий ра­зорил ме­ня, и это ему с рук не сой­дёт" Но ха­отич­ные, раз­рознен­ные мыс­ли, кру­тящи­еся в го­лове, бы­ли нас­толь­ко да­леки от убий­ства, что он не знал, как пос­ту­пить. По­чему-то ему ка­залось, что бы он не при­думал, маль­чиш­ке всё бу­дет ма­ло. Так и до­еха­ли до до­ма мол­ча. Джон да­же вы­шел из ма­шины, не от­дав рас­по­ряже­ний нас­чёт оме­ги. Его прос­то увёл Рин. Вот уж кто дей­стви­тель­но был счас­тлив ви­деть вздор­но­го оме­гу.
Сам Джон, прих­ва­тив Кай­то, от­пра­вил­ся в спор­тзал вы­пус­кать нер­вные па­ры. Аль­фа ре­шил, что хо­роший спар­ринг и фи­зичес­кая наг­рузка улуч­шат его са­мочувс­твие, из­ба­вив от стрес­са, а с оме­гой он ещё ус­пе­ет ра­зоб­рать­ся, пусть по­ка при­ведёт се­бя в по­рядок. По­чему-то сек­су­аль­ный, эро­тичес­кий об­раз оме­ги ди­ко нер­ви­ровал его и раз­дра­жал. Ему боль­ше по ду­ше был ро­зовый кот с Чу­па-Чуп­сом. Джон сно­ва скрип­нул зу­бами, от­ру­гав се­бя за стран­ные мыс­ли: "Ка­кое мне де­ло, как выг­ля­дит маль­чиш­ка? Пусть хоть во­об­ще без тру­сов хо­дит. Без тру­сов...". Сно­ва в го­лову по­лез­ли стран­ные кар­тинки, прип­равлен­ные пош­лы­ми мыс­лишка­ми, и Барнс-стар­ший ре­шил ус­ко­рить­ся. Про­бегая ми­мо встре­ча­юще­го его Ль­ю­иса, он да­же не взгля­нул на сво­его лю­бов­ни­ка, но от­ме­тил у се­бя в го­лове, что по­том ещё и с этим рев­нивцем при­дёт­ся раз­би­рать­ся: "Сно­ва ныть нач­нёт. Что я ма­ло вни­мания ему уде­ляю".

Про­ведя па­ру ча­сиков за тре­наже­рами и как сле­ду­ет по­раз­мявшись на ку­лаках с Кай­то, Джон Барнс по­чувс­тво­вал се­бя нам­но­го луч­ше. Злость ос­та­лась, но как-то при­утих­ла и уже не так бу­дора­жила соз­на­ние. По край­ней ме­ре, он уже не стре­мил­ся ко­го-то убить, и то хо­рошо.
Весь пот­ный и ус­тавший Джон во­шёл в свою ком­на­ту, что­бы при­нять душ и лечь спать. Пер­вое, что бро­силось в гла­за, это па­ра ко­робок на по­лу и куч­ка ве­щей, раз­бро­сан­ных по кро­вати. По­дой­дя бли­же, Джон под­це­пил паль­цем пер­вую по­пав­шу­юся вещь из ко­роб­ки и не по­верил сво­им гла­зам: это бы­ли те са­мые тру­сы с мер­зкой мор­дой ка­кого-то муль­тяш­но­го пер­со­нажа. Улы­боч­ка на жёл­том фо­не выг­ля­дела весь­ма уд­ру­ча­юще. Ря­дом на по­лу ва­лял­ся не­дав­нишний ки­тай­ский кос­тюмчик и бе­лые нос­ки, те са­мые, что бы­ли на но­гах оме­ги. Воп­рос, от­ку­да всё это взя­лось в его ком­на­те, от­пал сам со­бой, ког­да из ван­ной раз­дался ха­рак­терный звук во­ды. Там яв­но кто-то плес­кался, и аль­фа уже до­гады­вал­ся, кто имен­но. От­ки­нув бес­по­лез­ный ку­сок тка­ни, Джон во­шёл в ван­ную и по­чувс­тво­вал, как его одо­лева­ет ду­шев­ное бес­си­лие. Омеж­ка си­дел в его ван­не, на­пус­тив по са­мый край во­ды, сдоб­рив от ду­ши гус­той пе­ной, и са­мозаб­венно пус­кал мыль­ные пу­зыри из ка­кой-то яр­кой плас­тмас­со­вой фи­гови­ны. На бе­лой воз­душной пе­не пла­вали две дет­ские ре­зино­вые уточ­ки.
