Глава 13
На следующее утро, ещё до того, как прозвенел звонок будильника, Цзи Жуань уже спал один на своей кровати.
Когда зажегся свет, он сел и услышал звук стирки. Мин Ян стирал одежду в тазу на балконе. Подойдя ближе, он заметил, что это была та самая белая футболка, которую вчерашний хулиган взял в темноте, чтобы вытереть свои руки и его лицо прошлой ночью.
Цзи Жуань просто достал из шкафа другую футболку взамен этой, а ту, что сейчас была в руках Мин Яна, повесил сушить.
Подойдя к своему столу, он надел очки, и повернул голову, в это время Мин Ян стоял облокотившись на столб рядом со своим столом и сказал:
- Я голоден.
В следующую секунду коробка с бутербродами полетела в руки Мин Яна.
Поймав коробку, парень поднял голову, но увидел только спину Цзи Жуаня, стоявшего перед умывальником, и услышал, как тот сказал:
- Пора остановиться.
Мин Ян надулся, взял бутерброд из ланчбокса и сунул его в рот. После двух-трёх укусов, он уже собирался выходить из комнаты со своей школьной сумкой на плече. Но перед уходом оставил свой комментарий:
- Ничего особенного.
В тот день из-за того, что он плохо спал накануне ночью, Цзи Жуань пришел в класс для самостоятельных занятий немного позже, чем обычно, поэтому его сосед по парте пришёл первым.
На их столе стояла коробка бутербродов из школьного магазина. Когда человек, сидящий за тем же столом, увидел, что Цзи Жуань подошёл, то сразу сказал:
- Студент по имени Мин Ян, из класса гуманитарных наук, принес это сюда и попросил тебя подождать его в полдень, чтобы поест с ним вместе.
В ответ Цзи Жуань только кивнул, но, конечно, он не собирался ждать, пока Мин Ян придёт в обеденный перерыв, чтобы поесть вместе.
Мин Ян также ожидал, что Цзи Жуань не станет его ждать, поэтому он нашел предлог, и ускользнул за пять минут до конца урока в туалет, чтобы сторожить за дверью класса Цзи Жуаня, ожидая, пока тот закончит свои занятия.
В результате, когда урок закончился, Мин Ян наблюдал, как одноклассники Цзи Жуаня выбегают из класса, спеша в столовую. Он ждал и ждал, но никак не мог дождаться выхода Цзи Жуаня.
Наконец, он решился и заглянул в класс. Мин Ян увидел, что Цзи Жуань сидит на своем месте и пишет вопросы, а в классе больше не осталось ни одного человека.
Быстренько вбежав, парень смело выдвинул стул рядом с Цзи Жуанем и сел, отругав* того:
*п/п: с большой лошадью и золотым ножом 大马金刀, китайская идиома (dà mǎ jīn dāo), что означает «смелый и величественный». Описывается как грубая, резкая, безжалостная речь.
- Ты не собираешься есть?
Цзи Жуань услышав звук голоса Мин Яна, задержал кончик перьевой ручки в воздухе, а затем, не поднимая головы, сказал:
- Я поем позже, ещё есть время.
- Почему бы не поесть сейчас?
- Слишком много людей.
- Но скоро в столовой уже не останется нормальной еды.
- Что будет, то и поем.
Теперь Мин Ян понял, почему Цзи Жуань был таким худым. А ещё он понял, что не сможет убедить его пойти в столовую сейчас. Он закатил глаза и, наконец, сдавшись, просто спросил:
- Ты съел сэндвич утром?
- Гм.
- Он лучше, чем у Цинь Тонга?
- ...
Увидев, что Цзи Жуань не отвечает, Мин Ян положил голову на стол и повернул её так, чтобы смотреть на лицо Цзи Жуаня, пишущего домашнее задание:
- Какие у тебя отношения с этим Цинь Тонгом?
- ...
- Как вы познакомились?
- ...
- Почему он так добр к тебе?
- ...
- Почему я не знал, что каждую неделю вы ребята ...
Цзи Жуань, не выдержав, оторвался от своего занятия и закрыл ручку колпачком. Он повернулся к парню и, глядя ему прямо в глаза, серьёзно сказал:
- Мин Ян, лисий хвост невозможно спрятать*, поэтому нет нужды весь день мелькать у меня перед глазами, думая, что я не узнаю, что ты хочешь.
*п/п: метафорическое выражение для истинного лица плохого человека или свидетельства поступка, сбивающего людей с толку. [1]
Пока Мин Ян был ошеломлен этой тирадой, Цзи Жуань быстро добавил:
- Вы с ним так заинтересованы друг в друге, что я подумываю, а может мне познакомить вас. Если вы поладите друг с другом, то, наконец-то, оставите меня в покое.
