Глава 4. Тихоня

Вымолвив несколько угроз, Акула собирается опустить спинку сиденья пониже.
Этого не стоит делать! Она держится только в одном положении. Когда хулиган нажимает
на рычаг и давит спиной, чтобы откинуться назад, кресло поддаётся его усилиям – очень сильно
и быстро поддаётся! Попросту говоря – падает назад.
– Что за дерьмо? – выдыхает парень, клацнув зубами от неожиданности.
Я мельком смотрю на него. Из-за того, что он рухнул назад, его футболка задралась,
обнажив пресс. Упс… Моему взгляду открылся просто идеально-твёрдый пресс с выпуклыми
кубиками и косыми мышцами, уходящими в джинсы. Они сидят на парне так низко, что выгля-
дывает даже резинка нижнего белья. Несмотря на ситуацию, в которой оказалась, я не могла
не рассмеяться над озадаченном выражении лица парня. Он барахтается на кресле, как жук,
перевёрнутый на спину, и не может подняться. Ведь чёртов механизм не работает, а парень
крепко пристёгнут.
– Не ржи, как лошадь. Тебе не к лицу, – грубит уличный хам. – И смотри на дорогу или
поцелуешь жопу тачки, ползущей спереди.
Ой. Чёрт. Я чересчур засмотрелась на парня. И из-за слёз, выступивших на глазах от
смеха, неверно оценила расстояние до машины, остановившей впереди на красный свет све-
тофора.
Хулиган прав – я вот-вот врежусь в бампер и увеличу количество проблем, а их и без
того немало! Я резко нажимаю на тормоз. Акула в это время уже отстегнул ремень безопасно-
сти и пытается поднять кресло. Мой «Форд» послушно тормозит. Даже чересчур послушно –
машина встаёт, как вкопанная. Слышится знатно громкий треск – от резкой остановки Акулу
приложило лбом о приборную панель.
– Срань преисподней! Ты чё, водить не умеешь?! – ревёт разъярённым гризли хулиган.
– П-п-прости… – шепчу, прикусив губу.
Если на лбу Акулы вылезет здоровенная шишка, он отыграется на мне. Хулиган изрыгает
поток грязных ругательств. Я нервно постукиваю пальцами по рулю, дожидаясь, когда заго-
рится зелёный.
– Первый поворот налево, – командует грубиян, добавляя ехидно: – Налево, блин, это
в той стороне, где сижу я!
– Я в курсе! – возражаю пылко. – Я вообще-то уже окончила школу! Я поступила в кол-
ледж! – добавляю для чего-то. – Знаю, что такое налево и направо!
Я начинаю пререкаться с ним и даже немного злюсь. Это очень странные ощущения,
ведь я должна опасаться этого накачанного хмурого парня. И я его боюсь до дрожи, аж сердце
ёкает и болтается в районе горла. Но мой непослушный язык несёт всякую чушь и делает это
быстрее, чем я могла бы приказать себе заткнуться.
– Да плевать мне, где ты учишься! Хоть в воскресной школе у монашек! Рули давай.
Налево, не проворонь!
Я следую указаниям хама, нервничая ещё больше от того, что мы углубляемся в спальные
районы неблагоприятного квартала. Что если я доставляю саму себя прямо в какой-нибудь
притон на потеху уличной банде?
– Не скули, как шавка побитая.
– Я не скулю, – цежу сквозь зубы.
– О нет, ты поскуливаешь. Когда думаешь, что я не слышу…
Грубиян обращается ко мне, но смотрит не на меня, а пялится по сторонам. Меня словно
нет в салоне, и это здорово напрягает.
– Как скоро я смогу уехать?
– Так скоро, как я разрешу!
Хам соизволяет посмотреть на меня прямым долгим взглядом, пронизывающим
насквозь. Возникает странное ощущение – у меня покалывает позвоночник, а в животе дракон
плюётся жидким огнём – иначе чем оправдать необъяснимо сильный жар внутри?
– Теперь направо, чика… И не гони, скоро остановка.
– Почему тебя называют Акулой? – спрашиваю, чтобы немного отвлечься.
– Ты действительно хочешь это узнать, а? Маленьким чистоплюйкам вроде тебя лучше
держаться подальше от таких, как я.
Я не успеваю ничего возразить или опровергнуть – ладонь хулигана бесстыдным образом
переползает на моё колено. У него сухие и горячие ладони. Их жаром опаляет даже сквозь
плотные джинсы. Во рту становится сухо. Я едва выдавливаю из себя:
– Убери руку.
– Стой! – выдыхает на ухо. – Останови тачку. Прямо здесь, – и нажимает на моё колено
пальцами.
Они у него из стали, что ли? Я сижу, едва живая, потерявшая дар речи. Пульс ускоренно
бьётся в ушах, а хулиган не торопится снимать свою крепкую ладонь с моей ноги. Но потом
медленно отнимает её.
– Не ссыкай от страха, тихоня. На тебя у меня не торчит, – гнусно хмыкает парень. –
Очень надо лапать твои тощие бледные колени, – презрительно кривит свои полные красивые
губы. – Просто опять не дожмёшь сцепление, и потом будут проблемы со стартом. Сиди здесь!
Жди!