Джон мор­гнул, не ве­ря сво­им гла­зам, и сно­ва ус­та­вил­ся на уточ­ку. Нет, ему не по­мере­щилось. Жёл­тень­кая, с яр­ким крас­ным клю­виком по­качи­ва­ет­ся на во­де, ря­дом с ней вто­рая, точ­но та­кая же, а в ван­не си­дит ма­лень­кий дь­явол собс­твен­ной пер­со­ной с уже чис­той и от­мы­той мось­кой, ро­зовень­кой и очень до­воль­ной. "И ког­да толь­ко ус­пел про­сочить­ся? - мель­кну­ла мысль в го­лове Джо­на. - О! Уви­дел. Улыб­нулся". Тим­ми, сде­лав по­фигист­скую ро­жу, сно­ва вы­дул мыль­ные пу­зыри. Джон как-то бо­лез­ненно ус­мехнул­ся и, гля­дя на ноч­ной кош­мар, по­ин­те­ресо­вал­ся впол­не так спо­кой­но и ми­ролю­биво, по­тому что эмо­ций боль­ше не ос­та­лось, од­ни слю­ни:
- Ты слу­чай­но ван­ной не ошиб­ся?
- Нет, - спо­кой­но вы­дало ма­лень­кое чу­дови­ще и про­дол­жи­ло свои за­бавы как ни в чём не бы­вало. Ещё и нож­ку га­дёныш вы­сунул, при­под­няв из во­ды, и по­шеве­лил до­воль­но паль­чи­ками, слов­но из­де­ва­ясь.
- Это моя ван­на, и я не по­тер­плю в ней вся­ких ре­зино­вых уток и те­бя вмес­те с ни­ми в том чис­ле.
Тим­ми сде­лал удив­лённую ро­жицу: мол, ни­фига не по­нял, при­чём здесь од­но и вто­рое, и бе­запел­ля­ци­он­но за­явил, де­монс­тра­тив­но пус­кая пу­зыри­ки:
- Я же твой оме­га, мне мож­но.
- С че­го бы это?
- Ну, ты та­кой стран­ный, - фыр­кнул Тим­ми. - Это же и ду­раку по­нят­но: мы па­ра. И те­перь дол­жны жить вмес­те.
- Что зна­чит дол­жны? И что зна­чит вмес­те? Я на это не под­пи­сывал­ся.
- То и зна­чит.
Джон раз­дра­жён­но вы­пус­тил воз­дух сквозь плот­но сжа­тые зу­бы, хо­телось при­душить нес­час­тно­го, но что он ска­жет, ког­да зав­тра прип­рётся эта фу­рия из омежь­его ко­мите­та.
- Ска­зок на­читал­ся? Ты во­об­ще се­бя в зер­ка­ло ви­дел? - Джон ре­шил бить по на­ив­но­му дет­ско­му са­молю­бию боль­но и без­жа­лос­тно. - Та­кой как ты не мо­жет быть мо­ей па­рой. Ты толь­ко взгля­ни на се­бя. Мне нра­вят­ся вы­сокие кра­сивые оме­ги с длин­ны­ми но­гами от ушей, ухо­жен­ные, сек­су­аль­ные. А ты? Что есть у те­бя? Ма­лень­кий вред­ный зад­рот, ко­торый веч­но мозг по­лощет.
