{ - 5 - }

Два урока иностранных языка в четверг раньше казались будто благословением Бога.

С утра это начинает казаться пыткой, причем такой тяжелой и невыносимой. Пыткой, сравнимой с агонией.

Всю ночь Ваня не спал после того приватного стрима. Он сначала радовался от появления Мазеллова на прямой трансляции, а потом еще больше от приглашения в приват. Бессмертных действительно желал всем своим сердцем познакомиться с крупным донатером. Теперь же он все отдаст, лишь бы вернуться в прошлое и миленько отказаться от привата.

Дело все в том, что Мазеллов – это его преподаватель Илья Иванович.

Видимо, когда Ване показалось среди вкладок «видеоч...» и он сначала раздумывал о том, что Корякову интересны прямые трансляции с девочками, оголяющимися на камеру, демонстрирующими все свои прелести и позволяющими пользоваться ими через платежи, то все эти раздумия были правдой. Только вот вместо девочек были мальчики, и одним из таковых был Ваня, если не единственным в своем роде.

Илья Иванович не знает. 

Бессмертных наотрез отказался показывать свое личико тогда, даже за крупную сумму. Встроенный микрофон искажает голос, делает его на тон звонче обычного. К тому же, Ваня специально разговаривает по-другому (медленно, слова тянет, порой наигранно смеется, причем не своим смехом), чтобы его никто не спалил.

Встретившись перед вторым уроком в коридоре, Коряков его хотел остановить для чего-то. Ваня, успешно сделав вид, что ему надо срочно поговорить с кем-то другим, ретировался. 

Уроки иностранного были последними по расписанию, поэтому по плану было прогулять. Благо его сосед по парте согласился составить компанию.

После урока литературы, спускаясь бегом по лестнице, Ваня столкнулся в толпе малолетних низкорослых детей с Ильёй.

Тот его, естественно, заметил.

— Бессмертных! – окликнул он девятиклассника. – Куда спешишь? почему избегаешь меня весь день? 

— Я... – Ванины щеки от смущения покрылись краской. – Илья Иванович, у меня... там личное, у меня... похороны сегодня... у меня папа...

— Похороны? – строгий взгляд смягчился. – Прости. Мне очень жаль.

— Все в порядке. Я.. я пойду.

И Ваня вновь ускорил свой шаг. Успокоиться он смог только по приходу в гардероб. 

На следующий день Бессмертных мог встретиться с утра в коридоре с Ильей Ивановичем, но, увидев его выходящим из кабинета, девятиклассник спустился на этаж ниже, чтобы пройти его во всю длину и подняться по другой лестнице к нужному классу. 

Все еще стыдно было находиться рядом с Коряковым. Тем более идти на консультацию.

Отмазка с похоронами действовала ровно до вечера воскресенья.

— Иван, – в комнату вошла мама. Ваня отвлекся от учебника по математике. – Мне звонила твоя классная руководительница. Она сказала, что искренне соболезнует в связи с недавней смертью твоего отца. Я спросила, с чего она это взяла, так ей это сказал учитель иностранного «с твоих слов». Это еще что?

— Я... соврал Илье Ивановичу, чтобы пропустить его уроки, – признался Ваня. – Я знаю, что с ним отмазки касаемо головной боли, похода к врачу и прочего не сработают. 

— Почему ты решил пропустить его уроки? Ты никогда не прогуливал. Тем более, ты сдаешь этот предмет. И еще смеешь прогуливать!

— Прости, мама.

— Извиняться будешь во вторник перед своим учителем!

Мать вышла, громко хлопнув дверью. 

• • •

Вторник наступил стремительно быстро. Все первые три урока Ваня был занят одной только мыслью о том, как правильно извиниться перед Ильей Ивановичем и как вообще в дальнейшем находиться рядом с ним.

Теперь ему было вдвойне неловко. 

Во-первых, от осознания того, что на него часто дрочил Коряков, к тому же тратил деньги на это. Ваня его ни за что не сдаст одноклассникам и родителям, а тем более уж другим преподавателям. Ведь здесь вина и его. Бонгокамс сам по себе сайт, где сидят люди совершеннолетние. А Ваня там не только сидит, но и стримит. 

Во-вторых, от вранья. И придется соврать в очередной раз, чтобы прикрыть истинную причину своего нежелания присутствия на уроках.

— Илья Иванович! – Ваня первым вошел в кабинет, несмотря на четкий запрет нахождения здесь до начала урока. Илья, занятый чем-то важным в ноутбуке, переключил свое внимание на него. Неловко. – Извините меня, пожалуйста, за то, что я сыграл на ваших чувствах и соврал Вам, что у меня умер отец. Я правда... правда не хотел, но мне нужно было пропустить Ваши уроки, потому что... я не мог...

— Я знал, что ты соврал, но я тебя во всяком случае уже простил. Хотелось бы узнать, правда, что за причина такая, из-за которой тебе пришлось прогулять?

— Я... я вас ни в чем не обвиняю, просто мне немного неловко... с Вами... Знаете, в классе слухи ходят, что Вы – гей.

Ваня покраснел еще сильнее, потому что подобные слухи действительно ходили, но только потому, что мальчик делился своими впечатлениями от консультаций с соседом по парте на переменах. Так красочно описывал, что сосед этот по парте передавал другим в слегка другой форме. Складывалось впечатление, будто Илья действительно другой ориентации. Но никто не был против этого, наоборот: парни придумывали локальные шутки касаемо этого, а девочки умилялись любым взаимодействиям преподавателя с другими мужчинами, особенно с физруком. («Ну, ты посмотри! точно парочка!»). И говорить об этом напрямую Илье стыдновато.

— Даже если гей, то меня не интересуют несовершеннолетние мальчики.

«Врёте и не краснеете». Уголки губ слегка приподнялись на мгновение от этих мыслей.

— В любом случае, у меня нет времени на отношения, как я тебе говорил. Потому я никого не рассматриваю в качестве своей девушки или парня.

Почему-то вдали от Ильи Ивановича и при начале диалога с ним становится очень неловко находиться рядом с ним и под его взором. Но стоит только простоять под его взглядом несколько минут, то мысли о том, что с ним крайне неудобно, сразу улетучиваются. 

Коряков сам по себе иронизирует, но порой все это выглядит как своеобразные подкаты. Особенно когда слова адресованы в адрес Вани.

И когда преподаватель в очередной раз заявляет: «у меня нет партнера», «я не ищу себе парня/девушку» и «у меня нет времени на отношения», то в голове Ивана всплывает только странный вопрос, обращенный к Илье: «а хотите, я проверю это?».

То представление о консультации в мае явно из разряда «влюбленности», в которую входит и этот самый вопрос, и желание посещать только пары иностранного языка. Ведь Ваня находил что-то интересное в Мазеллове и даже думал об отношениях с ним, который оказался самим преподавателем.

Но Ваня еще не до конца осознал все это. Но уже чувствовал, что что-то не так с ним.

— И меня не представляете?.. – с ноткой кокетливости, стыдливо спросил Ваня. – Неужели я не симпатичен для Вас?

— Ты симпатичный, но, повторюсь: несовершеннолетние мальчики меня не интересуют.

Ваня закусил губу и опустил свой взгляд. «Тогда я сделаю так, чтобы эти несовершеннолетние мальчики Вас определенно заинтересовали».