После того как он высказался, его глаза вернулись к заданию, он снова открыл ручку и продолжил отвечать на вопросы, больше не произнеся ни звука.
Через пару секунд после этого Мин Ян, лежащий на парте, поднялся и медленно отодвинув стул, молча вышел из класса.
Цзи Жуань впал в ступор, когда надоедающий ему целое утро человек неожиданно ушел. Только когда кончик ручки поставил маленькую чернильную точку на поверхность страницы, он внезапно очнулся и быстро отдёрнул руку. Затем он поспешно перевернул лист и проверил, не пропиталось ли пятно на обратную сторону с не решёнными пока вопросами.
Этот короткий эпизод с Мин Яном был очень быстро забыт им.
Когда вечером Мин Ян вернулся после тренировки в общежитие, было очевидно, что парень ещё не успокоился. Пока Цзи Жуань, сидя за письменным столом, отвечал на вопросы теста, этот надутый индюк намеренно создавал громкий шум в комнате. Затем он взял тазик и сложил туда все свои одеяла одно за другим.
Увидев, что скоро отбой и свет вот-вот выключат, он просто почесал шею и сказал Цзи Жуаню:
- Тетя сказала, одеяло менять не надо, и я буду спать неделю с соседом по комнате, а на выходных пойду заказывать себе новое.
Другими словами, он не должен больше просить разрешения у Цзи Жуаня. Так как других соседей по комнате нет, значит можно больше ничего с ним не обсуждать.
В этот момент Цзи Жуань был сосредоточен на вопросе теста и не хотел разговаривать с ним. Прислушиваясь к мыслям в своей голове, он просто тихо произнёс: «Гм».
Ночью, когда Мин Ян схватил его одеяло, он не мог ничего сделать, кроме как промолчать.
На третью ночь Цзи Жуань больше не мог этого выносить. Когда выключили свет, он прошептал Мин Яну:
- Разве ты не можешь сначала уладить это дело, а потом прийти спать?
Мин Ян ничего не сказал. В любом случае рука Цзи Жуаня не бездельничала под одеялом, поэтому ничего страшного, если его дважды отругали сегодня.
После того, как Цзи Жуань закончил, он встал, чтобы взять салфетку на столе. Вытерев руки, он просто вернулся к кровати и лег. Мин Ян прижался к нему сзади, и одной рукой стянул штаны, а другую сунул ему между ног:
- Я тебе помогу.
На Цзи Жуаня так навалились, что он был почти раздавлен. Естественно, что парень не мог пошевелить ни руками, ни телом. Он извернулся и смог пнуть одной ногой по ноге Мин Яна:
- Отвали!
Мин Ян не кричал, когда его пинали, он просто прижал своё колено к коленной впадине Цзи Жуаня и покрепче обхватил руками его тело, почти навалившись на соседа. Он уткнулся головой в шею Цзи Жуаня и выдохнул тому прямо в ухо:
- Я же сказал, что помогу тебе.
- Я не хочу, чтобы ты помогал мне! - Цзи Жуань, стиснув зубы, вырывался, - Отпусти!
- Не отпущу!
Обе руки Цзи Жуаня были крепко зажаты Мин Яном. Он обхватил член парня, и его запястье ритмично задвигалось вверх-вниз. Вскоре Мин Ян почувствовал, что дёргающийся в его руках Цзи Жуань стал затихать.
Мало-помалу из-за спины послышались непреднамеренные звуки потяжелевшего дыхания. Цзи Жуань наклонил шею вперёд и вжался головой в матрас, только его спина слегка покачивалась, то поднимаясь, то опускаясь. Время от времени он выгибался дугой пытаясь свернуться калачиком, а причинное место, получающее первоклассный массаж в ладони Мин Яна, становилось все горячее и все большее.
Мин Ян в нужный момент потер верхушку головки члена Цзи Жуаня, задевая кончиками пальцев, отверстие уретры и услышал неконтролируемый стон парня.
Он мягко укусил Цзи Жуаня за мочку уха и спросил:
- Что ты хотел сказать этим вчера?
Разум Цзи Жуаня уже затуманился, и он не мог думать ни о чем больше, кроме как об острых ощущениях от постепенного восхождения на вершину. Его речь прерывалась, а слова смешивались с хриплым дыханием:
- Что... что ты имеешь в виду...
Мин Ян ускорил свои движения:
- Ты сказал, чтоб мы с Цинь Тонгом собрались вместе и держались от тебя подальше ... Я такой же для тебя, как и он? Он тебя раздражает, а я тебя тоже раздражаю?
Цзи Жуань поднял голову, оба они были накрыты одеялом, и ему было так душно, что он уже не мог дышать.
