14.
Мысли в слух. Котёнок: А вот я бы сейчас с удовольствием лупанул кофейку. Не день, а тренаж на выживаемость! Но спрашивали только старших офицеров. Ну, Зоинька-заинька, я тебе «старших офицеров» как-нибудь по случаю припомню!
Пока Зоя в соседнем кабинете готовила чай, в кабинете командира гости-офицеры рассказывали, как добирались сюда с Дальнего Востока.
Котёнку очень хотелось бы порасспросить про бывших сослуживцев, но этикет и субординация не позволяли сделать это.
А вскоре и Зоя подошла с чаем и пирожными...заварными!
‒ Зоя, откуда пирожные? – восхищённо поинтересовался командир полка?
‒ Из газовой духовки, товарищ командир. Я вчера тренировалась с новым рецептом. Как чувствовала, что пригодятся. Кушайте на здоровье и критикуйте – заулыбалась Зоя, выходя из кабинета. – Я всё равно не услышу!
Офицеры разобрали стаканы, пирожные. Только Котёнок не решался взять свой стакан.
‒ Котёнок, бери стакан, не стесняйся. ... И пока мы ждём Аполлонова, может, ты нам расскажешь свою историю, она не выйдет за пределы этого кабинет. Тем более, что ты уже поделился с Аполлоновым. – доверительно спросил командир полка.
‒ Нам бы тоже хотелось услышать твой рассказ. – присоединился к просьбе командира бывший комэска Котёнка.
Котёнок понимал, что недостаток информации порождает недопонимание, подозрение и всевозможные домыслы. И поэтому он, собравшись с духом, честно и откровенно рассказал всё, что касалось их истории. Только лишь добавил, что теперь до конца своей жизни будет чувствовать вину перед дочерью майора Счастливцева, хотя он и не понимает, в чём его вина.
Мужчины сидели и молча переживали услышанное. Вот уж, действительно, пути господни неисповедимы. Никогда наперёд не знаешь, где, на каком этапе жизнь подставит тебе подножку. И впервые взрослые мужики, имеющие погоны с большими звездами, задумались о таком явлении как гомосексуализм, хотя в отношении погибшего Счастливцева ни один из них не мог применить этот термин: нормальный мужик, неплохой по характеру, любивший свою жену и дочь...Ну какой из него гей?
‒ Значит так, Котёнок, идёшь сейчас в строевой отдел, пишешь рапорт на три дня краткосрочного отпуска по семейным обстоятельствам. Думаю, тебе трёх дней хватит, чтобы прийти в себя. И в понедельник с новыми силами на полёты. Никто тебя отстранять не собирается. Как служил-летал, так и будешь дальше служить-летать. Можешь быть свободным. Нам с товарищами офицерами ещё побеседовать кое о чём нужно.
Котёнок встал, попрощался с присутствующими, развернулся на 180 градусов и грациозно вышел из кабинета. Когда он зашёл в класс эскадрильи, там его ожидала целая орава не только своих лётчиков, но и из соседних эскадрилий. Все уставились на него в молчаливом ожидании.
‒ Не волнуйтесь, со мной всё в порядке. В понедельник на полёты. А сейчас на три дня в отпуск по семейным обстоятельствам. – доложился сразу всем Котёнок.
‒ А куда Аполлоша умчался? – спросил кто-то.
‒ Не знаю, его начальник политотдела куда-то послал.
Через полчаса в класс зашел Аполлоша, разрумянившийся от морозца. И сразу двинулся к Котёнку с немым вопросом в глазах.
Котёнок так же глазами успокоил его. Сев за дальние столы Котёнок одними губами спросил: «письмо?». На что Аполлоша жестом похлопал себя по левой груди: «у меня».
А в кабинете командира офицеры обсуждали Котёнка.
‒ А знаете, как у нас Котенёва за глаза звали? – спросил командир эскадрильи-дальневосточник. – Кисёнок. Видимо, ему суждено до конца жизни быть представителем кошачьего клана. У нас его любили. Если бы не Саша, не видали бы вы тогда Кисёнка.
‒ Скажи, неужели никто не замечал, что происходило со Счастливцевым? – поинтересовался начальник ПО.
‒ Сначала – нет, а потом уже поздно было. Проявляться это стало, когда он разводиться собрался. Не хотел обманывать своих девочек. – с грустью сказал комэска-дальневосточник. – Кисёнок сначала пытался решить это всё своими силами, а потом уже не выдержал и пришёл прямо к командиру и сказал, что застрелит Сашу, если командование не примет меры. Вот и приняли...Сашу в отпуск, а Кисёнка к вам. ...