Тим­ми оби­жен­но свер­кнул гла­зами. Ста­ло очень обид­но и неп­ри­ят­но до глу­бины ду­ши. Он знал, что его втор­же­ние не пон­ра­вит­ся аль­фе. Он чувс­тво­вал, что ма­фи­ози его ис­тинная па­ра и дол­жен лю­бить его, обе­регать, хо­лить и ле­ле­ять, а не на­зывать гад­ким и ник­чёмным зад­ро­том. Ре­зино­вая ут­ка рез­ко уда­рила Джо­на по ли­цу. Мок­рый уни­зитель­ный шле­пок зас­та­вил аль­фу дёр­нуть­ся и за­мереть на по­лус­ло­ве. Вид наг­ло­го и дер­зко­го оме­ги тут же при­вёл его в бе­шенс­тво.
- Уби­рай­ся из мо­ей ван­ной, мне нуж­но душ при­нять! - рык­нул аль­фа, сдер­жи­вая се­бя, что­бы не уто­пить стер­ве­ца.
- Ещё че­го. По­дож­дёшь. Я ещё не на­иг­рался!
- В дру­гом мес­те до­иг­ра­ешь.
- Нет!
- По­шёл вон из ван­ной!
- Нет. Я хо­чу тут. Она те­перь моя.
- А-а-а-а! Я те­бя прибью, сво­лоч­ной кар­лик!
- Сам та­кой! - за­вере­щал Тим­ми, ки­дая в аль­фу вто­рую ут­ку. - Не под­хо­ди! - В ход пош­ли бу­тылоч­ка шам­пу­ня и гель для ду­ша вмес­те с мок­рой по­роло­новой губ­кой. - Я на­жалу­юсь на те­бя той тёт­ке и ска­жу, что ты ме­ня бь­ёшь.
- Ког­да это я те­бя бил?
- Толь­ко что.
- Я да­же паль­цем те­бя ещё не тро­нул.
Тим­ми боль­но стал щи­пать се­бя, ос­тавляя крас­ные от­ме­тины на сво­их ру­ках и пред­плечь­ях. Пос­ле та­ких ма­нипу­ляций зав­тра там точ­но бу­дут кра­совать­ся яр­кие ли­ловые си­няки.
- Эй, ты что де­ла­ешь?
Тим­ми злоб­но ус­та­вил­ся на аль­фу и ещё силь­нее стал щи­пать се­бя, вык­ру­чивая ко­жу. Бы­ло боль­но, из глаз да­же выс­ту­пили сле­зы, но он тер­пел.
- На­раба­тываю до­каза­тель­ства тво­их ис­тя­заний.
- А ну прек­ра­ти!
- И не по­думаю!
Джон по­нял, что этот ма­лень­кий бой стер­вец сно­ва вы­иг­рал. Шан­та­жист до­бил­ся сво­его, и ему ни­чего не ос­та­ёт­ся, как толь­ко от­сту­пить. Он сно­ва в про­иг­ры­ше.
- Лад­но-лад­но! Чёрт с то­бой, кры­сёныш! - сдал­ся аль­фа. - Си­ди тут, по­ка не рас­киснешь, а я пой­ду у Оли­вера душ при­му. За­раза! И от­ку­да ты толь­ко та­кой сва­лил­ся на мою го­лову?
- Я не сва­лил­ся. Ты сам ме­ня на­шёл, - на­дув гу­бёш­ки, на­пом­нил омеж­ка.
- Да, да, да! И уже сто раз по­жалел об этом. На­до бы­ло вас всех при­бить ещё тог­да, с са­мого на­чала, и всех де­лов-то, а те­перь да­же в собс­твен­ной ван­ной не хо­зя­ин.
