10 глава
Так начались их вечера.
Они выработали привычку:
- Четверг. Антон приходит после тренировки, приносит с собой пакет с печеньем, которое вечно крошится у него в рюкзаке). Арсений ворчит, но всё равно ставит чашки на стол.
- Суббота. Если Арсений не завален тетрадями, они смотрят фильмы. Антон всегда выбирает ужасы, Арсений — старые детективы. Спорят до хрипоты.
- Иногда — просто так. Антон пишет «Заблудился, можно к тебе?», и Арсений, скрипя сердцем, отвечает «Приходи».
Антон становился смелее.
Сначала это были невинные прикосновения — «случайно» задеть руку, когда берёшь чашку. Потом — попытки пристроиться поближе на диване.
— Арс… — однажды он положил голову ему на плечо.
Арсений замер:
— Антон.
— Что?
— Ты переходишь границы.
Антон отстранился, но в глазах читалось упрямство:
— А где они, эти границы? Ты же сам сказал — «дай нам шанс».
— Я не про это.
— А про что тогда?
Арсений встал и ушёл на кухню — мыть посуду. Разговор был окончен.
С каждым разом Антон наглел всё больше.
— Может, массаж? — предлагал он, когда Арсений жаловался на усталость.
— Нет.
— Тогда просто ляжем? Поспим?
— Антон.
— Что? Я ничего такого!
Но однажды ночью, когда они оба, уставшие, задремали перед телевизором, Антон переступил черту.
Его рука скользнула под рубашку Арсения.
— Прекрати, — Арсений схватил его за запястье.
— Почему? — Антон дышал неровно. — Ты же тоже хочешь.
— Это не важно.
— Тогда что важно?!
Арсений резко поднялся:
— То, что ты не готов.
— Я взрослый!
— Взрослый не лезет к человеку, который боится ему навредить!
Тишина.
Антон сжал кулаки:
— А если я скажу, что не боюсь?
Арсений отвернулся:
— Иди домой.
Три дня Антон не писал. Не приходил.
На четвертый — Арсений сам набрал его номер.
— Приходи, — сказал он. — Но только чтобы поговорить.
Когда Антон переступил порог, Арсений не стал тянуть:
— Ты прав. Я боюсь. Но не сплетен и не последствий.
— Тогда чего?
— Что для тебя это — просто игра. Что когда-нибудь ты оглянешься и поймёшь, что совершил ошибку.
Антон шагнул вперёд:
— А если я докажу, что это не так?
Арсений закрыл глаза:
— Как?
— Время, — Антон прикоснулся к его щеке. — Дай мне время.
И Арсений, к своему ужасу, кивнул.