Глава 13

Ранним утром Анжела начала генеральную уборку. Она помыла окна, подмела квартиру и вытерла пыль. Решив сменить постельное бельё в комнате Марии, она обнаружила под подушкой ежедневник.
Открыв его, Анжела увидела записи Марии.

28 августа 2009 года:
«Сегодня Миша играл во дворе в футбол с отцом. Мне кажется, они отдаляются и стыдятся меня. Что я делаю не так?»

1 октября 2009 года:
«Миша получил двойку по рисованию. Я сказала ему, что, если он не станет отличником, я перестану его любить. Я была отличницей, и он тоже должен быть отличником. За это я закрыла его в комнате и заставила изрисовать целый альбом, пока у него не получиться. Иногда я слышала его плач, но делала телевизор по громче.»

31 декабря 2009 года:
«Миша отказался помогать мне резать салаты и пошёл помогать отцу украшать ёлку. Мне кажется, он любит его больше, чем меня. Я не позволю этому случиться».

3 марта 2009 года:
«Миша долго не мог уснуть. У меня появлялись навязчивые мысли накрыть его лицо подушкой, но вместо этого дала ему снотворное. Он наконец-то заснул. Главное, чтобы Сергей не заметил бутылек иначе скандала не избежать».

1 июня 2009 года.
«Сергей впервые пришел домой поздно, видимо это первые звоночки, возможно он мне изменяет. Я этого не потерплю, если это окажется правдой, он пожалеет об этом и больше никогда не увидет сына».

28 июня 2009 года.
«Я следила за Сергеем, он после работы общался с какой-то женщиной, она счастливая садилась к нему в машину, я хотела к ним подойти, но они уехали. Я прождала его дома около четырех часов, но он так и не приехал».

1 августа 2009 года.
«Сергей сказал, что хочет подать на развод, но я его переубедила в этом. Я сказала ему, что задушу его сына. Его глаза наполнились слезами, мне доставляло это удовольствие. Больше мы тему развода не поднимали».

29 августа 2009 года.
«Миша очень долго бегал по квартире и раздражал меня, я снова дала ему снотворное. Он спал 12 часов. Сергей начал меня подозревать.».

1 сентября 2009 года.
«Сегодня Миша подарил букет цветов их новой учительницы музыки, он так восхищенно на нее смотрел, на меня он так никогда не смотрел».

5 сентября 2009 года.
«Миша умолял не переводить его на домашние обучение, было тяжело, но мне пришлось согласиться, потому что Сергей не дал на это согласие.».

15 сентября 2009 года.
«Сергей постоянно со мной ругается, когда он хотел уйти, я взяла нож и приставила к горлу спящего Миши, Сергей остался со мной. Миша не знает об этом, я напоила его до этого снотворным».

20 сентября 2009 года.
«Анжела пригласила меня с семьёй в гости. Не знаю почему, но я ненавижу ее».

27 сентября 2009 года.
«Сергей явно много обращает внимания на Анжелу, они обсуждали новые фильмы и у них много интересного, мне это не нравиться».

31 октября 2009 года.
«Анжела развелась с мужем, видимое ее жизнь больше не имеет смысла, не скрою я даже немного рада. Я приезжала к ней в гости, чтобы оказать поддержку, но в душе я ликовала».

26 декабря 2009 года.
«Анжела совсем не жалеет о разводе, мне кажется, она притворяется, но я-то знаю, что ей плохо. Недавно она сказала, что ездила на море, явно чтобы я ей завидовала».

***********************

28 сентября 2010 года.
«Мне позвонили с работы мужа и сказали, что он погиб. Как он посмел оставить меня одну с ребенком? Я ненавижу его, мне безумно больно, очень трясет, я испытываю ужасное состояние».

17 января 2011 года.
«Миша слишком часто спрашивает про папу, я сказал ему, что он умер в ужасных муках, не хочу быть врушкой, но он должен заботиться обо мне, а не вспоминать отца».

10 апреля 2011 года.
«Миша замкнулся в себе и не общается со мной, неужели он страдает по отцу, который его бросил, интересно если бы я умерла, он бы также плакал»?

1 июля 2011 года.
«Миша не хочет гулять со мной на детской площадке, он сказал, что ребята смеются над ним и не хотят играть. Мой сын меня не любит. Стал очень замкнутым и очень много молчит».

3 августа 2011 года.
«Миша сказал, что Анжела очень классная, я ударила его за такие слова, не знаю, что на меня нашло, но я объяснила, что Анжела всегда пакостит и завидует мне».

28 августа 2011 года.
«Миша перестал меня слушаться и подчиняться, я нахожусь в смятении. Мне кажется, он отбился от рук, и я его потеряю».
27 сентября 2011 «Миши не стало...».

Анжела перелистывала дневник сестры и не могла поверить своим глазам. Неужели Мария, которую она так любила, могла писать такие ужасные вещи? Смеяться над её разводом, издеваться над погибшим мужем, сводить с ума сына — это было невыносимо.
«Сегодня я потеряла сына, мне очень больно от этого. Мои последние слова для него были: "Я никому его не отдам". Никто не сможет его забрать у меня. Если будет нужно, я убью его, чтобы он никому не достался».