Джон ушёл, гром­ко хлоп­нув дверью, а Тим­ми тут же рас­хо­телось даль­ше пус­кать пу­зыри­ки. И во­об­ще рас­хо­телось ку­пать­ся. Сло­ва, что проз­ву­чали из уст аль­фы, го­вори­ли лишь о том, что он не­жела­тель­ная пер­со­на в этом до­ме и Джон Барнс его пре­зира­ет, не­нави­дит и прос­то на дух не пе­рено­сит. Тим­ми оби­жен­но пос­мотрел на то мес­то, где все­го се­кун­ду на­зад сто­ял аль­фа, весь та­кой кра­сивый и силь­ный, вкус­но пах­ну­щий и по­чувс­тво­вал се­бя са­мым нес­час­тным оме­гой на све­те. Его ис­тинная па­ра от­верг его и да­же ви­деть не хо­чет. Тим­ми не­воль­но срав­нил се­бя с Ль­ю­исом и по­нял, что ему ни­ког­да не стать та­ким же вы­соким и кра­сивым, как он. Для Джо­на Бар­нса он всег­да бу­дет про­тив­ным и вред­ным ре­бён­ком, от ко­торо­го все хо­тят из­ба­вить­ся. Ведь да­же собс­твен­ная мать бро­сила его, что же го­ворить о ма­фи­ози, ко­торый дер­жит в стра­хе це­лый го­род, во­роча­ет мил­ли­она­ми и иг­ра­ючи рас­по­ряжа­ет­ся чу­жими жиз­ня­ми со­тен лю­дей, слов­но лич­ны­ми кар­манны­ми день­га­ми.

*****

Джон без спро­са вор­вался в ком­на­ту бра­та и, да­же не взгля­нув на не­го и не об­ра­щая вни­мания на его воз­гла­сы воз­му­щения, сра­зу же нап­ра­вил­ся пря­миком в ван­ную. Но и здесь его ожи­дал неп­ри­ят­ный сюр­приз. Душ Оли­вера то­же ока­зал­ся за­нят. Там сто­ял и на­мывал­ся до­воль­ный Ль­ю­ис, толь­ко что от­тра­хан­ный его собс­твен­ным род­ным брат­цем из­вра­щен­цем. Вид по­баг­ро­вев­ше­го и оз­ве­рев­ше­го Джо­на на­пугал оме­гу до чёр­ти­ков. Он с ди­ким ужа­сом от­пря­нул к стен­ке и чуть не пос­коль­знул­ся на мыль­ной пе­не.
- А ты что здесь де­ла­ешь? - про­шипел Джон, ус­та­вив­шись на лю­бов­ни­ка. - Ты, ка­жет­ся, дол­жен быть в сво­ей ком­на­те и ждать ме­ня.
- Эй! - На по­роге ван­ной воз­ник Оли­вер, аб­со­лют­но го­лый, без­застен­чи­во пос­верки­ва­ющий сво­ими при­чин­да­лами. - Не хо­зяй­ни­чай тут: это моя ком­на­та. И Лью я поз­вал, так что все воп­ро­сы ко мне.
- С ка­ких это пор вы двое так наг­ло тра­ха­етесь у ме­ня за спи­ной. Я вро­де сво­его сог­ла­сия не да­вал?
- Да лад­но те­бе. Ль­ю­ис всег­да при­над­ле­жал нам обо­им. Не пой­му, че­го ты сей­час так взбе­ленил­ся? Рань­ше те­бя это во­об­ще не тро­гало.
Джон прос­то ки­пел из­нутри. Хо­телось вда­рить обо­им, но он по­нимал, что это бес­по­лез­но. Он сам поз­во­лил Оли­веру брать то, что при­над­ле­жит ему, и по­нимал, что те­перь не впра­ве тре­бовать об­ратно.
- Ты во­об­ще чё при­пёр­ся-то? - Оли ре­шил всё-та­ки уточ­нить у бра­та, чем зас­лу­жил столь не­ожи­дан­ное не­сан­кци­они­рован­ное втор­же­ние в своё лич­ное прос­транс­тво.
"Точ­но!" - вспом­нил Джон и рык­нул на Лью. - Пшёл вон! Мне нуж­но душ при­нять.
Ль­ю­иса точ­но вет­ром сду­ло, да­же по­лотен­цем не прик­рылся, так и убе­жал, свер­кая пят­ка­ми и мок­рой по­пой.
- У те­бя вро­де как своя ван­ная есть, - по­ин­те­ресо­вал­ся Оли­вер. - Так чё ты в мо­ей за­был? При­бежал. Ки­пиш ус­тро­ил. Лью на­пугал. Ма­лыш сей­час не­бось пла­чет, оби­жен­ный тво­им хамс­твом и гру­бостью, и тря­сёт­ся от стра­ха. - Он всё так­же сто­ял в две­рях и с ин­те­ресом наб­лю­дал за бра­том, тот уже стя­нул шта­ны и за­лез под душ, под­став­ляя го­лову под уп­ру­гие хле­щущие струи во­ды.
