Часть 13. Подчасть 7

***

Поднявшись с постели утром полностью разбитым, Кривицкий чертыхнулся, вспомнив, что в квартире находится неприятная ему особа, с которой придётся общаться на протяжении почти всего дня. Более того, нужно будет везти её в клинику, чтобы сдать дела и представить новую начальницу коллективу.

Прошмыгнув в ванную, он быстро провёл утренний моцион и отправился на кухню, готовить кофе. За шумом кофемашины он не услышал, как Орит прошла на кухню и заняла место за столом напротив него.

- Доброе утро, Геннадий! – как ни в чём не бывало поприветствовала она его.

- Доброе, - буркнул он.

- Кофе угостишь? – без тени смущения продолжила брюнетка, одетая в короткий полупрозрачный халатик.

- Да, - коротко ответил Кривицкий, внутренне съёжившись.

- Тогда мне капучино со сливками и сахаром, - последовала просьба.

- У меня нет сахара, а сливки закончились сегодня ночью. По утрам я пью американо, - отрезал он.

- Нет проблем, американо так американо, - произнесла она и закинула ногу на ногу, обнажив крепкие бёдра.

- Прошу поторопиться. Через тридцать минут мы должны быть в клинике, - предупредил Геннадий.

- И куда нам торопиться? Целый день впереди, успеем! – его слова были пропущены мимо ушей.

Это начинало действовать на нервы. Мало того что красотка устроила ночью ни пойми что, пытаясь склонить его к интиму, так ещё сейчас в ней не было ни капли смущения. Она вела себя так, как будто всё это было в порядке вещей.

- Ну, знаете ли! – обозлился Кривицкий, - я за год работы в этой клинике ни разу не опоздал и сегодня из-за вас не намерен. Будьте любезны через пятнадцать минут быть в машине.

Он допил свой кофе и со психа дёрнул смеситель так, что струя полным напором ударила о дно кружки, забрызгав всё вокруг, включая и одежду Геннадия.

До клиники, к радости Кривицкого, доехали молча. Встретив их в дверях кабинета, Геллер была крайне удивлена.

- Знакомьтесь, Елена Авраамовна, ваш новый руководитель, Орит Вайсман, - представил она брюнетку.

- Очень приятно, - произнесла помощница и бросила недоумённый взгляд на шефа, который, проходя мимо неё, шепнул: «Сам в шоке! Позже всё расскажу!»

Они прошли в кабинет, но пробыли там недолго. Геллер, постучав, предложила традиционный кофе, но Геннадий быстро отказался, попросив собрать коллектив в ординаторской.

Кривицкий убрал папки в шкаф и оповестил: «Мы сейчас закончим с бумагами и подойдём».

На эти слова Орит лишь усмехнулась и добавила: «Конечно, мы подойдём. Вам же, Геннадий Ильич, ещё с квартиры съехать надо!».

- Не надо мне напоминать! Я знаю, что мне делать. Сейчас я хочу поговорить с коллективом, - психанул Кривицкий и с силой захлопнул дверцу шкафа.

- Успокойтесь, Геннадий Ильич! Сейчас все будут в сборе, - спокойным ровным голосом уверила его помощница.

Знакомство с новой начальницей прошло быстро. Кривицкий препоручил её старшей сестре и вздохнул с облегчением, когда две женщины удалились в сторону операционных. Видя, что весь коллектив сожалеет о его уходе, он обратился к Эйтану Малису с просьбой помочь ему и задержать новую начальницу как можно дольше. Он повернулся к Геллер и умоляюще произнёс:

- Леночка, спасай! Это нечто!

- Шеф, что вообще происходит? На тебе лица нет! Где ты её подобрал? – она начала сыпать вопросами.

Он подхватил её под руку и потащил в кабинет, который последние минуты принадлежал ему: «Кофе хочу и поболтать! Иначе я за себя не ручаюсь!»

Они сидели в кабинете и, как в старые добрые времена, пили ароматный кофе и ели свежие круассаны.

- Шеф, как умудрился-то? – спросила наконец Геллер.

— Вот, не поверишь, она припёрлась в час ночи сама, сказав, что не хочет платить за гостиницу! – подскочил в кресле Гена.