Анжела перечитывала запись снова и снова. Она понимала, что сестра была психически нездорова. Но что её больше всего тревожило, так это посыл в этой записи. Казалось, Мария сама избавилась от Миши, предчувствуя опасность. Но какую? Или она испытывала послеродовую депрессию? Но почему явных признаков не было? Она всегда была приветлива со мной, гладила Мишу по голове и нахваливала, как безумно его любит, но дневник в моих руках говорит обратное. Я ни разу не слышала жалоб от Сергея и от Миши. Да, отношения Сергея и Марии не были идеальными, порой даже они не особо взаимодействовали друг с другом, но я думала, это - просто усталость.
Руки Анжелы дрожали. Она не могла понять, насколько сумасшедшей была её сестра. Взяв дневник, она поехала в больницу, где лежала Мария. Дорога казалась вечностью, она обыгрывала сценарий у себя в голове, что на это скажет ее сестра? Как она будет себя вести? Она почувствует вину? Поймет, что ее разоблачили? Или, наоборот, станет еще агрессивнее?

Войдя в больницу, Анжела потребовала встречи с сестрой. Медработники объяснили, что Мария сейчас на приёме у психиатра и придётся подождать. Анжела села в холле, нервно дёргая ногой и теребя дневник. Она пыталась успокоиться, но адреналин не давал ей покоя. Понимая, что на неё уже смотрят даже больные пациенты, она облокотилась на кресло и закрыла глаза, пытаясь представить что-то приятное. Но ничего не приходило на ум. Время тянулось невыносимо медленно. Анжела ненавидела ждать, но всегда оставалась сдержанной. Постукивая пальцами по обложки дневника, она немного успокоилась.

Анжела открыла глаза спустя двадцать минут. Перед ней стояла Мария — худая, почти неузнаваемая женщина. Ее глаза были полны удивления, лицо немного покраснело. Она смотрела на книгу, затем перевела взгляд на Анжелу.
Анжела уже не церемонилась. Ярость в душе была сильнее всего. Она бросила дневник на журнальный столик с таким стуком, что раздалось эхо, показывая, что прочитала его.
Мария взяла дневник и пролистала несколько страниц, делая вид, что видит его впервые. На ее лице читалось полное непонимание происходящего. Возможно, она придумывала, что сказать.

— Ты его убила? — спросила Анжела, приподнявшись в кресле и внимательно глядя на Марию, ожидая ее реакции.

— Что ты такое говоришь? — Мария почувствовала, как у нее задрожали руки. Она была готова взорваться. И взорвалась.

— Что ты несешь? Я его не убивала! Зачем ты пришла? Чтобы обвинять меня? Зачем ты здесь? — Мария швырнула дневник в лицо Анжеле и закричала. — Зачем ты пришла сюда?

— Закрой свой рот! Пока я тебя здесь не прикончила при свидетелях! Слышишь меня?

— Анжела вскочила с кресла, схватила Марию за лицо и сжимала ее щеки тонкими пальцами все сильнее и сильней.
Марии показалось, будто на нее вылили ведро ледяной воды. Ее глаза расширились от удивления. Она осторожно опустилась в кресло, молча наблюдая за Анжелой. Она никогда не видела ее такой. Казалось, Мария испытала настоящий страх. Опустив голову вниз, сжимая губы от страха.
Через минуту молчания Мария начала всхлипывать, кривила лицо, смотрела на Анжелу и шептала: «Я не убивала его, клянусь тебе».
Встав на колени, она вцепилась в ноги сестры, рыдая на полу и прося прощения.
Анжела оттолкнула ее. Мария, лежа на полу, кричала в истерике. К ним подбежали медработники и забрали Марию, спрашивая, что произошло. Но Анжела ничего не говорила, лишь смотрела на сестру, осознавая, что они никогда не были близки. Розовые очки разбились стеклами внутрь. Она не испытывала боли, только сожалела о том, что так долго верила в лучшее. Понимая,
что Мария сама разрушала свою жизнь, не лечила свое расстройство и загубила всю семью, она теперь винила во всем Анжелу.
Но Анжеле было все равно. Она не чувствовала ни вины, ни жалости.
Марию уводили в палату. Она пыталась выбраться, кричала: «Прости меня», пока эхо раздавалось в холле. Падая, она плакала, захлебываясь слезами, пытаясь вырваться и побежать к Анжеле, но все было бесполезно. Ее руки снова скручивали, а она истошно кричала.

Анжела направилась к выходу. Она собиралась собрать вещи и уехать в Подольск, понимая, что больше не сможет вести расследование и что оно уже не имеет смысла.
Приехав в квартиру Марии, она яростно собирала чемодан, бросая вещи внутрь. Всхлипывая от бессилия, она рухнула на пол, держа голову, и плакала. Понимая, что как раньше уже больше не будет, реальность оказалась той самой горькой правдой, который никто не любит слушать.
Немного успокоившись, Анжела вытерла слезы и направилась к Наталье.