Дома Аполлоша и Котёнок, переодевшись в домашку, не сговариваясь, направились сразу на кухню. Аполлоша достал из холодильника початую бутылку водки, всегда готовые бутерброды, огурец, помидор, нарезал их ломтиками, посолил, поперчил, достал две стопочки и налил в них до самых краев водку:
‒ Давай, помянем майора Счастливцева. – предложил Аполлоша.
Они молча чокнулись, выпили одним глотком и ... не стали закусывать.
‒ Письмо где? – спросил Котёнок.
‒ А! Сейчас! – Аполлоша метнулся в комнату, достал из внутреннего кармана кителя письмо и вернул его Котёнку.
‒ Ты читал?
‒ Да...
‒ Аполлоша, я даже не знаю, что мне теперь делать...как быть теперь? Когда всё это происходило, я его ненавидел всем сердцем. А теперь, когда его не стало, мне его очень жалко. Очень!!! Он же хороший мужик был! Мне теперь до конца своей жизни нести на душе груз вины, что ли? И я его теперь стал понимать! Особенно его последние слова в письме – найти настоящую любовь и не потерять её. ...Я даже не знаю, если я потеряю настоящую любовь, справлюсь ли я с потерей? ...Или, как он?
Аполлоша налил по второй стопке. Они молча выпили.
‒ Что ты будешь делать с письмом? – спросил Аполлоша. – Сохранишь?
‒ Да...Он достоин, чтобы его письмо было сохранено, и я точно никогда не забуду его...и его любовь ... Давай по третьей и закроем эту тему. Командир дал мне три дня на восстановление душевного равновесия.
‒ Котёнок! Ты у меня стойкий оловянный солдатик! Тогда может в шахматишки сразимся? Лучшего лекарства от стресса, чем шахматы, нет! – предложил Аполлоша.
Они выпили по третьей рюмочке, быстренько закусили. И пока Аполлоша наводил скоростной порядок на кухне, Котёнок расставил фигуры. Ходить белыми была сегодня очередь Котёнка. Видимо поэтому он выиграл у Аполлоши две партии подряд. Судьба решила под конец дня сжалиться над Котёнком и наградила его маленькой радостью шахматной победы.
Время лечит... Три дня пролетели как один день. Котёнок восстановил своё душевное равновесие и со спокойной совестью явился в понедельник на службу. И снова жизнь потекла по накатанной колее.
С момента просмотра того сюрпризного кино у ребят друг от друга появилась тайна. Всё это время, пока один находился в наряде, второй втихаря просматривал то злополучное видео. Зачем? Они и сами не могли себе объяснить. Но оно их волновало, будоражило и подхлестывало чувства. Парни держались из последних моральных сил. И каждый из них втайне проклинал и одновременно благодарил Яна.
По ночам, когда они ложились спать, каждый из них в мыслях представлял, как бы себя он повел, если бы решился на более смелые действия. От этих мыслей их сердце замирало, а душа трепетала. И они втихаря тихонько вздыхали, стараясь не выдавать свой душевный трепет...
Чтобы избавиться от остатков последствий дальневосточной истории, они в свободное время смотрели комедии и романтические приключения. Парни оба любили посмеяться от души. И однажды, после очередного такого просмотра, между ними произошёл маленький инцидент.
Дело было дней за десять до Нового года. Было как раз воскресение. Так получилось, что Котёнок проснулся раньше Аполлоши. И у него вдруг спонтанно возникло желание приготовить Аполлоше завтрак, порадовать, так сказать, его. Он тихонько поднялся, умылся и направился на кухню. Он достал всё, что было в холодильнике, из чего можно было приготовить вкусный, на его взгляд, завтрак. Остальное водрузил обратно.
И так, стоя у плиты, он орудовал приборами. Пока на сковороде шкворчало, Котёнок нареза́л хлеб для бутербродов, колбасу, сыр, слегка пританцовывая. И в самый ответственный момент, когда нож врезался в колбасу, его талию со спины нежно обняли две большие крепкие руки, и подбородок Аполлоши мягко улегся ему на ключицу. Щеки нежно коснулись друг друга.
‒ Что готовишь? – Аполлоша повернул свою голову, чтобы заглянуть в васильковые глаза Котёнка. Их губы были рядом-рядом, поверни Котёнок голову, и они сомкнутся в поцелуе.
Котёнок от неожиданности вздрогнул и застыл на месте. Его руки остановились в воздухе, словно руки дирижёра. В правой руке блестел большой кухонный нож.
Аполлоша слегка прижимался грудью к спине Котёнка, ощущая, как его спина напряглась, словно натянутая струна, и заколотилось его сердце.