- По­тому что в мо­ей ван­ной обос­но­валось ис­ча­дие ада, - по­яс­нил Джон, не­доволь­но гля­нув на бра­та.
- Да ты при­калы­ва­ешь­ся, - зар­жал Оли. - Чё, прав­да, что ли? У маль­чиш­ки хва­тило ду­ха пос­ле все­го, что он нат­во­рил, ещё и ван­ну твою экс­проп­ри­иро­вать.
- Нес­мешно.
- Ага, точ­но. - Оли вдруг пе­рес­тал улы­бать­ся. - Ты ведь уже по­нял, что он на­ша ис­тинная па­ра?
- То­же ска­зок на­читал­ся? - рез­ко вспы­лил Джон. Все эти раз­го­воры про ис­тинную па­ру его уже по­ряд­ком дос­та­ли. - Стоп!Ты сей­час что ска­зал? На­ша?!
Оли­вер ус­мехнул­ся, вы­дер­жал су­ровый прис­таль­ный взгляд бра­та и да­же не от­вёл гла­за. Он смот­рел на Джо­на с вы­зовом и ка­кой-то внут­ренней са­мо­иро­ни­ей.
- Ты ведь и сам уже по­нял, что он наш оме­га.
- Наш?! А ты тут с ка­кого бо­ку? О те­бе, ка­жет­ся, во­об­ще ре­чи не шло. Со­бира­ешь­ся и это­го тра­хать на па­ру со мной как Ль­ю­иса? Спе­шу те­бя ра­зоча­ровать, у ме­ня на не­го да­же не вста­нет. Так что я в тво­их фан­та­зи­ях не учас­твую.
- За­кон­чил ис­те­рить? - Оли­вер су­рово свёл бро­ви к пе­рено­сице. Неп­ро­бива­емая ту­пость бра­та иног­да его бе­сила и зли­ла од­новре­мен­но. - Я ска­зал то, что ска­зал. Этот оме­га та­кая же моя па­ра, как и твоя. Так что сми­рись!
Джон ра­зоз­лился и, зак­рыв стек­лянную пе­рего­род­ку ду­шевой ка­бин­ки, от­го­родил­ся от Оли­вера, да­вая по­нять, что не хо­чет с ним боль­ше об­суждать по­доб­ные те­мы.
Оли дож­дался, ког­да Джон вый­дет из ду­ша и про­дол­жил раз­го­вор нес­мотря на не­доволь­ство бра­та:
- Что бу­дем де­лать с Лью? Зав­тра прип­рётся ин­спек­торша, и он мо­жет на­бол­тать лиш­не­го. Ты ведь не ду­ма­ешь, что он с ра­достью ус­ту­пит своё мес­то маль­чиш­ке?
- Ты же тра­ха­ешь его. Вот и за­нимай­ся этим сам, а я спать по­шёл. У ме­ня от вас уже моз­ги пух­нут. Дос­та­ли, и ты, и Лью, и этот наг­лый под­пиздыш. А нач­нё­те ме­ня хо­ром дос­та­вать, ус­трою вам всем не­забы­ва­емую валь­пур­ги­еву ночь. Так что до ут­ра, со­ветую ме­ня не кан­то­вать, а то не поз­до­ровит­ся.