Наталья постучала в дверь и, открыв, увидела Анжелу в слезах.

— Ох, милая, что случилось? — спросила она, беря Анжелу за руку и ведя в квартиру.

— Ничего, просто хотела извиниться за грубость и попрощаться. Я уезжаю сегодня, не хочу оставлять нас в плохих отношениях, — Анжела вытерла слезы и шмыгнула носом.

— Да ничего страшного, это ты меня прости. Я вечно лезу не в свое дело. Постой, как это уезжаешь? Куда? Что-то случилось? — Наталья удивленно приоткрыла рот.

— Просто пора домой. Сыщик из меня не вышел, да и отпустила я руки, — ответила Анжела, собираясь уйти.

— Нет, ты не уйдёшь, пока я не налью тебе кофе и не угощу печеньем. Ты была у меня в гостях, а я у тебя нет. Пойдем на кухню. Наталья протягивает руку, показывая на кухню.
Анжела немного смутилась, но согласилась. Они прошли на кухню.
Наталья приготовила кофе и добавила в кружку Анжелы немного бальзама.
Анжеле было неловко. В квартире Натальи было уютно, как дома. Воспоминания о завтраках с мамой вызвали легкую грусть о детстве. Как она просыпалась в выходные и прибегала к маме на кухню, пока мама готовила завтрак, она усаживалась на стул и воровала печеньки со стола, перебивая аппетит. Мама открывала окна, на улице была теплая летняя погода — это еще больше добавляло атмосферы тепла в ее детстве.

— Виктор дома? «Я хотела попрощаться с ним», — спросила Анжела, грея руки о чашку.

— Давно его не видела. Кажется, он в рейсе, — ответила Наталья, усаживаясь на стул. — Ты уверена, что хочешь уехать? Я понимаю, что там твой дом, но ты самая адекватная соседка. Мои подружки-пенсионерки только и делают, что жалуются: то солнце печет, то холодно, то цены высокие, то низкие. Это странно. А с тобой очень приятно разговаривать.
Анжела улыбнулась, удивленная словами Натальи.
При знакомстве я думала, что вы просто любите сплетничать и собирать информацию, а потом разносить слухи. Но вы оказались совсем не такой. Извините за мои домыслы, — призналась Анжела.
Наталья хихикнула и ответила, что сама виновата в том, что создаёт о себе такое впечатление.
Анжела рассказала Наталье о поездке к гадалке и поделилась подробностями их разговора.

— Я тебя понимаю, — сказала Наталья, опустив взгляд. — Обычно Агата не ошибается, но я обращалась к ней только один раз и не могу точно сказать, права она или нет. Могу дать тебе контакты ясновидящих, к которым обращались мои знакомые с положительными отзывами.

— Я не верю в гадалок, — ответила Анжела, сделав глоток кофе. — Может быть, у кого-то есть дар видеть будущее, но таких людей очень мало.

— Знаешь, я бы на твоём месте попробовала все способы. Никогда не стоит отпускать руки, если чувствуешь, что можешь помочь человеку или дать ему утешение. Я часто вспоминаю Мишу. Он очень хороший и приветливый мальчик. Мне так жаль его. Я на пенсии, свободного времени много, но амбиций мало. Часто жалею, что не могла помочь мужу, что мы так мало были вместе. Если бы я попыталась поговорить с ним откровенно вместо глупых подозрений, может, всё было бы иначе.
Наталья посмотрела на Анжелу и сказала, что, возможно, она тоже будет жалеть, что не попробовала все способы, если есть возможность. Даже если прошло много времени, не стоит отпускать руки. Анжела — сильная женщина, и у неё всё получится. Если она запутается или собьётся с пути, Наталья готова помочь ей справиться с трудностями. Это помогло Анжеле сделать выводы и попробовать еще, в крайнем случае, обратно она всегда успеет вернуться.
Анжела подошла к Наталье, обняла ее и задумалась над ее словами. Может, действительно стоит не бросать начатое? Она ведь сделала так мало, чтобы считать все потерянным.

— Я останусь и попробую еще раз. Вы словно придали мне сил. Дайте, пожалуйста, контакты ваших ясновидящих, — улыбаясь, прошептала Анжела, отпуская Наталью.
Наталья обрадовалась ее словам. Подорвавшись, она побежала в гостиную, открыла ящик и достала листок с двумя номерами.

— Вот, возьми, — протягивала она листок. — Мои знакомые оставили на них положительные отзывы. Как встретишься с ними, обязательно расскажи мне. Мы обсудим и поймем, что делать дальше, — сказала Наталья, садясь на стул и немного волнуясь.

— Хорошо. Думаю, завтра поеду к одной из них. А сейчас мне нужно отдохнуть. День был тяжелым, голова болит, — ответила Анжела, улыбаясь Наталье, и собралась уходить.