Глава 9.

На уроках мне, конечно же, не сиделось. Я вертелась, смотрела по сторонам и вечно оборачивалась, чтобы посмотреть в окно или на часы.

- Я так понимаю, гостям из Нью-Йорка скучно в наших тихих местах, - не выдержала учительница. Миссис Палмер была язвительной штучкой средних лет, с крашеными в блонд волосами и вздёрнутым носом. Вероятно, в молодости она могла выглядеть даже привлекательно, но желчь разъела черты её лица, превратив непокорную девчонку в брюзжащую стареющую деву.

- Если бы вы добавили пару бутиков и кинотеатр, возможно, я бы задумалась над тем, чтобы остаться, - усмехнулась я. У них ведь даже кино нет! Какой-то Твин Пикс как будто. Я не собиралась молчать в ответ.

- Ещё одна дерзость, мисс, и Вас отведут к директору, - предупредила меня мымра. Ну, отведут и отведут, решила я. Меня это никоим образом не волновало.

Лишь только прозвенел звонок, как я схватила сумку и пулей вылетела из класса. Мои каблучки мстительно процокали по полу. У шкафчиков меня уже ждал Терри, я подбежала к нему.

- Ну, мы идём? - чтобы смотреть ровно ему в глаза, приходилось задирать голову. И почему все чудики такие высокие и худые? Их что, отливают на одном заводе? В любом случае, это страшно таинственно и немного сексуально, так что моя придирка скорее была из привычки.

- Фрики! - проорали нам, а затем кто-то толкнул Терри плечом. Это оказался капитан бейсбольной команды, конечно же. Вряд ли по всем канонам это мог быть кто-то другой... Я обернулась и показала ему фак. Думаю, это даже больше, чем громила был достоин.

- Не обращай на них внимание, - я взяла друга под локоть. - Сами не знают, что несут.

- Да не, - тот пожал плечами и слегка поёжился, словно пытаясь без рук поправить куртку, - он прав. Я фрик. Я тебе сразу сказал. Таких, как меня, не любят. А я не люблю их. Это взаимно.

- Да ладно тебе, - великодушно постаралась успокоить его я.

- Нет, - Терри категорично мотнул головой. - Всё так. Понимаешь, - мы уже вышли из здания, и теперь шли к воротам школы прямо по траве, - так вышло, что я рос вдали от...всех. Мать не любит скопления народу, и мы жили на отшибе. Кажется, я даже уговаривал её, чтобы она отдала меня в школу... - парень задумался, нервно покусывая губу и тонкими слоями снимая с неё кожу. - Система воспитывает нас с рождения. Как нам говорить, как нам ходить, как общаться друг с другом... Детей начинают учить этому ещё с детского сада. Как смотреть на вещи. Какого цвета цвета. Как надо разговаривать, и что можно говорить, а что - нельзя. Я не ходил в детский сад, а в первый класс вырвался, когда мне было десять. Думаю, что это уже не самое удачное начало, - он усмехнулся. Мы вышли за пределы школьной территории и пошли по улице к окраине города.

- Да! Как же я тебя понимаю! - я хотела внимательно послушать, но не смогла сдержать порыв - мысли в голове внезапно завихрились, перепутываясь. - Это очень похоже на меня!

- На тебя? - Терри повернул своё лицо на меня, и в его глазах плясала горькая усмешка. - Да ну? У тебя, кажется, всё было, что ни попроси.

- Мои родители редкостные снобы! - запротестовала я. - Вместо детского сада у меня была гувернантка из Франции, а первые пять классов я провела на дому. Учителя сами приходили ко мне. Откуда же мне было знать, что такое - общение со сверстниками? Зато у меня всегда было вдоволь маминых книг и доступ ко всем новым фильмам о моде, - я ненавязчиво указала на свой наряд.

Мы свернули с главной улицы и пошли по более тихим закоулкам. Терри, кажется, вдохновился и разгорячился:

- Когда ты попадаешь в систему, в которой не рос, достаточно поздно, ты слово ощущаешь себя...

- Выброшенным за круг, вынесенным за скобки?

- У всех словно есть преимущество...

- Фора...

Я приостановилась, и он тоже. Я не поняла, как это произошло, но внезапно я ощутила стремительный порыв и, подчиняясь ему и привстав на цыпочки, я потянулась губами к Терри. Он, кажется, наклонился, и я вместо милого и нежного первого поцелуя жадно и страстно вцепилась в него. Вот он. Вот тот, кто меня понимает. Вот тот, с кем можно молчать, ведь он точно такой же, как я, и думает точно так же. Вот мой друг и брат, и родственная душа, и парень, и муж, и всё вместе. Внезапно я увидела в Терри ВСЁ - всё, чего не хватало. Весь грёбаный мир. Сейчас он был для меня единственным, что существовало, и одновременно - всем. Деревьями, небом, людьми, наполнением, одиночеством, радостью, теплом...

Когда мы отлипли друг от друга, оба страшно покрасневшие и знатно смущённые, было сложно первой взглянуть ему в глаза. Кажется, мы одновременно извинились, и каждый не понял, за что извинился второй, ведь всё произошло так логично, так искренне. Однако дальше мы пошли молча. Возможно, теперь нам не нужно разговаривать, чтобы понять друг друга.