Сколь­ко бы Джон не пы­тал­ся и не хо­тел от­тя­нуть вре­мя, но приш­лось воз­вра­щать­ся в свою ком­на­ту. Зная, что оме­га мо­жет быть ещё там, аль­фа не­уве­рен­но пе­рес­ту­пил по­рог сво­ей собс­твен­ной спаль­ни, ог­ля­дывая прос­транс­тво, ка­зав­ше­еся ему те­перь враж­дебным. Ве­щи всё так же ва­лялись в ха­отич­ном бес­по­ряд­ке, но к ним до­бави­лись и его собс­твен­ные. Ог­ля­дев не­боль­шой ка­вар­дак, Джон от­ме­тил, что шкаф и пол­ки ко­мода от­кры­ты, в них яв­но ры­лись, и из них выт­ряхну­та боль­шая часть его ве­щей. По по­лу бы­ло раз­бро­сано его ниж­нее бельё, (фут­болки, май­ки), чёр­ный но­сок си­рот­ли­во сви­сал с при­от­кры­того ящи­ка ко­мода. Пла­тяной шкаф све­тил сво­ими внут­реннос­тя­ми, об­на­жая ряд ру­башек, пид­жа­ков и брюк.
Са­мого ви­нов­ни­ка пла­тель­но­го пе­рево­рота в ком­на­те не наб­лю­далось, и это не­веро­ят­но ра­дова­ло, ус­по­ка­ива­ло и нас­тра­ива­ло на по­зитив. "Не­уже­ли сва­лил?" - ли­ковал Джон, не ве­ря собс­твен­но­му счастью, пе­ред­ви­га­ясь по ков­ру, слов­но по мин­но­му по­лю, ак­ку­рат­но пе­реша­гивая че­рез раз­бро­сан­ные ве­щи. Ос­та­новил­ся. Прис­лу­шал­ся. Ти­хо. Он был один. Ски­нув с кро­вати тряп­ки, Джон ус­та­ло по­валил­ся на кро­вать, ук­ры­ва­ясь оде­ялом.
- Фух! Не­уже­ли по­вез­ло? Или мел­кий всё-та­ки по­нял, что он тут не к мес­ту? - воз­ли­ковал Джон, ра­ду­ясь от­сутс­твию мел­ко­го.
Пе­режи­тый стресс и ус­та­лость да­ли о се­бе знать. На гла­за на­вали­лась свин­цо­вая тя­жесть. Аль­фа прик­рыл ве­ки и бла­жен­но рас­сла­бил­ся. Ди­ко хо­телось спать. Про­тянув ру­ку, он вык­лю­чил све­тиль­ник на прик­ро­ват­ной тум­бочке и стал про­вали­вать­ся в дол­гождан­ный сон. Тем­но­та ус­по­ка­ива­ла, а те­ло на­лива­лось при­ят­ной ис­то­мой. За­пах, ви­тав­ший в ком­на­те, ос­тавлен­ный оме­гой, при­ят­но ще­котал ноз­дри, да­ря по­кой и стран­ное чувс­тво уми­рот­во­рения.
Шурх... Шурх... Шурх... Кто-то ти­хонь­ко во­шёл и стал кра­дучись пе­ред­ви­гать­ся по ком­на­те, не вклю­чая свет. Сил взгля­нуть, кто это, у Джо­на не бы­ло. Он и так знал, кто это мог быть. Толь­ко один са­мо­убий­ца нис­ко­леч­ко его не бо­ял­ся. Кра­ем соз­на­ния он от­ме­тил ше­веле­ние у се­бя под бо­ком, сов­сем ря­дом. По­пол­зно­вения не прек­ра­щались, но от­крыть гла­за и воз­му­тить­ся на ви­нов­ни­ка спо­кой­ствия не бы­ло сил. С сон­ли­востью и ус­та­лостью приш­ло ка­кое-то по­добие сми­рения.
Шурх... Шурх... Джон не­доволь­но от­ме­тил, что в пос­те­ли он уже не один. Что-то жи­вое ткну­ло его в бок и че­рез мгно­вение тёп­лое пу­ховое оде­яло ста­ло мед­ленно, но вер­но с не­го спол­зать. Вот но­га от­кры­лась. Вот бок. А вот оде­яло и вов­се ис­чезло с его те­ла, ос­та­вив на ко­же ощу­щение прох­ла­ды. Кто-то ма­лень­кий и вред­ный пе­ретя­нул его на се­бя пол­ностью, ос­та­вив его без прик­ры­тия.
- Да ты из­де­ва­ешь­ся! - про­шипел Джон, сквозь зу­бы.