Глаза парня были затуманены от получаемого удовольствия, движения Мин Яна его слегка раскачивали, и всё вокруг него казалось ему размытым. Зрение Цзи Жуаня становилось все более и более расфокусированным.
Мин Ян увидел, как его рот сознательно открылся из-за нехватки кислорода, и кадык покатился вверх-вниз, когда парень резко втягивал воздух. Пот с висков Цзи Жуаня медленно скатывался за уши, а его взгляд был устремлён в одну точку с лёгким слоем замешательства, потому что он больше не мог видеть ясно.
Тем не менее, он не забыл принципиально опровергнуть Мин Яна:
- Он меня не раздражает.
- Ты всё ещё пытаешься его защищать!
В гневе Мин Ян крикнул слишком громко и вынужден был продолжить понизив свой голос, с ненавистью в глазах:
- Хорошо, допустим, ты не раздражаешься когда видишь его, тогда я тебя раздражаю? А даже если ты не раздражаешься, то я для тебя всё равно такой же как он? Ни одного из нас ты не хочешь видеть?
Цзи Жуань поджал губы и ничего не стал говорить, только протяжный стон вырвался из его носа.
Мин Ян царапал верхнюю часть головки пальцами взад и вперед, как наказание, заставляя Цзи Жуана задыхаться.
- Ты сравнил меня с ним. Если я помогаю тебе делать это, он тоже может помочь тебе сделать это? Тебе всё равно, кто делает это для тебя?
Глаза Мин Яна слегка покраснели, и он беспомощно сказал:
- Держаться от тебя подальше? Кто тогда будет тебя обслуживать? А? Этот психолог?
Цзи Жуань внезапно открыла глаза, повернула голову и упрекнул:
- Есть вещи о которых говорить...
Прежде чем он успел договорить, внезапный поцелуй заблокировал его губы.
Он был застигнут врасплох, и резко нахмурился, намереваясь увернуться. Но Мин Ян предупредительно протянул руку, чтобы сжать его челюсть с обеих сторон и, потянув вниз, заставить Цзи Жуаня разжать зубы. Затем кончик его языка проник внутрь, властно обследуя рот парня. Потом, не желая отпускать, он стал, лаская, посасывать язык парня.
В нижней части Цзи Жуаня одна за другой накатывали волны удовольствия, накапливаясь, у парня на мгновение появился шум в ушах, а в глазах потемнело.
В этом тумане было лицо Мин Яна, безумно целующего его без соблюдения каких-либо правил, у них обоих уже текла слюна по подбородку.
Он забормотал что-то несвязное прямо в губы парню, и вдруг содрогнулся всем телом, достигнув пика, и выстрелил в руку Мин Яна. Рука помощника была мокрая, покрытая липкой жидкостью, и их беспорядочный поцелуй закончился.
Ни один из двоих не двигался, они молча задыхались, застыв в этой позе, и даже рука Мин Яна всё ещё была помещена между ног Цзи Жуаня.
В конце концов, Мин Ян вытер слюну с уголка рта Цзи Жуаня, и встал с кровати,чтобы вымыть руки. Он также принес мокрое полотенце, чтобы одно за другим вытереть лицо и ноги Цзи Жуаня.
В молчаливом согласии, никто из них больше не упоминал о консультанте-психологе, про которого Мин Ян случайно ляпнул недавно.
Снова укладываясь на подушку, он не мог не придвинуться и не обнять Цзи Жуаня сзади. Его лоб осторожно упёрся в затылок парня, и, подождав несколько минут и убедившись, что Цзи Жуань не оттолкнёт его, он спокойно уснул.
______________________________
Автору есть, что сказать:
Мин Ян: Укусив кого-то, притворись жалким.
Переводчик тоже хочет что-то сказать:
Цзи Жуань, ты реально сейчас напрашиваешься.
Не нравится парень, так пошли его куда-нибудь подальше. Это твоё тяни толкай до добра не доведёт. 👀
[1] В древности говорили, что лиса могла превращаться в человека, чтобы сбивать людей с толку, но ее хвост так и не изменялся и стал признаком демонов. Метафора истинного лица плохого человека или свидетельства плохого поступка, сбивающего людей с толку.
Источник: Северная династия Вэй, трактат Ян Сюаньчжи «Храм Лоян Цзиалань Цзи Фаюнь»:
Сунь Янь женат уже три года, но его жена всегда спит, не снимая одежды. Сунь Янь чувствовал себя очень странно в душе. Однажды, пока его жена крепко спала, он тайно развязал её одежду и обнаружил, что у неё был хвост длиной в три фута, очень похожий на хвост лисы. Сунь Ян в страхе выбежал за двери.