- Вон тот дом! - Терри внезапно остановился, замер, а затем спрятался за забором.

Я осторожно, стараясь не высовываться, выглянула, чтобы посмотреть. Старенький, одноэтажный - типичный для этих краёв, почти вагончик. В таких живут бедняки и люди, не обременённые социальными нормами общества. Моральные уроды, в общем-то. Из двери вышел и прошёл на задний двор человек. На нём была клетчатая рубашка, длинные полуседые волосы спутались комком, потёртые джинсы разбухли на его толстом теле.

Я посмотрела на Терри.

- Это Рон. Он живёт здесь с тех пор, как его выпустили из тюрьмы. Он отсидел чуть ли не лет двадцать, кажется, - парень почесал горбатый нос. - Говорят, он убил всю свою семью. Просто так. Свихнулся, наверное. Теперь живёт в их доме.

- И как ему самому не жутко... - пробормотала я.

- Не думаю, что у таких людей есть понятие страха, они же чокнутые. Ты спрашивала, психопат ли я? - он усмехнулся и посмотрел на меня. - Ты всё ещё сомневаешься, а?

Я шутливо пихнула его в бок.

Рон с заднего двора не выходил. Мой взгляд мелькнул по окровавленной верёвке, валяющейся на границе его дома и улицы. Конечно же, у такого субъекта, как этот откинувшийся зэк, не будет на участке забора. Увидев эту верёвку, мне стало жутко. Неужели именно ей он задушил ту девчонку?

- Не думаю, - сказал Терри, и я поняла, что размышляла вслух. Вот только...с какого момента? - Я не думаю, что они как-то вообще связаны, а если и да - то как он проник в школу?

В тишине и смеркающемся дне мы простояли пару минут, а затем я сказала что-то такое, чего сама от себя, кажется, не ожидала:

- Нам надо проникнуть в его дом.

- Ты с ума сошла? - тут же зашипел Терри и закрутил пальцем у виска. - Ты что, хочешь того? Преставиться? Он мигом нас съест.

- Он что, ещё и каннибал? - я с сомнением посмотрела на друга. Или не друга. Как лучше сказать? Чёрт, я пока не разобралась. Об этом позже.

- Кто его знает! - Терри завращал глазами, кажется, пытаясь меня испугать.

-:Ты как хочешь, а я пошла. Если что, отвлеки его, - я успела проскользнуть мимо парня раньше, чем тот ухватил меня за руку или за одежду.

- Линда! Линда, да стой ты! - зашипел он мне вслед.

Петляя зигзагами, я продвигалась всё ближе к халупе - по-другому это место не назовёшь. Скрипучая, разваливающая дверь заставила моё сердце уйти в пятки, а мозг сжаться от страха до размера ореха. Но Рон так гремел чем-то на заднем дворе, что скрип был почти не слышен. Внутри пахло чем-то кислым и затхлым, и весь этот букет ударил мне в нос, так, что пришлось прикрыть лицо шарфом. Ужасный запах, почти что трупный, наверное. Не уверена, что в точности знаю, как пахнут трупы.

Обстановка дома явно не была искушена модными дизайнерскими решениями. Кровать в углу, стол у окна, разваливающийся шкаф, старая кухня пятидесятых... лестница на чердак...

Я осмотрелась. Где же здесь может быть подсказка? Уверена, что если этот Рон как-то связан с молоденькой девочкой, то улики либо под кроватью, либо на втором этаже, туда, куда вела хлипкая лестница. Интуиция манила меня наверх, но я не успела ступить на первую ступеньку, как с улицы послышался отчаянный свист. Кажется, Терри предупреждал меня о том, что пора делать ноги.

Секунду я колебалась, но свит повторился.

Теперь я была просто уверена, что тайна там, на чердаке! И как же было обидно отказываться от возможности взобраться туда и пошарить по древним завалам хлама! Чёрт!

Со двора послышались голоса:

- Чё тебе здесь нужно?

- Ничего... так, пришёл поздравить с тем, что Вы теперь на свободе...

- Ты кто вообще такой?

- Я? Сын Моники, - в голосе Терри было столько напряжения, что я пожалела его. Мне действительно пора. Сколько он там ещё выдержит? Отвлекая этого бандита?

Второй двери с кухни здесь, конечно же, не было, и мне пришлось протискиваться в небольшую щель между входной дверью и косяком. Торчащие оттуда гвозди поцарапали мне свитер, но нельзя было скрипеть, пищать и вообще издать какой-либо звук. Я мягко приземлилась на траву и тут же спряталась за разросшимися кустами жасмина. Почему у такого противного чувака, как Рон, вообще растёт жасмин на участке?

Терри, завидев, что я в безопасности, попрощался с зэком, который уже начал распаляться, и смылся на дорогу.

Так, обходными путями, мне удалось выбраться. Вылезла я со стороны мусорки, что никак не сочеталось с моим ярко жёлтым свитером.

В следующий раз нам нужно проникнуть к нему на чердак, —сказала я. - Я чую - разгадка там.