На па­ру ми­нут ста­ло ти­хо. Тим­ми за­мер, не ре­ша­ясь по­шеве­лить­ся, ожи­дая смач­но­го пин­ка под зад, но аль­фа как ле­жал тру­пиком, так и ос­тался ле­жать. Без­дей­ствие со сто­роны ма­фи­ози при­дало храб­рости и при­вело к но­вым по­пол­зно­вени­ям.
Шурх... Шурх... Сно­ва в бок Джо­на что-то ут­кну­лось. Барнс про­мол­чал и уже че­рез се­кун­ду пос­лы­шалась бо­лее ин­тенсив­ная воз­ня и не­доволь­ное со­пение. Ма­лень­кий дь­явол не со­бирал­ся по­кидать его кро­вать и на са­мом де­ле обус­тра­ивал­ся в ней на ночь, ста­ра­ясь за­нять удоб­ное по­ложе­ние те­ла. Вот толь­ко всё ни­как уг­нездить­ся не мог и этим ди­ко нер­ви­ровал аль­фу.
Шурх... Шурх...Шурх... На жи­вот Джо­на лег­ла чья-то то­щая ко­неч­ность. При­чём он уже знал, ко­му она при­над­ле­жит, и знал, что это яв­но не ру­ка, а но­га. Аль­фа ус­та­ло вздох­нул, ше­велить­ся бы­ло лень, и он про­дол­жил мол­ча сно­сить все эти наг­лые по­пол­зно­вения по его те­лу. Сон стал от­сту­пать, его как вет­ром сду­ло. Он прос­то ле­жал и тер­пел, ожи­дая, ког­да ма­лень­кое чу­дови­ще уго­монит­ся и на­конец-то зас­нёт. Джон уже до­гады­вал­ся, что маль­чиш­ка ре­шил брать его из­мо­ром и на­силие сей­час не вы­ход. Зав­тра он прой­дёт про­вер­ку, по­кажет це­лого и нев­ре­димо­го оме­гу этой аль­фа­нена­вис­тни­це и толь­ко пос­ле это­го смо­жет ус­тро­ить мел­ко­му ка­питаль­ную вы­волоч­ку. "Пусть по­ка по­раз­вле­чёт­ся, - ре­шил аль­фа. - В ко­неч­ном счё­те, сме­ёт­ся тот, кто сме­ёт­ся пос­ледним".
Шурх... Шурх... Но­га ис­чезла, ей на сме­ну приш­ла зад­няя фи­лей­ная часть. Ма­лень­кие уп­ру­гие бу­лоч­ки ут­кну­лись Джо­ну в бед­ро. Шурх... Шурх... Поп­ка про­вока­ци­он­но вы­пяти­лась, от­то­пыри­лась, по­ёр­за­ла, без­застен­чи­во по­тёр­лась о его те­ло, за­мер­ла ров­но на па­ру ми­нут...
...Шурх... Шурх... Омеж­ка не­доволь­но кру­танул­ся, вы­ис­ки­вая удоб­ное по­ложе­ние, пе­ревер­нулся и те­перь при­жимал­ся к Джо­ну жи­вотом. Ма­лень­кие шус­трые паль­чи­ки на­щупа­ли его жи­вот, пле­чо, за­тем во­лосы. За­копа­лись в пря­ди и ста­ли их пе­реби­рать и нак­ру­чивать.
Шурх... Шурх... Тим­ми сно­ва пок­ру­тил­ся, пе­ревер­нулся, по­ело­зил. Джон мыс­ленно уже чуть не ры­чал. "Он что, всю ночь бу­дет так вош­кать­ся?" От­ве­том ему ста­ли ещё боль­шие уси­лен­ные ко­поше­ния.
Шурх-шурх... Шурх-шурх... Шурх-шурх...
- Да спи ты уже! - рык­нул Джон, не вы­дер­жав. Сгра­бас­тал и под­мял под се­бя ма­лень­кое тель­це, за­жал его со всех сто­рон ру­ками и но­гами, не да­вая воз­можнос­ти ше­велить­ся.
