Глава 2. Тихоня

– Салют, парни…
Тот, кого называют Акулой, подходит поздороваться с отморозками.
– Салют, бро!
Члены банды приветствуют Акулу. Они хлопают его по рукам и выглядят довольными
встречей, несмотря на то, что на подошедшем парне нет чёрной банданы. Но ублюдки держатся
с ним как со своим человеком. Парень высокий. Чёрт побери, он такой высокий, что мне при-
дётся задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Но мне не приходится этого делать. Он
подходит ко мне и наклоняется сам.
Тёмные, почти чёрные глаза застывают напротив моих. Я замираю, словно парализован-
ная. Кажется, в глубине его глаз пляшут дьявольские смерчи, образуя глубокие и опасные
воронки. Я знаю, что не должна пялиться на отморозка, но просто не могу оторвать взгляда
от его лица – сурового, резкого, сложенного из ломаных линий. Но всё равно красивого. Даже
чересчур.
Эй, разве у ублюдков не должны быть отвратительные, уродские лица, зверские рожи,
при одном взгляде на которые сердце уходит в пятки? Но сейчас моё сердце начинает биться в
утроенном ритме. Потому что незнакомец приближает своё лицо к моему так, что я могу сосчи-
тать его длинные, тёмные ресницы. И родинки. Все до одной. Крохотные, тёмные родинки,
рассыпанные по его лицу, как угольные крошки.
Пухлые, дерзкие губы парня кривятся в ухмылке, а потом он наклоняется и… втягивает
запах моего тела. Нет, блин, он реально нюхает мою шею, едва не проводя по ней носом. Его
горячее дыхание обжигает кожу. Я чувствую мяту и отдалённый душок алкоголя. Едва не падаю
в обморок.
– Чувствуешь? – спрашивает он и скалится, глядя на ублюдка, держащего меня.
– Чё? – туповато переспрашивает он.
– От неё не смердит страхом. Потому что её брат – конченый псих. И если он узнает,
что вы позабавились с его младшей любимой сестрёнкой, он подвесит вас за яйца. Всех, –
медленно обводит взглядом подонков. – По очереди.
– Чё за чувак? – интересуется главарь банды.
– Ты знаешь её? – «Акула» небрежно кивает в мою сторону. Поднимает руку и треплет
меня по щеке. Подушечки его пальцев шершавые и немного царапают кожу. Он обхватывает
меня за подбородок, поворачивая лицом к главарю. – Нет. Ты её не знаешь. Она из другого
района. Покруче нашего… В общем, – он усмехается и отпускает меня, отступая в сторону.
Отходит к моему «Форду» и небрежно плюхается задом на капот. – Развлекайтесь. Я засеку
время!
– Не понял…
Парень в красной майке начинает заметно нервничать и пошмыгивает носом.
– Она не ответила на звонок, – пожимает плечами парень. – Говорю же, брат – конченый
псих, следит за ней. Через пять минут он найдёт вас…
– Если он следит за своей сестрёнкой, что она забыла в нашем районе? – резонно инте-
ресуется главарь.
– Иногда овечки сбегают из загона, а потом злой пастух загоняет их обратно, верно? –
спрашивает Акула, глядя мне прямо в глаза.
Я не сразу понимаю, что он… спасает меня. Но потом поспешно киваю и выдавливаю
из себя:
– У б-б-брата очень тяжёлая рука… – судя по каменным выражениям лиц членов банды,
моя речь их не очень-то впечатлила. Я решаю добавить красок. – Он умеет бить, не оставляя
следов. Но внутренности превращаются в кровавое месиво…
Акула насмешливо вздёргивает смолянистую бровь, в тёмных глазах загораются жаркие
искры. Но больше он ничем не выдаёт своего веселья.
Парни из банды переглядываются. Мне кажется, что они не слишком хорошо осведом-
лены о том, что происходит за пределами этого района. Возможно, я всего лишь нарвалась на
мелких сошек – так называют тех, кто не представляет из себя ничего серьёзного. Но это для
остальных членов банды. Для меня даже один из этих подонков кажется смертельно опасным.
– Ладно, – главарь прячет нож и нервно дёргает плечом. – Погнали. Кидай девку!
– Но как же попробовать тёлку, а? Один круг, ну? – с надеждой спрашивает тот, что
уцепился в мои волосы.
– Пробуй её сам. Но, в случае чего, мы тебя не знаем! – быстро говорит толстый и ныряет
в тачку банды. – Лучше завалимся в бар и снимем стрипуху на ночь!
– Эй, парни! Вы куда? – кричит ублюдок. – Да вдруг он нам лапши навесил? – не унима-
ется подонок, крепче хватая меня за волосы.
– Решай сам! – главарь садится за руль и машет. – Бывай, Акула!
Колёса бандитской тачки начинают пробуксовывать на месте, вызывая дикий рёв. Подо-
нок не выдерживает и бросает меня, кинувшись к тачке, медленно отъезжающей прочь.
– Эй, я с вами!
Под дружный гогот отморозков, сидящих внутри, тачка сдаёт назад. Ублюдок забирается
в салон, и машина срывается с места, обдав меня таким количеством едких выхлопных газов,
что я едва не задыхаюсь.
Я думаю, что легко отделалась. Очень легко. Но, развернувшись лицом к парню по кличке
Акула, цепенею от страха. На его губах играет жуткая ухмылка, а глаза горят, как полыхающие
звёзды.
– Итак, что хорошая, маленькая, чистенькая тихоня… делает в нашем криминальном
квартале?
С каждым шагом он сокращает расстояние между нами. Я понимаю, что нужно бежать.
Но понимаю это слишком поздно, когда он распластывает меня по металлу старого «Форда»
и прижимается ко мне своим крепким раскачанным телом.
Хулиган поднимает руку и заправляет выбившуюся прядь волос за ухо.
– Как будешь платить за спасение, милашка?
Мой язык прилип к нёбу. Я не могу вымолвить ни единого чёртового слова. Даже помы-
чать не могу, и сдвинуться в сторону тоже не получается. Я могу только наблюдать, как глаза
парня становятся ближе и ближе. Он топит меня в этой глубокой черноте, обволакивает и
лишает воли.
Его горячее дыхание опаляет губы, запуская электрические искры по всему телу…