Глава 8. Луч надежды

Томас бродил по дому, не зная, куда себя деть. Он почувствовал себя одиноким, как никогда раньше. Это не было просто потерей рабочего, которого он мог заменить. Это была потеря человека, который каким-то образом стал важен для него.

В голове Томаса всё смешивалось. Он знал, что уходит что-то важное, что-то, что он никак не мог назвать. И ему было страшно. Страшно, потому что он начал осознавать, что чувства, которые у него возникли, были теми, с которыми он не знал, как справляться.

Он хотел побежать за ним. Хотел остановить его, остановить этот уход. Но что он мог ему сказать? Как объяснить, что всё изменилось? Что Ньют больше не был просто дворецким, а чем-то важным, чем-то, что Томас начал бояться потерять?

Томас оказался в своей комнате, лёжа на кровати, глядя в пустой потолок, в голове всплывали все моменты с Ньютом — те, когда они спорили, когда их взгляды пересекались, когда его раздражение уступало место чему-то другому. И теперь он осознавал, что потерял.

В этот момент ему не было ясно, что будет дальше. Но он знал одно — Ньют ушёл, и теперь ему оставалось лишь пытаться понять, как жить с этим знанием.

Томас не мог забыть того утра, когда Ньют ушёл. Все было так неожиданно, так болезненно. Он продолжал блуждать по дому, словно в тумане, не в силах сосредоточиться на чём-то другом. Он не знал, где искать Ньюта, не знал, что сказать ему, если вдруг встретится. Его гордость и самоуверенность, те качества, которые всегда были его защитой, теперь казались бессмысленными и пустыми.

Он провёл несколько бессмысленных дней, заполняя время прогулками по пустым коридорам, на которых раньше всегда звучали шаги Ньюта. Он пытался убедить себя, что это не было чем-то важным, что Ньют был просто очередным дворецким, и всё это — лишь его заблуждение. Но чем больше он думал об этом, тем более очевидным становилось, что ему не было и не будет с кем поговорить, с кем поделиться этим беспокойством. Ньют исчез, и с ним исчезла часть того, что Томас осознал, что было важным для него.

Томас не мог поверить, что чувства, которые он до сих пор игнорировал, так глубоко укоренились в нём. Он боялся этого осознания. Он всегда был уверен в своих способностях контролировать всё вокруг, но вот это… это ощущение, что потерял кого-то, что-то, что ему действительно важно, — было новым и пугающим. Он не знал, как справляться с этим.

Он не мог просто позволить себе забыть о Ньюте. Он хотел понять, почему тот ушёл. Почему не сказал ему ничего? Почему не дал ему шанс? Они оба были взрослыми, они могли бы поговорить, могли бы разобраться. Но Ньют ушёл, и Томас остался один.

---

Прошло несколько дней, прежде чем Томас, наконец, решился. Он не мог сидеть без дела, не мог оставаться в этом доме, где всё напоминало ему о Ньюте. Его сердце болело от осознания, что он мог бы что-то изменить, если бы только признал свои чувства раньше.

Он пришёл к выводу, что не может продолжать жить, не попытавшись найти Ньюта и поговорить с ним. Он не знал, где тот может быть, но был уверен, что Ньют не ушёл бы далеко. Он должен был найти его.

Томас нашёл своего старого друга, Джеймса, с которым иногда общался, и попросил помочь в поисках.

— Ты уверен, что это нужно, Томас? — спросил Джеймс, не до конца понимая, что происходит.

— Я должен понять, что случилось, — ответил Томас, сжав челюсти. — Я не могу оставить это так.

---

Дни пролетали, и Томас всё так же искал Ньюта. В его мыслях было множество вариантов: может, тот вернётся, может, он уехал навсегда. Но однажды, спустя несколько дней, ему сообщили, что Ньют был замечен в маленьком городке, который был далеко от особняка, в том самом месте, где он мог найти тихий уголок для себя.

Томас не мог остановиться. Он сразу же поехал туда, не думая о том, что его родители или кто-то ещё подумает. Его единственная цель была найти Ньюта и поговорить с ним. Он не знал, что скажет, но знал, что не может оставаться в том доме, не имея ответов на свои вопросы.

Приехав в городок, Томас поспешил к гостинице, в которой, как ему сказали, мог остановиться Ньют. Он нервничал, его сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Когда он подошёл к двери, он глубоко вдохнул и постучал.