- Успокойся! Ну, пришла и пришла. А тебя что не предупреждали? – мало веря, что он действительно ничего не знал, усомнилась она.

- Ничего я не знал! У нас даже разговора не было, - он продолжил, сбавляя тон, - да, как я могу успокоиться? Ты бы знала, что она ночью устроила!

- И что она устроила? Голой перед тобой танцевала? - захихикала она.

— Вот как угадала? Только что не танцевала! Еле отбился! – Кривицкий вновь начал закипать, - только подумай, если бы Ира была, чтобы было!

- Убила бы! – зная Ирину, пошутила Геллер, понимая, что шефу было бы не сносить головы, если будущая жена застала его с Вайсман.

- Ничего смешного! – буркнул он.

- Конечно, ничего! Какой из тебя бабник? Год дневал и ночевал в клинике, а теперь вдруг решил с какой-то шалавой переспать! Думаешь у Иры глаз нет? - задала она резонный вопрос.

- Плохо ты её знаешь! – зная свою Егорову, заметил он.

- А может, ты её немного поревнуешь для равновесия? Ты же не знаешь, что она в Москве делает? Это она тебе говорит, что руку сломала, - предложила она ему.

- Издеваешься, да? – вскинулся Гена.

- Именно! Перестань себя накручивать! Я тебя предупреждала, но не знала, что именно ты попадёшь в её сети. Отшил её? Молодец! Я даже не сомневалась в тебе! Бог с ней, - отмахнулась помощница от новой начальницы как от заразы, - ты всё забрал из кабинета?

- Да, что тут забирать? Кольцо у Ирины, а фото..., - он сделал паузу и посмотрел на Геллер, - я знал, что ты заглянула в ящик стола.

- Но я же..., - она хотела сказать, что положила всё на место, но он перебил её и открыл тайну своей догадки.

- Фото лежало всегда надписью вверх, а после твоего визита надпись на нём оказалась внизу, - улыбнулся Гена и добавил, - но я никогда не держал на тебя зла. Если бы не твоё любопытство, неизвестно где бы я сейчас был. Спасибо за всё.

Он затих и поджал губы, чувствуя, что к горлу подступает комок слёз, а глаза увлажняются.

- Шеф, ты чего? Плачешь?

Он сглотнул подступившие слёзы и дрогнувшим голосом произнёс: «Нет, что-то в глаз попало...».

- Вот не можешь ты врать, Геннадий! - закусив губу, прошептала она.

- Не думал, что прощаться с клиникой будет так тяжело, - признался Кривицкий.

Елена обошла кресло, положила руки ему на плечи и спросила: «Можно тебя поцеловать?»

- Тебе можно. Ты единственная, к кому Ирина меня не ревнует, - произнёс он.

Она поцеловала ему в макушку и тихо заметила:

- Хороший ты мужик, шеф, мне будет очень тебя не хватать. Но не кисни, мы же не прощаемся навсегда. У нас ещё твоя свадьба.

Он улыбнулся, поднял голову и, погладив её кисть, добавил: «Да, да. И мы будем ждать тебя в Москве на твой день рожденья».

Он поднялся с кресла и, достав из кармана ключи, отцепил ключ поменьше от брелока.

- Передай, пожалуйста, Вайсман. Мне нужно успеть собрать вещи и съехать. Вечером Иру встречаю.

- Подожди, давай тебе Яков поможет. И вообще, переезжай к нам. Комната же есть, - очнувшись от сентиментального прощания, предложила Геллер.

- Нет, Леночка, Ира не согласится. В любом случае мне придётся объясняться, у тебя мы остановимся или в гостинице, - он улыбнулся уголками губ.

В его глазах она увидела лёгкую грусть и сожаление.

В этот момент в кабинет без стука ворвалась Вайсман.

- Геннадий Ильич, ключи! – потребовала она, протянув руку.

Он отдал ей ключ от почтового ящика и объяснил: «Мне нужно забрать мои вещи, я оставлю ключи от квартиры в почтовом ящике. Это ключ от него». После чего направился к выходу, на пороге он развернулся и, обращаясь к Геллер, сказал:

- Удачи вам, Елена Авраамовна, и терпения!