У Котёнка на несколько секунд остановилось дыхание. Затем он медленно выдохнул, слегка повел плечами и тихо, но внятно произнёс:
‒ Никогда больше так не делай!
‒ Ты чего, Котёнок? Я же просто пошутил! – воскликнул Аполлоша. – Мы же вчера смотрели комедию. Там главный герой точно так же подошел сзади героини и обнял ее. Забыл, что ли? И мне интересно стало, что чувствует человек, когда так обнимает. Ну, героини у нас нет, зато я увидел тебя с ножом в руке, вдруг решил проверить. Вот я и попробовал. Ничего так, приятные ощущения! ...У тебя такая талия тонкая, как у девушки.
‒ Я прошу тебя ещё раз: никогда так больше не делай...Я чувствую себя... неловко!
Мысли в слух. Аполлоша: И ничего я не шутил! Мне до чёртиков захотелось именно так тебя обнять, когда я увидел тебя! И почему ты, поросёнок, не повернул голову? Тогда бы я сымитировал поцелуй, словно ненароком! А ты застыл как истукан. Только сердце сильно колотилось! Котёнок, почему у тебя так сильно заколотилось сердце, когда я тебя обнял? Неужели тебя этот мой жест взволновал? Хм! Это даёт мне надежду...
Мысли вслух. Котёнок: Блин!!! Ты что творишь?! Разве можно так сразу, без предупреждения? У меня сердце в пятки ушло! Спокойно, Котёнок, спокойно! Только не волнуйся...Какая теплая у него щека, и колется! Как приятно, когда тебя так обнимают. Давно хотел почувствовать, каково это! Чёрт, бабочки полетели! Ну-ка, кыш! Разлетались! Ну, что, Котёнок, насладился моментом? А теперь пора на место ставить Аполлошу, а то ещё чего доброго в привычку эти обнимашки войдут!
Аполлоша убрал свои руки с талии Котёнка и сделал два шага назад.
‒ Я готовлю тебе завтрак...и себе тоже – запоздало ответил Котёнок.
‒ Вот и на мой улице праздник! А то всё я да я...
‒ Зато ты полы не моешь! – ухмыльнулся Котёнок.
‒ Я тоже могу мыть полы! Я же мыл до тебя!
Котёнок развернулся лицом к Аполлоше, всё ещё держа нож в руке, и с серьёзным выражением лица сказал:
‒ Когда я впервые увидел, как ты корячился, намывая пол, мне тебя так жалко стало, что я решил взять на себя эту обязанность, а тебе оставить кулинарию. – и Котёнок вдруг заливисто засмеялся! – И, вдобавок, я пол мою раз в неделю, а ты кашеваришь практически каждый день! Так что сегодня – это для тебя предновогодний подарок! Садись, у меня уже всё готово!
Аполлоша сел на своё место, взял в руки ложку и вилку и, как воспитанный мальчик, стал ждать, когда перед ним поставят тарелку с едой.
Котёнок, как заправский официант, быстро накрыл стол и уселся на своё место.
‒ Ну, приятного нам аппетита! Посуду моешь ты! Кто готовит, тот не моет! – заключил Котёнок.
‒ Не вопрос! – согласился Аполлоша. – Кстати, по поводу Нового года, ты будешь готовить какой-нибудь номер?
‒ А это обязательно? Как у вас отмечают Новый год? – поинтересовался Котёнок. Этот Новый год Котёнок впервые будет встречать на новом месте.
Аполлоша рассказал, что Новый год личный состав полка всегда брал в аренду большой танцевальный зал во Дворце культуры АЦКК. Кто не желал гулять коллективно, те шли в наряд в добровольно-принудительном порядке. Еду готовили обе столовые и летная, и техническая, плюс, каждый вносил определённую сумму в общий котёл. На вечере был ведущий и местный ВИА. Были игры, танцы, викторины и художественные номера полковых талантов. Начиналось действие в 9 часов вечера, заканчивалось в три часа утра. Автобусы всех развозили по домам.
Это было раньше. Как в этом году будет, никто не знает. Но на номера художественной самодеятельности уже была дана команда. Каждый желающий должен был приготовить любой номер, хоть яичницу пожарить, но с изюминкой.
‒ А какой номер ты будешь готовить? – спросил Аполлоша.
‒ Никакой. Он у меня уже готов.
‒ Д-а-а? – удивился Аполлоша. – И что же это?
‒ А вот это сюрприз...для всех. А ты что собираешься показать?
‒ Я еще не решил. Но, думаю, если решу, то тоже никому не скажу – пусть тоже сюрприз будет! – засмеялся Аполлоша.
Оба были заинтригованы.
**********************************************************
Конец главы.
09.11.2023