Глава четырнадцатая.

Выходя из машины скорой помощи, Сяо Чжань понял, что это за место за городом, в которое его привезли. Это была маленькая невзрачная деревушка с пятью домами, не отмеченная на карте. Здесь он проводил свои редкие несколько дней, когда прекращал принимать подавители. А сейчас Кэйташи привёз его сюда, чтобы спрятать. Они зашли в дом, и омега поспешил в свою комнату, попутно приказав помощнику организовать что-нибудь поесть и приготовить много чая. Им предстоял долгий разговор, а сам он сказал, что хочет принять душ.

Сяо Чжань стоял под горячими струями в облаке пара. Здесь была большая ванная комната, в чёрно-белых тонах. С большим зеркалом во всю стену, отгороженное занавеской. Сяо Чжаню нравилось это зеркало, он рассматривал себя в нём, когда принимал душ после окончания пребывания в вынужденном «отпуске». Так можно было заметить, какие следы остались на его теле, чтобы потом скрыть их. 

И вот сейчас, он протирал это запотевшее зеркало, чтобы посмотреть. Засосы были везде, разных цветов, но особенно много их было на шее и на внутренней стороне бёдер. Мало того, когда он повернулся посмотреть на спину, увидел на ней царапины, снова нескончаемые засосы, следы пальцев на ягодицах и на задней поверхности всё тех же бёдер. Казалось, что на нём нет живого места. «Ненасытный альфа» — омега вспомнил, как называл Ибо, и сердце тут же пронзила, словно иглой, острая боль. Ноги задрожали, он закрыл глаза и сел, обхватив руками колени, а в спину продолжал бить напор воды, разбрызгивая капли. 

«Ты скажешь мне?» — эти слова не выходили у него из головы. Сяо Чжань был уверен на девяносто девять процентов, что внутри него уже зародилась маленькая жизнь. Он убеждал сам себя, что поступит правильно, в данной ситуации есть только один единственный выход. Он знал, на ранних сроках всё можно сделать, просто выпив таблетки. Но почему же его сердце плакало, внутри всё разрывалось, а в памяти всплывал умоляющий взгляд Ибо и его слова? Сяо Чжань загонял эти воспоминания, эти слова и свои чувства в самую глубь души. Он глава клана, он бета, по-другому быть не может. Да и потом, как он сообщит Ибо, даже если захочет, ведь Кэйташи сразу уничтожил его телефон вместе с сим-картой, выдав взамен самый простой с двумя контактами, самого помощника и доктора.

Глубоко вздохнув, омега поднялся, подставил лицо под струи воды, пытаясь успокоиться.  Всё казалось таким правильным и неправильным одновременно. Может быть омегам действительно не стоит быть главами кланов? Слишком много эмоций, слишком много чувств, слишком много мыслей, но… у него нет выбора. Он уже глава клана Сяо, за него приняли решение, он жил так всегда. Разве можно что-то изменить?

Наконец, более менее успокоившись, он вышел из душа. Оделся, выбрав спортивный костюм, и застегнул молнию под самый подбородок. Когда Сяо Чжань зашёл в кабинет, Кэйташи уже ждал его, выполнив все указания. Они сели за стол, но от пережитых волнений, еда не лезла в горло. Омега буквально заставлял себя съесть хоть что-нибудь. Он медленно жевал какой-то овощ, когда помощник поинтересовался, что с его губами. Сяо Чжань видел в зеркале, как они выглядели, но он просто промолчал, пожав плечами. И тут же спросил, как они с Мином выбрались.

Сяо Чжань подавился этим овощем, когда Кэйташи ответил, что их вытащил Гэ Лэй. Вытаращив в удивлении глаза на помощника и запивая злополучный овощ чаем, он потребовал подробностей. Кэйташи сам был крайне удивлён таким развитием событий, после того, как стена закрылась. Они с Мином приготовились отстреливаться до последнего, оставив последнюю пулю для себя и поспешили к чёрному входу.
 
С главного входа полицейские всё больше напирали, с чёрного вот-вот могли прорваться, уходить наверх был вообще не вариант. Их люди, как могли сдерживали полицейских, продолжая погибать. Некоторые боевики, расстреляв весь свой запас патронов, присоединились к ним, держа в руках подобранные куски труб и отломанные ножки стульев. Многие были ранены, все как могли оказывали друг другу первую помощь, несмотря на то, что были из разных кланов. Тогда Кэйташи с Мином успокоили своих людей сказав, что главы в безопасности, им удалось спастись, вызвав тем самым вздохи облегчения боевиков, и все приготовились погибнуть в этой облаве.

Но неожиданно со стороны чёрного входа послышались взрывы один за одним, крики, непрекращающиеся автоматные очереди. С последним взрывом всё стихло, вдруг они услышали громкий крик Гэ Лэя, чтобы они все отошли, как можно дальше от входа и легли на пол. Раздался ещё один оглушающий взрыв, что зазвенело в ушах. Их забросало кусками раздробленных кирпичей, в воздух поднялась плотная завеса пыли, вызывая кашель. Когда Кэйташи поднял голову, то увидел сквозь оседающую пыль Гэ Лэя,  держащего дымящийся на плече гранатомёт, в другой руке он держал большую спортивную сумку. Лежащий рядом Мин, тоже рассматривал стоящего оружейника в зияющей от взрыва дыре бывшего чёрного входа. Боевики клана Сяо удивлённо, но в то же время обрадовано, приветствовали своего оружейника.

Впервые за пять лет после смерти его омеги, в душе телохранителя клана Ван, что-то шевельнулось, стоило ему увидеть этого омегу. Одетого во всё чёрное, в развевающимся плаще в клубах пыли, на голове была повязана бандана, а его единственный глаз возбуждённо сверкал. Мин уставился на него, позабыв на несколько секунд, где находится. Омега с гранатомётом на плече уверенно подошёл к ним, под его высоко зашнурованными армейскими ботинками скрипели кирпичные обломки. Бросил на пол сумку и произнес: «Быстро все вооружайтесь и уходите, там ждут машины». Прошёл дальше, встал позади них, заново зарядил гранатомёт и приготовился стрелять. Мин встряхнул головой, прогоняя наваждение, достал автомат и встал рядом с омегой. До него долетел аромат сочных ягод вишни, словно их раздавили. Сущность альфы мгновенно проснулась, его собственный аромат горького шоколада, непроизвольно усилился. Мину захотелось смять этого омегу в объятиях, слизать этот сладкий вишнёвый аромат с его кожи, можно не только с кожи, попробовать на вкус его губы. Омега повернул к нему голову, ухмыльнулся, обжигая взглядом, сказал: «Даже не думай».

Раздались громкие крики полицейских. Гэ Лэй не задумываясь выстрелил, обрушившийся потолок преградил проход, но это было ненадолго. Подбежавший Кэйташи сказал, что все уехали, что им тоже надо бы поспешить. Вдалеке послышались сирены пожарных и ещё полицейских. Они быстро убрались из отеля, вскочили в последнюю машину, и севший за руль Гэ Лэй, резко рванул на дорогу. Мин окинул взглядом некогда красивое здание, теперь оно почти разрушено. Удаляясь всё дальше от отеля, Мин немного приходил в себя. Успокаивало ещё больше то, что их главы кланов в полной безопасности. Всё же не зря они придумали с Кэйташи эту комнату. Но спокойствие длилось не долго. Оружейник свернул на какую-то тихую улочку, пискнул пультом и, заехав в неприметный гараж. Дверь начала только опускаться, а Гэ Лэй  неожиданно наставил на Кэйташи пистолет, а  протезом сильно сжал горло Мина.