Тим­ми про­тес­ту­юще за­пищал и по­пытал­ся выс­во­бодить­ся из креп­ких объ­ятий. В ко­коне из оде­яла бы­ло не­удоб­но и душ­но, но аль­фа гроз­но за­рычал, пре­дот­вра­щая его про­тес­ты и воз­му­щения.
- Зат­кнись и спи.
- Мне жар­ко, пус­ти, - прох­ны­кал Тим­ми и не­доволь­но за­сопел.
Джон от­ки­нул оде­яло, вы­путав из не­го омеж­ку, но из зах­ва­та не ос­во­бодил. Он так и ос­та­вал­ся ле­жать при­жатым к его те­лу и не мог да­же ру­кой по­шеве­лить. Его на­деж­но об­хва­тыва­ли и ско­выва­ли ко­неч­ности аль­фы.
- Те­перь в по­пу ду­ет, - по­жало­вал­ся Тим­ми и по­пытал­ся выс­во­бодить ру­ку.
- Спи! - сно­ва рык­нул аль­фа и нак­рыл его кап­ризную по­пу кра­еш­ком оде­яла.
Шурх... Шурх...
- Мне так не­удоб­но, - сно­ва за­каню­чил Тим­ми и по­пытал­ся по­ёр­зать, но тут же по­лучил бо­лез­ненный укус. Джон стис­нул зу­бами его моч­ку уха и уг­ро­жа­юще сжал че­люс­ти.
- Ай! - взвиз­гнул Тим­ми и оби­жен­но за­пых­тел.
- Мне нас­рать, удоб­но те­бе или нет. Спи! А то ухо от­гры­зу! - зло про­цедил Джон и сно­ва вце­пил­ся зу­бами в ма­лень­кое и при­ят­но пах­ну­щее уш­ко.
Омеж­ка не­доволь­но со­пел ему чуть ли не в под­мышку, ста­ра­ясь ус­нуть, а он му­сякал во рту его моч­ку. Нес­коль­ко раз Джо­ну всё-та­ки приш­лось боль­но при­кусы­вать уш­ко, в от­вет слы­ша про­тес­ту­ющие не­доволь­ные пис­ки. Но тер­пе­ние и труд всё пе­рет­рут. В кон­це кон­цов маль­чиш­ка уго­монил­ся, сдал­ся, да так и ус­нул, за­жатый по всем фрон­там. Вот толь­ко Джо­ну в эту ночь так и не уда­лось сом­кнуть глаз до са­мого ут­ра. Сто­ило толь­ко ос­ла­бить хват­ку, как мел­кий тут же на­чинал во­зить­ся и ело­зить. При­ходи­лось сно­ва стис­ки­вать его в объ­ятия и кон­тро­лиро­вать сво­боду те­лод­ви­жений. За­пах оме­ги, его бли­зость, то­щее тель­це под паль­ца­ми - всё это ме­шало зас­нуть и нас­тра­ива­ло на мыс­ли эро­тичес­ко­го со­дер­жа­ния. Джон всю ночь чувс­тво­вал вол­ну­ющее нап­ря­жение во всем те­ле, осо­бен­но в па­ху. Воз­бужде­ние, же­лание, по­хоть ов­ла­дели им. Эта ночь по­каза­лась ему не­имо­вер­но длин­ной и нап­ря­жён­ной, су­щим кош­ма­ром. Толь­ко под ут­ро, за час до рас­све­та, он про­валил­ся-та­ки в дол­гождан­ный и тре­вож­ный сон. Нер­вное пе­ренап­ря­жение, фи­зичес­кая и умс­твен­ная ус­та­лость сде­лали своё де­ло: он от­ру­бил­ся. Но да­же там, сквозь за­весу и пе­лену сна, его прес­ле­довал ма­лень­кий бе­лоб­ры­сый дь­явол. Из­де­вал­ся над ним, ты­кая в не­го ви­лами, глу­мил­ся и хо­хотал, так мер­зко и про­тив­нень­ко, всё вре­мя, пы­та­ясь заб­рать и утя­нуть его ду­шу в Ад...